f Check for updates
Review Article
© Коллектив авторов, 2022 УДК 579.843:579.61:615.363-018.51
Факторы патогенности Vibrio vulnificus. Обзор
О.А. Цырулина, О.С. Чемисова, А.К. Носков
ФКУЗ «Ростовский-на-Дону противочумный институт» Роспотребнадзора, ул. Максима Горького, д. 117/40, г. Ростов-на-Дону, 344002, Российская Федерация
Резюме
Введение. Vibrio vulnificus - условно-патогенный микроорганизм, являющийся частью естественной флоры прибрежной морской среды. Употребление морепродуктов, содержащих V. vulnificus, может послужить причиной тяжелой, молниеносной системной инфекции у человека, которая, в свою очередь, может привести к сепсису у восприимчивых людей и к летальному исходу. Инфекции, обусловленные V. vulnificus, были зарегистрированы в различных климатических зонах по всему миру. Поэтому знание того, какие факторы способствуют патогенности этой бактерии в ее естественной среде обитания, может помочь при разработке новых методов профилактики, диагностики и лечения.
Цель исследования: Обобщить, систематизировать и дать обзорную характеристику факторов патогенности V. vulnificus на основании изучения источников литературы.
Материалы и методы. Использованы информационно-аналитические методы на основе обобщения и анализа научных исследований на русском и английском языках, опубликованных в реферативных базах данных Scopus, PubMed, РИНЦ, информационных порталах за период 1976-2020 гг. Отбор статей осуществлялся по принципу наличия в них сведений по изучению факторов патогенности V. vulnificus. Было отобрано 60 полнотекстовых материалов, удовлетворяющих вышеуказанным критериям.
Результаты. В данном обзоре изложены последние достижения в области изучения детерминант, способствующих патогенности V. vulnificus, и рассмотрены их роли в патогенезе. Показано, что этот микроорганизм, как и большинство возбудителей, для возникновения инфекции требует скоординированной работы многих факторов патоген-ности. Большинство из них выполняют лишь вспомогательную функцию в патогенезе и служат главным образом для выживания в окружающей среде. Однако при отсутствии таких факторов патогенности, как цитолизины VVH и MARTX, которые обуславливают некроз тканей в тонком кишечнике с последующей диссеминацией в кровоток и другие ткани, V. vulnificus не способен вызывать кишечную инфекцию.
Заключение. Понимание того, какие детерминанты вносят наибольший вклад в развитие инфекции, представляется исключительно важным при анализе штаммов, циркулирующих на территории страны, и оценке рисков развития заболеваний у человека при контакте с данным возбудителем.
Ключевые слова: Vibrio vulnificus, факторы патогенности, вирулентность, цитотоксин, гемолизин. Для цитирования: Цырулина О.А., Чемисова О.С., Носков А.К. Факторы патогенности Vibrio vulnificus. Обзор // Здоровье населения и среда обитания. 2022. Т. 30. № 6. С. 59-65. doi: https://doi.org/10.35627/2219-5238/2022-30-6-59-65 Сведения об авторах:
И Цырулина Оксана Алексеевна - к.б.н., старший научный сотрудник; e-mail: rykowskaya.oxana@yandex.ru; ORCID: https:// orcid.org/0000-0001-6176-2605.
Чемисова Ольга Сергеевна - к.б.н., и. о. зав. лаборатории «Коллекция патогенных микроорганизмов»; e-mail: chemisova@inbox. ru; ORCID: https://orcid.org/0000-0002-4059-2878.
Носков Алексей Кимович - к.м.н., директор; e-mail: noskov-epid@mail.ru; ORCID: https://orcid.org/ 0000-0003-0550-2221.
Информация о вкладе авторов: концепция и дизайн исследования: Носков А.К.; сбор данных: Цырулина О.А., Чемисова О.С.; анализ и интерпретация результатов: Носков А.К.; подготовка рукописи: Цырулина О.А., Чемисова О.С. Все авторы ознакомились с результатами работы и одобрили окончательный вариант рукописи.
Соблюдение этических стандартов: данное исследование не требует представления заключения комитета по биомедицинской этике или иных документов.
Финансирование: исследование проведено без спонсорской поддержки.
Конфликт интересов: авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов в связи с публикацией данной статьи.
Статья получена: 08.04.22 / Принята к публикации: 06.06.22 / Опубликована: 30.06.22
Pathogenicity Factors of Vibrio Vulnificus: A Review
Оksana А. Tsyrulina, Olga S. Chemisova, Aleksey K. Noskov
Rostov-on-Don Plague Control Research Institute, 117/40 Maxim Gorky Street, Rostov-on-Don, 344002, Russian Federation
Summary
Introduction: Vibrio vulnificus is an opportunistic microorganism that is part of the natural flora of the coastal marine environment. Consumption of seafood containing V. vulnificus can result in a severe, lightning-fast systemic infection in humans, which can, in its turn, lead to sepsis and even death in susceptible people. Infections caused by V. vulnificus have been reported in various climate zones around the world. Thus, the understanding of factors contributing to pathogenicity of this bacterium in its natural habitat can help develop new methods of disease prevention, diagnosis and treatment. Objective: To overview and systematize pathogenicity factors of V. vulnificus described in literary sources. Materials and methods: We used data analysis techniques to review scientific studies published in Russian and English in such abstract and citation databases as Scopus, PubMed, Russian Science Citation Index, and on information portals in 1976-2020. The main selection criterion was availability of information on the study of pathogenicity factors of V. vulnificus in the papers. Sixty full-text publications meeting the above criteria were chosen.
Results: This review presents the latest achievements in the study of determinants contributing to the pathogenicity of V. vulnificus and examines their roles in pathogenesis. It has been shown that this microorganism, like most pathogens, requires coordinated work of many pathogenicity factors to cause infection. Most of them perform only an auxiliary function in pathogenesis and serve mainly for survival in the environment. However, in the absence of pathogenicity factors such as cytolysins VVH and MARTX, which cause tissue necrosis in the small intestine with subsequent dissemination into the bloodstream and other tissues, V. vulnificus is unable to cause intestinal infection.
Conclusion: The understanding of the determinants contributing the most to the infection is extremely important when analyzing strains circulating in the country and assessing the risks of diseases in humans exposed to this pathogen. Keywords: Vibrio vulnificus, pathogenicity factors, virulence, cytotoxin, hemolysin.
