Краснопольский Б.Х.
д.э.н., профессор, гл.н.с. Института экономических исследований ДВО РАН, г. Хабаровск
boriskrasno@gmail.com
КРИТИЧЕСКАЯ ИНФРАСТРУКТУРА ГЕОСТРАТЕГИЧЕСКОЙ ТЕРРИТОРИИ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА: НОВЫЕ ВЫЗОВЫ - НОВЫЕ ПОДХОДЫ
Ключевые слова: критическая инфраструктура, геостратегическая территория, Дальний Восток, Дальневосточная Арктика, Тихоокеанская Арктика, Северо-Восточный мезорегион, геополитическая безопасность.
Keywords: critical infrastructure, geostrategic territory, Far East, Far Eastern Arctic, Pacific Arctic, North-Eastern mesoregion, geopolitical security.
К критически важной инфраструктуре по наиболее общему определению относятся экономические и оборонные объекты, сети, службы и системы, сбой в работе которых отражается на безопасности, жизнеобеспечении и благосостоянии граждан страны. В более конкретном виде ее состав определяется в зависимости от той сферы, которая рассматривается в данном случае. Например, С 1 января 2018 года вступил в силу Федеральный закон от 26.07.2017 № 187-ФЗ «О безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации», который накладывает ряд обязанностей на организации и учреждения, являющиеся субъектами данного вида критической инфраструктуры (КИИ). Что касается пространственного развития нашей страны, существует своя классификация критической инфраструктуры1.
В случае нашего исследования геостратегической территории Дальневосточного макрорегиона, оставляя в стороне виды критической инфраструктуры в чисто оборонной сфере, т.к. они связаны с информацией, которой мы не располагаем, будем рассматривать в ее составе такие классические для формирования и развития пространственно-хозяйственных образований инфраструктурные составляющие как транспорт и энергоснабжение, а также социальную инфраструктуру. Необходимость включения этих составляющих инфраструктуры в состав критической связана с нынешней и будущей ситуацией в развитии как всего Дальнего Востока, так и его северо-арктических территорий и акваторий.
Что касается геостратегических территорий России, то к ним относятся, как хорошо известно из соответствующего правительственного постановления, регионы с эксклавным положением, входящие в Арктическую зону РФ (АЗРФ), а также расположенные на Северном Кавказе, на Дальнем Востоке и граничащие со странами, входящими в Европейский и Евразийский экономический союзы.
Дальний Восток имеет несколько причин быть включенным в состав геостратегических территорий. Первое, он имеет выход в Азиатско-Тихоокеанский регион, благодаря чему Россия становиться важнейшей частью Евразии. Второе, регион как таковой является связующим звеном между центральной и западносибирской частью России с его системой расселения, в особенности вдоль южных границ, и критической транспортной (Транссибирская магистраль, БАМ, восточный полигон железных дорог) и энергоснабжающей инфраструктурой. В-третьих, его значительная удаленность от центральных районов страны определяет необходимость создания здесь некого более-менее самостоятельного, в какой-то мере даже автаркичного социально-экономического анклава, позволяющего обеспечить безопасность функционирования его производственного потенциала и жизнедеятельность населения за счет собственных возможностей в случае критических обстоятельств. В-четвертых, он соседствует с юга с экономически мощным и густонаселенным Китаем, ставшим в последнее время основным политико-экономическим партнером России, а с севера через Берингов пролив - с США, крупным экономически развитым государством, к сожалению, недавно ставшим
2
недружественным для нас .
Что касается арктических территорий и акваторий Дальнего Востока (Дальневосточной Арктики), граничащих со штатом Аляска, то они оказываются включенными одновременно в две геостратегические зоны России - и как часть Дальнего Востока, и как восточный «форпост» АЗРФ.
В данной статье остановимся именно на регионе Дальневосточной Арктики, т.к. именно он сейчас находится в наиболее сложном положении в части его устойчивого социально-экономического развития и некоторых рисков в обеспечении геополитической безопасности в Берингийской зоне и на трассе Северного морского пути по причине его тесного соседства со штатом Аляска. К этому региону по классификации АЗРФ относятся тринадцать североарктических улусов Республики Саха (Якутия) и все районы Чукотского автономного округа. Методологическим под-
1 См., например, Инфраструктура пространственного развития РФ: транспорт, энергетика, инновационная система, жизнеобеспечение / Под ред. к.э.н. О.В. Тарасовой. - Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 2020. - 456 с.
