Научная статья на тему 'История села Анавгай: эвенский язык и культура'

История села Анавгай: эвенский язык и культура Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
194
27
Поделиться

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Костыря Анна Васильевна

The author makes the attempt to study comprehensively and systematically the history of Anavgai settlement. The leading majority of the settlement"s residents belong to the Evens of the Bystrinskiy Area therefore its history is tightly connected with the history of the Evens population. The present study is based on the recollections of the immediate eye-witnesses of the events and archives documents most of them are presented for the first time.

The author makes the attempt to study comprehensively and systematically the history of Anavgai settlement. The leading majority of the settlement"s residents belong to the Evens of the Bystrinskiy Area therefore its history is tightly connected with the history of the Evens population. The present study is based on the recollections of the immediate eye-witnesses of the events and archives documents most of them are presented for the first time.

Текст научной работы на тему «История села Анавгай: эвенский язык и культура»

ИСТОРИЯ

HISTORY

История села Анавгай: эвенский язык и культура А. В. Костыря

History of Anavgai Settlement: Even and Culture

A. V.Kostyrya

Abstract

The author makes the attempt to study comprehensively and systematically the history of Anavgai settlement. The leading majority of the settlement’s residents belong to the Evens of the Bystrinskiy Area; therefore its history is tightly connected with the history of the Evens population. The present study is based on the recollections of the immediate eye-witnesses of the events and archives documents; most of them are presented for the first time.

В последние годы все более возрастает интерес к локальной истории. Это объясняется, с одной стороны, процессом становления гражданского общества в нашей стране и с возрастающим интересом людей к своим историческим корням, к своей самобытности, к проблемам регионального развития. С другой стороны, это вызвано стремлением народов противостоять объективным процессам интеграции и глобализации, происходящим в современном мире в целом, с целью сохранения территориально-

культурной идентификации. История и культура каждого народа значимы для всех людей и должны сохраняться независимо от численности народа. Не менее значимы они и для конкретного человека: они позволяют ему уяснить, что его корни в истории и традициях его семьи, своего народа, в прошлом края, где он живет. Именно здесь, из поколения в поколение сохраняются и передаются вечные непреходящие ценности: справедливость, чест-

ность, трудолюбие, чувство национального достоинства, уважения к старшим поколениям, чувство хозяина. Постепенно изменяющийся и

усложняющийся мир ставит перед личностью новые задачи. Для их решения знание истории своего края, народа является необходимостью. Оно позволяет личности адаптироваться в системах данной территории, быть готовым к возможным изменениям этих условий, обеспечивает усвоение личностью социального опыта, социальных ролей, норм, ценностей в контексте конкретных условий своего края. Это позволяет локализовать личность в регионе, формировать в ней готовность не только осуществлять свою деятельность в нем, но и защищать интересы его жителей на любом уровне. В последнее время неуклонно растет роль регионального компонента и в системе образования. Включение национальнорегионального компонента в образование является одним из факторов духовно-нравственного возрождения народов, способствует национальной самоидентификации молодежи. Таким образом, исследования, связанные с локальной историей, становятся особенно актуальными.

В современной историографии отсутствуют систематические исследования по истории Камчатской

области, а история населенных пунктов Камчатской области представлена еще более слабо. Те публикации, которые существуют, освещают либо определенные периоды, либо отдельные вопросы истории Камчатки и народов, проживающих на ее территории. История эвенов, начиная с XVIII века, привлекала многих исследователей. В 1956 году в книге «Народы Сибири» [44] был подведен итог многолетнего изучения, это была первая попытка обобщения всего, что было известно к тому времени об эвенах. В 60-х -70-х годах XX века опубликовали свои исследования Гурвич И.С., Долгих Б.О. и др. В 1997 году в результате осмысления и обобщения проведенных исследований была опубликована коллективная монография историко-этнографические очерки «История и культура эвенов» в серии «История и культура народов Дальнего Востока» [34]. В них можно найти краткую информацию об этнической истории быстринских эвенов. Она также представлена в исследованиях Орловой Е.П., Гурви-ча И.С., но они сделаны более полувека назад и труднодоступны. В 1968 году Кузаков К.Г. [35] опубликовал свои «Заметки об эвенах-быстринцах». Огрызко И.И. [38] в своих очерках уделяет внимание материальной культуре быстринских эвенов. К 70-летию Быстринского района был выпущен буклет «Быст-ринскому району Камчатской области 70 лет» [30], где кратко освещены основные периоды истории жителей района. Опубликованы некоторые документы, охватывающие период советского строительства [36], но систематические исследования отсутствуют. По истории села Анавгай информация в опубликованных источниках носит очень ограниченный характер. Таким образом, актуальность данного исследования обусловлена слабой изучен-

ностью этого вопроса, а также необходимостью критического осмысления данного исторического опыта. В связи с этим, предметом данного исследования мы определили жизнь людей, жителей села Анавгай в ее историческом развитии, в ее разнообразных проявлениях и результатах.

Фактическую основу исследования составляют документы Государственного архива Камчатской области, архива Быстринского муниципального образования, а также материалы исследований и периодической печати, отражающие различные аспекты истории села Анавгай. Широко привлекались полевые материалы этнографической экспедиции КамГУ в марте 2005 года. Приоритет архивных источников и полевых материалов объясняется недостатком комплексных исторических исследований по данной теме, необходимостью фиксации хронологической последовательности событий и явлений, их взаимодействия, а также необходимостью устранения неточностей и возможных ошибок путем сравнительного анализа.

