Научная статья на тему 'Личность экстремиста: криминологический аспект'

Личность экстремиста: криминологический аспект Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
6195
715
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Петрянин Алексей Владимирович

В статье подвергаются анализу особые криминологические характеристики лиц, совершающих преступления экстремистской направленности. Также в работе анализируются условия, способствующие становлению личности экстремиста.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Личность экстремиста: криминологический аспект»

Петрянин А. В. Личность экстремиста: криминологический аспект

А.В. Петрянин

Петрянин Алексей Владимирович — докторант кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права Нижегородской академии МВД России, кандидат юридических наук, доцент

E-mail: petryanin@mail.ru

Личность экстремиста: криминологический аспект

В статье подвергаются анализу особые криминологические характеристики лиц, совершающих преступления экстремистской направленности. Также в работе анализируются условия, способствующие становлению личности экстремиста.

Человек — это сложное биосоциальное существо, в котором социальные и биологические характеристики настолько переплетены, что в детерминации поведения порой они трудноотделимы.

Наиболее устойчивыми биосоциальными свойствами являются наследственность, психические свойства, интеллектуальные и волевые качества, ценностные установки и доминирующие потребности и интересы.

При совершении лицом преступления, как правило, еще нельзя говорить о личности преступника как о самостоятельном типе личности, отличающемся от прочих граждан. С точки зрения уголовного права это всего-навсего субъект преступления. Лиц, совершивших преступления, от других личностей отличает не их общественная опасность, а только факт совершения или несовершения преступления1.

Исследование личности преступника является одной из центральных задач комплекса дисциплин криминального цикла, в том числе уголовного права и криминологии2. Потребность в изучении личности преступника предопределяется необходимостью установления детерминант совершаемых преступлений, а также всех юридически значимых обстоятельств противоправного поведения в целях оптимизации общей, специальной и индивидуальной профилактики.

Исследование личности экстремистов, мотивов и целей их деятельности предоставляет возможность соответствующим образом квалифицировать совершенные ими деяния, а также спрогнозировать дальнейшие варианты девиантного поведения экстремистской направленности3.

В связи с этим проблема изучения личности экстремиста предполагает исследование процесса становления личности, а также причин и условий, способствующих формированию у нее антисоциальных установок, влияющих на деформацию уже сложившихся моральных ценностей.

In this article are analyzed the special criminological characteristics of persons committing crimes of extremist orientation. Also in the paper analyzes the conditions conducive to a person extremist.

Личность преступника как криминологическая дефиниция раскрывает социальную сущность лица, включающую в себя сложный комплекс характеризующих его признаков, свойств с учетом индивидуальных особенностей и жизненных факторов, лежащих в основе преступного поведения4, и являющуюся научным инструментом, позволяющим углубить наши познания об истоках преступного поведения5 в целях выработки механизмов профилактики6.

«Опасность современного российского экстремизма заключается не только в дестабилизации социально-политической ситуации в стране, вовлечении людей в преступную экстремистскую деятельность, но и в негативном воздействии на их личность, формировании нравственно и мировоззренчески деградированной личности»7.

Поэтому изучение лиц, совершивших преступления экстремистской направленности, необходимо для познания причин их совершения, так как исключительно человек является носителем криминальной экстремистской мотивации.

Наряду с личностью преступника, среди лиц, совершавших преступления экстремистской направленности, следует выделять асоциальных (дезадаптированных) лиц, которые не могут приспособиться к существующим стандартам жизни в обществе, что, с нашей точки зрения, и составляет основной пласт вовлекаемых в экстремистскую деятельность.

В криминологии степень познания и изучения личности преступника, а также жертв преступлений представляет особый интерес на всех этапах развития криминологии как самостоятельного научного направления.Такой подход объясняется как алгоритмом развития самой науки, так и исключительно практическими задачами. От оптимальности выбора направлений исследования личности преступника, а также обоснованности соответствующих теоретических положений зависит эффективность и применимость выработанных наукой

практических мер и в итоге эффективность индивидуальной профилактики преступлений8.

