г
история здравоохранения
© Ахмадов Т.З., 2011
УДК 61(091)(470.62/.67)"18"
^^ к вопросу о медицине имамата Шамиля на северном кавказе
= (XIX в.)
Тахуз Зайндиевич Ахмадов, канд. мед. наук, доцент, зав. кафедрой неврологии с курсом
«Общественное здоровье и здравоохранение» медицинского факультета Чеченского государственного университета,
г. Грозный, Чеченская Республика [t.ahmadov@mail.ru]
Реферат. Отражены малоисследованные вопросы состояния здравоохранения в Северокавказском имамате в XIX в. Изучены начатки медицины имамата как государственной системы. Показано значение народной медицины в жизни горцев в период Кавказской войны. Приведены данные современниками оценки горской медицины, особенно ее хирургической составляющей.
Ключевые слова: медицина, лекари, горцы, имамат, история.
ON THE MATTER OF SHAMIL'S IMAMATE MEDIQNE IN NORTHERN cAucASuS (XIX cENTuRY)
TZ. AKHMADOV
Abstract. The work reflects scantily studied questions on healthcare state in Northern Caucasus Imamate in XIX century. Significance of folk medicine in mountain-dweller' life in the period of Caucasian war is shown. Estimates of mountain-dwellers' medicine given by contemporaries, especially its surgical aspect, are presented. Key words: medicine, doctors, mountain-dwellers, imamate, history.
Одним из неоднозначно трактуемых вопросов остается история Кавказской войны и Имамата, существовавшего на территории Дагестана, Чечни и Адыгеи в 1829—1859 гг. Практически не исследованы вопросы медицинского обеспечения армии и населения Имамата, численность которого, по разным оценкам, составляла от 500 тыс. до 1 млн человек.
Целью нашего исследования явилось проведение анализа и обобщение имеющихся данных о состоянии медицины в Северокавказском имамате. Работа основана на публикациях о горцах современников — военных из Кавказского армейского корпуса и врачей, командированных на Северный Кавказ в период Кавказской войны. Информативными были и материалы периодической печати.
Объединенное военно-теократическое государство — Имамат, основанное на идейных принципах мюридизма, в условиях далеко не мирной жизни имело практически все государственные атрибуты и решало вопросы социальной политики, в том числе здравоохранения. В основном законе Имамата — Низаме (кодексе законодательных актов) уделялось внимание социальной защите населения и борьбе с эпидемиями особо опасных инфекций. Также был введен запрет на употребление наркотиков, спиртных напитков и курение табака. Кроме того, предписывалось соблюдение ритуальной чистоты и физической чистоплотности, что в определенной степени способствовало сохранению физического здоровья народа. В Государственном совете Имамата (Диван-хана) был «отдел» науки и ученых, и на заседаниях Диван-ханы нередко обсуждались вопросы лечения раненых, а также ситуация с эпидемиями холеры, чумы и брюшного тифа, которые не раз вспыхивали в горных районах [1].
В Имамате не было системно организованной медицинской службы, не было и профессиональных врачей,
только народные лекари. Они служили в армии Шамиля как воины, но в ходе сражения (при необходимости) оказывали медицинскую помощь раненым. Обычно для тампонады раны и остановки кровотечения горцы пользовались тампонами, пропитанными специальной мазью (состав: воск, коровье масло, древесная смола). Эта «секретная» мазь от ран под названием «спуск» [спуск — cerate (англ.)] с небольшими изменениями в составе была популярной и среди кавказских казаков. Причем отдельные станицы имели свой «секрет» ее изготовления. Мы предполагаем, что масляно-бальзамическая мазь, которая содержала, кроме других ингредиентов, древесный деготь и широко использовалась во время Великой Отечественной войны при лечении ран, могла иметь своим аналогом знаменитую горскую мазь. Линимент бальзамический был предложен известным советским военным хирургом А.В. Вишневским (1874—1948), родившимся в казачьей станице Дагестанской области и предположительно хорошо знавшим народную медицину Северо-Восточного Кавказа.
По данным В.В. Кыштымова [8], в качестве тампона использовали и кусочек ткани, обсыпанной солью и туго свернутой в узелок. С этой целью применяли и тонко нарезанные кусочки сушеного дума [дума — курдюк барана (чеч.)] [7]. Заготовленные тампоны хранились в крайних цилиндрических пенальчиках газырей черкески воина-горца, где держали и заряды для ружей.
