Римантас Слюжинскас
(Клайпеда)
Магические числа в литовском народно-песенном фольклоре
В изучении литовских народных песен, а в данном случае их поэтического текста, известны самые разные подходы к раскрытию содержащейся в них символики, наиболее распространенных и характерных элементов образной выразительности. Одним из таких элементов являются наиболее часто повторяющиеся в текстах песен числа, которые в ряде случаев отражают магическую суть древнего мировоззрения. Однако этому аспекту в литовской фольклористике уделено мало внимания; в последние десятилетия на литовском языке опубликована лишь одна статья Броне Стунджене (БШпёйепе 2000), в которой основное внимание уделено функциям чисел 2, 3, 9 и 100 в поэтических текстах литовских песен. Косвенно вопросы магических чисел в древне-балтском мировоззрении упомянуты в трудах Марии Гимбутене (ОтЪийепе 1996). Значительно шире символика и роль чисел в мифологии разных народов мира исследованы в трудах известного российского филолога академика Владимира Николаевича Топорова (см. Топоров 1998).
В настоящей статье будет сделана попытка охарактеризовать некоторые аспекты символики чисел в жанрах литовского фольклора и проанализировать отдельные числа с точки зрения их распространенности и частотности в фольклорных текстах, а также их роль в системе мифологических представлений.
Для древнего литовского миропонимания прежде всего важны числа 3, 7, 9 и 12. Они чаще всего появляются в народных сказках, легендах, преданиях, в загадках и пословицах. Эти числа значимы и в календарной обрядности. Во время традиционной литовской масленицы особое значение имело число блюд на праздничном столе -
3, 7, 9, 12 (магия этих чисел осознавалась не только в Литве, но и у многих народов мира)1 Богатый мясными и жирными блюдами масленичный стол был постоянно накрыт с четверга по воскресенье или даже до вторника (ждали не только родных и соседей, но и убогих, и ряженых). И садились за такой стол в былые времена литовцы тоже именно 9 или 12 раз. Возможно, число 12 здесь подразумевалось как символ двенадцати сытых и благополучных месяцев в году2. Во время кутьи (в конце Рождественского поста, вечером накануне Рождества) у литовцев до сих пор сохранилась традиция отведать 12 (или хотя бы 9) разных блюд. По некоторым свидетельствам, в старые времена подавали не 12, а 13 блюд - это обозначало тоже число сытых месяцев в году, но не по солярному, а по лунному календарю . Следуя заметкам литовского этнолога Мартинаса Вингри-са, надо обратить внимание и на то, что «во время Купалы, в момент захода солнца каждый участник обрядов на лугу делает 9 шагов в любом направлении, после чего останавливается, наклоняется и срывает первую попавшуюся зелень - цветок, траву. Эта процедура повторяется 9 раз. Таким образом, собрав в букет 9 разных трав, надобно идти к знающему свое дело жрецу, знахарю, и именно по виду и форме собранных трав тот может прояснить вам будущее...»4
В текстах литовских народных песен дело с числами обстоит иначе. Здесь известно большое количество упоминаний самых разных чисел, и имеются все необходимые предпосылки для выявления их значений в связи с образом жизни наших предков и закономерностями их мышления.
Рассмотрим всё по порядку.
Число один не всегда упоминается открыто и прямолинейно. Но характерно присутствие мотива уединения, одиночества в литовских сиротских, рекрутских и даже свадебных песнях:
As viens keleivis / keleliu keliaudams Я, одинокий странник, / по пути
странствуя,
Ir prièjau, privaziavau / zali% qzuolèl}.... И пришёл, приехал / зелёный дубочек...
R: 218 R: 218
O as gruselè, / as bèdna, as viena А я грушенька, / я бедная, я одна,
O as stovèjau / аП laukeliu viena. А я стояла / на полюшке одна.
LLD XIV, № 6 LLD XIV, № 6
Апкз^ г^еЦ / уу§пщ БоёЫу Кикау гаШа gegu1ë...
