Научная статья на тему 'Фольклорно-лингвистические и археолого-этнографические экспедиции, работавшие среди удмуртов в 20-е 30-е годы xx века'

Фольклорно-лингвистические и археолого-этнографические экспедиции, работавшие среди удмуртов в 20-е 30-е годы xx века Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
518
203
Поделиться

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Чураков Владимир Сергеевич

В статье дается подробный обзор развертывания фольклорно-лингвистического и археолого-этнографического изучения районов проживания удмуртов в первые два десятилетия советской власти.

Текст научной работы на тему «Фольклорно-лингвистические и археолого-этнографические экспедиции, работавшие среди удмуртов в 20-е 30-е годы xx века»

УДК 94(470.51)

Владимир Сергеевич Чураков, УИИЯЛ УрО РАН, к.и.н.

г. Ижевск

В статье дается подробный обзор развертывания фольклорно-лингвистического и археолого-этнографического изучения районов проживания удмуртов в первые два десятилетия советской власти.

ФОЛЬКЛОРНО-ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ И АРХЕОЛОГО-ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ ЭКСПЕДИЦИИ, РАБОТАВШИЕ СРЕДИ УДМУРТОВ В 20-е - 30-е ГОДЫ XX ВЕКА (к проблеме вовлечения в научный оборот новых источников по традиционной культуре удмуртов)

Для любой исторической науки, в том числе и для этнографии, одной из важнейших задач является поиск и введение в научный оборот новых источников, дающих возможность расширить наши представления об изучаемом объекте. Применительно к этнографическому источниковедению под вовлечением в научный оборот подразумевается выявление, каталогизация и научная публикация прежде всего первичных полевых материалов, сохранившихся в дневниковых записях, отчетах, анкетах, письмах, неизданных статьях, рукописях книг и других подобного рода документах, составленных путешественниками, профессиональными исследователями и краеведами.

Исследуя различные аспекты удмуртского традиционного общества современные авторы активно используют источниковедческий потенциал опубликованных этнографических описаний удмуртов XVIII - начала XX в. Буквально за последнее десятилетие источниковая база удмуртской этнографии пополнилась целым рядом оригинальных дореволюционных работ. В 2001 г. благодаря усилиям В.В. Напольских увидели свет удмуртские материалы Д.Г. Мессершмидта - первого ученого, оставившего в своих дневниковых записях за декабрь 1726 г. описание языка и быта удмуртов, проживавших в бассейне реки Чепцы [1]. В 2007 г. С.К. Белых, Д.М. Сахарных и В.С. Чураков опубликовали ранее доступные весьма узкому кругу исследователей данные об удмуртской родовой организации, собранные в конце 80-х - начале 90-х гг.

XIX в. талантливым вятским краеведом П.М. Сорокиным [2]. В 2008 г. Р.Р. Садиков и К. Мякеля перевели на русский язык и издали малоизвестную рукопись Ю. Вихманна, хранящуюся в архиве Финно-угорского общества Финляндии. В этом документе содержатся ценные сведения об обычаях и религиозных обрядах удмуртов Бирского уезда Уфимской губернии, которых финский ученый посетил летом 1894 г. [3]. Не так давно в фондах архива Рус-

ского географического общества А.В. Коробейниковым было выявлено никем ранее не упоминавшееся неопубликованное монографическое исследование Б. Г. Гаврилова «Языческая и религиозно-обрядовая жизнь вотяков Казанской и Вятской губерний», написанное на основе личных наблюдений известного собирателя удмуртского фольклора XIX в. [4].

Несмотря на перечисленные публикации и открытия последних лет, мы уже сейчас с полным основанием можем говорить, что, по-видимому, за редким исключением (например, рукопись Б.Г. Гаврилова1) уникальные полевые данные по этнографии удмуртов, собранные исследователями XVIII - начала XX в., практически полностью введены в научный оборот. Основная задача в настоящее время должна сводится к сохранению и популяризации этого научного наследия. Иначе обстоят дела с этнографическими полевыми материалами первых советских десятилетий, в течение которых удмуртское традиционное общество как более или менее целостное явление окончательно было разрушено революционными преобразованиями. В силу различных, прежде всего политических причин (значительное число исследователей, отдавших много труда и времени сбору ценной этнографической информации были в последующем репрессированы), одна часть собранных данных была утрачена, другая оказалась либо вне поля зрения современных авторов, либо была введена в исследовательский оборот в очень фрагментарном, как правило, уже переработанном сквозь призму точки зрения того или иного ученого виде. Вследствие вышесказанного, работа по выявлению и публикации если не всего, то, по крайней мере, наиболее значимого в научном отношении полевого материала научных экспедиций, осуществленных в первые десятилетия советской власти, сохраняет свою актуальность. Не менее важной задачей, соприкасающейся с вышеуказанной, является изучение самого процесса формирования источникового комплекса по удмуртской этнографии в 20-30-е гг. прошлого века или, иными словами, подробное изучение истории организации и работы той или иной научной экспедиции. Для облегчения и систематизации усилий в деле разрешения указанных задач в предлагаемой публикации мы намереваемся дать достаточно развернутый обзор экспедиций различных научных обществ и организаций, которые проводили свою исследовательскую работу среди удмуртов в указанный хронологический период. При этом нами будет освещена деятельность не только собственно этнографических экспедиций, но также археологических, антропологических, лингвистических, фольклорных и др., поскольку в собранных ими материалах может содержаться ценная информация по традиционной этнографии удмуртского народа.

Приступая к заявленной работе считаем необходимым прежде всего упомянуть авторов, которые в своих публикациях уже затрагивали отдельные аспекты развертывания научных исследований среди удмуртов в первые десяти-

1 См. статью А.В. Коробейникова и В.С. Чуракова в этом выпуске журнала. http://elibrary.ru/title_about.asp?id=33940 ИДНАКАР № 2 (19) 2014

летия советской власти. Одни из первых обзоров работ советских научных экспедиций на территории Удмуртии были сделаны К.П. Гердом [5; 6; 7],

В.Ф. Стрельцовым [8; 9; 10] и М.Т. Маркеловым [11]. Организации исследовательской работы в Удмуртии в довоенный период уделил внимание в своей монографии «Культурная революция в Удмуртской АССР» П.К. Кузнецов [12, с. 193-197, 324-333]. В книге В.Е. Владыкина и Л.С. Христолюбовой «История этнографии удмуртов» вкратце рассматривается деятельность основных этнографических экспедиций периода 20-х - 30-х гг. XX в. [13, с. 52-65]. Об археологических исследованиях того же периода в районах проживания удмуртов рассказывает в своей обзорной статье В. А. Семенов [14]. В год 90-летнего юбилея со дня рождения А.П. Смирнова (1899-1974) в Ижевске состоялась научная конференция, на которой были заслушаны доклады К.И. Куликова [15] и Т.И. Останиной [16], осветивших историю археологических работ известного исследователя на территории Удмуртии и его сотрудничество с удмуртскими научно-краеведческими обществами - «Обществом по изучению вотяцкой культуры» и «Научным обществом по изучению Вотского края». Более подробно экспедиционная деятельность «Общества по изучению вотяцкой культуры» рассматривалась в совместной статье К.И. Куликова и О.И. Васильевой [17]. В своих последующих работах О.И. Васильева неоднократно затрагивала вопросы организации научно-краеведческого движения в Удмуртии в 20-е гг. XX столетия [18; 19].

В связи со 100-летним юбилеем со дня рождения Д.В. Бубриха (1890-1949) были опубликованы статьи В.К. Кельмакова [20] и Б.И. Каракулова [21], в которых в сжатом виде излагалась история проведения лингвистической экспедиции известного финно-угроведа в Удмуртии. Тогда же

В.К. Кельмаковым была издана рукопись [22] ученого «Из результатов работы удмуртской лингвистической экспедиции в 1929 г.» [23]. В увидевшей свет в 1994 г. книге Ф.К. Ермакова «Кузебай Герд (жизнь и творчество)», немало места уделено освещению участия удмуртского ученого в планировании и организации различных научных экспедиций в 20-е гг. прошлого века [24]. Об этнографических экспедициях середины 20-х - начала 30-х гг. XX столетия, в проведении которых принимал участие Республиканский краеведческий музей, рассказывается в публикациях его сотрудницы С.Х. Лебедевой [25; 26]. В издании «Институт: история и современность», посвященном 70-летию Удмуртского института истории, языка и литературы УрО РАН, была напечатана обзорная статья Н.А. Родионова, освещающая первые 14 лет (с 1931 по 1945 гг.) научной и экспедиционной деятельности института [27]. В 2002 г. увидела свет работа мордовского этнографа Н.Ф. Мокшина, в которой описывается деятельность удмуртской экспедиции Центрального музея народоведения в 1930-1931 гг., которую возглавлял мордовский этнограф М.Т. Маркелов [28]. Личный дневник М.Т. Маркелова, охватывающий первые 20 дней работы экспедиции, был опубликован в 2008 г. [29]. В том же году А.Е. Загребиным и А.А. Ивановым

были введены в научный оборот хранящиеся в научно-отраслевом архиве Удмуртского института истории, языка и литературы УрО РАН анкеты Вятского научно-исследовательского института краеведения [30]. Составители сборника документов во «Введении» достаточно подробно освещают мероприятия вятского научного центра в 20-е гг. прошлого столетия, направленные на изучение этнографии населения бывшей Вятской губернии [31]. В последние годы большую работу по выявлению, каталогизации и оцифровке архивных фонозаписей, в том числе сделанных в 20-е - 30-е гг. XX в., ведет В.Н. Денисов [32]. В заключение краткого историографического обзора укажем ряд последних публикаций сотрудников Удмуртского института истории, языка и литературы УрО РАН, в которых затрагиваются отдельные вопросы организации и проведения научных изысканий в области этнографии удмуртов в первые послереволюционные десятилетия: А.Е. Загребин [33; 34; 35], И.М. Нуриева [36, 37],

В.С. Чураков [35; 38, 39], А.Ю. Юрпалов [40, 41, 42].

* * *

Свержение в феврале 1917 г. царского режима и провозглашение Временным правительством демократических свобод открыло широкую дорогу народам России, в том числе и удмуртам, в области развертывания культурно-просветительской и научно-организационной деятельности. Уже 22 марта

1917 г. в Казани по инициативе чувашского ученого и педагога, приват-доцента Казанского университета Н.В. Никольского учреждается «Общество мелких народностей Поволжья»2, одной из главных задач которого провозглашается «изучение народностей Поволжья в их настоящем и прошлом» [43, с. 90]. На первом съезде Общества, проходившем в Казани с 15 по 22 мая 1917 г., была образована удмуртская секция, в состав которой вошли И.С. Михеев (руководитель секции), Т.К. Борисов, И.Я. Поздеев, В.Д. Крылов, В. Фокин [18, с. 15]. Однако, как отмечает И. С. Михеев в своей работе «К истории разложения национального общества “Кряшен”», первоначальные «воодушевление и единение, охватившие инородцев на первых порах деятельности Общества мелких народностей, продолжались недолго»3. Возникшие на национальной и политической почве трения привели к его фактическому распаду на ряд слабо связанных друг с другом национальных объединений, формально продолжавших до

2 В состав «Общества» не вошли представители мусульманских народов Среднего Поволжья -татар и башкир - интересы которых в тот период представляли различные общероссийские и региональные мусульманские общественно-политические движения.

3 Авторство брошюры «К истории разложения национального общества “Кряшен”» (Казань, 1918) установил исследователь истории и культуры кряшен А.В. Фокин. Режим доступа: http://kryashen.ru/rus.php?nrus=article_text&id=186 Дата обращения - 20.11.2013.

весны 1918 г. составлять «Союз мелких народностей Поволжья»4. Таким образом, непосредственная практическая деятельность по организации просветительской работы и развертыванию научных исследований стали прерогативами, прежде всего, самих национальных обществ5.

Организационное оформление удмуртских культурно-просветительских объединений прошло в период с июня 1917 по ноябрь 1918 г. [18, с. 15, 19, 26-27; 44, с. 131]. Первым на I съезде «интеллигентных сил» удмуртов Глазов-ского уезда, проходившем с 13 по 15 июня 1917 г., было учреждено глазовское «культурно-просветительное общество вотяков», председателем которого был избран священник В.Д. Крылов. Среди вопросов, обсуждавшихся на этом съезде, был и вопрос об организации в Глазове краеведческого музея. Собравшимися было принято обращение к удмуртской интеллигенции Глазовского уезда, в котором предлагалось «немедленно приступить к созданию национального музея и начать собирать все то, что может дать полную картину о быте и нраве вотяков, а также о ходе исторического развития этой народности» [45, с. 74]. В том же году, что и глазовское, «культурно-просветительное общество» было учреждено в Елабуге. Возглавил его удмуртский педагог и просветитель К.С. Яковлев, по инициативе которого в Елабуге в период с 26 по 27 июня

1918 г. состоялся первый Всероссийский съезд удмуртов [46, с. 65]. Среди приглашенных на съезд был и заведующий инородческим образованием Вятской губернии священник, мариец по национальности П.П. Глезденев. Выступая перед собравшимися на второй день работы съезда он, в частности, говорил: «Ценность народа заключается в его языке, религии и национальных костю-мах...Другой не менее важной ценностью народа являются предания, сказки и поговорки...Не откладывая в долгий ящик, вотякам необходимо приступить к созданию национального музея, где бы были собраны все ценности для истории и этнографии вотяков» [47, с. 40].

В 1918 г. возникли еще две культурно-просветительских организации удмуртов. Первая образовалась на основе существовавшей при «Союзе мелких народностей Поволжья» удмуртской секции и объединила проживавших в Казани представителей удмуртской интеллигенции и студенчества. Возглавил национальное общество удмуртский ученый, педагог и просветитель И.С. Михеев. В ноябре 1918 г. по инициативе К.П. Герда, исполнявшего обязанности заведующего уездным отделом народного образования, культурно-просветительское общество было организовано в Малмыжском уезде. В от-

4 Реорганизация «Общества мелких народностей» в «Союз» произошла уже на втором съезде «Общества», проходившем с 1 по 4 августа 1917 г. в Казани.

5 С сожалением о «колебаниях и ошибках инородчества в текущей работе по учебному делу», вызванных размежеванием по национальному признаку, говорил Н.А. Бобровников. По его мнению, это «привело племена Поволжья к переоценке своих сил, а затем и к малополезному их расточению». См.: Бобровников Н.А. Об учреждении Востоковедной комиссии // ИОАИЭ. Казань, 1919. Т. XXX. Вып. 2. С. 169.

личие от первых двух, основное свое внимание уделявших проблеме развития национального образования, в деятельности удмуртских обществ Казани и Малмыжа с самого начала их функционирования важное место занимало этнографическое изучение удмуртов. Этому содействовали как личные интересы членов этих обществ, так и наличие в Казани и Малмыже научных организаций, таких как Казанское Общество археологии, истории и этнографии и Малмыж-ское историческое общество, которые оказывали посильную помощь в развертывании исследовательской работы. Известно, в частности, что в период с 1918 по 1919 г. К.П. Герд совершал неоднократные поездки по удмуртским селениям Малмыжского уезда с целью сбора удмуртского фольклорного и этнографического материала. Часть полученных им сведений нашла отражение в регистрационной книге Малмыжского исторического общества6. В свою очередь, члены Казанского культурно-просветительского общества принимали активное участие в работе Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете, а в начале 1919 г. И.С. Михеев и И.В. Яковлев стали его действительными членами [48, с. 9].

Именно в ходе одного из заседаний Казанского общества археологии, истории и этнографии родилась идея проведения первой подлинно научной экспедиции по изучению этнографии удмуртов. Поводом к этому послужил доклад М.Г. Худякова «Вотские роды» [49], прочитанный 22 декабря 1918 г. на общем собрании членов Общества [50, с. 3]. В своем выступлении исследователь попытался дать, привлекая, в том числе и материалы собранные в Малмыжском уезде Вятской губернии К.П. Гердом, а в Мамадышском и Казанском уездах Казанской губернии И.С. Михеевым, описание особенностей родовой организации удмуртов. Как доклад, так и прения по нему, в которых принял участие член казанского удмуртского общества И.В. Яковлев, привлекли внимание профессора казанского Северо-Восточного археологического и этнографического института Н.А. Бобровникова. Последний еще в 1917 г. намеревался в целях содействия начатой годом ранее Академией наук работе по составлению этнографической карты России, предпринять при участии ряда казанских ученых и сотрудников Переводческой комиссии сбор этнографических данных о народах Казанской губернии [51, с. 169-170]. Уже в марте 1919 г. была создана рабочая группа по организации удмуртской экспедиции, которая должна была стать одним из первых мероприятий учрежденной в то же время при Казанском Обществе археологии, истории и этнографии Востоковедной комиссии.

