Научная статья на тему '«Не могут не писать. . . » (ростовские композиторы на рубеже столетий)'

«Не могут не писать. . . » (ростовские композиторы на рубеже столетий) Текст научной статьи по специальности «Искусство. Искусствоведение»

CC BY
121
31
Поделиться

Текст научной работы на тему ««Не могут не писать. . . » (ростовские композиторы на рубеже столетий)»

А. Селицкий

«НЕ МОГУТ НЕ ПИСАТЬ...» (РОСТОВСКИЕ КОМПОЗИТОРЫ НА РУБЕЖЕ СТОЛЕТИЙ)

Ростовская композиторская организация -одна из старейших в России (1939). По данным нового Справочника СКР (М., 2004), она насчитывает 25 человек и по численности находится в первой «десятке» региональных структур. Из нестоличных объединений она уступает лишь Уральскому (38), Башкирскому (37), Сибирскому (33) и Нижегородскому (30), опережая Саратовское, Татарское, Воронежское (18-24). В составе Ростовской организации 17 композиторов, один из которых проживает за рубежом, и 8 музыковедов. В последние годы в ее ряды влились 31-летняя Елена Николаева и 25-летний Алексей Хе-велев, а уже после выхода Справочника из печати - представители старшего поколения, музыканты с положением и именем - Татьяна Франтова и Александр Данилов. Является ли этот факт всего лишь проявлением некой социально-психологической инерции («композитору и музыковеду с профессиональным образованием необходимо стремиться вступить в Союз») или свидетельством того, что в глазах музыкантов членство в Союзе действительно не утратило привлекательности?

Вопрос этот тесно связан с другим, более широким: нужна ли сегодня композиторам и музыковедам организационная структура, а если нужна, то зачем. Вопрос не праздный: понижение общественного статуса Союза в целом и его региональных объединений, предельное сужение организационных и финансовых возможностей, произошедшее в последние 15 лет, очевидны и не требует специальных доказательств. Ушли в прошлое творческие пленумы, обменные концерты, совершено изменил облик некогда весьма представительный фестиваль «Донская музыкальная весна» (теперь он стал «Фестивалем искусств», музыкальная часть которого сильно «съежилась», и проводится он не ежегодно, а через год). Ростовская композиторская организации, вместе с писательской, была выселена из красивого старинного особняка в центре города и вновь, как в давние времена,

ютится в двух аудиториях консерватории. Между изгнанием и обретением нового пристанища над организацией нависла угроза ликвидации: соответствующий иск предъявило министерство юстиции области на том законном основании, что она не имеет юридического адреса и телефона; судом иск отклонен.

Финансирование весьма скудно и неустойчиво, определяется руководством области на каждый год заново и предполагает лишь скромное жалование троим сотрудникам аппарата, оплату аренды помещений и коммунальных услуг, командировочных расходов в более чем скудном объеме. Ни на что другое - на переписку (компьютерный набор) нот, на оплату исполнителей - средств у организации нет.

Министерство культуры области заключает годичные договоры с местными творческими союзами о проведении совместных мероприятий. Если организация проводит или участвует в проведении каких-либо культурных акций, то «вложить» она в состоянии только творческие «активы», персональные усилия, завоеванный авторитет, личные творческие связи. К примеру, заместитель председателя правления РО СК Г. Толстенко - один из инициаторов и организаторов Международного фестиваля современной музыки «Ростовские премьеры» (2001, 2003)1. Организация участвовала также в осуществлении проекта «Россия - Нидерланды. Музыкальные параллели» (2002)2.

Канули в Лету такие немаловажные социальные льготы как недорогие путевки в дома творчества

1 Фестиваль почтили своим присутствием Г. Канчели и

B. Сильвестров (дважды), Э. Артемьев, В. Екимовский, В. Ка-зенин, Р. Леденев, В. Тарнопольский, Ю. Фалик, Т. Шахиди, А. Эшпай; прозвучало также немало сочинений ростовчан. В концертах выступали Ю. Башмет, Н. Кожухарь, А. Сладковский,

C. Словачевский, С. Савенко, С. Яковенко, Московский ансамбль современной музыки, ансамбль солистов Московской консерватории «Студия новой музыки», артисты из Украины и Германии, ростовские солисты и творческие коллективы.

2 В его рамках в разных городах России прошла серия концертов Московского Ансамбля современной музыки (рук. -Ю. Каспаров). Ростовской и таганрогской публике были представлены произведения российских и нидерландских композиторов XX века.

или лечение (бесплатное) по «повышенному разряду». Заказы и закупки новых произведений составляют столь малые величины, что ими, как сказал бы математик, можно пренебречь. Словом, доходы композитора от творчества резко сократились, во многих случаях приблизились к нулю, расходы же и трудозатраты - возросли. Исчезли надежды на то, что организация поможет с исполнением сочинения, тем более - в концертных программах представительного съезда или пленума в Москве. Тем самым, перестали действовать практически все внешние стимулы к творчеству. Остался главный и единственный: непреодолимая внутренняя потребность в художественном высказывании. Сами собой приходят на память слова великого классика: «Если уж писать, то только тогда, когда не можешь не писать».

Большая часть ростовских композиторов относится к тем, кто «не может не писать». Этот итог «эпохи перемен» принципиально важен и показателен (как показательны и немногочисленные случаи отхода некоторых коллег от творчества). Изменившаяся социокультурная реальность практически не повлияла на интенсивность работы художников давно сложившихся, сформировавших не только свою эстетику и стиль, но и модель личностного и творческого поведения. Похвальную активность демонстрируют также те молодые, чей обнадеживающий профессиональный старт по заслугам оценен фактом их приема в Союз. Это обстоятельство служит пусть косвенным, но убедительным подтверждением необходимости Союза как общественно-творческого института.