ЬЬБ XI, № 94
Утром раненько / в вишнёвом садике Куковала серая кукушка...
ЬЬБ XI, № 94
Это число - не только символ одиночества, уединения, но и признак несчастья, потери родных и близких.
«Множественные» числа начинаются от числа полтора (1,5), которое обозначает самую малую структурную единицу какого-либо вещества, но не число один, а чуть больше. Характерный пример -застольная песня из региона Аукштайтия, где полтора зерна в шутку приравнивается к пяти бочкам пива:
1§ ршап1го ш1ейо gгudo РепЫаэ а1аш ЪаскаБ...
СЬЬБ, № 143
Из полутора ячменного зерна Пять бочек пива.
СЬЬБ, № 143
Число два в текстах литовских народных песен очень распространено, встречается в самых разных песенных жанрах из различных этнических регионов Литвы:
ЬёЫ уо1и^1 / Рег РакаЫ То]1 Рака1пё] / Тек 8гаип ире1^) Тор ире^ / Бик jods ЫуеИБ То]1 1aive1ëj / Sëd 8е8еИ <...>
№г тап tëvuZi / Da1e1ei doti №г тап mamuZis / Kгaite1ei к1ой...
ЕМР: 40-41
Gieda gaide1iai / giedos iг апМ Zvengia Ъёга8 Ziгge1is / ра8 гШе1щ
daгZe1}.... СLLD, № 12
Jojau 1аик% jojau ап1г^ Niekur nieko nepгijojau...
СLLD, № 101
Atap1aukia, at1inguoja Би гaibi gaiga1ë1iai <...> Anoj pusëj dunojë1io Stovi du 8Йе1сшкёИаь..
СLLD, № 145
Летит пташка-иволга / через горку, За горкой / бежит быстрый ручей, В этом ручье / чёрная лодка, В этой лодке / две сестрёнки <...>
Нету мне отца-батюшки / долю сулить, Нету мне матушки / приданное класть.
ЕМР: 40-41
Поют петушки / запоют и вторые, Ржет гнедой конь / у рутового садика.
СLLD, № 12
Ехал через поле, скакал через второе, Никого нигде не повстречал...
СLLD, № 101
Приплывают покачиваясь Два пестрых селезня <...> На той стороне Дуная Стоят два стрелка.
СLLD, № 145
А^ш ^ БипеИш АЬи
КРЬБ, № 18
Isbёg isbёgo / « ЯшпёБ к1ешо Бы ]аипи Йуе]у1ё1ш...
ЯЬБ I, № 32
Растил отец двух сыновей, Оба красные личика.
КРЬБ, № 18
Идут к нам / из усадьбы Русне Два молодые братики-рыбаки.
ЯЬБ I, № 32
Число два в текстах литовских песен прежде всего отражает близость, родство, взаимную привязанность двух лиц в семье - это две сестры, два братика, отец с матерью и т.д. Это уже не одиночество, но самая малая единица семьи. Однако молодожены в свадебных песнях в этом контексте не упоминаются: там все внимание уделено молодой девице - будущей невестке. А молодой парень остается обычно без внимания или упоминается в негативном ключе: он будет пить, а ее обижать, не уважать и даже бить. В редких примерах молодежно-любовных песен девушка мечтает о взаимной привязанности со своим возлюбленным:
Eisva шМи ;1Ь1н1и <...> | йаН% giruz£ пЬ1н1и <...> Kirsva шиёи пЬ1н1и <...> ¿аИ^аБ ИерщеБ пЬ1н1и <...> ... пЬ1н1и <...> ... пЬ1н1и <...> ... abudu <...>
ЯЬБ II, № 57
Пойдём мы оба, мы вдвоём <...> В зелёную рощу мы вдвоём <...> Будем рубить мы вдвоём <...> Зелёные липы-дерева мы вдвоём <...> ... мы вдвоём <...> ... мы вдвоём <...> ... мы вдвоём <...>
ЯЬБ II, № 57
В текстах песен с упоминанием сочетания чисел два и три (две-три) смысл не связан с этими конкретным числами, но подразумевается, например, некоторый отрезок времени:
Мв паИеИБ / mёge1i nemёgojau Ве1 vis tik dйшojau / коИаш berne1iui
teksiu
Siaш райаш кёше / ащ du jaunu
ЬегпеИи Abudu §ёп / ро jodbёr% Zirge1i.