Н. А. Бобровниковым, который был избран председателем данной комиссии, были подготовлены опросные бланки и разработана подробная программа экспедиционной работы [52]. Однако события весны и лета 1919 г., связанные с отражением наступления колчаковских войск на Казань, не позволили осуще-

6 Архив Малмыжского краеведческого музея (д. 3904, 3905). Удмуртские материалы этой книги готовятся к изданию.

ствить задуманное исследование. Не было оно осуществлено и позднее, что объясняется тяжелым положением, в котором оказалось Общество в начале 20-х гг. XX столетия: разразившийся в Среднем Поволжье голод, а также смерть ряда ведущих членов, в том числе и Н.А. Бобровникова, фактически приостановили его деятельность в 1921-1922 гг. [53].

В 1919 г. прекращают свою работу удмуртские национальные просветительские организации, созданные после февральской революции 1917 г. Основными причинами этого стали как события Гражданской войны, в ходе которой территория расселения удмуртов дважды оказывалась театром военных действий, так и постепенный переход всей культурно-политической работы среди удмуртов в ведение созданного 31 июля 1918 г. в соответствии с решением I Всероссийского съезда удмуртов Удмуртского отдела при Наркомнаце. На состоявшемся 25-28 сентября 1919 г. в Сарапуле II Всероссийском съезд удмуртов в очередной раз прозвучал призыв «приступить к изучению родного края, собирая памятники старины, сказки, песни» [54, с. 18]. Вновь вопрос об организации этнографического изучения удмуртов был поднят и на I Всероссийском съезде работников просвещения-удмуртов, проведенном 15-21 июня 1920 г. в Сарапуле. Последний на коллегии Наркомнаца 28 октября 1919 г. был определен местом пребывания Центрального удмуртского комиссариата, пришедшего на смену Удмуртскому отделу Наркомнаца. На Съезде было принято решение о необходимости создания Центрального удмуртского отдела по просвещению, который бы объединял, координировал и контролировал всю культурно-просветительскую работу среди удмуртского населения. На съезде также отмечалось, что обязанностью каждого работника по просвещению является собирание произведений удмуртского народного творчества и предметов культуры. Однако в отличие от прежних декларативных заявлений были предложены и некоторые организационные решения. В частности, было рекомендовано учредить при Казанском удмуртском издательском подотделе научную комиссию, в которую бы учителя могли направлять собранные ими произведения народной словесности [46, с. 78-79]. Собравшиеся также приняли решение о необходимости создания в Сарапуле при Удмуртском комиссариате центрального культурно-национального музея, а также учреждении ряда местных музеев. Одними из первых музеи «местного края» открылись в Ижевске (1920 г.) и Глазове (1921 г.). Однако из-за отсутствия подготовленных кадров и финансирования в первые годы своего существования они, по сути, являлись простыми хранилищами собранных из разных мест книг и вещей. О какой-то планомерной работе, связанной с комплектованием музейных коллекций, в тот период не могло быть и речи.

Декретом Всероссийского Центрального исполнительного комитета и Совета Народных Комиссаров РСФСР от 4 ноября 1920 г. было объявлено об образовании Вотской автономной области. В течение зимы-весны 1921 г. Ревком области во главе с И.А. Наговицыным осуществлял работу по определению

Финская карта Вотской автономной области (нач. 20-х гг. XX в.). Штриховкой (несколько искажающей реальность) отмечены районы компактного проживания удмуртов в Татарской АССР и Вятской губернии.

ее границ, созданию органов управления и подготовке первого Учредительного съезда Советов области, который состоялся 16-21 июля 1921 г. в Ижевске. На съезде был избран исполнительный комитет, председателем которого был утвержден И.А. Наговицын. В определении задач хозяйственного и культурного развития ВАО в постановлении съезда говорилось: «Культурное развитие вотяков должно быть положено на строго научных данных, для чего необходимо научное изучение языка, нравов, обычаев путем привлечения для этого ученых из самих вотяков» [54, с. 103]. Уже 21 июля 1921 г. Удмуртский областной отдел народного образования совместно с областным издательским отделом создают при Казанском удмуртском издательском подотделе Научную комиссию, призванную помимо подготовки школьных учебников начать исследование народного творчества и этнографии удмуртов. Возглавил комиссию профессор Казанского университета А.И. Емельянов [12, с. 194]. Активное участие в работе созданного научного органа принял И.С. Михеев, который видел в нем прообраз будущего научного общества, в котором была бы сосредоточена работа по всестороннему изучению удмуртского народа [55, с. 22]. Впрочем, в условиях поразившего Среднее Поволжье и Прикамье голода говорить о проведении в тот период Научной комиссией специальной экспедиционной работы с целью изучения этнографии удмуртов не приходится. В какой-то степени это вынужденное бездействие компенсировалось изданием ранее собранных удмуртских песен и сказок, а также публикацией адаптированного А.И. Емельяновым перевода дореволюционной работы финского этнографа У. Хольмберга «Верования пермских народов» (1914) [56], которое, по его мнению, должно было сыграть «роль программы для собирания этнографического материала» [57, форзац].

В то время, когда Казанское Общество археологии, истории и этнографии переживало не лучшие свои годы, на Вятке при местном институте народного образования в феврале 1922 г. учреждается Вятский научно-исследовательский институт краеведения, задачи которого были определены как «исследование природы, хозяйства и социальной жизни края» [58, с. 179]. Инициатором создания нового научного центра и первым его директором стал филолог-славист, профессор, член-корреспондент Академии Наук Н.М. Каринский, возглавивший в НИИ краеведения работы в области этнографии русского населения Вятского края. Изучение финно-угорских народов бывшей Вятской губернии было поручено преподавателю марийского и удмуртского языков краевого факультета Вятского педагогического института П.П. Глезденеву, организовавшему на факультете работу этнографического кружка. В первом номере «Известий» Вятского научно-исследовательского института краеведения им была опубликована статья «К вопросу о научной разработке языков: мари, удмурт и коми», в которой, в числе прочего, он призывал ответственных работников Удмуртской, Марийской и Коми областей принять меры к организации центрального научного учреждения в виде отдельного факультета при одном из вузов, возложившего бы на себя задачу комплексного изучения «финской семьи языков» [59,

с. 50]. К сожалению, смерть П.П. Глезденева, последовавшая 28 мая 1923 г., на некоторое время приостановила начатую им в Вятском НИИ краеведения работу по сбору и обработке марийского и удмуртского лингвистического, фольклорного и этнографического материала.

Огромную роль в деле развертывания этнографических исследований среди удмуртов в 20-е гг. XX в. предстояло сыграть образованному в сентябре

1922 г. по инициативе К.П. Герда «Обществу по изучению вотяцкой культуры (Удмурт культурез тодон-эскерон боляк)». Направленный в 1922 г. в Москву на учебу в Высший литературно-художественный институт удмуртский поэт и просветитель смог объединить вокруг себя группу единомышленников, преимущественно студентов-удмуртов московских вузов. Соучредителями Общества, помимо, К.П. Герда, стали известный финно-угровед В.П. Налимов и профессор консерватории, этнограф Я.В. Прохоров. Организационное оформление Общества, закрепившее его в ведении Центрального бюро краеведения -научной структуры, образованной в декабре 1921 г. с целью координации краеведческого движения в стране - заняло несколько месяцев и завершилось лишь в

1923 г. Однако уже в конце 1922 г. состоялось несколько заседаний Общества, на которых были заслушаны научные доклады его членов. В декабре 1922 г. по возвращении в Удмуртию на каникулы К.П. Герд предпринимает поездку с целью сбора фольклорного материала по ряду удмуртских селений Ижевского и Можгинского уездов ВАО. Основываясь на его статьях «Вотяк в своих песнях» и «Вотяк в своих песнях (песни о революции)» [60; 61], в которых нашли отражение собранные им в декабре 1922 г. фольклорные материалы, мы можем наметить примерный маршрут исследователя - в течение месяца К.П. Герд побывал в дд. Старая Казмаска, Лудзя-Норья, Верхняя Лудзя Ижевского уезда, Акаршур, Удмуртский Вишур, Кузебаево Можгинского уезда Вотской АО. В то же время К.П. Герд посетил и с. Карлыган Мари-Турекского кантона Марийской АО.

Начиная с 1923 г. в Удмуртии развертывается сеть кружков по изучению местного края. Одними из первых они возникают при Удмуртских клубах, созданных в 1923 г. в Ижевске, Глазове и Дебесах [5, с. 238; 62, с. 86]. Однако из-за отсутствия специалистов работа в них была организована слабо и сводилась, преимущественно, к сбору фольклорного материала. Своеобразная этнографическая «экспедиция» без выезда «в поле» состоялась летом 1923 г. во время работы в Ижевске Областной сельскохозяйственной и кустарно-промысловой выставки, на которой в числе прочих были представлены экспонаты, раскрывающие особенности традиционного быта населяющих Вотскую АО народов. Выставленный в павильоне домоводства и быта бесермянский национальный костюм привлек внимание некоторых посетителей выставки, которые высказали свое сомнение в том, что бесермяне проживают в пределах области. Для ознакомления жителей Удмуртии с бесермянским народом удмуртский краевед С.Т. Перевощиков опубликовал в двух номерах «Ижевской правды» статьи, в которых рассказывалось об этой народности [63; 64]. После газетной публика-

ции на выставку 7 июля прибыла делегация бесермян в количестве 17 человек, целью которой было «доказать всем сомневающимся, что действительно в пределах Вотской области бесермяне живут» [65, с. 61]. Неожиданный приезд представителей бесермянского народа позволил С.Т. Перевощикову собрать интересные материалы по истории и этнографии бесермян д. Малые Итчи Ижевского уезда. Позднее, в первом выпуске «Трудов» созданного в 1925 г. Научного общества по изучению Вотского края, им была опубликована небольшая статья «К материалу о бесермянах» [65], в основу которой были положены данные, полученные в 1923 г.

Важным шагом в деле развертывания этнографического исследования удмуртов стало открытие 13 сентября 1923 г. в Казани первого филиала Общества по изучению удмуртской культуры. Подобно московскому, костяк казанского отделения Общества составили студенты-удмурты, обучавшиеся в различных вузах столицы Татарской республики. Не мог не принять самого живого участия в работе казанского отделения Общества и один из старейших удмуртских педагогов, преподаватель казанского Рабфака И.С. Михеев, продолживший также сотрудничество с возобновившим в мае 1922 г. свою работу Казанским обществом археологии, истории и этнографии. Позднее, 8 апреля 1924 г., на общем собрании членов казанского отделения общества И.С. Михеев был избран его председателем. В течение года, с января 1923 г. по январь 1924 г., членам московского и казанского отделений Общества по изучению удмуртской культуры удалось собрать 3150 удмуртских песен, 210 мотивов, 15 гармонизаций, 200 пословиц, большое количество загадок и сказок [18, с. 74, 76].

Активизация низового краеведческого движения, расширение деятельности первого удмуртского научного общества и всяческое поощрение в деле изучения края со стороны руководящих органов Центрального бюро краеведения не могли не привести к идее образования в Удмуртии научного учреждения, которое бы организовывало и руководило всей исследовательской работой на ее территории. Уже в октябре 1923 г. по инициативе Т.К. Борисова и К.П. Герда на базе методической комиссии и русского педагогического бюро при Областном отделе народного образования было решено организовать Академический центр Вотской автономной области - первое научное учреждение Удмуртии [12, с. 195]. 14 января 1924 г. Облисполком утвердил положение об Академическом центре, определив основные направления его работы: изучение удмуртского языка, методическая работа, краеведческие исследования. Возглавил Академический центр на общественных началах С.Т. Перевощиков, ученым секретарем был избран И.Ф. Поздеев. В начале деятельности Академцентра функционировала только языковая секция, затем подключилась и методическая. В своей работе Академический центр опирался на Центральный Вотский клуб Ижевска, попытка же Академцентра поставить под свой контроль Общество по изучению удмуртской культуры не увенчалась успехом. На объединенном заседании коллегии Центрального Вотского бюро Наркомпроса и правления Общества по

изучению удмуртской культуры с представителем Академцентра К.М. Баушевым 15 февраля 1924 г. были определены взаимоотношения между ними. Московское общество осталось автономным, но работающим в контакте с Академцентром [18, с. 75].

На заседании Коллегии Областного отдела народного образования 6 марта

1924 г., на котором рассматривался вопрос о работе Академического центра, было высказано пожелание Академцентру активизировать краеведческую работу, а также наладить контакты с местными и центральными культурно-просветительными и научными учреждениями [66, с. 143]. Отсутствие в Ижевске квалифицированных научных кадров вынудило Академцентр в 1924 г. обратиться в Вятский научно-исследовательский институт краеведения с просьбой поручить заведующему отделом истории местного края П.Н. Луппову, который еще до революции зарекомендовал себя в качестве исследователя истории христианизации удмуртов, начать работу над составлением историко-археологического очерка Удмуртии [67, с. 88]. Ученый, хорошо знакомый с удмуртской проблематикой (на краевом факультете Вятского пединститута он читал лекции по истории и этнографии удмуртов) не замедлил откликнуться .

К началу работы III Всероссийского съезда работников просвещения-удмуртов (15-21 августа 1924 г.), П.Н. Луппов подготовил доклад, представляющий проект анкеты «Сведения о прошлых временах из жизни удмуртов (вотяков)», призванной собрать информацию по истории «колонизации вотской территории, названию и распределению по этой территории вотских родов, прошлой жизни вотского населения» [68, л. 107-109]. По-видимому, ближе к концу 1924 г. им же была составлена анкета «Влияние революции на быт нацмен», целью которой было выявление изменений в области народной культуры нерусского населения края за годы, прошедшие после Октября [31; 68; 69]. К методу анкетирования часто прибегали и члены казанского отделения Общества по изучению удмуртской культуры. Так, в конце 1924 г. перед зимними каникулами они разработали анкеты «Программа собирания материалов по общественно-историческому движению вотяков», «План обследования культурного состояния волости», «Сельскохозяйственное положение моей деревни», «Психология и характер удмуртов», «Юридический быт вотяков» [18, с. 76]. Необходимо отметить, что анкетирование как способ фиксации первичных данных получило широкое распространение, поскольку, в отличие от организации научных экспедиций, не требовало значительных финансовых затрат. К сожале-

7 В 1921 и 1924 г. П.Н. Луппов проходил длительный курс лечения на грязелечебном курорте в с. Варзи-Ятчи. Несмотря на проблемы со здоровьем ему удалось собрать ценный материал о быте и традициях местных удмуртов. Позднее им была подготовлена объемная статья «Из наблюдений над бытом удмуртов Варзи-Ятчинского края Вотской автономной области», опубликованная на страницах «Трудов» Научного общества по изучению Вотского края. См. Труды НОИВК. Ижевск, 1927. Вып. 3. С. 81-114.

нию, о результатах большинства опросов (за исключением данных анкет П.Н. Луппова) в настоящее время сведений не имеется.

Другой распространенной формой сбора этнографического материала в тот период стали экскурсионные поездки в отдельные населенные пункты учащихся школ, педагогических техникумов и членов научно-краеведческого общества по изучению удмуртской культуры («Боляк»), филиалы которого в декабре 1924 г. появились в селах Селты Ижевского уезда и Святогорье Глазов-ского уезда ВАО [18, с. 73]. В 1924 г. директором Можгинского педтехникума Я.И. Ильиным была организована этнографическая экскурсия учащихся старших курсов по территории современного Алнашского района. Собранный фольклорный материал был рассмотрен на заседании Академцентра [18, с. 49;

47, с. 151]. Перед летними каникулами 1924 г. члены Казанского филиала Общества по изучению удмуртской культуры прослушали ряд лекций И.С. Михеева, посвященных освещению научных методов сбора фольклорного и этнографического материала. Осенью, по окончании каникул, на заседаниях Общества его активные члены выступили с докладами, в которых сообщили о результатах летней работы по изучению этнографии удмуртов [18, с. 74].

