Закон и право. 2024. № 3. С. 287-290. Law and legislation. 2024;(3):287-290.
Научная статья УДК 343.8
https://doi.org/10.24412/2073-3313-2024-3-287-290 EDN: https://elibrary.ru/EJFWCH
NIION: 1997-0063-3/24-175 MOSURED: 77/27-001-2024-3-375
Манипулятивные воздействия осужденных в отношении оперативных сотрудников уголовно-исполнительной системы как элемент противодействия служебной деятельности
Олег Михайлович Овчинников1, Василий Иванович Тюриков2
1 Владимирский юридический институт ФСИН России, Владимир, Россия;
Владимирский государственный университет имени А. Г. и Н.Г. Столетовых, Владимир, Россия
2 Псковский филиал Санкт-Петербургского университета ФСИН России, Псков, Россия
1 omo33@mail.ru
2 tyurikov1995@mail.ru
Аннотация. Статья посвящена рассмотрению феномена «манипуляция» в контексте противодействия осужденных служебной деятельности оперативных сотрудников мест лишения свободы. Изучается научная разработанность понятия «манипуляция» в отечественной и зарубежной науке; выделяются ключевые признаки манипулятивного воздействия; раскрываются цели, преследуемые осужденными в ходе манипулирования оперативными сотрудниками; выявляются факторы, детерминирующие эффективность манипуляционных воздействий осужденных.
Ключевые слова: манипуляция, осужденные, оперативные сотрудники уголовно-исполнительной системы, межличностные коммуникации, воздействие, доминирование.
Для цитирования: Овчинников О.М., Тюриков В.И. Манипулятивные воздействия осужденных в отношении оперативных сотрудников уголовно-исполнительной системы как элемент противодействия служебной деятельности // Закон и право. 2024. № 3. С. 287—290. https://doi.org/10.24412/2073-3313-2024-3-287-290 ББЫ: https://elibrary.ru/EJFWCH
Original article
Manipulative influences of convicts against operational employees of the penal enforcement system as an element of countering official activity
Oleg M. Ovchinnikov1, Vasily I. Tyurikov2
1 Vladimir Law Institute of the Federal Penitentiary Service of Russia, Vladimir, Russia;
Vladimir State University named after A.G. and N.G. Stoletov, Vladimir, Russia
2 Pskov Branch of St. Petersburg University of the Federal Penitentiary Service of Russia, Pskov, Russia
1 omo33@mail.ru
2 tyurikov1995@mail.ru
Abstract. The article Is devoted to the consideration of the phenomenon of «manipulation» In the context of the opposition of convicts to the official activities of operational staff of places of detention. The scientific elaboration of the concept of «manipulation» in domestic and foreign science is studied; the key signs of manipulative influence are highlighted; the goals pursued by convicts during manipulation by operational staff are revealed; the factors determining the effectiveness of manipulative influences of convicts are revealed.
Keywords: manipulation, convicts, operational staff of the penal enforcement system, interpersonal communication, influence, dominance.
For citation: Ovchinnikov O.M., Tyurikov V.I. Manipulative influences of convicts against operational employees of the penal enforcement system as an element of countering official activity // Law and legislation. 2024; (3) :287— 290. (In Russ.). https://doi.org/10.24412/2073-3313-2024-3-287-290 EDN: https://elibrary.ru/EJFWCH
© Овчинников О.М., Тюриков В.И. М., 2024. LAW & LEGISLATION • 03-2024
Оперативно-розыскная деятельность, будучи деятельностью сугубо социальной, неизменно предполагает контакты оперативного сотрудника с другими лицами, попадающими в зону его непроизвольного или акцентированного внимания. В местах лишения свободы основу межличностного взаимодействия оперуполномоченного уголовно -исполнительной системы (далее — УИС) составляют подозреваемые, обвиняемые, осужденные, персонал, а также иные лица, посещающие учреждение.
