Am 7universum.com
UNIVERSUM:
ЭКОНОМИКА И ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ФАКТИЧЕСКАЯ ОШИБКА: ВИДЫ И ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПНЫХ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ В РЕПРОДУКТИВНОЙ СФЕРЕ
Дядюн Кристина Владимировна
канд. юрид. наук, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин ВФ РТА,
РФ, г. Владивосток E-mail: Kristina.dyadyun@yandex.ru
ACTUAL ERROR: KINDS AND VALUE FOR QUALIFICATION OF CRIMINAL ENCROACHMENTS IN REPRODUCTIVE SPHERE
Kristina Dyadyun
Candidate of juridical sciences, Associate professor of department of criminal law VB RCA,
Russia, Vladivostok
АННОТАЦИЯ
В статье рассматриваются видовые и содержательные особенности фактической ошибки в оценке преступных деяний, посягающих на репродуктивные интересы. Автор проанализировал общие теоретические правила квалификации преступлений при фактической ошибке и рассмотрел их применительно к преступным посягательствам в репродуктивной сфере с учетом требований уголовного закона, а также исследования материалов судебной практики по соответствующей категории дел и результатов проведенного анкетирования. В итоге предлагаются рекомендации по нивелированию/минимизации выявленных сложностей.
Дядюн К.В. Фактическая ошибка: виды и значение для квалификации преступных посягательств в репродуктивной сфере // Universum: Экономика и юриспруденция : электрон. научн. журн. 2015. № 8(19) . URL: http://7universum.com/ru/economy/archive/item/2484
ABSTRACT
In article specific and substantial features of an actual error in an estimation of the criminal activity encroaching on reproductive interests are considered. General theoretical rules of qualification of crimes at an actual error and reproduced them with reference to criminal encroachments in reproductive sphere taking into account the requirements of criminal law, and also research of materials of judiciary practice on corresponding category of affairs and results of implemented questioning has analyzed. As a result recommendations about eliminating/minimization of the revealed complexities are offered.
Ключевые слова: фактическая ошибка, правила квалификации, убийство заведомо беременной женщины, незаконное производство аборта, назначение наказания.
Keywords: actual error, qualification rules, murder of obviously pregnant woman, illegal manufacture of abortion, appointment of punishment.
Ошибка — заблуждение лица касательно уголовно-правовой либо фактической стороны содеянного. Выделяют юридическую (ошибка относительно юридической сущности и юридических последствий деяния) и фактическую ошибку — в области оценки фактических обстоятельств содеянного. Основные проблемы квалификации по субъективной стороне касаются именно последней разновидности. Процент ошибок в этой области составляет от 30 до 50 %, а в отдельных случаях — более 60 % [6; 10; 15]. Это не просто «сухие цифры», за каждой из них — судьба конкретного человека.
В настоящее время особое значение имеет охрана репродуктивной сферы как основы существования и развития общества и государства. Очевидно, что наибольшие нарушения, но в то же время и наиболее существенные средства защиты характерны в указанной области именно для уголовного
законодательства. Однако и процент ошибок и их как уголовно-правовые, так и социальные последствия в данной сфере приобретают особо негативную окраску.
В настоящей статье предлагается анализ наиболее значимых видов фактической ошибки при квалификации преступных посягательств в репродуктивной сфере с предложениями способов их нивелирования/минимизации.
В свете рассматриваемого вопроса наиболее значимыми представляются: п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности); соотношение ст. 111 УК РФ (в части последствия в виде прерывания беременности) и ст. 123 УК РФ (незаконное проведение искусственного прерывания беременности).
Для наглядности и упрощения восприятия основные аспекты отражены в нижеприведенной таблице.
Таблица 1.