Летом 1925 г. Удмуртский Областной отдел народного образования провел летние курсы по переподготовке работников просвещения Ижевского уезда. По инициативе представителя Облоно К.М. Баушева в целях ознакомления учителей Нылги-Жикьинской волости с приемами проведения историко-этнографических экскурсий состоялось показательное этнографическое обследование двух населенных пунктов волости. Одна группа слушателей курсов в период с 23 по 24 июня произвела подробное изучение удмуртского крестьянского двора в с. Нылга-Жикья, другая группа курсантов в течение 25 июня занималась комплексным историко-этнографическим изучением д. Пунем. Собранные таким образом этнографические данные были обобщены сотрудниками методического отдела Облоно и под редакцией Ф.В. Стрельцова опубликованы во 2-м выпуске «Трудов» Научного общества по изучению Вотского края, созданного в январе 1925 г. в ходе реорганизации Академцентра [18, с. 97; 70; 71].

Тем же летом в Марийской АО работала Восточно-финская этнографическая экспедиция созданного в 1924 г. в Москве Центрального музея народоведения [72, с. 81]. В ее состав вошли М.Я. Феноменов, Б.А. Васильев, М.Т. Маркелов, И.Я. Бондяков, М.И. Веткин. Участвовал в экспедиции и новый сотрудник музея К.П. Герд, принятый на работу после окончания института [24, с. 51]. Членами экспедиции был собран богатый материал по духовной и материальной культуре марийского и удмуртского народов, сделано большое количество фотографий и фонографических записей. На основании полученных данных К.П. Герд планировал к концу 1926 г. подготовить обширную работу «Вотяки Карлыганского края, их быт и культура». Однако напечатана она так и не была, о ее судьбе ничего неизвестно.

В конце февраля 1926 г. по настоятельному требованию Облисполкома К.П. Герд был вынужден прервать обучение в аспирантуре при Комитете по изучению языков и этнических культур восточных народов СССР9 и приехать в Ижевск для работы в качестве директора Музея местного края. Застав музейные собрания в самом жалком состоянии К.П. Г ерд незамедлительно приступил к формированию коллекций, в том числе и по удмуртской этнографии10. С этой целью он совершил несколько краткосрочных поездок к удмуртам сел Можга, Большая Уча, Вавож. В апреле К.П. Герд предпринял продолжительную этнографическую поездку в район деревни Малиновки Вавожской волости Мож-гинского уезда. Здесь, по его словам, им было записано «12 текстов больших бытовых и обрядовых песен, 20 эпических сказаний и сказок, 35 загадок, 73 пословицы, 5 исторических преданий и легенд племени Докья, 120 стариных языческих имен», а также «составлено описание обрядов, связанных с культом воды. Составлено описание свадебных обрядов. Записано несколько молитв» [73, л. 15]. Через местную периодическую печать К.П. Герд неоднократно обращался к жителям ВАО с призывами присоединяться к краеведческому движению [74; 75; 76].

В апреле 1926 г. однодневную научную поездку к удмуртам д. Шудзи совершил председатель Научного общества по изучению Вотского края С.Т. Перевощиков. Собранный им материал об истории и современном быте жителей деревни нашел обобщение в статье «О вотяках дер. Шудзи Советской волости Ижевского уезда», опубликованной во 2-м выпуске «Трудов» Общества [77].

На общем собрании членов Общества по изучению Вотского края 9 мая 1926 г. по инициативе Ф.В. Стрельцова обсуждался вопрос об исследовании Удмуртской области в археологическом и этнографическом аспектах. По при-

8 К.П. Г ерд во время обучения в Москве получал стипендию от ВАО и был обязан после окончания ВУЗа некоторое время отработать в области по полученной специальности. Однако, поступив в сентябре 1925 г. в аспирантуру, К.П. Герд не вернулся в Ижевск, что вызвало недовольство со стороны ответственных работников Удмуртии. Дабы урегулировать возникшую проблему (Облисполком ВАО предложил К.П. Г ерду отработать в области хотя бы 6-7 месяцев) К.П. Герд обратился 26 января 1926 г. к руководству Комитета по изучению языков и этнических культур восточных народов СССР с просьбой считать его с 10 февраля по сентябрь 1926 г. находящимся в научной командировке. Руководство Комитета пошло навстречу просьбе аспиранта.

9 На базе Комитета по изучению языков и этнических культур восточных народов СССР в июне 1926 г. при Г лавнауке Наркопроса РСФСР был создан Институт народов Востока, в 1929 г. переименованный в Научно-исследовательский институт этнических и национальных культур народов Востока (НИИЭНКНВ), в 1930 г. - в НИИ народов Советского Востока, в 1931 г. влился в состав Института национальностей СССР.

10 К сожалению, работникам музея не удалось установить какие из предметов материальной культуры были переданы в музей лично К.П. Гердом. См. Лебедева С.Х. . Краткий обзор этнографических коллекций музея: этнографические экспедиции // Музей: история и современность. Ижевск, 2000. С. 57.

чине отсутствия в области высококвалифицированных специалистов, было решено обратиться в центральные научные учреждения с просьбой о направлении в Удмуртию археологической и этнографической экспедиций, на финансирование которых решением Малого президиума Облисполкома было выделено 1000 рублей, - по 500 рублей на каждую экспедицию. Для организации и координации мероприятий по проведению обеих экспедиций по решению Малого президиума была создана специальная комиссия, в которую вошли от Облисполкома С.Т. Перевощиков, от Краеведческого общества Ф.В. Стрельцов и М.И. Ильин, от Облоно Н.А. Антонов, от краеведческого музея К.П. Г ерд. Комиссии предписывалось еженедельно информировать председателя и секретаря Облисполкома о работе научных экспедиций [8, с. 124-125].

Этнографическая экспедиция приступила к работе в августе 1926 г. Возглавил ее профессор 2-го МГУ и председатель бюро Финского отдела Восточно-исследовательского института В.П. Налимов. Вторым участником экспедиции был удмуртский педагог и исследователь С.П. Жуйков. На местах работе содействовали Ф.В. Стрельцов, Д.Н. Горохов, Е.И. Иванова. Экспедиция работала в селах Завьялово, Ильинском, Варзи-Ятчи, Шайтаново и у закамских удмуртов в д. Большой Гондырь. По завершении экспедиционной работы о ее результатах В.П. Налимов доложил 14 сентября на Большом Президиуме Облисполкома. Заслушав докладчика, члены Президиума постановили «а) доклад принять к сведению; б) просить профессора Налимова труд по этнографическому обследованию Вотской области довести до конца; в) предложить издательству «Удкнига» труд профессора В.П. Налимова издать особой книгой» [8, с. 126; 66, с. 179-180]. На следующий день, 15 сентября, В.П. Налимов выступил перед членами краеведческого общества, а в конце сентября опубликовал краткий отчет по итогам экспедиции на страницах «Ижевской правды» [78]. К сожалению, подготовленной по материалам экспедиции монографии

B.П. Налимова не удалось в свое время увидеть свет по причине «не соответствия марксистской методологии этноисследования» и недостаточной «материалистической выдержанности» [33; 79, с. 92]. Лишь в 2010 г. рукопись этого труда, хранящаяся в Научно-отраслевом архиве УИИЯЛ УрО РАН [80], была опубликована А. Е. Загребиным в составе собрания научных работ ученого [81]. О нахождении полевых материалов экспедиции (в том числе сделанных

C.П. Жуйковым «фотографических снимках») в настоящее время неизвестно. Очень ограниченная их часть нашла отражение в статье «Удмуртъёслэн бадзым восьсы» С.П. Жуйкова, увидевшей свет в 1927 г. [82]. и небольшой заметке «Священные рощи удмуртов и мари» В.П. Налимова, опубликованной в 1928 г.

[83].

Археологическая экспедиция под руководством ученого секретаря археологического подотдела Главнауки С.Г. Матвеева и аспиранта отделения археологии Института археологии и искусствоведения РАНИОН А.П. Смирнова работала на территории Удмуртии в июле-августе 1926 г. За это время учеными

были исследованы в Ижевском уезде городище Кереметь и могильник Чужья-ловский [8, с. 126; 66, с. 224], в Глазовском уезде работы проводились на городищах Иднакар, Дондыкар, Весьякар, Сабанчикар и на расположенных в их окрестностях средневековых могильниках. В 3-м выпуске «Трудов» НОИВК было опубликовано предварительное сообщение о раскопках в Глазовском уезде участника экспедиции заведующего Глазовского педтехникума И.Ф. Ившина

[84]. Об итогах работы на городище Дондыкар были сделаны сообщения Ф.В. Стрельцова в местной периодике («Ижевская правда» (1927, № 139), «Гудыри» (1927, № 68), «Голос крестьянина» (1927, № 46) [8, с. 126]). Материалы раскопок были полностью опубликованы в «Трудах» НОИВК [85; 86; 87], а отчеты и дневники экспедиции поступили в архивы Ижевского краеведческого музея и московского Института истории материальной культуры [16, с. 24; 88, с. 37; 89, с. 232, 235].

Помимо экспедиционной работы с целью сбора информации об археологических памятниках на территории ВАО и связанных с ними народных преданиях еще 6 декабря 1925 г. на заседании совета Научного общества по изучению Вотского края было принято решение о выпуске анкеты археологической секции НОИВК в количестве 1500 экземпляров [8, с. 130]. В «Трудах» НОИВК появилась руководящая статья Ф.В. Стрельцова «Археологические памятники Вотского края» [90], на основе которой был разработан бланк опросной анкеты. Летом 1926 г. 774 экземпляра данной анкеты были разосланы по всем волостным исполкомам ВАО. Обратно в НОИВК поступило 68 анкет и 5 отдельных писем. На их основе Ф.В. Стрельцов подготовил статью «Археологические памятники и палеонтологические находки Вотской автономной области» [91]. В настоящее время оригиналы анкет и их черновой разбор хранятся в Научно-отраслевом архиве УИИЯЛ УрО РАН [92].

Летом же 1926 г. Академией наук СССР было предпринято антропологическое обследование населения Чувашской и Вотской автономных областей, правительственные учреждения которых согласились выделить для этого финансовые средства. В Удмуртию для проведения антропологических исследований был командирован научный сотрудник Музея Антропологии и Этнографии Академии наук Г.И. Петров. Для его работы НОИВК выделило 100 рублей. Основные свои исследования антрополог провел в Ижевском уезде, собрав антропометрические данные и образцы крови у 1140 человек - удмуртов и русских. На этой стадии работы Г.И. Петрову помогал заместитель председателя Общества по изучению Вотского края Ф.В. Стрельцов - врач по специальности, заведующий Ижевской городской амбулаторией. Им же, после отъезда Г.И. Петрова, совместно с врачом амбулатории Б.И. Шубиным, проводилось лабораторное исследование собранных в ходе работы антропологической экспедиции образцов крови [8, с. 127-128].

Дополнительно, по просьбе директора областного краеведческого музея К.П. Герда, Г.И. Петров согласился принять участие в работе экспедиции музея

в д. Малиновка Можгинского уезда ВАО. По замыслу К.П. Герда, в ходе экспедиции, средства на проведение которой выделили Облисполком и Облоно, планировалось произвести антропологическое, этнографическое и санитарное обследование жителей указанной деревни. Однако, в силу непредвиденных обстоятельств, врач Вавожской волостной больницы Манеев не смог присоединиться к работе экспедиции, поэтому «санитарное обследование было отложено» [73, л. 16]. В ходе работ, по словам К.П. Герда, было «обследовано 145 человек, сделаны необходимые обмеры.. .собраны краткие сведения по родовой генеалогии, сделаны антропологические снимки» [73, л. 16, 35]. Все 145 бланков антропологического обследования были составлены в двух экземплярах: один для К.П. Герда, другой для Г.И. Петрова. «Остальной материал (т. е., надо полагать, этнографическое описание и фотографии - В.Ч.), - пишет К.П. Герд, - с моего согласия отправлен в Академию наук» [73, л. 35]. Что это за материал можно узнать из «Отчета» К.П. Герда, в котором он пишет: «Сделано: 20 фонографических записей мелодий и текстов песен от местных песенниц. 27 записей текстов песен без мелодий. <Собрано> большое количество материалов по обычному праву, главным образом по отделу брак и семья. <Сделано> 24 фотографических снимка. <Собраны> материалы и новые сведения о жилищах вотяков. <Записаны> 125 новых пословиц и поговорок» [73, л. 35].

По итогам своей поездки в Удмуртию Г.И. Петров 3 августа выступил с докладом на Президиуме Облисполкома, а вечером того же дня и на общем собрании НОИВК [8, с. 127]. Этот доклад был опубликован во 2-м выпуске «Трудов» Общества [93]. На этом же заседании был заслушан отчет К.П. Герда об этнографическом изучении д. Малиновки. За помощь в проведении антропологического обследования в сентябре Ф.В. Стрельцов и К.П. Герд из Академии наук получили благодарственные письма [8, с. 127; 73, л. 35]. Из отчета, подготовленного Ф.В. Стрельцовым, известно, что Г.И. Петровым планировалось предоставить для публикации в 1927 г. в «Трудах» Общества «рукопись в 4 листа под заглавием «Материалы по антропологии удмуртов», куда должны были войти «рисунки, диаграммы, одна карта и целая глава “О человеке с точки зрения производительных сил Вотского края”» [10, с. 225]. Однако собранный в ходе экспедиции материал остался необработанным.

По инициативе члена Научного общества по изучению Вотского края М.М. Аммосова, возглавлявшего Облздравотдел ВАО, в период с декабря 1926 г. по январь 1927 г. было организовано подворное обследование жилищно-бытовых и санитарных условий жизни крестьян Советской и Бурановской волостей Ижевского уезда Удмуртии [8, с. 129]. Для проведения обследования были созданы две комиссии, в состав которых входили два врача и «лекпом» -помощник лекаря. В работе первой комиссии, исследовавшей в декабре 1926 г. в Советской волости русскую д. Средний Постол и удмуртскую д. Кулай-Норью, приняли участие врачи Меклер, Феофилактова и лекпом Михайлов. В январе следующего года комиссия в составе врачей Меклера, Сысоева и лекпома

Медведева приступила к обследованию удмуртской д. Егорово Бурановской волости. На основании собранных материалов врачем-обследователем Мекле-ром, очевидно ответственным за работу обеих комиссий, был составлен подробный «Отчет обследования жилищно-бытовых условий деревни в Вотоб-ласти», который был опубликован в 3-м выпуске «Трудов» НОИВК [94]. В отчете содержится богатая этнографическая информация, обобщенная на основе данных заполненных в ходе работы комиссий специальных анкет. В первой анкете содержались вопросы, относившиеся к санитарно-бытовому состоянию двора, к особенностям питания, религиозным и обрядовым «навыкам» его обитателей. Вторая анкета имела характер индивидуальной санитарной карты, «охватывающей всю личную жизнь индивидуума». О месте нахождения этих первичных данных в настоящее время информации не имеется.

Сохранилось датированное 15 ноября 1926 г. заявление К.П. Герда, в котором он просит НИИ народов Востока11 предоставить ему командировку в пределы южных волостей Можгинского уезда ВАО в период с 10 декабря 1926 г. по 5 января 1927 г. для изучения удмуртского жилища, сбора фольклорного материала и материала по обычному праву удмуртов [73, л. 50]. Учитывая, что по воспоминаниям удмуртского писателя и драматурга И.Г. Гаврилова, зимой

1926 г. К.П. Герд действительно находился в Можге, посещал Можгинский педагогический техникум [95, с. 64-65], можно с большой степенью вероятности предположить, что его просьба администрацией института была удовлетворена. Однако другой информацией об этнографической работе К.П. Герда зимой 1926-1927 гг. в Можгинском уезде ВАО в настоящее время мы не располагаем.

Летом 1927 г. К.П. Герд выполнял обязанности «технического» руководителя удмуртского отряда Восточно-финской экспедиции Института народов Востока, которая являлась частью 1-й этнолого-лингвистической экспедиции известного финно-угроведа Д.В. Бубриха, изучавшей в это время мордовские языки. Вместе с К.П. Гердом в работе экспедиции приняли участие два удмуртских аспиранта Института народов Востока - И.Д. Дмитриев(-Кельда) и Я.И. Ильин. Основное внимание члены экспедиции, учитывая ее лингвистическую направленность, уделили сбору фольклорного и языкового материала. К.П. Герд также вел фотосъемку и записывал образцы устного народного творчества на фонограф [73, л. 20, 50, 53, 88]. 20 сентября К.П. Герд обратился к администрации НИИ народов Востока с просьбой продлить его командировку до 20 октября, мотивируя это необходимостью изучения обряда «Портмаськон» в селениях Новомултанской волости Ижевского уезда и Вавожской волости Можгинского уезда, а также «окончательного обследования» моления «Бул-да-вось» в Алнашской волости Можгинского уезда. Однако, как следует из подготовленного К.П. Г ердом отчета, командировка ему не была продлена,

11 С осени 1926 г. К.П. Герд продолжил учебу в аспирантуре Института народов Востока. http://elibrary.ru/title_about.asp?id=33940 ИДНАКАР № 2 (19) 2014

12

очевидно, по финансовым соображениям . Местонахождение собранного участниками экспедиции материала в настоящее время не установлено. Часть собранных данных К.П. Герд использовал при написании своих статей [61; 96; 97; 98; 99 и др.].

