Научная статья на тему 'Конкистадор Серебряного века'

Конкистадор Серебряного века Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
101
19
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Конкистадор Серебряного века»

СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК

КОНКИСТАДОР1 СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА Селезнева Л.В.

Яиколай Степанович Гумилев (1886 -1921) - поэт, основатель акмеизма, этнограф, кавалерист-разведчик. Родился в Кронштадте 3 апреля по старому стилю, в сильную бурю, и нянька предсказала ему бурную жизнь. Его жизнь действительно была наполнена множеством разных событий и напоминала, как писал Вяч. Иванов, звездную вспышку. Детство прошло в Царском Селе. Учился с перерывами (из-за болезни своей и брата Дмитрия) то в Николаевской царскосельской гимназии, то в Петербурге в гимназии известного педагога Гуревича, то в Тифлисе. Именно здесь, в газете “Тифлисскийлисток”, в 1902 г. опубликовал свое первое стихотворение “Я в лес бежал из городов”. А в 1905 г. издал в Петербурге на собственные средства первую книгу стихов “Путь конквистадоров”. Окончив в возрасте 20 лет царскосельскую гимназию, Гумилев уезжает во Францию и в Сорбонне слушает лекции по французской литературе. В Париже издает “Сириус”, первый русский журнал за рубежом, и в 1908 г. вторую книгу стихов “Романтические цветы”. В том же году впервые отправляется в Африку, которую посетит еще два раза - в 1910 и 1913 гг. Вернувшись в Россию, в 1909 г. участвует в создании символистского журнала “Аполлон” и становится его постоянным сотрудником. 25 апреля 1910 года венчается с Анной Ахматовой (Горенко). Издает третью книгу стихов “Жемчуга”. В1911 г. вместе с С. Городецким создает литературное объединение “Цех поэтов”, куда входили И. Мандельштам, А. Ахматова и другие. В 1912 г. в сентябре у Гумилева и Ахматовой родился сын Лев (будущий известный историк и географ), в октябре Гумилев поступает на историко-филологический факультет Петербургского университета и издает четвертую книгу стихов “Чужое небо”. В начале 1913 г. в статье Гумилева “Наследие символизма и акмеизм” (“Аполлон” № 1) было провозглашено новое литературное течение - акмеизм. В начале первой мировой войны Гумилев записывается добровольцем на фронт и вплоть до 1916 года находится в действующей армии. За проявленное мужество был награжден двумя Георгиевскими крестами. Последовательно освещает ход событий в “Записках кавалериста” и в разгар войны издает очередную книгу стихов “Колчан” (1916 г.). Весной 1917 г. в составе экспедиционного корпуса по распоряжению Временного правительства поэт уезжает во Францию и возвращается в Россию уже после революции 1917г. Стихи 1918-1921 гг. вошли в книги “Костер” (1918), “Фарфоровый павильон” (1918), “Шатер” (1921), “Огненный столп” (1921) - последний сборник, опубликованный после смерти поэта. 3 августа 1921 г. был арестован по ложному обвинению в контрреволюционном заговоре и расстрелян. Дата расстрела засекречена.

1 Конкистадор или конквистадор (от испанского слова conguista - завоевание) так называли испанских авантюристов, отправлявшихся в Америку после ее открытия для завоевания новый земель.

© Селезнева Л.В., 2006

Первая мировая война 1914 - 1918 гг. Гумилев сразу записался добровольцем на фронт. Как не окончивший университета, он был одним из ратников второго разряда (то есть солдатом в запасе), которых и не торопились призывать. Медицинский осмотр не прошел, и ему пришлось еще полтора месяца добиваться отправки на фронт. Когда на заседании в редакции “Аполлона” Гумилев сообщил, что поступает в армию, все удивились: “безо всякой необходимости надевать солдатскую шинель и отправляться в окопы”2. Да, для тех, кто видел в Гумилеве лишь человека всегда безупречно одетого, элегантного, поэта-эстета, строгого надменного синдика, мэтра - это было странно. Но те, кто близко знали его, понимали, что по-другому и быть не может. Это не бравада, не эпатаж, не дуэлянтство, это принцип жизни, обозначенный еще в первой книге “Путь конквистадоров”:

Я конквистадор в панцире железном,

Я весело преследую звезду.