47
For citation: Tsyrulina OA, Chemisova OS, Noskov AK. Pathogenicity factors of Vibrio vulnificus: A review. Zdorov'e Naseleniya i Sreda Obitaniya. 2022; 30(6):59-65. (In Russ.) doi: https://doi.org/10.35627/2219-5238/2022-30-6-59-65
voLume 30, issue 6, 2022
https://doi.org/10.35627/2219-5238/2022-30-6-59-65
Обзорная статья
Author information:
Г* И Oksana A. Tsyrulina, Cand. Sci. (Biol.), Senior Researcher, Rostov-on-Don Plague Control Research Institute; e-mail: rykowskaya. CD oxana@yandex.ru; ORCID: https://orcid.org/0000-0001-6176-2605.
'—; Olga S. Chemisova, Cand. Sci. (Biol.), Acting Head of the Laboratory "Collection of pathogenic microorganisms", Rostov-on-Don Plague s= Control Research Institute; e-mail: chemisova@inbox.ru; ORCID: https://orcid.org/0000-0002-4059-2878.
Aleksey K. Noskov, Cand. Sci. (Med.), Director of the Rostov-on-Don Plague Control Research Institute; e-mail: noskov-epid@mail.ru; ORCID: https://orcid.org/0000-0003-0550-2221. ^^ Author contributions: study conception and design: Noskov A.K.; data collection: Tsyrulina O.A., Chemisova O.S.; analysis and interpretation ^^ of results: Noskov A.K.; draft manuscript preparation: Tsyrulina O.A., Chemisova O.S. All authors reviewed the results and approved the final version of the manuscript.
Compliance with ethical standards: Ethics approval was not required for this study.
Funding: The authors received no financial support for the research, authorship, and/or publication of this article. Conflict of interest: The authors declare that there is no conflict of interest. Received: April 08, 2022 / Accepted: June 6, 2022 / Published: June 30, 2022
Введение. Vibrio vulnificus — грамотрицательные, подвижные, изогнутые, палочковидные, патогенные бактерии рода Vibrio. Впервые были выделены как источник болезни в 1976 г. в г. Атланта. Первоначально Центром по контролю и профилактике заболеваний США описаны как «га-лофильный вид вибрионов». В 1976 г. Джон Л. Райхельт обозначил V. vulnificus как новый патогенетический вид рода Beneckea [1]. Дальнейшие исследования привели в 1979 г. к переносу патогена в род Vibrio и предложению изменить название на Vibrio vulnificus, что является его нынешней номенклатурой [2].
Бактерии вида V. vulnificus являются возбудителями кишечных заболеваний, раневых инфекций и септицемий [3]. Тяжесть поражений, вызываемых V. vulnificus, зависит от степени вирулентности возбудителя и состояния организма хозяина. Раневые инфекции возникают через повреждения кожи, а кишечные инфекции — после употребления морепродуктов. Гастроэнтерит сопровождается рвотой, диарей, болью в животе и обычно развивается в течение 16 часов после употребления зараженной пищи. У многих развиваются характерные буллезные поражения кожи. V. vulnificus гораздо чаще попадает в кровоток у людей с ослабленным иммунитетом и хроническими заболеваниями, что приводит к серьезным последствиям, таким как септический шок, а иногда и смерть [4, 5].
Данные вибрионы также представляют угрозу для коммерческой аквакультуры, поскольку они являются патогенами рыб и ракообразных [6—8]. Некоторые беспозвоночные, в их числе креветки и устрицы, выращиваемые в коммерческих целях, подвержены риску заражения, что может привести к высокой смертности хозяйственных культур и экономическим потерям для промышленности, а также к заражению людей в случае употребления такой продукции [6].
V. vulnificus широко распространен в эстуар-ных, прибрежных морских водах и солоноватых прудах с температурой выше 13 °C.
Культуры были выделены из прибрежных районов вдоль Атлантического, Тихого океана и побережья Персидского залива США, Европы, Израиля, Австралии и нескольких стран Восточной Азии. Являются наиболее частой причиной смерти, обусловленной употреблением морепродуктов, в Соединенных Штатах. V. vulnificus — эндемик юго-восточного побережья США. В США зарегистрировано более 900 случаев за период с 1998 по 2006 г. (свыше 100 случаев в год, 85 госпитализаций, 35 летальных исходов) [9, 10]. V. vulnificus широко распространен в Мексиканском заливе, где с 1990 г. от инфекции умерло более десятка человек. Исследователи из Пенсильвании
(Северо-Восток США) сообщили о возникновении 5 случаев некротического фасциита, вызванного V vulnificus, за летние периоды 2017 и 2018 гг. Важно отметить, что за предшествующие 8 лет (период 2008—2016 гг.) диагностирован только один случай данной инфекции. Случаи этой инфекции в США отмечались в районе Чесапикского залива в Атлантическом океане, однако они были редкими в более северной и холодной части — заливе Делавэр.
Летом и осенью 1996 и 1997 гг. в Израиле произошла вспышка инвазивной инфекции V. vulnificus у людей, которые обрабатывали свежую цельную рыбу, купленную в искусственных рыбоводных прудах. При этом зарегистрировано 62 случая заболевания. Причиной вспышки стал новый штамм V. vulnificus, классифицированный как биотип 3 [11, 12].
В Японии в период с 1999 по 2003 г. в общей сложности зарегистрировано 93 случая заболевания, обусловленного V. vulnificus. Из них 68 случаев (72,3 %) были представлены септицемией, а смертность составила 75 %. Matsuoka (2013) и соавт. сообщили о 12 пациентах с некротический фасциитом, 7 из которых оказались летальными. Причем все без исключения зараженные пациенты имели сопутствующие заболевания [13].
В 2003 г. в Германии зарегистрировано 52 случая заражения бактериями V. vulnificus, среди которых восемь человек погибло. Отмечались случаи заражения вибрионами на германском побережье Балтики — в 2010 г. умерли два человека. В 2014 г. был зафиксирован случай заражения мужчины V. vulnificus во время купания в Балтийском море с летальным исходом.
В Корее зарегистрировано 588 подтвержденных случаях инфекций, вызванных V. vulnificus с 2001 по 2010 г. Из всех зарегистрированных случаев 285 были смертельными, что составило 48,5 % [14]. Также в 2018 г. в Южной Корее выявлен случай инфицирования V. vulnificus, который закончился ампутацией руки пациента [15].