В Ростове никогда не было композиторов, живущих только творческим трудом. Служат все и сейчас (за исключением «старейшины цеха» Г. Ба-лаева, которому идет 84-й год). Десять преподают в консерватории, четверо из них - профессора кафедры теории музыки и композиции: Леонид Кли-ничев, Анатолий Кусяков, Владимир Красноскулов (зав. кафедрой), Виталий Ходош (декан факультета). Юрий Машин, окончивший консерваторию по классам баяна и композиции и аспирантуру по специальности оперно-симфоническое дирижирование, - профессор кафедры народных инструментов и дирижер Ростовского музыкального театра.

Несколько примеров творческого постоянства, которое означает отнюдь не «повторение пройденного», а движение по избранному пути, движение, вовсе не исключающее поиски и новые обретения.

Верен «донской теме» Л. Клиничев, выполнивший ранее много обработок казачьих песен, создавший балет «Тихий Дон» (1987) по роману М. А. Шолохова3. Недавно он осуществил свой давний замысел - окончил оперу «Цыган» по одноименной книге А. В. Калинина, ставшей особенно популярной после ее кино- и телеэкранизации. Эта работа заняла более десяти лет (1989-2002).

В. Красноскулов, имеющий, наряду с композиторским, и хормейстерское образование, всегда отдавал предпочтение хоровой и сольной вокальной музыке, хотя в разное время им были написаны также оркестровые увертюры и поэмы, фортепианные концерты, струнные квартеты и другие инструментальные сочинения. С начала же 90-х годов он сосредоточился исключительно на излюбленных жанрах, создав около десяти крупных работ, большинство которых неоднократно исполнялись. Своеобразным девизом его творчества этих лет можно поставить слова Ф. Гарсиа Лорки, ставшие названием одного из хоровых концертов: «Я люблю человеческий голос» (1988). Недаром так же назывался юбилейный авторский концерт В. Красноскуло-ва (2003), в котором звучала хоровая и вокальная музыка в исполнении солистов и девяти (!) хоровых коллективов города и области4.

А. Кусяков давно много пишет для народных инструментов. И в данном случае «главная» сфера творчества в истекшие 10 лет фактически оттеснила остальные. Автор ряда симфонических и вокально-симфонических опусов, камерных ансамблей, вокальных циклов, с середины 90-х годов он создал ряд масштабных произведений для баяна, балалайки, домры. Однако об «оттеснении» других жанров можно говорить условно: композитор не расстается с оркестром и крупной формой, к которым тяготеет с юности. О том же свидетельствует выполнение новой редакции Второй симфонии «Осенний ноктюрн» (1999).

Определенное перераспределение приоритетов заметно и в творчестве Аракс Матевосян. Ранее в разные годы ею написаны пять симфоний, два фортепианных и скрипичный концерты, инструментальные ансамбли, пять фортепианных сонат.

3 Балет шел на сцене Ленинградского театра им. М. П. Мусоргского

4 С названными жанрами связаны и несколько публикаций

последних лет, самая значительная из которых - «Концерты для смешанного хора без сопровождения» (2000), куда, помимо упомянутого, вошел также концерт «Где-то около природы, где-то около судьбы» на стихи Д. Самойлова.

Среди недавних сочинений - только фортепианные и камерно-вокальные.

Для В. Ходоша, напротив, начиная с первых шагов на композиторском поприще, характерно исключительное разнообразие жанров, образно-драматургических решений, стилистических поворотов. Впрочем, и у него можно выделить стилеобра-зующие жанровые области: музыкальный театр, хоровая музыка, музыка для детей. Каждая из них привносит в сочинения В. Ходоша свою наиболее характерную черту: первая - зримость образов, вторая - вокальный склад тематизма (в значительной его части), третья - легкую «схватываемость» слухом. Перечень работ, вышедших из-под его пера за последние примерно десять-пятнадцать лет, внушителен: шесть опер - чеховский триптих («Беззащитное существо», «Ведьма», «Медведь») и три детские, балет «Сказка о попе и работнике его Балде», кантата «По прочтении „Архиерея» А. П. Чехова», поэма для чтеца, хора и струнного оркестра «Страсти по Анне» (по «Реквиему» А. Ахматовой), вокальные циклы на стихи А. Ахматовой и Н. Гумилева, хоры и три сборника фортепианных пьес и ансамблей для детей5. Неудивительно, что отмечая свое 50-летие (1995), композитор включил в программу авторского концерта сочинения хоровые. А из двух вечеров, приуроченных к следующему, недавнему юбилею, один был по преимуществу симфонический, где звучали более ранние работы: четыре произведения в жанре инструментального концерта, созданные с 1971 по1994 годы, и кантата «Лицейские песни» (1992).

Глядя на жизнь организации под тем же углом зрения - что ушло и что осталось, - можно заметить: не все ушедшее достойно сожаления, не все ценное ушло безвозвратно. Сгинули интриги, связанные с приемом новых членов, выборами правления, поездками, включением сочинения в концертную программу и т. п., словом, с дележом «пирога» моральных или материальных благ. Не стало разделения сочинений на «актуальные» и «неакту-

5 Изданы: «Семь вредных советов Григория Остера» для детского хора (1996); «Детям». Пьесы для фортепиано. Для средних классов музыкальных школ (1998); «Сентиментальная сюита» для скрипки и фортепиано; «У лукоморья...» 20 зарисовок по мотивам произведений А. С. Пушкина (1999); Соната-поэма для готово-выборного баяна (2000); Песни и хоры для детей (2001); «Зорюшки-зори». Произведения для смешанного хора без сопровождения (одноименный концерт на стихи Л. Мея, концерт «Времена года» на стихи В. Брюсова, названная кантата, 2002); Пьесы и ансамбли для детей. Для фортепиано (2003).

альные», ушла - вместе с «пирогами» - удушающая опека власти, лучше нас знавшей, кого исполнять, включать, избирать.