Предполагаемое исследование ограничивается периодом вторая пол. XIX века - начало XXI века. Именно в этот исторический отрезок эвены появились на Камчатке, возникло и развивалось село Анав-гай.

Исследование охватывает территорию Быстринского района Камчатской области и, в частности, территорию Анавгайского сельского поселения.

Село Анавгай расположено в долине реки Быстрой (Козыревской) на левом берегу в двух километрах от впадения в нее реки Анавгай. От русла реки Быстрая идет серия низких надпойменных террас и крутые склоны предгорий Срединного хребта. У подножья невысокого обрыва надпойменной террасы выби-

ваются Анавгайские горячие источники с температурой 52 градуса. Климат района континентальный, субарктический. К востоку от Срединного хребта произрастают хвойные леса с преобладанием лиственницы и ели аянской. Лиственничные леса располагаются в долинах рек Быстрая, Анавгай, Козыревка. На юго-восточных склонах - каменно-березовые леса. Подлесок представлен жимолостью, спиреей, кедровым стлаником. В распределении растительности отмечается вертикальная зональность. В долинах рек

- тополь, ольха, ива и многочисленные кустарники: шиповник, жимолость, рябина, боярышник, черемуха, смородина красная, малина. Наряду с кустарниками долины покрыты высоким разнотравьем. Покров составляют багульник, осоки, кипрей, голубика, шикша, брусника, княженика. До отметок 800-900 м поднимается кедровый и ольховый стланик, который выше сменяется низкотравными альпийскими лугами и тундровой растительностью. Леса богаты пушным зверем и дичью, реки - рыбой. В лесах живут медведь, соболь, белка, выдра, в горах - снежные бараны.

История села - это история его жителей, которые определили «лицо» Анавгая, их жизнедеятельности. Преобладающая часть населения села являются представителями быст-ринских эвенов, которые в свою очередь представляют эвенский народ. Поэтому мы посчитали, что необходимо рассмотреть историю анавгайцев в контексте истории народа, к которому они принадлежат.

Из официальных источников эвены как народность известны по следующим наименованиям: эвены,

орочи, тунгусы, орочоны. Наиболее употребляемое из них "эвын", "эвысэл", что означает "здешний, местный" [37, 106]. Эвены относятся

к одному из древнейших народов мира и входят в тунгусоманчжурскую группу народов. Откуда же начинается родословная этого самобытного народа? Каков же маршрут продвижения эвенов?

Исследователь И.С. Гурвич дает следующую схему продвижения восточных тунгусов (эвенов) к Охотскому побережью: «Из Забайкалья -Приамурья оленные группы - предки тунгусов проникли на юг Охотского побережья. Богатые промысловые угодья побережья, резко контрастировавшие с привычной оленеводам зоной лиственничной тайги, бедной рыбой и зверем, должны были показаться пришельцам обетованной землей. Естественно, что тунгусские племена стали стремиться к побережью. Они обосновались там, отчасти потеснив, отчасти ассимилировав прибрежные палеоазиатские группы. Самый авторитетный археолог северо-востока Сибири А.П. Окладников связывает широкие миграции тунгусов с железным веком, с событиями 1 тысячелетия нашей эры. К этому времени можно отнести и проникновение тунгусов на побережье, и сложение оседлой приморской тунгуской куль-туры»[31, 24]. Большинство эвенов сосредоточивалось в XVII в. на Охотском побережье, где существовали не только оленные, но и "пешие" (без оленей) тунгусы. Оленные эвены расселялись по северо-востоку в XVII в. по разным направлениям: одни стали продвигаться

вместе с коряками вдоль Охотского побережья, другие кочевали по отрогам Верхоянского хребта между Яной и побережьем Охотского моря, т.е. стали вторгаться в земли юкагиров. Лишь некоторая часть эвенов -оленеводов отправилась в югозападном направлении - к рекам Уд, Тугур, Амгуни и низовьям Амура.

Существовали как оленные, так и осёдлые группы эвенов, которые не-

редко входили в одни и те же роды. Общая численность эвенов-оленеводов к середине XVII века составляла 3,6 тысяч человек [31, 157].

Начиная с XVII века эвены-оленеводы начинают продвигаться в более северные районы - в земли коряков и юкагиров, а также на самые северные и северо-восточные территории, занимаемые чукчами и эскимосами. Однако когда русские впервые проникли на Камчатку, там жили только чукчи, ительмены и коряки. В Сказках Владимира Атласова, а также в трудах Г. Стеллера и С. П. Крашенинникова нет ни одного упоминания об эвенах.

Первые упоминания о камчатских эвенах относятся к XIX веку. Местом их обитания первоначально был район Тигиля, и численность составляла примерно 120 человек [31, 24]. Проникновение эвенов на полуостров не осталось без внимания камчатских властей. Так, Дитмар отмечает, что 2 марта 1852 года в Петропавловске впервые появились эвены, которые освоили оба склона Срединного хребта и стали вносить ясак камчатским властям [31, 159].

Эвены продвигались по территории Камчатки небольшими группами. Об этом говорят отчёты чиновников, встречавшихся с разными группами эвенов и предлагавших им приписаться к какому-нибудь поселению на Камчатке и платить ясак, либо вернуться на прежнее место жительства [38, 36]. Проникнув на территорию Центральной Камчатки, эвены обосновались в безлюдных районах Срединного хребта. В короткий период они обособились от материковских эвенов в хозяйственном и культурном отношении.