Поэтому исследование личностных особенностей субъектов, совершающих преступления экстремистской направленности, в первую очередь необходимо для получения ответов на вопросы о том, каким образом и почему совершено деяние конкретной личностью, какую ответственность должен нести данный преступник, какие меры предупредительного воздействия будут являться наиболее эффективными и каковы особенности поведения жертв исследуемой группы деяний.

С нашей точки зрения, невозможно определить исчерпывающий перечень признаков, характеризующих личность экстремиста, учитывая неопределенность содержания самого изучаемого явления как в науке, так и на нормативном уровне, а также выделение принципиально отличающихся друг от друга видов экстремизма.

Полагаем, что рассмотрение характеристик личности преступника, совершающего деяния экстремистской направленности, целесообразно осуществлять с учетом его специально криминологических характеристик, к которым могут быть отнесены: социально-демографические; уголовно-правовые; характер различных сфер жизнедеятельности и социальных связей; нравственно-психологические признаки; физико-биологические характеристики9.

Характеризуя социально-демографические признаки лиц, совершающих преступления экстремистской направленности, мы провели анализ уголовных дел и выяснили, что 96,8% осужденных — лица мужского пола, 3,2% — женского. Определяя возрастные характеристики экстремистов, важно отметить, что всплеск экстремистской активности наблюдается в возрасте от 14 до 18 лет — 72,7% от общего числа (это отмечают большинство ученых, исследующих данную проблематику10); от 18 до 25 лет — 15,3%; от 25 до 30 лет — 9,6%. Оставшиеся 2,4%о — это лица старше 30 лет. В основном, последняя возрастная категория включает в себя организаторов и руководителей экстремистских организаций, основная масса которых имеют высшее образование и являются редакторами ксенофобских изданий либо в иной форме осуществляют издание подобных материалов11. Половозрастная характеристика лиц, совершающих преступления экстремистской направленности, дает нам возможность выделить наиболее уязвимые категории граждан, к которым относятся лица мужского пола в возрасте от 14 до 30 лет. При этом 72,7% из данной возрастной категории высказали обеспокоенность невозможностью прогнозирования своего будущего. Это и предопределяет готовность и потребность к восприятию влияния извне, что создает условия для целенаправленного формирования и коррекции личности, в том числе и противоправного характера12.

Проведенный анализ указывает на то, что молодежная среда наиболее уязвима для экстремизма. По мнению В.А. Бурковской, экстремизм в мо-

лодежной среде проявляется в деформациях сознания, в увлеченности националистическими, неофашистскими идеологиями, нетрадиционными для Российской Федерации новыми религиозными доктринами, в участии в деятельности радикальных движений и групп, в совершении противоправных, а иногда и преступных действий в связи со своими убеждениями13, что указывает на повышенную маргинализацию российского общества и связанный с этим рост страхов существования, в первую очередь выражающихся в неуверенности в будущих перспективах.

В данном случае следует согласиться с мнением A.B. Ростокинского, который отметил, что в основе становления личности преступника лежат деформации личности, причиной которых являются возникающие в процессе кризиса проблемы социализации личности, а также обретения социально значимых свойств и качеств, что и выступает существенным криминогенным фактором молодежного экстремизма14.

Рассматривая наличие брачно-семейных отношений как инструмента предупреждения данной группы преступлений, мы провели анализ и выяснили, что 91,8% осужденных не находились в браке. При этом важно не забывать о том, что одной из основных причин девиантного поведения большинства экстремистов является неблагополучная семья с учетом ее социально-экономических и внутрисемейных взаимоотношений.

Проведенное интервьюирование показало, что более 64,8% опрошенных жили в семье с четко устоявшимися экономическими трудностями, при этом 82,7%о из них воспитывались в неполных семьях с неблагоприятным семейным климатом.

Особое значение в рамках криминологической характеристики экстремистов имеет уровень образования, непосредственно связанный с социальным статусом личности, культурным уровнем, а также в целом со сформировавшимися жизненными установками. По уровню образования лица, совершившие преступления экстремистской направленности, распределились следующим образом: неполное среднее образование — 10,8%; среднее — 46,9 %; среднее специальное — 29,5%; высшее — 4,9%; неоконченное высшее — 7,9%.

