Научная статья на тему 'Этнокультурные особенности категории пространственности в башкирском языке'

Этнокультурные особенности категории пространственности в башкирском языке Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
173
14
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
БАШКИРСКИЙ ЯЗЫК / КАТЕГОРИЯ ПРОСТРАНСТВЕННОСТИ / ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ / АНТРОПОЦЕНТРИЧНОСТЬ / РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ / ЯЗЫКОВАЯ КАРТИНА МИРА / ОБЪЕКТ ЛОКАЛИЗАЦИИ / BASHKIR LANGUAGE / CATEGORY SPATIALITY / ETHNOCULTURAL FEATURES / ANTHROPOCENTRICITY / REPRESENTATION / LINGUISTIC PICTURE OF THE WORLD / OBJECT LOCALIZATION

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Кулсарин А.И.

В статье анализируется этнокультурная специфика категории пространственности в башкирском языке. Антропоцентричность выражения пространственных отношений в языковой картине мира башкир подтверждается использованием наименований частей тела в обозначении направлений или местоположения частей предметов: ҡолас (маховая сажень, обхват, охват), аҙым (шаг); тубыҡҡа тиклем, тубыҡтан (до колен), ҡарыш (пядь) и т.д. В качестве центра поля локативности в башкирском языке выделены понятия «ер, урын, арауыҡ, киңлек, аралыҡ» в значениях «место, местность, пространство; земля, территория». Среди объектов локализации в башкирском языке выделяются 1) имена, обозначающие предметы в широком смысле, соотносимые как с физическими телами и пространствами (һыу вода, урман лес, йорт, өй дом, урам улица и т.д.), так и с идеальными сущностями (йән, күңел душа, уй-фекер мысли и т.д.); 2) событийные имена (туй свадьба, байрам праздник, көрәш борьба и т.д.); 3) местоимения, соотносимые с ситуацией в целом (бында, был эштә, урында и т.д.). Этнокультурная специфика фразеологических единиц, связанных с категорией пространственности, представлена на примере башкирского фольклора и творчества современных писателей. Раскрыты национально-культурные особенности выражений «күктең етенсе ҡатында» «на седьмом небе», «ер менән күк араһында» «между небом и землей», «йәһәннәм төпкөлө» «адская бездна» и т.д. В башкирском ментальном представлении пространственности сыграли важную роль и религиозные воззрения народа, о чем свидетельствует распространенное выражение «дүрт яғың ҡибла» (буквально: «все твои четыре стороны кибла»). Кибла это направление на Каабу, куда обращают свое лицо мусульмане во время молитвы. Актуальность понятия «пространство» в современном башкирском языке подтверждается возникновением многочисленных атрибутивных сочетаний: интернет-пространство, информационное пространство, образовательное пространство, творческие горизонты, часто используемых в текстах периодических изданий.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

ETHNOCULTURAL FEATURES OF THE CATEGORY OF SPATIALITY IN THE BASHKIR LANGUAGE

In the article the ethnocultural specificity of the category of spatiality in Bashkir language is analyzed. Anthropocentricity of expression of spatial relations in the Bashkir linguistic picture of the world is confirmed by the the names of body parts in the designation of directions or locations of parts of things: ҡолас (fathom, arms span), аҙым (step), тубыҡҡа тиклем, тубыҡтан (up to the knees), ҡарыш (span) etc. In the center of the field of locativity the following concepts are located: “ер, урын, арауыҡ, киңлек, аралыҡ” in Bashkir language with meanings “place, locality, space; land, territory”. Among the objects of localization in Bashkir language 3 groups can be specified: 1) names, denoting objects in wide meaning, correlated with both physical agents and spaces (һыу water, урман forest, йорт, өй house, урам street), also with ideal essences (йән, күңел soul, уй-фекер thoughts); 2) event names (туй wedding, байрам celebration, көрәш struggle); 3) pronouns, which correlate with the whole situation (бында, был эштә, урында). Ethnocultural specifity of fixed phrases, related to category of spatiality, is presented on the example of Bashkir folklore and creativity of modern writers. Disclosed national cultural features in expressions “күктең етенсе ҡатында” ‘to be over the moon”, “ер менән күк араһында” “knock about between earth and sky”, “йәһәннәм төпкөлө” “hellhole”. Religious views of the Bashkirs played a big role in the Bashkir mental representations of spatiality, as evidenced by common expression “дүрт яғың ҡибла” (“all your four sides of the Qibla”). Кибла this is direction of the Caaba. Topicality of the concept “space” in the modern Bashkir language is confirmed by the emergence of many attribute combinations: web space, information space, educational space, creative horizons, which are often used in the texts of periodicals.

