противодействия незаконным финансовым операциям»
В.А. Жбанков, докт. юрид. наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации Телефон 8-906-061-17-40, e-mail viktor.zhbankov@mail.ru (Россия, Московская обл., г. Люберцы, Государственное казенное образовательное учреждение Высшего профессионального образования «РОССИЙСКАЯ ТАМОЖЕННАЯ АКАДЕМИЯ»).
FORENSIC INVESTIGA TION OF CUSTOMS CRIMES BY INQUEST RUSSIAN FEDERAL
CUSTOMS V.A. Zhbankov
The article is devoted to the Forensic investigation of customs offenses investigative bodies of the Federal Customs Service of Russia, the system of customs offenses, the system of expert divisions TSEKTU.
Keywords: customs crime, money, foreign currency, crime, precursors of forensic examinations.
V.A. Zhbankov, Doctor of Law, Professor, Honored Lawyer of the Russian Federation, (Moscow reg., Lyubertsy, state fiscal educational institution of Higher Professional Education "Russian Customs Academy")
УДК 34.096
НОВАЯ ПРАКТИКА НАЗНАЧЕНИЯ И ПРОИЗВОДСТВА СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ НА СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА
Е.А. Зайцева
Проанализированы положения федерального закона от 4 марта 2013 г. № 23-Ф3, касающиеся правового регулирования участия сведущих лиц в досудебном производстве, а также практика их реализации. Высказано мнение об ошибочности ряда положений названного закона и предложено возможное решение обозначенных проблем.
Ключевые слова: судебная экспертиза, участие сведущих лиц в досудебном производстве, специалист в уголовном процессе, заключение специалиста, стадия возбуждения уголовного дела.
С принятием федерального закона от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ была реализована давняя мечта правоприменителей - возможность назначения и производства судебной экспертизы на стадии возбуждения уголовного дела. Увеличение возможностей доказывания на первоначальной стадии уголовного процесса, безусловно, должно способствовать принятию в разумные сроки законных и обоснованных решений о возбуждении уголовного дела или об отказе в этом, что отвечает интересам правоохранительных органов, занимающихся доследственной проверкой, а также лиц и организаций, потерпевших от преступлений.
Эффективность правоприменительной практики в этой части во многом обусловлена качеством законодательного продукта - той совокупности норм, которые устанавливают новую систему уголовно-процессуальных отношений по поводу проверки сообщения о совершенном или готовящемся преступлении.
Анализ положений федерального закона от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ и их сопоставление с ранее действовавшими нормами УПК РФ, регулирующими доказательственную деятельность на стадии возбуждения уголовного дела приводит к выводу о том, что это - очередная попытка законодателя «опытным путем нащупать» пути создания эффективной модели досудебного производства. Попытка поспешная, бессистемная, роль которой в дальнейшем еще предстоит оценить и ученым, и практикам. Данные отрицательные характеристики обусловлены не только качеством нормативных установлений по проведению «сокращенного дознания», но и тем неверным методологическим подходом разработчиков комментируемого закона к формулированию новелл об участии сведущих лиц в досудебном производстве.
К числу ошибочных положений вступившего в силу федерального закона № 23-ФЗ следует отнести, прежде всего, некорректное употребление в тексте данного акта термина «специалисты» в формулировке ч. 1 ст. 144 УПК РФ, предусматривающей их участие в предварительных исследованиях.
Годами из одной редакции ч. 1 ст. 144 УПК РФ в другую «перекочевывает» неверное по своей сути смешение процессуальных и непроцессуальных форм применения специальных познаний на стадии возбуждения уголовного дела. Законодатель не утруждает себя разграничением в этой норме случаев участия специалиста (в смысле ст. 58 УПК РФ) в производстве проверочных следственных и иных процессуальных действий и случаев привлечения к проверочным мероприятиям сведущих лиц, не наделенных статусом специалиста. К последним следует отнести компетентных лиц, участвующих в проведении ревизий, документальных налоговых проверок, исследований документов, предметов, трупов.