Летом 1927 г. по сценарию Г.Э. Гребнера режиссер А.А. Дмитриев совместно с киностудией «Межрабпом-Русь» приступил к съемкам художественно-этнографического фильма «Соперницы» в удмуртской д. Нижние Юри Большекибьинской волости Можгинского уезда [100]. В ходе рассмотрения в Совнацмене Наркомпроса сценария фильма к нему возникло ряд замечаний. «Однако, - как позднее писал председатель Общества по изучению Вотского края С.Т. Перевощиков, - эти замечания Совнацмена Наркомпроса не охватывают полностью отдельных неточностей, вкравшихся в сценарий по незнанию автором мелких деталей из вотского быта и обычаев» [101, с. 151]. Для более точного отражения в фильме реалий удмуртского быта, в частности религиозной обрядности удмуртов, осенью 1927 г. им была предпринята этнографическая экспедиция в д. Туташево Большекибьинской волости. Собранные материалы, а также замечания по сценарию фильма были опубликованы в 5-м выпуске «Трудов» Общества [102; 103]. С учетом поступивших предложений летом 1928 г. отдельные фрагменты киноленты были пересняты. Премьера фильма состоялась 16 апреля 1929 г. [104].

В рамках борьбы с малярией в Удмуртии, как и по всей стране, в 1920-е гг. активно действовали малярийные отряды. Работы, направленные на выявление опасных очагов заболевания, были связаны с обследованием значительных территорий Вотской АО, что позволило врачу А.Н. Семакину, принимавшему участие летом 1927 г. в деятельности одного из таких отрядов, собрать богатый материал относительно быта, традиций, обычаев и религиозных верований удмуртов, бесермян, татар и русских Ижевского и Глазовского уездов. Свои наблюдения он изложил в статье «Северо-Восточная часть Вотской области», которая была напечатана в 5-м выпуске «Трудов» областного краеведческого общества [105].

В Глазовском уезде летом 1927 г. возобновила работу археологическая экспедиция С.Г. Матвеева и А.П. Смирнова. Первый приступил к изучению городища Иднакар, а второй продолжил начатые в 1926 г. раскопки на Донды-каре [88, с. 37; 89, с. 14, 233, 235]. Материалы раскопок были использованы

А.П. Смирновым при подготовке работы «Дондыкарское городище», в которой он относит памятник к числу «восточно-финских» и датирует X-XII вв. [87].

12 В тот же день, 20 сентября, К.П. Г ерд в письме просил администрацию НИИ народов Востока разрешить ему принять участие 30 сентября в работе конференции по проблемам удмуртского языка, указывая, что «проезд и суточные за счет конференции». Разрешение было получено. На конференции К.П. Герд выступил с докладом «Вотский фольклор и его значение в создании литературного языка». См.: НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. 2-Н. Д. 923а. Л. 53-54, 61-62.

Позднее, в своих работах данный археологический объект он однозначно связывает с удмуртами [106, с. 234]. Коллекции вещей с Дондыкарского городища. были переданы в фонды Удмуртского национального музея [89, с. 235]. Отчет об исследованиях Дондыкарского городища в настоящее время хранится в фондах Национального музея УР, а также в Отделе рукописных источников Государственного исторического музея. Дневник ракопок С.Г. Матвеева находится в архиве Института истории материальной культуры [89, с. 233].

В 1928 г. Научное общество по изучению Вотского края обратилось к аспиранту Института народов Востока Я.И. Ильину с просьбой совершить на средства Общества экспедиционную поездку по Можгинскому уезду для изучения удмуртского моления, известного во многих местностях расселения южных удмуртов под названием «Булда». В отчете Ф.В. Стрельцова о деятельности общества за 1928-1929 гг. указывается, что «работа по этому вопросу у Ильина готова и может быть напечатана в следующем бюджетном году» [66, с. 225]. Однако труд Я.И. Ильина не был издан, судьба его рукописи в настоящее время неизвестна.

В конце августа - начале октября 1928 г. в Глазовском уезде Вотской АО работала Удмуртская этнографическая экспедиция, организованная по инициативе К.П. Герда Глазовским краеведческим музеем и Домом удмуртской культуры при финансовой поддержке Г лазовского уездного отдела народного образования [107; 108; 109]. Тема экспедиции - «Труд и быт удмуртских детей». Дабы поднять статус экспедиции и привлечь дополнительные средства К.П. Герд обратился в учебную часть Института народов Востока с просьбой считать экспедицию подведомственной Институту [73, л. 64]. В работе научного отряда приняли участие чертежник института Я.Ф. Кочетков, директор глазов-ского музея В.И. Чиркова и удмуртский литератератор Ф. Пономарев. В отчете работы экспедиции К.П. Герд записал: «Собраны материалы по отделам: а) утробный период удмуртского ребенка; б) родильные обряды, в) грудной возраст, г) дошкольный возраст, д) школьный возраст, е) игрушки и игры вотских детей, ж) детская одежда, з) лечение детских болезней у вотяков... Записано и заснято 79 игр, 15 детских игрушек, 12 текстов детских песен и 12 мелодий (на фонографе), сделано 456 фотоснимков, 30 зарисовок детской одежды» [24, с. 60-61]. Столь обширная тематика экспедиции вызвала и ряд критических замечаний. В частности, в статье, опубликованной в журнале «Просвещение в Вотобласти», некто Волков писал: «В своей экспедиции тов. Герд измельчился на множество тем. Так им было охвачено 7 тем: изучение фольклора, быта детей, льноводство, ткачество, знахарство, одежда, жилище, а в результате от этой экспедиции ничего» [110, с. 38].

Несколько ранее, в июне-июле 1928 г., в Глазовском уезде продолжили свои исследования в области археологии «финнов Средней России» С.Г. Матвеев и А.П. Смирнов. Отряд первого, в работе которого принимали участие и местные исследователи-энтузиасты (В.Ф. Вильмон, И.Ф. Ившин,

В.И. Чиркова) производил раскопки на городище Иднакар [111; 112]. В работе археологического отряда А.П. Смирнова помимо штатного сотрудника П.М. Овчинникова участвовали члены глазовского отделения НОИВК -А.И. Михайлов, Р.А. Михайлов и З.К. Лекомцев. В период с 29 июня по 22 июля А.П. Смирновым проводилось исследование могильников Бигершай и Вужшай в окрестностях с. Адам Понинской волости Глазовского уезда. С 22 по 27 июля участники экспедиции провели обследование берегов реки Пызеп на предмет выявления археологических памятников. Отряд прошел по маршруту: Солдырь

- Полом - Кортышево - Баскобай - Попогово - Силенки - Тименки - Ягошур -Камень - Водопий - Логошур - Курегово - Кабаново. В результате было выявлено 7 новых памятников археологии и обследовано уже известное городище Бабакар [16, с. 17; 113]. Отчеты по раскопкам хранятся в архивах

санкт-петербургского отделения Института археологии РАН, в отделе письменных источников Государственного исторического музея и в Национальном музее УР [16, с. 16-19; 88, с. 37; 89, с. 233, 235].

Летом 1928 г. изучением антропологии удмуртов занимался один из отрядов Комплексной экспедиции Антропологического научно-исследовательского института при 1-м МГУ. Возглавлял проводившуюся работу П.И. Зенкевич [114, с. 13]. В этом же году изучение этнографии удмуртов возобновилось при Вятском НИИ краеведения. К работе был привлечен сотрудник из ВАО И.И. Савостьянов [58, с. 193]. Однако о характере проводившихся вятским научным центром исследований в настоящий момент нам ничего неизвестно. Несколько ранее, в 1926 г., удмуртским студенчеством в Вятке было учреждено отделение московского Общества по изучению удмуртской культуры [115, с. 149].

В августе 1929 г. на севере Удмуртии на средства Главнауки и глазовского Дома удмуртской культуры работали сразу три этнографические экспедиции, изучавшие быт и традиционную культуру удмуртов. Возглавляли их удмуртские аспиранты Института народов Востока К.П. Г ерд и Я.И. Ильин, а также аспирант Института научной педагогики при 2-м МГУ И.Я. Поздеев. Экспедиция под руководством К.П. Герда работала по программе изучения тем: «Труд и быт удмуртских детей» и «Жилища глазовских удмуртов». Параллельно с этим по заданию Облздрава и на средства Наркомздрава К.П. Г ерд обследовал бытовые условия и особенности водоснабжения удмуртской деревни. Кроме того, по просьбе Д.В. Бубриха, он собирал языковой материал [66, л. 225-226; 73, л. 20,

13

76]. Я.И. Ильиным в окрестностях сел Парзи и Ягошур Глазовского ёроса и Святогорье Святогорского ёроса проводилось исследование влияния революционных перемен на земледелие удмуртов. В свою очередь И.Я. Поздеев изучал

13 В период с лета 1929 г. и по 11 марта 1934 г. административные районы Вотской (с 1932 г. Удмуртской) автономной области назывались «ёросами» (удм. ёрос ‘район; округ’). См.: Справочник по административно-территориальному делению Удмуртии. 1917-1991 гг. Ижевск, 1995. С. 117-118.

15 июля 1929 г. был образован Нижегородский край в составе Нижегородской области, Чувашской АССР, Вотской АО и Марийской АО

(Схематическая карта Нижегородского кран♦ 19.10 год

в селениях Глазовского и Уканского ёросов особенности традиционного воспитания удмуртских детей. По окончании экспедиций, как сообщалось в печати, в Доме удмуртской культуры Глазова должны были быть сделаны научные доклады, материалы экспедиций планировалось передать в глазовское краеведческое общество [116; 117]. В настоящее время судьба собранных этнографических материалов неизвестна. Составить представление об их несомненно высокой научной ценности можно по ряду публикаций в глазовской газете «Выль гурт» и журнале «Просвещение в Вотобласти». Я.И. Ильиным для газеты была подготовлена статья «Палъёсмес эскерон котырын» («(Вокруг изучения нашего края»), содержащая подробное описание быта, религиозных обрядов и земледельческих занятий северных удмуртов [118]. Там же была напечатана статья одного из участников экспедиции в Красногорский ёрос студента

А. Устюжанина «Красногор ёросысь удмурт нылкышнолэн куиськон ужэз» («Занятие ткачеством удмуртских женщин Красногорского ёроса»), избравшего для написания дипломной работы соответствующую тему [119]. В 1929 г. по материалам экспедиции была опубликована единственная известная на сегодняшний день работа И.Я. Поздеева «Народная педагогика удмуртов» - одна из первых в нашей стране работ по этнопедагогике [120].

В 1920-е гг. остро встала проблема унификации норм удмуртского правописания и определения диалектной основы удмуртского литературного языка, в связи с чем по инициативе и на средства Облоно летом 1929 г. в Удмуртии работала лингвистическая экспедиция под руководством Д.В. Бубриха. В ее работе участвовали 15 человек - трое русских, остальные удмурты: по четыре человека из южных, центральных и северных районов Вотской АО [121]. Помимо языковедческого материала, который, по словам Д.В. Бубриха, «в количественном отношении представляет собою мировой рекорд» [122], были собраны интересные сведения, относящиеся к этнографии удмуртов (фольклорные произведения, описания обрядов, генеалогические предания, удмуртские антропонимы), до сих пор маловостребованные современными авторами. После создания в 1931 г. Удмуртского комплексного НИИ все полевые записи экспедиции были переданы в архив института [123].

Летом 1929 г. помимо исследований, уже не первый год проводившихся в Удмуртии археологами С.Г. Матвеевым и А.П. Смирновым [89, с. 14, 233, 235], археологические изыскания в районах расселения так называемых «внеобла-стных» удмуртов (то есть удмуртов, проживавших за пределами Вотской АО) проводил палеоэтнологический отряд Комплексной экспедиции Антропологического научно-исследовательского института 1-го МГУ [88, с. 38-39]. Другой отряд этой же экспедиции, которым руководил П.И. Зенкевич, продолжил начатое в 1928 г. антропологическое изучение удмуртов ВАО [114, с. 13]. В том же году на страницах «Русского антропологического журнала» опубликовал результаты своих изысканий П.П. Зам [124]. Он в течение нескольких лет проводил обследование призывников, учащихся глазовских школ и пациентов местно-

Маршрут Удмуртской экспедиции 1930 г,

Иллюстрация из:

«Удмурты: Проспект трудов этнографической экспедиции Центрального музея народоведения и Вотского областного музея». М.-Ижевск, 1931.

го тубдиспансера удмуртской, бесермянской и татарской национальностей -уроженцев Глазовского уезда ВАО.

В летние месяцы 1930 г. было организовано совместное изучение этнографии удмуртов Вотской АО сотрудниками Центрального музея народоведения и Областного краеведческого музея. В работе удмуртской экспедиции, которую возглавил заведующий финским отделом Центрального музея народоведения М.Т. Маркелов, участвовали сотрудник этого же учреждения В.Н. Белицер, работник областного музея Г.Ф. Сидоров и московский художник И.С. Ефимов. Вкратце о целях и задачах экспедиции сообщалось в статье ее руководителя, опубликованной в «Ижевской правде» [125]. В ходе работы, продолжавшейся три с половиной месяца, участники научной экспедиции посетили селения Ма-лопургинского, Можгинского, Шарканского, Дебесского, Балезинского и Глазовского ёросов. Были собраны материалы, относящиеся к самым различным сторонам духовной и материальной культуры удмуртов, сделано значительное число фотографий и рисунков. О предварительных итогах экспедиции рассказывалось в статье В.Н. Белицер [126]. Всего же, как сообщалось в проспекте трудов экспедиции, опубликованном в 1931 г., «все собранные экспедицией материалы могут быть оформлены в количестве 20 печ. листов» [114, с. 68].

В том же году развернула свою работу Удмуртская комплексная экспедиция НИИ народов Советского Востока под общим руководством академика

Н.Я. Марра. В ее состав входили три отряда: лингвистический, которым руководил сам академик, этнографический (М.О. Косвен, А.И. Пинт) и исторический (С.И. Шихов, В.М. Подоров) [114, с. 14-15; 127, с. 3-4]. Последний занимался выявлением материалов по истории революционного движения в Удмуртии. В работе экспедиции участвовали и местные исследователи [128]. Комплексный материал экспедиции был обобщен в статьях, опубликованных в первых двух выпусках «Ученых записок» НИИ народов Советского Востока [127; 129]. К сожалению, значительная часть ценной информации была пропущена сквозь призму набиравшего в те годы силу «нового учения о языке» Н.Я. Марра, что делает актуальным выявление и ввод в научный оборот непосредственно полевых записей экспедиции.

Одновременно с лингвистическим отрядом под руководством Н.Я. Марра в Удмуртии продолжила работу лингвистическая экспедиция, возглавляемая сторонником традиционного сравнительно-исторического языкознания Д.В. Бубрихом. 11 июня на совещании в Облоно, посвященном плану изучения удмуртского языка, он сделал сообщение о ходе обработки материала, собранного в предыдущем году, а 12 июня в помещении клуба Рабпроса выступил с докладом «Новые направления в языкознании» [130]. 17 июня в «Ижевской правде» вышла статья ученого «О лингвистических экспедициях в Вотобласти» [131]. В ходе полевого сезона 1930 г. участники экспедиции (5 человек от Ленинградского института изучения языков и 2 - от учреждений Вотской АО) планировали заняться описанием особенностей речи удмуртских детей [132;

133]. О судьбе собранных лингвистической экспедицией Д.В. Бубриха материалов нам в настоящее время ничего неизвестно.

Касаясь археологических исследований, проводившихся в 1930 г. в Удмуртии, необходимо упомянуть о раскопках А.П. Смирнова на Кушманском городище в Ярском ёросе. Его отчет о проделанной работе в настоящее время хранится в Отделе письменных источников Государственного исторического музея в фонде № 496 [16, с. 26; 89, с. 14, 235]. Несмотря на то, что это было одно из первых самостоятельных исследований, материалами своих раскопок ученый воспользовался поздно. Лишь в его обобщающем труде «Очерки древней и средневековой истории народов Среднего Поволжья и Прикамья» (1952) приводятся некоторые сведения, относящиеся к Кушманскому городищу [106, с. 202, 206].