Я прохожу по пропастям и безднам И отдыхаю в радостном саду.

Как смутно в небе диком и беззвездном! Растет туман...но я молчу и жду И верю, я любовь свою найду...

Я конквистадор в панцире железном.

И если нет полдневных слов звездам,

Тогда я сам мечту мою создам И песней битв любовно зачарую.

Я пропастям и бурям вечный брат,

Но я вплету в воинственный наряд Звезду долин, лилею голубую.

Память, ты слабее год от году,

Тот ли это или кто другой Променял веселую свободу На священный долгожданный бой. Знал он муки голода и жажды Сон тревожный, бесконечный путь, Но святой Георгий тронул дважды Пулею нетронутую грудь.

Огненный столп, 1921 И в течение всей жизни он следовал идеалу поэта-рыцаря: а это смелость, благородство, поединок, служение мечте или даме. И преодоление, даже преодоление своей внешности: он был худой, некрасивый, от рождения физически слабый, неуклюжий. В четырнадцать лет вообразил себя лордом Генри и каждый вечер, стоя перед зеркалом, устраивал самогипноз, чтобы стать красивым. Ему казалось, что силой воли можно переделать свою внешность3. Некрасивый мальчик сделал из себя героя, законодателя моды, покорителя дамских сердец. Вот как описывает С. Маковский внешность поэта при их первой встрече в 1909 г.: “Юноша был тонок, строен, в элегантном университетском сюртуке, с очень высоким, темно-синим воротником (тогдашняя мода), и причесан на пробор тщательно. Но лицо его благообразием не отличалось: бесформенно-мягкий нос, толстоватые бледные губы и немного косящий взгляд (белые точеные руки я заметил не сразу)”4. А.В. Ходасевич вспоминает празднование святок в Институте истории искусств в 1920 г., когда в промерзших залах Зубовского особняка все были в шубах, валенках, свитерах: “И вот, с подобающим опозданием, является Гумилев... Прямой и надменный, во фраке, Гумилев проходит по залам. Он дрогнет от холода, но величественно и любезно раскланивается направо

1905

2 Общее мнение аполлоновцев выражает Георгий Иванов - член “Цеха поэтов”, акмеист, ученик Гумилева. См.: Иванов Г. О Гумилеве // Гумилев Н. С. Стихотворения. Поэмы. Проза. М., 2000. С. 705.

3 См.: Одоевцева И.В. На берегах Невы. М., 1988.

4 Маковский С.К. На Парнасе Серебряного века. М., 2000.

и налево. Беседует со знакомыми в светском тоне. Он играет бал”5. Всегда поединок: с собой, с обстоятельствами.

Гумилев проверял свою смелость и проявлял благородство. Еще в детстве, будучи болезненно самолюбивым и гордым, он залезал на самую верхушку ели, куда не мог забраться никто; в Царском Селе поднялся на городскую подстанцию и перерезал электрические провода; в Поповке, небольшой усадьбе, куда семья Гумилевых выезжала летом, носился на оседланных и неоседланных лошадях, вызывая восхищение мальчишек. В 19 лет преподнес Ане Горенко в день рождения букет цветов, но только это были не обычные цветы, а из сада императрицы Александры Федоровны. В 23 года вызвал Максимилиана Волошина на дуэль за оскорбление и обвинение в непристойных словах, которые якобы были сказаны Гумилевым о Елизавете Дмитриевой6. Требовал стреляться с пяти шагов до смерти одного из противников, лишь секунданты с трудом уговорили - с пятнадцати. Дуэль состоялась на Черной речке 22 ноября 1909 г.: Гумилев промахнулся, пистолет Волошина дал осечку; Гумилев предложил стрелять еще раз - Волошин выстрелил мимо, Гумилев требовал третьего выстрела -секунданты не согласились.