На территории России ежегодно такие вибрионы выделяют из проб морской воды на Черноморском побережье в гг. Новороссийске, Сочи, Ялте (Республика Крым), в Таганрогском заливе Азовского моря, а также из проб балластных вод судов, прибывающих в международные порты гг. Ростова, Таганрога и Азова из-за рубежа [16-18].
Исследователи отмечают, что аномалии климата, а в частности повышение температуры воды за последние десятилетия, создают благоприятные условия для обитания V. vulnificus в регионах, традиционно считавшихся очень холодными для роста и размножения этих микроорганизмов [19].
Review Article
Штаммы V. vulnificus классифицируются на биотипы в зависимости от их биохимических характеристик. Штаммы, принадлежащие к биотипу 1, являются причиной многочисленных клинических случаев инфекций у людей, в то время как штаммы биотипа 2 являются в основном патогенами угрей [20]. Биотип 3, первоначально обнаруженный в Израиле в 1996 г., обладает биохимическими свойствами обоих биотипов 1 и 2 и вызывает раневую инфекцию человека [21]. Анализ, сравнивающий геномное сходство между тремя биотипами, показал, что биотип 3 является гибридом биотипов 1 и 2 [22].
Тяжесть заболевания, вызванного инфекцией V. vulnificus, инвазивный характер и ее быстротечное течение указывают на то, что патогенность этих бактерий является многофакторным и сложным явлением, которое включает в себя продукты многих генов. V. vulnificus экспрессирует множество клеточно-ассоциированных и секретируемых факторов, которые потенциально способствуют патогенности, хотя конкретные роли большинства из них трудно определить [23].
Поэтому для разработки более совершенных методов лечения и профилактики, а также для понимания молекулярного патогенеза многопланового взаимодействия хозяина и патогена V. vulnificus по-прежнему необходим обширный скрининг и характеристика большего числа факторов вирулентности.
Цель исследования — обобщить, систематизировать и дать обзорную характеристику факторов патогенности V. vulnificus на основании изучения источников литературы. Такая углубленная оценка вклада различных факторов в патогенез V. vulnificus может помочь в разработке новых методов диагностики, направленных на лечение и профилактику сепсиса у человека.
Материалы и методы. Использованы информационно-аналитические методы на основе обобщения и анализа научных исследований на русском и английском языках, опубликованных в реферативных базах данных Scopus, PubMed, РИНЦ, информационных порталах за период 1976—2020 гг. Отбор статей осуществлялся по принципу наличия в них сведений по изучению факторов патогенности V. vulnificus. Было отобрано 60 полнотекстовых материалов, удовлетворяющих вышеуказанным критериям.
Факторы патогенности V. vulnificus
Чтобы вызвать заражение человека, V. vulnificus должен сначала пережить негостеприимную среду в нашем организме и преодолеть наш иммунный ответ. Он способен достичь этого благодаря детерминантам, которые усиливают его вирулентность, придавая способность выживать в человеческом организме. Благодаря комплексному взаимодействию факторов патогенности, таких как капсула, мембранные белки, пили и жгутики, реализуются сложные механизмы, в результате которых происходит инвазия патогена в организм хозяина [23, 24].
1. Углеводная капсула
V. vulnificus имеет полисахаридную капсулу, которая способствует выживанию в организме человека. Она защищает от фагоцитоза и помогает бактериям избежать опсонизации. Неинкапсулированные изогенные мутанты V. vulnificus легко фагоцитируются иммунными
клетками хозяина [25]. Патогенность V. vulnificus напрямую связана с наличием капсульного по- еэ лисахарида. Существует два типа колоний, об- еэ разованных V. vulnificus на твердой питательной среде, а именно прозрачные и непрозрачные ^ колонии. Прозрачные колонии V. vulnificus не ~ образуют капсулы и не являются вирулентными '—Р для мышей, в то время как непрозрачные колонии — наоборот [26]. Модели на мышах показали, что неинкапсулированные формы авирулентны. Однако эти же самые штаммы, как было показано, имеют высокую предрасположенность к переходу в вирулентную капсулированную форму при попадании в организм гидробионтов [27].
В результате транспозонного мутагенеза инкапсулированного вирулентного штамма V. vulnificus 1003(0) исследователями Smith A.B. и Siebeling R.J. (2003) было идентифицировано четыре генетические области, которые необходимы для экспрессии и вирулентности капсульного полисахарида (CPS). Три являются частью капсульного генного локуса, состоящего из генов биосинтеза, полимеризации и транспорта, сгруппированных на одном хромосомном фрагменте. Четвертая интегроноподобная область аналогична области суперинтегрона V. cholerae. Она состоит из открытых рамок считывания (ORF), кодирующих гены, функция которых неизвестна. Было показано, что мутация в каждом из локусов делает штаммы авирулентными.
Гены wcvA (эпимеразы), wcvF (рамнозил-трансферазы), wcvI (гликозилтрансферазы) и orf4 важны для биосинтеза капсулы. Шесть ORF были идентифицированы как участвующие в биосинтезе активированных предшественников моносахаридов. Эпимераза wcvA и дегидрогеназа wcvB были идентифицированы как проксимальные ORF одинаковой ориентации. Три гена rml: rmlA, rmlD и rmlC вовлечены в биосинтез L-рамнозы. И ген wcvH опосредует биосинтез активированных предшественников моносахаридов и гомологичен таковому у Streptococcus pneumoniae. Генами полимеризации и процессинга являются глико-зилтрансфераза (wecA, wcvE, wcvF, wcvG и wcvI) и флиппаза (wzx и wzy). Эти гены, участвующие в сборке и транспорте повторяющихся моносахаров, как полагают, специфичны для серотипа [28].
2. Липополисахарид (эндотоксин)
Как и все грамотрицательные бактерии, V. vulnificus имеет липополисахарид (ЛПС) в качестве основного компонента его внешней мембраны. Одним из его наиболее известных биологических эффектов при взаимодействии с хозяином является его эндотоксическая активность. Считается, что некроз тканей и эн-дотоксический шок, вызываемый V. vulnificus, обусловлены присутствием липополисахарида. Прямое внутривенное введение ЛПС крысам и мышам приводит к резкому падению среднего артериального давления в течение 10 минут и быстрой смерти животного через 30—60 минут, что указывает на его роль в развитии симптомов заболевания и летальности [29].