Текст научной работы на тему «Этнокультурные особенности категории пространственности в башкирском языке»

УДК 811.512.141

ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ КАТЕГОРИИ ПРОСТРАНСТВЕННОСТИ

В БАШКИРСКОМ ЯЗЫКЕ

© А. И. Кулсарин

В статье анализируется этнокультурная специфика категории пространственности в башкирском языке. Антропоцентричность выражения пространственных отношений в языковой картине мира башкир подтверждается использованием наименований частей тела в обозначении направлений или местоположения частей предметов: колас (маховая сажень, обхват, охват), а^ым (шаг); тубыкка тиклем, тубыктан (до колен), карыш (пядь) и т.д. В качестве центра поля локативности в башкирском языке выделены понятия «ер, урын, арауык, кицлек, аралык» в значениях «место, местность, пространство; земля, территория».

Среди объектов локализации в башкирском языке выделяются 1) имена, обозначающие предметы в широком смысле, соотносимые как с физическими телами и пространствами (Ьыу - вода, урман - лес, йорт, ей - дом, урам - улица и т.д.), так и с идеальными сущностями (йэн, куцел - душа, уй-фекер - мысли и т.д.); 2) событийные имена (туй - свадьба, байрам -праздник, керэш - борьба и т.д.); 3) местоимения, соотносимые с ситуацией в целом (бында, был эштэ, урында и т.д.).

Этнокультурная специфика фразеологических единиц, связанных с категорией пространственности, представлена на примере башкирского фольклора и творчества современных писателей. Раскрыты национально-культурные особенности выражений «куктец етенсе катында» - «на седьмом небе», «ер менэн кук ара^тда» - «между небом и землей», «йэhэннэм тепкеле» - «адская бездна» и т.д. В башкирском ментальном представлении пространственности сыграли важную роль и религиозные воззрения народа, о чем свидетельствует распространенное выражение «дурт ягыц кибла» (буквально: «все твои четыре стороны кибла»). Кибла - это направление на Каабу, куда обращают свое лицо мусульмане во время молитвы.

Актуальность понятия «пространство» в современном башкирском языке подтверждается возникновением многочисленных атрибутивных сочетаний: интернет-пространство, информационное пространство, образовательное пространство, творческие горизонты, часто используемых в текстах периодических изданий.

Ключевые слова: башкирский язык, категория пространственности, этнокультурные особенности, антропоцентричность, репрезентация, языковая картина мира, объект локализации.

Башкирский государственный университет Россия, Республика Башкортостан, 450076 г. Уфа, ул. Заки Валиди, 32.

Тел.: +7 (34 7) 272 33 82. Email: arn1991@mail.ru

Пространство относится к числу важнейших категорий, являющихся наряду с понятием времени, основной формой существования материи. Категория пространственности стала объектом внимания философов, психологов, социологов, литературоведов. Интерес к языковым единицам с пространственным значением усилился в связи с использованием когнитивного анализа, изучением языковой концептуализации мира, описанием языковой картины мира с ее национально -специфическими особенностями. В рамках семантического и когнитивного направления вопросы языковой репрезентации категории пространства рассматриваются в трудах М. Д. Ахундова [1], В. Г. Гака [2], А. Т. Додуевой [3], Р. А. Иманалие-вой [4], Е. С. Яковлевой [5] и др. В башкирском языкознании эта проблема не стала еще объектом специального исследования, имеются лишь отдельные статьи о репрезентации категории простран-ственности в устно-поэтических текстах. Так, в диссертации Г. Х. Бухаровой дается когнитивно-концептуальный анализ семантического простран-