2
Куньщиков С.В. Геостратегические территории РФ: геополитический аспект стратегии пространственного развития Российской Федерации. - https://elar.urfu.rU/bitstream/10995/80359/1/978-5-91256-440-6_2019_134.pdf
ходом к исследованию этих территорий, применяемым в данной работе, является подход, основанный на восприятии Дальневосточной арктической зоны как единого вновь формирующегося пространственно-хозяйственного образования. Этот подход подтверждается и географическими особенностями этой зоны, и всей историей ее хозяйственного развития, включая деятельность коренных народностей, развитие минерально-сырьевой базы, формирование системы расселения пришлого населения, влияние Северного морского пути и другие факторы.
Дальневосточная Арктика - это также территории, включающие седьмую и восьмую опорные экономические зоны АЗРФ, которые представлены на рис. 1.
Источник: Дальневосточная и Тихоокеанская Арктика: на перекрестке двух океанов и континентов / Отв. ред. Б.Х. Красно-польский; Институт экономических исследований ДВО РАН. - Хабаровск: ИЭИ ДВО РАН, 2021. - 248 с.
Рисунок 1.
Карта сектора Дальневосточной Арктики в составе территорий 13 улусов Республики Саха (Якутия)
и Чукотского автономного округа, а также акваторий исключительных экономических зон прилегающих морей (7 и 8 опорные экономические зоны в рамках АЗРФ)
Эти территории по данным за 2021 г. по численности населения составляли всего 5,2% от населения всей АЗРФ, но по численности населения коренных малочисленных народов Севера (КМНС) они составляли 43,6%.
В «Стратегии развития РФ до 2025 г.» в разделе «Трансформация пространственной организации экономики» дается следующая характеристика современного этапа этих процессов, в которых особо подчеркивается роль Дальнего Востока и его арктических территорий и акваторий: «Пространственная организация экономики Российской Федерации начиная с 1990-х годов трансформируется под влиянием изменения факторов размещения экономики, условий международной торговли и научно-технологического развития»1. Одним из 4 наиболее существенных изменений в пространственной организации экономики страны назван следующий: «Сдвиг производств по добыче углеводородного сырья в малоосвоенные территории Восточной Сибири и Дальнего Востока и акватории шельфов Дальневосточного и Арктического бассейнов»2. Т. е. в данном случае речь идет как раз о тех территориях и акваториях, которые рассматриваются в этой статье.
Что касается непосредственно арктических территорий Якутии и Чукотки, то в настоящее время просматривается активная интеграция внешних элементов критической инфраструктуры обоих региональных образований, которая шаг за шагом вызывает все большее взаимовлияние многих процессов в дальнейшем освоении природных ресурсов этого вновь формирующегося высокоширотного пространственного образования. Эта «скользящая» декомпозиционная трансформация выражается в постоянном нарастании их существенных интеграционных взаимосвязей, что инициируется и поддерживается естественным развитием инфраструктурных элементов обеих территорий, прежде всего - составляющих критической инфраструктуры.
Рассматриваемые арктические территории Якутии и Чукотки находятся на первичных стадиях освоения их природно-ресурсного потенциала и формирования более сбалансированного и устойчивого природно-хозяйственного комплекса в целом. И именно в данном случае роль их критической инфраструктуры, прежде всего транспорта и энергообеспечения, на данных начальных этапах развития особенно высока.
Рядом правительственных решений создаются перспективные возможности более масштабного и устойчивого развития и адаптации северо-арктических территорий страны к изменяющимся условиям их существования. В целях
1 Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года», утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р. - С. 4.
2 Там же, с. 5.
повышения социально-экономической устойчивости развития АЗРФ в принятых правительственных документах предлагается создать ряд территорий опережающего развития (ТОР) и восемь опорных экономических зон, в число которых входят Северо-Якутская и Чукотская (рис. 1).
Неразвитость прежде всего транспортной и энергетической инфраструктуры является основной проблемой, которая касается обеих этих опорных зон. Эта ситуация замедляет их системное, взаимосвязанное формирование и устойчивое развитие. Именно поэтому в качестве системообразующих проектов этих опорных зон определяются проекты, предусматривающие ускоренную, опережающую реконструкцию и развитие этих видов критической инфраструктуры. В качестве ведущего системообразующего элемента их формирования выступает функционирование крупной транспортной инфраструктурной магистрали - Северного морского пути (СМП), а также коммуникаций воздушного сообщения и автомобильных дорог, которые участвуют в транспортировке грузов, в том числе полезных ископаемых, добываемых на месторождениях регионов.