В летний полевой сезон 1931 г. изучением этнографии удмуртов занимались Центральный музей народоведения (М.Т. Маркелов, В.Н. Белицер, И.С. Ефимов), Удмуртская экспедиция НИИ народов Советского Востока под руководством Н.Я. Марра и Удмуртский отряд Нижегородской (в 1929 г. Удмуртия вошла в состав Нижегородского края) фольклорно-лингвистической экспедиции (М.Г. Худяков, Я.Н. Корепанов, В.Н. Филиппов).

В конце марта заведующий отделом народов Урала и Поволжья Центрального музея народоведения, доцент М.Т. Маркелов обращается с письмом к председателю Удмуртского облисполкома Т.И. Иванову с просьбой оказать содействие в продолжении работы сотрудников музея в деле этнографического изучения удмуртов ВАО и удмуртов, проживающих за пределами области в Уральском крае и Башкирии. По приезду в Ижевск 1 июня М.Т. Маркелов выступил в Ижевске с докладом перед местными научными работниками и учителями, в котором рассказал об итогах экспедиции 1930 г. [134, с. 371]. Непосредственно в Удмуртии в 1931 г. этнографический отряд Центрального музея народоведения изучал удмуртов западных и северо-западных ёросов: Селтин-ского (с. Селты, д. Гора-Селты), Юкаменского (дд. Чурашур, Останопиево, Усть-Лекма, Шамардан, Абашево), Ярского (дд. Кушманская, Мосеево) и По-нинского (д. Золотарево) О ходе работы экспедиции ее участники сообщали в местной периодической печати [135]. Собранные полевые материалы в последующем были использованы В.Н. Белицер при подготовке монографии «Народная одежда удмуртов» (М., 1951) [136].

В конце июня в Ижевск прибыла комплексная экспедиция Института народов Востока, основной целью которой являлось изучение «проблемы классовой борьбы в современной удмуртской деревне в связи с процессами коллективизации и ликвидации кулака как класса» [127, с. 3-4]. Также в задачи экс-

14

педиции входило изучение деятельности «кенеша» , религиозных организаций,

14 Совсем недавно, в 1928 г., на весь Союз прогремело «Лудорвайское дело», заклеймившее удмуртский кенеш (удм. ‘сходка; совет’ - институт общинного самоуправления удмуртов) как антиреволюционный кулацкий орган и положившее начало массовой коллективизации в

ведение антирелигиозной работы, изучение хода национального строительства в Удмуртии, сбор языкового материала [137; 138]. 17 июля в Удмуртском клубе участники экспедиции прочитали доклады, в которых раскрывалась цель экспедиции [138]. Материалы этой экспедиции до сих пор не выявлены, не обработаны и не опубликованы.

Основной целью Удмуртского отряда Нижегородской экспедиции являлось выявление «культово-обрядовых пережитков» среди удмуртского и русского населения Удмуртии, а также ведение антирелигиозной пропаганды. Отряд работал главным образом в южных районах ВАО и посетил следующие населенные пункты: Чумали, Старый Утчан, Новый Утчан, Верхний Тоймобаш, Юртошур-Какси, Ягул-Какси, Замостные Какси, Юбери, Пойкино, Нижние Юри, Шаркан [139]. Осенью о результатах экспедиции на заседании сектора архаической формации Г осударственной академии истории материальной культуры (ГАИМК) рассказали М.Г. Худяков и В.Н. Филиппов [140, с. 28]. О работе экспедиции в печати появились две заметки: в разделе Хроника «Сообщений» ГАИМК и в журнале «Антирелигиозник» [139; 141, с. 39]. Место нахождения полевых материалов экспедиции в настоящее время не установлено.

В июне 1931 г. в Удмуртию приехал сотрудник Государственного исторического музея А.П. Смирнов, возглавивший Удмуртскую экспедицию секции археологии Государственной академии искусствознания и Исторического музея [88, с. 37; 89, с. 14, 235]. Перед ученым стояла задача изучения памятников Х-ХУ1 веков. В разведочно-раскопочных мероприятиях в пределах восточных и северо-восточных ёросов участвовали и работники Ижевского краеведческого музея. В следующем, 1932 г., А.П. Смирнов совместно с сотрудниками Областного краеведческого музея организовал археологическое обследование южных Малопургинского и Алнашского ёросов Удмуртии [16, с. 21]. Материалы раскопок 1932 г. не получили отражения в научной литературе. Причина, по которой А.П. Смирнов предпочел «забыть» на некоторое время о своих исследованиях в Удмуртии, очевидна: в 1932 г. в результате сфабрикованного дела «СОФИН» репрессиям подверглись многие представители научной общественности, в той или иной мере связанные с изучением истории и этнографии удмуртов15. Только по упомянутому делу из числа названных нами лиц, были

Удмуртии. См. Войтович В.Ю. Лудорвайское дело и его последствия для России // Вестник Удмуртского университета. Ижевск, 2010. Вып. 1. С. 78-82.

15 Как полагает один из исследователей научного творчества А.П. Смирнова Овчинников А.В., именно политическая обстановка в стране заставила уже известного к тому времени ученого переключиться с проблем археологии финно-угорских народов Прикамья на исследование древностей Волжской Булгарии. См. Овчинников А.В. Научная и педагогическая деятельность А.П. Смирнова // Гасырлар авазы - Эхо веков. Казань, 2007. № 1. С. 79-85. Не последнюю роль, по-видимому, сыграла и статья М.Г. Худякова, в которой хотя и справедливо, но в весьма резкой форме критиковалась (без указания ее непосредственного автора) концепция «финского феодального государства» в бассейне Чепцы, развивавшаяся в публи-

преданы суду К.П. Герд 16 , Т.К. Борисов, М.Т. Маркелов, И.Д. Дмитриев (-Кельда), Ф.В. Стрельцов, Я.И. Ильин.

Не удивительно, что созданный в 1931 г. Удмуртский комплексный НИИ, призванный стать руководящим центром научных исследований, не организовал в первой половине 1930-х гг. ни одной сколько-нибудь значимой этнографической экспедиции. Наиболее важным достижением этого периода можно считать составленную С.П. Жуйковым «Этнографическую карту Удмуртской АССР». Им же была подготовлена и первая «Диалектологическая карта удмуртского языка». Обе работы были отпечатаны в 1935 г. [142; 143]. В течение ряда лет (1933-1935 гг.) основное внимание было уделено подготовке и проведению нескольких фольклорно-лингвистических экспедиций под руководством композитора Д.С. Васильева-Буглая [144]. Летом 1933 г. участники фольклорных экспедиций работали в Глазовском и Можгинском ёросах Удмуртской АО. В конце марта - начале апреля 1934 г. Д.С. Васильев-Буглай и заведующей сектором языка и литературы Удмуртского НИИ Д.И. Корепанов занимались сбором фольклорно-диалектологического материала в Увинском, Селтинском, Як-шур-Бодьинском и Шарканском районах. В 1935 г. в течение 25 дней в северных районах республики (статус автономии изменен 28 декабря 1934 г.) работала фольклорная экспедиция Удмуртского НИИ в составе семи человек, из которых трое были привлечены из других учреждений [27, с. 72, 73].

Из статьи А.П. Смирнова «Памятники феодального строя среди удмуртов», посвященной итогам работы в 1936 г. (см. ниже) возглавлявшейся им археологической экспедиции, можно узнать, что в 1935 г. Удмуртским областным музеем краеведения было обследовано Верхнеутчанское городище в Алнашском районе УАССР [145, с. 182, 194]. Однако в подготовленном Т.И. Останиной сводном катологе археологических коллекций Национального музея Удмуртской Республики сведений об этой экспедиции не содержится [146].

Весной и летом 1936 г. Удмуртским научно-исследовательским институтом социалистической культуры была организована работа сразу трех научных

кациях А.П. Смирнова. См. Худяков М.Г. Несколько слов по поводу новой экспозиции Исторического музея // Сообщения ГАИМК. 1931. № 9-10. С. 71-72.

16 В 1929 г. К.П. Герд отправил в Финляндию для ознакомления первую часть свой диссертации «Родильные обряды и восточно-финская колыбель». В сопроводительном письме сообщалось о желании исследователя поделиться с финскими коллегами своей богатой коллекцией фотографий по этнографии удмуртов. Однако это намерение, к нашему сожалению, не было реализовано. Часть рукописи научного труда под названием «Человек и его рождение у восточных финнов» впервые была опубликована в переводе на удмуртский язык («Адями но солэн вордйськемез») на страницах журнала «Кенеш» (1990. № 9-12; 1991. № 1-3), полностью в 1993 г. - Gerd K. Ethnographica: Человек и его рождение у восточных финнов, Helsinki, 1993. (Suomalais-ugrilaisen seuran toimituksia: 217). Со списком утраченных работ К.П. Герда, составленным его библиографом Ф.К. Ермаковым, можно ознакомиться на сайте Национальной библиотеки Удмуртской Республики. Режим доступа: narodudm.unatlib.org.ru - презентация «Кузебай Герд: жизнь и творчество».

7 декабря 1934 г. образован Кировский край, в состав которого вошла Вотская АО.

экспедиций: фольклорной, археологической и лингвистической. Участники фольклорной экспедиции под руководством Д.С. Васильева-Буглая в марте -начале апреля посетили населенные пункты пяти районов Удмуртии, в которых им удалось записать 91 песню, 30 четверостиший, 200 народных загадок и 15 сказок. Кроме того, были зафиксированы биографии 28 красноармей-цев-азинцев. Художником экспедиции было сделано 38 зарисовок, а фотографом

- 35 снимков [27, 73-74; 66, с. 198-199, 295]. Кратко об итогах работы экспедиции Д.С. Васильев-Буглай сообщил в статье, вышедшей 9 апреля в газете «Ижевская правда» [147]. Все полученные материалы были переданы в архив института.

В период с мая по июнь в южных и юго-западных районах Удмуртии работала археологическая экспедиция, возглавляемая теперь уже членом Московского отделения Государственной академии материальной культуры

А.П. Смирновым. Участвовали в работе экспедиции научная сотрудница Уд-НИИ Г.А. Лаговая и художник Удмуртского областного музея краеведения Д.Ф. Ладейщиков. Помимо археологического, участниками экспедиции был

17

собран значительный фольклорный и этнографический материал . Учитывая, что большинство открытых А.П. Смирновым селищ и могильников, датируемых ХУП-ХУШ вв., безусловно связано с историей расселения удмуртов, полученные археологические данные несомненно являются ценным источником для изучения повседневного быта удмуртских крестьян периода позднего средневековья. Сам ученый по этому поводу писал: «Собранный археологический и фольклорный материал позволяет охарактеризовать удмуртскую деревню ХУ-ХУШ вв.» [148, с. 112]. По результатам работы экспедиции А.П. Смирнов опубликовал две статьи [145; 148]. Полный отчет исследователя о раскопках в Удмуртской автономной области в 1936 г. храниться в Архиве Санкт-Петербургского отделения Института археологии РАН [16, с. 27; 88, с. 37].

С 1 июля по 5 августа четыре отряда лингвистической экспедиции под общим руководством доцента Удмуртского пединститута С.П. Жуйкова рабо-

17

Уникальные сведения о работе этой экспедиции сохранились в дневнике священника Ва-вожской церкви М.С. Елабужского. В записи от 17 июня 1936 г. он сообщает: «Вчера посетили меня член Академии истории материальной культуры проф. Архитектурного института Алексей П. Смирнов и Заведующий ижевским музеем Д.Ф. Ладейников, художник.. .Ладейников показал нам свои рисунки карандашом и красками весьма многих стариков, делившихся с экспедицией преданиями удмуртов, а также и видов в окрестностях Валы. По предложению Смирнова, Ладейников подарил мне красочный пейзаж вида на Вавож из-за моста, сделанный им каких-нибудь часа в два-три вечером в субботу. В оплату я подарил Смирнову два дэндора из уедокьинского и, кажется, гурезь-пудгинского шалашей. Дэндоров он еще не видал, и очень ими заинтересовался. Говорит, что дату их определить трудно, — могут они быть X в., но могут относиться и к XVIII в., при устойчивости традиций в глухих местностях». Режим доступа: http://pravosludm.narod.ru/lib/melabug/dn1801.html Дата обращения - 20.11.2013.

тали в шести районах республики, а также в местах проживания удмуртов в Татарии, Башкирии, Марийской автономной области, Кировском крае и Свердловской области. Первый отряд под руководством аспиранта Ленинградского пединситута им. А.И. Герцена В.И. Алатырева обследовал Балезинский, Юкаменский, Кезский районы УАССР и Слободской район Кировского края. Второй отряд во главе с сотрудником сектора языка УдНИИ А.С. Беловым работал в Кукморском и Балтасинском районах ТАССР, Мари-Турекском районе Марийской АО, в Янаульском и Татышлинском районах БАССР и Куединском районе Свердловской области. По итогам работы своего отряда А.С. Белов опубликовал в 1937 г. краткий отчет [149]. Третий отряд под руководством студента Удмуртского пединститута М. Горбушина работал в июле в Вавожском и Селтинском районах УАО и в Кильмезском районе Кировского края. Четвертый отряд, которым руководил аспирант М.И. Булычев, проводил исследование в Алнашском и Граховском районах Удмуртии [149, с. 121]. Участниками экспедиции был собрана чрезвычайно богатая информация не только по отдельным говорам удмуртского языка, но также по фольклору, истории и этнографии удмуртов. Весь экспедиционный материал объемом около 45 печатных листов был передан в архив Удмуртского научно-исследовательского института [150].

С осени 1936 г. и до начала 1937 г. в Удмуртии в лице А.Н. Рейнсон работала экспедиция созданного в 1932 г. в г. Загорске (официальное название Сергиева Посада в период с 1930 по 1991 гг.) единственного в мире научно-исследовательского института игрушки. Исследовательской работой было охвачено удмуртское население Якшур-Бодьинского (с. Якшур-Бодья, дд. Малая Бодья, Якшур), Зуринского (сс. Зура, Кекоран, дд. Каргурезь, Выль-гурт, Зура) и Глазовского (д. Отогурт) районов. В Глазовском же районе была обследована и бесермянская д. Васильево. В ходе изысканий экспедиции были собраны коллекции детской самодельной игрушки (150 экспонатов) и детских рисунков. Также А.Н. Рейнсон сделал несколько зарисовок из быта крестьянских детей. Все собранные материалы были переданы во Всесоюзный институт игрушки. В 9-м выпуске «Записок» Удмуртского научно-исследовательского института по итогам работы этой экспедиции была опубликована статья

А.Н. Рейнсон «Детское самодельное творчество в Удмуртии (Детская игрушка-самоделка)» [151].

В 1937 г. в УАССР работали две экспедиции фонограммархива фольклорной комиссии Института этнографии СССР, которую в то время возглавлял известный музыковед-фольклорист Е.В. Гиппиус. В состав первой экспедиции вошли сотрудник Марийского НИИ языка, литературы и истории музыковед-фольклорист Я.А. Эшпай и удмуртский писатель М.П. Петров. Собранные ими записи относились преимущественно к южным районам проживания удмуртов. Участником второй экспедиции, организованной фонограммархивом, научным сотрудником Удмуртского НИИ В.А. Пчельниковым были зафиксированы песни удмуртов центральных районов УАССР. В общей сложности было

записано 218 фонограмм [152].

Летом 1937 г. группой студентов кафедры антропологии биологического факультета Института антропологии МГУ под руководством П.И. Зенкевич по среднему течению реки Чепцы в районе с. Балезино Удмуртской АССР было проведено антропологическое обследование 144 мужчин-бесермян в возрасте от 20 до 55 лет. Одновременно в этом же районе для сравнения было обследовано 143 удмурта тех же возрастов и 90 татар. Работы производились по принятой Институтом антропологии программе. За все время, что П.И. Зенкевич работал в Удмуртии, им и его помощниками были обследованы три удмуртские (киль-мезская, чепецкая, ижевская), одна бесермянская (чепецкая) и одна татарская (чепецкая) группы. Результаты своих исследований ученый в последующем обобщил в двух статьях [153; 154].