ства и смысловой структуры текста башкирского эпоса «Урал-батыр» [6]. В статье Г. Г. Кульсариной рассматриваются наиболее часто употребляющиеся формулы и выражения, используемые для обозначения времени и пространства в языковой картине мира башкирского фольклора [7]. В работе Р. А. Абуталиповой лексический способ репрезентации локативных значений в башкирском языке представлен глаголами движения [8].

Большинство исследователей указывают на сложность и многообразие понятия пространства. Пространство - это то, что вмещает человека, то, что он осознает вокруг себя, то, что он видит простирающимся перед ним. Пространство - это среда всего сущего, окружения, в котором все происходит и случается, некая заполненная объектами и людьми «пустота».

Пространственная локализация представлена в языке многослойно. В словарях используются различные термины для обозначения основного названия данной категории в лингвистике: пространство, место, локативность, локальность, спаци-

альность. Центром поля пространственности и «общим идентификатором» имен пространственной семантики в башкирском языке являются субстан-тивы ер, урын, арауык, кицлек, ара, аралык в значениях «место, местность, пространство; земля, территория». Например:

"Эсем яна, у^-у^емз урын тапмайым "

(Р. Камал);

"Ниндзй рзхзт йзнец Ыллектзре Тыуган ер^ец йзйге кицлектзре "

(М. Хисамова);

"Йврзгецдз hалкынлык Ыфзм, Ауыр KYтзрелеп карауы. Ондзшмзйенсз бик тз бик туфзм, Бо^ан kyпер hалыр арауык "

(М. Хисамова).

"Йзмдзр э^лзп килеп сыгам Кайътдар аракыш"

(М. Хисамова);

"Алла мензн кеше араhында Фзрештз,

Бзлзлзр^зн курсый икзн Ьзр эштз"

(Й. Ильясова).

Встречается также слово "иц(е)", образованное от глагола - охватить, простираться: "Урман ице яцгырап, hелкенеп торган кеуек" (Р. Камал); "Нисек йзшзгзн ул/Ицен, буйын курмзй донъяныц? " (Р. Нигмэти).

Среди объектов локализации в башкирском языке выделяются события и предметы. Позицию объекта локализации могут занимать:

1) имена, обозначающие предметы в широком смысле, соотносимые как с физическими телами и пространствами (Иыу - вода, урман - лес, йорт, ей -дом, урам - улица), так и с идеальными сущностями (йэн, куцел - душа, уй-фекер - мысли). Например:

"Тик бейеклек hзм бвйвклвк йзшзй Ьзр бер йортта, hзр бер урамда "

(Р. Нигмэти);

"Куцел кунзге шатлык шзрбзте мензн мвлдврзмз тулды "

(Р. Камал).

"Илдз шундай мзлдзр була: Гз^ел hy-З зйтеу тыйыла, Тап шул сакта шагир hy^ Халкы йзненз hыйына "

(Й. Ильясова).

2) событийные имена (туй - свадьба, байрам -праздник, керэш - борьба и т.д.):

"Эйтте: «Улым, бар кврзшкз, Дошманды емер "

(Р. Нигмэти);

"Тик ун ике тапкыр гына Тибз йврзк,

Ингзн сакта Яцы йылза Телзп телзк "

(Й. Ильясова).

3) местоимения, соотносимые с ситуацией в целом:

"Бында дицгез генз haMKbm тYгел, Кешелзр$з 6Ym3H, икенсе, Сит з$змhец бында, ят бзндзhец, Булhац ине лз тик YmKeHce "

(Й. Ильясова).

