Философское обобщение психофизиологических проблем: научный поиск взаимосвязи мозга и психики
Дацковский Исраэль
кабинет психодиагностики и патопсихологии, israel@moriah.co.il
Старостин Владимир Петрович
кафедра социально-гуманитарных дисциплин, Якутская государственная сельскохозяйственная академия, starost@list.ru
Жондоров Петр Николаевич
кафедра социально-гуманитарных дисциплин, Якутская государственная сельскохозяйственная академия, Jondpetr@mail.ru
В данной статье представлена общая постановка психофизиологической проблемы и базовые варианты ее решения. Во второй части рассмотрен советский/российский опыт решения психофизиологической проблемы. В третьей части статьи приведена общая критика базовых подходов к решению психофизиологической проблемы. В четвертой, основной части статьи приведен иной по отношению к существующим авторский взгляд на возможное решение психофизиологической проблемы. В пятой части на основании модели решения психофизиологической проблемы, рассмотренной в четвертой части статьи, рассматриваются некоторые следствия предложенного подхода, в частности, рассматриваются теоретические, достижимые только в будущем границы возможностей психиатрии и психологии. Ключевые слова: психофизиологическая проблема, психофизиологический параллелизм, идентичность, взаимодействие, разум, мозг.
Соотношение мозга человека и его психики является предметом изучения в различных отраслях наук. Начало данных исследований не представляется возможным, но можно предположить, что это рассмотрение (в форме еще не сформулированной тогда психофизической проблемы соотношения психического и материального) было положено в работах Пифагора. В европейской традиции начало научно-последовательного рассмотрения этой проблемы принято начинать с трудов Рене Декарта XVII века, когда данную проблему начали изучать с позиций психофизиологии.
В дальнейших исследованиях данная проблема, рассматривалась уже в большей мере в аспекте соотношения между психическими и нервными процессами, стала исследоваться в рамках одного следующих концепций [1]:
1. Психофизиологический параллелизм. Суть его заключается в противопоставлении независимо существующих психики и мозга (души и тела). В соответствии с этим подходом психика и мозг признаются как независимые явления, не связанные между собой причинно-следственными отношениями. Именно этот подход в научном изложении имеет происхождение в трудах Рене Декарта.
2. Психофизиологическая идентичность, которая представляет собой вариант крайнего физиологического редукционизма, при котором психическое, утрачивая свою сущность, полностью отождествляется с физиологическим, сводя сознание к вещественным образованиям в мозгу человека.
3. Психофизиологическое взаимодействие, представляющее собой вариант паллиативного, т.е. частичного, решения проблемы. Предполагая, что психическое и физиологическое имеют разные сущности, этот подход допускает определенную степень взаимодействия, взаимовлияния и, главное, взаимозависимости психического и материального. Иными словами, постулируется наличие отдельного психического и отдельного материального, тесно связанных и взаимодействующих друг с другом. Одним из следствий такого подхода можно считать постулирование появления психического вместе с материальным и исчезновения этого психического при смерти материального.
Каждое из этих принципиальных направлений сегодня представлено многочисленными теориями и взглядами, подтверждаемыми экспериментами, но все-таки приводящими лишь к паллиативным, ча-
6 У X
А
>
0-X
т гп А о п гп т;
о
-С ГП
о т; О
О
и Д
о
-о О ГО 0-Я
стичным подтверждениям своей истинности и допускающими в том числе альтернативные толкования результатов экспериментов.
Советская, а позднее российская традиция психологических исследований, основываясь на позициях «диалектического материализма», могла рассматривать психофизиологическую проблему только в рамках взгляда психофизиологической идентичности.
Примером такого подхода служит известная метафора: «Мозг вырабатывает мысль, как печень - желчь». Эта метафора была лозунгом «примитивного» материализма, особенно бывшего популярным в середине XIX века (К. Фогт, Л. Бюхнер, Я. Молешотт), но который активно исповедовался и в XX веке, хотя и назывался механистическим. Диалектический материализм в плане соотношения сознания и мозга, заявляя о своем принципиальном отличии от механицизма, на самом деле недалеко ушел от него, и рассматривает сознание в неразрывном единстве и связи с материальным миром, как существенное свойство материи. В качестве первоосновы выступает материя, а сознание является вторичным, производным от нее. Сознание, с точки зрения диалектического материализма, существует реально, но лишь в связи с материальным, как его отражение.
