БЮЛЛЕТЕНЬ ВОЛГОГРАДСКОГО НАУЧНОГО ЦЕНТРА РАМН
"плохого актера" в "театральный дом" и никогда не сделают его "выгодной" марионеткой для получения дохода. Да, взять чужого ребенка в семью, любить его как своего очень трудно. Но даже с этими трудностями справиться можно. Ведь сегодня существует множество профессионалов, которые могут помочь преодолеть трудности, найти выход из "тупика" во взаимоотношениях с ребенком.
В этой связи представляется, что на законодательном уровне надо вводить не только финансовые меры поощрения приемным семьям, а разработать и запустить такой механизм, который бы помогал семьям в психосоциальном плане. Конечно, материальная сторона - одна из самых существенных в этом вопросе. Но не надо забывать о том, что на воспитание берут человека. Помощь психологов и специалистов по социальной работе таким семьям нужна в первую очередь. Ведь как приемным родителям, так и взятым на воспитание детям также необходима помощь. Ведь они уже сталкивались с жестокостью собственных родителей. Они оказались выброшенными на произвол судьбы. Естественно, у таких детей есть свой механизм защиты, изменить который очень трудно.
Институту социальной работы сейчас придается не столь важное значение, которого он заслуживает. На самом деле здесь работают профессионалы, которые призваны помогать людям в трудной жизненной ситуации. А создание приемной семьи - это особо трудная ситуация, которая требует пристального профессионального внимания.
Создавая приемную семью, важно помнить о цели, ради которой все это делается - забота о детях, их воспитание, образование и, конечно же, здоровье.
ЛИТЕРАТУРА
1. Семейный кодекс РФ. ФЗ №> 222 от 01.03.1996 г.
МЕДИКАЛИЗАЦИЯ СОЦИУМА И СОЦИАЛИЗАЦИЯ МЕДИЦИНЫ КАК ПРОБЛЕМНОЕ ПОЛЕ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ И ЗДРАВООХРАНЕНИЯ (ФЕНОМЕНОЛОГО-ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ОНТОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)
В. Н. Прямицин, Е. В. Коробко
Кафедра философии, биоэтики и права ВолГМУ
Одним из направлений социальной работы в системе современного здравоохранения может и должен стать поиск путей решения существенного вопроса - проблемы медикализации социума и социализации медицины. Исторически эта проблема не нова, зато во все времена социально насущна по-новому. И все время требует социально новых способов решения. В наши дни этот вопрос вновь нуждается в гуманитарном, гуманистическом, гуманном решениях. А это требует,
4-20071
возможно, более ясного и глубокого понимания того, что представляет собой эта проблема. Поэтому необходимо с самого начала уточнить, что понимается под медикализацией социума медициной и социализацией медицины в обществе.
Под социализацией медицины в обществе понимается медикализация ею социума. Под меди-кализацией социума понимается социализация медицины. Просто?! Да. Для обыденного сознания. Но не для феноменологической философии социальной работы, если сама социальная работа претендует быть сущностным основанием для "своей собственной" философии. И если претендует, то одной лишь претензии недостаточно, чтобы разобраться в том, что представляет собой: а) медикализация социума и социализация медицины в их связи с б) социальной работой и современным здравоохранением. Чтобы разобраться в том, что представляет собой этот предмет как предмет научного, философского, экзистенциально-онтологического и феноменологического исследования, надо прежде всего подумать над вопросом о том, являются ли эти "а" и "б" одним и тем же.
Представляется самоочевидным, что так оно и есть: ведь социализация медицины и медикали-зация социума реально существуют и взаимно осуществляются. Работая в обществе, медицина медикализирует социум; медикализируя его, социализируется сама, например тем "способом", который называют здравоохранением. Действительно, иначе быть не может. Медикализация социума невозможна без социализации медицины, социализация медицины невозможна без медика-лизации социума. И поскольку биосоциальная природа антропологосущего, т. е. человека с его биологической и социальной организацией, так устроена, что не может существовать без (социализирующейся) медицины и (медикализируемого ею) социума, то та часть социальной работы, которая как по существу, так и по определению является медицинской (а в этом смысле и здравоохранение), могут существовать только в условиях противоречивого единства медикализации социума и социализации медицины.
Разумеется, нет социализации медицины, ме-дикализации социума, социальной работы и системы здравоохранения друг без друга. Но эти четыре явления не сводятся просто к сумме. Они не просто сосуществуют как независимые друг от друга составляющие. Они сущностно взаимодействуют между собой. И вследствие этого взаимодействия противоречивое их единство предстает как фундаментально сложенная онтически-экзистентная структура, которая суть единоцелый феномен мира антропологосущей жизни. А всю эту сущностно целоединую сложность феноменологически ориентированная философия называет экзистенциально-онтологически самодостаточным пластом жизненного мира антропологосущего. Эти пласты онтически способны собственной взаимодеятельностью создавать и воссоздавать
БЮЛЛЕТЕНЬ ВОЛГОГРАДСКОГО НАУЧНОГО ЦЕНТРА РАМН
| 4-2007
все экзистентно необходимые условия совместного существования. Каждый из этих экзистенциа-лов (а медикализация социума, социализация медицины, социальная работа, здравоохранение суть экзистенциалы) выполняет свою функцию в обществе.