Как мы неоднократно отмечали, с точки зрения уголовнопроцессуального закона лица, осуществляющие предварительные исследования и применяющие специальные познания в иных непроцессуальных формах (ревизия, документальные проверки), специалистами в смысле ст. 58 УПК РФ не являются. Такой вывод вытекает из анализа нормативной основы деятельности указанных сведущих лиц: их статус определяется не уголовно -процессуальными нормами, а нормами иных законов и актов, относящихся к сфере регулирования административного права (ревизии и предварительные исследования), налогового права (документальные проверки). Называть в тексте уголовно-процессуального закона «специалистами» участников не уголовно-процессуальных, а иных отношений - с точки зрения законодательной техники категорически неверно. Равно как и ошибочно «подгонять» под эти непроцессуальные формы применения специальных познаний - процессуальные источники доказательств, предусмотренные именно для результатов применения процессуальных форм специальных познаний (мы
имеем в виду заключения специалиста, которые должны отражать письменную или устную консультацию специалиста по вопросам, не требующим производства исследований).
Ошибка законодателя заложена именно в принципе построения последнего предложения ч. 1 ст. 144 УПК РФ, где в одном ряду поименованы процессуальные и непроцессуальные способы проверки сообщения о преступлении, участниками которых названы «специалисты». Однако в силу положений ч. 1 ст. 58 УПК РФ специалист - «это лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств ..., для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию».
Анализ этих законоустановлений дает основание для вывода, что только лицо, участвующее в процессуальных действиях, процедуры которых закреплены в УПК РФ, может называться специалистом. Если ревизор действует в соответствии с административным регламентом службы Росфиннадзора, налоговый инспектор - в соответствии со ст.ст. 87-89 Налогового кодекса РФ, сотрудник экспертного подразделения органа внутренних дел проводит предварительное исследование в соответствии с требованиями Наставления по организации экспертно-криминалистической деятельности в системе МВД России (утверждено приказом МВД России от
11.01.2009 № 7) - то эти лица не вступают в указанных случаях в уголовнопроцессуальные отношения и специалистами в смысле ст. 58 УПК РФ они именоваться не должны.
С учетом того, что законодатель в ч. 1 ст. 144 УПК РФ хотел подчеркнуть, что в процессуальных и непроцессуальных действиях (получении объяснений, образцов для сравнительного исследования, истребовании документов и предметов и их изъятии, в осмотре места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствовании, в производстве документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов) могут участвовать лица, обладающие специальными знаниями соответствующего профиля, необходимо было применить универсальный термин для обозначения этих лиц - чтобы избежать некорректного смешения форм применения специальных познаний. Таким универсальным термином является имеющий давнишнюю традицию употребления в отечественном законодательстве термин «сведущие лица», который может быть использован для обозначения участников как процессуальных отношений, так и отношений, регулируемых иными отраслями права.
Предложенная нами терминологическая замена снимет еще одно противоречие нормативного регулирования - в части возможности производства специалистом исследований. В уголовном процессе исследования проводят только эксперты. Наши доводы созвучны правовой позиции Пленума
Верховного Суда РФ, изложенной в п. 1, 20 Постановления № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам». (Пленум обоснованно подчеркнул, что специалисты в уголовном судопроизводстве исследования не проводят, что при необходимости производства исследований следует назначать судебную экспертизу).
Однако, принятый федеральный закон № 23-ФЗ закон иначе формулирует особенности участия сведущих лиц в проверочных мероприятиях, а также при производстве дознания в сокращенной форме:
1) специалиста наделили правом производства исследований, процессуальная природа которых не ясна, однако результаты которых предписано оформлять «заключением специалиста» (ч. 3 ст. 80 УПК РФ);
2) дознаватель при производстве дознания в сокращенной форме получил возможность не назначать судебную экспертизу по вопросам, ответы на которые содержатся в заключении специалиста по результатам исследования, проведенного в ходе проверки сообщения о преступлении, за исключением некоторых случаев, указанных в п. 3 ч. 3 ст. 226.5 УПК РФ.
Эти законоустановления при всей их внешней «безобидности» вызывают наибольшие опасения за формирование правильной практики назначения и производства судебной экспертизы на стадии возбуждения уголовного дела.