Сначала ламуты избегали всяких заселенных мест и встреч с чужими людьми из опасения, что они будут изгнаны, как самовольные при-

тельцы. Потом случайно встречаясь с камчадалами-охотниками, они убедились, что ни камчадалы, ни власти их не преследуют. Тогда они стали смелее, оставили свои дальние притоны, начали посещать некоторые камчатские остроги и по вызову местного начальства стали являться к уплате податей (ясака).

Приехавшие к губернатору В.С. Завойко эвены рассказали, что обосновались в верховьях р. Быстрая, на юго-западе полуострова и были довольны своей новой родиной. Территория проживания эвенов по Срединному хребту простиралась в современных рамках по территориям Тигильского, Усть-Камчатского, Мильковского, Соболевского и Усть-Большерецкого районов.

Поселившись на территории Камчатки, быстринские эвены пришли в соприкосновение с коряками и ительменами, которые в значительной степени переняли русскую духовную и материальную культуру. Тем не менее, эвены были носителями собственной культуры, и на отличие ее от других камчатских культур указывают многие исследователи. Но уже в конце XIX века быстринские эвены создают культуру, в которой нашли отражение собственно эвенские, корякские, камчадальские, а также якутские элементы, поскольку часть эвенов прикочевала на Камчатку из Якутии. От якутов эвены, в частности, переняли конный транспорт, и в конце XIX века почти в каждом эвенском хозяйстве были лошади. Заимствования эвенов включали в себя в основном элементы материальной культуры. Как отмечает И. С. Гурвич, «от коряков быстринцы заимствовали упряжное оленеводство, дугокопыльные нарты... От ительменов и русских старожилов камчатские эвены восприняли лов рыбы путём запоров (заездок) с мордами.

Однако в одежде, в обуви они сохраняли свои национальные особенности. Несмотря на изоляцию от основной массы своих единоплеменников камчатские эвены сохраняли и черты своей духовной культуры (обычаи, обряды, фольклор)» [31, 157].

По свидетельствам исследователей, оленные эвены жили в основном за счёт охоты. Они охотились на диких оленей, лосей и баранов, кроме того, В. Г. Богораз упоминает о важной роли, которую играла охота на белок [29, 65], их шкурками платили ясак. Он же отмечает, что не каждый охотник имел право охотится на медведя, священного животного эвенов. На него охотились только тогда, когда пищи не было совсем [29, 65].

В XIX веке эвены переходят к оленеводству чукотско-корякского типа. Появление крупнотабунного оленеводства было в значительной мере обусловлено изменениями в характере фауны Северо-Востока, в частности, исчезновением стад диких оленей, снежных баранов и лосей [34, 64] В связи с этим изменяется соотношение отраслей хозяйства эвенов. На первый план выдвигаются потребности оленеводства, охота стала играть второстепенную роль, причём преобладал пушной промысел [34, 64]. Кроме того, оленеводство у быстринских эвенов утрачивает главную специфическую особенность - транспортную направленность. Эвены - отличные наездники.

Быт эвенов был максимально приспособлен к кочевой жизни. Эвены, или ламуты, зимой жили в островерхих легких юртах из жердей и шкур, которые в целом не отличались от тунгусских жилищ. Они общались с кочующими коряками, хорошо понимали друг друга, потому что почти все эвены знали корякский язык, среди коряков не-

многие знали эвенский. Бывали и смешанные браки. Не случайно эвены кроме своих имен имели корякские.

Пища оленных эвенов на Камчатке в основном состояла из мяса животных, добываемых на охоте и рыбы. У быстринских эвенов рыболовство играло важную роль. Растительная пища практически не употреблялась. Тем не менее, заметно изменяется отношение эвенов к грибам, они всё больше употребляются в пищу, несмотря на то, что раньше считались только пищей оленей.

Одним из элементов эвенской культуры, который быстринские эвены сохранили на территории Камчатки, был традиционный эвенский костюм. Национальная одежда их вызывает восхищение богатством и вышитым орнаментом. Одежда эвенов представляет собой кафтан, надеваемый на красиво расшитый фартук и головной убор, округлый и без углов, как, например, корякский малахай. Борта кафтана (тытыв) не сходились, поэтому необходимым дополнением был нагрудник (нэл), согревавший человека и служивший украшением. «Нэл представляет собой собственно нагрудник и короткий, до колен, передник, сшитые наглухо друг с другом или выкроенные из одного куска» [40, 370]. Передники носили и мужчины, и женщины. Они различались лишь богатством оформления, женские были изукрашены бисером, кусочками меха, ровдужной бахромой, медными кольцами и бляхами, серебряными монетами, колокольчиками и т.д. Мужские же были скромно обшиты ровдугой и узкими меховыми полосами. С приходом на Камчатку эвенам пришлось изменить покрой одежды из-за более суровых климатических условий. «Вместо распашной вошла в употребление глухая закрытая одежда

корякско-чукотского типа, более приспособленная к местным условиям. Восприняв эту одежду, эвены первоначально пытались придать ей более эвенский вид, украшая ее на эвенский манер» [4, 101]. Действительно, долгие годы эвены-быстринцы носили нэл поверх закрытой одежды, хотя он уже не исполнял прежней функции и служил лишь украшением. И сегодня при пошиве национальных костюмов изготавливают расшитые бисером и мехом нагрудники, широкие пояса, подол одежды украшают монетами и колокольчиками. В крое и шитье национальной обуви (торбаса) не было особых различий. Головным убором, мужским и женским, была плотно облегающая голову шапочка, расшитая обычно бисером, особенно богато у женщин. Зимою поверх шапочки носили большую меховую шапку» [44, 767]. С приходом русских в обиход эвенов входят русские шапки-ушанки, а женщины начали носить украшенные орнаментами покупные платки.