У V. vulnificus ЛПС является известным пи-рогеном, который вызывает небольшой цитоки-новый ответ у мышей и высвобождение ФНО-а (фактор некроза опухоли альфа). Таким образом, ЛПС V. vulnificus, главным образом из-за его
voLume зо, issue с, 2022
эндотоксичности, способствует патогенности |— этого микроорганизма [29—31].
3. Пили
Пили также являются важными детерминантами патогенности бактерий из-за их роли ^^ в прикреплении и колонизации ткани млекопитающего. Ранние исследования патогенеза V. vulnificus показали, что потеря способности к движению этих бактерий приводит как к отсутствию локализованного заболевания, так и гибели инфицированного животного [32].
Пили IV типа, характерные для V. vulnificus, важны не только для адгезии бактерий к поверхностям эукариотических клеток и патогенеза, но также для формирования биопленок на абиотических поверхностях. Пили V. vulnificus IV типа (pilA) имеют большую гомологию с пилями IV типа группы А, экспрессируемыми многими патогенами, включая холерный вибрион (pilA), синегнойную палочку (pilA) и гидрофильную палочку (tapA). Исследования показали, что отсутствие pilD, препилинпептидазы типа IV, приводит к потере всех поверхностных пилей и дефекту адгезии к эпителиальным клеткам человека. Выявлено присутствие pilA и pilD у штаммов V. vulnificus, выделенных из клинического материала и ООС, что свидетельствует об их существенной роли в экологии этого организма [33, 34].
4. Жгутик
Подвижность, опосредованная жгутиком, в дополнение к адгезии важна для реализации различных процессов, таких как образование биопленки и патогенез. Чтобы исследовать роль жгутиков в патогенезе V. vulnificus, Jones M.K. и соавт. (2009) были получены изогенные мутанты с инактивированными жгутиковыми генами (кодируемыми flgC и flgE). В результате это привело к значительному снижению подвижности, клеточной адгезии и цитотоксичности по сравнению с родительскими штаммами. Таким образом, потеря подвижности может привести не только к снижению адгезии, но и ингибированию доставки цитотоксинов. Это подтверждает гипотезу о том, что контакт с клетками-хозяевами необходим для секреции и активности токсина V. vulnificus [23].
5. Белки внешней мембраны
Два дополнительных белка OmpU и IlpA также относят к предполагаемым факторам вирулентности V. vulnificus.
OmpU — это белок внешней мембраны, способный связываться с фибронектином. Мутация этого гена приводит к снижению связывания и сцепления с Hep-2 клетками.
IlpA — это мембраносвязанный белок, способный стимулировать иммунный ответ. Мутант по этому гену также показал снижение цитотоксичности после внутрибрюшинного введения мышам [35].
В то же время показано, что эти белки способствуют локальному повреждению, но не обуславливают летальность [23].
6. Экзотоксины и ферменты
6.1. Гемолизин V. vulnificus, кодируемый vvhA
Гемолизин V. vulnificus (VVH) — это порооб-разующий холестерин-зависимый цитолизин. Существуют две точки зрения в вопросе эффекта вирулентности VVH in vivo. Более ранние исследования показали, что нарушение в гене гемолизина vvhA не оказывает влияния на вирулентность
Обзорная статья
V. vulnificus и летальность у мышей [36]. Однако другие исследования подтвердили, что ген vvhA в значительной степени регулируется и экспрес-сируется in vivo и, вероятно, играет важную роль в патогенезе V. vulnificus [37]. VVH принадлежит к цитолитическому порообразующему семейству токсинов (PFTs), которые вызывают цитолиз в различных клетках млекопитающих. Гемолизин VVH вызывает гемолиз эритроцитов у многих видов млекопитающих, причем эритроциты человека являются наиболее восприимчивыми. Несмотря на то что он активен в отношении эритроцитов овец, лошадей, коров, кроликов и кур, количество VVH, необходимое для того, чтобы вызвать 50 % гемолиз в идентичных условиях, различается между видами. Это объясняется тем, что восприимчивость эритроцитов тесно связана со связывающей способностью VVH и стабильностью мембран эритроцитов [38].
Токсин вызывает нарушение жизненно важных функций организма, создающих опасность для жизни. В результате воздействия гемолизина может происходить накопление жидкости в просвете кишечника, приводящее к диарее, частичный паралич и некроз тканей [39]. Прямое исследование влияния гемолизина на клетки хозяина показало, что воздействие токсина увеличивает проницаемость сосудов, вызывает апоптоз эндотелиальных клеток, индукцию индуцибельной синтазы оксида азота, увеличение продукции оксида азота и рекрутирования нейтрофилов. Гибель клеток, вызванная гемолизином, происходит через образование пор в клеточной мембране, что в итоге приводит к сосудистой проницаемости и гипотензии [40].
Молекулярные методы идентификации V. vulnificus, такие как гибридизация колоний с ДНК-зондом, ПЦР, LAMP нацелены на детекцию гена vvhA, который, по-видимому, является уникальным для V. vulnificus, в связи с чем считается надежной видоспецифической мишенью [41].
6.2. Токсин RTX
Другой цитотоксин RTX является мощным многофункциональным цитотоксическим фактором вирулентности V. vulnificus [42].
Токсины RTX, содержащие тандемный нона-пептидный повтор около N-конца [43], продуцируются многими грамотрицательными бактериями [44]. Большинство из них вызывают лизис клеток, нарушая целостность клеточной мембраны. Среди представителей рода Vibrio RTX (MARTX) был впервые обнаружен у V. cholerae [45].
Высокомолекулярный цитотоксин MARTX (multifiinctional autoprocessing repeats-in-toxin), кодируемый геном rtxA в составе RTX-кластера, является одним из факторов патогенности холерных вибрионов, обездвиживающим макрофаги и способствующим колонизации кишечника [46]. Производство и секреция токсина RTX RtxAl у V. vulnificus выполняются генами в двух разных оперонах, rtxC-rtxAl и rtxB-rtxD-rtxE, которых отличает высокая гомология нуклеотидной последовательности и генной организации от таковых у V. cholerae. Однако в отличие от V. cholerae RTX V. vulnificus образует поры на мембране клетки-хозяина и вызывает лизис клеток (индуцируя апоптотическую гибель эпителиальных клеток человека), инвазию и летальность мышей. Этот токсин также может вызывать выработку активных форм кислорода и приводить к гибели клеток
Review Article
хозяина через активацию NAD(P)H оксидазы 1 (nox1) [47]. Экспрессия rtxAl индуцируется после контакта с клетками хозяина как in vitro [48], так и in vivo [49]. Также этот цитотоксин способствует выживанию микроорганизмов вида V. vulnificus в очаге инфекции путем защиты бактерий от фагоцитоза [50].