Согласно высказыванию С.А. Богомаза в этом направлении [2, с. 5]: «В 70-е годы в рамках нейробиологии учеными была сформулирована так называемая «Центральная догма». Она звучит следующим образом - все нормальные функции здорового мозга и все их патологические нарушения, какими бы сложными они не были, можно в конечном итоге объяснить, исходя из свойств основных структурных компонентов мозга». Однако догматичность данной теории оказалось противоречивой даже в момент ее создания, а в настоящее время либерализации научных исследований и открытого представления их результатов найдено значительное количество доказательств, прямо противоречащих Конечно, следует отметить, что в рамках этой парадигмы, было предложено значительное количество оригинальных подходов, одной из целей которых была попытка вырваться из удушающих объятий парадигмы психофизиологической идентичности, фактически оставаясь в ее рамках.
Например, подход системной психофизиологии В.Б. Швыркова [3], о котором Ю.И. Александров пишет: «Приведенное решение психофизиологической проблемы избегает [4, с. 278]:
• отождествления психического и физиологического, поскольку психическое появляется „ только при организации физиологических прост цессов в системе;
© • параллелизма, поскольку системные про-
а> цессы есть процессы организации именно эле-о ментарных физиологических процессов;
• взаимодействия, поскольку психическое и физиологическое - лишь аспекты рассмотрения единых системных процессов».
Данный подход, с одной стороны, несколько отойдя от прямого отождествления, с другой стороны, не достиг парадигмы взаимодействия, так и не придав психическому отдельных свойств и оставив его на уровне лишь одного из аспектов «единых системных [по сути, материальных] процессов».
Несколько по-иному пыталась не столько решить, сколько снять психофизиологическую проблему, строго оставаясь в рамках парадигмы психофизиологической идентичности, Ю.Б. Гиппен-геймер [5]: «Имеется единый материальный процесс, и то, что называется физиологическим и психическим, - это просто две различные стороны единого процесса. (...) Дело обстоит не так, что существует мозговой физиологический процесс и в качестве его отсвета, или эпифеномена, психический процесс. И мозговые, и психические «процессы» (процессы в кавычках, ибо они не имеют самостоятельного существования) - это лишь две разные стороны из многих сторон, выделяемых нами, обобщённо говоря, в процессе жизнедеятельности. (...) видимые случаи взаимодействия души и тела могут быть проинтерпретированы совершенно иначе - просто как два разных проявления одной общей причины». Далее Ю.Б. Гип-пенрейтер отмечает, что, вообще говоря, при такой переформулировке психофизиологическая проблема скорее снимается, чем решается: «.по крайней мере, в той части, которая относится к вопросу о соотношении физиологических и психических процессов» [5, с. 235].
Предложены еще многие варианты полного (по крайней мере, так казалось их авторам) или чаще частичного решения психофизиологической проблемы, но все они оставались в рамках одной из трех указанных выше парадигм. В списке отечественных ученых, занимавшихся этой проблемой можно отметить В.В. Орлова [6], его ученицу З.В. Макарову [7], А.Ф. Корниенко, А.Н. Леонтьева [8], Е.Н. Песоцкую, Е.Е. Соколову, А.В. Петровского и М.Г. Ярошевского [9] и многих других.
З.В. Макарова [7], касаясь состояния психофизиологической проблемы в западных странах, отмечает, что «Рассмотрев рамочно теоретические положения некоторых представителей зарубежной психофизиологии и философии, занимающихся исследованиями «mind body problem», выяснили, что практически все ведущие западные философы принимали участие в дискуссии по вопросам соотношения ментального и физиологического, сознания и мозга. Наибольший интерес представляют теории физикализма (У. Куайн), функционализма (П. Черчленд, Д. Деннет), эмерджентизма (Р. Сперри, Дж. Jloy, Т. Нагель) и других представителей зарубежной философии. В западной философской литературе оживленные дискуссии продолжаются и сохраняют свою актуальность до сих пор».