В период с 16 июля по 16 августа 1938 г. в селениях Шарканского (с. Шаркан, дд. Нижний и Верхний Кивар), Балезинского (дд. Бурино, Чашкино, Бичемшур, Большая Юнда, Малая Юнда, Голегурт, Нурызово) и Юкаменского (дд. Пышкет, Фелимоново, Порово, Байран, Сыга) районов Удмуртии работала организованная Удмуртским научно-исследовательским институтом совместно с Музеем народов СССР этнографическая экспедиция, занимавшаяся изучением ткачества удмуртов и бесермян. От института в работе экспедиции приняла участие М.Л. Кузнецова, от Музея народов СССР - В.Н. Белицер (руководитель). Участники экспедиции сделали до 50 фотоснимков и до 100 полевых зарисовок, приобрели ряд экспонатов. В.Н. Белицер был подготовлен и опубликован в 8-м выпуске «Записок» УдНИИ предварительный отчет об итогах работы экспедиции [155], а в следующем выпуске напечатана статья «Узорное тканье и вышивка удмуртов», написанная на основе собранных экспедиционных материалов [156]. В том же году сотрудник сектора литературы и фольклора Удмуртского НИИ соцкультуры В.А. Пчельников осуществил поездку в Ва-вожский район УАССР, в ходе которой были записаны 192 удмуртские народные песни [135, с. 393].

На экспедициях 1938 г. мы заканчиваем свой обзор. Очевидно, что в 20-е -30-е гг. XX столетия, несмотря на все трудности, были выявлены и собраны самые разнообразные сведения, относящиеся к истории, языку, фольклору и этнографии удмуртского народа. Однако, если полевые данные по удмуртскому фольклору, языку и археологии в той или иной степени уже изучены и в достаточно полном объеме введены в научный оборот, то полевой материал по удмуртской этнографии, собранный в первые десятилетия советской власти, до сих пор ждет своего исследователя.

Карта, отражающая районы проведения научных экспедиций в конце 20-х - конце 40-х гг. XX в. Составитель карты неизвестен. Административное деление УАССР соответствует периоду 1937-1956 гг.

Источники и литература

1. Напольских В.В. Удмуртские материалы Д. Г. Мессершмидта. Дневниковые записи, декабрь 1726 г. Ижевск, 2001.

2. Белых С.К., Сахарных Д.М., Чураков В.С. Сорокин П.М. О расселении удмуртских родов (ориг. без названия) // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции. Ижевск, 2007. Вып. 1. С. 78-100.

3. Садиков Р.Р., Мякеля К. Рукопись Ю. Вихманна о религиозных верованиях и обрядах закамских удмуртов как ценный исторический источник // Финно-угроведение. Йошкар-Ола, 2008. № 1. С. 42-56.

4. Коробейников А.В. Удмуртский фольклор из собрания Бориса Гаврилова [электронный ресурс]. Ижевск, 2008. 1 электрон. опт. диск.

5. Герд К.П. Этнография у вотяков после революции // Этнография. 1926. № 1-2. С. 235-241;

6. Герд К.П. Глаз удмуртлэсь улон туссэ, сямъёссэ эскеромы // Выль гурт. 1928. № 31 (11 августа). С. 3.

7. Герд К.П. Удмурт улон-вылон эскерон // Гудыри. 1928. № 94 (12 августа). С. 2.

8. Стрельцов Ф.В. Научное об-во по изучению Вотского края (отчетный очерк за первые два года существования об-ва с 28 февраля 1925 г. по 28 февраля

1927 г.) // Труды НОИВК. Ижевск, 1927. Вып. 3. С. 121-135.

9. Стрельцов Ф.В. Об оживлении краеведческой работы // Удмуртское хозяйство. 1927. № 1. С. 94-96.

10. Стрельцов Ф.В. Из отчета научно-краеведческого общества по изучению Удмуртского края за период с 28 февраля 1928 по 27 февраля 1929 года // Культурное строительство в Удмуртии. Сборник документов (1917-1940). Ижевск, 1970. С. 224-226.

11. МаркеловМ.Т. Этнографическое изучение удмуртов (К десятилетию Вотской автономной области) // Этнография. 1930. № 4. С. 71-80.

12. Кузнецов П.К. Культурная революция в Удмуртской АССР. Ижевск,

1975.

13. Владыкин В.Е., Христолюбова Л.С. История этнографии удмуртов. Краткий историографический очерк с библиографией. Ижевск, 1984.

14. Семенов В.А. К истории археологических исследований в Удмуртии // Материалы к ранней истории населения Удмуртии. Ижевск, С. 3-48.

15. Куликов К.И. Первое научное общество «Б0ляк» (Соседство) и археологические исследования в Удмуртии в период его деятельности // Исследования по средневековой археологии лесной полосы Восточной Европы. Ижевск, 1991. С. 4-13.

16. Останина Т.И. Археологические исследования А. П. Смирнова на территории Удмуртии // Исследования по средневековой археологии лесной полосы Восточной Европы. Ижевск, 1991. С. 14-45.

17. Куликов К.И., Васильева О.И. Общество «Б0ляк»: величие и трагедия // Вчера, сегодня, завтра Советской Удмуртии. Ижевск, 1990. С. 101-120.

18. Васильева О.И. Удмуртская интеллигенция: формирование и деятельность. 1917-1941 гг. Ижевск, 1999.

19. Васильева О.И. Роль краеведения в подготовке национальной интеллигенции (опыт Удмуртии 1920-х гг.) // Историческая наука и историческое образование на рубеже XX-XXI столетий. Екатеринбург, 2000. С. 338-340.

20. Кельмаков В.К. Д. В. Бубрих и удмуртское языкознание: послесловие и примечания к статье «Из результатов работ Удмуртской лингвистической экспедиции 1929 г.» (к 100-летию со дня рождения) // Вопросы диалектологии и истории удмуртского языка. Ижевск, 1992. С. 29-47.

21. Каракулов Б.И. Лингвистическая экспедиция Д.В. Бубриха к удмуртам и проблема единого удмуртского литературного языка // Пермистика: диалекты и история пермских языков. Сыктывкар, 1992. С. 40-47.

22. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 338.

23. Бубрих Д.В. Из результатов работ Удмуртской лингвистической экспедиции 1929 г. // Вопросы диалектологии и истории удмуртского языка. Ижевск, 1992. С. 3-28.

24. Ермаков Ф. К. Кузебай Герд (жизнь и творчество). Ижевск, 1994.

25. Лебедева С.Х. Краткий обзор этнографических коллекций музея: этнографические экспедиции // Музей: история и современность. Ижевск, 2000. С. 57.

26. Лебедева С.Х. Этнографические экспедиции Национального музея Удмуртской республики им. К. Герда к запредельным удмуртам // Феномен Удмуртии. Ижевск, 2008. Т. VIII. Удмуртская диаспора. С. 628-630.

27. Родионов Н.А. Становление и развитие Института: 1931-1945 гг. // Институт: история и современность: К 70-летию Удмуртского института истории, языка и литературы Уральского отделения Российской академии наук. Ижевск, 2001. С. 27-77.

28. Мокшин Н.Ф. М.Т. Маркелов - исследователь этнографии восточно-финских народов // К изучению жизни и творчества Кузебая Г ерда. Ижевск, 2002. Вып. 3. С. 60-67.

29. Чураков В.С. Экспедиционный дневник М.Т. Маркелова - новый источник по этнографии удмуртов // Иднакар: методы историко-культурной реконструкции. Ижевск, 2008. № 1. С. 94-110.

30. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 11.

31. Революция для всех: Анкеты Вятского научно-исследовательского института краеведения «Влияние революции на быт нацмен» (1924-1927 гг.) / Введ. и комент.: А.Е. Загребина и А.А. Иванова. Ижевск, 2008.

32. Денисов В.Н. К вопросу о создании единой фонотеки удмуртских архивных записей: принципы, методы и технологии // Ежегодник финно-угорских исследований. Ижевск, 2010. № 1. С. 109-117.

33. Загребин А.Е. В.П. Налимов и его книга об удмуртах // Налимов В.П. Очерки по этнографии финно-угорских народов. Ижевск-Сыктывкар, 2010. С.167-169.

34. Загребин А.Е. В.П. Налимов в Удмуртии: к истории одного незавершенного проекта // Ежегодник финно-угорских исследований. 2009. С. 192-198.

35. Загребин А.Е., Чураков В.С. Вклад М.Т. Маркелова в изучение этнографии удмуртов // Вестник НИИ гуманитарных наук при Првительстве Республики Мордовия. 2012. Т. XXIII. № 3. С. 133-139.

36. Нуриева И.М. О северноудмуртских причитаниях-импровизациях (по материалам удмуртской лингвистической экспедиции 1929 г.) // Сибирский филологический журнал. 2009. № 1. С. 5-13.

37. Нуриева И.М. Становление удмуртской музыкальной фольклористики: 1920-ые гг. // История науки и техники. 2012. № 8. С. 15-20.

38. Чураков В.С. Этнографическое изучение удмуртов в первые послереволюционные десятилетия // Финно-угры-славяне-тюрки: опыт взаимодействия (традиции и новации). Ижевск, 2009. С. 436-443.

39. Чураков В.С. Обзор фольклорно-лингвистических и археоло-го-этнографических экспедиций, работавших среди удмуртов в 20-е - 30-е годы

XX века // Ежегодник финно-угорских исследований. 2010. С. 102-115.

40. Юрпалов, А. Ю. К истории научного общества по изучению Вотского края // Связующая нить этнокультуры. Ижевск, 2009. С.239-252.

41. Юрпалов А.Ю. К истории Малмыжского исторического общества // Финно-угры-славяне-тюрки: опыт взаимодействия (традиции и новации). Ижевск, 2009. С. 480-484.

42. Юрпалов А.Ю. Этнографические исследования Малмыжского музея местного края в 1920-е гг. // Вестник Удмуртского университета. Серия «История и филология». 2010. Вып. 1. С. 71-74.

43. Димитриев В.Д. Н.В. Никольский - ученый, педагог, общественный деятель // Деятели науки и культуры народов Поволжья и Урала. Уфа, 2005. Вып.

1. С. 58-112.

44. Никольский Н.В. Сборник исторических материалов о народностях Поволжья. Казань, 1919.

45. Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии. Сборник документов и материалов (1917-1918 гг.). Ижевск, 1957.

46. Павлов Н.П. Всероссийские съезды удмуртов // Вчера, сегодня, завтра Советской Удмуртии. Ижевск, 1990. С. 65-81.

47. Хрестоматия по истории Удмуртии. Т. II. Ижевск, 2007.

48. Суворова З.В. Педагогические идеи удмуртского просветителя И.С. Михеева. Ижевск, 1990.

49. Доклад М.Г. Худякова под названием «Вотские родовые деления» был опубликован в: ИОАЭИ. Казань, 1920. Т. XXX. Вып. 3. С. 339-356; там же, 1920. Т. XXXI. Вып. 1. С. 1-18.

50. Протоколы общих собраний и заседаний Совета Общества археологии, истории и этнографии при государственном Казанском университете за 1919 г. // ИОАИЭ. Казань, 1919. Т. XXX. Вып. 2.

51. Бобровников Н.А. Об учреждении Востоковедной комиссии // ИОАИЭ. Казань, 1919. Т. XXX. Вып. 2. С. 167-174.

52. Бобровников Н.А. Об экспедиции для обследования языка и быта вотяков // ИОАИЭ. Казань, 1919. Т. XXX. Вып. 2. С. 175-187.

53. Сидорова И.Б. Поступают «сведения о группировке черносотенного элемента в Обществе археологии, истории и этнографии при казнском университете...» (ОАИЭ в первые годы советской власти, 1917-1924) // Гасырлар авазы

- Эхо веков. 2003. № 3-4. С 65-81.

54. К истории образования удмуртской автономии. Сборник документов. Ижевск,1960.

55. Суворова З.В. Педагогические идеи удмуртского просветителя И.С. Михеева. Ижевск. 1990.

56. НоЫЬв^ и. Permalaisten шкоПю. Ро^оо, 1914.

57. Емельянов А.И. Курс по этнографии вотяков. Казань, 1921.

58. Лаптев П.И. Краткий обзор деятельности Вятского научно-исследовательского института краеведения (1922-1928) // Вятский педагогический институт имени В.И. Ленина. 1918-1928. Вятка, 1928. С. 179-203.

59. Глезденев П.П. К вопросу о научной разработке языков: мари, удмурт и коми // Известия Вятского научно-исследовательского института краеведения. Вологда, 1922. № 1. С. 47-50.

60. Герд К.П. Вотяк в своих песнях // Вотяки. Сборник по вопросам экономики, быта и культуры вотяков. М., 1926. Кн. 1. С. 7-41.

61. Герд К.П. Вотяк в своих песнях. Песни о революции // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 5. С. 127-134.

62. Луппов П.Н. Работа по краеведению в Вятско-Ветлужской области // Вятская жизнь. 1924. № 2. С. 83-84.

63. Перевощиков С. Т. Бесермяне в Вотобласти // Ижевская правда. 1923. № 147 (4 июля). С. 4.

64. Перевощиков С.Т. Еще о бесермянах // Ижевская правда. 1923. № 158.

С. 4.

65. Перевощиков С.Т. К материалу о бесермянах // Труды НОИВК. Ижевск, 1926. Вып. 1. С. 60-62.

66. Культурное строительство в Удмуртии: Сборник документов.

1917-1940. Ижевск, 1970.

67. Лукаш Б.С. Деятельность Вятского научно-исследовательского института краеведения и состоящих при нем учреждений в 1923-24 году // Труды Вятского научно-исследовательского института краеведения. Т. I. Вятка, 1925. С. 85-94.

68. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 462б.

69. Загребин А.Е, Иванов А.А. Анкеты 1920-х гг.: из документального наследия Вятского института краеведения // Отечественные архивы. 2008. № 4. С. 76-83

70. Петропавловский. Этнографическая экскурсия в дер. Пунем Нылги-жикьинской волости Ижуезда (из материалов ОБОНО). Под ред. Ф.В. Стрельцова // Труды НОИВК. Ижевск, 1926. Вып. 2. С. 96-109.

71. Крестьянский двор середняка-удмурта с. Нылги-Жикья Ижевского уезда (из материалов Обоно). Под ред. Ф.В. Стрельцова // Труды НОИВК. Ижевск, 1926. Вып. 2. С. 110-115.

72. Хроника // Вотяки. Сборник по вопросам экономики, быта и культуры вотяков. Кн. 1. М., 1926.

73. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. 2-Н. Д. 923а.

74. Герд К.П. Изучайте свой край // Ижевская правда. 1926. № 95 (27 апреля). С. 1.

75. Герд К.П. Общественно-экономическое изучение Вотского края // Ижевская правда. 1926. № 103 (8 мая). С. 2.

76. Герд К.П. Наш музей // Ижевская правда. 1926. № 118 (26 мая). С. 4.

77. Перевощиков С. Т. О вотяках дер. Шудзи Советской волости Ижевского уезда // Труды НОИВК. Ижевск, 1926. Вып. 2. С. 77-81.

78. Налимов В.П. Вотяки (этнографический очерк) // Ижевская правда. 1926. № 221 (28 сентября). С. 2; № 222 (29 сентября). С 2.

79. Кузнецов Н.С. 1994. Из мрака... Ижевск, 1994.

80. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 420.

81. Налимов В.П. Отчет этнографической экспедиции за 1926 г. // Налимов

B.П. Очерки по этнографии финно-угорских народов. Ижевск-Сыктывкар, 2010.

C.174-318.

82. Жуйков С.П. Удмуртъёслэн бадзым в0сьсы // Кенеш. 1927. № 7-8. С 70-72.

83. Налимов В.П. Священные рощи удмуртов и мари // Охрана природы. 1928. № 4. С. 6-8.

84. Ившин И.Ф. Находки археологической экспедиции 1926 года в Гла-зовском уезде. Предварительное сообщение // Труды НОИВК. Ижевск, 1927. Вып. 3. С 77-80.

85. Матвеев С.Г. Городище Сабанчи-кар // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 4. С. 5-17.

86. Матвеев С.Г. Могильник Чем-шай // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 4. С. 18-25.

87. Смирнов А.П. Дондыкарское городище // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 4. С. 26-61.

88. Археологические экспедиции Государственной академии истории материальной культуры и Института археологии Академии наук СССР. 1919-1956. Указатель. М., 1962.

89. Иванов А.Г., Иванова М.Г., Останина Т.И., Шутова Н.И. Археологическая карта северных районов Удмуртии. Ижевск, 2004.

90. Стрельцов Ф.В. Археологические памятники Вотского края // Труды НОИВК. Ижевск, 1926. Вып. 1. С. 53-59.

91. Стрельцов Ф.В. Археологические памятники и палеонтологические находки Вотской автономной области // Труды НОИВК. Ижевск, 1927. Вып. 3.

С. 61-76; Вып. 5. С. 73-79.

92. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. Оп. 2-Н. Д. 462а.

93. Петров Г.И. Несколько слов по поводу антропологического обследования Вотобласти // Труды НОИВК. Ижевск, 1926. Вып. 2. С. 84-90.

94. Меклер. Отчет обследования жилищно-бытовых условий деревни в Вотобласти // Труды НОИВК. Ижевск, 1927. Вып. 3. С. 46-60.

95. Гаврилов И.Г. Тодам ваисько. Ижевск, 1978.

96. Gerd K. Über die Rätselabende bei den Wotjaken // Ungarische Jahrbücher. Band VIII. Berlin, 1928. S. 394-395.

97. Герд К. К изучению удмуртских загадок // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 5. С. 119-126.

98. Герд К. Мадькылъёс // Просвещение Вотобласти. 1930. № 2-3.

С. 48-59.

99 Герд К. Удмурт калык ас кырзанъёсаз. Революци сярысь удмурт кырзанъёс // Выль гурт. 1928. № 34 (1 сентября). С. 2-3; Там же. № 35 (8 сентября). С. 3.

100. Федорова И.М. Фильм «Соперницы» как этнографический источник // Связующая нить этнокультуры. Ижевск, 2009. С. 193-199.

101. Перевощиков С.Т. Кино-экспедиции Межрабпом-Русь по съемке картины «Соперницы» // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 5. С. 151-152.

102. Перевощиков С.Т. Порядок семейного моления в куале // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 5. С. 153.

103. Перевощиков С.Т. Порядок общественного, по окончании полевых работ, моления // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 5. С. 154-157.

104. Режим доступа: http://www.kino-teatr.ru/kino/movie/sov/10188/annot/ Дата обращения - 20.11.2013.

105. Семакин А.Н. Северо-Восточная часть Вотской области. (Впечатления, полученные от поездки в малярийном отряде летом 1927 г.) // Труды НОИВК. Ижевск, 1928. Вып. 5. С. 43-58.

106. Смирнов А.П. Очерки древней и средневековой истории Среднего Поволжья и Прикамья // МИА. Т. XXVIII. М., 1952.

107. Глаз утеме Москваысь экспедиция лыктэ // Выль гурт. 1928. № 31 (11 августа). С. 3.

108. Герд К.П. Глаз удмуртлэсь улон-туссэ, сямъёссэ эскеромы // Выль гурт. 1928. № 31 (11 августа). С. 3.

109. Герд К.П. Удмурт улон-вылон эскерон // Гудыри. 1928. № 94 (12 ав-

Чураков В.С. Фольклорно-лингвистические и археолого-этнографические... густа). С. 2.

110. Волков. Реконструктивный период и задачи краеведения // Просвещение в Вотобласти. 1930. № 1. С. 36-39.

111. Пономарев Ф. Археологъёс вуизы // Выль гурт. 1928. № 25 (30 июня).

С. 4.

112. Пономарев Ф. Раскопкаос валляла улэмъёсты возьмато // Выль гурт. 1928. № 28 (21 июля). С. 4.

113. Смирнов А.П. Могильник Бигершай // Светская археология. 1937. № 4.

С. 239-248.

114. Удмурты: Проспект трудов этнографической экспедиции Центрального музея народоведения и Вотского областного музея. М.-Ижевск, 1931.

115. Луппов П.Н. О работе Вятского педагогического института им.

В. И. Ленина по линии нацмен // Вятский педагогический институт им.

B. И. Ленина. 1918-1928. Вятка. С. 148-149.

116. Изучение быта удмуртов // Ижевская правда. 1929. №2 183 (14 августа).

C. 4.

117. Удмуртъёслэсь улэм-вылэмзес эскерон // Выль гурт. 1929. № 32 (10 августа). С. 4.

118. Ильин Я.И. Палъёсмес эскерон котырын // Выль гурт. 1929. № 49 (29 ноября). С. 5; Там же. № 52 (14 декабря). С. 4-5.

119. Устюжанин А. Красногор ёросысь удмурт нылкышнолэн куиськон ужэз // Выль гурт. 1929. № 36 (7 сентября). С. 5.

120. Поздеев И.Я. Народная педагогика удмуртов // Просвещение в Вотобласти. 1929. № 4-5. С. 67-77.

121. Корепанов Д.И.[псевд. Кедра Митрей] Удмурт кылэз эскерон. Обис-полкомлэн пуктемез Зури ёрос кыл понна шонер // Выль гурт. 1929. № 32 (10 августа). С. 4.

122. Экспедиция профессора Бубриха // Ижевская правда. 1930. № 133 (13 июня). С. 4.

123. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. 2-Н. Д. 336, 337, 338.

124. Зам П.П. Материалы к антропологии вотяков (удмуртов) Глазовского уезда Вотской автономной области // Русский антропологический журнал. 1929. Т. XVIII. Вып. 3-4. С. 7-23.

125. МаркеловМ.Т. Экспедиция Центрального музея народоведения по изучению быта удмуртов // Ижевская правда. 1930. № 125 (3 июня). С. 4.

126. Белицер В.Н. К работам этнографической экспедиции Центрального музея народоведения (Две недели работы в Вотобласти) // Ижевская правда. 1930. № 143 (25 июня). С. 4.

127. На удмуртские темы // Ученые записки НИИ народов Советского Востока при ЦИК СССР. М.-Л., 1931. Вып. 2.

128. Инкар. Изучение Вотской области. К приезду вотской комплексной экспедиции // Ижевская правда. 1930. № 140 (21 июня). С. 3.

129. Марр Н.Я. Языковая политика яфетической теории и удмуртский язык (К удмуртской экспедиции Научно-исследовательского Института народов Советского Востока) // Ученые записки НИИ народов Советского Востока при ЦИК СССР. М.-Л., 1931. Вып. 1.

130. Доклад проф. Бубриха на тему «Новые направления в языкознании» // Ижевская правда. 1930. № 132 (12 июня). С. 4.

131. Бубрих Д.В. О лингвистических экспедициях в Вотобласти // Ижевская правда. 1930. № 136 (17 июня). С. 4.

132. Экспедиция профессора Бубриха // Ижевская правда. 1930. № 133 (13 июня). С. 4.

133. Как протекает работа лингвистической экспедиции ИЛЯЗВ // Ижевская правда. 1930. № 148 (1 июля). С. 4.

134. Институт: история и современность: К 70-ти летию Удмуртского института истории, языка и литературы Уральского отделения Российской академии наук. Ижевск, 2001.

135. Белицер В.Н., Чирков. Работа этнографической экспедиции в УАО // Там же. 1931. № 160 (21 июля). С. 4.

136. Белицер В.Н. Народная одежда удмуртов. Материалы к этногенезу. М., 1951.

137. Малахов Н. Научно-исследовательскую работу - в массы. Работу экспедиции неразрывно связать с задачами строительства УАО // Ижевская правда. 1931. № 157 (17 июля). С. 2.

138. Жуйков С.П. Научная экспедиция по изучению удмуртской речи в УАО. Приезд академика Марра в Ижевск // Ижевская правда. 1931. № 157 (17 июля). С. 2.

139. Удмурт П.И. О религиозных пережитках среди удмуртов // Антирелигиозник. 1932. № 4. С. 42-43.

140. ГришкинаМ.В., Кузьминых С.В. Михаил Георгиевич Худяков как историк (вместо предисловия) // Худяков М.Г. История Камско-Вятского края: Избранные труды. Ижевск, 2008. С. 5-48.

141. Хроника // Сообщения ГАИМК. 1931. № 3.

142. Этнографическая карта Удмуртской АССР / сост. С.П. Жуйков. Л.,

1935.

143. Диалектологическая карта удмуртского языка / сост. С.П. Жуйков. Свердловск, 1935.

144. Васильев-БуглайД.С. Удмуртские песни // Записки УдНИИ. Ижевск, 1935. Вып. 1. С. 37-40.

145. СмирновА.П. Памятники феодального строя среди удмуртов (IX-XIII вв.) (Отчет археологической экспедиции по изучению реки Валы) // Записки УдНИИ. Ижевск, 1937. Вып. 7. С. 177-195.

146. Археологические коллекции Национального музея Удмуртской Республики им. К. Герда: каталог / сост. Т.И. Останина. Ижевск, 2004.

147. Васильев-Буглай Д.С., Гаврилов И.Г. Песни и сказки (к итогам фольклорной экспедиции) // Ижевская правда. 1936. № 81 (9 апреля). С. 4.

148. Смирнов А.П. Обследование р. Валы // Археологические исследования в РСФСР. 1934-1936 гг. М-Л., 1941. С. 109-112.

149. БеловА.С. Из отчета второго отряда лингвистической экспедиции, проведенной в 1936 году // К вопросам удмуртского языка. Ижевск, 1937.

С.119-229.

150. НОА УИИЯЛ УрО РАН. РФ. 2-Н. Д. 223, 224, 225, 226.

151. Рейнсон А.Н. Детское самодельное творчество в Удмуртии (Детская игрушка-самоделка) // Записки УдНИИ. Ижевск. 1940. Вып. 9. С. 121-130.

152. Гиппиус Е.В., Эвальд З.В. К изучению поэтического и музыкального стиля удмуртской народной песни // Записки УдНИИ. Ижевск, 1941. С. 73-74.

153. Зенкевич П.И. Антропологические исследования в Удмуртской АССР // Краткие сообщения о научных работах НИИ и Музея антропологии при МГУ за 1938-1939. М., 1941.

154. Зенкевич П.И. Характеристики восточных финнов // Ученые записки МГУ. М., 1941. Вып. 63. С. 21-81.

155. Белицер В.Н. Предварительный отчет об экспедиции по Удмуртской АССР, организованной УдНИИСК летом 1938 года // Записки УдНИИ. Ижевск, 1938. Вып. 8. С. 275-281.

156. Белицер В.Н. 1940. Узорное тканье и вышивка удмуртов (с иллюстрациями) // Записки УдНИИ. Ижевск, 1940. Вып. 9. С. 96-120.

Приложение Опись историко-лингвистической коллекции Научно-отраслевого архива Удмуртского института истории, языка и литературы УрО РАН (1910-е - 1940-е гг. XX в.)

Дело № 10 - Материалы об удмуртах XX в. Карты, диаграммы, архивные выписки; выписки из печатных изданий, газеты; сводки анкетных ответов в области экономической, общественной, религиозной жизни среди вотяков. Т. I.

1928 г.

Количество листов - 175. Машинопись, рукопись.

Дело № 11 - Материалы об удмуртах XX в. Карты, диаграммы, архивные выписки; выписки из печатных изданий, газеты; сводки анкетных ответов в области экономической, общественной, религиозной жизни среди вотяков. Т. II.

1928 г.

Количество листов - 265. Машинопись, рукопись.

Дело № 103 - Приметы, поверья, заклинания удмуртов в записи М.И. Ильина.

Рукопись, машинопись.

Дело № 181 - Диалектологический словарь (материалы экспедиции

1936 г.).

Рукопись, машинопись.

Дело № 188 - Святочные игры и гадания вотяков. Сборник. Составитель Ильин М.И. 1914-1927 гг.

Количество листов - 161. Рукопись.

Дело № 190 - Сказки, приметы, поверья, поговорки, поступившие от информантов Глазовского, Вавожского, Дебесского, Можгинского, Завьяловского, Селтинского, Шарканского, Алнашского, Малопургинского районов УАССР, Бугульминского района ТАССР, записанные Ильиным М.И. 1920-1935 гг.

Количество листов - 254. Рукопись.

Дело № 191 - Удмуртские народные песни, сказки, частушки, записанные от информантов в Вавожском, Шарканском, Якшур-Бодьинском, Балезинском районах УАССР, Бугульминском районе ТАССР. Т. I. 1920-1936 гг.

Количество листов - 280. Рукопись, машинопись.

Дело № 192 - Удмуртские народные песни, сказки, частушки, записанные от информантов в Вавожском, Шарканском, Якшур-Бодьинском, Балезинском районах УАССР, Бугульминском районе ТАССР. Т. II. 1920-1936 гг.

Количество листов - 259. Рукопись, машинопись.

Дело № 193 - Фольклорно-этнографический материал (считалки, былины, поверья, сказки), записанные на территории УАССР. 1920-1937 гг.

Количество листов - 75. Рукопись, машинопись.

Дело № 194 - Ильин М.И. Четверостишные песни на удмуртском и русском языках. Записаны в с. Юри и деревнях Малопургинского района УАССР. 1923-1924 гг.

Количество листов - 322. Рукопись, машинопись.

Дело №195 - Удмуртские частушки, записанные Матвеевым А., Васильевым М. в ТАССР и БАССР. 1924-1937 гг.

Количество листов - 168. Рукопись, машинопись.

Дело № 198 - Детский фольклор (считалки, игры, дразнилки, колыбельные, частушки), записанный в Балезинском, Карсовайском, Зуринском, Ал-нашском, Завьяловском районах УАССР, Бавлинском районе ТАССР, Татыш-линском, Илишевском районах БАССР. 1931-1940 гг.

Количество листов - 76. Рукопись, машинопись.

Дело № 199 - Корепанов В., Ильин М.И. Фольклорный материал (песни, частушки), собранный на территории Удмуртии. 1932 г.

Количество листов - 417. Рукопись, машинопись.

Дело № 200 - Сборник удмуртских народных песен (с нотами и аннотациями), записанных Васильевым-Буглаем Д.С. в Алнашском, Можгинском, Глазовском, Ярском, Вавожском районах УАССР. 1932 г.

Количество листов - 100. Рукопись, машинопись.

Дело № 201 - Удмуртские частушки, записанные в Карсовайском районе УАССР. 1934 г.

Количество листов - 61. Рукопись, машинопись.

Дело № 202 - Васильев-Буглай Д.С., Греховодов Н.М., Бывальцев А. Удмуртские народные песни, собранные фольклорной экспедицией института в Малопургинском, Селтинском, Увинском, Якшур-Бодьинском районах УАССР.

1934 г.

Количество листов - 387. Рукопись, машинопись.

Дело № 206 - Корепанов В., Кондратьев Я.К., Чайников П.М. Песни северных районов Удмуртии. Б/г.

Количество листов - 243. Рукопись, машинопись.

Дело № 207 - Ильин М.И. Фольклорный материал (приметы, поверья, обычаи, обряды). 1934 г.

Количество листов - 360. Рукопись, машинопись.

Дело № 208 - Ильин М.И. Удмуртские народные сказки. Т. I. 1934 г.

Количество листов - 426. Рукопись, машинопись.

Дело № 209 - Ильин М.И. Удмуртские народные сказки. Т. II. 1934 г.

Количество листов - 450. Рукопись, машинопись.

Дело № 210 - Дядюков И.Д. Сборник удмуртских народных песен, записанных в Граховском, Можгинском, Алнашском, Кизнерском районах УАССР. 1934-1937 гг.

Количество листов - 120. Рукопись, машинопись.

Дело № 211 - Петров М.П. Удмуртские народные песни, частушки. Сборник. 1934-1938 гг.

Количество листов - 205. Машинопись.

Дело № 212 - Кондратьев Я.К, Чайников П.М. Итоги поездки по сбору фольклора в северо-восточные районы УАССР. 1935 г.

Количество листов - 38. Рукопись, машинопись.

Дело № 213 - Материалы фольклорной экспедиции (частушки, поговорки, пословицы, легенды, предания, сказки, рассказы), записанные Дядюковым И.Д. в Завьяловском, Малопургинском, Вавожском, Можгинском, Балезинском, Ал-нашском районах УАССР. Т. I. 1935-1937 гг.

Количество листов - 232. Рукопись, машинопись.

Дело № 214 - Материалы фольклорной экспедиции (частушки, поговорки, пословицы, легенды, предания, сказки, рассказы), записанные Дядюковым И.Д. в Завьяловском, Малопургинском, Вавожском, Можгинском, Балезинском, Ал-нашском районах УАССР. Т. II. 1935-1937 гг.

Количество листов - 177. Рукопись, машинопись.

Дело № 215 - Алатырев В.И., Дядюков И.Д, Петров М.П. Сборник народных песен, частушек, сказок. 1936 г.

Количество листов - 372 л. Рукопись, машинопись.

Дело № 216 - Гаврилов И.Г. Сборник удмуртских пословиц и поговорок. http://elibrary.ru/title_about.asp?id=33940 ИДНАКАР № 2 (19) 2014

Т. I. 1936 г.

Количество листов - 720. Рукопись, машинопись.

Дело № 217 - Гаврилов И.Г. Сборник удмуртских пословиц и поговорок. Т. II. 1936 г.