В условиях исправительной колонии наиболее интенсивное общение у оперативного сотрудника выстраивается с осужденными, поскольку стоящая перед ним задача по предупреждению и раскрытию преступных деяний предполагает сбор информации о процессах, протекающих в учреждении, получить которую можно в ходе бесед с лицами, отбывающими наказание, как правило, являющимися источниками сведений, имеющих значение для борьбы с преступностью.
В свою очередь, осужденные тоже нередко стараются установить психологический контакт с оперативным сотрудником, сформировать, развить и укрепить доверительные отношения с оперуполномоченным, часто преследуя свои личные, в том числе корыстные интересы. Это достигается путем использования различных манипулятивных способов воздействия на собеседника, которые при грамотном их использовании могут быть достаточно эффективными.
В психологических трудах проблема осмысления межличностной манипуляции подвергалась активному изучению.
Так, по мнению Е.В. Сидоренко, манипуляция — «преднамеренное и скрытое побуждение другого человека к переживанию определенных состояний, принятию решений и выполнению действий, необходимых для достижения инициатором своих собственных целей» [5, с. 49].
В понимании Л.И. Рюмшиной манипуляци-онная коммуникация должна рассматриваться через призму устойчивого стремления манипулятора использовать другую личность для удовлетворения своих потребностей, причем личность становится, по сути, неодушевленным объектом, лишенным права на какие-то права и интересы, приобретая образ средства, при помощи которого манипулятор достигает желаемого [4].
Т.С. Кабаченко полагает, что манипуляци-онное воздействие, во-первых, имеет скрытый характер; во-вторых, воздействует на психическую сферу индивида; в-третьих, направлено на
достижение целей, выгодных манипулятору, и только ему [3].
Э. Шостром рассматривает манипуляцию через призму гуманистической психологии, подвергая сравнению основные качества «манипулятора» и его противоположности, так называемого «актуализатора». Автор выстраивает своеобразную диаду, в которой формирует противопоставление фальши, закрытости и цинизма манипулятора искренности, доверию и честности манипулируемого [6, с. 11].
В.Н. Куницына и другие авторы выделяют базовые компоненты манипуляции: скрытность желаний манипулятора, его желание получить одностороннюю выгоду и разрушающий личность последующий эффект (деструкции подвергается личность объекта и, опосредованно, сам манипулятор) [2, с. 178].
Достаточно подробно межличностная манипуляция рассмотрена Е.Л. Доценко [1], который констатирует, что манипулирующее лицо всегда избегает демонстрировать свои истинные устремления, создавая у объекта иллюзию добровольного выбора варианта поведения или принятия какого-либо решения.
По мнению исследователя, манипуляция как психологический феномен имеет устойчивые признаки, к которым следует отнести:
■ опору на психологические закономерности функционирования личности;
■ отношение манипулятора к объекту как к средству реализации личных целей;
■ желание приобрести одностороннюю выгоду;
■ тайный характер воздействия на объект;
■ применение психологической агрессии, использование уязвимых мест объекта;
■ побуждение и искажение мотивационной составляющей;
■ использование манипулятивных умений и навыков.
Таким образом, опираясь на вышеприведенные позиции, можно выделить ключевые элементы манипулятивного воздействия, определяющие его сущность:
■ тайный характер;
■ доминирование;
■ ложь;
■ побуждение;
■ принуждение;
■ управление;
■ использование;
■ одностороннее получение выгоды.
Изложенное выше позволяет констатировать, что манипуляция — это психологическое воздействие на личность, заключающееся в
ЗАКОН И ПРАВО • 03-2024
скрытом управлении его эмоциями и поведением в нужном для манипулятора направлении для достижения целей, противоречащих интересам объекта манипулирования.