Правила квалификации при фактической ошибке
Вид фактической ошибки Значение
1. Неверное представление о содержании объекта 1. Квалификация содеянного по направленности умысла
2. Ошибка в потерпевшем 2. Квалифицируется как покушение по направленности умысла
3. Заблуждение относительно качества последствий 3. Содеянное оценивается с учетом направленности умысла
4. Ошибка относительно количества последствий 4. Виновному инкриминируется деяние в соответствии с направленностью умысла
5. Непредвидение наступивших последствий 5. ответственность наступает только за обстоятельства, которые охватывались умыслом
Для начала рассмотрим виды и значение фактической ошибки при квалификации содеянного по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. В указанной области наиболее частыми и проблемными являются следующие виды фактической ошибки:
1. Ошибка в элементах объекта преступления:
• Неверное представление о содержании объекта (виновный убивает женщину, будучи уверенным, что она беременна, но в действительности этого состояния у нее нет). Повышенная общественная опасность подобного деяния
обусловлена более высокой социальной сущностью объекта посягательства: жизнь человека + охрана материнства и детства.
По общему правилу, подобные ситуации должны квалифицироваться по направленности умысла как покушение на намеченный объект (так называемая юридическая фикция, позволяющая, с одной стороны, учесть осознание виновным повышенной степени общественной опасности деяния, с другой — недостижение планируемого результата по независящим от него обстоятельствам).
• Ошибка в потерпевшем (убийство небеременной женщины при желании причинения смерти женщине, находящейся в состоянии беременности).
По правилам квалификации содеянное необходимо квалифицировать как покушение в соответствии с направленностью умысла.
2. Ошибка относительно последствий:
• Относительно качества — предвидение ненаступивших последствий (виновный намеревался убить беременную женщину, однако потерпевшая в указанном состоянии не находилась).
Подобные деяния также квалифицируются по направленности умысла. В качестве последствия в указанной ситуации выступают смерть человека + уничтожение эмбриона.
• Относительно количества последствий — фактические последствия менее тяжкие, чем предполагаемые (фактические последствия — смерть человека; предполагаемые — смерть беременной женщины).
В данном случае содеянное опять-таки квалифицируется по направленности умысла.
Если же преступник убивает женщину, оказавшуюся беременной, не зная о наличии данного обстоятельства, его деяние будет квалифицироваться по ч. 1 ст. 105 УК РФ как простое убийство, т. к. нельзя инкриминировать лицу обстоятельство, которое не охватывалось его сознанием. Разумеется, за исключение случаев, когда изначально виновный желал совершить простое убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ), а в процессе соответствующих действий он
осознал наличие состояния беременности потерпевшей (по явным физиологическим признакам, из медицинской справки), но тем не менее завершил начатое. Такие деяния надлежит квалифицировать по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Проблемы квалификации вышеизложенных деяний обусловлены как теоретическими, так и практическими сложностями толкования соответствующих правил. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве» (ст. 105 УК РФ) [11] не содержится никаких разъяснений по рассматриваемому вопросу. Более того, соответствующий пункт ст. 105 УК РФ в данном документе вообще проигнорирован. То есть «разбирайтесь, как хотите». Правоохранительные органы, действительно, квалифицируют содеянное «как Бог пошлет».
Анализ судебно-следственной практики показал, что идентичные преступления в рассматриваемой области имеют совершенно разную правовую оценку:
а) квалификация содеянного по ч. 1 ст. 105 УК РФ [12, с. 21; 13, с. 18—19].
При таком решении вопроса не учитывается направленность умысла
виновного, степень общественной опасности деяния, игнорируются существующие правила квалификации и возможность назначения обоснованного наказания.
б) оценка преступного деяния по совокупности преступлений: ч. 1 ст. 105 УК и ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ (т. е. как простого убийства и покушения на убийство заведомо беременной женщины) [1].
Такой подход нарушает требования ч. 2 ст. 6 УК РФ о недопустимости двойной ответственности за одно и то же деяние. Также нарушает основные правила квалификации преступных деяний [9; 16; 20]:
• квалифицированный вид состава имеет «приоритет» перед основным
видом;
• деяние квалифицируется только по части (пункту) статьи, предусматривающей квалифицированный вид с учетом в необходимых случаях неоконченной преступной деятельности;
• содеянное квалифицируется по той статье (части статьи), которой предусматривается уголовно-правовая охрана более важного объекта преступного посягательства;
• решающее значение имеет более широкая направленность умысла.