ЕМР: 45
Две-три ноченьки / спать не спала, Всё только думала, / кто мой суженый,
В том же дворе / два молодых молодца,
Оба имели кормили / по удалому
скакуну. ЕМР: 45
Иногда для определения более или менее протяженного времени к числам два-три добавляется и число четыре:
Dveji treji metuzéliai / kai linelius verpiu Два-три годика / как я лён пряду, Ateis ir ketvirti / pakol as isausiu. Придёт и четвёртый / пока я вытку.
CLLD, № 54 CLLD, № 54
Число два в отдельных вариантах таких песен может и отсутствовать:
Tris dienas, tris naktis / keleliu éjau Три дня, три ночи / шёл я по дороге
Ketvirt^ naktel? / girioj nakvojau. Четвёртую ночь / в лесу ночевал я.
CLLD, № 167 CLLD, № 167
В других случаях, наоборот, проявляется резкое несовпадение семантики этих чисел. Например, две девушки в конфликтной ситуации предстают перед тремя молодцами:
Tame saltame saltinély / dvi seselés В том холодном ключе / две сестры
zlugt% skalbé белье стирали
Ir atjojo trys berneliai / sau zirgeli^ И подъехали три молодца / своих
pagirdyti. коней напоить.
CLLD, № 94 CLLD, № 94
Либо описывается ситуация нехватающего, отсутствующего третьего звена:
Trys rozytés darzely zydéjo Три розы в садике цвели,
Dvi sesyti uz stalo sédéjo Две сестрицы за столиком сидели [darbsti ir tinginélé] [старательная и ленивая] BDB, № 217 BDB, № 217
Число три - это символ полного состава определенных частей какой-либо единицы либо составного количества. Это не мало, но и не много - в самый раз:
Unci^ tupi trys pulkeliai Уток сидят три стаи
CLLD, № 64 CLLD, № 64
Eiciau í seklyci% / imciau tris sklenycias Пошла бы я в светлицу, / взяла бы
три стакана,
Vien% tévui, antr% broliui / treci% Один отцу, второй брату / третий
bernuzéliui милому
<.> <.>
Eiciau í klétel? / imciau tris skareles Пошла бы я в клеть, / взяла бы три
платочка б
Vien% tévui, antr% broliui / treci% Один отцу, второй брату / третий
bernuzéliui. милому.
CLLD, № 107 CLLD, № 107
Л§ ]аш [Бепаш] ёес1аи / ро galvele
Тпэ рИкио81и8 акшепе11и8
Л§ ]аш []аипаш] ёейаи / ро ga1ve1e
Тпэ штк^Шгаш priega1vë1ius.
СЬЬБ, № 110
Я бы ему [старому] положила
под изголовье
Три серых камня <...>
Я бы ему [молодому] положила
под изголовье Три мягоньких подушечки.
СЬЬБ, № 110
Tai §аИш8 / 1гув dieverë1iai Ра8кш - se1шis berne1is.
СЬЬБ, № 151
По сторонам верхом ехали / три деверя, За ними - шельма паренёк.
СЬЬБ, № 151
Еi _|ш, Zvejai / 1гув Zveje1iai Лг neшatët шйбц bro1e1io?
СЬЬБ, № 171
Ей вы, рыбаки, / три рыбаки молодцы, Не видели ли вы нашего братика?
СЬЬБ, № 171
1г 8ийкош Мэ sesytes К^щт ateinant.
КРЬБ, № 17
И встретили трёх сестёр, По дороге к нам идущих.
КРЬБ, № 17
Zvejц mergatë / pajuodakatë Neшok darbaCщ Nei p1onai verpti / nei tankiai ашй Nei drobuZes rëdyti.