Таким образом, необходимо констатировать, что основная масса экстремистов имеет низкий образовательный и культурный уровень, что непосредственно указывает на связь наличия образования с возрастными характеристиками изучаемой категории лиц.

Существенное значение при характеристике личности экстремиста имеет наличие постоянных источников существования. В рамках указанного контингента 56,2% не имели постоянного источника дохода, из них 29,6% находились на иждивении у близких родственников, 37,8% уволились или были уволены с работы, и только 6% — имели постоянную работу (работали на заявленном месте работы более шести месяцев). При этом 94,8% из

Петрянин А.В. Личность экстремиста: криминологический аспект

Петрянин А. В. Личность экстремиста: криминологический аспект

них занимались низкоквалифицированной и малооплачиваемой трудовой деятельностью. Заслуживает внимания тот факт, что все 100% исследуемых и имеющих постоянное место работы отметили несоответствие (несоизмеримость) вида выполняемых ими работ и оплаты труда, что и явилось причиной их участия в экстремистских выступлениях. Поэтому полагаем, что у основной массы лиц, совершающих преступления экстремистской направленности, с учетом рассмотренных социально-демографических характеристик, произошло отчуждение от труда с сохраняющимися при этом материальными потребностями, направленными на удовлетворение своих личностных интересов.

Учитывая тесную взаимосвязь образования с трудовой деятельностью, хотелось бы отметить, что в настоящее время не только само образование, а также и его качество не всегда гарантирует построение успешной карьеры, а также получение достойного рабочего места. Кроме этого, по мнению части населения, честный труд не гарантирует материального благополучия. В то же время пример преуспевающих девиантов, их безнаказанности подталкивает к несоблюдению и нарушению закона15.

Проведенный анализ уголовных дел показал, что 29,4% осужденных за совершение преступлений экстремистской направленности ранее уже были судимы. При этом 44,8% из них были ранее осуждены за посягательства на личность (побои, истязания, умышленное причинение вреда здоровью), 26,6% — за хулиганство и вандализм, 15,7% — за хищения, и лишь 12,9% — за преступления экстремистской направленности; 96% респондентов признались в том, что ранее уже совершали преступления, однако по ним не привлекались к уголовной ответственности. Приведенные результаты дают нам основание констатировать, что преступления экстремистской направленности характеризуются повышенным уровнем латентности, что и предопределяет их высокий уровень общественной опасности. Полагаем, что представленные результаты также указывают на масштабное вовлечение в совершение преступлений экстремистской направленности лиц, ранее не подверженных данной мотивации, что также повышает общественную опасность экстремизма.

Опрос лиц, совершивших преступления экстремистской направленности, выявил, что большая их часть (74,3%) не раскаиваются в содеянном и высказывают желание и готовность повторного совершения однородных преступлений. При этом 92% из них не признают себя экстремистами и настаивают на правоте совершаемых ими действий, что указывает на наличие у них четко сформированной морально-ценностной ориентации экстремистского толка.

Они достаточно подробно рассказывают о мотивах своих действий, настаивая на их идеологической основе, приводят многочисленные доводы в необходимости «очищения России от инородцев»16.

Особое внимание при характеристике социально-демографических особенностей экстремистов следует уделять их алкоголизации и наркотизации. В рамках проводимого исследования было установлено, что 86,4% осужденных за преступления экстремистской направленности в момент совершения деяния находились в состоянии опьянения, при этом 16,2% из них — в состоянии наркотического опьянения. С учетом того, что 77,5% лиц, находящихся в состоянии опьянения, в материалах уголовных дел отметили, что исключительно данное состояние и подтолкнуло их на совершение преступлений экстремистской направленности, целесообразно констатировать, что алкоголь и наркотики являются одной из детерминант распространения экстремизма, так как лицо, находящееся в данном состоянии, становится весьма агрессивным, недоброжелательным и циничным.

Проблемной, по нашему мнению, является национально-религиозная составляющая социальнодемографических признаков личности экстремиста.

