DOI: 10.24412/2076-1503-2023-11-306-310 NIION: 2018-0076-11/23-899 MOSURED: 77/27-023-2023-11-899
ПИКУЛЕВ Евгений Сергеевич,
Аспирант 3го года Российская Государственная Академия Интеллектуальной Собственности, магистр частного права, е-mail: mail@law-books.ru
МУЛЬТИПЛИКАЦИЯ ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ ВНЕШНЕГО ВИДА ИЗДЕЛИЙ - НЕСОВЕРШЕНСТВО ПРАВА ИЛИ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ?
Аннотация. В статье рассматривается проблема кумулятивной правовой охраны внешнего вида изделий. Излагаются основные предпосылки возникновения двойной правовой охраны объекта интеллектуальной собственности, а также изучены основные теоретические концепции, объясняющие возможность или невозможность такой правовой охраны, и правовые последствия реализации прав в отношении таких объектов интеллектуальной собственности. Выдвигаются обоснования для изменения правового регулирования в части юридической ответственности.
Ключевые слова: Внешний вид изделия; промышленный образец; произведение искусства; дизайн; правовая охрана; кумулятивная правовая охрана; кумулятивная ответственность.
PIKULEV Evgeny Sergeevich
Graduate student of the 3rd year Russian State Academy of Intellectual Property, Master of Private Law
MULTIPLICATION OF LEGAL PROTECTION OF THE APPEARANCE OF PRODUCTS - IMPERFECTION OF LAW OR ENFORCEMENT?
Annotation. The article considers the problem of cumulative legal protection of the appearance of products. The main prerequisites for the emergence of dual legal protection of the intellectual property object are outlined, and the main theoretical concepts explaining the possibility or impossibility of such legal protection, as well as the legal consequences of the realization of rights in respect of such intellectual property objects are studied. The author puts forward justifications for changing the legal regulation in terms of legal liability.
Key words: Appearance of a product; industrial design; work of art; design; legal protection; cumulative legal protection; cumulative liability.
Кумулятивная охрана объектов интеллектуальной собственности - это, пожалуй, одна из самых противоречивых особенностей права интеллектуальной собственности. Ситуации «задвоения» правовой охраны в других правоотношениях практически не встречаются, поскольку это невозможно по самой сути правоотношений. Например, в случае нарушения прав пользования квартирой, которую арендуют по договору, у арендатора появляется возможность подать специальный иск в интересах собственника, но для целей упрощения и «ускорения» процесса - так как собственник квартиры к нарушителю на том же основании иска уже иметь не будет.
Вопрос о том, что в отношении имеющих эстетическую ценность объектов может возникать
конфликт правовых режимов, абсолютно не нов для цивилистической дискуссии, как отечественной [1,2,5,6], так и зарубежной [10,11]. В частности, Я.А. Канторович писал, что, выбирая правовой режим для охраны результата интеллектуальной деятельности (далее также - РИД) в сфере авторского права, необходимо учитывать форму выражения такого РИДа наравне с выбором его функциональной направленности этой формы [6, с.213-214] - подобный тезис выдвигался применительно к дискуссии об охране фабричных моделей и рисунков. Следует сказать, что в российской правовой доктрине отражены разные позиции по поводу возможности реализации двух правовых режимов (и предоставленных такими правовыми режимами способах защиты исключительных прав). Так, А.Ю. Чурилов считает, что кумулятив-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2023
ная охрана объекта интеллектуальной собственности возможна [10], а О.А. Городов прямо говорит о недопустимости такой совмещенности патентно- и авторско-правовой охраны [4]. В отношении дизайна как некоей обобщающей внешний вид изделия терминологической единицы, используемой в ряде правовых исследований, наиболее заслуживает внимания подход французского законодателя. Во Франции допускается применение двух правовых режимов к одному объекту в случае, если правообладатели РИДов, воплощенных в таком объекте, совпадают [1]. Правоприменительная практика в Российской Федерации взяла за основу несколько иной подход, который отражен в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23.04.2019 (далее - Постановление Пленума № 10). Российский суд не будет требовать от заявителей «совпадения в одном лице». Например, если речь идет о промышленном образце, в отношении которого его патентообладатель - некий «коммерсант» - хочет использовать произведение, у которого есть автор. Он должен (и волен) обратиться к автору этого произведения и автономно с ним договориться об условиях и способах использования. Однако, возникает вопрос: в случае заключения лицензионного договора, сохраняется ли за автором весь надлежащий объем правомочий? В данном случае речь идет о правовой судьбе права на иск за нарушение прав на произведение. Однако прежде чем рассмотреть вопрос о том, какие правовые последствия влечет ситуация с совпадением правовых режимов охраны объекта интеллектуальной собственности, следует изучить «базис» спора - и уже после переходить к «надстройке».