ЯЬБ I, № 21
Рыбацкая девушка / чёрнобровая Не умеет три дела работать: Ни тонко прясть, ни ровно ткать, Ни холсты красить.
ЯЬБ I, № 21
Тгер gaiduZiai giedojo ТпэкаЛ mamuZë Zadino.
ЯЬБ II, № 131
Три петуха уже пропели, Трижды матушка сына будила.
ЯЬБ II, № 131
Число три - одно из самых распространенных в текстах литовских народных песен самых различных жанров из разных этнографических регионов, а также в других жанрах вербального фольклора (сказки, легенды, предания, загадки, пословицы и т.п.).
Количественный показатель четыре имеет специфическое значение в поэтике литовских семейных и сиротских песен. Им определяется полный, совершенный состав семьи: отец + мать + сестра + брат:
Ner man tevelio dalelei skirti <.. .> Нет у меня батюшки, чтоб долю
выделить <...>
Ner man mociutes kraiteliui krauti <.. .> Нет у меня матушки, чтоб приданное
скопить <...>
Ner man seseles vainikui pinti <.. .> Ner man brolelio lauku lydeti <.. .> <...>
Menuo tevelis dalelei skirti <.. .> Saule mociute kraiteliui krauti <.. .> Zvaigzde sesele vainikui pinti <.. .> Sietyns brolelis lauku lydeti <.. .>
CLLD, № 141
Нет у меня сестрицы, чтоб венок
сплести <...> Нет у меня братца, чтоб через поле провожать <...>
<...>
Месяц-батюшка, чтоб долю выделить
<...>
Солнце-матушка, чтоб приданное
скопить (...) Звезда-сестрица, чтоб венок сплести
<...>
Семизвездие-братец, чтоб через поле провожать <...> CLLD, № 141
Однако в текстах песен само число четыре упоминается редко. В некоторых случаях оно выражает устойчивость, основательность какого-либо строения (усадьбы, дома, комнаты и т.п.):
Vai ir isstate / marg% dvareli Ant keturi^ kampeli^
Ой, и построили / изукрашенную
усадьбу
О четырех углах CLLD, № 126 CLLD, № 126
Число пять обычно сочетается с другими числами - 3, 6, 7. Пять - это уже первая ступень определения «вполне достаточно», «достаточно много»:
Pasejau dobil% / ant auksto kalnelio Dobilo penki lapai / dobilelio
trys lapeliai
Dobilio...
CLLD, № 10
Ei toli toli, labai toli Penki brolyciai zol? pjove <.. .> O ir atjojo trys bajorai Trys bajorai, lenk^ ponai
KPLD, № 14
Посеял я клевер / на высокой горе, У клевера пять листов, у клеверочка три листика,
У клевера...
CLLD, № 10
Ой далеко, очень далеко Пятеро братиков сено косили <.. .> И прискакали верхом три бояре, Три бояре, польские паны
KPLD, № 14
РепЫэ metus auginau / к шei1ingai
ka1binau О ¡Йаш Зе^ат шete1y / istojau |
varge1}. КРЬБ, № 69
Репк1о8 Земоз sesytës / uZ sta1e1io
sëdëjo <...> О эекто^ sesytë <...> / antron pusën
dainavo КРЬБ, № 454
Пять лет мило глядел / и мило
ухаживал, А этим шестым летом / настали
времена беды. КРЬБ, № 69
Пять шесть сестричек / за столиком сидели <...> А седьмая сестрица <...> / с другой сторонкой пела КРЬБ, № 454
Число семь - это вторая ступень определения «достаточно много». Оно чаще всего встречается в текстах молодежно-любовных, семейных (о доле снохи) и военно-исторических песен:
Septyni га^ 1ape1iai Septynios jaunos merge1ës
КРЬБ, № 21
Septyni metai / ne viena diena Ро Za1шeriais vaiksCiojau
КРЬБ, № 32
Семь листочков у руты-зелени, Семь молодых девушек [у матушки] КРЬБ, № 21
Семь лет / не один денёчек Как я солдатом ходил
КРЬБ, № 32
Число семь часто сопоставляется и с числом девять. Это в определенной степени характерно для застольных и молодежно-любовных песен:
Isgëriau septynias / dar gersiu devynias Dar шапо ga1ve1ëj / dar nieko nëra
СЬЬБ, № 208
Septyni га^ 1ape1iai Devyni jauni beme1iai.