Кроме того, подобная квалификация противоречит требованиям ст. 17
УК РФ.
в) инкриминирование виновному деяния, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ [14; 19].
Данное решение представляется невозможным, т. к. отсутствует оконченный состав соответствующей разновидности убийства.
г) квалификация содеянного как покушения на убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности [1].
Указанная позиция представляется наиболее обоснованной:
• соответствует правилам квалификации;
• не противоречит основополагающим принципам уголовного закона;
• содействует назначению справедливого наказания.
В то же время указанный разброс в квалификации рассмотренных деяний, проблемы толкования и применения соответствующих правил свидетельствуют о необходимости разъяснения рассмотренных проблемных аспектов как минимум в рамках Постановления Пленума Верховного Суда РФ. В противном случае идентичные деяния будут по-прежнему квалифицироваться по-разному, соответственно, влечь различное наказание для виновных и, как следствие, нарушать требования основополагающих принципов уголовного закона, общий режим законности в государстве и оказывать негативное влияние на уважение общества к действующему законодательству.
Результаты проведенного анкетирования по данному вопросу (450 чел.: студенты старших курсов юридических вузов, обычные граждане, сотрудники правоохранительных органов с минимальным стажем работы от 8 лет) также весьма неоднозначны. 44,4 % опрошенных считают необходимым квалифицировать рассмотренную ситуацию по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ (большинство — студенты ЮИ); 22,2 % ратуют за оценку данного деяния в рамках ч. 1 ст. 105 УК РФ (в основном — обычные граждане); 20 % респондентов отмечают целесообразность квалификации анализируемого деяния по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ; и 13, 3 % считают обоснованной применение ответственности по совокупности преступлений (ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 105 УК РФ).
Таблица 2.
Проблемы квалификации убийства заведомо беременной женщины
Вопрос: Как, на Ваш взгляд, следует квалифицировать убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, в случае когда фактически данное состояние отсутствовало?
Общие показатели
Варианты ответов Как простое убийство (без отягчающих и смягчающих обстоятельств ): ч. 1 ст. 105 УК РФ. Как квалифицированно е убийство (с отягчающими обстоятельствами — заведомо беременной женщины): п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Как покушение на убийство заведомо беременной женщины: ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. По совокупности преступлений: покушение на убийство заведомо беременной женщины (ч. 3 ст. 30, п «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ) и простое убийство (ч. 1 ст. 1-5 УК РФ).
Общее кол-во опрошенных 22,2 % 44,4 % 20 % 13,3 %
Студенты ЮИ (150 чел.) 2,2 % 22, 2 % 2,2 % 6,7 %
Обычные граждане (150 чел.) 13, 3 % 8, 9 % 8, 9 % 2,2 %
Сотрудники правоохр. органов (150 чел.) 6,7 % 13, 3 % 8, 9 % 4, 4 %
Следующим важным вопросом в свете рассматриваемой темы является анализ фактических ошибок при квалификации незаконного производства аборта (ст. 123 УК РФ).
Основные фактические ошибки в данной области представлены в нижеприведенной таблице.
Таблица 3.
Проблемы квалификации незаконного производства аборта
Вид фактической ошибки Пример Правило квалификации
1.Ошибка в элементах объекта преступления Причинение смерти рождающемуся ребенку в ходе незаконного производства аборта Квалификация по совокупности:ст. 123 и 105 УК РФ.
2. Ошибка относительно последствий Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего прерывание беременности/ незаконное проведение искусственного прерывания беременности, повлекшее причинения тяжкого вреда здоровью Квалификация по специальной норме с учетом направленности умысла — ч. 3 ст. 123 УК РФ.
3. Ошибка в развитии причинной связи Причинение в результате незаконного производства аборта последствий, не предусмотренных ст. 123 УК РФ (бесплодие, причинение вреда эмбриону в отсутствие его «извлечения» из утробы матери и т. п.) Не влияет на форму вины и квалификацию содеянного (учитывается направленность умысла)
В анализируемом вопросе очень важна грань, отделяющая убийство от незаконного аборта. Такой гранью является момент начала процесса рождения: появление какой-либо части тела ребенка из утробы матери. До указанного момента умерщвление плода может квалифицироваться только как незаконный аборт.