Краеугольным камнем в данном споре является вопрос сроков и продолжительности «жизни» правовой охраны - учитывая, что исключительные права в большинстве своем срочны. Права на объекты авторского права переживают своего первоначального обладателя в силу правового регулирования; патентные же права строго ограничены сроком - чтобы не создавать излишне выгодную позицию для использующих их предпринимательских лиц. Стоит учитывать также, что первой в отношении дизайна всегда возникает авторско-правовая охрана. При этом действующее российское законодательство предлагает также и иные правовые режимы для охраны результата интеллектуальной деятельности - в частности, патентование промышленного образца. Следовательно, создатель выбирает на свой страх и риск (а также интерес), каким способом он желает получить защиту (а вернее - как он желает, чтобы охранялись его права). Своей активной позицией создатель дизайна сам опре-
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2023
деляет правовую судьбу созданного результата интеллектуальной деятельности.
Здесь целесообразно уделить внимание «доктрине выбора» [12], заставляющей правообладателя выбирать один из механизмов, который будет охранять его права на интеллектуальную собственность - именно так проблему, возникающую при совпадении правовых режимов, решает американский законодатель [см. об этом 13, 14]. Исключительные права автора дизайна в отношении результата интеллектуальной деятельности сохраняются, поскольку не происходит их прекращения. Однако, что в таком случае происходит с возможностью правообладателя реализовать защиту своих прав - как определять «очередность» требований и допустимо ли в таком случае вообще выстраивать из правообладателей «очередь» за правосудием?
В ситуации, где правообладатель-автор находит согласие с правообладателем-патентообладателем путем предоставления ему определенного наполнения лицензии, «доктрина выбора» не дает однозначного решения - она отвечает на вопрос, только когда правообладатель произведения и правообладатель патента совпали в одном лице. Применимо к российскому праву, где - как мы делаем вывод исходя из положений Гражданского кодекса Российской Федерации и практики применения его положений судами (на основании Постановления Пленума № 10) - правообладатель-автор произведения искусства и правообладатель патента не обязательно должны совпадать в одном лице для правомерного обладания правами на РИД, доктрина выбора работает только в качестве исключения из правил, но не как само по себе правило.
Приоритет одного правового режима над другим может быть более удобным с практической точки зрения, но такой подход будет в меньшей степени отражать сущность правового института с теоретической точки зрения. В данном случае мы подходим к тому, как решается судьба материального права на иск: правообладатель-автор дизайнерского произведения, получив патентно-правовую охрану, лишается, в качестве автора, права на иск (право на который дается такому лицу исходя из положений Главы 70 ГК РФ). Если мы описываем ситуацию из «доктрины выбора», где субъекты совпали в одном лице, то все логично - правообладатель по своей инициативе решает отдать предпочтение одному из правовых режимов, как если бы изначально решал, что именно он создает - объект авторского права или объект, который он хочет запатентовать.
Удивительно, но такая логика вполне укладывалась в правовую действительность в России начала 21 века - до реформы части четвертой ГК
РФ, которая предоставила возможность иска о компенсации для патентообладателя. Однако для целей формирования единообразного подхода в правовом регулировании следует помнить, что правовой институт должен быть универсальным настолько, насколько это позволяют фактические обстоятельства и объективная реальность - то есть норма не должна быть «каучуковой», как положения статьи 10 ГК РФ, позволяющие любые действия оспаривать по их недобросовестности; но, с другой стороны, и не должна реализовывать для каждого индивидуального случая самостоятельное правовое регулирование. Кроме того, если правовой механизм неэффективен с точки зрения потраченного на его получение времени и ресурсов (в сравнении с потенциальными выгодами от такого правового механизма), то субъекты права просто не станут его реализовывать. Но самое главное, что зачастую уходит на второй план при обсуждении допустимого правового регулирования, так это принцип равенства субъектов в правах, совместно с принципом очевидности правового регулирования.