6.3. Металлопротеиназа VvpE
V. vulnificus продуцирует металлопротеиназу (VvpE), которая, как подозревают, является детер-минантой вирулентности. Очищенная металлопро-теиназа вызывает геморрагическое повреждение и дермонекроз, увеличивает проницаемость сосудов и отек, а также смертельна для мышей [23].
V. vulnificus при попадании в организм человека встречает одновременные изменения факторов окружающей среды, включая температуру, осмо-лярность, уровни железа и кислорода. И известно, что большинство из этих факторов окружающей среды влияют на экспрессию гена vvpE.
Были исследованы взаимодействия VVP, а также его производного (PEG1-VVP), модифицированного полиэтиленгликолем, с различными белками плазмы крови человека в присутствии альфа-макроглобулина, единственного ингибитора нативного VVP в плазме крови.
Было показано, что VVP и PEG1-VVP разрушают ингибиторы протеиназ плазмы, включая ингибитор альфа-1-протеиназы, основной ингибитор в плазме человека. Поскольку эндогенные протеолитические ферменты и их ингибиторы необходимы для поддержания физиологического гомеостаза, эти результаты свидетельствуют о том, что VVP (и PEG1-VVP) могут вызывать дисбаланс систем ингибиторов протеиназы плазмы человека, тем самым вызывая иммунокомпрометированное состояние у хозяина и способствуя развитию системной инфекции V. vulnificus, такой как септицемия [51].
В дальнейшем Morris J.G. и соавт. было показано, что продукция vvpE характерна как для вирулентных, так и авирулентных штаммов V. vulnificus, что указывает на то, что этот фермент может и не влиять на летальность [52]. Мутационный анализ vvpE подтвердил эту гипотезу. При этом мутант-ный штамм не отличался от родительского при местных или системных инфекциях. В результате этих открытий были исследованы другие функции vvpE кроме разрушения ткани. Сообщается, что vvpE может способствовать расщеплению гемсо-держащих белков, тем самым высвобождая железо для использования сидерофорами, но дальнейшие исследования показали, что это, вероятно, не так. Однако наличие железа необходимо для эффективной транскрипции vvpE. В целом исследования активности и действия vvpE указывают на то, что металлопротеиназа не является основным фактором вирулентности V. vulnificus [23].
6.4. Фосфолипаза
Фосфолипазы, липолитические ферменты, гидролизующие один или несколько сложноэ-фирных связей в фосфолипидах, обнаружены у различных бактериальных патогенов. Эти ферменты играют важную роль в патогенезе бактерий. Фосфолипазы классифицируются на четыре основные группы (A — D) в зависимости от места их действия на фосфолипид. Среди них фосфолипаза А (PLA) способна гидролизовать жирную кислоту из основной цепи глицерина и подразделяется на
PLA1 и PLA2, каждый из которых гидролизует жирную кислоту из sn-1 и -2 положения глицеринового фрагмента соответственно. Соответственно, PLA считается фактором вирулентности бактерий, разрушающим фосфолипидную мембрану, что, в свою очередь, приводит к лизису эпителиальных клеток человека. В дополнение продукты, образующиеся в результате лизиса эпителиальных клеток, такие как лизофосфатидилхолин, могут в дальнейшем действовать как вторичные мессен-джеры, которые вызывают апоптотическую гибель эндотелиальных клеток человека [53].
У V. vulnificus фосфолипазу кодирует ген vvPlpA. Многие исследования показали, что vvPlpA является фактором вирулентности, вызывающим лизис и некротическую смерть эпителиальных клеток. VvPlpA представляет собой секреторную фосфолипазу A2, зависимую от системы секреции типа II, регулируемую hlyU и CRP, и она обусловливает патогенность V. vulnificus [54].
7. Система приобретения связанного железа
Железо является важнейшим макроэлементом микроорганизмов, действуя как переносчик электронов и кофактор синтеза ДНК и РНК. Окисленная форма железа нерастворима, а восстановленная форма высокотоксична для большинства макромолекул и в биологических системах, как правило, связана с железо- и гемсодержащими белками. Таким образом, на Земле практически нет свободного железа, доступного для бактерий, независимо от того, какой биотоп они населяют. Бактерии располагают несколькими системами приобретения железа. Эти системы используют один из двух механизмов. Первый предполагает прямой контакт между бактерией и экзогенными источниками железа/гема. Второй механизм реализуется посредствам синтеза молекул (сидерофоров и гемофоров) и высвобождения их в окружающую среду. Данные молекулы извлекают железо или гем из разных источников [55].
Рост V. vulnificus зависит от количества доступного железа. Наблюдаемая взаимосвязь инфекции с заболеванием печени (связанная с повышенным содержанием железа в сыворотке) может быть обусловлена способностью более вирулентных штаммов захватывать железо. V. vulnificus обладает двумя неспецифическими для хозяина системами поглощения железа, участвующими в реализации патогенетического потенциала. Одна система опосредована сидерофором и его рецептором VuuA, а другая основана на секретируемом гемофоре и его родственном рецепторе внешней мембраны HupA.
Примечательно, что был описан второй гем-рецептор HutR, но он, как доказано, не вовлекается в реализацию патогенеза. Интересно, что инактивация систем поглощения железа посредством мутаций в генах, кодирующих рецепторы VuuA и HupA, полностью устраняет вирулентность для мышей, но не вирулентность для угрей. Предполагается существование третьей, вероятно, специфической для хозяина системы захвата железа у угрей. Кроме того, ген-кандидат для этой третьей системы, vep20, был идентифицирован с использованием FURTA (анализ титрования железа) в p VvBt2-плазмиде, путем приобретения которой, как недавно было показано, формируются вирулентные для рыб штаммы V. vulnificus, относящиеся ко второму биотипу [56].
47
volume зо, issue с, 2022
8. Другие факторы патогенности
i— Также к дополнительным факторам патогенно-сти V. vulnificus относят комплекс ферментов, таких как эластаза, коллагеназа, муциназа, ДНК-аза. Удивительно, но секвенирование V. vulnificus ^^ штамма MO6-24/O, выделенного от больного с сепсисом, показало, что этот штамм обладает генным кластером, содержащим гены ace и zot, подобные V. cholerae [57].