В Северо-Якутской опорной зоне располагается 22 месторождения алмазов, 18 угольных месторождений с учтенными балансовыми запасами свыше 670 млн тонн и другие минеральные ресурсы. В этой зоне намечается ускоренное развитие портовой инфраструктуры открытого акционерного общества Морской порт «Тикси», создание высокотехнологичной Жатайской судоверфи, строительство речных судов различных типов и назначений и строительство судов класса «река - море» в целях обеспечения каботажных перевозок не только для арктических районов Республики Саха (Якутия), но и для смежных арктических территорий Чукотки. Чукотская опорная зона располагает мощной сырьевой базой, которая при ее достаточно интенсивном использовании может послужить «драйвером» значительного усиления ее социально-экономического потенциала, что имеет для России важное геополитическое значение. Основу её экономики составляет горнодобывающая промышленность. Создаётся инфраструктура золотосеребряного месторождения «Морошка», освоение которого ведется с 2018 г., реализуется полномасштабное строительство золо-тоизвлекательной фабрики (ЗИФ) на месторождении Кекура. Компания «Берингопромуголь», являющаяся якорным резидентом чукотской ТОР «Беринговский», построила обогатительную фабрику в рамках проекта по разработке и добыче коксующегося угля на Амаамском месторождении и др.1
В качестве стратегической задачи необходимо также рассматривать формирование на Чукотке энергетической инфраструктуры, включающей строительство новых и реконструкцию существующих источников электроэнергии и широтных линий электропередач и подстанций в наиболее перспективных зонах освоения минерально-сырьевых ресурсов Чукотки с интеграцией систем энергоснабжения со смежными арктическими районами Якутии. Это напрямую связано с рядом крупных федеральных проектов в энергетике. Как известно, в конце 2017 г. правительство разработало и позднее реализовало общую схему реконструкции и финансирования перестройки энергосистемы Чаун-Билибинского узла на западе Чукотки, граничащим с Якутией. Ее серьезные изменения связаны с закрытием Били-бинской АЭС. Замещает эту станцию плавучая АЭС (ПАТЭС) в г. Певеке2. Использование установленных мощностей ПАТЭС предполагается и в соседних районах Якутии, что значительно усилит интеграцию арктических территорий -Чукотки и Якутии в пространственном развитии хозяйства всего региона Дальневосточной Арктики.
В данном случае проявляются процессы хозяйственной интеграции и кооперации в развитии двух соседствующих высокоширотных северо-арктических территорий, и критическая инфраструктура, прежде всего транспортная и энергетическая, является здесь тем фактором, который будет «цементировать», «стягивать» эти регионы в единое в хозяйственном плане пространственное образование - Дальневосточную Арктику.
В этих процессах существенную роль играет государственное управление, вся система взаимосвязанных правительственных документов по стратегическому планированию, включающая долгосрочный и среднесрочный, а также федеральный и региональный уровни на стадиях прогнозирования, целеполагания, планирования и программирования вплоть до стадии их реализации. В основе этой системы, как это хорошо известно, лежит федеральный закон «О стратегическом планировании в Российской Федерации»3. Весьма существенные дополнения в систему стратегического планирования были внесены в июне 2022 г. специальным Распоряжением правительства РФ4. В нем особо отмечается важность и необходимость разработки и утверждения стратегий развития макрорегионов и входящих в них регионов, расположенных на приоритетных геостратегических территориях, в т.ч. посредством разработки и утверждения комплекса мер по стимулированию сотрудничества приграничных субъектов РФ с сопредельными странами. В данном случае особо подчеркивается, что в решении этой проблемы большое значение имеет реализация национальной программы развития Дальнего Востока на период до 2025 года и на перспективу до 2035 года, т.к. подавляющее большинство его регионов являются приграничными5.