Вместе с тем, некоторые сложившиеся добрые традиции и полезные корпоративные рефлексы остались. По-прежнему выпускные государственные экзамены в консерватории проходят с участием Ростовского академического симфонического оркестра, дипломная партитура молодого автора непременно «озвучивается». Не реже трех-четырех раз в год организуются концерты композиторской молодежи. В частности, в феврале 2005 года состоялись три концерта из произведений недавних выпускников, студентов, аспирантов и учащихся колледжа при консерватории, прошедших навстречу музыкальному фестивалю «Молодежные академии России», а в программу самого фестиваля вошли сочинения трех ростовских авторов6. Тем самым, молодежь не просто получает счастливую возможность услышать написанное, но и вовлекается во «взрослую» композиторскую жизнь, сопряженную с заботами о своевременном предоставлении оркестровых партий, репетициями, общением с дирижером и т. п., то есть проходит необходимую «производственную практику», может проверить себя на прочность. Продолжаются городские и областные фестивали «Ростовские композиторы - детям», конкурсы совсем юных сочинителей, проводимые РО СК совместно с одной из музыкальных школ, носящей имя патриарха организации, одного из ее создателей А. П. Артамонова (1906-1994).

Наконец главное, что делает содружество ростовских композиторов и музыковедов по-прежнему необходимым институтом: сохранилась потребность в творческом общении. В 2004 году Георгий Балаев и Игорь Левин пожелали услышать мнение коллег о своих новых работах. Благодаря им, реанимировалась незабытая и, как выяснилось, желанная форма общения - прослушивание и обсуждение музыки.

Переходя к обзору тенденций творчества, останавливаюсь на жанровом принципе. Почему именно жанры, а, скажем, не стилевые тенденции, не идейные концепции или что-нибудь другое? Во-первых, иные аспекты рассмотрения в предлагае-

6 А. Хевелев. Квинтет «Два»; Антон Светличный. Концерт для скрипки с оркестром; Анна Назарук. Вокальный цикл на стихи Саши Черного «Глазами большого ребенка».

мом обзоре учитываются, но в качестве дополнительных. Во-вторых, как представляется, в наши дни проблема стиля утратила былую остроту. Сегодня не только «все разрешено», и никому не придет в голову клеймить какой-либо стиль или технику как содержащие угрозу государству, но ушел в небытие и сам феномен «стилевого размежевания» (определение Г. Григорьевой). Стилевые тенденции ныне не конфронтируют, более того, они могут мирно уживаться в творчестве одного композитора и даже в рамках одно опуса - на дворе эпоха постмодернизма. В то же время, и это в-третьих, проблема жанра продолжает оставаться краеугольной проблемой творчества (и музыкальной науки).

Хорошо известно, что жанровые предпочтения композитора продиктованы не только велениями Музы, но зачастую и вполне прагматическими соображениями и зависят от того, существуют ли в пределах досягаемости артист или коллектив, которые способны и хотят принять его опус к исполнению. Плодотворность подобных творческих альянсов доказана временем, существовала всегда, но ныне, когда утратили силу административные рычаги и разного рода квоты, устанавливавшие обязательную долю современной музыки в репертуаре, добровольное желание исполнителей стало иметь решающее значение. И наоборот. Напомню, что в 70-80-е годы в Ростове существовал великолепный струнный квартет (первая премия на Всесоюзном конкурсе, 1986, диплом на первом Международном конкурсе им. Д. Шостаковича, 1987), который вызвал к жизни ряд партитур в этом жанре7. Однако судьба коллектива складывалась не слишком благоприятно, в начале 90-х музыканты уехали за рубеж, и создание ростовчанами квартетных сочинений потеряло существенный стимул.

Двигаться буду согласно общепринятой иерархии жанров, закрепленной как в академических трудах по истории музыки, так и в памятных обобщающих докладах руководителей Союза на съездах.

Музыкальный театр. Несколько десятилетий существовал в городе Театр музыкальной комедии, правопреемником которого стал созданный в 1999 году Ростовский государственный музыкальный театр (РГМТ). На сцене «старого» театра ставились

7 В частности, произведения В. Красноскулова и В. Ходоша были записаны ансамблем в фонд Всесоюзного радио; запись признана лучшей в 1986 году.

произведения В. Ходоша и И. Левина. Для последнего оперетта, мюзикл - одна из центральных областей творчества: «Любовь и ненависть», «Шар-ман-канкан», «Нон-стоп! Голливуд» с успехом шли и идут не только на ростовской сцене, но и в театрах Ставрополя, Тулы, Красноярска, Одессы, Симферополя, Минска, других городов. С первого сезона новый театр включил в репертуар мюзикл И. Левина «Красавец-мужчина». В настоящее время готовится к постановке его последняя по времени работа - рок-опера «Русский фантом» (пьеса В. Дериглазова по повести А. Толстого «Гиперболоид инженера Гарина», 2004). Можно не сомневаться: и этот спектакль будет идти с таким же успехом, какой сопровождает большие и малые работы И. Левина, с каким проходят телевизионные передачи с его участием или ежегодные концерты-бенефисы, собирающие «битковые» аншлаги, даже если они назначены на 7 марта. Залог успеха - неотразимое обаяние таланта, незаурядный мелодический дар, острое чувство современности, так необходимое в массовых жанрах, мастерство аранжировщика.

В. Ходош, написавший в юности блестящую комическую оперу «Золотой ключик» (1970), так целиком не и поставленную, более четверти века к этому жанру не обращался. Две части чеховского триптиха родились в преддверии открытия РГМТ, словно в ожидании этого события. К тому времени «Беззащитное существо» (1996) и «Ведьма» (1998) несколько раз прозвучали в концертном и даже сценическом варианте к немалому удовольствию аудитории. Первая, опера-фарс, смешила публику до слез, причем не только сценическими ситуациями и литературным текстом, но комичностью самой музыки, построенной на остроумных стилизациях и аллюзиях, забавных переключениях, мелодико-гармонических «недоразумениях»; вторая по-настоящему волновала по-ходошевски сдержанным, но сильным лиризмом, тонкой психологической разработкой характеров. «Беззащитное существо» с первого сезона вошло в репертуар театра (малая сцена), «Ведьма» же была отвергнута, а вместо нее в диптих «И Чехова поем!» включена одноименная опера В. Власова и В. Фере, куда менее выразительная. Судьба только что завершенной оперы-шутки «Медведь» (2004) пока не определена (туманно и будущее балета «Сказка о попе и работнике его Балде», 1999), хотя театр не прогадал бы, поставь он весь чеховский триптих В. Хо-

доша, задуманный как внутренне контрастное художественное целое и хорошо укладывающийся во временные рамки одного театрального вечера.

