РУССКО-ВИЗАНТИЙСКИЙ ВЕСТНИК
Научный журнал Санкт-Петербургской Духовной Академии Русской Православной Церкви
№ 2 (9) 2022
И. А. Виноградов
Н. А. Некрасов, И. С. Тургенев, Ф. И. Тютчев, А. Н. Майков, Ф. М. Достоевский, К. Н. Леонтьев о покушении Д. В. Каракозова
УДК 94(470+571)
DOI 10.47132/2588-0276_2022_2_125
EDN RCLECY
Аннотация: Воспроизводится картина всеобщего осуждения, с каким было встречено в 1866 г. покушение Д.В. Каракозова на царя-освободителя Александра II. Акт террориста осудили представители самых разных партий, «правых» и «левых». Неподдельный восторг при этом вызвал подвиг костромского крестьянина О. И. Комиссарова, спасшего царя от смерти. Эти патриотические чувства нашли отражение в литературе в стихотворениях Н. А. Некрасова, Ф. И. Тютчева, А. Н. Майкова, в эпистолярных отзывах И. С. Тургенева, в реакции Ф. М. Достоевского, в произведениях К. Н. Леонтьева. В откликах известных поэтов и писателей, несмотря на разницу в исповедуемых взглядах, сказалось традиционное народное отношение к царю. Даже либерал Тургенев в письмах к друзьям выражал «отвращение к безобразному поступку» Каракозова и отказывался признать его «за русского». Такое же единодушное осуждение получило в обществе бессмысленное цареубийство 1881 г. Уточняется первая публикация стихотворения Некрасова «Осипу Ивановичу Комиссарову» 1866 г.
Ключевые слова: император Александр II, О. И. Комиссаров-Костромской, Д. В. Каракозов, монархизм, патриотизм, традиционализм, оппозиционность, радикализм, цареубийство.
Об авторе: Игорь Алексеевич Виноградов
Доктор филологических наук, главный научный сотрудник Института мировой литературы им.
А. М. Горького Российской академии наук.
E-mail: info@imli.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0002-9151-4554
Для цитирования: Виноградов И. А. Н. А. Некрасов, И. С. Тургенев, Ф. И. Тютчев, А. Н. Майков,
Ф. М. Достоевский, К. Н. Леонтьев о покушении Д. В. Каракозова // Русско-Византийский вестник. 2022. № 2 (9). С. 125-134.
RUSSIAN-BYZANTINE HERALD
Scientific Journal Saint Petersburg Theological Academy Russian Orthodox Church
No. 2 (9) 2022
Igor A. Vinogradov
N. A. Nekrasov, I. S. Turgenev, F. I. Tyutchev, A. N. Maikov, F. M. Dostoevsky, K. N. Leontiev about the attempt on the life of D. V. Karakozov
UDC 94(470+571)
DOI 10.47132/2588-0276_2022_2_125 EDN RCLECY
Abstract: The picture of the general condemnation with which the attempt on the life of D. V. Karakozov against Tsar-Liberator Alexander II. The terrorist's act was condemned by representatives of various parties, both „left" and „right". Genuine delight at the same time caused the feat of the Kostroma peasant O. I. Komissarov, who saved the tsar from death. These patriotic feelings are reflected in the literature in the poems of N. A. Nekrasov, F. I. Tyutchev, A. N. Maikov, in the epistolary responses of I. S. Turgenev, in the reaction of F. M. Dostoevsky and in the works of K. N. Leontiev. In the responses of famous poets and writers, despite the difference in their views, the traditional folk attitudes towards the tsar were reflected. Even the liberal Turgenev, in letters to friends, expressed „disgust for the ugly act" of Karakozov and refused to recognize him as „Russian". The senseless regicide of 1881 received the same unanimous condemnation in society. The first publication of Nekrasov's poem „Osip Ivanovich Komissarov" in 1866 is being specified.
Keywords: Emperor Alexander II, O.I. Komissarov-Kostromskoj, D.V. Karakozov, monarchism, patriotism, traditionalism, opposition, radicalism, regicide.