Токсин Ace представляет собой интегральный мембранный белок, состоящий из 96 аминокислот. Механизм действия Асе заключается во встраивании гидрофобной a-спирали в мембрану энтероцита и формировании ион-проницаемой поры, вследствие чего жидкость с ионами поступает обратно в просвет кишечника, вызывая диарею [58].
Токсин Zot представляет собой энтероток-син, локализованный на внешней бактериальной мембране [59]. Механизм действия Zot состоит в усилении проницаемости тканей вследствие разрушения межклеточных плотных контактов, обеспечивающего более свободный доступ других токсинов к клеточной мембране [60].
Заключение. Риск желудочно-кишечных инфекций, обусловленных различными видами вибрионов, растет во всем мире в результате глобального потепления. А широкое распространение патогена V. vulnificus подчеркивает важность и необходимость понимания его многочисленных факторов патогенности и их влияния на организм хозяина. Анализ данных литературы свидетельствует о том, что вирулентность V. vulnificus является многофакторной. Несмотря на то что достигнут большой прогресс в изучении и расшифровке механизмов вирулентности и уже известен широкий набор факторов патогенности, до сих пор идут работы по поиску специфических генетических маркеров для дифференцировки вирулентных и авирулентных штаммов V. vulnificus.
Характеристика соматических, а также секре-тируемых продуктов V. vulnificus дает большой список предполагаемых факторов вирулентности, из которых только некоторые подтверждены как вносящие вклад в патогенность возбудителя.
При сравнении описанных детерминант относительно друг друга можно сделать вывод, что каждый из них вносит свой вклад в патогенность V. vulnificus.
Однако на основании изучения публикаций по данной тематике следует отметить, что в отсутствие двух секретируемых факторов патогенности — цитолизинов VVH и MARTX, которые связаны как с усиленным ростом in vivo, так и с некрозом тканей в тонкой кишке с последующей диссеми-нацией в кровоток и другие ткани, V. vulnificus не способен вызывать кишечную инфекцию. Это свидетельствует о том, что данные детерминанты вносят наибольший вклад в развитие инфекции и могут служить целевыми маркерами при анализе штаммов, циркулирующих на территории страны, и оценке рисков развития заболеваний у человека при контакте с возбудителем.
Список литературы / References
1. Reichelt JL, Baumann P, Baumann L. Study of genetic relationships among marine species of the genera Beneckea and Photobacterium by means of in vitro DNA/DNA hybridization. Arch Microbiol. 1976;110(1):101-120. doi: 10.1007/BF00416975
Обзорная статья
2. Farmer JJ 3rd. Vibrio („Beneckea") vulnificus, the bacterium associated with sepsis, septicaemia, and the sea. Lancet. 1979;2(8148):903. doi: 10.1016/s0140-6736(79)92715-6
3. Hollis DG, Weaver RE, Baker CN, Thornsberry C. Ha-lophilic Vibrio species isolated from blood cultures. J Clin Microbiol. 1976;3(4):425-431. doi: 10.1128/jcm.3.4.425-431.1976
4. Gulig PA, Bourdage KL, Starks AM. Molecular pathogenesis of Vibrio vulnificus. J Microbiol. 2005;43(Spec No):118-131.
5. Linkous DA, Oliver JD. Pathogenesis of Vibrio vulnificus. FEMS Microbiol Lett. 1999;174(2):207-214. doi: 10.1111/j.1574-6968.1999.tb13570.x
6. Molina-Aja A, Garcia-Gasca A, Abreu-Grobois A, Bolan-Mejia C, Roque A, Gomez-Gil B. Plasmid profiling and antibiotic resistance of Vibrio strains isolated from cultured penaeid shrimp. FEMS Microbiol Lett. 2002;213(1):7-12. doi: 10.1111/j.1574-6968.2002.tb11278.x
7. Horseman MA, Surani S. A comprehensive review of Vibrio vulnificus: an important cause of severe sepsis and skin and soft-tissue infection. Int J Infect Dis. 2011;15(3):e157-e166. doi: 10.1016/j.ijid.2010.11.003
8. Kitiyodom S, Khemtong S, Wongtavatchai J, Chuanchuen R. Characterization of antibiotic resistance in Vibrio spp. isolated from farmed marine shrimps (Penaeus mono-don). FEMS Microbiol Ecol. 2010;72(2):219-227. doi: 10.1111/j.1574-6941.2010.00846.x
9. Oliver JD. Vibrio vulnificus. In: Belkin S, Colwell RR, eds. Oceans and Health: Pathogens in the Marine Environment. 2005:253-276. doi: 10.1007/b102184
10. Oshima Y, Tanimoto T, Yuji K. Vibrio vulnificus infections from a previously nonendemic area. Ann Intern Med. 2020;172(5):367. doi: 10.7326/L19-0757
11. Bisharat N, Agmon V, Finkelstein R, et al. Clinical, epidemiological, and microbiological features of Vibrio vulnificus biogroup 3 causing outbreaks of wound infection and bacteraemia in Israel. Israel Vibrio Study Group. Lancet. 1999;354(9):1421-1424. doi: 10.1016/ s0140-6736(99)02471-x
12. Zaidenstein R, Sadik C, Lerner L, et al. Clinical characteristics and molecular subtyping of Vibrio vulnificus illnesses, Israel. Emerg Infect Dis. 2008;14(12):1875-1882. doi: 10.3201/eid1412.080499
13. Matsuoka Y, Nakayama Y, Yamada T, et al. Accurate diagnosis and treatment of Vibrio vulnificus infection: a retrospective study of 12 cases. Braz J Infect Dis. 2013;17(1):7-12. doi: 10.1016/j.bjid.2012.07.017
14. Lee HJ, Kim JA, Lee MA, Park SJ, Lee KH. Regulation of haemolysin ( VvhA) production by ferric uptake regulator (Fur) in Vibrio vulnificus: Repression of vvhA transcription by Fur and Proteolysis of VvhA by Fur-repressive exopro-teases. Mol Microbiol. 2013;88(4):813-826. doi: 10.1111/ mmi.12224
15. Park J, Lee CS. Vibrio vulnificus infection. N Eng J Med. 2018;379(4):375. doi: 10.1056/NEJMicm1716464
16. Гальцева Г.В., Зайденов А.М., Брудный Р.А., Левко-вич А.А., Нагорный С.И. Вибриофлора водных объектов рекреационных зон черноморского побережья и ее роль в патологии человека. Микробиология, эпидемиология и иммунология. 1994. № 6. С. 48-50.