Во время последней поездки в Аббиси-нию прошел испытание греховности: по местному преданию для этого нужно пролезть по узкому проходу между двумя большими камнями, и, если застрянешь,

никто не поможет, умрешь в страшных мучениях (рядом лежало много черепов и костей). В смутном восемнадцатом на поэтическом утреннике в Тенишевском училище вместо Блока вышел на сцену “усмирять” публику после прочтения поэмы “Двенадцать”: хладнокровно переждал рев зала и прочитал свои “газеллы”. И это лишь некоторые эпизоды из жизни человека, который, по выражению А. Ахматовой, “воспитывал в себе мужчину”.

Война стала еще одним этапом в процессе самовоспитания и еще одним поединком. Как писал современник: “Он был, пожалуй, одним из тех немногих людей в России, чью душу война застала в наибольшей боевой готовности”7. Гумилев принял войну как таковую, как “рыцарское и благородное состояние”, восторженно, и для него не существовало вопроса: идти или не идти на фронт, праведная или неправедная война? Он далек был от понимания ее социальной подоплеки, от антимилитаристской позиции реалистов и футуристов. Его отношение к военным событиям было и проявлением “безоговорочного патриотизма” (А. Левинсон), гражданского долга, любви к Родине8, и “великолепным способом героического самоутверждения”9:

Победа, слава, подвиг - бледные Слова, затерянные ныне,

Гремят в душе, как громы медные,

Как голос Господа в пустыне.

1913

Поэт служил в составе Пятого гусарского Александрийского полка и очень гордился

5 Ходасевич В. Гумилев и Блок // Гумилев Н. С. Стихотворения. Поэмы. Проза. С. 715 - 716.

6 Дмитриева Елизавета Ивановна (1887 - 1928) - поэтесса, печаталась под псевдонимом Черу-бина де Габриак.

7 Левинсон А. Гумилев // Гумилев Н. С. Стихотворения. Поэмы. Проза. С. 728.

8 Георгий Адамович, член “Цеха поэтов”, отмечал, что о России Гумилев думал постоянно.

9 Тух Б.И. Путеводитель по Серебряному веку. М., 2005. С. 182.

своим званием прапорщика. За храбрость был награжден двумя Георгиевскими крестами. В письме Ф. Сологубу от 6 июля 1915 г. Гумилев признается: “Легче думать о себе как о путешественнике или воине, чем как о поэте, хотя, конечно, искусство для меня дороже и войны и Африки”:

Среди бесчисленных светил Я вольно выбрал мир наш строгий И в этом мире полюбил Одни веселые дороги.

1918

Эти строки пишет поэт, прошедший “веселыми” дорогами войны, видевший ее изнутри, знавший не понаслышке “муки голода и жажды, / Сон тревожный, бесконечный путь” и так же весело рассказывающий о ней во время кратковременных отпусков. Сохранились воспоминания иностранного корреспондента еженедельника “The New Age” графа Бечхофера о встрече с Гумилевым в петроградском кафе “Бродячая собака” в 1915 г. Гумилев читал стихотворение, написанное на фронте (по всей видимости, “Наступление”). Стихотворение корреспонденту понравилось, завязалась беседа. Поэт спросил: “Вы думаете, что на войне ужасно? И сам же ответил: “Нет, там весело”10.

Во время войны Гумилев вел дневник, опубликованный под названием “Записки кавалериста”. Автор-рассказчик является одновременно и участником событий, который репрезентирует себя как охотника11 одного из кавалерийских полков. “Записки “ представляют собой описание походной жизни эскадрона. В центре - мироощущение автора, романтически приподнятое,