About the author: Igor Alekseevich Vinogradov
DSc of Philology, Chief Investigator, A. M. Gorky Institute of World Literature of the Russian Academy
of Sciences.
E-mail: info@imli.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0002-9151-4554
For citation: Vinogradov I. A. N. A. Nekrasov, I. S. Turgenev, F. I. Tyutchev, A. N. Maikov, F. M. Dostoevsky, K. N. Leontiev about the attempt on the life of D. V. Karakozov. Russian-Byzantine Herald, 2022, no. 2 (9), pp. 125-134.
В 1866 г. произошло событие, потрясшее Россию. 4 апреля в Петербурге был совершен первый в русской истории террористический акт, направленный на жизнь верховного представителя законной власти. Покушение на императора Александра II, Божиего помазанника («помазанник» — «мессия», евр.; «Христос», греч.), царя-освободителя, совершил недоучившийся студент Д. В. Каракозов. Эта попытка, оказавшаяся, к счастью, неудачной, стала началом целой серии других, завершившихся в итоге убийством императора террористами в 1881 г.; она послужила прологом к последующей трагической гибели царской семьи в 1918 г.
Константин Леонтьев в связи с покушением 1866 г. писал, что народ не просто сочувствовал государю, был на его стороне, но видел в нем своего защитника, заступника перед господами, — перед теми, кто неприязненно встретил освобождение крестьян: «...У простолюдина русского сложилась идея, что Каракозов, Нечаев и студенты, волновавшиеся в 61-м году, суть не что иное, как господские дети, которые сердятся на Государя за освобождение крестьян.»1 Устами одного из своих героев Леонтьев, подразумевая тогдашние чувства народа, замечал о дне спасения царя: «Мы видели. народ 4-го апреля.»2
Отношение к царской власти как народной напрямую сказалось в самом том поступке, который послужил спасению императора. На пути террориста встал костромской крестьянин Осип Иванович Комиссаров (1838-1892). В толпе, приветствовавшей государя у Летнего сада, он заметил наведенный на Александра II пистолет и в последнюю секунду ударил цареубийцу по руке.
В тот же день стихотворение по поводу случившегося написал Федор Иванович Тютчев. Переживания поэта, выраженные в этом произведении, были вызваны тем, что под сомнение ставилось традиционное народное отношение к царю:
«Так! Он спасен — иначе быть не может! И чувство радости по Руси разлилось. Но посреди молитв, средь благодарных слез Мысль неотступная невольно сердце гложет: Всё этим выстрелом, всё в нас оскорблено! И оскорблению как будто нет исхода: Легло — увы! — легло позорное пятно На всю историю Российского народа!»3
1 Леонтьев К. Н. Записка об Афонской Горе и об отношениях ее к России // Его же. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. СПб.: Владимир Даль, 2017. Т. 10. Кн. 1. С. 400.
2 Леонтьев К.Н. Две избранницы // Его же. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. СПб.: Владимир Даль, 2003. Т. 5. С.119.
3 Тютчев Ф. И. Полн. собр. соч. и письма: В 6 т. М.: Классика, 2003. Т. 2. С. 155.
Покушение Д. В. Каракозова на Александра II 4 апреля 1866 г. у Летнего сада в Петербурге. Худ. В. Гринер, 1866 г.
Часовня св. блгв. кн. Александра Невского в ограде Летнего сада. Построена в 1866-1867 гг. на месте покушения на императора Александра II. Арх. Р. И. Кузьмин. Фото С. М. Прокудина-Горского, между 1890 и 1905 гг. Уничтожена в 1930 г.