Еще одним важным моментом в рассматриваемом вопросе является обязательное наличие согласия беременной женщины на производство аборта. По мнению некоторых исследователей [2; 5; 7, с. 298; 21], при отсутствии такого согласия виновные должны отвечать за причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей (ст. 111 УК РФ). Такой подход:
• не учитывает направленность умысла виновного (причинение соответствующего вреда здоровью/прерывание беременности);
• противоречит системе уголовного закона (закрепление соответствующего фактора в качестве последствия (ч. 1 ст. 111 УК РФ)/ содержательного аспекта деяния (ст. 123 УК РФ);
• не соответствует положениям принципа вины и правилам квалификации.
В рассматриваемом вопросе целесообразно обратиться к позиции советского законодателя, который предусматривал совершение незаконного аборта без согласия матери в качестве квалифицирующего обстоятельства данного состава преступления (ст. 146 УК РСФСР 1922 г.; ст. 140 УК РСФСР 1926 г.) [4]. Такой подход соответствует и современным медицинским критериям правомерности аборта, а также целям и задачам действующего уголовного законодательства.
По результатам проведенного анкетирования, большинство опрошенных (86,7 %) считают необходимым ужесточать ответственность за производство аборта без согласия женщины. Примечательно, что в означенной позиции мнения студентов юридических институтов, обычных граждан и сотрудников правоохранительных органов совпали и были равнозначны.
Таблица 4.
Результаты соцопроса о целесообразности ужесточения ответственности за производство аборта без согласия женщины
Вопрос: Следует ли, по Вашему мнению, ужесточать ответственность за производство аборта без согласия женщины?
Общие показатели
Варианты ответов Да, следует Нет, не следует
Общее кол-во опрошенных (450 чел.) 86,7 % 13,3 %
Студенты юридических институтов (150 чел.) 28, 9 % 4,4 %
Обычные граждане (150 чел.) 28, 9 % 4,4 %
Сотрудники правоохр. органов (150 чел.) 28,9 % 4,4 %
Следующим проблемным вопросом является момент окончания анализируемого преступного деяния: момент изгнания плода/момент
производства операции.
Одни теоретики поддерживают первую позицию [5, с. 398; 18, с. 69]. Другие настаивают на второй [3; 8]. Последнее мнение представляется более обоснованным в силу следующих причин:
• значение соответствующего термина: «процесс создания, осуществления чего-либо»;
• учет общественной опасности содеянного: например, проведение
искусственного прерывания беременности, не завершившееся изгнанием плода, может отрицательно отразиться на физическом и психическом состоянии ребенка, который может впоследствии родиться неполноценным, с отклонениями в развитии/либо последствия неудавшегося аборта могут быть растянуты во времени, проявиться позднее при вынашивании женщиной желанного ребенка [22, с. 9].
В то же время в судебной практике в настоящее время отсутствует однозначный подход в квалификации рассматриваемого преступного деяния. В одном случае содеянное квалифицируется как покушение на незаконное производство аборта. В другом аналогичные действия оцениваются по ч. 3 ст. 123 УК РФ [17].
Результаты проведенного соцопроса показали, что по 35,6 % респондентов считают рассматриваемое преступление оконченным с момента осуществления соответствующей операции/с момента осуществления действий, направленных на производство аборта; 24,4 % — с момента изгнания плода (в основном студенты юридических институтов); 4,4 % (обычные граждане) — с момента причинения вреда здоровью женщины. Указанные результаты подтверждают отсутствие четкого понимания о моменте окончания рассматриваемого преступного деяния, но в то же время позволяют указывать на необходимость квалификации содеянного в качестве оконченного преступления с момента проведения незаконного искусственного прерывания беременности.
Представляется, для разрешения указанных противоречий целесообразным было бы издание соответствующего Постановления Пленума Верховного Суда РФ.
Таблица 5.