Подробного анализа геостратегических территорий и планов их развития в стратегических документах не представлено, но намечены некоторые общие цели. Намечается стимулировать их социально-экономическое развитие, обеспечить опережающее среднероссийские темпы создание социальной инфраструктуры для субъектов РФ, расположенных на Дальнем Востоке, а также увеличить численность населения в регионе. Поставлены задачи по существенному развитию других видов критической инфраструктуры, по реализации планов обеспечения круглогодичного
1 Лукин Ю.Ф. Многоликая Арктика в потоке времени и смыслов. - Архангельск, 2019. - С. 69-70.
2 Там же, с. 69.
3
Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ (ред. от 31.07.2020) «О стратегическом планировании в Российской Федерации».
4 Распоряжение Правительства РФ от 25.06.2022 № 1704-р «О внесении изменений в распоряжение Правительства РФ от 13.02.2019 № 207-р». - http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_420383/25ab2a7d8fd7d8dcde11c233997f6517915bfbaf/
5 Там же.
транспортного сообщения малонаселенных и островных территорий Арктической зоны и Дальнего Востока, по реконструкции и строительству аэродромов и аэропортов местного значения и др.
Также подчеркивалась необходимость разработки и утверждения комплекса мер по социально-экономическому развитию опорных населенных пунктов (ОНП) и их критической социальной инфраструктуры в геостратегических районах АЗРФ и выработки и утверждения критериев отнесения населенных пунктов к подобным опорным поселениям. По данным вопросам недавно была подготовлена научно-прикладная работа, которая вносит существенный вклад в решение проблем формирования ОНП в АЗРФ1.
Исследователями был выделен ряд критериев и три основные группы функций этих ОНП: обеспечение внешней безопасности, внутренней безопасности и социально-экономического развития поселковых агломераций. В северо-восточной части АЗРФ, включая Якутию и Чукотку, было выделено по названным критериям и функциям около двух десятков ОНП с конкретной оценкой уровня развития их социальной инфраструктуры. Выводы и предложения в данной работе можно считать вполне обоснованными. Но они касаются чисто локальных муниципальных центров. Для решения вопросов инфраструктурного развития на более высоких уровнях пространственно-хозяйственных образований АЗРФ, т.е. всей Дальневосточной Арктики как единого региона, этого недостаточно. Подобные стратегические оценки, по нашему мнению, должны вытекать из проработки направлений развития следующих их составляющих:
- опорные населенные пункты с оценкой их социальной инфраструктуры (направления их развития в первом приближении оценены, в частности, в приведенной выше работе по ОНП);
- опорные зоны промышленно-сырьевого освоения (направления оценены в соответствующих правительственных документах);
- опорная сеть и пространственная конфигурация критической магистральной инфраструктуры с ее внешними и внутренними элементами регионального и межрегионального уровней, закладывающая системные основы для объединения и тесной взаимосвязи воспроизводственных и социально-организующих процессов на всей территории Дальневосточной Арктики (предстоит оценка ее развития);
- опорная схема пространственно-хозяйственного образования межрегионального масштаба, формирующаяся на базе опорных населенных пунктов, опорных промзон и опорной магистральной инфраструктуры. Именно эта схема всего формирующегося пространственно-хозяйственного образования Дальневосточной Арктики будет в дальнейшем объектом стратегического государственно-регионального регулирования (предстоит оценка направлений ее развития).
Что касается двух последних составляющих оценки, то здесь возникают некоторые соображения, также частично вытекающие из упомянутой выше работы по ОНП АЗРФ2. В данной работе обращается внимание на то, что при выявлении опорных населенных пунктов в Арктической зоне необходимо учитывать роль базовых поселений на «по-дарктических» территориях, не входящих непосредственно в состав АЗРФ. В дальневосточном секторе АЗРФ это касается как Чукотки, так и северо-арктических улусов Якутии, где в качестве таких поддерживающих поселений выступают населенные пункты приарктических территорий Магаданской области и центральных районов Республики Саха (Якутия).
Источник: Дальневосточная и Тихоокеанская Арктика: на перекрестке двух океанов и континентов / Отв. ред. Б.Х. Красно-польский; Институт экономических исследований ДВО РАН. - Хабаровск: ИЭИ ДВО РАН, 2021. - 248 с.
Рисунок 2.
Северо-Восточный трансграничный мезорегион как часть Дальневосточного макрорегиона с выделением его арктических территорий: тринадцати северо-арктических улусов Республики Саха (Якутия) и Чукотского автономного округа (выделены серым цветом)
1 Опорные населённые пункты Российской Арктики: материалы предварительного исследования. - https://arctic-russia.ru/ article/opornye-naselennye-punkty-novyy-subekt-prostranstvennogo-razvitiya-arktiki/
2 Там же, с. 113-115.