Но ни один предложенный подход в рассмотрении данной проблемы до сих пор не привел в общепризнанному решению психофизиологической проблемы.
К сожалению, все три базовых подхода к решению психофизиологической проблемы, называемых научными, сегодня уже не отвечают важнейшему критерию научности, который заключается в том, что рассматриваемая гипотеза охватывает все известные на данный момент факты. А если рассматривать в их полноте все известные нам сегодня факты, то все три парадигмы оказываются внутренне противоречивыми.
Рассмотрим факты, которые при полном рассмотрении всех их в рамках каждой парадигмы, порождают внутреннюю противоречивость каждой из них:
1. Мы в [10] показали (вслед за рядом публикаций других авторов), что технических возможностей человеческого мозга на много порядков не хватает как на обработку, так и на хранение тех гигантских объемов информации, которые должны «находиться» в мозге при парадигме отождествления психического и физиологического (психофизиологическая идентичность).
2. Французский социолог и психолог Гюстав Ле Бон еще в конце XIX века показал в [11], что человек несет в себе (где в себе?) огромную информацию от предыдущих поколений (не только от родителей, но и от многих поколений, фактически - от всего устойчиво сложившегося в течение многих поколений народа), во многом определяющую ментальность человека независимо от условий его воспитания в иной среде, принципиально отличной от социальной среды общества. В одном из направлений «глубинной» психологии - в аналитической психологии основатель этого направления Карл Густав Юнг назвал примерно этот феномен коллективным бессознательным. Правда, К. Юнг считал коллективное бессознательное единым для всего человечества, а Г. Ле Бон индивидуализировал это бессознательное в качестве ментального наследства, получаемого индивидом от расширяющейся вглубь поколений пирамиды прямых родственников пробанда. Объем этой информации явно не вмещается в физически передаваемый от родителей к ребенку генетический аппарат и при этом является «скрытой силой», во многом влияющей на взгляды и поведение взрослого человека.
3. Вслед за выходом в свет в 1976 году книги Раймонда Моуди «Жизнь после смерти» [12] и последовавшей вслед за этой книгой лавиной подобных публикаций стало невозможно отрицать независимое существование «души» (мы здесь не определяем это понятие) вне жизни материального тела. Хотя все данные об этом внематериальном (в категориях примитивного материализма) получены методом интроспекции, который в современной науке не считается наиболее достоверным способом сбора инфор-
мации, частично достоверность этой информации, оказавшейся в распоряжении «отделившейся от тела души», проверяется знанием вернувшегося к жизни после переживания бессознательного состояния клинической смерти (а совсем не любого бессознательного состояния) о предметах, находящихся в комнате и которые человек принципиально не мог видеть с места, на котором он находился, а только с более высокой точки над телом, да еще при свободе перемещения по комнате. Кстати, об интроспекции - серьезная научная экспериментально подтверждаемая психология началась в 1879 году с создания ординарным профессором философии в Лейпцигском университете Вильгельмом Максимилианом Вундтом первой в мире Лейпцигской психологической лаборатории. Причем, вся работа в этой лаборатории, весьма скоро преобразованной в институт экспериментальной психологии, осуществлялась именно методом интроспекции.
Эта «посмертная жизнь души» изначально была достоянием религий, в дальнейшем - эзотерики. Но сегодня наличие этой структуры собственного «Я», не являющейся частью того материального мира, который дан нам в ощущениях, но реально существующей в той части реального (а, значит, материального) мира, которая не дана нам в ощущениях, и содержащей всю информацию о личности индивида вне его мозга для многих исследователей считается априорным. В качестве доказательства применяются рассказы выживших после клинической смерти называются в современной литературе ОСП - околосмертными переживаниями. Их следует разделять с угасающим впечатлениям умирающего от недостатка кислорода мозга (одна из гипотез возникновения ОСП, хотя она с натяжкой может быть отнесена только к феномену «прокручивания» перед человеком в состоянии клинической смерти всей его жизни, но и здесь можно привести контраргументы - объем представленной в таком «прокручивании» информации явно превышает объем памяти, которой обладает человек) и сохранившимся в памяти после восстановления кислородоснабже-ния мозга. Первой известной нам публикацией рассказа об околосмертном переживании является рассказ в Талмуде [13] (закончен написанием в 467 году текущего исчисления лет, одного из многих исчислений календаря нееврейских народов, более 1500 солнечных лет назад). Этот рассказ приведен в талмудическом трактате Бава Батра лист 10 стр. 2 и повторен в другом талмудическом трактате - Псахим - мы не приводим здесь ни перевод названия талмудических трактатов, ни иные данные об этом сборнике мудрости огромного объема, что является предметом отдельного изучения.