Камчатские эвены имели родовую организацию, которая постепенно разлагалась с развитием оленеводства. В. Г. Богораз, описывая структуру эвенского рода, отмечает, что «каждый род состоит из нескольких десятков семей и имеет во главе выборного старосту или князя» [29, 70]. Его функции были обширны и власть имела реальную силу. В частности, староста занимался сбором ясака. В семейной жизни эвенов были сильны патриархальные традиции, хотя и не в такой жёсткой форме, как среди коряков. Об этом говорит в своей работе и Н. В. Слю-нин: «Все заботы по дому и весь хозяйственный труд лежит на женщине, тунгус знает только охоту и рыбную ловлю; даже пасти стада оленей он посылает молодых девушек... Между тем это не то подневольное, боязливо рабское положе-

ние женщины, какое мы видели, например, у коряков; в среде тунгусов отношения между мужем и женой дружественны и симпатичны». По свидетельствам Слюнина, дети эвенов также пользовались большой любовью и заботой [40, 370].

Существовали крупные роды эвенов - Гонниканский, Горбиканский, Дельянский, Киларский, Уяганский, Эжанский. Камчатские эвены принадлежали к родам Долганскому, 1 Долганскому, 1 и 2 Уяганским. Каждый род восходил к определенной территориальной группе. Многие родовые названия являются историческими, данными по месту обитания группы, превратившимися в родовое самоназвание. Предполагают, что эвены переселились на Камчатку в числе двух-трех экзогамных групп, которые в дальнейшем увеличились в численности. Эвены-старики и сейчас четко осознают свое родовое происхождение. На это указывает и распределение всех эвенских фамилий Быстринского района по родовой принадлежности. Соблюдение и в настоящее время древнего родового института экзогамии среди быстрин-ских эвенов можно проследить на примере семьи Банакановых и других [26]. Современные жители села Анавгай являются потомками смешанных браков эвенов с коряками, камчадалами и русскими.

Эвенская культура неразрывно связана с природой. Эвены - дети природы, они почитают ее как мать, любят ее и живут с ней в гармонии. Используют дары природы для питания, создания одежды, строительства жилищ, а также черпают в ней вдохновение для создания самобытных произведений, свойственных лишь эвенской культуре [26]. Очень важное место в культуре эвенов занимали мифы, объясняющие происхождение мира, людей и богов. Мифы объясняли

причины тех или иных природных явлений, являлись частью знаний о природе и окружающем мире традиционного родоплеменного общества. От мифов происходили байки, суеверия и приметы, которые широко распространены и до сих пор [26]. Эвены почитали духов-хозяев стихий, от которых зависело выживание самого этноса долгие годы. Особые почести оказывались всегда духу-хозяину огня. Приобщение к огню начиналось сразу с рождения ребенка. Младенца в люльке подвешивали над огнем на 1-2 минуты, прося у огня защиты. Очищение огнем проходили все гости. С этой целью гостям бросали под ноги угли и головешки, переступив через огонь, гости получали благословение. В жертву огню приносили и первый ковш крови убитого домашнего оленя. Общераспространенным было «кормление огня» перед промыслом. В очаг бросали кусочки пищи, а после охоты кусочки жира, сердца, головы, губ убитого животного и просили снова приносить удачу. Усилившееся пламя символизировало, что жертва принята. Дух-хозяин огня может подавать сигналы об опасности: треск дерева в огне -предупреждение об опасности. Кроме того, запрещалось трогать огонь или кострище копьем, чтобы не поранить духу лицо [34, 119]. И до сих пор в любом обряде очищения присутствует элемент «кормления огня» в виде его задабривания подарками. Эвены даже в советские годы борьбы с религией и предрассудками сохранили этот обряд, они задабривали даже огонь примуса [26]. Хотя и был утрачен сакральный смысл, тем не менее, традиция была сохранена. Эвенские традиции подверглись влиянию корякской культуры. До сих пор спорным является вопрос об обряде очищения. Он очень похож на корякский и содержит те же элементы: дары огню, окуривание вет-

вями можжевельника и т. д. Эвенский обряд очищения используется при проведении всех праздников и церемоний и имеет специфические черты, которые сохраняются и до сих пор.

С середины XIX до начала XX в. территория, на которой проживали быстринские эвены, значительно расширилась, также увеличилось их численность. Через 50 лет эта цифра выросла до 462 человек, а в 1909 г. на Камчатке было зарегистрировано уже 388 эвенов. В 1926 году перепись населения проводила Е.П. Орлова [38, 37]. На основании переписи было установлено, что эвены насчитывают 470 человек. Следует отметить, что из 239 орочел-мужчин было 30 грамотных, дело в том, что с 1916 года орочи держали учителя по русскому языку. Была школа-палатка, она же выполняла функции часовни.

Таким образом, к началу XX века эвены заняли прочное место среди народов Камчатки, вели традиционный кочевой образ жизни. Общие условия проживания способствовали проникновению в материальную культуру эвенов элементов культур коряков, ительменов и русских. Но в целом им удалось сохранить самобытность своей культуры, благодаря изолированному существованию и малому количеству смешанных браков.