Особое отношение в армии Шамиля было к раненым и убитым. Вот как описывает примеры оказания помощи раненым горцам современник врач П.И. Попов (1855): «Надобно отдать полную справедливость горским народам за проворство и самоотвержение, с каким бросаются они в ряды сражающихся, чтобы выхватить оттуда раненого или убитого, равно за усердие и готовность, с которыми они подают раненому возможную помощь ...» [13]. Храня верность традиции, горцы
60
история ЗДРАВООХРАНЕНИЯ
ни при каких военных ситуациях не оставляли на поле боя даже убитых, не говоря о раненых.
Тяжело пострадавшего быстро уносили с поля боя в безопасное место, где ему оказывалась «первая медицинская» помощь. Далее осуществлялась транспортировка раненого в полевой госпиталь или в родной аул, где проводилось необходимое «хирургическое» вмешательство. При этом вокруг раненого собирались друзья, «веселые» люди, которые пели песни, шутили, плясали. Это отвлекало раненого и облегчало болезненные муки.
За раненым ухаживала специально обученная молодая женщина. В обязанности такой «медицинской сестры» входило: помощь лекарю в его процедурах, поддержка духа раненого, уход за ним и круглосуточное дежурство у постели. Мы предполагаем, что наблюдение женского ухода за раненым у горцев сподвигнуло Н.И. Пирогова на предложение о привлечении женского ухаживающего персонала для работы в военных госпиталях и лазаретах на театре военных действий, где впервые в Севастополе и появились Крестовоздвижен-ские сестры милосердия [3].
В 1847—1849 гг. горцы впервые организовали стационарные (постоянные) военные госпитали для раненых [5]. Следует отметить, что госпитали были дифференцированными: для тяжело- и легкораненых, что в определенной степени соответствовало канонам сортировки раненых. По уровню оснащенности и квалификации лекарей они далеко отставали от российских военных госпиталей того периода. Разворачивали их в обычных саклях, специально выделенных для лечения раненых, иногда в аульских мечетях. Лечение огнестрельных, колотых, рубленых ран в госпиталях проводилось традиционными для горцев приемами, и, по свидетельству русских, это лечение было значительно эффективнее европейских методов того времени [5]. Н.И. Пирогов отмечал: «А раненые из туземцев пользуются пособиями своих врачей также при условиях, нисколько не сходных с теми, при которых находятся раненые солдаты в наших госпиталях» [11, с.69].
Предводитель горцев Шамиль и сам имел тяжелое сквозное штыковое ранение легкого, а также около двух десятков ран от огнестрельного и холодного оружия. После лечения ни одна рана не оставила у имама ни анатомических дефектов, ни функциональных нарушений. Высокую оценку медицине горцев он дал в своем интервью корреспонденту первой русской медицинской газеты «Друг здравия», где в № 27 за 1861 г. этот рассказ и был напечатан [9]. По воспоминаниям калужского пристава при имаме Шамиле А.И. Руновского, бывшего смотрителя Грозненского военного госпиталя (1854—1857 гг.), Шамиль с гордостью и даже с удовольствием показывал вначале шрам на груди — куда вошел штык, а затем шрам на спине — где он вышел [14].
Шамиля лечил личный врач — его тесть Абдул-Азиз Унцукульский. Кроме него лекарями у Шамиля были немец Арнольд Сигизмунд и горский еврей Султан Гори-чиев, мать которого была повитухой [15]. Семейным лекарем имама Шамиля и его приближенных служил и Алидибир-Кабир из дагестанского аула Гуниба [6]. Шамиль не был противником лечения горцев и у русских
врачей — когда старший сын имама Джемаледдин заболел чахоткой, малоизвестной горским лекарям, к больному был приглашен русский военный врач С.И. Пиотровский. Уже с 1858 г. горцам как враждебных, так и покорных «племен» на Кавказской линии было «даровано право получать врачебные пособия» на казенный счет в военных госпиталях российской армии при обращении [12].
По утверждению М.А. Абдулхабирова (1998) и других исследователей, наряду с лечением ран горские лекари с успехом использовали высокобелковую диету (лечебное питание), отвары и настои листьев, трав и ягод [1]. Применяли иглотерапию (деревянными иглами), прижигание, кровопускание, водолечение, аппликации серебряными и медными монетами, лечебный массаж, охранительный режим. Специальные молитвы, амулеты и заговоры играли роль психотерапии.