Количество листов - 163. Рукопись, машинопись.

Дело № 218 - Дядюков И.Д., Петров М.П. Удмуртские народные песни, записанные в средних районах УАССР. 1936-1937 гг.

Количество листов - 511. Рукопись, машинопись.

Дело № 219 - Алатырев В.И. Удмуртские народные песни, записанные в БАССР, ТАССР. Сборник. 1936 г.

Количество листов - 377. Рукопись, машинопись.

Дело № 220 - Сказки средних районов УАССР. 1936 г.

Количество листов - 379. Рукопись, машинопись.

Дело № 221 - Дядюков И.Д. Удмуртские народные сюжетные песни, записанные в Увинском, Можгинском, Вавожском, Граховском, Алнашском, Селтинском районах УАССР. Т. II. 1936 г.

Количество листов - 141. Рукопись, машинопись.

Дело № 222 - Семенов Н. Удмуртские народные игры. 1936 г.

Количество листов - 111. Рукопись, машинопись.

Дело № 223 - Материалы фольклорно-лингвистической экспедиции института (сказки, песни, поговорки, пословицы, приметы, легенды, считалки), записанные в Балезинском, Алнашском, Граховском, Вавожском, Кильмезском, Юкаменском, Селтинском районах УАССР, Куединском районе Свердловской области, Янаульском, Бураевском районах БАССР, Балтасинском, Кукморском районах ТАССР, Слободском районе Кировской области. Т. I. 1936 г.

Количество листов - 253. Рукопись, машинопись.

Дело № 224 - Материалы фольклорно-лингвистической экспедиции института (сказки, песни, поговорки, пословицы, приметы, легенды, считалки), записанные в Балезинском, Алнашском, Граховском, Вавожском, Кильмезском, Юкаменском, Селтинском районах УАССР, Куединском районе Свердловской области, Янаульском, Бураевском районах БАССР, Балтасинском, Кукморском районах ТАССР, Слободском районе Кировской области. Т. II. 1936 г.

Количество листов - 262. Рукопись, машинопись.

Дело № 225 - Материалы фольклорно-лингвистической экспедиции института (сказки, песни, поговорки, пословицы, приметы, легенды, считалки), записанные в Балезинском, Алнашском, Граховском, Вавожском, Кильмезском, Юкаменском, Селтинском районах УАССР, Куединском районе Свердловской области, Янаульском, Бураевском районах БАССР, Балтасинском, Кукморском районах ТАССР, Слободском районе Кировской области. Т. III. 1936 г.

Количество листов - 243. Рукопись, машинопись.

Дело № 226 - Материалы фольклорно-лингвистической экспедиции института (сказки, песни, поговорки, пословицы, приметы, легенды, считалки),

записанные в Балезинском, Алнашском, Граховском, Вавожском, Кильмезском, Юкаменском, Селтинском районах УАССР, Куединском районе Свердловской области, Янаульском, Бураевском районах БАССР, Балтасинском, Кукморском районах ТАССР, Слободском районе Кировской области. Т. IV. 1936 г.

Количество листов - 245. Рукопись, машинопись.

Дело № 227 - Дядюков И.Т. Легенды и предания. Сборник. Т. I. 1937 г.

Количество листов - 352. Рукопись, машинопись.

Дело № 228 - Дядюков И.Т. Легенды и предания. Сборник. Т. II. 1937 г.

Количество листов - 114. Рукопись, машинопись.

Дело № 229 - Удмуртские народные песни, частушки. Перевод с удмуртского языка Решетникова М. 1937 г.

Количество листов - 96. Рукопись, машинопись.

Дело № 230 - Фольклорно-этнографический материал (песни, приметы, поверья, заговоры, обряды), записанные в Кировской области и районах УАССР.

1937 г.

Количество листов - 244. Рукопись, машинопись.

Дело № 231 - Лукьянов В. Приметы и поверья удмуртского народа. Сборник. 1937 г.

Количество листов - 421. Рукопись, машинопись.

Дело № 232 - Сказки разных районов УАССР. Т. I. 1937 г.

Количество листов - 473. Рукопись, машинопись.

Дело № 233 - Сказки разных районов УАССР. Т. II. 1937 г.

Количество листов - 515. Рукопись, машинопись.

Дело № 234 - Сказки северных районов УАССР. Записаны Н.Г. Первухиным. 1937 г.

Количество листов - 243. Рукопись, машинопись.

Дело № 235 - Сборник удмуртских народных песен, записанных Беловым А.С., Дядюковым И.Д., Лобачевым Г. в Бемыжском, Увинском, Алнаш-ском, Глазовском, Игринском, Балезинском, Карсовайском, Дебесском, Кез-ском, Кизнерском районах УАССР, Кукморском районе ТАССР, Янаульском районе БАССР. Т. I. 1937-1958 гг.

Количество листов - 135. Рукопись, машинопись.

Дело № 236 - Сборник удмуртских народных песен, записанных Беловым А.С., Дядюковым И.Д., Лобачевым Г. в Бемыжском, Увинском, Алнаш-ском, Глазовском, Игринском, Балезинском, Карсовайском, Дебесском, Кез-ском, Кизнерском районах УАССР, Кукморском районе ТАССР, Янаульском районе БАССР. Т. II. 1937-1958 гг.

Количество листов - 133. Рукопись, машинопись.

Дело № 237 - Сборник удмуртских народных песен, записанных Беловым А. С., Дядюковым И.Д., Лобачевым Г. в Бемыжском, Увинском, Алнашском, Глазовском, Игринском, Балезинском, Карсовайском, Дебесском, Кезском, Кизнерском районах УАССР, Кукморском районе ТАССР, Янаульском районе

БАССР. Т. III. 1937-1958 гг.

Количество листов - 108. Рукопись, машинопись.

Дело № 238 - Сборник удмуртских народных песен, записанных Беловым А.С., Дядюковым И.Д., Лобачевым Г. в Бемыжском, Увинском, Алнашском, Глазовском, Игринском, Балезинском, Карсовайском, Дебесском, Кезском, Кизнерском районах УАССР, Кукморском районе ТАССР, Янаульском районе БАССР. Т. IV. 1937-1958 гг.

Количество листов - 124. Рукопись, машинопись.

Дело № 239 - Сборник удмуртских народных песен, записанных Беловым А.С., Дядюковым И.Д., Лобачевым Г. в Бемыжском, Увинском, Алнашском, Глазовском, Игринском, Балезинском, Карсовайском, Дебесском, Кезском, Кизнерском районах УАССР, Кукморском районе ТАССР, Янаульском районе БАССР. Т. V. 1937-1958 гг.

Количество листов - 144. Рукопись, машинопись.

Дело № 240 - Сборник удмуртских народных песен, записанных Беловым

А.С., Дядюковым И.Д., Лобачевым Г. в Бемыжском, Увинском, Алнашском, Глазовском, Игринском, Балезинском, Карсовайском, Дебесском, Кезском, Кизнерском районах УАССР, Кукморском районе ТАССР, Янаульском районе БАССР. Т. VI. 1937-1958 гг.

Количество листов - 162. Рукопись, машинопись.

Дело № 242 - Сказки районов, не входящих в УАССР. 1938 г.

Количество листов - 298. Рукопись, машинопись.

Дело № 243 - Сборник удмуртских народных песен (с нотами и аннотациями), записанных Греховодовым Н.М., Клабуковым А.И. в Увинском, Ва-вожском районах УАССР и от студенток Ижевского музыкального училища. 1938-1940 гг.

Количество листов - 63. Рукопись, машинопись.

Дело № 244 - Сборник удмуртских народных песен (с нотами и аннотациями), записанных Бывальцевым М.Н. в Карсовайском, Якшур-Бодьинском, Балезинском, Глазовском, Можгинском, Завьяловском районах УАССР. 1938 г.

Количество листов - 274. Рукопись, машинопись.

Дело № 245 - Сказки южных районов УАССР. 1938 г.

Количество листов - 344. Рукопись, машинопись.

Дело № 246 - Фольклорный материал (сказки, легенды, загадки), поступивший от информантов. 1939-1949 гг.

Количество листов - 186. Рукопись, машинопись.

Дело № 247 - Камышев Т. Загадки, собранные в разных районах УАССР. 1940 г.

Количество листов - 246. Рукопись, машинопись.

Дело № 248 - Удмуртские песни, пословицы, частушки, поступившие от информантов Алнашского, Якшур-Бодьинского районов УАССР, Бавлинского, Янаульского районов БАССР. 1940-1949 гг.

Количество листов - 153. Рукопись, машинопись.

Дело № 250 - Материалы фольклорно-этнографической экспедиции института (песни, сказки, воспоминания) в Сюмсинский, Увинский районы УАССР. 1941 г.

Количество листов - 114. Рукопись, машинопись.

Дело № 251 - Удмуртские народные сказки, не имеющие адресов. 1941 г.

Количество листов - 244. Рукопись, машинопись.

Дело № 252 - Сборник удмуртских народных песен (с нотами и аннотациями), записанных Васильевым-Буглаем Д.С., Бывальцевым М.Н. 1941 г.

Количество листов - 75. Рукопись, машинопись.

Дело № 325 - Верещагин Г.Е. Фольклорный материал (Загадки, байки, сказки, песни)

Количество листов - 346. Рукопись, машинопись.

Дело № 326 - Верещагин Г.Е. Песни, загадки. Т. I.

Количество листов - 607. Рукопись, машинопись.

Дело № 327 - Верещагин Г.Е. Песни, загадки. Т. II.

Количество листов -529. Рукопись, машинопись.

Дело № 336 - Материалы лингвистической экспедиции института в Гла-зовский, Можгинский, Зуринский, Якшур-Бодьинский районы УАССР. Т. I.

1929 г.

Количество листов - 599. Машинопись.

Дело № 337 - Материалы лингвистической экспедиции института в Гла-зовский, Можгинский, Зуринский, Якшур-Бодьинский районы УАССР. Т. II.

1929 г.

Количество листов - 483. Машинопись.

Дело № 338 - Итоговые материалы лингвистической экспедиции института в Глазовский, Можгинский, Зуринский, Якшур-Бодьинский районы УАССР за 1929 г.

Количество листов - 194. Машинопись, рукопись.

Дело № 342«а» - Диалектологическая карта удмуртского языка. УАССР.

1935 г.

Дело № 343 - Материалы лингвистической экспедиции института в Яна-ульский район БАССР, Кукморский район ТАССР. Т. I. 1936 г.

Количество листов - 461. Рукопись.

Дело № 344 - Материалы лингвистической экспедиции института в Яна-ульский район БАССР, Кукморский район ТАССР. Т. II. 1936 г.

Количество листов - 385. Машинопись.

Дело № 345 - Материалы лингвистической экспедиции института в Яна-ульский район БАССР, Кукморский район ТАССР. Т. III. 1936 г.

Количество листов - 435. Рукопись.

Дело № 346 - Материалы лингвистической экспедиции института в Яна-ульский район БАССР, Кукморский район ТАССР. Т. IV. 1936 г.

Количество листов - 470. Рукопись.

Дело № 348 - Диалектологический словник, составленный по материалам экспедиции института в Алнашский и Граховский районы УАССР. 1936.

Количество листов - 168. Рукопись.

Дело № 368 - Материалы лингвистической экспедиции в Алнашский, Кизнерский, Можгинский районы УАССР, собранные Дядюковым И.Т. 1945.

Количество листов - 152. Рукопись.

Дело № 420 - Налимов В. П. Отчет этнографической экспедиции за 1926 г.

Количество листов - 197. Машинопись.

Дело № 425 - Материалы этнографической экспедиции института в Увинский и Сюмсинский районы УАССР. 20 мая - 13 июня 1941 г.

Количество листов - 161. Рукопись, машинопись.

Дело № 462«а» - Материалы научного общества по изучению Вотского края 1925-1929 гг. Макет билета члена общества по изучению Вотского края: проект постановления о развертывании в пределах УАО краеведческого движения; инструкция для секретарей ячеек краеведной организации; план работы Центрального бюро краеведения на 1931 г.; анкеты научного общества по изучению Вотского края. Собраны Стрельцовым Ф.В.

Количество листов - 193. Рукопись, машинопись, печатные материалы.

Дело № 462«б» - Луппов П.Н. Об организации вотской и марийской секции при лингвистическом отделении Вятского педагогического института. Выписка из постановления правления ВПИ от 30.04.1925 г.; положение об организации вотской и марийской секции при лингвистическом отделении ВПИ; учебный план; вопросник о собирании сведений о мари и вотяках; проспект лекций по истории нерусских народностей (удмурты, мари и др.) Вятского края; программы, проспекты лекций, литература по истории национальных меньшинств; программа занятий по краеведению удмуртов в совпартшколе. 1925 г.

Количество листов - 387. Рукопись, машинопись.

Дело № 519 - Ильин М.И. Загадки, заговоры, наговоры, гадания, записанные в Шарканской, Дебесской, Тыловайской, Якшур-Бодьинской, Тльенской, Сосновской волостях Ижевского уезда. 1914-1928 гг.

Количество листов - 471. Рукопись.

Дело № 521 - Дядюков И.Д., Петров М.П., Белов А.С., Бывальцев М.Н. Удмуртские лирические, свадебные, обрядовые песни, записанные в Кировской области, ТАССР, БАССР. 1920-1941.

Количество листов - 113. Рукопись.

Дело № 522 - Ильин М.И. Удмуртские пасхальные, лирические, молодежные, уличные песни, частушки, записанные в ТАССР, БАССР. 1921-1926 гг.

Количество листов - 63. Рукопись, машинопись.

Дело № 525 - Бытовые, волшебные сказки, сказки о богатырях, животных, записанные в Балезинском, Вавожском, Можгинском, Алнашском, Бемыжском, Карсовайском, Нылгинском, Увинском, Кильмезском, Якшур-Бодьинском,

Селтинском районах УАССР, Осинском районе ТАССР, Белебеевскм районе БАССР, Кукморском районе ТАССР. Список паспортов на сказки. 1933-1935 гг.

Количество листов - 222. Рукопись, машинопись.

Дело № 526 - Ильин М.И., Корепанов В. Удмуртские и русские народные песни Карсовайского района УАССР.

Количество листов -170. Рукопись, машинопись.

Дело № 527 - Пчельников В.А., Бывальцев А. Удмуртские народные песни, записанные в Малопургинском, Глазовском, Селтинском, Шарканском районах УАССР. 1934-1936 гг.

Количество листов - 39. Рукопись, машинопись.

Дело № 528 - Удмуртские народные сказки, записанные Алатыревым

В.И., присланные информантами из Кезского, Юкаменского, Вавожского, Кукморского, Тыловайского, Якшур-Бодьинского, Дебесского, Игринского районов УАССР, Балтасинского района ТАССР. Т. I. 1936-1938 гг.

Количество листов - 295. Рукопись, машинопись.

Дело № 529 - Удмуртские народные сказки, записанные Алатыревым В.И., присланные информантами из Кезского, Юкаменского, Вавожского, Кукмор-ского, Тыловайского, Якшур-Бодьинского, Дебесского, Игринского районов УАССР, Балтасинского района ТАССР. Т. II. 1936-1938 гг.

Количество листов - 306. Рукопись, машинопись.

Дело № 530 - Дядюков И.Д., Петров М.П., Фаршатов В. Сборник удмуртских народных песен, частушек, загадок, записанных в Увинском, Вавож-ском, Селтинском, Малопургинском, Шарканском, Завьяловском, Можгинском, Алнашском, Дебесском районах УАССР, Татышлинском, Мамадышском районах БАССР. 1936-1939 гг.

Количество листов - 358. Рукопись, машинопись.

Дело № 530«а» - Фаршатов В. Сборник удмуртских поговорок, загадок, сказок, детский фольклор, записанных в Калтасинском, Татышлинском районах БАССР в 1930-е годы.

Количество листов - 323. Рукопись, машинопись.

Дело № 531 - Дядюков И.Д. Сборник удмуртских сюжетных песен, записанных в Увинском, Можгинском, Граховском, Алнашском, Селтинском районах УАССР. Т. I. 1936 г.

Количество листов - 191. Рукопись, машинопись.

Дело № 611 - Верещагин Г.Е. Об охоте у вотяков Вотобласти.

Количество листов - 455. Рукопись, машинопись.

Дело № 612 - Верещагин Г.Е. Этнографические материалы.

Количество листов - 448. Рукопись, машинопись.

Дело № 615«а» - Верещагин Г.Е. Историко-этнографическое описание села Бураново. 1927 г.

Количество листов - 223. Рукопись, машинопись.