Интервьюирование респондентов по вопросу: «Каково ваше отношение к представителям иных национальностей или религий?» показало, что 47,3% опрошенных выразили неприязнь к представителям иных национальностей или религий. Несмотря на то, что исторически Россия всегда являлась многонациональным и многоконфессиональным государством, в настоящее время национальный вопрос является наиболее актуальным для основной массы населения, проживающей в современной России, вне зависимости от национальной либо расовой принадлежности.

Продолжая мониторинг общественного мнения по особенностям современного экстремизма, нами был задан вопрос: «Каково ваше представление о национальной или религиозной принадлежности экстремистов?». 88,1% респондентов отметили в качестве таковых лиц «кавказской» национальности, при этом не проводя особой разницы между существующими среди них национальностями, а аргументируя свое мнение, основываясь исключительно на религиозном (мусульманском) аспекте, приводя примеры произошедших в России резонансных террористических актов и захватов заложников за последние 10 лет. Это следующие акты (с указанием краткой справки от автора). 23 октября — 26 октября 2002 года — теракт на Дубровке: группа чеченских боевиков под руководством чеченского сепаратиста Мовсара Бараева захватила свыше 900 заложников в здании Театрального центра на Дубровке (Москва). Все террористы были уничтожены в ходе штурма здания, заложники освобождены, но более 120 человек погибли от действия усыпляющего газа, примененного спецназом при штурме, в сочетании с тяжелыми условиями, в которых находились заложники. 5 июля 2003 года — на аэродроме в Тушино (Москва) две чеченские террористки осуществили взрыв во время рок-фестиваля «Крылья». Погибли 16 человек, около 50 ранены. 6 февраля 2004 года — взрыв мощностью 4 кг в тротило-

вом эквиваленте, осуществленный террористом-смертником в поезде на перегоне между станциями «Автозаводская» и «Павелецкая» Московского метрополитена. Погибли 42 человека, около 250 ранены. 1—3 сентября 2004 года — террористический акт в Беслане: группа террористов захватила свыше 1300 заложников в здании школы № 1. В результате теракта погибли около 350 человек, половина из них — дети, свыше 500 ранены. 21 августа 2006 года — взрыв на Черкизовском рынке в Москве. В результате взрыва погибли 14 человек, ранен 61 человек. 18 февраля 2007 года — взрыв в ресторане быстрого обслуживания «Макдоналдс» в Санкт-Петербурге. Пострадали 6 человек, среди них — 2 детей. 29 марта 2010 года в 7:56 по московскому времени произошел взрыв на станции метро «Лубянка», во втором (по другой версии — в третьем) вагоне. Еще один взрыв в 8:37 произошел на станции «Парк Культуры». В результате терактов погибли 40 человек, 85 ранены. 24 января 2011 года в Москве в аэропорту Домодедово в 16:32 подорвал бомбу террорист-смертник. По данным Минздрав-соцразвития России, 37 человек погибли (включая террориста), ранения разной степени тяжести получили 130 человек17.

7,4% респондентов отметили, что рассматривают в качестве экстремистов лиц славянской национальности, акцентируя внимание на том, что это лица в возрасте от 18 до 25 лет, атлетического телосложения, чаще всего постриженные налысо, в общем, определяя их как скинхедов либо как фанатов спортивных клубов.

И лишь 4,5% опрошенных сказали, что экстремизм не может отождествляться с конкретной религией или национальностью, так как это общемировая проблема. В данном случае хотелось бы согласиться с мнением Ю.Е. Пудовочкина и Ю.В. Марковой, которые отмечают, что любой мотив, выражающийся в ненависти или вражде, однозначно имеет политическую, идеологическую, расовую, национальную, религиозную или социальную окраску18.

Также респондентам был задан вопрос: «Как вы относитесь к лозунгу Либерально-демократической партии России и ее лидера В.В. Жириновского «Россия для русских», заявленного в качестве основного лозунга партии на выборах в Государственную Думу Российской Федерации в декабре 2011 года?». 39,8% положительно отнеслись к данному лозунгу, акцентируя внимание на том, что Россия — исконно русское государство, а также на наличии чувства неравенства и притеснения со стороны иных национальностей. На вопрос: «Оцениваете ли вы этот лозунг как экстремистский?» 61,4% респондентов ответили положительно. Полагаем, что результаты проведенного интервьюирования четко показывают на существующую сегодня проблему этнорелигиозных отношений в России, что создает благоприятные условия для распространения экстремизма.