4. Сегодня нам известно на основании огромного количества данных о связи определенных частей мозга с теми или иными психическими феноменами, свойствами, проявлениями. Разрушение определенных фрагментов мозга приводит к полной или частичной утере соответствующей
в У X
ДА
>
0-X
т
гп А
о п гп
т;
о
-С ГП
о т; О
О и
Д о
-о О ГО 0-Я
психической функции (иногда частично восстанавливаемой со временем за счет пластичности мозга, за счет перераспределения утраченной функции между иными фрагментами мозга).
5. Этот аспект во многом противоположен аспекту 4 и одновременно дополняет его. Мы знаем, что многочисленные клинические и экспериментальные данные, накопленные в науке в последние десятилетия, свидетельствуют, что между психикой и мозгом существует тесная и диалектическая взаимосвязь. Воздействуя на мозг, можно изменить и даже уничтожить дух (самосознание) человека, стереть личность, превратив человека в зомби. Сделать это можно химически, используя психоделические вещества (в том числе наркотики, хотя в последние десятилетия спектр таких веществ весьма расширился и включает далеко не только наркотические химические соединения), «электрически» (с помощью вживленных электродов) или несколькими иными воздействиями на мозг. В настоящее время с помощью электрических или химических манипуляций с определенными участками головного мозга человека изменяют состояния сознания, вызывая различные ощущения, галлюцинации и эмоции. Психологические состояния человека тесно связаны с наличием или отсутствием того или иного химического вещества в мозге. По сути, все лекарства из психофармакологии пытаются изменить состояние сознания и функционирование психики, изменяя химизм мозга (синапсов, нейронов, межклеточной среды).
С другой стороны, все, что глубоко затрагивает психику, отражается также и на мозге, и на всем организме. Известно, что горе или сильная депрессия могут привести к телесным (психосоматическим) заболеваниям, а в некоторых состояниях - и к смерти соматически здорового организма. Гипноз может вызвать различные соматические расстройства и наоборот, способствовать излечению. Эффект плацебо, т.е. эффект нейтрального вещества, которое применяется вместо «ультрасовременного» лекарства, действенен для одной трети больных.
6. Невозможно отрицать наличие и огромную роль онтогенеза. Это снимает вопрос (или требует дополнений в объяснениях) о наличии готовой, до рождения ребенка существующей души, обладающей предыдущим опытом и ранее накопленными знаниями, которую родившийся ребенок получает в готовом виде.
Итак, аспекты 1, 2 и 3 противоречат парадигме психофизиологической идентичности. Аспекты 4, 5 и 6 противоречат парадигме психофизиологического параллелизма. Аспекты 2 и 3 „ также противоречат парадигме психофизиологи-с ческого взаимодействия, понятого как одновре-© менно появившийся и одновременно исчезаю-оТ щий комплекс неразрывно связанного между со© бой психического и телесного. ^ Значит, выход из создавшегося положения
2 может быть найден либо на пути построения
четвертой, не имеющей внутренних противоречий при охвате всех известных фактов парадигме (нам, да и не только нам пока это не удалось), либо на пути построения комплексной парадигмы из некоторой комбинации имеющихся. Мы пойдем вторым путем и попробуем предложить модель, объединяющую парадигмы психофизиологического взаимодействия и психофизиологического параллелизма, полностью отбросив парадигму психофизиологической идентичности.