Большое внимание имам Шамиль, будучи просвещенным человеком, уделял знаниям. Вопросы образования, науки и медицины во внутренней политике Имамата занимали важное место. Шамиль был знаком с медициной — в его богатой библиотеке, с подборкой литературы по исламу, философии, математике, истории были книги и о врачевании. В письмах к ученым-богословам Шамиль рекомендовал обучать учащихся (мутаалимов), наряду с основами религии, и медицине, особенно санитарно-гигиеническим правилам. Элементы медицины, в том числе и гигиены, преподавали в религиозных горских школах.
Плеяда искусных горских лекарей [лоъраш (чеч.); ха-кимы, устарчи, джаррахи (даг.); аза, шэхэ (адыг)] Имамата сложилась в сложных условиях жизни в горной местности, а также в ходе длительных войн народов Северного Кавказа за свою независимость. Профессионально лекарей никто в Имамате не готовил, дело это было чисто наследственное. Свое искусство лечения они передавали из поколения в поколение, от отца к сыну.
Во многих литературных источниках отмечен достаточно высокий уровень горской народной медицины, в частности при лечении ран, переломов, увечий. Известный дагестанский ученый (алим), секретарь имама Шамиля Абдурахман Казикумухский (1837—1900) в своих воспоминаниях отмечал мастерство горских «хирургов» — джаррах [2]. Об искусстве горских лекарей писали и современники: руководитель Кавказского отдела Генерального штаба генерал А.А. Неверовский (1818—1864), военный историк генерал Н.Ф. Дубровин (1837—1904), офицеры Ф.Ф. Торнау, А.И. Руновский и др. В истории Кавказской войны, по преданию горцев, известен случай излечения горским лекарем смертельной кинжальной раны у командующего российскими войсками генерала Н.И. Евдокимова (1804—1873). Успехи горских хирургов отметили в своих кавказских произведениях писатели Л.Н. Толстой и П.А. Павленко.
Уникальный опыт горских лекарей, их искусство в лечении боевой травмы поражали не только известных российских военных, но и компетентных в таких вопросах представителей официальной медицины. Довольно лестную оценку народной медицине горцев дал корифей российской хирургии Н.И. Пирогов (1810—1881). Он писал: «... азиятские врачи на Кавказе излечивали совер-
история здравоохранения
61
шенно такие наружные повреждения (преимущественно следствия огнестрельных ран), которые, по мнению наших врачей, требовали отнятия членов, это факт, подтверждаемый многими наблюдениями ...» [11]. Удивило его и умение горцев производить трепанацию черепа, удаление камней из мочевого пузыря и почек, лечить переломы и раны головы. Он отмечал, что местные хаки-мы действительно имеют «большую наглядность и опытность в лечении огнестрельных ран. Искусство лечения наружных повреждений у кавказских племен есть чисто наследственное и переходящее от отца к сыну».
Начальник Эриванского военного госпиталя П.И. Попов в 1855 г. опубликовал сведения об особенностях лечения ран и средств, употребляемых при этом, у кавказских горцев, отметив особое внимание, уделяемое раненому [13]. Военный врач, доктор медицины И.И. Пантю-хов (1901) писал: «С давних воинственных времен особенно славятся у чеченцев хирурги. Кроме искусных перевязок ран и вправления вывихов, смелые чеченские хирурги делают даже трепанацию черепа» [10]. Современник П.В. Смирнов (1896) приводит ряд впечатляющих примеров эффективности горской медицины, свидетелем которых был он сам. «Спокон веков кавказские знахари, хакимы, славились как искусные хирурги. не только простой народ, но и господа обращались за их помощью и нередко знахари предпочитались заправским докторам. Были даже случаи признания за хаки-мом прав настоящих врачей», — свидетельствовал автор статьи о народной медицине на Кавказе [16].
Хорошо подготовленный к своей профессии горский лекарь не только опирался на опыт наставника и собственный опыт, но и изучал медицинские трактаты на арабском, турецком и персидском языках. Переводная арабская медицинская литература особенно распространена была в Дагестане. Создавались не только компилятивные, но и оригинальные труды, в которых излагались вопросы лечения многих болезней средствами растительного, животного и минерального происхождения [2]. В ходе специальных поисковых работ в Дагестане обнаружено около ста рукописей на аварском языке и языках аварской группы народностей, посвященных медицине [6]. В написании этих медицинских трактатов участвовало более 70 авторов. Приобрел известность медицинский трактат под названием «Ханнал мурад» («Дамадан»), который представляет собой перевод известного энциклопедиста первой трети XVIII в. Дамадана Мегебского с персидского лечебника «Тух-фат аль муъминин». Тептары (китабы, жайнаш) — рукописные книги духовного, летописно-исторического содержания, включая и медицинские познания, существовали и в Чечне [4].