Указанная попытка законодателя «сломать» устоявшуюся практику производства предварительных исследований с оформлением результатов справкой, ввести в стадию возбуждения уголовного дела процессуальный документ - «заключение специалиста», которое, в отличие от справки об исследовании, предусмотрено п. 3.1 ч. 2 ст. 74, ч. 3 ст. 80 УПК РФ, пока что не увенчалась успехом. Дело в том, что положения федерального закона № 23-ФЗ в части «сокращенного дознания» предпосланы, прежде всего, подразделениям дознания органов внутренних дел (с учетом подследственности). Экспертно -криминалистическое обеспечение деятельности органов дознания в системе МВД России осуществляют ведомственные экспертно-криминалистические подразделения, которые руководствуются при этом положениями Наставления по организации экспертно-криминалистической деятельности в системе МВД России [1]. Никаких «заключений специалистов» в качестве итогового документа по результатам исследований (процессуальных или непроцессуальных), осуществляемых сотрудниками экспертных служб органов внутренних дел, не предусмотрено. Ведомственное регулирование [2] устанавливает только два документа, отражающего результаты исследований, -заключение эксперта и справку об исследовании. При анализе этих новелл «закона о сокращенном дознании» невольно возникает ощущение, что его разработчики не были знакомы не только с учением о сведущих лицах в уголовном судопроизводстве, но и с принципами организации экспертнокриминалистической деятельности в системе МВД России, установленными ведомственными приказами.
Экспертная практика пока отторгает непродуманные новеллы законодателя. Однако и идея распространения судебной экспертизы в стадии
возбуждения уголовного дела встречена на местах с определенной осторожностью. В ходе интервьюирования сотрудников экспертно -криминалистических подразделений (ЭКП) по вопросу о проведении судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела выявлены интересные аспекты, объясняющие такое отношение практиков к данному нововведению.
Так, если сотрудник ЭКП заступает дежурить на сутки в составе следственно-оперативной группы (СОГ), то он должен в течение дежурных суток провести предварительные исследования всех объектов, которые были им обнаружены в ходе различных следственных действий, проведенных с его участием в составе СОГ (речь идет, прежде всего, о баллистических экспертизах, экспертизах холодного оружия, взрывотехнических экспертизах, исследованиях наркотических средств и психотропных веществ в рамках КЭМВИ). Экстремальный режим работы, сжатые сроки исследования - все это чревато ошибками при проведении исследований и формулировании выводов по их результатам. Именно это обстоятельство делает предварительные исследования (а не судебные экспертизы) привлекательными для сотрудников ЭКП, т.к. исследования априори - «предварительные», ответственность за их результаты не предусмотрена. Таким образом, судебные экспертизы до возбуждения уголовного дела становятся «не выгодным» следственным действием для сотрудников ЭКП, т.к. провести качественную судебную экспертизу в течение дежурных суток зачастую физически невозможно. А изменить устоявшуюся практику проведения исследований в рамках дежурных суток - процесс сложный, потому что эта практика обусловлена приоритетными направлениями деятельности органов внутренних дел. Таким образом, инертность экспертнокриминалистической и следственной практики пока сдерживает широкое применение положительных новелл федерального закона № 23-ФЗ в системе МВД России.
Так, за апрель-август 2013 г. в экспертно-криминалистических подразделениях ГУ МВД России по Волгоградской области проведено 10880 экспертиз и 9036 исследований. По материалам доследственной проверки на стадии возбуждения уголовного дела было проведено 713 экспертиз, что составило 6,5% от общего числа экспертиз. Соотношение количества проведенных экспертиз к предварительным исследованиям осталось на прежнем уровне, как и до принятия федерального закона № 23 -ФЗ от 4 марта 2013 г. Если сравнить показатели деятельности экспертно-криминалистических подразделений по России в целом, то за последние 4 года соотношение количества предварительных исследований к количеству экспертиз было приблизительно 45% к 55% (плюс-минус 1-2%). Согласно данным, отраженным в форме отчета 1-НТП, представленной ЭКЦ МВД России в ГИАЦ МВД России[3], экспертными подразделениями ОВД было произведено в 2009 г. 1125742 предварительных исследования и 1344006 судебных экспертиз (46% : 54%), в 2010 г. - 1113460 предварительных исследований и 1346779 судебных экспертиз (45% : 55%), в 2011 г. - 1011314 предварительных исследований и
1252355 судебных экспертиз (45% : 55%), 2012 г. 1040497 предварительных исследований и 1305472 судебные экспертизы (44% : 56%).
