Актуальные проблемы авиации и космонавтики. Социально-экономические и гуманитарные науки
сдерживанию усилий их потенциального конкурента в направлении развития космических программ может отсрочить появление нового фигуранта в соревновании за превосходство в космосе.
Каждое политическое решение руководства страны должно совершаться с оглядкой на взаимосвязь его последствий и судьбы этой страны как члена космического сообщества. По словам американского сенатора Л. Джонсона (одного из президентов США): «Римская империя контролировала мир потому, что сумела построить дороги. Затем, когда началось освоение морских пространств, Британская империя доминировала в мире, так как имела корабли. В век авиации мы были могущественны, поскольку имели в своем распоряжении самолеты. Сейчас коммунисты захватили плацдарм в космосе» [1]. Еще во времена «холодной войны» политические деятели понимали сколь велико значение своевременных действий по захвату преимущества в космосе. Сейчас, в век информации это становится еще более актуальным и важным.
Существует обстановка сдерживания в правительствах стран, уже обладающих достаточным потенциалом, от решительных активных действий по дестабилизации другой страны, путем использования космического плацдарма.
Возможно два пути такого рода действий. Первый представляет собой акцию, направленную на физическое устранение спутников противника или же нанесение ущерба путем ядерного взрыва на орбите. Такой вариант развития событий является просто переносом обычных методов ведения военных действий из привычных условий в среду космического пространства и, по сути, не является чем-то новым. Отсюда, логичным образом, вытекает второй, и наиболее интересный для рассмотрения, вариант развития событий. Это манипулирование непосредственно информационными потоками, путь которых лежит через космическое пространство. «Изменились пространственные и временные характеристики современных войн. Космос добавил войне четвертое измерение, расширив ее пространство. Помимо ведения наземных, морских и воздушных сражений теперь космос все шире используется в военных целях. Такую возможность дают ракеты и спутники, применяемые пока в основном для выполне-
ния задач оперативного обеспечения военных действий: ведение разведки, радиоэлектронной борьбы, связи, навигационного, топогеодезического обеспечения и др.» [2]. Затронутая выше тема информационной войны приобрела актуальность в эпоху, когда политики разных стран бросили усилия на получение превосходства в космосе.
Информационные ресурсы, сами по себе, достаточно хрупки. Поэтому обеспечение военными или политиками их безопасности во время реализации угрозы противнику, представляется непростой задачей. Аналогом этого, в некотором роде волевого, противостояния является сдерживание стран владельцев ядерных вооружений. Политическое, а в особенности, военное руководство понимает последствия агрессивных действий - ответный удар.
Вышесказанное иллюстрирует невозможность принятия разумных политических решений в направлении развязывания открытых столкновений на «космическом поле брани». Опасность представляют деятели, которые мыслят военными категориями, находясь в среде правящей элиты государства.
При столь масштабном и, что немаловажно, устрашающем начале военной операции как использование космоса в качестве плацдарма для своих сил, неминуемо повреждение линий передачи информации, проходящих через космические аппараты. А структура современной экономической системы такова, что при этом произойдет поразительно быстрый выход из строя всех значимых ее узлов. Описанное является наихудшим, для политической системы, что только может произойти.
В противовес всем потенциальным опасностям и возможностям нанести ущерб противнику существует другой путь - экономическое, политическое, научное, культурное, социальное сотрудничество мирового сообщества на базе освоения космоса, на благо человечества.
Библиографические ссылки
1. Wolfe T. The Right Stuff. N. Y, 1980. P. 57.
2. Новожилова Е. О. Войны настоящего и будущего //Военная мысль. 2011. № 2. С. 3-12.
© Буторов В. В., Миланов И. А., Сигида Н. А., 2011
УДК 14 (17.032)
К. В. Данилова Научный руководитель - О. Ф. Морозова Сибирский государственный аэрокосмический университет имени академика М. Ф. Решетнева, Железногорск
КОСМИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ К. Э. ЦИОЛКОВСКОГО: ЭТИЧЕСКИЕ КОМПОНЕНТЫ
Космическая философия К. Э. Циолковского - является одним из столпов русского космизма. Она ощутимо повлияла на современную цивилизацию посредством космонавтики, которая стала одним из основных направлений НТР. Немаловажно и то, что она относится к числу немногих в русском космизме образцов целостной философско-мировоззренческой системы.
Этику К. Э. Циолковский считал центральным разделом космической философии, ценностным стержнем предлагавшихся им преобразований живой
природы и общества. Но этика К. Э. Циолковского глубоко погружена в его метафизику. Представления о добре и зле, все этические нормы, следует, по Циол-
Секция «Философия космоса и космонавтики: перспективы развития в XXI веке»
ковскому, выводить из изучения Вселенной. Но это не значит, что этика космической философии натуралистична.