KPLD, № 22
Выпил я семь, / ещё выпью девять, Ещё в моей голове / ещё нет ничего СLLD, № 208
Семь листочков у руты-зелени, Девять молодых парней [у отца].
KPLD, № 22
Число девять (как и число 3, впрочем, 9 = 3 * 3) в литовском народном песнетворчестве является символом совершенства. Оно характерно не только для лирических, но и для календарных песен (рождественские колядки, пасхальные лалынки) Дзукии:
At1ëkë e1nias / devyniaragis Прибежал олень / с девятью рогами,
Lë1iu, ка^а, ка^а. Лелю, коляда, коляда.
ЛК, № 60 ЛК, № 60
Tupéjo vanagas / vanagélis mazutis Ant sauso kelmelio / ant devyni^ sakeli^
Sédéjo martelé / uz balto stalelio Uz balto stalelio / uz devyni^ cerkeli^
Turéjo motulé / devynias dukreles Ir visas devynias / uz nasleli^ leido.
CLLD, № 60
Сидел ястреб, / ястребок маленький На сухом пне / на девяти веточках <...>
Сидела невестка / за белым столиком, За белым столиком / за девятью
чарками
<.>
Было у матушки / девять дочерей, И всех девятерых / за вдовцов она выдала. CLLD,№ 60
Tévelio dvarely ievarélis Ievarélis devyniasakis.
CLLD, № 125
У батюшки на дворе явор, Явор с девятью ветвями.
CLLD, № 125
Кстати, специальное исследование о семантике литовских дзук-ских календарных песен (колядок) с символикой оленя с девятью рогами опубликовала Ниёле Лауринкене (ЬаиппИепе 2000).
В некоторых молодежно-любовных песнях числом девять определяется долго и спокойно протекающее время:
Devyni metai / ne viena diena Kai darzuzy buvau.
BDB, № 52
Девять лет / не один денёчек Как за рутами в садике ухаживала.
BDB, № 52
Число девять в ряде семейных и военно-исторических песен сопоставляется с числом десять. В этом случае число девять представляется уже не как законченный, завершенный ряд единиц, а как некое количество, для которого возможно последующее дополнения («достаточно много, но может быть и больше»):
Oi tu, eglele / oi tu, siübuonéle Siübavai ryt% / ir vélai vakar% Kol ¿siübavai / devynias sakeles Desimt^ virsün?
<.>
Oi tu, motule / tu rüpestingiausia Rüpinais ryt% / ir vélai vakar% Kol isauginai / devynius sünelius Desimt^ dukrel?.
CLLD, № 19
Ой ты, елочка, / ой, ты всё качаешься, Качалась ты утром / и поздно вечером, Пока раскачала / девять веточек, Десятую верхушку
<.>
Ой ты, матушка, / какая ты заботливая, Заботилась ты утром / и поздно вечером, Пока вырастила / девять сыночков, Десятую дочку.
CLLD, № 19
[sauluze tare:]
Devynis rytus migluzej temsiu O si desimt;i nei netekesiu.
RLD I, № 37
[солнышко говорит:] Девять утр в туман заходить буду, А на это десятое утро совсем не буду всходить. ЯЬБ I, № 37
Как ни странно, число 12 в поэтических текстах литовских народных песен отсутствует. Но оно очень характерно для литовских народных сказок, где у сестрицы - двенадцать братиков, превращенных в черных воронов, и т.п.