Такие же чувства испытал в те же дни другой поэт-патриот4, Аполлон Николаевич Майков. В стихотворении «4 апреля 1866 года» он буквально вторил Тютчеву:
«Всё, что в груди есть русского у нас, — Оскорблено!.. Уста молчат, немея От ужаса!.. Рукой безвестного злодея Едва святая кровь Царя не пролилась...»5
Выстрел Каракозова стал потрясением и для Федора Михайловича Достоевского. Писатель много размышлял об этом событии и спустя шесть лет в подготовительных набросках к роману «Бесы» называл террориста «несчастным, слепым самоубийцей»6. Литератор П. И. Вейнберг (1831-1908) в воспоминаниях, напечатанных в 1906 г. в революционном журнале «Былое», сообщал: «4 апреля <...> я пришел в поэту Аполлону Николаевичу Майкову, <...> с которым резко расходился с политических убеждениях. <...> .Мы мирно беседовали о чисто литературных, художественных вопросах, когда в комнату опрометью вбежал Федор Михайлович. <...> Он был страшно бледен, на нем лица не было, и он весь трясся, как в лихорадке. „В царя стреляли!" — вскричал
4 См.: Троицкий В. Ю. Идея государства и мысль народная в поэзии А. Н. Майкова // Два века русской классики. 2020. Т. 2. № 4. С. 104-117.
5 [Майков А.Н.] 4 апреля 1866 года // 4 апреля 1866 года. Два стихотворения А. Н. Майкова. СПб.: В печатне В. Головина, 1866. С. 3.
6 Достоевский Ф.М. Бесы. Подготовительные материалы // Его же. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л.: Наука, 1974. Т. 11. С. 303.
Революционер-террорист Д. В. Каракозов. Фото 1866 г.
он, не здороваясь с нами, прерывающимся от сильного волнения голосом. Мы вскочили с мест. „Убили?" — закричал Майков каким-то <...> диким голосом. „Нет. спасли. благополучно. Но стреляли. стреляли. стреляли.."»7.
Вейнберг также рассказывал, как сразу после этого они втроем вышли на взбудораженные петербургские улицы, вследствие чего и появилось в тот день майковское стихотворения «4 апреля 1866 года»: «.Невозможно и представить себе, что делалось в Петербурге в этот вечер. <.> Движение, волнение невообразимое. <.> .Крики, в которых чаще всего слышатся слова „Каракозов! Комиссаров!", угрожающие ругательства по адресу первого, восторженные восклицания по адресу второго, группы народа, поющие „Боже, Царя храни". <.> С Майковым и Достоевским я расстался скоро. Они смешались с ликующей толпой, а Майков под влиянием охватившего его патриотического одушевления несколько времени спустя <.> побежал домой писать стихотворение по этому случаю.»8
Всеобщее осуждение преступления Каракозова сопровождалось столь же массовым, всенародным ликованием по поводу подвига крестьянина Осипа Комиссарова. Исключительное воодушевление вызвало то, что, как выяснилось, спаситель царя был уроженцем села Молвитино Буйско-го уезда Костромской губернии. Лишь несколько верст отделяли это село от селения Домнино, прославленного именем другого знаменитого крестьянина, Ивана Сусанина. Осознание общности двух народных героев приходило само собою. Географическая и духовная близость Сусанина и Ко-мисарова прочитывалась верующим умом как очевидное и недвусмысленное указание на богохранимость династии Романовых от самого ее основания до нового времени. Поражал тот факт, что спустя два с половиной столетия представитель той же «простой» крестьянской среды, выходец из той же отдаленной, «нестоличной»
местности оказался так же предан своему государю, как его земляк, спасший царя в 1613 г. Оскорбительное для исторической памяти пятно каракозовщины смывалось сугубым свидетельством о подлинных чувствах народа к государю. В географическом «родстве» и духовной равноположности подвигов Сусанина и Комиссарова
7 Вейнберг П.И. 4-е апреля 1866 г. (Из моих воспоминаний) // Былое. Журнал, посвященный истории освободительного движения. 1906. № 4. С. 299-300.
8 Там же. С. 300.
Комиссаров Осип Иванович —
костромской крестьянин, спасший жизнь Александра II. Фото 1860-х гг.