Что касается судебно-медицинских экспертиз, то интервьюирование сотрудников Волгоградского бюро СМЭ показало, что следователи СК РФ более склонны назначать именно экспертизы (а не судебно-медицинские исследования трупов или освидетельствования). Однако из подразделений полиции в бюро СМЭ все еще поступают отношения, письма руководителей и постановления о производстве судебно-медицинских исследований (до 30%) по материалам проверки сообщений о преступлениях, несмотря на то, что положения ч. 1 ст. 144 УПК РФ позволяют теперь проводить судебную экспертизу на стадии возбуждения уголовного дела. При этом в направляемых материалах нередко даются указания провести специалистам исследования с предупреждением их как экспертов об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.
Подобное «смешение» процессуальных и непроцессуальных форм применения специальных познаний, фигур эксперта и специалиста, их ответственности и результатов их процессуальной деятельности - последствия непродуманной, противоречивой нормативной регламентации, касающейся участия сведущих лиц в уголовном процессе - без учета различий в их статусе. Однако эти различия «размежевывали» уголовно-процессуальные институты специалиста и судебной экспертизы, создавая режим оптимального нормативного регулирования привлечения сведущих лиц к производству по уголовному делу. Среди этих различий принципиальное значение имело производство исследований в уголовном процессе только экспертом, и, соответственно, запрет на процессуальные исследования специалистом - оно отражало сущность процессуальной помощи специалиста и цели его участия в уголовном деле.
С учетом вышеизложенного представляется целесообразным исключить из ч.1 и ч.3 ст. 144 УПК РФ положение о возможности проведения специалистами исследований, а из ч. 3 ст. 226.5 УПК РФ убрать пункт 3, упоминающий конструкцию с дачей специалистами заключений.
Это позволит сохранить чистоту процессуальных институтов судебной экспертизы и специалистов, и целостность правового института сведущих лиц в уголовном судопроизводстве, даст возможность в полной мере использовать арсенал судебной экспертизы в качестве проверочного мероприятия.
Список литературы
1. См.: Об утверждении Наставления по организации экспертнокриминалистической деятельности в системе МВД России: Приказ МВД РФ от
11.01.2009 № 7. [Электронный ресурс]. - Доступ из СПС «КонстультантПлюс», 2013.
2. См.: Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации: приказ МВД России от 29.06.2005 № 511 (ред. от
15.10.2012) (вместе с «Инструкцией по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации», «Перечнем родов (видов) судебных экспертиз, производимых в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации») // Российская газета. № 191. 30.08.2005.
3. Форма «1-НТП» (код 276), утверждена приказом МВД России от 01.11.2008 № 952.
Е.А. Зайцева, докт. юрид. наук, профессор, e-mail zaitceva-expert@rambler.ru (Россия, Волгоград,Волгоградская академия МВД России)
NEW APPOINTMENTS AND PRACTICE OF PRODUCTION AT THE STAGE OF FORENSIC INITIATE CRIMINAL PROCEEDINGS E.A. Zaitseva
Examined the provisions of the federal law on March 4, 2013 № 23- FZ on the legal regulation of the participation of knowledgeable persons in pre-trial proceedings , and the practice of their implementation. Expressed about the fallacy of certain provisions of the said law and proposed a possible solution to the problems identified.
Keywords: legal expertise , participation knowledgeable persons in pre-trial proceedings , a specialist in criminal proceedings , the conclusion of the expert , the stage of a criminal case .
E.A. Zaitsevа, Doctor. jurid. Science, Professor, e-mail zaitceva-expert@rambler.ru (Russia, Volgograd , the Volgograd Academy of Internal Affairs of Russia)
УДК 343.985.1
ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ СИТУАЦИОННОГО ПОДХОДА В ПРОЦЕССАХ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ СЛЕДСТВЕННЫХ ОШИБОК
Г.А. Зорин
Ситуационный подход в криминалистике рассмотрен как интегративная технология предотвращения следственных ошибок
Ключевые слова: ситуационный подход, криминалистическая технология, технология ситуационного подхода, следственные ошибки
Криминалистический ситуационный подход - это многовариантная интегративная методология, состоящая из разнонаправленных технологий, обеспечивающих суммируемый гармоничный синтез методов, для решения задач, порождаемых криминалистическими ситуациями и состязательными процессами уголовного судопроизводства.