Правовой режим промышленного образца основан на том, что охраняемый таким способом объект предполагается впоследствии массово воспроизводить (тиражировать), а затем реализо-вывать путем продажи [9, с.153]. Правовой режим авторского права предполагает охрану в первую очередь той формы произведения, которая с точки зрения авторского права является значимой и основной целью охраны. В уже обозначенной доктрине выбора правовая охрана за пределами промышленного образца для произведения должна заканчиваться - так как создатель сделал выбор в пользу патента. В ситуации спорного правового регулирования - того самого кумулятивного нарушения - некоторыми авторами предлагается придать «приоритет» правовому режиму промышленного образца. Но если субъекты прав на результат интеллектуальной деятельности разные, то это означает, что, выбирая передачу исключительных прав (даже в формате согласия на использование объекта авторского права в промышленном образце), создавший такой внешний вид автор самостоятельно выбирает способ прекращения своих исключительных прав - даже в ситуации, когда предметом договоренности с будущим патентообладателем являлся лицензионный договор (который специалистами патентного ведомства будет считаться достаточным подтверждением правомочности заявителя в отношении заявляемого к охране результата интеллектуальной деятельности).
Такой подход предлагается [7, с.65-66] использовать для решения проблемы «двойной ответственности за одно нарушение». Приоритет
патента в отношении внешнего вида изделия исходит, по сути, из прямого волеизъявления автора-создателя на отказ от самого права подать иск. Логика такого правового регулирования обоснована в случае регулирования правомочий одного лица в отношении двух принадлежащих ему РИДов, воплощенных в одном объекте - с той оговоркой, что права на второй РИД прекращаются ПОЛНОСТЬЮ в силу активной позиции и выбора. При этом такой отказ от иска не нагляден - о нем банально не задумываются в случае сделок, поскольку реализация последствий достаточно отложена во времени до стадии реализации права на защиту способами из статьи 12 ГК РФ.
Однако, как бы ни предлагалось расценивать такой механизм взаимодействия при реализации прав, отказ от иска недопустим - право на иск следует расценивать как составной элемент материального права автора - часть исключительных прав - а, следовательно, оно должно регулироваться в соответствии с положениями об отказе от права. К такому выводу мы приходим потому как механизм с приоритизацией патентного иска предполагает по сути ЗАПРЕТ для автора дизайнерского произведения обращаться в суд. Действительно, автор (любой субъект, строго говоря) не обязан обращаться в суд, но прямой запрет на использование иска как способа защиты права нельзя трактовать иным образом, кроме как отказ от права. При этом, предусмотренный российским законодательством механизм отказа от права по договору не допустим в данном случае даже при предположении о «подразумеваемой лицензии» [8]. Специальная норма статьи 450.1 ГК РФ предполагает определенные условия для такой реализации:
1. Нет прямого запрета на такой отказ в законодательстве. Стоит отметить, что запрет на отказ от права, описанный ранее, таковым прямо считать нельзя;
2. Наступление предусмотренных договором, законом или иным нормативно-правовым актом обстоятельств для осуществления права. В рассматриваемом случае - право на реализацию "права на судебную защиту";
3. ведение предпринимательской деятельности.
Возвращаясь к специфике рассматриваемых правоотношений, еще раз акцентируем внимание: сложность правового регулирования наблюдается в ситуации с "оригинальным" (исходным) правообладателем - автором, которым может быть ТОЛЬКО физическое лицо. Ссылка на то, что автор может получить статус Индивидуального Предпринимателя, подразумевает участие такого автора в коммерческом обороте; общая же ситуация с регулированием исключительных прав
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2023
на объекты авторского права должна исходить из общего принципа значимости правового статуса автора. Следовательно, отказ от права на иск в силу каким-либо образом закрепленного приоритета правовых режимов будет идти вразрез с общей логикой правового регулирования.