Таким образом, в Имамате Шамиля была определенная, хотя и несовершенная, система организации медицинской помощи населению на уровне народной медицины. Правда, система, возможная в тот исторический период, с учетом экономического развития и уровня образования в данном регионе, в том числе и подготовки медицинских кадров. Мы далеки от мысли, что в середине XIX в. в Имамате была налажена
государственная система здравоохранения, подобная системе общественного здравоохранения Российской империи. Тем не менее следует сказать о заметном развитии так называемой «военно-полевой хирургии» армии Шамиля, особенно с началом организации сети военно-временных госпиталей в тылу Имамата. Существенных успехов горские лекари добивались при лечении боевых травм, особенно огнестрельных, рубленых и колотых ран, при этом практически отказываясь от ампутации поврежденной конечности. Это отмечали современники — как военные, так и врачи российской армии на Кавказе.
В Имамате народная медицина накопила определенный опыт не только в лечении травм и боевых ран, но и знала немало полезных средств лечения соматических болезней. При полном отсутствии профессиональной медицинской помощи народная медицина на протяжении большого исторического периода играла важную роль во врачевании горцев Северного Кавказа.
Литература
1. Абдулхабиров, М.А. Медицина Кавказа при имаме Шамиле / М.А. Абдулхабиров // Врач. — 1998. — № 2. — С.44—45.
2. Абдурахман из Газикумуха. Книга воспоминаний Сайида Абдурахмана, сына устада шейха тариката Джамалуддина ал-Хусайни о делах жителей Дагестана и Чечни: пер. с араб. М.-С. Саидова. — Махачкала, 1997. — С.68,129.
3. Ахмадов, Т.З. Военно-полевая хирургия Н.И. Пирогова и врачевание у горцев Северного Кавказа в XIX веке / Т.З. Ахмадов // Сборник тезисов IX съезда травматологов-ортопедов. Т. 1. — Саратов, 2010. — С.18—19.
4. Ахмадов, Т.З. Здравоохранение Чечни: очерки истории / Т.З. Ахмадов. — Грозный: ФГУП «ИПК «Грозненский рабочий», 2010. — С.13.
5. Гаммер, М. Мусульманское сопротивление царизму. Завоевание Чечни и Дагестана: пер. с англ. В. Симакова / М. Гаммер. — М.: КРОН-ПРЕСС, 1998. — С.312.
6. Дибиров, М.А. Народная медицина / М.А. Дибиров // Возрождение. — 1995. — № 2. — С.43—46.
7. Индербиев, М.Т. Очерки истории здравоохранения Чечено-Ингушетии / М.Т. Индербиев. — Грозный: Чеч.-Инг. кн. изд-во, 1972. — С.24.
8. Кыштымов, В.В. Медицинское обеспечение русских войск в Дагестане в войне 1834—1859 гг.: автореф. дис. ... канд. мед. наук / В.В. Кыштымов. — Махачкала, 1953. — 13 с.
9. Николаев, Р. Шамиль о медицине воинов-горцев / Р. Николаев // Вести (Ленинградская обл.). — 2008. — 27 нояб.
10. Пантюхов, И. Движение населения у чеченцев / И. Пантю-хов // Кавказ. — 1901. — 9 янв. (№ 7).
11. Пирогов, Н.И. Отчет о путешествии по Кавказу / Н.И. Пирогов. — М.: Медгиз, 1952. — С.68—71.
12. Полное собрание законов Российской империи. Собр. второе. Т. 33, отд. 3, 1858. — СПб., 1860. —С.18(33154).
13. Попов, П.И. Лечение ран у кавказских горцев (и другие сведения о народной медицине горцев) / П.И. Попов // Воен.-мед. журн. — 1855. — Ч. LXV, № 2, отд.!Х. — С.41—69.
14. Руновский, А.И. Записки о Шамиле (репринт) / А.И. Руновский. — Махачкала: Даг. кн. изд-во, 1989. — 174 с.
15. Рыков, В. Мы таки первые? (Горские евреи в Кавказской войне) / В. Рыков // Кипарис. — 2000. — Сент.-окт., № 9—10.
16. Смирнов, П.В. Из народной медицины / П.В. Смирнов // Протокол заседания Императорского Кавказского медицинского общества. — 1896. — № 5. — С.164.