Несомненно, Л. Клиничев завершил «Цыгана» в виду реальной перспективы представить его на ростовской сцене. Опера стала событием раньше, чем публика услышала поющего Будулая. Постановка была включена в план областных мероприятий, посвященных 100-летию со дня рождения М. А. Шолохова8 и 60-летию Победы. С лета 2004 года стали появляться публикации в прессе, из которых ясно, что композитор обратился к традиционной оперной форме: три действия с прологом, сольными и ансамблевыми номерами, народно-хоровыми сценами. Одна из газет справедливо отметила «оперность» сюжета: «сильные страсти, большая любовь, яркие характеры» - все это «само просится на музыку». Сочинение вызвало многочисленные отклики в печати, не только местной; оценки критиков не отличались единодушием.

Жанр своего сочинения «Я - Франсуа» (пьеса М. Куклинской по текстам Ф. Вийона в переводе И. Эренбурга, 2003) Михаил Фуксман определил как «драматические сцены». По-видимому, эта работа родилась в результате взаимопроникновения драматического и музыкального театров, когда функции музыки выходят далеко за рамки «сопровождения», «оформления» и становятся равноправными со словом и сценическим действием, формируют художественную концепцию9.

По масштабности замыслов, по кругу используемых средств, наконец, по синтетичности исполнительского состава к опере вплотную примыкают сочинения вокально-симфонические. На одном их фланге - жанры духовной музыки и близкие им, на другом - жанры сугубо мирские, восходящие к традиции не только советской славильной кантаты, но и панегирического канта Петровской эпохи. Характерная тенденция последних лет - обращение к канону не только восточной (православной), но также западной церкви. Таково, к примеру, Credo для хора и оркестра (2003) Л. Клиничева, Te Deum для того же состава (2005) Ю. Машина10.

8 Автор романа «Цыган» А. Калинин - друг и соратник Шолохова, автор книг о нем.

9 Показанный на одном из театральных фестивалей в Нижнем Новгороде, спектакль в Ростове пока не ставился.

10 Как и у других российских композиторов, отголоски этих

жанров проникают также в область музыки чисто инструментальной: ранее Ю. Машин написал камерную симфонию «Stabat mater».

Пришедшиеся на одно десятилетие две юбилейные даты вызвали к жизни кантату В. Ходоша «Лицейские песни», посвященную 25-летию Ростовской консерватории (1992), и «Оду на столетие Ростовского училища искусств» (2000) В. Красно-скулова. Очевидно, в соответствии с разницей в возрасте чествуемых учебных заведений, композиторы избирают и жанровые модели: «Ода» по определению более торжественна и велеречива, ее звуковую громаду воздвигают фортепиано, сопрано, тенор, смешанный хор и симфонический оркестр. «Песни» более камерны - на то они и песни: оркестр скромнее, хоровая фактура прозрачнее, солист один - бас. Вторая и четвертая части (из пяти) - его монологи, так что оркестр и хор звучат только в нечетных частях, а все участники в полном составе встречаются лишь в финале. Приятно отметить, что оба сочинения, созданные «по случаю», пережили события, к которым были приурочены: так, «Ода» В. Красноскулова прозвучала уже семь раз.

В поэме для чтеца, хора и струнного оркестра «Страсти по Анне» В. Ходоша соединились духовная и светская линии, а внутри первой - православные и католические традиции. Данное композитором название, которым он заменил ахматовское «Реквием», хотя и несколько смещает жанровые акценты, все же продолжает удерживать наши ассоциации в сфере духовной музыки. Архетип лирического сюжета очевиден - Евангелие: рассказ о смертных муках, ведущийся Анной, то есть АппезраББЮп. Евангельские мотивы - не плод фантазии композитора, они содержатся в поэтическом тексте, где упоминаются и последние слова Христа, и Магдалина, и сама Богоматерь. Отталкиваясь от этих мотивов, В. Ходош вводит православные церковные жанры непосредственно в структуру своего опуса. В произведении чередуются и взаимодействуют три плана: голос драматической актрисы, читающей стихи А. Ахматовой, звучание смешанного хора и струнного оркестра. Если стихи почти всюду декламируются на фоне оркестрового звучания, на манер мелодрамы, то хор и оркестр выступают преимущественно поочередно, как бы в диалоге. Жанрово-стилистический прообраз хорового пласта - православная служба: использованы канонические тексты, интонационный строй восходит к старинным русским церковным песнопениям. Партия оркестра - непосредственный эмоциональный отклик, средоточие душевных колли-

зий, лирико-субъективный комментарий. В условиях оркестровой ткани хоровой тематизм переосмысливается, переинтонируется, приобретая остроту, напряженность, иначе говоря, современное звучание. В то же время, оркестр нередко трактуется наподобие хора струнных. Таким образом, отношение хора и оркестра представляет собой диалог не только исполнительских составов, но и разных типов чувствований, и разных времен. Кроме того, в партии оркестра ясно слышатся характерные формулы западноевропейской барочной музыки, что размыкает географические и исторические рамки событий и переживаний, придает им вневременной и общечеловеческий характер.