16. Galtseva GV, Zaidenov AM, Brudny RA, Levkovich AA, Nagorny SI. [Vibrio flora of water bodies of recreational zones of the Black Sea coast and its role in human pathology.] Mikrobiologiya, Epidemiologiya i Immunologiya. 1994;(6):48-50. (In Russ.)
17. Смоликова Л.М., Ломов Ю.М., Хоменко Т.В. и др. Галофильные вибрионы, обусловившие вспышку пищевой токсикоинфекции во Владивостоке. Журн. микробиол., эпидемиол. и иммунобиол. 2001. № 6. С. 3 -7.
17. Smolikova LM, Lomov YM, Khomenko TV, et al. [Ha-lophilic vibrios that caused the outbreak of a food-borne intoxication in Vladivostok.] Zhurnal Mikrobiologii, Epidemiologic i Immunobiologii. 2001;(6):3-7. (In Russ.)
18. Чемисова О.С., Рыковская О.А., Даликова Р.Р. и др. Характеристика штаммов Vibrio parahaemolyticus и других галофильных вибрионов, выделенных из балластных вод судов, прибывающих в международные порты Ростовской области // Здоровье населения и среда обитания. 2014. № 7 (256). С. 42-45.
18. Chemisova OS, Rykovskaya OA, Dalikova RR, et al. Characterization of Vibrio human pathogens isolated from ballast waters of ships arriving to Rostov region international ports. Zdorov'e Naseleniya i Sreda Obitaniya. 2014;(7(256)):42-45. (In Russ.)
Review Article
41.
19. Baker-Austin C, Trinanes J, Gonzalez-Escalona N, Marti-nez-Urtaza J. Non-cholera vibrios: the microbial barometer of climate change. Trends Microbiol. 2017;25(1):76-84. doi: 10.1016/j.tim.2016.09.008
20. Amaro C, Biosca EG. Vibrio vulnificus biotype 2, pathogenic
for eels, is also an opportunistic pathogen for humans. Appl 42 Environ Microbiol. 1996;62(4):1454-1457. doi: 10.1128/ aem.62.4.1454-1457.1996
21. Colodner R, Raz R, Meir I, et al. Identification of the emerging pathogen Vibrio vulnificus biotype 3 by com- 43 mercially available phenotypic methods. J Clin Microbiol. 2004;42(9):4137-4140. doi: 10.1128/JCM.42.9.4137-4140.2004 44
22. Bisharat N, Cohen DI, Harding RM, et al. Hybrid Vibrio vulnificus. Emerg Infect Dis. 2005;11(1):30—35. doi: 10.3201/eid1101.040440
23. Jones MK, Oliver JD. Vibrio vulnificus: disease and 45 pathogenesis. Infect Immun. 2009;77(5):1723-1733. doi: 10.1128/IAI.01046-08
24. Goo SY, Lee HJ, Kim WH, et al. Identification of OmpU of Vibrio vulnificus as a fibronectin-binding pro- 46 tein and its role in bacterial pathogenesis. Infect Immun. 2006;74(10):5586-5594. doi: 10.1128/IAI.00171-06
25. Yoshida S, Ogawa M, Mizuguchi Y. Relation of capsular materials and colony opacity to virulence of Vibrio vul-nificus. Infect Immun. 1985;47(2):446-451. doi: 10.1128/ 47. IAI.47.2.446-451.1985
26. Li G, Wang MY. The role of Vibrio vulnificus virulence factors and regulators in its infection-induced sepsis. Folia Microbiol (Praha). 2020;65(2):265-274. doi: 10.1007/ 48. s12223-019-00763-7
27. Wright AC, Simpson LM, Oliver JD, Morris JG Jr. Phenotypic evaluation of acapsular transposon mutants
of Vibrio vulnificus. Infect Immun. 1990;58(6):1769-1773. 49 doi: 10.1128/iai.58.6.1769-1773.1990
28. Smith AB, Siebeling RJ. Identification of genetic loci required for capsular expression in Vibrio vulnificus. Infect Immun. 2003;71(3):1091-1097. doi: 10.1128/IAI.71.3.1091- 50. 1097.2003
29. McPherson VL, Watts JA, Simpson LM, Oliver JD. Physiological effects of the lipopolysaccharide of Vibrio vulnificus on mice and rats. Microbios. 1991;67(272- 51 273):141-149.
30. Biosca EG, Collado RM, Oliver JD, Amaro C. Comparative study of biological properties and electrophoretic characteristics of lipopolysaccharide from eel-virulent and eel-A virulent Vibrio vulnificus strains. Appl Environ Microbiol. 1999;65(2):856-858. doi: 10.1128/AEM.65.2.856-858.1999 52.
31. Bahrani K, Oliver JD. Studies on the lipopolysaccharide of a virulent and an avirulent strain of Vibrio vulnificus. Biochem Cell Biol. 1990;68(2):547-551. doi: 10.1139/o90-078
32. Bowdre JH, Poole MD, Oliver JD. Edema and he-moconcentration in mice experimentally infected with 53 Vibrio vulnificus. Infect Immun. 1981;32(3):1193-1199.
doi: 10.1128/iai.32.3.1193-1199.1981
33. Paranjpye RN, Johnson AB, Baxter AE, Strom MS. 54. Role of type IV pilins in persistence of Vibrio vulnificus
in Crassostrea virginica oysters. Appl Environ Microbiol. 2007;73(15):5041-5044. doi: 10.1128/AEM.00641-07
34. Paranjpye RN, Strom MS. A Vibrio vulnificus type IV pilin 55 contributes to biofilm formation, adherence to epithelial cells, and virulence. Infect Immun. 2005;73(3):1411-1422.
doi: 10.1128/IAI.73.3.1411-1422.2005
35. Goo SY, Han YS, Kim WH, Lee KH, Park SJ. Vibrio 56 vulnificus IlpA-induced cytokine production is mediated
by Toll-like receptor 2. J Biol Chem. 2007;282(38):27647-27658. doi: 10.1074/jbc.M701876200
36. Elgaml A, Miyoshi SI. Regulation systems of protease 57. and hemolysin production in Vibrio vulnificus. Microbiol Immunol. 2017;61(1):1-11. doi: 10.1111/1348-0421.12465
37. Lee SE, Ryu PY, Kim SY, et al. Production of Vibrio vulnificus hemolysin in vivo and its pathogenic significance. 58 Biochem Biophys Res Commun. 2004;324(1):86-91. doi: 10.1016/j.bbrc.2004.09.020
38. Yamanaka H, Shimatani S, Tanaka M, Katsu T, Ono B, Shinoda S. Susceptibility of erythrocytes from several animal 59 species to Vibrio vulnificus hemolysin. FEMS Microbiol Lett. 1989;52(3):251-255. doi: 10.1016/0378-1097(89)90206-1
39. Kim HR, Rho HW, Jeong MH, et al. Hemolytic mechanism of cytolysin produced from V. vulnificus. Life Sci. 1993;53(7):571-577. doi: 10.1016/0024-3205(93)90714-e 60.