Подобные убеждения формируются, прежде всего, на основании собственного опыта. Человек

отмечает широкое распространение бытового национализма, выражающегося в применении насилия, оскорблений или унижений других людей в связи с их национальной, расовой принадлежностью и вероисповеданием19.

Особую роль в обострении этнорелигиозных отношений играют и средства массовой информации, постоянно освещающие различные факты противостояний, при этом придавая им исключительно экстремистскую окраску. В связи с этим Е.М. Юцкова, на наш взгляд, совершенно справедливо отметила, что современные средства массовой информации своими радикальными выступлениями провоцируют национальную рознь, вражду, а также рост национализма20. Эти обстоятельства предопределяют возникновение серьезных проблем между государством и СМИ. Осознавая необходимость решения вышеуказанной проблемы, хотелось бы согласиться с мнением О.А. Колобова, Д.В. Сочнева и М.И. Шамова, которые считают, что основным инструментом в данном случае должно стать общественно-государственное регулирование, направленное на поддержание в информационном пространстве общеколлективных ценностей и интересов21.

Анализ характера различных сфер жизнедеятельности и социальных связей лиц, совершающих преступления экстремистской направленности, также указывает на их низкий культурный и духовный уровень. При этом современная культура, которая в основном сориентирована на материальное потребление, предопределяет ее криминогенный потенциал, нежели чем ее духовный антипод22. Поэтому предлагаемая современная культура создает лишь внешний эффект и зачастую легко может трансформироваться в криминальную субкультуру с соответствующими нравственно-психологическими характеристиками, противоречащими общечеловеческим ценностям23.

Нравственно-психологические качества личности экстремиста также имеют свои особенности.

Ключевой особенностью рассматриваемой характеристики, на наш взгляд, выступает мотивация, находящая свое выражение в ее идеологической составляющей, что и отличает рассматриваемую группу деяний от других. По мнению В.В. Лунеева, мотивационная сфера как раз и является инструментом гиперактивного поведения человека24. При этом современная криминальная среда представляет собой устойчивую систему взаимодействия различных категорий граждан асоциальной направленности, где действуют неформальные нормы, в том числе противоправного поведения, что и создает благоприятные условия для формирования экстремистской идеологии, содержащей в себе свои нравственные, этические и даже философские идеи, оправдывающие экстремизм и составляющие базу для субкультуры этой среды25.

Вышеуказанное предопределяет наличие следующих психологических качеств у экстремистов: ярая приверженность какой-либо идеологии вплоть

Петрянин А.В. Личность экстремиста: криминологический аспект

Петрянин А. В. Личность экстремиста: криминологический аспект

до фанатизма; экстремальность деятельности и ее группоцентрический характер; ориентация на насилие и устрашение26.

По мнению М.Ф. Мусаеляна, психологические предпосылки становления террористического и экстремистского типов личности условно можно разделить на три группы: социально-психологические особенности макросреды; индивидуальноличностные особенности человека; склонности лица к террористической или экстремистской де-ятельности27.

Комментируя первые две предложенные психологические предпосылки, хотелось бы отметить, что, на наш взгляд, они не отражают специфики экстремизма, так как могут быть положены в основу психологических предпосылок совершения любого общественно опасного деяния. И лишь третья предпосылка отражает специфику изучаемого явления.