Симфониями, как уже сказано, был более богат период 70-80-х годов, но не забыты они ростовчанами и ныне, а если иметь в виду всю область симфонических жанров, то и тут вырисовывается картина вполне представительная. Наиболее последовательно работали в этой области композиторы среднего и младшего поколений. Г. Толстенко создал Третью симфонию «Русские Веды» (1998), две сюиты для камерного оркестра под общим названием «Звуки Акаши» (1994, 1995) - для него мир оркестровых звучаний вообще составляет главный творческий интерес; Ю. Машин - симфоническую поэму «Per aspera ad astra» (2004) и сюиту «Древнерусские сказания» (2001); М. Фуксман - партитуру поэмного типа «Ври имя, на аз за аад!?» (2002), А. Хевелев - симфоническую сюиту по картинам И. Шишкина «Зал 25» (по номеру в Третьяковской галерее).

Едва ли не самым привлекательным жанром в семействе симфонических оказался концерт. Е. Николаева представила концерты для фортепиано и для двух фортепиано с оркестром (1999, 2002), М. Фуксман - «Птичьи истории» - (Концерт) для альта и струнного оркестра (2004)п, Концерт для фортепиано и оркестра русских народных инструментов (2005), «Лужайка для...» для камерного оркестра с солирующей скрипкой (1999), а также «Вхождения в реку» - симфонию-концерт для рок-группы, хора и симфонического оркестра (2004), А. Кусяков - три концерта для разных народных инструментов; для альта и камерного (струнного) оркестра написали сочинения Г. Толстенко («Приношение Ю. Башмету», 2005) и А. Хевелев (Поэма,

11 Определение «концерт» взято в скобки композитором.

2004)12. Обилие произведений концертного плана связано не только с неувядаемой притягательностью этого типа музицирования, его игровой природой, гибкостью, склонностью к контактам с сопредельными сферами - камерно-ансамблевой и симфонической, но и с отмеченными выше практическими соображениями относительно исполнительской перспективы. Сочинения зачастую написаны в расчете на определенного инструменталиста или на собственные исполнительские возможности.

Как видно из перечня, многие произведения программны. Здесь прослеживаются две тенденции, характерные для нашего времени (обсуждая эту тему, я позволю себе выйти за рамки симфонических жанров и коснуться камерно-ансамб левой музыки). М. Фуксман тяготеет к провокатив-ным постмодернистским заголовкам, откровенно забавляется игрой в слова, их демонстративной пародийностью и двусмысленностью. Так, в названии его более раннего опуса для двух фортепиано «Асс-сагасамамба» слышится и удалое «асса», и респектабельное «сага», и заносчивое «сама», и экзотическая «самба». Интригуют одних и раздражают других такие названия как «Почти салонная музыч-ка» или «Пьесюшка». Однако принципиально важно, что за игрой в слова у М. Фуксмана всегда кроется интеллектуальная игра со смыслами, шире -культурно-философскими и мифологическими парадигмами. К примеру, невинное, казалось бы, название «Лужайка для...» должно, по замыслу автора, ассоциироваться одновременно с кукольной пасторалью, миром русской сказки и эротическими мотивами. Таково и название «Вхождения в реку», где река - символ времени, граница между мирами живых и мертвых, олицетворение женского начала и многое другое. Не менее важно и то, что автор никогда не объявляет программы: намекнув на ее существование заголовком, он оставляет слушателя наедине с ним, самой музыкой и собственным воображением.

Иной подход к программности демонстрируют Г. Толстенко и Ю. Машин. Сверстники, товарищи, воспитанники одного профессора - А. Кусякова, они в разное время и независимо друг от друга пришли к восточной философии, эзотерике. У обоих эти пристрастия неотделимы от интереса к русской истории, русской старине.

12 Эти партитуры, вероятно, являются откликом на выступ-

ление Ю. Башмета в концерте фестиваля «Ростовские премье-

ры» в декабре 2003 г.

Г. Толстенко, можно сказать, «попал в Индию»... через Грузию. У матери была частица грузинской крови, и в юности композитор остро ощущал в себе присутствие этой частицы. Побывал в фольклорной экспедиции в Грузии, в его Первой симфонии (1983)13 усматривали влияние Г. Канчели. Мастер дал высокую оценку партитуре, но следов собственного стиля в ней не усмотрел. Вероятно, инстинкт повел молодого автора дальше на юго-восток. Разумеется, это духовно-творческое паломничество обусловлено не только голосом крови. «На Востоке» Г. Толстенко находит то, что отвечает двум его фундаментальным стремлениям: повышенной чуткости к тембру и типичному для азиатского миропонимания ощущению художественного времени, то ли остановившегося, то ли движущегося по кругу, то ли текущего из ниоткуда в никуда (последнее, как известно, весьма характерно для медитативных концепций в композиторском творчестве новейшего времени). «Звуки акаши» навеяны древнеиндийскими религиозно-философскими мотивами. Акаша - вселенский эфир, материя, которая составляет астральный мир. Акаша легче и подвижнее воздуха, но так же является средой распространения звука. Однако в такой среде можно услышать звуки, неведомые обычному миру, в том числе звуки и прошлого и будущего.

Из того же источника вытекает идейный замысел сюиты для ансамбля «Infinito» («Бесконечность», 1996). В сочинении три части: «Творящая флейта», «Вечность» и «Песнь о Шамбале». Последняя отсылает к идеям Н. Рериха - защиты культуры от цивилизации, «мира через культуру», - который в книге «Шамбала» описал утопическое царство справедливости. К индийской мифологии апеллирует и образ первой части. Как известно, «творящая флейта» - принадлежность не только античных богов и героев, евангельских волхвов. Она символизирует также бога Кришну, почитавшегося и как божество любви, и как прекрасный пастух14. Исполненное на международном фестивале «Музыка друзей» в Москве в 2002 году, сочинение удостоилось похвальных отзывов видных

13 Написанная студентом третьего курса консерватории, симфония в 1985 г. удостоена второй премии на Всесоюзном конкурсе молодых композиторов (первая не присуждалась). Автор проходил тогда срочную воинскую службу, награду солдату вручал Т. Хренников, репортаж об этом событии был показан в программе «Время».