открылось доказательство неизменности традиционного народного отношения к государственности. Сам народ, несмотря на последовавшие в исходе XIX — начале XX вв. два цареубийства, высказал в подвигах своих представителей недвусмысленное слово в противостоянии власти и терроризма. Впоследствии, в XX в., этот выбор лишь с еще большей силой был подтвержден бесчисленным собором святых новомучеников и исповедников российских9, миллионами пострадавших от известной идеологической 58-й статьи Уголовного кодекса РСФСР и трагической историей нескольких волн русской эмиграции.
Нельзя не обратить внимания и на то, с какой жесткой последовательностью «географическая» близость двух спасителей царей, Сусанина и Комиссарова, была перемолота впоследствии советской идеологией. В 1939 г. родину Комиссарова Молви-тино, где до революции был установлен памятник крестьянину-монархисту, переименовали в Сусанино; а памятник Комиссарову снесли. Таким образом, признанием памяти Ивана Сусанина одновременно лукаво изгонялась память об Осипе Комиссарове. Тогда же и «Жизнь за Царя» М. И. Глинки превратилась в «Ивана Сусанина». В советской истории такие случаи были не единичными. Не раз в ту эпоху памятью об одном старательно уничтожали память о другом. Так, в частности, в Курске вместо задуманного в 60-х гг. XX в. мемориала жертвам политических репрессий (об этом проекте гласила заложенная тогда гранитная плита) был установлен в 1970-х гг. новый, уже второй в городе мемориал, посвященный Великой Отечественной войне. Подвиг народа в войне был отмечен, таким образом, дважды, а другой, не менее значимый подвиг — в сражении с безбожием и внутренним чужебесием — вторым народным пожертвованием постарались вновь замолчать. Только в 1990-х гг. в лесном массиве Курска был установлен весьма скромный, как на рядовой могиле, памятник на месте, где расстреливались курские священники-новомученики.
За свой подвиг Осип Иванович Комиссаров получил заслуженную награду. Спустя пять дней после покушения, 9-го апреля 1866 г., был подписан Именной указ о пожаловании ему потомственного дворянства с почетным наименованием Комиссаров-Костромской. Спасение царя в 1866 г. на законодательном уровне было поставлено в один ряд с жертвой Ивана Сусанина. Указ, опубликованный 13 апреля, гласил: «Четвертого сего апреля, по изволению Всеблагого Промысла, сохранена Нам жизнь рукою Осипа Коммисарова10, <...> уроженца той же местности, которая некогда дала России знаменитого в отечественных летописях Ивана Сусанина»11. Через год О. И. Комиссаров-Костромской поступил на службу, он стал юнкером Павлоградского лейб-гусарского Его Величества полка.
В год покушения даже либерал Иван Сергеевич Тургенев писал своим приятелям: «Спасение царя (крестьянином) — большое счастье для нашей страны» (письмо Людвигу Пичу12); «Нельзя не содрогнуться при мысли, что бы сталось с Россией, если б это злодейство удалось» (письмо П. В. Анненкову13). О Каракозове Тургенев в еще одном письме к последнему адресату, Анненкову, замечал: «Нужно <...>, чтобы в литературе
9 Иноземцева З. П. Усвоить духовные плоды подвига новомучеников и исповедников XX столетия — насущная задача нашего общества // Оптинский альманах. Козельск: Введенский став-ропигиальный мужской монастырь Оптина пустынь, 2020. Вып. 6: В поисках Града Небесного. С. 133-153.
10 Так в источнике.
11 43164. — 1866. Апреля 9. Именной, данный Правительствующему Сенату. О возведении в потомственное Российской Империи дворянское достоинство Осипа Коммисарова, временнообязанного крестьянина Костромской губернии, Буйского уезда, Молвитинской волости, села Молвитино, и о именовании его Коммисаровым-Костромским // Полн. собр. законов Российской Империи. Собрание 2-е. СПб.: В Типографии II Отделения Собственной Е.И.В. Канцелярии, 1868. Т. 41. Отд. 1. С. 334.
12 Письмо от 9 апреля 1866 г. (Тургенев И.С. Полн. собр. соч.: В 30 т. Письма: В 18 т. М.: Наука, 1990. Т. 7. С. 232).