Основания космической этики составляли также некоторые фрагменты религиозных, философских и научных представлений: принципы христианской этики, радикально переосмысленные К. Э. Циолковским и дополненные нехристианскими этическими доктринами; источником этического начала является причина космоса. Космическая этика включает научные знания: прошлое и будущее Вселенной, свойства материи и динамику неба, биологическую жизнь. Их связь с этическими ценностями прослеживается слабо. Целенаправляющую роль для этических выводов играют и в этом контексте метафизические представления [1].
Самый глубинный из истоков этики К. Э. Циолковского - ярко выраженное религиозное, мистическое чувство, которое прорывается во многих моментах космической философии, парадоксальным образом сочетаясь с оценкой церковных догматов как «суеверия». Это - «космическое сознание», проявляющее себя на уровне «коллективного бессознательного» (К. Г. Юнг), в которое была погружена рациональная деятельность К. Э. Циолковского как мыслителя.
Этическая система К. Э. Циолковского содержит несколько взаимосвязанных уровней. Наиболее фундаментальным из них является теистический, который провозглашает в качестве императива «любовь и благоговение» по отношению к причине Вселенной, «послушание» высшим человекоподобным существам космоса и «исходящей из них истине, которая ведет нас к нескончаемому и великому благу». Если в христианстве любовь человека к Богу неотделима от представления, что человек - «венец творения», то у К. Э. Циолковского, по сути, человек занимает скромное место в иерархии космического разума.
Для христианства заведомо неприемлем призыв к послушанию «космическим махатмам», которые становятся своего рода посредниками между причиной космоса и человеком, в свою очередь рассматриваемые как боги различных рангов. С точки зрения христианства, этот политеизм не что иное, как язычество, чудовищная ересь. Неприемлем он и для материалиста, не признающего никаких богов. Неприемлемым должно оказаться и фактическое отрицание свободы воли человека, долг которого - подчиняться воле Вселенной [2].
На метафизическом уровне этики К. Э. Циолковского формулируется императив «любви к самому себе» или «истинного себялюбия». Но смысл его -отнюдь не любовь к себе как личности. По словам К. Э. Циолковского, «оно в том - в таких наших поступках, при которых всякому атому Вселенной было бы только хорошо». Каждого человека посмертно ожидает «непрерывная радость» - «счастье, совершенство, беспредельность и субъективная непрерывность богатой органической жизни».
К. Э. Циолковский сводит посмертную жизнь к бесконечным трансформациям комбинаций атомов-духов, в том числе тех, из которых состоит тело человека. Они могут «воплощаться» в тела высокоорганизованных существ космоса, где и будут испытывать «субъективную радость». А времени между воплощениями для них нет, атомы-духи его субъективно не ощущают, хотя бы в физическом смысле прошли миллиарды и более («биллионы биллионов») лет. Внутренний мир умершего не воспроизводится, он «истребляется» смертью. Встреч с родственниками или друзьями в загробной жизни не будет, космическая этика отказывает человеку в том, что обещает ему христианство, - в бессмертии души. Отвергая претензии на личное бессмертие, К. Э. Циолковский включает человека в бесконечные космические круговороты.
Посмертное спасение человека, по Циолковскому, состоит в бесконечной жизни составляющих его атомов-духов, которые он рассматривал как единство материального и духовного начал, сводя к ним и человеческую душу. Загробное счастье обеспечивается для всех - добрых и злых, праведников и грешников. Свои представления К.Э. Циолковский считал более утешительными, «чем обещания самых жизнерадостных религий». Это вызывало в свое время возмущение и протест у многих христиан, о чем свидетельствуют их письма, публиковавшиеся К. Э. Циолковским в приложениях к своим философским сочинениям. И в самом деле, «спасение» человека в бесконечных ритмах космической эволюции не имеет ничего общего с христианским спасением.
«Счастье» и «блаженство», в котором пребывают атомы-духи (разумные существа космоса), не обеспечиваются, так сказать, автоматически. Они должны непрерывно поддерживаться активной деятельностью разума, грандиозной по своим масштабам. Истинная этика сознательных существ космоса, по Циолковскому, «состоит в том, чтобы не было никаких страданий ни для совершенных, ни для других, недозрелых или начинающих свое развитие животных». Надо уничтожить повсюду во Вселенной несовершенные зачатки жизни, притом для их собственного блага. Тогда примитивный гражданин Вселенной - атом-дух - «не сможет вселиться в дурное существо, ибо их совсем не будет». Поскольку, согласно космической философии, «все живо» и «смерти нет», то и уничтожение жизни, по сути, невозможно. Смерть означает новое рождение [1].
Библиографические ссылки
1. Циолковский К. Э. Этика, или естественные основы нравственности // Архив РАН. Ф. 555. Оп. 1. Д. 372. Л. 1-111.
2. Дудкина И.. Циолковский: далекий и близкий // Наука и религия. № 1. 1989. С. 14-17.
© Данилова К. В., Морозова О. Ф., 2011