Таким образом, речь идет о весьма существенной проблеме, занимающей одно из центральных мест в целом проблемного поля социальной работы и системы здравоохранения, о проблеме, являющейся общей для этих последних. Поскольку эта проблема является пограничной, то предлагается метод ее описания - экзистенциально-онтологическая феноменология, которая как нельзя лучше справляется с дескрипцией именно пограничных проблем и соответственно описывает их, а равно и эту проблему в терминах сущности и существования эк-зистентно-онического и феноменального жизненного мира антропологосущего и др.
ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ БОЛЬНЫХ КРАСНЫМ ПЛОСКИМ ЛИШАЕМ С ПОМОЩЬЮ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ ШКАЛ СМИЛ
В. И. Русинов
Кафедра дерматовенерологии ВолгМУ
В последние годы отмечен рост заболеваемости красным плоским лишаем. Причинами такого роста являются психосоматическая природа заболевания, связь со стрессовыми ситуациями, психическим перенапряжением [1-5].
Красный плоский лишай характеризуется мучительным зудом, высыпаниями на открытых участках кожи, хорошо заметными окружающим, болезненным поражением слизистой полости рта. Кроме того, название заболевания "лишай" создает дополнительные сложности пациентам с красным плоским лишаем. Среди обывателей бытует мнение, что красный плоский лишай - заболевание заразное, опасное для окружающих.
Целью настоящего исследования явилась попытка проанализировать социально-психологические характеристики больных красным плоским лишаем с поражением кожи и слизистой полости рта для того, чтобы оптимизировать помощь данной группе пациентов.
Психологическое исследование больных красным плоским лишаем проводилось с помощью дополнительных шкал СМИЛ, отражающих социальную адаптацию пациентов (были использованы шкалы общей плохой приспособляемости, внутренней плохой приспособляемости, социальной ответственности, социального отчуждения, социальной желательности, социального участия и социального статуса) [6].
Всего было обследовано 95 больных красным плоским лишаем, получавшим стационарное и амбулаторное лечение в дерматовенероло-
гическом отделении Областной клинической больницы № 1 г. Волгограда. Среди них было 67 % женщин и 33 % мужчин. Возраст больных составил от 14 до 78 лет. Длительность заболевания была от 2 месяцев до 25 лет, в основном 6 месяцев - 1 год. Большинство пациентов (55 %) имело поражение кожи (они образовали первую группу), 37 % - сочетанное поражение кожи и слизистой полости рта (вторая группа), 8 % - поражение слизистой полости рта (третья группа). В каждой группе также выделялись мужская и женская подгруппы.
В первой группе больных красным плоским лишаем были получены следующие результаты по дополнительным шкалам СМИЛ:
1) общая плохая приспособляемость: мужчины - 12,38±3,09 (И = 7,29±4,06); женщины - 18,54±4,65 (И = 11,22±4,75);
2) внутренняя плохая приспособляемость: мужчины - 45,28±15,91 (И = 37,8±18,32); женщины - 62,36±17,09 (И = 52,16±18,06);
3) социальная ответственность: мужчины - 18,78±3,89 (И = 13,92±2,76); женщины - 19,35±2,51 (И = 13,68±2,49);
4) социальное отчуждение: мужчины - 8,52±1,97 (И = 4,09±2,63); женщины - 9,87±3,52 (И = 5,26±2,32);
5) социальная желательность: мужчины - 69,12±5,97 (И = 66,87±6,74); женщины - 68,15±6,52 (И = 60,37±7,14);
6) социальное участие: мужчины - 19,51±2,91 (И = 16,6±3,3); женщины - 20,17±1,9 (И = 15,0±3,4);
7) социальный статус:
мужчины - 16,12±3,59 (И = 11,12±2,54); женщины - 15,27±3,42 (И = 10,24±2,49).
Во второй группе результаты распределились следующим образом:
1) общая плохая приспособляемость: мужчины - 14,38±1,92; женщины - 19,27±2,61;
2) внутренняя плохая приспособляемость: мужчины - 48,12±10,7; женщины - 64,71±12,91;
3) социальная ответственность:
мужчины - 18,91±4,21; женщины - 20,18±4,57;
4) социальное отчуждение:
мужчины - 8,85±2,53; женщины - 10,34±2,91;
5) социальная желательность:
мужчины - 70,11±5,81; женщины - 67,15±5,02;
6) социальное участие:
мужчины - 20,18±1,16; женщины - 20,33±2,5;
7) социальный статус:
мужчины - 17,18±3,46; женщины - 16,85±7,81.
В третьей группе были получены следующие результаты:
1) общая плохая приспособляемость: мужчины - 10,35±1,97; женщины - 15,71±6,12;
2) внутренняя плохая приспособляемость: мужчины - 40,18±10,72; женщины - 54,41±19,09;
3) социальная ответственность: мужчины - 16,34±7,8; женщины - 17,32±5,96;
4) социальное отчуждение:
мужчины - 7,54±3,82; женщины - 7,95±1,63;