Общественное мнение по поводу момента окончания преступления,
предусмотренного ст. 123 УК РФ
Вопрос: С какого момента, на Ваш взгляд, незаконное производство аборта следует считать оконченным преступлением?
Общие показатели
Варианты ответов С момента изгнания плода С момента осуществления соответствующей операции С момента причинения вреда здоровью женщины С момента осуществления действий, направленных на производство аборта
Общее кол-во опрошенных (450 чел.) 24,4 % 35, 6 % 4,4 % 35,6 %
Студенты юридически х институтов (150 чел.) 11, 1 % 8,9 % 0 % 13, 3 %
Обычные граждане (150 чел.) 6, 7 % 11, 1 % 4,4 % 11,1 %
Сотрудники правоохр. органов (150 чел.) 6,7 % 15,6 % 0 % 11,1 %
Суммируя вышеизложенное, можно сделать следующие основные выводы:
1. Минимизация/нивелирование фактических ошибок — залог реализации целей и задач уголовного закона, обеспечения положений основополагающих уголовно-правовых принципов и назначения справедливого и обоснованного наказания.
2. При квалификации содеянного по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо учитывать и доказывать направленность умысла виновного в целях назначения справедливого и обоснованного наказания.
3. Совершение убийства женщины, которую виновный ошибочно считал беременной, следует квалифицировать как покушение на убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.
4. Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 123 УК РФ, следует считать оконченным с момента совершения незаконных действий, направленных на прерывание беременности.
5. Для систематизации правоприменительной практики, обеспечения единообразного подхода к квалификации соответствующих деяний, видится необходимым принятие соответствующих разъяснений Пленумом Верховного Суда РФ.
Список литературы:
1. Верховный Суд РФ. Официальный сайт / [Электронный ресурс]. — Режим доступа: URL: http://www.vsrf.ru (дата обращения: 12.03.2011).
2. Горбатова М.А. Некоторые проблемы уголовной ответственности за незаконное производство аборта // Вестник Южно-Уральского государственного университета. — 2013. — № 4. — С. 46—52.
3. Горелик И.И. Квалификация преступлений, опасных для жизни и здоровья. — Минск, 1973.
4. История государства и права России. Сборник документов. — Владивосток, 1997.
5. Козаченко И.Я. Актуальные проблемы борьбы с преступностью. — Свердловск, 1989.
6. Колосовский В.В. Ошибки в квалификации уголовно-правовых деяний. — Челябинск, 2005.
7. Комментарий к УК РФ/под общ. ред. В.М. Лебедева. — М., 2005.
8. Корнеева А.В. Теоретические основы квалификации преступлений. — М., 2006.
9. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. — М., 2001.
10. Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений. — М., 2007.
11. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве» / [Электронный ресурс]. — Режим доступа: URL: http://vsrf.ru (дата обращения: 01.07.2015).
12. Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации № 361п04 по делу Кайсина // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2005. — № 1.
13. Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации № 420- п-07 // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2008. — № 8.
14. Приговор Хасанского районного суда Приморского края от 16.12.2010 г.
15. Российская криминологическая ассоциация. Официальный сайт / [Электронный ресурс]. — Режим доступа: URL: http://crimas.ru (дата обращения: 01.07.2015).
16. Семернева Н.К. Квалификация преступлений. — Екатеринбург, 2010.
17. Следственный комитет РФ. Официальный сайт / [Электронный ресурс]. — Режим доступа: URL:http://www.sledcom.ru (дата обращения: 10.12.2011).
18. Тасаков С., Шумилов А.И. Прерывание беременности. Уголовно-правовые аспекты // Уголовное право. — 2004. — № 2.
19. Тюменский областной суд. Официальный сайт / [Электронный ресурс]. —
Режим доступа: URL: http://oblsud.tum.sudrf.ru (дата обращения:
23.12.2011).
20. Уголовное право. Особенная часть / под ред. Л.Д. Гаухмана, С.В. Максимова. — М., 2005.
21. Шарапов Р.Д. УК не бессилен перед незаконным производством аборта // Медицинское право. — 2006. — № 2.
22. Энциклопедический справочник по медицине. — Минск, 2009.