Как показывает практика, осужденные систематически пытаются осуществлять манипуля-тивное воздействие на оперативного сотрудника, пытаясь тайно побудить его к поступкам, которые выгодны осужденному. Используя имеющиеся доверительные отношения с оперативником, осужденные могут применять различные манипулятивные стратегии для того, чтобы достичь поставленных целей.
К наиболее характерным из них можно отнести:
■ стремление получить для себя необоснованные льготы в процессе отбывания наказания (получение негласного разрешения на несоблюдение правил внутреннего распорядка, использование наличных денежных средств, средств сотовой связи, употребление алкоголя и наркотических средств, физическое и психическое насилие к другим осужденным для последующего вымогательства у их родственников денежных средств за оплату безопасности и т.д.);
■ побуждение сотрудника к проносу в учреждение с последующей передачей осужденному запрещенных предметов; к возврату изъятых у осужденного или иных лиц запрещенных предметов.
Опасность манипуляции состоит в том, что оперативник зачастую воспринимает осужден -ного как недалекого, ограниченного человека, интересы которого очерчены примитивными потребностями. Вместе с тем следует понимать, что осужденные часто обладают достаточно развитыми навыками межличностных коммуникаций, которые они могут иметь в силу прошлой профессиональной (в том числе преступной) или социальной деятельности.
Например, бывшие продавцы, торговые представители, торговые консультанты, перекупщики, альфонсы, профессиональные мошенники, которых немало среди осужденных, как правило:
■ легко адаптируются к различным социальным ситуациям;
■ интуитивно чувствуют эмоциональную атмосферу разговора и подстраиваются под нее;
■ ориентируются в разнообразной социальной динамике и ожиданиях;
■ улавливают тонкие намеки на эмоции и мысли других людей;
■ владеют искусством понимания невысказанных чувств и эмоций;
■ имеют навыки интерпретации глубинных настроений собеседника;
■ способны плавно переключаться между различными социальными контекстами;
■ обладают способностью интерпретировать невысказанные экспрессивные сигналы;
■ умеют читать между строк эмоции и намерения других людей;
■ могут легко найти нужные слова, сумеют поддержать любую тему разговора для того, чтобы показаться «своим парнем».
Такие лица в условиях исправительного учреждения нередко испытывают нужду в удовлетворении своих потребностей (чай, сигареты, продукты питания) и не имеют возможностей в полноценной реализации своих устремлений в силу отсутствия денежных средств, поддержки со стороны близких и родных.
В этой ситуации они стремятся устанавливать близкие контакты с другими осужденными (выбирая среди них неискушенных в криминальной сфере лиц, испытывающих проблемы с адаптацией к новым условиям), изобретательно воздействуя на их эмоциональную сферу различными уговорами и обещаниями, паразитируя на их доверии, систематически пользуются благами других лиц.
Такая иждивенческая позиция требует изобретательности и креативности в психологической обработке своих жертв, поэтому коммуникативное мастерство эти осужденные постоянно развивают и поддерживают на высоком уровне, так как оно является основой их паразитического образа жизни. Это обусловливает сложность противодействия их манипулятивным воздействиям, которые они осуществляют при общении с оперативным сотрудником, как правило, не готовым к такому «противнику».
Кроме того, многие осужденные, придерживающиеся криминальных норм и традиций, знают цену слов, которые они озвучивают в беседе с окружающими и представляют последствия своих высказываний. У многих из них также развиты коммуникативные навыки в силу того, что в разговорах с другими осужденными они, часто искажая общепринятые человеческие ценности, пропагандируют традиции криминального мира, убеждая собеседника в их справедливости и незыблемости, вовлекают их в различные нарушения установленного порядка отбывания наказания (игра под интерес, взносы на так называемое «общее», оплата безопасности, покровительства и т.д.).
LAW & LEGISLATION • 03-2024
Такие постоянные межличностные коммуникации позволяют отрицательно ориентированным осужденным оттачивать свои психологические умения, в том числе манипулятивные навыки, нередко доводя их до уровня профессионального психолога.