Постулируем построение структуры «психика -тело», состоящей не из двух, как обычно, а из трех составных частей - вечной и всезнающей души, созданной из нее на период жизни материального организма эпидуши и материального мозга, находящегося в организме, существующем в период своей жизни в нашем материальном мире, данном нам в ощущениях. Все три структуры находятся в последовательном взаимодействии -душа контактирует и взаимодействует только с эпидушой, эпидуша взаимодействует с мозгом в одну сторону и душой в другую сторону, мозг взаимодействует только с эпидушой. В момент зачатия или вскоре после него на ранней стадии развития зародыша (по некоторым религиозным взглядам, как еврейским, так и христианским - на 40-ой день после зачатия) развивающийся материальный организм получает вновь и исключительно для него сформированную эпидушу, чистую от чистую от накапливаемого в дальнейшем знания, только начинающую свой онтогенез (в состоянии tabula rasa). Правда, по некоторому слою еврейских взглядов эта эпидуша от «спуска» в эмбрион до момента рождения обладает большими знаниями (но существенно меньшими, чем душа), которые она «забывает» перед самым рождением ребенка.
Мозг человека представляет собой, по сути, компьютер, который обладает всего двумя функциями - всем набором сенситивных возможностей и их первичной организацией (в связи с соответствующими рецепторами - зрение, слух, тактиль-ность, вкус и т. д. на уровне чувствительности. Ощущение и восприятие находятся уже не в мозге, а в эпидуше) и системами управления двигательного комплекса организма по командам из эпидуши. Кроме этого мозг может обмениваться информацией с эпидушой - передавать ей ощущения и получать из нее управляющие команды для двигательного комплекса. В мозгу также жестко «прошиты» (введены, закреплены и постоянно, неотторжимо присутствуют) программы простейших безусловных рефлексов (которые могут исчезать при разрушении той части мозга, где они «прошиты». Но, возможно, что программы этих простейших безусловных рефлексов, «прошиты» в эпидуше без вывода их в сознание и исчезают (не могут проявиться) при разрушении той части мозга, через которую они реализуются из-за нарушения связи «передатчик» (эпидуша) - «приемник» (соответствующая часть мозга, управляющая исполнением данного рефлекса). Даже при выполнении безусловных рефлексов информация
об отклонениях, которые требуют более сложных (разумных) действий доводится до сведения сознания, например, безусловно выполнив быстрое отдергивание руки от огня, эпидуша относительно медленно передает в сознание информацию обо всем событии и особенно о боли.
Автоматическое управление внутренними органами (получение информации от них, постоянный анализ полученных данных по заданным «прошитым» программам и возврат команд по функционированию комплекса внутренних органов) осуществляется в основном автономной нервной системой с минимальным включением низших (по отношению к коре) отделов головного мозга (в первую очередь, ствола мозга и мозжечка), но, возможно, что и программы оценки состояния и управления внутренними органами (анализирующие и управляющие функции, приписываемые автономной нервной системе) «прошиты» в эпиду-ше без вывода их в сознание. В сознание информация попадает только при резком отклонении функционирования внутренних органов, когда имеющиеся программы доводят до сведения сознания информацию о наступившем отклонении и о своей неспособности справиться с ситуацией - боль, дискомфорт.
Все, что мы относим к сознанию и высшей психической деятельности (несколько неверное название - высшая нервная деятельность), расположено в эпидуше (там располагается «процессор», реализующий все эти функции). Там же располагается полная, огромного объема память человека, которая проявляется в сознании (через «процессор») лишь частично, с реализацией функции забывания и неожиданного «всплыва-ния» частей запомненной ранее, но забытой информации [14]. В этой мысли мы опираемся на мнение У.Г. Пенфилда, которое мы приводим по книге Оливера Сакса [15]. Канадский нейрохирург американского происхождения У.Г. Пен-филд на основании наблюдений больных пришел к выводу, что мозг сохраняет точную запись всех переживаний человека в течение всей его жизни (зрительных, слуховых, тактильных, вкусовых, обонятельных, эмоции, настроение, весь объем мышления и проч.). Поток сознания человека, считал У.Г. Пенфилд, регистрируется в полном объеме и может затем воспроизводиться как в обычных жизненных обстоятельствах, так и в результате эпилептической или электрической стимуляции. О. Сакс в этой же книге приводит еще ряд примеров нереально точного и подробного (в понятиях обычной памяти) запоминания событий жизни и воспроизведения (реминисценции) полных картин давно ушедших для пациента дней при тех или иных повреждениях или патологических возбуждениях мозга при том, что эта информация была «забыта» пациентом в течение десятилетий и вдруг выяснилось, что эта часть памяти полностью и в деталях сохранена. О. Сакс также приводит случай полного отсутствия в памяти больного неко-
торых его действий под влиянием фенциклидина (РСР, сильный наркотик), что хорошо известно из литературы по фенциклидину, и полное, детальное, красочное «всплывание» этих событий в памяти в результате серьезной травмы головного мозга [15, стр. 235]
Иногда отклонения в работе мозга влияют на функционирование эпидуши. Например, эпилептическое (естественное или искусственное) возбуждение некоторых отделов височной доли мозга (мамиллярных тел) может вызывать в сознание реминисценции из хранимого в эпидуше полного объема памяти, но спрятанного за завесой забывания.