История возникновения и развития села Анавгай восходит к началу тридцатых годов прошлого века и неразрывно связана с советскими преобразованиями на территории области. Точную дату основания села определить трудно, существующая информация противоречива. До января 1926 года эвенские стойбища, в том числе и Анавгайское, входили в состав Усть-Камчатского района Камчатской губернии Дальневосточной области, а с января 1926 года Камчатского округа Даль-

невосточного края [32, 141]. В 1925 году было разработано Временное положение об управлении туземных племен, проживающих на территории Камчатского округа, которое определило систему управления туземцами. Органами управления являлись: общее родовое собрание, родовой исполнительный комитет, туземный районный съезд, туземный районный исполнительный комитет (тузрик) [1, л. 42]. В декабре 1925 года было принято обращение Камчатского губревкома к народностям Севера в связи с проведением выборов в родовые Советы - органов власти у кочевников [36, 41-42]. С этими событиями и связано первое упоминание об Анавгае. Оно относится к 1926 году. В нем говорится, что в районе реки Анавгай действует тузсовет Анавгайский, в нем шесть хозяйств, 50 мужчин и 51 женщина. «Населенный пункт» состоит из стойбищ Романа Солодико-ва, Степана Черканова и Андрея Адуканова. Восьмого февраля 1926 года на собрании Анавгайского рода было принято решение создать родовой совет (председатель - Инданов Иван Маркович, члены Совета -Гилканов Иннокентий Игнатович и Черканов Сергей Гаврилович) и объединиться с другими родами эвенов: Лаучанского и Кекунайского. На собрании присутствовало 39 мужчин, а всего род насчитывал по данным этого собрания 182(по другим данным - 175) человека, семей - 38, а юрт - 18. Образование Быстринско-ламутского туземного района было признано 12 августа 1926 года постановлением Камчатского окружного ревкома. Местом пребывания Тузрика определили реку Быструю (Эссо) [2, л. 201-202]. В 1930 на Камчатке идет процесс создания национальных округов [36, 87]. В дополнение к Постановлению Президиума ВЦИК об организации национальных районов в апреле

1932 года создается Быстринский национальный (Эвенский) район с административным центром сначала в Козыревске, так как другие населенные пункты отсутствовали, затем в селе Оновгай. В то время села как такого не было, на месте современного стойбища «Мэнэдек» было несколько зимников. И только позже, в том же 1932 году, административным центром стало село Эс-со. Территория района определялась в существующих границах Быст-ринско-ламутского туземного района Камчатского округа. Снабжение эвенов осуществляли Райинтеграл-союз (РИС), затем отделение АКО-торга, впоследствии Рыбкооп.

С 1930 года в стране начинается коллективизация. Этот процесс затронул и ламутов. В 1932 году создаются первые коллективные хозяйства - товарищества по совместному выпасу оленей. Подобное было создано и в Анавгайском сельском Совете, оно получило имя Молотова [4, л.1-9]. Процесс создания коллективных хозяйств сопровождался перегибами, борьбой с кулачеством [36, 98]. Выводы о классовом расслоении делались в угоду партийным установкам, без учета специфики жизни народов Севера, впрочем, как и везде по стране [36, 86]. С этого периода история села неразрывно связана с историей товарищества.

24 декабря 1934 года в день выборов в местные Советы депутатов трудящихся Анавгай стал селом. На наш взгляд, опрометчиво Анавгай конца 30-х годов прошлого века считать селом, то есть населенным пунктом, имеющим постоянное население на определенной территории. Это подтверждают и воспоминания жителей [26]. Эвены жили в юртах, и они потихоньку кочевали по реке Анавгай от истока до устья реки Быстрая.

С 1932 года орочи стали эвенами

в связи с созданием эвенской письменности. Так сложилось, что при создании первого букваря самое непосредственное участие принимали сами анавгайцы, тогда студенты Адукаков П.В., Черканов А.А., Неревля Н.К., Тылканов П.В., и лишь Тарабукин был из Магаданской области. Все они окончили в свое время школу в Эссо, построенную в 1928 году. Первый выпуск Быстринской школы был в 1929 году. Среди 12 выпусников был и Адуканов Петр Васильевич, Черканов Николай Афанасьевич, Неревля Николай Ксенофонтович, Солодиков Григорий Трифононович, Ичанга Павел Михайлович, Солодиков Петр. Многие из них продолжили образование в педагогическом институте им. А. Герцена в Лениграде.

Одновременно с коллективизацией советские органы проводят работу по приведению кочевого населения к состоянию оседлости. Решением исполкома Камчатского областного Совета от 25 апреля 1941 года разработан план оседания кочевого населения по Тигильскому и Быстринскому районам. По этому плану Анавгай становится хозяйственным центром товарищества им. Молотова. Отведены участки под строительство магазина, столовой, пекарни, детских яслей, почты, больницы, но отмечается низкое качество работы землеустроительной партии, неосуществление контроля со стороны ОБЛЗО [8, л. 17, 18]. В

1942 году товарищество им. Молотова перешло на устав сельхозартели. По мере оседания стали заниматься земледелием. В те годы немногие верили в возможность развития сельского хозяйства на Камчатке. Трудно приходилось корчевать леса примитивными орудиями труда. Густой лес окружал поселок в устье реки Анавгай. Анавгайцы с удивительной настойчивостью приступили к освоению своей земли.

Не смотря на то, что Анавгай был значительно удален от театров боевых действий в годы Великой Отечественной войны, жители села участвовали в военных действиях, помогали фронту: собирали средства, шили теплую одежду, организовывали начальную военную подготовку [26].