14 Отражение этого мотива находим в живописи Николая и Святослава Рерихов: Н. Рерих. Кришна. Весна в Кулу; С. Рерих. Священная флейта (серия).

российских композиторов, развернутого отзыва в журнале «Музыкальная академия». «Ювелирная отточенность деталей, изысканные кружева горизонтальных линий, нетривиальные ладовые и гармонические комбинации, неподражаемое интонирование струнных и флейты... Музыка необычайной красоты и чистоты!», - писал А. Эшпай. «Музыка „Infinito" завораживает и погружает слушателя в трансовое, гипнотическое состояние. Она мистична по своей природе», - отметил Э. Артемьев. В. Рожновский обратил внимание на то, что «восточное» содержание сюиты нисколько не диссонирует с латинским и русскими названиями: автор - «с русским именем Геннадий и украинской фамилией Толстенко. человек с европейским сознанием, но из тех, для кого. восточная философия стала органической частью его внутреннего мира»15. Обращением к легендарной старине, к «русско-восточной» теме отмечена и его Третья симфония с характерным заглавием «Русские веды».

Всерьез увлекается индийскими религиозно-философскими учениями и Ю. Машин - параллельно и во взаимодействии с интересом к национальным древностям. Эту связь он находит в наследии Рерихов. Влияние поэтики художников и мыслителей сказываются в его ранней работе -«Изумрудных скрижалях» для скрипки и фортепиано, в более поздних партитурах для камерного ансамбля «Свет на Пути» и «Голос Безмолвия». В газетном интервью композитор говорил, что испытывает наслаждение не от конкретных картин Н. Рериха, а от их общей настроенности, и выделял как наиболее близкую себе тему - человек в отношении с природой. Под воздействием философии Рерихов, Е. Блаватской, а также триптиха С. Рериха «Распятое человечество», выражающего идею очищения через страдание, возникла симфоническая поэма «Per aspera ad astra» (2004), где Ю. Машин совершенно естественно оказался также в поле скрябинских влияний16. А рядом с этой партитурой - сюита «Древнерусские сказания», где проявился неподдельный интерес композитора к дохристианской культуре, древнейшим интонационным пластам.

15 Рожновкий В. «Музыка друзей»-2002: мы снова вместе // Муз. академия. 2002. № 4. С. 14.

16 Премьера состоялась в концерте Ростовского академического симфонического оркестра, посвященного 100-летию со дня рождения С. Рериха (2004), в одной программе с «Прометеем» Скрябина.

Жанры камерно-инструментальной музыки, сольной и ансамблевой, в творчестве ростовчан представлены широко и разнообразно. Для фортепиано пишут, в основном те, кто профессионально владеет инструментом (А. Матевосян, М. Фукс-ман, Е. Николаева, А. Хевелев). Небольшую группу образуют дуэтные опусы, как для традиционных, так и для более редких составов: сонаты для флейты и фортепиано, для кларнета и фагота - у Е. Николаевой, Сюита для саксофона и фортепиано - у Г. Толстенко. Значительная доля ансамблей создана для муниципального коллектива «Каприччио», в состав которого входят флейта, вибрафон (при необходимости и другие ударные), скрипка, виолончель, фортепиано (художественный руководитель - заслуженная артистка России, профессор М. Черных). Таковы, в частности, упоминавшиеся сюиты Г. Толстенко и Ю. Машина, а также «Стеклянная страна» и Ноктюрны М. Фуксмана17, одночастный квинтет «Два» А. Хевелева18. Г. Толстенко и Ю. Машин сотрудничают с «Каприччио» постоянно; М. Фуксман, помимо оригинальных сочинений, выполнил множество аранжировок, составляющих значительную часть репертуара ансамбля.

Хоровая музыка - одна из самых динамично развивающихся областей творчества, которой я уже коснулся в разговоре о вокально-симфонических жанрах. На протяжении десятилетий к ней обращается целый ряд композиторов. Связано это с тем, что в городе и области есть несколько высококлассных хоров, которые охотно сотрудничают с создателями музыки, а те, в свою очередь, платят им взаимностью. В репертуаре коллективов подолгу удерживаются хоровые концерты, кантаты, созданные в разные годы такими крупными мастерами жанра как Г. Гонтаренко, Л. Клиничев, В. Крас-носкулов, В. Ходош. Позднее к ним присоединились Ю. Машин и М. Фуксман. При благоприятном стечении обстоятельств созданных сочинений хватило бы на большой хоровой фестиваль.

За прошедшие 10-15 лет особенно плодотворно работал в этой сфере В. Красноскулов: концерты для смешанного хора «Где-то около природы, где-то около судьбы» на стихи Д. Самойлова (1994),

17 Пьесы имеют названия: № 1 - «Ночные тени», № 2 - «Вежливые поклоны светилам» (2001), № 3 - «Луна. Вода. Дети» (2003).

18 Согласно авторскому комментарию, обобщенная програм-

ма связана с вечными антиномиями бытия: добро и зло, он и

она, любовь и ненависть. «Они всегда рядом, но так никогда и не поймут друг друга».

«Россия, рябина...» на стихи М. Цветаевой и Д. Самойлова (1995), лирические хоровые тетради для женского хора «Я спросила у кукушки» на стихи А. Ахматовой (1999-2001), «Птицы, листья и снег» на стихи М. Цветаевой и В. Тушновой (2001-2003). Три хоровых концерта сочинил в 1990-е годы Ю. Машин. Два из них написаны для смешанного хора («Песни Дионисия Богомаза» и «Откровения Сергия Радонежского», оба на стихи Т. Зульфикаро-ва), третий - для мужских голосов (на тексты православной литургии). Композитора интересует преломление традиций древнерусского пения в условиях современной музыкальной драматургии. Сами же эти традиции, как и основы хорового исполнительства, он постиг на практике, состоя в течение двух лет певчим мужского хора Старочеркасского монастыря. К духовной линии относится также «Свете тихий» для мужского хора М. Фуксмана (2003).