Подсознание, интуиция, огромные интеллектуальные возможности, полная информация о предыдущем и накапливаемым в данной жизни опыте, знаниях, научении находится в душе, которая может по мере необходимости (неясно как определяемой) передавать части своей информации эпидуше и непрерывно получать от нее весь объем накопленного опыта.
Именно эпидуша, будучи при рождении чистой от еще не накопленной информации и научения, тем не менее, возможно, обладает многими «прошитыми» в ней программами - безусловных рефлексов, управления внутренними органами и, главное, способностью к онтогенезу, к научению. Именно эпидуша проходит полный известный нам процесс онтогенеза, в частности процесс развития мышления и научения, и контактирует с мозгом в соответствии с теми частями мозга, которые запроектированы и выполнены для передачи организму тех или иных функций психики. Соответственно эпидуша получает от мозга ощущения от сенсоров в соответствии с теми частями мозга, которые получают информацию от этих сенсоров и передают ее в эпидушу. Именно поэтому при разрушении определенной части мозга эпидуша теряет возможность реализовывать «связанную» с этим участком мозга психическую функцию -«передатчик» (в эпидуше) существует, а «приемник» (в мозге) разрушился. Верно и обратное -при гибели того или иного сенсора (например, глаза) «приемник» (в эпидуше) существует, «передатчик» (в мозге) исправен, но информация на «передатчик» не передается. А может быть разрушен и «передатчик» (в мозге), тогда информация от сенсора тоже не дойдет до «приемника» (в эпидуше). Как принято в компьютерных науках, можно предположить, что передача информации между «приемником» и передатчиком» (в обе стороны) осуществляется при активном участии «процессоров» с обеих сторон.
В момент смерти материального мозга эпидуша, передав весь накопленный материал в душу (возможно, весь накопленный материал передается из эпидуши в душу не одноразово, а постоянно по мере получения) она (эпидуша) или сливается с душой (возможно, оставаясь в ее структуре отдельным блоком информации, несущем, например, среди прочего, информацию о реальностях того исторического периода, в котором жил
в У X
ДА
>
0-X
т гп А о п гп т;
о
-С ГП
о т; О
О и Д
о
-о О ГО 0-Я
человек, мозг которого при жизни был связан с данной эпидушой. Возможно, душа может включать в себя ряд эпидуш из разных исторических эпох нашего мира) или перестает существовать. Возможно, описанное «прокручивание» всей жизни перед смертью является отражением процесса копирования накопленной информации из эпидуши в душу.
Скорее всего, в момент клинической смерти при возникновении околосмертного переживания сознание человека уже переходит к душе (или остается в эпидуше, временно потерявшей связь с материальным мозгом, но еще не слившейся с душой и еще не прекратившей свое отдельное существование), но затем по каким-то причинам возвращается к эпидуше, восстановившей связь с мозгом вместе с «оживлением» тела. Выясняется, что душа или эпидуша при околосмертном переживании имеет временное и по времени весьма короткое месторасположение в нашем материальном трехмерном мире с возможностью ограниченного перемещения над телом, а именно, в той же области пространства, где находится умирающее материальное тело (над телом в комнате, над телом на месте автомобильной аварии и т.д.).
Описанные в [10] части души А, В и С целиком относятся к той структуре, которая в данном тексте названа эпидушой.