В данном случае, логика законодателя должна начинаться с того, чтобы определить механизмы ограничения прав, когда есть два самостоятельных правообладателя в отношении двух самостоятельных РИДов, права которых на такие РИДы по воле случая (а в большинстве ситуаций - осознанно, из договора) совпали в отношении одного объекта. То есть норма закона должна не столько ограничивать правообладателя-автора «вторым местом в очереди» при предъявлении исковых требований, сколько установить вменяемые и обоснованные логикой правового регулирования рамки ограничения ответственности лица, которое задело права сразу двух субъектов. В ситуации, когда субъекты правовой охраны совпадают, следует учитывать активную позицию правообладателя-патентообладателя, который своими действиями выражает свою волю. В такой ситуации, патентообладателя можно считать субъектом с более активной позицией, а следовательно - как более заинтересованную сторону «вынужденно» возникших отношений по поводу компенсации за нарушение исключительного права.
Несколько противоречиво - но неизбежно -применение общих положений о добросовестности: для того, чтобы обосновать логику распределения компенсации, исходим из того, что будущий патентообладатель, ставя в известность автора и вступая с ним в договорные отношения, желает занять позицию «на переднем крае» взаимодействия с неопределенным кругом лиц, которые потенциально могут нарушать права на РИД. Однако, как уже было описано, довод об активной позиции не может восприниматься как универсальный аргумент, так как проявляется в ограниченном ряде ситуаций.
Основным выводом настоящей статьи является то, что специфика взаимодействия правообладателей разных РИДов - произведения и промышленного образца, - воплощенных в одном объекте, не должна приводить к полному ограничению правомочий одного из таких правообладателей. Более того - сама возможность ограничить правомочия одной из сторон таких «невольно» возникших правоотношений должна быть очевидна для всех участников оборота - либо в качестве явно закрепленной в законодательстве презумпции, либо в рамках систематизации подходов судов и системному толкованию норм права
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2023
и применения их судами в ходе рассмотрения споров, возникающих в отношении кумулятивно-охраняемых объектов интеллектуальной собственности.
Список литературы:
[1] Ворожевич А.С. Нарушение исключительных прав на промышленные образцы: актуальные вопросы / [Электронный ресурс] // Консультант Плюс: справ. правовая система. Версия Проф. Электрон. дан. М., 2023.
[2] Ворожевич А.С. Пересечение прав на товарные знаки, произведения и промышленные образцы // Журнал Суда по интеллектуальным правам. 2017. № 18. С. 45-57.
[3] Гаврилов Э. П. Авторское право на произведения декоративно-прикладного искусства // Советское государство и право. — 1983. — № 7. — С. 93-99.
[4] Городов О.А. Вопросы правовой охраны промышленных образцов/ [Электронный ресурс] // Консультант Плюс: справ. правовая система. -Версия Проф. - Электрон. дан. - М., 2023.
[5] Каган М. С. О прикладном искусстве. — Л.: Художник РСФСР, 1961. — 160 с.
[6] Кантарович Я. А. Авторское право на литературные, музыкальные, художественные и фотографические произведения: систематический комментарий к закону 20-го марта 1911 г. — 2-е изд., значит. доп. — Пг., 1916. — 791 с.
[7] Королева А.Г. Ответственность за нарушение исключительных прав на кумулятивно охраняемые результаты интеллектуальной деятельности // Актуальные проблемы российского права. 2022. Т. 17. № 11 (144). С. 59-66.
[8] Минакова А.И. Вопросы пересечения правовых режимов произведения дизайна и промышленного образца/ Журнал Суда по интеллектуальным правам [Электронный ресурс] URL=http:// ipcmagazine.ru/patent-law/issues-intersection-legal-regimes-work-of-design-and-industrial-design (дата обращения 01.10.2023).
[9] Ревинский О.В. Право промышленной собственности. Курс лекций. - М.: Юрсервитум, 2020, стр. 153.
[10] Чурилов А. Ю. Вопросы охраны отдельных объектов авторского права/ [Электронный ресурс] // Консультант Плюс: справ. правовая система. Версия Проф. Электрон. дан. М., 2022.
[11] Denicola, Robert C., "Applied Art and Industrial Design: A Suggested Approach to Copyright in Useful Articles//(1983). Minnesota Law Review. 2228.