"Сирек быуат йзшзгзнбе$ айырым, Беребе$ - бында, беребе$ - тегендз "

(F. Рамазанов).

Влияние пространственных представлений на формирование национальной картины мира отмечается многими философами, культурологами и лингвистами. Ученые обращают внимание на связь языка с культурой (В. А. Звегинцев, В. А. Маслова), подчеркивают важную особенность национально -культурного восприятия пространства: «... обращение с пространством - определенным образом нормированный аспект человеческого поведения, когда замечаем, что люди, воспитанные в разных национальных культурах, обращаются по существу с ним по-разному, в соответствии с принятыми в их стране «моделями» [9, с. 7]. Так, Г. Гачев в своих работах по культурологии уделяет большое внимание влиянию географических и геополитических факторов на формирование образа мира различных народов. «Природа, среди которой народ вырастает и совершает свою историю, есть первое и очевидное, что определяет лицо национальной целостности. Она - фактор постоянно действующий. Тело земли: лес /и какой/, горы, море, пустыни, степи, тундра, вечная мерзлота или джунгли; климат умеренный или подверженный катастрофическим изломам ..., животный мир, растительность - все это предопределяет и последующий род труда и быта ... и модель мира ...» [10, с. 63]. В его трудах содержатся интересные наблюдения о влиянии пространственных факторов на формирование особенностей национального менталитета [11]. Действительно, культурная или этническая разновидность данного феномена связана с представлениями каждого этноса, которому присущи определенное мировоззрение, мироощущение, традиции, поверья, культурные и бытовые установки, трансформирующие и структурирующие конкретное пространство. Язык отражает и репрезентирует этнос и выражает пространственные отношения с помощью лексико-грамматических средств, передающих культурные установки, традиции и опыт того или иного социума. Особенно рельефно это отразилось в башкирской паремиологии, о чем свидетельствует «Словарь башкирских народных пословиц и поговорок» М. Х. Ахтямова [12]. Иллюстративным материалом для данной статьи послужили также произведения следующих известных башкирских поэтов и писателей: Р. Нигмати [13], Ю. Ильясовой [14], Г. Рамазанова [15], Р. Камала [16], М. Хисамовой [17], Т. Ганиевой [18], а также республиканские периодические издания.

В башкирском языке пространственные отношения выражены в большинстве случаев антропоцентрично. Например, для обозначения направлений или местоположения частей предметов используются наименования частей тела: колас - маховая сажень, обхват, охват: "Алдаксыныц теле мец колас"; "Ыласындыц коласы киц"; "Бер колас - ер тугел" (мэкэлдэр).

В башкирском языке часто используется выражение "киц колас алыу" в значении «получить широкий размах»: "Граждандар кугышы киц колас ала, башкорт ердэре берсэ актар, берсэ кыдылдар кулына кусэ" (Р. Зэйнетдинов, "Йэшлек" гэзитенэн).

Азым - шаг: "Алдап, алты адым да китмэдкец"; "Алтмыш адым алга атла, алты тапкыр артыца кара"; "Мец сакрымлык юл бер адымдан башлана"; "Бадкыска берэр адымлап менэлэр" (мэкэлдэр).

Особенно ярко представлено это явление в поэтических строчках М. Хисамовой:

"Тик бер адым Нинец менэн минец ара,

Шул адымда упкын да бар, ут-кыу да бар" (М. Хисамова).

Тубыкка тиклем, тубыктан - до колен: "Тилегэ дицгед тубыктан" (мэкэл).

Карыш - пядь: "Уде бер карыш - Накалы мец карыш" (экиэттэн); "Ьэлэткеддец коласы бер карыш" (эйтем).