13 Письмо от 6 апреля 1866 г. (Там же. С. 28).
высказалось отвращение к безобразному поступку этого человека, которого я никак не могу признать за русского»14.
Об этом же писал и Аполлон Майков:
«Кто ж тот злодей? Откуда вышел он? Мы тщетно ищем между нами! <...> О нет, несчастный, нет, не русской он стихии! Кто б ни был он, — он нам чужой! И нет ему корней ни в нынешней живой — Ни в исторической России!»15
На подвиг Комиссарова откликнулся и Николай Алексеевич Некрасов. Петербургская «Вечерняя Газета» 11 апреля 1866 г. сообщала: «По субботам собирается обыкновенно наибольшее число членов в здешнем Английском клубе: вчерашняя суббота (9 апреля) была особенно торжественным днем, на обед приглашен был О. И. Комиссаров, которому каждый желал выразить свое глубокое сочувствие и уважение к его доблестному подвигу. Собралось всех гостей более 300 человек. <...> Когда волнение присутствовавших несколько успокоилось, член клуба, Н. А. Некрасов, произнес следующие стихи:
«Не громка моя лира: в ней нет Величавых, торжественных песен, Но придет, народится поэт. Вдохновеньем могуч и чудесен. Он великую песню споет, И героями песни той чудной Будут: Царь, что стезей многотрудной Царство русское к счастью ведет. Царь, покончивший рабские стоны, Вековую бесправность людей, И свободных сынов миллионы Даровавший отчизне своей; И крестьянин, кого возростил В недрах Руси народ православный, Чтоб в себе весь народ он явил Охранителем жизни державной! Сын народа! Тебя я пою! Будешь славен ты много и много. Ты велик как орудие Бога, Направлявшего руку твою»16.
Сообщение «Вечерней газеты» стало первой публикацией стихотворения Некрасова. Еще до издания указа о награждении О. И. Комиссарова, где подчеркивалось промыслительное значение его подвига, поэт назвал народного героя «орудием Бога» (до сих бытует мнение, будто некрасовское стихотворение было напечатано лишь 14 апреля, т.е. уже после обнародования императорского указа17; на самом деле стихи появились в печати раньше, за день до его появления).
14 Письмо от 12 апреля 1866 г. (Там же. С. 31).
15 [Майков А.Н.] 4 апреля 1866 года. С. 4-5.
16 Внутренние известия // Вечерняя Газета. 1866. 11 апр. С. 3.
17 В комментариях к Полному собранию сочинений и писем Некрасова сообщается, что стихотворение было впервые опубликовано 14 апреля 1866 г. в «Иллюстрированной газете» ([Скатов Н.Н.] Осипу Ивановичу Комиссарову. [Комментарий] // Некрасов Н.А. Полн. собр. соч. и писем: В 15 т. (22 кн.). Л.: Наука, 1981. Т. 2. С. 428).
Как известно, председателем следственной комиссии по делу Каракозова был назначен граф Михаил Николаевич Муравьев (1796-1866). Некрасов написал тогда стихи не только в честь Комиссарова, но и в поддержку Муравьева (последнее стихотворение не сохранилось). По признаниям поэта, сделал он это не только вследствие патриотического одушевления, но и из желания спасти от закрытия журнал «Современник», выходивший под его редакцией. Утилитарный расчет в создании двух стихотворений особенно подчеркивали впоследствии представители радикального лагеря. Однако, отрицая искренность патриотических чувств Некрасова, они невольно сами себе оказывали медвежью услугу, т.к. превращали «революционного» поэта в самого заурядного лицемера — и это, конечно, было неправдой. Да, Некрасов корил себя за стихи, посвященные графу Муравьеву. Корил себя, как теперь с исторической перспективы видно, зря. Тот же Тютчев писал о Муравьеве:
«На гробовой его покров
Мы, вместо всех венков, кладем слова простые: Не много было б у него врагов, Когда бы не твои, Россия»18.