Числа 13 и 15 в молодежно-любовных песнях чаще всего указывают на молодые года девушек, которым еще рано выходить замуж, но за которыми уже подсматривают молодые парни:
Trylikos meteli^ / tave pamylejau Auksini ziedeli / as tau pazadejau.
CLLD, № 67
Pasdabojau sau mergel? / penkiolikos
met^
Palauk, palauk, bernuzeli / dar trejus metelius. CLLD, № 41
Тринадцати годочков / я тебя полюбил, Золотое колечко / я тебе обещал.
СЬЬБ, № 67
Полюбилась мне девушка / пятнадцати
лет.
Подожди, подожди, паренёк / ещё три
годика. СЬЬБ, № 41
Какие же числа передают значения «очень много», «исключительно много»? Это прежде всего число 100. Оно известно в рыбацких и молодежно-любовных песнях:
О as nuplaukiau / simt;i myleli^ Laively sededamas.
CLLD, № 75
Tas qzuolelis / tas simtsakelis Su vejuziu kalbejo / <.>
CLLD, № 106
O kad as jojau / simt;i varsneli^ Be balno, be kilpos / be kamaneli^.
RLD I, № 45
А я проплыл / сотню миль, Сидя в челноке.
СЬЬБ, № 75
Тот дуб / тот стоветвистый С ветром разговаривал / <.>
СЬЬБ, № 106
А как я ехал верхом / сто вёрст Без седла, без петел, без уздечки.
ЯЬБ I, № 45
В некоторых свадебных песнях, приуроченных к сватовству, фигурирует число 150 (полторы сотни). Это уже больше, чем «очень много»:
Atiduoki zirgelí / tau duosiu simteli Uz girios medelí / zali% %zuolélí
<.>
Neimsiu simtelio / anei pusantrojo
Atiduoki dukrel? / uz girios medelí.
CLLD, № 168
Отдай коня, дам тебе сотню, За лесное деревцо, зелёный дубочек
<.>
Не возьму я сотни / и даже полторы, Отдай дочку / за лесное деревцо.
CLLD, № 168
Значительно больше ста в свадебных и семейных песнях число 300. Это уже «исключительно много»:
Simtas broleli^ / jaun^ berneli^ Balnoja juodberélius <.> [motinélés laukeliú] Trys simtai jojo
jaun^ berneli^
Sesut? ramindami <.> [anytélés laukeliu] Trys simtai jojo
jaun^ berneli^
Sesut? virkdydami.
CLLD, № 150
Сто братцев / молодых парней Седлают черногнедых [коней] <.> [полем матушки] Верхом ехали / три
сотни парней, Сестрицу успокаивая <.> [полем свекрови] Верхом ехали три сотни парней, Заставляя плакать сестрицу.
CLLD, № 150
«Исключительно много» - это и число 200; с помощью него определятся в молодежно-любовных песнях очень далекое расстояние, на котором находится любимая девушка:
Ei toli toli / toli mano mergele Далеко-далеко / моя милая девушка,
Du simtu myli^ / sio lygiojo laukelio Две сотни миль / по этому ровному
полюшку,
Antru du simtu / sios zaliosios gireles. Другие две сотни / по этой зелёной
роще.
BDB, № 80 BDB, № 80
А какое самое большое число известно в текстах литовских народных песен? Кажется, это число 600, обнаруженное в одной из рыбацких песен Клайпедского края, у Куршского залива. И опять этим числом символически обозначаются исключительно далекие
5
расстояния .
Bëgau р1асют8 тагщёт8 / §е!ш мтП^ Шёл по широкой воде / шестьсот ту1щщ. миль.
KPLD, № 69 KPLD, № 69
И совсем уж недавно мне вспомнилась еще одна молодежно-любовная песня, где упоминается и число 1000. Этим числом опять
же измеряется расстояние, разделяющее двух влюбленных. Но в этом случае поется о любимой девушке, которая живет всего в тысяче шагов (а не в тысяче верстах, милях и т.п.) от своего милого:
Tukstantis zingsneli^ / lig mano nameli^ Тысяча шагов / до моей усадьбы Negaliu nueiti / pas savo mergelç... Не могу навестить / свою девушку...