В военные годы в селе открывается первый медпункт, в 1941 году, в 1943 году в селе была открыта первая начальная школа из 2-х классов с количеством учащихся 24 человека [14, л. 16]. Населению живется также трудно. В 1946 году не все жители имеют дома, многие живут в землянках. Проблемы с топливом в школе, с продуктами в магазине [14, л. 2, 8 об.]. Школа работала плохо, успеваемость низкая, но и учиться в ней тяжело - всю зиму не хватает дров [13, л. 38 об.], социально-бытовые учреждения не ремонтировались, в течение года не было в селе кино, село не радиофицировано. Население испытывало острую нужду во врачах, в селе отсутствовал даже средний медицинский работник, а такие болезни как туберкулез, трахома, заболевания зубов были широко распространены [18, л. 5-6].

В 1956 году колхоз им. Молотова был переименован в колхоз им. XX Партсъезда. Но это не изменило жизнь Анавгая. Проверяющий работу районной газеты «За колхозную жизнь» оставил следующие сведения: «Из Эссо в Анавгай дорог нет: летом верхом на лошади, зимой на оленях и собаках. Сотрудники бывают редко, с оленеводами почти не общаются, так как те уходят от села на сотни километров. Газета к ним попадает редко, с большим опозданием. Регулярной доставки почты в село вообще не существует. Оленеводы в газету не пишут, но читают ее с интересом, так как все друг друга знают» [19, л. 4-6]. До сих пор

много неграмотных среди населения. Таким образом, коренных изменений в этот период в жизни села не произошло. Люди трудились, растили детей, стойко переживали невзгоды.

В этот период начинается застройка современной территории села, вдоль левого берега реки Быстрой, ниже по течению от впадения в нее реки Анавгай. А выбрали современное расположение села из-за горячих ключей, бьющих из-под горы, да и место было красивое. Кроме того, здесь был хороший выход к долине реки Камчатки. Колхозники начали разводить коров, выращивать картофель, овощи, организовали тепличное хозяйство на горячих источниках. Начали строить дома, дороги от пристани на реке Камчатке села Крапивной, откуда шло снабжение района. На 47 километре дороги, на горячих источниках, построили сначала стоянку, а затем базу отдыха. Там же были сенокосные угодья. Председатель колхоза имени ХХ партсъезда, Пекин Иван Данилович, много сделал как для колхоза, так и для эвенов. Он отправил учиться молодежь на трактористов, овощеводов, шоферов, олентехников в Мильково, Палану, Сосновку.

В 60-е годы население села увеличивается. В район и село перевезли соболевских коряков. В связи с курсом на укрупнение колхозов, ликвидируются «неперспективные» села Лаучан в 1960 году, Тваян в 1964 год, Быстрая в 1969 году. Население их насильно переселяется в Анавгай. Реализуя курс на огосу-дарствливание колхозов, в апреле

1966 года в результате слияния колхозов им. Ленина и им. XX партсъезда образуется совхоз Быст-ринский. В марте 1969 года из него выделяется совхоз Анавгайский. Закрытие неперспективных сел привело к разрушению традиционной си-

стемы жизнеобеспечения коренного населения, отрыву от традиционных занятий и территорий для их ведения.

В 60-х-70-х годах наблюдается отход от жесткого администрирования, внедрение элементов экономического стимулирования, улучшение технического обслуживания предприятий сельского хозяйства. Это привело к временному экономическому подъему. Улучшается материальное положение людей. Меняется и облик села. В 1960 году в селе появилось электричество от дизельной электростанции. Сначала свет был только до 23 часов [20, л. 55]. В

1967 году в селе открыли сад-ясли с круглосуточной группой для детей-эвенов, но были дети, которые находились в табунах. С середины 60-х годов обучение в школе ведется на русском языке, что негативно отразилось и на успеваемости, и на культуре эвенов. Дети все больше и больше отрываются от семей. В табуны они попадают только летом. Постепенно утрачивается преемственность в традиционных занятиях.

Поселок Анавгай приобрел свой облик в 60-70-е годы XX века. На это время падает пик социальноэкономического развития. Жители имели жилье, работу, устойчивые заработки. В Анавгае два фельдшера. Строятся новые дома, в село проводят термальную и холодную воду. В 1978 году в селе открыли сначала восьмилетку, а позже была открыта средняя школа. В числе первых учителей в районе были: Ковалевский Георгий Петрович, Даркин Андрей Петрович, Кучеров Семен Алексеевич, Ветчинкин Иван Петрович, Моисеева Анна Васильевна и другие, которые не только обучали и воспитывали учащихся, но вели работу и среди населения. В 1980 году было построено двухэтажное здание 8-летней школы-

интерната, с 1985 года школа преобразована в среднюю школу-интернат. Появился Дом Культуры. Жизнь меняется к лучшему. Но наряду с этим наблюдаются опасные тенденции. Меняется руководство совхоза, руководящие посты стали занимать приезжие. Наблюдается концентрация людей и пастбищ, что крайне негативно отражается на оленеводстве. Ягельники не выдерживают такого воздействия, площади их неуклонно сокращаются. Рабочие совхоза Анавгайский выращивают картофель, овощи, однолетние травы, силосные культуры. Но уже в начале 80-х годов наблюдается сокращение поголовья крупного рогатого скота, птицы; отсутствуют данные по оленеводству [21, л. 25]. Падает трудовая дисциплина, прогулы становятся массовым явлением. Пастухи уходят из табунов пить. Развивается алкоголизм среди женщин. Учащаются случаи лишения родительских прав [23, л. 2]. Почти в каждый протокол рабочкома Анавгайского совхоза свидетельствует о пьянстве, нарушении трудовой дисциплины. Меры наказания: лишение премий от 25 до 100 процентов, перевод на более низко оплачиваемую работу, увольнение. Но они не приводят к желаемым результатам [23, л. 7]. Наблюдается кадровая проблема: мало молодежи, не хватает специалистов [23, л. 7]. И хотя материальное обеспечение оленеводов улучшилось: появились «Бураны», теплые юрты, передвижные электростанции, меховая одежда -отрасль находилась в состоянии глубокого кризиса. Это было вызвано непродуманной социально-

экономической политикой государства относительно северных народов и, как следствие, разрушением их культуры. Ресурсы государственного управления были исчерпаны. Пик кризиса приходится на начало 90-х годов прошлого века.