Подобное тесное взаимодействие между районами высокоширотного Дальнего Севера и Ближнего Севера сложилось исторически и оно практически неразрывно. Применительно к северо-арктическим территориям Дальнего Востока возникает весьма неординарное представление о естественном существовании здесь некого Северо-Восточного мезорегиона как части Дальневосточного макрорегиона (рис. 2). В зону этого мезорегиона географически попадает частично и Камчатский край. Его присутствие здесь связано в настоящее время с тем, что он стал играть весьма большую роль в развитии опорной для арктических территорий транспортной инфраструктурной магистрали - Сев-морпути с его портом-хабом в Петропавловске-Камчатском.
Что касается этого мезорегиона, то исходя из высказанных выше соображений, можно сделать следующий вывод: - необходимо на данном этапе развития восточного «форпоста» АЗРФ разработать специальную федеральную целевую программу «Формирование опорной сети системно-организованной критической инфраструктуры на севе-ро-арктических геостратегических территориях Дальнего Востока (Северо-Восточный мезорегион) на долгосрочную перспективу».
Данная программа с достаточно перспективным временным лагом даст импульс к реализации всех других возможностей повышения эффективности экологически ответственного, экономически рационального и социально сбалансированного дальнейшего освоения и устойчивого развития восточно-арктических территорий АЗРФ в тесной связи с «подпитывающими» это развитие приарктическими территориями Северо-Востока страны.
Роль Северо-Восточного мезорегиона важна еще и тем, что его формирование значительно усиливает социально-экономический потенциал непосредственно трансграничных территорий Чукотки и Камчатки, являющихся «форпостом» АЗРФ в Тихоокеанской Арктике на стыке двух континентов - Евразии и Северной Америки и двух океанов -Тихого и Северного Ледовитого (рис. 3).
The Economist
Источник: Дальневосточная и Тихоокеанская Арктика: на перекрестке двух океанов и континентов / Отв. ред. Б.Х. Красно-польский; Институт экономических исследований ДВО РАН. - Хабаровск: ИЭИ ДВО РАН, 2021. - 248 с.
Рисунок 3.
Карта международного трансграничного сектора Тихоокеанской Арктики, включающего Чукотский автономный округ и Камчатский край со стороны России и штат Аляска с грядой Алеутских островов со стороны США (в квадрате - регион Берингова пролива)
Эти территории и их акватории граничат со штатом Аляска ныне недружественной для нас страны. Но нужно отметить, что социально-экономическое развитие штата значительно превышает по своему потенциалу российские приграничные регионы, что создает некий «перевес», «перекос» не в нашу пользу в Северотихоокеанской зоне. Как показывает опыт и практика международных трансграничных взаимоотношений для их устойчивого функционирования весьма важно создание в таких зонах примерно сопоставимых, «равновесных» уровней общественного развития и социального обеспечения, что должно касаться не только их экономических потенциалов, но и уровня жизнедеятельности как коренного, так и пришлого населения. Военный потенциал приграничных территорий, конечно, играет ведущую роль в обеспечении их геостратегической безопасности, но и их социально-экономический потенциал, в особенности развитость критической инфраструктуры - транспортных коммуникаций и систем энергоснабжения и жизнеобеспечения - также создает в этом плане значительное повышение их устойчивости к различного рода межстрано-вым конфликтам.
Именно в этом плане целенаправленное формирование Северо-Восточного мезорегиона, включающего как арктические, так и «подарктические» территории с более развитой критической инфраструктурой - транспортными коммуникациями, системами энергоснабжения и более развитой социальной инфраструктурой в системе опорных населенных пунктов, позволяет в недалеком будущем устранить социально-экономические «перекосы» в международной трансграничной зоне Тихоокеанской Арктики. Новые вызовы и угрозы в нарушении геостратегических интересов нашей страны в Северо-арктической зоне Тихого океана диктуют и новые подходы к нейтрализации их последствий.
Северо-Восточный мезорегион будет представлять интересы России в трансграничной зоне в северо-арктических районах Тихоокеанского бассейна, представляя не только АЗРФ, но и весь Северо-восток России, что значительно усилит геополитическую роль нашей страны в этой зоне и безусловно отразится на повышении ее геостратегической безопасности.