[12] Mues G.R., Dual Copyright and Design Patent Protection: Works of Art and Ornamental Designs / St. John's Law Review, Vol. 49, Spring 1975, Number 3, pp. 543 - 575.
[13] Reichman J. H. Design Protection and the New Technologies: The United States Experience in a Transnational Perspective/University of Baltimore Law Review: (1989) Vol. 19: Iss. 1, Article 3. - pp. 153.
[14] Roberts, R.J., An Historical Perspective on the Reform of Canadian Industrial Design Law // Bulletin of the Copyright Society of the U.S.A. - vol. 26, no. 6, - August 1979, pp. 447-463.
Spisok literatury:
[1] Vorozhevich A.S. Narushenie isklyuchitel'nyh prav na promyshlennye obrazcy: aktual'nye voprosy / [Elektronnyj resurs] // Konsul'tant Plyus: sprav. pravo-vaya sistema. Versiya Prof. Elektron. dan. M., 2023.
[2] Vorozhevich A.S. Peresechenie prav na tovarnye znaki, proizvedeniya i promyshlennye obrazcy // ZHurnal Suda po intellektual'nym pravam. 2017. № 18. S. 45-57.
[3] Gavrilov E. P. Avtorskoe pravo na proizve-deniya dekorativno-prikladnogo iskusstva // Sovets-koe gosudarstvo i pravo. — 1983. — № 7. — S. 93-99.
[4] Gorodov O.A. Voprosy pravovoj ohrany pro-myshlennyh obrazcov/ [Elektronnyj resurs] // Konsul'tant Plyus: sprav. pravovaya sistema. - Versiya Prof. - Elektron. dan. - M., 2023.
[5] Kagan M. S. O prikladnom iskusstve. — L.: Hudozhnik RSFSR, 1961. — 160 s.
[6] Kantarovich YA. A. Avtorskoe pravo na liter-aturnye, muzykal'nye, hudozhestvennye i fotogra-ficheskie proizvedeniya: sistematicheskij kommen-tarij k zakonu 20-go marta 1911 g. — 2-e izd., znachit. dop. — Pg., 1916. — 791 s.
[7] Koroleva A.G. Otvetstvennost' za narushenie isklyuchitel'nyh prav na kumulyativno ohranyae-mye rezul'taty intellektual'noj deyatel'nosti // Aktual'nye problemy rossijskogo prava. 2022. T. 17. № 11 (144). S. 59-66.
[8] Minakova A.I. Voprosy peresecheniya pra-vovyh rezhimov proizvedeniya dizajna i promyshlen-nogo obrazca/ ZHurnal Suda po intellektual'nym pravam [Elektronnyj resurs] URL=http://ipcmagazine.ru/ patent-law/issues-intersection-legal-regimes-work-of-design-and-industrial-design (data obrashcheniya 01.10.2023).
[9] Revinskij O.V. Pravo promyshlennoj sobst-vennosti. Kurs lekcij. - M.: YUrservitum, 2020, str. 153.
[10] CHurilov A. YU. Voprosy ohrany otdel'nyh ob"ektov avtorskogo prava/ [Elektronnyj resurs] // Konsul'tant Plyus: sprav. pravovaya sistema. Versiya Prof. Elektron. dan. M., 2022.
[11] Denicola, Robert C., "Applied Art and Industrial Design: A Suggested Approach to Copyright in Useful Articles//(1983). Minnesota Law Review. 2228.
[12] Mues G.R., Dual Copyright and Design PatD ent Protection: Works of Art and Ornamental Designs / St. John's Law Review, Vol. 49, Spring 1975, Number 3, pp. 543 - 575.
[13] Reichman J. H. Design Protection and the New Technologies: The United States Experience in a Transnational Perspective/University of Baltimore Law Review: (1989) Vol. 19: Iss. 1, Article 3. - pp. 153.
[14] Roberts, R.J., An Historical Perspective on the Reform of Canadian Industrial Design Law // Bulletin of the Copyright Society of the U.S.A. - vol. 26, no. 6, -August 1979, pp. 447-463.
ОБРАЗОВАНИЕ И ПРАВО № 11 • 2023