Категория пространственности в башкирском языке непосредственно связана с оппозицией «далеко - близко». Эта связь является закономерной, т.к. реализует особенности восприятия языковой картины мира башкирским народом, в сознании которого находит отражение необозримое, необъятное, бесконечно тянущееся вдаль пространство. Яркие примеры этому можно найти в башкирских пословицах: "Йырак юл якындан башлана"; "Алыдтагы ауды кургэнсе, якындагы яуды кур"; "Алыдта булка - якындыр, якында булка - ялкын-дыр "; "Алыд менэн якынды юрткан белер ".

Таким образом, обозначение расстояния часто связано с действиями, осуществляемыми человеком: "Барыр юлыц тар булка, сыккас, телец тешлэркец ".

В башкирском языке имеются фразеологические единицы, образно отражающие понятие пространства. Например: "куктец етенсе катында (булыу)" - "быть на седьмом небе», означающее высшую степень радости и счастья: "Ул - яцы са-рафанында, эйтеркец, куктец етенсе катында" (Р. Камал). Данное выражение восходит к представлениям башкир о существовании семи небес, о которых упоминается и в священной книге мусульман - «Коран»е.

"Ер менэн кук аракында" - «между небом и землей», означающее «находиться в неопределенном положении»: "Ер менэн кук аракында кы-макмын. Табандарым адшында катыны той-майым, тирэмдэге кешелэрде шэйлэмэйем" (Р. Камал).

"Йэhэннэм тепкеле", "тамук сиге" - «адская бездна», означающее «где-то далеко, в дикой глуши»: "Йэкэннэм тепкеле Ригала кеше тупкакында йереп ялктым мин, Фэнисэ" (Р. Камал). "Йэшэу - ожмах, Эгэр кункэц, Тамук сиге, Купте куркэц ".

(Й. Ильясова).

"Бер сиктэн икенсе сиккэ" - «бросаться из стороны в сторону», означающее «не находить себе места»: "Был кара кендэрдэ уд-удемэ урын тап-майым, бер сиктэн икенсе сиккэ кугылам" (Р. Камал).

В поэтической речи часто встречаются метафорические выражения, обозначающие расстояние: кош етмэд ер - место, куда птица не долетит:

"Кош етмэс ергэ киткэм дэ, Куцел кошом ошо якта ".

(Г. Рамазанов).

^з етмэд - взглядом не охватишь, т.е. очень далеко, широко и высоко:

"Бар куд етмэс кырдары, Гелгэ сумган болондары ".

(Г. Рамазанов).

Понимание и восприятие пространства зависит от материальных и духовных ценностей народа. Так, в башкирском ментальном представлении пространства сыграли важную роль и религиозные воззрения народа, о чем свидетельствует распространенное выражение «дурт ягыц кибла», означающее «ступай на все четыре стороны». В буквальном смысле оно переводится как «все твои четыре стороны кибла». Киб-ла - это направление на Каабу, куда обращают свое лицо мусульмане во время молитвы. Часто используется это выражение не только в разговорной речи, но и в художественной литературе:

"Хэдер карттарса эйткэндэ, Дурт ягыц да кинец кибла: Телэкэц, килмашинала".

(Г. Рамазанов).

"Былай да бит ярым кукыр инем, Йунэлешен юйгас кибламдыц ".

(Т. Fэниева).

В башкирском языке актуальность понятия «пространство» в наши дни подтверждается возникновением многочисленных атрибутивных сочетаний, связанных с реалиями современности:

Интернет кицлектэре - Интернет-пространство, мэглумэти кицлектэр - информационное пространство, мэгариф кицлектэре - образовательное пространство, ижади кицлектэр - творческие горизонты и т.д. Данные понятия часто используются в текстах периодических изданий: "Тэуге шигырдары менэн Интернет кицлектэре аша уд укыусыкын тапкан, куцеле кыдлыныудыры ете мецдэн ашыу кешегэ ауаздаш теркемде туплаган кеше ул Гелнур Кыуатова" (Г. Эмирханова, «Башкортостан» гэзитенэн); "Коралланыу тигэндэн, тэу сиратта илдэрдец йыкан кицлектэрендэ, мэглумэти, улай гына ла тугел, э «кибер кицлектэр»дэге керэш куд уцында тотола" (А. Ишемголова, "Йэшлек" гэзитенэн);

"Муниципаль райондыц мзгариф кицлектзре" ("Инйэр" гэзитенэн); "Йзшлек дзрте мензн балкып торган егет-кыщарга бзрзкзтле ижади кицлектзр телзйбез" ("ЙYPYЗЭн" гэзитенэн).