Такая гипотеза, объединяющая парадигмы психофизиологического взаимодействия и психофизиологического параллелизма, позволяет без внутренних противоречий объяснить все имеющиеся факты, и не прибегает к необходимости включать в себя прямо противоречащую данной гипотезе парадигму психофизиологической идентичности. Парадигму психофизиологического параллелизма в этой гипотезе реализует душа, а парадигму психофизиологического параллелизма - эпидуша.
Следствиями приведенной гипотезы может являться выявление принципиальных ограничений воздействия психиатрии и психологии. Можно весьма схематично разграничить интересы и области воздействия средств различных влияний на функционирование организма.
Основным интересом и целью воздействия неврологии является проводимость нервных путей, их миелинизация, уровни чувствительности или блокировка рецепторов (сенсоров) и внешняя правильность построения структуры нервной системы, включая головной и спинной мозг (в терминах рассматриваемой гипотезы структурная исправность «передатчика», «приемника», сенсоров и материальных связующих путей между ними самими и между «мозговыми „ устройствами», управляющими движениями и
Пи эффекторами). © Психиатрия своими лекарствами в первую оТ очередь воздействует на химизм процессов пе-© редачи информации в мозгу, то есть на химию ^ передачи нервного возбуждения между синап-2 сами и общий химизм мозга, включая межкле-
точную среду. Именно успех (хотя и частичный, но весьма впечатляющий) психиатрической фармакопеи указывает в рамках рассматриваемой гипотезы, что многие психические отклонения (но не все) связаны в первую очередь с неисправностью «приемника» информации от эпидуши и особенно с неисправностью «процессора», и нормализация химического положения в синапсах устраняет, хоть зачастую и частично, проблемы сознания, на которое напрямую материальная химия воздействия оказать не может. Среди прочего именно успех психиатрической фармакопеи демонстрирует изначально здоровое состояние эпидуши. Ограничением психиатрии именно и является невозможность воздействия на нематериальную (в понятиях материального мира, данного нам в ощущениях) эпидушу, и во многом случаи неудач или неполного восстановления нормального состояния сознания со стороны психиатрии связаны с необходимостью так или иначе воздействовать на эпидушу, на что психиатрия принципиально неспособна.
Психология (психотерапия, гипноз) воздействуют именно на нематериальную эпидушу, воздействуют по экспериментально выявленным неполным путям, не зная ее структуры, законов функционирования и необходимых путей воздействия на нее. Именно этим объясняется весьма ограниченная эффективность таких воздействий. Имеется много теорий в психиатрии, например, огромный спектр теорий личности, но пока не создана общая единая теория функционирования психики (и нет реальных подходов к ее созданию), способная объяснить многообразие психических. Но только из такой теории следствиями будут пути воздействия на отклонения в проявлениях функционирования эпидуши и принципы ее терапии.
Предложена гипотеза построения и функционирования структуры «психика - тело», объединяющая парадигмы психофизиологического взаимодействия и психофизиологического параллелизма. Эта гипотеза объединяет все известные на сегодня факты и при этом является внутренне непротиворечивой.
Из предложенной гипотезы построения и функционирования структуры «психика - тело» достаточно однозначно следует необходимость сознательной реализации цели жизни.
Показана принципиальная невозможность полностью и окончательно излечить психическую болезнь материальными (химическими и иными) средствами воздействия на материальный мозг. Возможно только поддержание исправного той или иной степени функционирования мозга.
Литература
1. Сербиновская Н.В. Психология. Ростов-на-Дону: ЮФУ; ЮРГУЭС, 2011. 64 с.
2. Богомаз С.А. Лекции по анатомии и физиологии центральной нервной системы. Томск: Томский государственный университет, 1999. 59 с.
3. Швырков В.Б. Нейрофизиологическое изучение системных механизмов поведения. Москва: Наука, 1978. 241 с.
4. Александров Ю.И. Психофизиология. Санкт-Петербург: Питер, 2014. 464 с.
5. Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию. Москва: ЧеРо, Юрайт, 2002. 336 с.
6. Орлов В.В. Психофизиологическая проблема. Философский очерк. Пермь: Изд-во Пермского государственного университета, 1966. 435 с.