40. Yuan Y, Feng Z, Wang J. Vibrio vulnificus hemolysin: biological activity, regulation of vvhA expression, and role in pathogenesis. Front Immunol. 2020;11:599439. doi: 10.3389/fimmu.2020.599439
-+ +■
+
Zhang L, Wang M, Cong D, et al. Rapid, specific and ^^ sensitive detection of Vibrio vulnificus by loop-mediated ^^ isothermal amplification targeted to vvhA gene. Acta —' Oceanologica Sinica. 2018;37(4):83-88. doi: 10.1007/ EB sl3131-018-1182-8 Œ
Lee JH, Kim MW, Kim BS, et al. Identification and ^ characterization of the Vibrio vulnificus rtxA essential for ^^
cytotoxicity in vitro and virulence in mice. J Microbiol. ■_u
2007;45(2):146-152.
Lally ET, Hill RB, Kieba IR, Korostoff J. The interaction between RTX toxins and target cells. Trends Microbiol. 1999;7(9):356-361. doi: 10.1016/s0966-842x(99)01530-9 Menestrina G, Moser C, Pellet S, Welch R. Pore-formation by Escherichia coli hemolysin (HlyA) and other members of the RTX toxins family. Toxicology. 1994;87(1-3):249-267. doi: 10.1016/0300-483X(94)90254-2 Lin W, Fullner KJ, Clayton R, et al. Identification of a Vibrio cholerae RTX toxin gene cluster that is tightly linked to the cholera toxin prophage. Proc Natl Acad Sci U S A. 1999;96(3):1071-1076. doi: 10.1073/pnas.96.3.1071 Dolores J, Satchell KJF. Analysis of Vibrio cholerae genome sequences reveals unique rtxA variants in environmental strains and an rtxA-null mutation in recent altered El Tor isolates. mBio. 2013;4(2):e00624. doi: 10.1128/ mBio.00624-12
Kim BS, Gavin HE, Satchell KJF. Variable virulence of biotype 3 Vibrio vulnificus due to MARTX toxin effector domain composition. mSphere. 2017;2(4):e00272-e00317. doi: 10.1128/mSphereDirect.00272-17 Kim YR, Lee SE, Kook H, et al. Vibrio vulnificus RTX toxin kills host cells only after contact of the bacteria with host cells. Cell Microbiol. 2008;10(4):848-862. doi: 10.1111/j.1462-5822.2007.01088.x
Chung KJ, Cho EJ, Kim MK, et al. RtxA1-induced expression of the small GTPase Rac2 plays a key role in the pathogenicity of Vibrio vulnificus. J Infect Dis. 2010;201(1):97-105. doi: 10.1086/648612 Lo HR, Lin JH, Chen YH, et al. RTX toxin enhances the survival of Vibrio vulnificus during infection by protecting the organism from phagocytosis. J Infect Dis. 2011;203(12):1866-1874. doi: 10.1093/infdis/jir070 Miyoshi S, Narukawa H, Tomochika K, Shinoda S. Actions of Vibrio vulnificus metalloprotease on human plasma proteinase—proteinase inhibitor systems: a comparative study of native protease with its derivative modified by polyethylene glycol. Microbiol Immunol. 1995;39(12):959-966. doi: 10.1111/j.1348-0421.1995.tb03299.x Morris JG Jr, Wright AC, Simpson LM, Wood PK, Johnson DE, Oliver JD. Virulence of Vibrio vulnificus: association with utilization of transferrin-bound iron, and lack or correlation with levels of cytotoxin or protease production. FEMS Microbiol Lett. 1987;40(1):55-59. Schmiel DH, Miller VL. Bacterial phospholipases and pathogenesis. Microbes Infect. 1999;1(13):1103—1112. doi: 10.1016/s1286-4579(99)00205-1
Jang KK, Lee ZW, Kim B, et al. Identification and characterization of Vibrio vulnificus plpA encoding a phospholipase A2 essential for pathogenesis. J Biol Chem. 2017;292(41):17129-17143. doi: 10.1074/jbc.M117.791657 Wandersman C, Delepelaire P. Bacterial iron sources: from siderophores to hemophores. Annu Rev Microbiol. 2004;58:611-647. doi: 10.1146/annurev.mi-cro.58.030603.123811
Pajuelo D, Lee CT, Roig FJ, Lemos ML, Hor LI, Amaro C. Host-nonspecific iron acquisition systems and virulence in the zoonotic serovar of Vibrio vulnificus. Infect Immun. 2014;82(2):731-744. doi: 10.1128/IAI.01117-13 Chatterjee T, Mukherjee D, Dey S, Pal A, Hoque KM, Chakrabarti P. Accessory cholera enterotoxin, Ace, from Vibrio cholerae: structure, unfolding, and virstatin binding. Biochemistry. 2011;50(14):2962-2972. doi: 10.1021/bi101673x Pérez-Reytor D, Jana V, Pavez L, Navarrete P, Garcia K. Accessory toxins of Vibrio pathogens and their role in epithelial disruption during infection. Front Microbiol. 2018;9:2248. doi: 10.3389/fmicb.2018.02248 Fasano A, Uzzau S, Fiore C, Margaretten K. The ente-rotoxic effect of zonula occludens toxin on rabbit small intestine involves the paracellular pathway. Gastroenterology. 1997;112(3):839-846. doi: 10.1053/gast.1997.v112. pm9041245
Di Pierro M, Lu R, Uzzau S, et al. Zonula occludens toxin structure — function analysis. Identification of the fragment biologically active on tight junctions and of the zonulin receptor binding domain. J Biol Chem. 2001;276(22):19160-19165. doi: 10.1074/jbc.M009674200
voLume 30, issue 6, 2022