Характерное для него органичное сочетание духовного и мирского демонстрирует В. Ходош в опусе, навеянном чеховским «Архиереем». В данном случае такое сочетание подсказано самим рассказом, повествующем о последних днях и смерти священнослужителя. Сочинение существует в двух равноправных вариантах-редакциях. В первом - это кантата «По прочтении „Архиерея" А. П. Чехова» на тексты из Всенощной, стихи Пушкина и Пастернака. Вторая версия носит название «Откровения» (заглавие первой становится тут подзаголовком) и отличается введением фрагментов рассказа, исполняемых чтецом-актером. В таком варианте сочинение ставилось в Таганрогском театре им. А. П. Чехова наподобие сценической кантаты.

Неизменен интерес к камерно-вокальной музыке, где по-прежнему безраздельно господствует вокальный цикл. Среди ростовчан немного отыщется тех, кто не отдал бы ему дани.

Для Галины Гонтаренко он является одним из ведущих, а долгое время был едва ли не единственным. Именно в этом жанре она заявила о себе в конце 60-х годов («Пять романсов на русские народные тексты»), написав затем циклы на стихи В. Сосноры, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Пушкина и поэтов-декабристов. Недавняя ее работа, «Марина - морская» (2002), как и все предыдущие, долго вынашивавшаяся, тоже принадлежит жанру вокального цикла и вновь - на стихи М. Цветаевой19.

19 Издан (2004). Ранее опубликована лирическая тетрадь на стихи М. Цветаевой «Бессонница» (1999).

Лирическая героиня произведения - женщина страстная, своевольная, непредсказуемая. Но прежде всего она - Поэт. Женщина-Поэт, распахнутая настежь и эгоцентричная. В предпоследней части, давшей циклу название, она обыгрывает свое имя. Само его звучание напоминает о море, морской пене (из которой, как известно, родилась Афродита), а носительница имени дерзко противополагает собственную неуловимую сущность - камню, глине, словом, всему слишком материальному. Звуковая атмосфера семи романсов родственна той, что наметилась у Г. Гонтаренко в сочинениях второй половины 80-х годов. Это интонационный строй русской бытовой лирики XIX века - городской песни, элегии, вальса. Но не только: слышатся тут и отголоски «жестокого» танго, и барочные мелодические завитки. Все это скреплено узнаваемой авторской манерой высказывания, отмеченной мелодической свежестью, напряженным ритмическим нервом, строгим отбором выразительных средств.

Продолжили работу в камерно-вокальной области А. Матевосян («Я не знаю мудрости» на стихи К. Бальмонта, «Были у ней золотые короны» на стихи М. Метерлинка, легенда для голоса и фортепиано на стихи Д. Мережковского «Сакья-Муни») и В. Красноскулов («На назначенное свиданье опоздаю» на стихи М. Цветаевой, «Элегии и капричос» на стихи А. Пушкина, «О, март - апрель...» на стихи Е. Винокурова, Д. Самойлова, В. Шефнера). Циклы на стихи Саши Черного (1998) и К. Бальмонта (2000) имеются в творческом портфеле Е. Николаевой. Напротив, И. Левин, весьма успешно работавший на стыке «серьезной» романсовой лирики и эстрадной песни20, взял в этой сфере творчества «тайм-аут».

В разножанровой палитре В. Ходоша вокальная лирика не занимает лидирующего положения, тем не менее, им создано пять вокальных циклов. К написанным в 70-80-е годы («Чудо-чудеса» на стихи Н. Костарева, «Кунсткамера» на тексты Ф. Криви-на, «Песнь любви земной» на стихи Кабира) в конце прошлого десятилетия после большого перерыва прибавились «Белых лилий звон» (1996) на стихи Н. Гумилева и «Подслушанное» (1997) на стихи А. Ахматовой. Они образуют своего рода дилогию, дополняют друг друга, что неудивительно, если учесть, что в сознании слушателя имена по-

20 В числе бесспорных удач - цикл «Бегущее пространство» (1985) на стихи Ю. Левитанского.

этов стоят рядом. Вместе с тем, второе сочинение концепционно не только продолжает первое, но и «спорит» с ним. В гумилевском триптихе властвует смерть - впрочем, больше в стихах, чем в музыке: словам об умерших мыслях и желаниях отвечает мелодия взволнованно-протестующая, которая олицетворяет, скорее, невозможность примирения с небытием. Пятичастный ахматовский цикл - апология любви и творчества, то есть - жизни. Жизни, наполненной болью и страданием, но - жизни, «подслушать», запечатлеть которую и призван поэт.

Музыка для народных инструментов занимает в творчестве ростовских авторов весьма заметное место. В прошлые годы для них писали Г. Гонтаренко (сюиты для готово-выборного баяна «Старочеркасские картинки», для квинтета русских народных инструментов «О Таганроге с нежностью» и «Провинциальные сюжеты»21), В. Ходош (Соната-поэма для готово-выборного баяна). В недавние годы Г. Толстенко написал сочинение «В ночь на Ивана Купала» для баяна и цифровой записи (2001) (записано синтезированное звучание окарины -народного духового музыкального инструмента, популярного во многих странах).

Однако подлинным приверженцем народных инструментов давно зарекомендовал себя А. Куся-ков. Кстати сказать, и этому увлечению дало в свое время толчок тесное творческое сотрудничество композитора с двумя незаурядными музыкантами-виртуозами - баянистом В. Семеновым и балалаечником А. Даниловым22. Минувшее десятилетие принесло принципиальное расширение жанрового спектра: появились первые в творчестве автора концерты для баяна, балалайки (оба 1996) и домры23 (2004) с оркестром. Продолжилась работа в ранее освоенных жанрах: созданы Вторая соната для балалайки и фортепиано и Шестая - для баяна, две сюиты для того же инструмента - «Весенние картины» (1998, из цикла «Времена года - времена жизни») и «Лики уходящего времени» (1999)24. Ни сейчас, ни ранее

21 Два последних сочинения - по мотивам произведений А. П. Чехова. Изданы в переложении для фортепианного дуэта (2001, 2003).