Но и понять Некрасова можно. Чего не сделаешь из стыдливой застенчивости перед либеральными друзьями-приятелями, которые, казалось бы, вели страну к «светлому и прекрасному» будущему. Достоевский остроумно называл повальное увлечение тогдашней интеллигенции оппозиционными настроениями «мундиром», в который насильственно почти каждый талантливый писатель втискивал себя, в угоду радикальной моде. В «Дневнике писателя» Достоевский писал: «Одна из самых грубейших ошибок состоит в том, что обличение порока (или то, что либерализмом принято считать за порок) и возбуждение к ненависти и мести считается за единственный и возможный путь к достижению цели! <...> Есть очень и очень значительные таланты, которые так много обещали, но которых до того заело направление, что решительно одело их в какой-то мундир. Я читал две последние поэмы Некрасова — решительно этот почтенный поэт наш ходит теперь в мундире»19. (Достоевский подразумевал поэтический цикл Некрасова «Русские женщины», состоящий из двух «декабристских» поэм «Княгиня Трубецкая» и «Княгиня М. Н. Волконская».)
Князь П.А. Вяземский в стихотворении «Послушать: век наш — век свободы.» (1860) в свою очередь констатировал, что либеральные «свободных мыслей коноводы / Восточным деспотам сродни». Поэт писал:
«У них на всё есть лозунг строгой Под либеральным их клеймом: Не смей идти своей дорогой, Не смей ты жить своим умом»20.
18 Тютчев Ф. И. Полн. собр. соч. и письма. Т. 2. С.161.
19 Достоевский Ф.М. Дневник писателя. 1873 // Его же. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л.: Наука, 1980. Т. 21. С. 73.
20 [Вяземский П.А, кн.]. В дороге и дома. Собрание стихотворений князя П. А. Вяземского. М.: В типографии Бахметева, 1862. С. 306.
Настольная медаль (жетон) «В память чудесного спасения Императора Александра II 4 апреля 1866 г. Осип Иванович Комисаров-Костромской», 1860-е гг.
Однако Некрасов, и одев «мундир» обличителя, умел жить своим умом — несмотря на господствовавший радикализм, сумел все-таки остаться русским национальным поэтом — и не только в «прогрессистском», революционно-демократическом значении этого слова. Направление и «мундир» оказывались не столь властны над ним, когда права на уважение и честь требовал от поэта подвиг Комиссарова-Костромского.
Спустя пятнадцать лет цареубийцы все-таки добились своей цели: император Александр II погиб. Пронзительным напоминанием об этом трагическом событии стал величественный собор Спаса на Крови в Петербурге, возведенный на месте убийства — «святыней вековечной нам», по словам Афанасия Фета21.
В 1881 г. уже упомянутый Аполлон Майков в стихотворении «Первое марта», как бы подводя итог этой кровавой истории, почти дословно повторил и чувства, и выражения пятнадцатилетней, не остывшей давности, высказанные в 1866 г. четырьмя поэтами и писателями. Он повторил тогда и свои строки в стихотворении «4 апреля 1866 года», и тютчевский болезненно-возмущенный возглас в стихотворении «Так! Он спасен — иначе быть не может!», и отклик на покушение Каракозова Достоевского, и строки стихотворения Некрасова «Осипу Ивановичу Комиссарову» 1866 г.:
«.Да! все мы — Русская земля — мы чуем, Что тяжкий грех на нас, как тень от тучи, лег. Великого Царя нам посылает Бог; <...> Он вековые с нас снимает тяготы; Освобожденную уже ведет Россию, <...> И вдруг, враги внутри, и адский ков за ковом, И царский стал венец Ему венцом терновым!.. <...> История корить нас вечно будет Им.»22
Действительно, были ли у этого политического убийства — и у всей тогдашней «мундирной» оппозиционности — мотивы, которые имели хоть какое-то разумное объяснение? Константин Леонтьев цареубийство 1 марта 1881 г. назвал событием, «когда на улицах нашей европейской столицы либерализм анархический умертвил так безжалостно самого могущественного в мире и поэтому самому самого искреннего представителя либерализма государственного.»23
Источники и литература
1. <№ > 43164. — 1866. Апреля 9. Именной, данный Правительствующему Сенату. О возведении в потомственное Российской Империи дворянское достоинство Осипа Ком-мисарова <так в источнике; далее не оговаривается>, временно-обязанного крестьянина Костромской губернии, Буйского уезда, Молвитинской волости, села Молвитино, и о именовании его Коммисаровым-Костромским // Полн. собр. законов Российской Империи. Собрание 2-е. СПб.: В Типографии II Отделения Собственной Е. И. В. Канцелярии, 1868. Т. 41. Отд. 1. С. 334-335.