7. Макарова З.В. Научная философия и психофизиологическая проблема. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук. Пермь: Пермский государственный университет, 2007. 180 с.
8. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. Москва: Политиздат, 1975. С. 159165.
9. Петровский А.В., Ярошевский М.Г. История и теория психологии. Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. 416 с.
10. Дацковский И. Мозг, мышление, память, душа. Психология, социология и педагогика, 2018, № 6. Режим доступа: http://psychology.snauka.ru/2018/06/8603
11. Ле Бон Г. Психология народов и масс. Санкт-Петербург: Макет, 1995. 311 с.
12. Моуди Р. Жизнь после смерти. 1976. Режим доступа: http://www.lib.ru/MOUDI/moudi.txt
13. Вавилонский Талмуд. Режим доступа: http://www.mechon-mamre.org/i/0.htm
14. Дацковский И. Аутологотерапия здоровых. Психология, социология и педагогика, 2018, № 5. Режим доступа: http://psychology.snauka.ru/2018/05/8572
15. Сакс О. Человек, который принял жену за шляпу. Москва: АСТ, 2017. 352 с.
Philosophical generalization of psychophysiological problems: a scientific search for the relationship of the brain and psychology Datskovsky I., Starostin V.P., Zhondorov P.N.
Clinic of Psychodiagnostics and Pathopsychology, Yakutsk State
Agricultural Academy This article presents a general formulation of the psychophysiological problem and basic options for its solution. The second part deals with the Soviet / Russian experience in solving a psychophysiological problem. The third part of the article provides a general criticism of basic approaches to solving a psychophysiological problem. In the fourth, main part of the article, the author's view on the possible solution of the psychophysiological problem is different from the existing one. In the fifth part, based on the model for solving a psychophysiological problem, discussed in the fourth part of the article, some consequences of the proposed approach are considered theoretical limits of the possibilities of psychiatry and psychology are achievable only in the future. Keywords: psycho-physiological problem, psycho-physiological
parallelism, identity, interaction, mind, brain. References
1. Serbinovskaya N.V. Psychology. Rostov-on-Don: SFU; SRSUES, 2011. 64 p.
2. Bogomaz S.A. Lectures on the anatomy and physiology of the
central nervous system. Tomsk: Tomsk State University, 1999. 59 p.
3. Shvyrkov VB Neurophysiological study of systemic mechanisms
of behavior. Moscow: Science, 1978. 241 p.
4. Aleksandrov Yu.I. Psychophysiology. St. Petersburg: Peter, 2014. 464 p.
5. Gippenreiter Yu.B. Introduction to general psychology. Moscow:
CheRo, Yurayt, 2002. 336 p.
6. Orlov V.V. Psychophysiological problem. Philosophical essay.
Perm: Publishing house of Perm State University, 1966. 435 p.
7. Makarova Z.V. Scientific philosophy and psychophysiological problem. Abstract of dissertation for the degree of candidate of philosophical sciences. Perm: Perm State University, 2007. 180 p.
8. Leontiev A.N. Activity, consciousness, personality. Moscow: Politizdat, 1975. p. 159-165.
9. Petrovsky A.V., Yaroshevsky M.G. History and theory of psychology. Rostov-on-Don: Phoenix, 1996. 416 p.
10. Datskovsky I. Brain, thinking, memory, soul. Psychology, sociology and pedagogy, 2018, No. 6. Access mode: http://psychology.snauka.ru/2018/06/8603
11. Le Bon G. Psychology of peoples and masses. St. Petersburg: Layout, 1995. 311 p.
12. Moody R. Life after death. 1976. Access mode: http://www.lib.ru/MOUDI/moudi.txt
13. The Babylonian Talmud. Access Mode: http://www.mechon-mamre.org/i/0.htm
14. Datskovsky I. Autologo therapy healthy. Psychology, sociology ® and pedagogy, 2018, № 5. Access mode: i http://psychology.snauka.ru/2018/05/8572 A
15. Saks O. The man who took his wife for a hat. Moscow: AST, E
2017. 352 p. i
t A
Ь
X
tr
ГП
А
О
П
m
т;
н
tr
П
о
S
X
S
-С
m
о
т;
О
О
З
Д
О
"0
О
ГО
0-
20
155