Многослойность структуры категории пространства в языке отмечается многими лингвистами. Так, в языковом представлении башкирского народа сложно смешиваются различные типы пространств: географическое пространство - географик кицлектзр; воздушное пространство - hауа кицлектзре; открытое пространство - асык кицлектзр; социальное пространство - социаль кицлектзр, куцел кицлектзре - широты души и др. "Кукрзк кицлегенз hыймай шатлык, Ул ургылып сыга шатлыктан" (Р. Нигмэти). "Йылан (Йылан йылы тураhында hyз бара - А. К.) асык кицлектзр яратмай, киреhенсз, ул йыйнак урындарзы уз итз. Мздзлзн, был зур булмаган кафе ла булыуы ихтимал" (Н. Вэлиуллина, "Йэшлек" гэзитенэн); "Яцы формалар тыузы, хзбзрселзр эзлзнз, уз вдтвндз даими эшлзй. Элбиттз, был квс, белем, алгырлык, фекерлзу кицлеге талап итз" (Р. Камал);

"Аккош тугел, акыл ицлзй алмад Был Ватанда тыуган, Шул Ватанга булган Кайнар мвхзббзтец кицлеген "

(Р. Нигмэти).

Свойство трехмерности реального физического пространства, его стереометричности репрезентируют такие наименования, как озонлок - длина, протяженность, протяжение; бейеклек - высота; кицлек - ширина; тзрзнлек - глубина и т.п., выражающие количественные оценки пространственных объектов. Например: «Кояш югарырак кутзрелгзн hайын даръя ла таша» (Р. Камал). Особенно четко это представлено в паремиологии: "Агас бейек булhа ла, тамыры ерзз "; "Ир мензн ир араЫг - ер мензн кук араЫг"; "Якшы мензн яман араhы - ер мензн кук араhы ".

Позицию локализатора в башкирском языке репрезентируют дейктические слова: бында - здесь, унда - там, адка - вниз, адтан - снизу, вдкз - вверх, наверх, наверху, вдтзн - поверху, верхом, через верх, каршыла - напротив, адта - снизу, ары -там, бире - здесь, сюда и др. Например: "Балык hыу вдтвндз уйнай башлаhа, ямгыр булла"; "Кыш квнв мейес адтында сицерткз кыскы^а, квн йы-лытыр" (хальгк Ьынамыштары). "Ары hуsылам, бире бзрелзм, шул токандан котола алмайым" (Р. Камал).

"Артта калды дицгез, алда - таузар, Тимзк, кайтам Ынец яныца "

(F. Рамазанов).

Лексемы "урын", "ер" («место») чаще используются с указательными местоимениями или определениями:

"Йзннзт твдлв шул урында Сана шыузык кышын да"

(М. Хисамова);

"Ашъяулыктай кына бер урында ЕркзYектзр Y кзн ерегеП"

(М. Хисамова);

"Ватан ул, кызым, Тыуган ил, Бына без торган урын "

(Р. Нигмэти).

Слово "кицлек" (пространство) в башкирском языке в основном сочетается со следующими глаголами: асыла (открывается), яулана (завоевывается), барлыкка килэ (образуется) и т.д.

Таким образом, пространственность в башкирском языке можно охарактеризовать как универсальную, национально-специфичную и исторически обусловленную категорию, лингвистическое исследование которой остается одним из перспективных направлений современной филологии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Ахундов М. Д. Концепции пространства и времени: истоки, эволюция, перспективы. М., 1982. 223 с.