2. Вейнберг П.И. 4-е апреля 1866 г. (Из моих воспоминаний) // Былое. Журнал, посвященный истории освободительного движения. 1906. № 4. С. 299-303.
3. Внутренние известия // Вечерняя Газета. 1866. 11 апр. С. 3.
21 Фет А. День искупительного чуда. // Русский Вестник. 1881. Т. 152. № 4. С. 726.
22 МайковА. Первое марта // Убиение царя-освободителя [Александра II]. М.: В Университетской типографии (М. Катков), 1881. С. 34-35.
23 Леонтьев К.Н. Средний европеец как идеал и орудие всемирного разрушения // Леонтьев К.Н. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. СПб.: Владимир Даль, 2007. Т. 8. Кн. 1. С. 231.
4. [Вяземский П.А., кн.]. В дороге и дома. Собрание стихотворений князя П. А. Вяземского. М.: В типографии Бахметева, 1862. 400 с.
5. Достоевский Ф.М. Бесы. Подготовительные материалы // Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л.: Наука, 1974. Т. 11. С. 58-332.
6. Достоевский Ф.М. Дневник писателя. 1873 // Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л.: Наука, 1980. Т. 21. С. 5-136.
7. Иноземцева З. П. Усвоить духовные плоды подвига новомучеников и исповедников XX столетия — насущная задача нашего общества // Оптинский альманах. Козельск: Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина пустынь, 2020. Вып. 6: В поисках Града Небесного. С. 133-153.
8. Леонтьев К. Н Две избранницы // Леонтьев К. Н. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. СПб.: Владимир Даль, 2003. Т. 5. С. 61-195.
9. Леонтьев К. Н Средний европеец как идеал и орудие всемирного разрушения // Леонтьев К.Н. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. СПб.: Владимир Даль, 2007. Т. 8. Кн. 1. С. 159-233.
10. Леонтьев К.Н. Записка об Афонской Горе и об отношениях ее к России // Леонтьев К. Н. Полн. собр. соч. и писем: В 12 т. СПб.: Владимир Даль, 2017. Т. 10. Кн. 1. С. 390-406.
11. [Майков А. Н.] 4 апреля 1866 года // 4 апреля 1866 года. Два стихотворения А. Н. Майкова. СПб.: В печатне В. Головина, 1866. 9 с.
12. Майков А. Первое марта // Убиение царя-освободителя [Александра II]. М.: В Университетской типографии (М. Катков), 1881. 36 с.
13. [Скатов Н Н.] Осипу Ивановичу Комиссарову. [Комментарий] // Некрасов Н. А. Полн. собр. соч. и писем: В 15 т. (22 кн.). Л.: Наука, 1981. Т. 2. С. 428-429.
14. Троицкий В. Ю. Идея государства и мысль народная в поэзии А. Н. Майкова // Два века русской классики. 2020. Т. 2. № 4. С. 104-117.
15. Тургенев И.С. Полн. собр. соч.: В 30 т. Письма: В 18 т. М.: Наука, 1990. Т. 7. 448 с.
16. Тютчев Ф.И. Полн. собр. соч. и письма: В 6 т. М.: Классика, 2003. Т. 2. 640 с.
17. Фет А. День искупительного чуда. // Русский Вестник. 1881. Т. 152. № 4. С. 726.