Существенное значение при определении личности экстремиста также имеют его психофизические свойства. В основном они носят исключительно негативный характер: агрессивность; жестокость; хладнокровие; мстительность; дерзость; садизм; расчетливость; замкнутость; повышенная импульсивность поведения; исключительный цинизм, эгоизм и максимализм; страх; озлобленность; неуравновешенность; низкая мотивация к достижениям; снижение оптимизма в отношении к жизни как высшей ценности человека; ненависть и гнев по отношению к людям, не разделяющим экстремистских идей, которые выступают как «враги» (человеконенавистничество), и к«несправедливой»действительности и существующему миру (затаенная обида на окружающий мир), так как он противоречит экстремистским идеалам; равнодушие, презрение и неспособность к состраданию; отсутствие ценности жизни, здоровья и достоинства человека; отчужденность от общества и его ценностей; отказ от общепринятых в обществе социально-правовых норм; утрата межличностных контактов с социумом; подмена ценностей; самооправдание совершаемых им экстремистских действий; слепая вера в правоту своей экстремистской идеологии, которой экстремист предан безраздельно28.

Рассматривая физико-биологические характеристики экстремиста, хотелось бы согласиться с мнением профессора Н.И. Дорохова, который отмечает, что в качестве детерминант экстремистского поведения могут выступать такие подсознательные импульсы, как комплекс неполноценности и психологические фрустрации29, что непосредственно усиливает ненависть к окружающим.

Подводя итог анализу криминологической характеристики личности экстремиста, хотелось бы констатировать, что его особой отличительной чертой является формирование особого стиля поведения, характеризующегося радикальным противостоянием, основанным на применении насилия (вплоть до физического уничтожения) к лицам, не поддерживающим его идеологию.

Примечания

1. См.: Криминология / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и Г.М. Миньковского. — М., 1998. — С. 117.

2. См.: Антонян Ю.М. Причины преступного поведения. — М., 1992.

3. См.: Узденов Р. М. Экстремизм: криминологические и уголовно-правовые проблемы противодействия: Дис... канд. юрид. наук. — М., 2008. — С. 101.

4. См.: Павлов В.Г. Субъект преступления в уголовном праве. — СПб., 1999. — С. 25.

5. См.: Гришин Б. П. Характеристика личности преступников, совершающих захват заложников // Российский следователь. — 2007. — № 6. — С. 27.

6. См.: Антонян Ю.М. Личность преступника / Ю.М. Антонян, В.Н. Кудрявцев, В.Е. Эминов. — М., 2004. — С. 47.

7. Мусаелян М.Ф. О личности экстремиста // Военно-юридический журнал. — 2010. — № 2. — С. 20—23.

8. См.: Кургузкина Е.Б. Теория личности преступника и проблемы индивидуальной профилактики преступлений: Автореф. дис... д-ра юрид. наук. — М., 2003. — С. 12.

9. Российская криминологическая энциклопедия. — М., 2000. — С. 298—302.

10. См.: Бурковская В.А. Криминальный религиозный экстремизм: уголовно-правовые и криминологические основы противодействия: Дис.. д-ра юрид. наук. — М., 2006; Маркова Ю.В. Предупреждение преступлений, совершаемых группами несовершеннолетних экстремистской направленности: Дис.. канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2008; Узденов Р.М. Указ. соч.; и т. п.

11. См.: Бурковская В.А. Указ. соч. — С. 154.

12. См.: Игошев К.Е. Проблема, которая волнует всех (вместо предисловия) // По неписаным законам улицы.. / К.Е. Игошев, Г.М. Миньковский. — М., 1991. — С. 24.

13. См.: Бурковская В.А. Указ. соч. — С. 140.

14. См.: Ростокинский А.В. Преступления экстремистской направленности как проявления субкультурных конфликтов молодежных объединений: уголовноправовые и криминологические проблемы: Автореф. дис... д-ра юрид. наук. — М., 2008. — С. 26—27.

15. См.: Рубан Л.С. Девиация как проблема безопасности // Социологические исследования. — 1999. — № 5. — С. 73.

16. Бурковская В.А. Указ. соч. — С. 150.

17. ru. wiki pedia. огд/ш1к1/Террористические_акты

18. См.: Пудовочкин Ю.Е. Криминологическая характеристика лиц, совершивших преступления против несовершеннолетних // Российский криминологический взгляд. — 2005. — № 1. — С. 75—77; Маркова Ю.В. Указ. соч. — С. 76.

19. См.: Бурковская В.А. Указ. соч. — С. 141.