Изменения в стране, происшедшие на рубеже веков, отразились и на жизни жителей Анавгая. В 1992 году происходит реорганизация совхоза. Вместо него созданы крестьянско-фермерское хозяйство «Рассвет» и ООО «Анавгай». Сельский совет реорганизован в сельскую администрацию. Произошло резкое снижение занятости населения, безработица, как следствие, пьянство. Поголовье оленей сократилось за 10 лет в 3,5 раза. С 90-х годов на территории района неоднократно, вследствие недостаточного учета правовых, социальноэкономических и других особенностей, образовывались и ликвидировались территории традиционного природопользования, а также временные населенные пункты в местах ранее существовавших стойбищ. Среднегодовая численность работающих на предприятиях и организациях Быстринского района в течение 1990-х годов резко снизилось до уровня около 0,8 тыс. чел. в 1996-2000 гг. В 2001 г. в данных официальной государственной статистики она показана в 1,8 тыс. чел. (около 70% всего населения). Поскольку существенных изменений в экономике района не произошло, то проблема безработицы остается нерешенной и до сих пор [25].

В этих условиях очень остро встала проблема выживания. Решение ее анавгайцы видят в возвращении к истокам, к своей культуре. Это выражается в возрождении обычаев, обрядов, в деятельности национальных ансамблей. Этим они привлекают туристов. Туризм в перспективе может рассматриваться как самостоятельное экономическое направление.

Часть жителей приняла решение вернуться к традиционному образу жизни. Этим можно объяснить появление «рыбалок» - мест в лесу, оборудованных для жизни. Юрты,

палатки, юкольники, избушки, шалаши, лабазы для хранения продуктов, кое-где бани, иногда рядом разбивают огороды, ставят теплички. В села ездят только за необходимыми продуктами. К началу XXI века таких рыбалок насчитывалось около 30, в них проживало от 90 до 130 человек (летом приезжают дети) [41]. Создание рыбалок - попытка возродить утерянное, вернуться к истокам существования своего народа. Рыбалки это и средство выживания. Но, к сожалению, жители сталкиваются со значительными проблемами: очень скудные лимиты, отпускаемые властью, отсутствие их для собак, а без них в лесу не прожить. Но следует отметить, что это явление в Анавгае не имеет широкого распространения. В Анавгае делаются попытки возродить оленеводство. По инициативе жителей открыт филиал ПУ-12, у которого особая программа: национальное

прикладное творчество, традиционные ремесла, а также подготовка оленеводов [26].

Местная интеллигенция проводит значительную работу по возрождению и сохранению культуры. С 1989 года в селе регулярно проводится фольклорный праздник «Нургэнэк», который привлекает к себе как сельчан, так и гостей. Он включает в себя целый ряд мероприятий: выставку-продажу сувениров, танцевальный марафон, угощения, детский «марафончик». С 1999 года в селе проводятся Черкановские чтения. 2001-2005 годы характеризуются появлением национального праздника «Дюлипки», восстановлением обрядов празднования Нового года, свадьбы, открытие национального стойбища "Мэнэдек". Приступили анавгайцы к реализации грантов: «Камчатский фиточай», экологообразовательная программа «Быст-ринский природный парк» на базе Анавгайской средней школы.

На основании Закона Камчатской области от 08.12. 2004 года современный Анавгай - муниципальное образование: сельское поселение, включающее село как административный центр. Село входит в состав Быстринского муниципального района [26].

Таким образом, село возникло как результат политики «оседания», проводимой советским государством и развивалось в контексте его политики относительно сельского хозяйства. Эта политика проводилась без учета специфики проживания на данной территории и привела к разрушению традиционной культуры населения. Реформирование в стране на рубеже веков еще более углубили кризисные явления в социально-экономическом развитии села. Население стремится их преодолеть, обращаясь к историческому опыту своего народа. Анавгайцы выступают как локальное сообщество с присущими ему особыми чертами, сформировавшимися в результате трансляции ценностей и традиций своего народа, с одной стороны, и влиянию народов, проживающих на Камчатке, с другой.

Библиография

Неопубликованные источники:

1. ГАКО ф.29 оп.1 д.6. Временное положение об управлении туземных племен, проживающих на территории Камчатской округа. 1926 год.

2. ГАКО ф.30 оп.1 д.2. Постановление Камчатского окружного ревкома от 12 августа 1926 года.

3. ГАКО ф.60 оп.1 д.9. Доклад В. Кручины «О состоянии Усть-Камчатской волости» 1924 год.

4. ГАКО ф.121 оп.1 д.8 Общие сведения о состоянии хозяйств артели. 1932-1936 г.г.

5. ГАКО ф.121 оп.1 д.27. Решения о создании колхозов. 1943год.

6. ГАКО ф.169 оп.1 д.35. Решение № 253 Исполкома Камчатского об-

ластного Совета от 25 апреля 1941 года.

7. ГАКО ф.169 оп.1 д.2З8. О выполнении плана сельхозартелью им. Молотова 1952 год.