этапы его становления и возмужания: когда услышал первый раз “ура” при освобождении города; как научился не бояться шрапнели; когда понял, почему кавалеристы так мечтают об атаках. Он сопоставляет этот мир, военный, фронтовой, с уже знакомым ему миром детства. Так, например, он сравнивает разведку с игрой в па-лочку-воровочку (Там то же затаенное дыхание, то же веселое сознание опасности, то же инстинктивное уменье подкрадываться и прятаться); миром сказок (Вообще мне часто приходилось входить в совершенно безлюдные дома, где на плите кипел кофе, на столе лежало начатое вязанье, открытая книга; я вспомнил о девочке, зашедшей в дом медведей, и все ждал услышать громкое: “Кто съел мой суп? Кто лежал на моей кровати?”); миром приключенческих и фантастических романов (Я думал, что только в романах Уэллса бывают такие парадоксы... Мы крались, как мальчишки, играющие в героев Майн-Рида или Густава Эмара...). И постепенно делает военный мир своим, осваивает его, замечая как шумят листья; щебечут птицы; лениво изливаются реки: широкие, с узенькими между них перешейками, озера блестят и отражают небо, как зеркала из полированного металла...; подробно описывает условия солдатского быта (Это были дни больших сражений. С утра до поздней ночи мы слышали грохотанье пушек, развалины еще дымились, и то там, то сям кучки жителей зарывали трупы людей и лошадей. Я был назначен в летучую почту на станции К.).

10 Гумилев в Лондоне: неизвестное интервью // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография / Сост. М. Эльзон, Н. Грознова. Спб., 1994. С. 299 - 310.

11 Так называли того, кто добровольно брался за выполнение какого-либо поручения, чаще всего вызывался в разведку.

Особенностью “Записок” является отсутствие географической и фактологической точности: нет географических реалий, за исключением названия стран (Восточная Пруссия, Южная Польша и упоминавшегося в разговорах Петрограда), а города, которые отвоевывал или оставлял эскадрон, обозначены буквами; упоминается всего одна дата - 6 июля 1915 года - дата боя, когда эскадрон прикрывал отступление полка и нес большие потери. Гораздо более важно для автора воссоздать героический дух войны, где главным является ощущение радости от победы. Вот, например, определение кавалеристов: Если пехотинцы - поденщики войны, выносящие на своих плечах всю ее тяжесть, то кавалеристы - это веселая странствующая артель, с песнями в несколько дней кончающая прежде длительную и трудную работу.

Или в 3-й части описывается наступление: Наступать - всегда радость, но наступать по неприятельской земле - это ра-

дость, удесятеренная гордостью, любопытством и каким-то непреложным ощущением победы. Люди молодцевато усаживаются в седлах... Время, когда от счастья спирается дыхание, время горящих глаз и безотчетных улыбок. Он оставался верен риторике конкистадоров: на первом месте романтика войны, которую, как писал А. Куприн12, один он умел поэтизировать.

В разгар войны Гумилев выпустил очередную книгу “Колчан” (1916), где военная тематика представлена всего в трех стихотворениях из 44: “Война” (2), “Наступление” (23), “Смерть” (24). Расположенные между ними “мирные” стихотворения, расширяют их тематическое пространство. Для Гумилева важны не сами обстоятельства, военные или невоенные, а возможность выбора:

Не спасешься от доли кровавой,

Что земным предназначила твердь.

Но молчи: несравненное право -Самому выбирать свою смерть.

1909

ВОЕННЫЕ СТИХИ Н.С. ГУМИЛЕВА Из книги “Колчан” (1916)

ВОЙНА

Как собака на цепи тяжелой, Тявкает за лесом пулемет,

И жужжат шрапнели, словно пчелы, Собирая ярко-красный мед.

А “ура” вдали - как будто пенье Трудный день окончивших жнецов. Скажешь: это - мирное селенье В самый благостный из вечеров.

И воистину светло и свято Дело величавое войны, Серафимы, ясны и крылаты,

За плечами воинов видны.

Тружеников, медленно идущих На полях, омоченных в крови, Подвиг сеющих и славу жнущих, Ныне, Господи, благослови.

12 Куприн А. Крылатая душа // Гумилев Н. С. Стихотворения. Поэмы. Проза. С. 733 - 737.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.