22 Ныне первый - народный артист РФ, профессор РАМ им. Гнесиных, второй - заслуженный артист РФ, профессор, ректор Ростовской консерватории.

23 Транскрипция балалаечного концерта (ред. сольной партии М. Савченко).

24 В Ростове изданы сочинения для готово-выборного баяна: Дивертисмент (1998), сюиты «Осенние пейзажи», «Весенние

картины» (1999), «Лики уходящего времени» (2001), Три миниатюры, «Прощания», Партита (2003), в Германии - «Пять испанских картин» для флейты и баяна (2002).

А. Кусяков не написал ни одного традиционного для этой области творчества сочинения - обработки, вариаций или фантазии на фольклорные темы. Народные инструменты, особенно современный баян, обладающий богатейшими выразительными возможностями, трактуются им как инструменты вполне академические, достойные тех же жанров, стиля, идейных концепций, что их собратья, давно завоевавшие место под солнцем большого искусства, - недаром концерты написаны в сопровождении симфонического оркестра. Вместе с тем, композитор избегает и крайностей авангарда (вообще ему не свойственных), излишней образной усложненности или зашифрованности. Все это обеспечивает неизменную исполнительскую востребованность сочинений А. Кусякова25.

Убежденных и последовательных сторонников электронной музыки среди ростовчан нет, но использование предлагаемого ею арсенала средств встречается. Здесь, помимо уже названного сочинения Г. Толстенко «В ночь на Ивана Купала», следует упомянуть значительное число такого рода работ М. Фуксмана - для скрипки или фортепиано или чтеца и компьютерной фонограммы. Все они написаны в стиле джаз- или поп-музыки, в которых композитор работает с тем же удовольствием и знанием дела, что и в области музыки филармонической. Владение средствами самых разных стилевых направлений, без разделения их на достойные и недостойные внимания профессионального композитора с академическим образованием, зачастую их сближение - все это делает фигуру М. Фуксмана весьма симптоматичной для нашего времени. Недаром именно ему было заказано сочинение специально для фестиваля «Единый мир музыки», концепция которого предполагала сближение «далековатых идей» и разного рода миксты. Таким сочинением и стала симфония-концерт «Вхождения в реку» для рок-группы, хора и симфонического оркестра.

Аранжировки, инструментовки нечасто находят отражение в подобных обзорах, и это справедливо, ибо эти работы редко становятся событием музыкальной жизни. Но иногда такое случается: именно М. Фуксману выпала честь выполнить ор-

25 В частности, авторский вечер А. Кусякова прошел в Концертном зале РАМ им. Гнесиных в рамках XV Международного фестиваля «Баян и баянисты» (декабрь 2004 года), в Ростове состоялась целая серия таких вечеров (2005-2006), посвященных 60-летию композитора.

кестровку неоконченной оперы Рахманинова «Монна Ванна», исполненную сначала в Ростове (1997), а потом в Москве (1999)26.

Наконец, о той области сочинительства, которую принято упоминать последней и которая на самом деле является исключительно важной, - о музыке для детей. Это три детские оперы В. Ходоша («Репка», «Курочка Ряба», «Грибной переполох или После дождичка в четверг»), А. Матевосян («Девочка в тюльпане»), мюзиклы М. Фуксмана «Сказки Кота Фагота» и А. Хевелева «Снежная королева». Все они адресованы не только детям-слушателям, но и детям-исполнителям, и неоднократно ставились силами музыкальных школ города и области. Это также хоры и фортепианные пьесы Г. Балаева и А. Матевосян27, В. Красноскулова и В. Ходоша.

Подытоживая сказанное, обращусь вновь к облику Ростовской организации в целом. Произведения, созданные в донской столице, широко исполняются во многих городах России (помимо Ростова и городов области, - Москва, Петербург, Воронеж, Краснодар, Волгоград, Нижний Новгород, Новосибирск, Саратов, Тамбов и др.) и за рубежом. Только за последние несколько лет они прозвучали в Украине, Беларуси, Германии, Италии, Франции, Норвегии, Голландии, Дании, Шотландии, Чехии, Словакии, Югославии, Китае. США. К сочинениям ростовских композиторов обращаются известные солисты коллективы, включая хоровую капеллу им. А. Юрлова, оркестр им. Н. Осипова. Многие произведения опубликованы, причем не только в ростовских издательствах, но и в Москве, и за рубежом. Немалое число работ давно и прочно входят также в учебный репертуар. В Ростове нет ни одной музыкальной школы, где не игрались бы фортепианные пьесы В. Ходоша; произведения А. Кусякова для баяна постоянно включаются в качестве обязательных в программы всероссийских и международных конкурсов. Музыка ростовских композиторов привлекает внимание журналистов и музыковедов, о ней опубликованы многочисленные статьи в периодической печати (отечественной и зарубежной), монографические исследования в научных сборниках.

26 Российская премьера оперы (под фортепиано) также состоялась в столице Донского края в рамках фестиваля «Рахма-ниновские дни в Ростове» (1993).

27 За минувшие годы прошли фестивали «Музыка Георгия Балаева - юным» и «Детская музыка Аракс Матевосян».

Словом, творческий потенциал ее значителен. Особо подчеркну, что вопреки неблагоприятным тенденциям, о которых говорилось в начале обзора, за последние 15 лет он не только не снизился, но, пожалуй, укрепился и вырос.

Г. Канчели в одном из газетных интервью сказал: «Ростовские подвижники настоящего искусства... несмотря на всю нынешнюю неустроенность, продолжают выполнять свою миссию - творить

истинное искусство, доносить голос большой музыки до современного слушателя».

Единственное, чего не хотелось бы, чтобы у облеченных властью и правом принимать решения людей в результате знакомства с набросанной на этих страницах картиной не сложилось впечатления, будто ростовские композиторы, вместе со своими собратьями во всей стране, не нуждаются в помощи и поддержке.