2. Гак В. Г. Функционально-семантическое поле предикатов локализации // Теория функциональной грамматики. Ло-кативность. Бытийность. Посессивность. Обусловленность. СПб., 1996. С. 6-26.

3. Додуева А. Т. Категория пространственности и ее репрезентация в карачаево-балкарском языке. Дис. ... д-ра фи-лол. н. Нальчик, 2008. 394 с.

4. Иманалиева Р. А. Этнолингвистические вопросы изучения средств выражения пространственных представлений в казахском языке: автореф. дис. .канд. филол. н. Алма-Ата, 1989. 24 с.

5. Яковлева Е. С. Фрагменты русской языковой картины мира (модели пространства, времени и восприятия). М.: Гнозис, 1994. 344 с.

6. Бухарова Г. Х. Башкирский народный эпос «Урал-батыр»: когнитивно-дискурсивный и концептуальный анализ: дис. . д-ра филол. н. Уфа, 2009. 466 с.

7. Кульсарина Г. Г. Образ времени и пространства в башкирской фольклорной картине мира // Вестник Башкирского университета. Уфа, 2010. Т. 15. №3(1). С. 962-965.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

8. Абуталипова Р. А. Лексический способ репрезентации локативных значений в башкирском языке // Вестник Башкирского университета. 2015. Т. 20. №4. С. 1295-1298.

9. Степанов Ю. С. Семиотика. М.: Наука, 1971. 168 с.

10. Гачев Г. Национальный космо-психо-логос // Вопросы философии. 1994. №12. С. 59-78.

11. Гачев Г. Национальные образы мира: Америка в сравнении с Россией и славянством. М.: Раритет, 1997. 680 с.

12. Ахтямов М. Х. Словарь башкирских народных пословиц и поговорок. Уфа: Китап, 2008. 776 с. (на башк.яз.).

13. Нигмэти Р. Н. Э^эрзэр, ике томда. Т. 1. Шигырзар, поэмалар. 0фо: Башкортостан китап нэшриэте, 1982. 448 б.

14. Ильясова Й. С. Бэхет эр^ендэ. Шигырзар, поэма. 0фо: Китап, 2005. 304 б.

15. Рамазанов F. Й. Алтмыш а^ым. Шигырзар, поэмалар. 0фо: Башкортостан китап нэшриэте. 1983. 544 б.

16. Камал Р. Э. Таня-Тац^шыу. Роман hэм повестар. 0фо: Китап, 1996. 368 б.

17. Хисамова М. С. Тынлыктарза калам: шигырзар. 0фо: Китап, 1998. 240 б.

18. Fэниева Т. Э. Мохэббэткэ генэ ышанам. Шигырзар, поэмалар. 0фо: Китап, 2006. 360 б.

Поступила в редакцию 07.02.2016 г.

ETHNOCULTURAL FEATURES OF THE CATEGORY OF SPATIALITY IN

THE BASHKIR LANGUAGE

© A. I. Kulsarin

Bashkir State University 32 Zaki Validi St., 450076 Ufa, Republic of Bashkortostan, Russia.

Phone: +7 (347) 272 33 82.