20. См.: Юцкова Е.М. Вовлечение женщин и молодежи в террористическую деятельность // Терроризм в России и проблемы системного реагирования / Под ред. А.И. Долговой. — М., 2004. — С. 91.

21. См.: Колобов О.А. Информационный терроризм в современном российском обществе: Монография / О.А. Колобов, Д.В. Сочнев, М.И. Шамов. — Н. Новгород, 2007. — С. 87.

22. См.: Иншаков С.М. Культура и ее воздействие на преступность // Преступность и культура / Под ред. А.И. Долговой. — М., 1999. — С. 10.

23. См.: Овчинников М.А. Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (уголовно-правовой и криминологический анализ): Дис... канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2006. — С. 107.

24. См.: Лунеев В.В. Мотивация преступного поведения. — М., 1991. — С. 107.

25. См.: Овчинский В.С. Криминологические, уголовно-правовые и организационные основы борьбы с организованной преступностью в Российской Федерации: Автореф. дис... д-ра юрид. наук. — М., 1994. — С. 17.

26. См.: Юрасова Е.Н. Психологические особенности лиц, склонных к экстремизму, терроризму и ксенофобии // Юридическая психология. — 2008. — № 4. — С. 27—35.

27. См.: Мусаелян М.Ф. Личность участника неформальных молодежных экстремистских организаций (группировок) // Адвокат. — 2010. — № 6. — С. 22—33.

28. См. там же.

29. См.: Дорохов Н.И. Портрет современного террориста: нравственно-психологические и личностные аспекты // Военно-юридический журнал. — 2006. — № 5. — С. 18—23.

М.П. Пронина

Пронина Мария Петровна — преподаватель кафедры гражданского права и процесса Нижегородской академии

МВД России, кандидат юридических наук

E-mail: mpronina2010@mail.ru

Проблема влияния чрезмерности судебных расходов на доступность правосудия

В статье исследуется категория доступности правосудия в системе права, раскрывается ее сущность и характеристика, анализируются общие проблемы доступности правосудия, в частности проблема чрезмерности судебных расходов.

This article discloses the category of access to justice in the legal system, reveals its concept and characteristics, analyzes the general problem of access to justice, in particular the problem of excessive legal costs

Идея о праве на суд связана с идеей о верховенстве права. В современных зарубежных странах судебная власть имеет главенствующую роль и по факту стала высшей государственной властью. «Судебная власть, хотя и менее заметная, чем другие власти, зримо и незримо руководит ими»1.

Понимание суда, с одной стороны, как основы государственного строя (¡ивЫ'1а fundamentum гедпогит), а с другой — как «опоры правового порядка», благодаря которому «граждане могут спокойно пользоваться своим имуществом и плодами своих трудов», предопределило основные требования к суду, среди которых немаловажным является его доступность. Не употребляя самого этого термина, Высочайший указ Сенату от 20 ноября 1864 года о распубл и ковании новых судебных уставов сформулировал основные требования, которым должен был отвечать пореформенный судебно-процессуальный строй: водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и утвердить в народе то уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего.

Российскими дореволюционными учеными доступность суда связывалась с различными аспектами, включающими близость суда населению, необходимостью предоставить в состязательном процессе юридическую помощь неграмотной стороне, стоимостью судебного процесса.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В советский период истории принцип доступности судебной защиты впервые был обоснован В.М. Семеновым. Данный принцип рассматривался ученым как принцип процессуальных отраслей права2. Вопросы доступности правосудия нашли свое отражение в работах многих других известных советских и современных российских ученых-процессуалистов.

Как указывала М.С. Шакарян, объективной предпосылкой доступности и эффективности правосудия является отвечающая потребностям общественных отношений внутренняя согласованность процессуального и связанного с ним материального законодательства. К субъективным предпосылкам М.С. Шакарян относила наличие квалифицированных исполнителей, не только судей и судебных исполнителей, но и всех других работников судов и службы исполнителей.

В.В. Ярков называет следующие основные факторы, определяющие доступ к правосудию: продол-

Пронина М.П. Проблема влияния чрезмерности судебных расходов на доступность правосудия

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.