LT II, № 96 LT II, № 96
Другие варианты чисел больше тысячи в литовском народно-песенном творчестве пока неизвестны; отсутствуют здесь и такие количественные определения, как «миллион», «миллиард» и т.п.
Основные выводы могут быть сведены к следующему:
1) самые характерные числа в поэтических текстах литовских народных песен - это «архаические» 3 и 9 (числовая символика которых присутствует практически во всех фольклорно-мифологических системах мира); чуть меньшей степенью символичности обладает число 7; однако есть множество упоминаний чисел от 1 до 1000;
2) отмечаются характерные несовпадения в частотности чисел в вербальном и песенном литовском народном творчестве. Так, число 12 является особенно важным и широко распространенным в верованиях, сказках, преданиях и легендах литовцев, но явно отсутствует в текстах народных песен;
3) в данной статье не проводились наблюдения над числовой символикой в каких-либо конкретных жанрах литовских народных песен или в текстах, принадлежащих определенной региональной традиции. Это перспектива для дальнейших, более целенаправленных и исчерпывающих исследований.
Примечания
1 См.: http://samogitia.mch.mii.lt/Informacija/Uzgaveniu_maistas.htm
2 См.: http://www.ekodiena.lt/kuciu-tradicijos-ir-paprociai
3 Там же.
4 См.: http://priekavos.lt/joniniu-paslaptys
5 Здесь это явная гиперболизация. Куршский залив в реальности простирается всего на сто километров с севера на юг, а в самой широкой южной части имеет протяженность не более тридцати километров с востока на запад.
Литература и источники
Топоров 1998 - Топоров В.Н. Числа // Мифы народов мира / Гл. ред. С.А. Токарев. М., 1998. Т. 2. С. 629-631.
AK - Atvaziuoja Kalédos. Advento-Kaléd^ paprociai ir tautosaka. Vilnius: LLKC, 2000.
BDB - Bartschas Christianas. Dain^ balsai. Vilnius: LMA, 2000 (I leid. - Heidelberg, 1886-1889).
EMP - Eit mergeli pajüriais. Anos Mazeivos padainuotos Klaipédos krasto dainos. Sud. L. Petrosiené, J. Bukantis. Klaipéda: KU leidykla, 2006.
CLLD - Lietuvi^ liaudies dainos. Rinktiné. Paruosé J. Ciurlionyté / Литовские народные песни. Избранное. Составила Я. Чюрлёните / Vilnius: Valstybiné grozinés literatüros leidykla, 1955.
KPLD - Prüsijos Lietuvi^ dainos. Surinko <...> Vilius Kalvaitis. Tilzéje, 1905 (II-as leid. - Vilnius: LLTI, 1998).
LLD XI - Lietuvi^ liaudies dainynas. T. XI. Vestuvinés dainos - 5. Vilnius: LLTI, 1996.
LLD XIV - Lietuvi^ liaudies dainynas. T. XIV. Seimos dainos - 3. Vilnius: LLTI, 1998.
LT II - Lietuvi^ tautosaka. T. 2. Dainos, raudos. Vilnius: Mintis, 1964.
R - Rusné. Vilnius: Mintis, 1992.
RLD I - Réza L. Lietuvi^ liaudies dainos. Karaliaucius, 1825 (IV-as leid. - Vilnius, 1958).
RLD II - Réza L. Lietuvin liaudies dainos. T. 2. Vilnius, 1964.
Gimbutiené 1996 - Gimbutiené M. Senoji Europa. Vilnius, 1996.
Laurinkiené 2000 - Laurinkiené N. Devyniaragio elnio semantikos akcentai // Liaudies kultüra. Vilnius, 2000. T. 1 (70). P. 30-33.
Stundziené 2000 - Stundziené B. Dél skaiciaus paskirties dainose // Tautosakos darbai. 2000. T. 12 (19). P. 111-130.