Таким образом, коммуникативное мастерство и манипуляционные умения осужденных нередко превосходят аналогичные способности оперативных сотрудников, которые не обладают достаточным опытом в данной сфере и недооценивают деструктивный потенциал спецконтингента.
Как показывает практика, это приводит к тому, что оперативные сотрудники утрачивают контроль за поведением осужденных, теряют навыки управления их психическим состоянием, становятся средством для достижения осужденными их противоправных целей, что в итоге завершается вступлением оперативных сотрудников в неслужебные связи со спецконтингентом и привлечением сотрудников к уголовной ответственности.
Полагаем, что проблема противодействия манипулятивному воздействию осужденных в настоящее время является одним из перспективных направлений совершенствования служебной деятельности сотрудников УИС.
Развитие теоретико-методологического инструментария формирования манипулятивной устойчивости сотрудников оперативных подразделений и его прикладная апробация позволят обеспечить необходимую готовность оперативных подразделений УИС к эффективному решению служебных задач и способность к противодействию новым вызовам, вероятность которых в складыва-
Список источников
1. Доценко Е.Л. Психология манипуляции: Феномены, механизмы и защита. М.: ЧеРо: Юрайт, 2000. 342 с.
2. Куницына В.Н., Казаринова Н.В., Поголъ-ша В.М. Межличностное общение. СПб., 2001.
3. Методы психологического воздействия: Учеб. пособие. М.: Педагогическое общество России, 2000. 539 с.
4. Рюмшина Л.И. Психология манипулирования людьми (ценностно-смысловой аспект). Ростов-н/Д.: Ростовский ун-т, 2003. 144 с.
5. Сидоренко Е.В. Тренинг влияния и противостояния влиянию. СПб., 2002.
6. Шостром Э. Анти-Карнеги, или человек-манипулятор. Минск, 1992.
References
1. Dotsenko E.L. Psychology of manipulation: Phenomena, mechanisms and protection. Moscow: Chero: Yurait, 2000.
2. Kunitsyna V.N., Kazarinova N. V., Pogolsha V.M. Interpersonal communication. St. Petersburg., 2001.
3. Methods of psychological influence: Textbook / T.S. Kabachenko. Moscow: Pedagogical Society of Russia, 2000. 539 p.
4. Ryumshina L.I. Psychology of manipulation of people (value-semantic aspect). Rostov-n/D: Rostov University, 2003. 144 p.
5. Sidorenko E.V. Training of influence and opposition to influence. St. Petersburg, 2002.
6. Shostrom E. Anti-Carnegie, or the manipulative man. Minsk, 1992.
ющихся условиях остается особенно высокой.
Информация об авторах
Овчинников О.М. — доктор педагогических наук, доцент, профессор кафедры оперативно-розыскной деятельности Владимирского юридического института ФСИН России; профессор кафедры психологии личности и специальной педагогики Владимирского государственного университета имени А. Г. и Н.Г. Столетовых Тюриков В.И. — старший преподаватель кафедры физической, огневой и тактико-специальной подготовки
Вклад авторов: авторы сделали эквивалентный вклад в подготовку публикации. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Статья поступила в редакцию 1 0.01.2024; одобрена после рецензирования 08.02.2024; принята к публикации 14.02.2024.
Information about the authors
Ovchinnikov O.M. — doctor of pedagogical sciences, associate professor, professor of the department of operational investigative activities Vladimir Law Institute of the Federal Penitentiary Service of Russia; professor of the department of personality psychology and special pedagogy of the Vladimir State University named after A.G. and N.G. Stoletov
Tyurikov V.I. — senior lecturer at the department of physical, fire and tactical special training
Contribution of the authors: the authors contributed equally to this article. The authors declare no conflicts of interests.
The article was submitted 10.01.2024; approved after reviewing 08.02.2024; accepted for publication 14.02.2024.
ЗАКОН И ПРАВО • 03-2024