8. ГАКО ф.488 оп.1 д.2, л. 1З, 15. Похозяйственная книга села Анав-гай 19З7 год.

9. ГАКО ф.488 оп.1 д.З Протоколы заседаний Анавгайского сельсовета 19З9-1940 г.г.

10. ГАКО ф.488 оп.1 д.4, л. 8 Протоколы общих собраний жителей села Анавгай 1940-1941г.г.

11. ГАКО ф.488 оп.1 д.5 Протоколы общих собраний жителей села Анавгай 1942 год.

12. ГАКО ф.488 оп.1 д.6 Похозяй-ственная книга села Анавгай 1942-

194З г.г.

13. ГАКО ф.488 оп.1 д.10. Протоколы общих собраний жителей села Анавгай 1944-1946 г.г.

14. ГАКО ф.488 оп.1 д. 11 Протоколы общих собраний жителей села Анавгай 1946 год.

15. ГАКО ф.488 оп.1 д.15. Отчет о

работе Анавгайского сельсовета

19З9-1947 г.г.

16. ГАКО ф.488 оп.1 д.16. Отчет о

работе Анавгайского сельсовета

1948 год.

17. ГАКО ф.488 оп.1 д.17. Собраний избирателей села Анавгай 1949 год.

18. ГАКО ф.488 оп.1 д.З5. Протоколы общих собраний жителей села Анавгай 1952-195З г.г.

19. ГАКО ф.510 оп.1 д.21. Из справки о работе районной газеты «За колхозную жизнь» 1957-1960 г.г.

20. ГАКО ф.510 оп.1 д.З16. Материалы редакции газеты «Камчатская правда» 1965-1966 г.г.

21. ГАКО ф.802 оп.1 д.2 Годовые и статистические отчеты совхоза Анавгайский 1969-1970 г.г.

22. ГАКО ф.802 оп.1 д.6. Годовые отчеты совхоза Анавгайский 19721974 г.г.

23. ГАКО ф.802 оп.1 д. ЗЗ. Прото-

колы рабочкома совхоза Анавгайский 1975-1977 г.г.

24. ГАКО ф.802 оп.1 д.39. Протоколы рабочкома совхоза Анавгайский 1978-1980 г.г.

25. «Альтернативные источники существования местного населения и сохранения биоразнообразия на примере особо охраняемых территорий Камчатской области РФ (Налычевский и Быстринский природные парки)» Отчет по проекту. Руководитель работ, отв. Исполнитель - с.н.с. КФ ТИГ ДВО РАН,засл. Эколог РФ Н.С.Карпухин. Петропав-ловск-Камчатский. 2004.

26. Полевые материалы этнографической экспедиции КамГУ в село Анавгай. Март 2005 года.

Опубликованные источники и литература:

27. Бацаев, И. Д. Коллективиза-

ция сельского хозяйства на Камчатке. //Краеведческие записки. Вып.

7, Петропавловск-Камчатский,

Дальневосточное издательство,

1991. - с. 85-93.

28. Бергман, С. По дикой Камчатке, Петропавловск-Камчатский, Камчатский печатный двор, 2000. -163 с.

29. Богораз, В.Г. Ламуты: Из

наблюдений в Колымском крае: [Полн. этногр. обзор, в т.ч. взаимоотношения с соседями-

кочевниками] //Землеведение. -1900. - Кн. 1.

30. Быстринскому району Камчатской области 70 лет. Петропав-ловск-Камчатский, 1996. - 16 с.

31. Гурвич, И.С. Этническая история Северо-Востока Сибири. - М., Наука, 1966. - 270 с.

32. Гунько, С. В. Из истории административно-территориального устройства Камчатки в Советское время //Материалы межвузовской научно-теоретической конференции преподавателей. Петропавловск-Камчатский, 1989.

33. Дитмар, Карл. Поездки и пре-

бывание в Камчатке в 1851-1855гг.

- М. 1901. - 225 с.

34. История и культура эвенов.// Историко-этнографические очерки. РАН. Наука. С-Пб., 1997. 176 с.

35. Кузаков, К. Г. Заметки об эве-нах-быстринцах //Краеведческие записки. Вып. 1., Петропавловск-Камчатский, Дальневосточное издательство, 1968, с. 69-77.

36. Летопись жизни народов Северо-Востока РСФСР 1917-1985. Петропавловск-Камчатский, Дальневосточное книжное издательство, 1986. - 191 с.

37. Новикова, К. А. О расселении, численности и родоплеменных названиях эвенов//Краеведческие записки. - Магадан, 1962. - Вып. 4, с. 106.

38. Огрызко, И.И. Очерки истории сближения коренного и русского населения Камчатки (конец XVII -нач. XX вв.) Л., Издательство ЛГУ, 197З. - 192 с.

39. Открытое письмо жителей села Анавгай//Новая жизнь. - 2004.5 июля.

40. Слюнин, Н.В. Охотско-Камчатский край. Естественноисторической описание. Спб: типография А.С. Суворина, 1900.

41. Слугин, А. Камчатские отшельники: в рыболовных билетах для этих аборигенов ставят даже граммы//Дальневосточное обозрение. - 2001. - ноябрь.

42. Социально-этнические процессы в микро- и макроистории. Доклады 5 ежегодной научнотеоретической конференции\ Камч. Гос. универ-т. - Петропавловск-Камчатский.: Изд-во КамГУ, 2006. -504 с.

43. Чурин, В. Попа некрещеного ребенка//Вести. Петропавловск-Камчатский. - 2004.- 15 сентября.

44. Эвены // Народы Сибири. -М., Л., 1956. - 1006 с.