Email: arn1991@mail.ru

In the article the ethnocultural specificity of the category of spatiality in Bashkir language is analyzed. Anthropocentricity of expression of spatial relations in the Bashkir linguistic picture of the world is confirmed by the the names of body parts in the designation of directions or locations of parts of things: колас (fathom, arms span), азым (step), тубыкка тиклем, тубыктан (up to the knees), карыш (span) etc. In the center of the field of locativity the following concepts are located: "ер, урын, арауык, кицлек, аралык" in Bashkir language with meanings "place, locality, space; land, territory". Among the objects of localization in Bashkir language 3 groups can be specified: 1) names, denoting objects in wide meaning, correlated with both physical agents and spaces (hbiy - water, урман - forest, йорт, ей - house, урам - street), also with ideal essences (йэн, ^цел - soul, уй-фекер - thoughts); 2) event names (туй - wedding, байрам - celebration, керэш - struggle); 3) pronouns, which correlate with the whole situation (бында, был эштэ, урында). Eth-nocultural specifity of fixed phrases, related to category of spatiality, is presented on the example of Bashkir folklore and creativity of modern writers. Disclosed national cultural features in expressions "^ктец етенсе катында" - 'to be over the moon", "ер менэн kyk ара^шда" - "knock about between earth and sky", "йэhэннэм тепкеле" - "hellhole". Religious views of the Bashkirs played a big role in the Bashkir mental representations of spatiality, as evidenced by common expression "дYрт ягыц кибла" ("all your four sides of the Qibla"). Кибла - this is direction of the Caaba. Topicality of the concept "space" in the modern Bashkir language is confirmed by the emergence of many attribute combinations: web space, information space, educational space, creative horizons, which are often used in the texts of periodicals.

Keywords: Bashkir language, category spatiality, ethnocultural features, anthropocentricity, representation, linguistic picture of the world, object localization.

Published in Russian. Do not hesitate to contact us at bulletin_bsu@mail.ru if you need translation of the article.

REFERENCES

1. Akhundov M. D. Kontseptsii prostranstva i vremeni: istoki, evolyutsiya, perspektivy [Concepts of time and space: the origins, evolution, and prospects]. Moscow, 1982.

2. Gak V. G. Teoriya funktsional'noi grammatiki. Lokativnost'. Bytiinost'. Posessivnost'. Obuslov-lennost'. Saint Petersburg, 1996. Pp. 6-26.

3. Dodueva A. T. Kategoriya prostranstvennosti i ee reprezentatsiya v karachaevo-balkarskom yazyke. Dis. ... d-ra filol. n. Nal'chik, 2008.

4. Imanalieva R. A. Etnolingvisticheskie voprosy izucheniya sredstv vyrazheniya prostranstvennykh predstavlenii v kazakhskom yazyke: avtoref. dis. ...kand. filol. n. Alma-Ata, 1989.

5. Yakovleva E. S. Fragmenty russkoi yazykovoi kartiny mira (modeli prostranstva, vremeni i vospriyatiya). Moscow: Gnozis, 1994.

6. Bukharova G. Kh. Bashkirskii narodnyi epos «Ural-batyr»: kognitivno-diskursivnyi i kontseptual'nyi analiz: dis. ... d-ra filol. n. Ufa, 2009.

7. Kul'sarina G. G. Vestnik Bashkirskogo universiteta. Ufa, 2010. Vol. 15. No. 3(1). Pp. 962-965.

8. Abutalipova R. A. Vestnik Bashkirskogo universiteta. 2015. Vol. 20. No. 4. Pp. 1295-1298.

9. Stepanov Yu. S. Semiotika. Moscow: Nauka, 1971.

10. Gachev G. Voprosy filosofii. 1994. No. 12. Pp. 59-78.

11. Gachev G. Natsional'nye obrazy mira: Amerika v sravnenii s Rossiei i slavyanstvom [National images of the world: America in comparison with Russia and Slavs]. Moscow: Raritet, 1997.

12. Akhtyamov M. Kh. Slovar' bashkirskikh narodnykh poslovits i pogovorok [Dictionary of Bashkir folk proverbs and sayings]. Ufa: Kitap, 2008. 776 pp. (na bashk.yaz.).

13. NiFmati R. N. Q^arjar, ike tomda. Vol. 1. ShiFyrjar, poemalar. 0fo: Bashkortostan kitap nashriate, 1982.

14. Il'yasova I. S. Bakhet ergahenda. ShiFyrjar, poema. 0fo: Kitap, 2005.

15. Ramazanov F. I. Altmysh a^ym. ShiFyrjar, poemalar. 0fo: Bashkortostan kitap nashriate. 1983.

16. Kamal R. Q. Tanya-Tashylyu. Roman ham povestar. 0fo: Kitap, 1996.

17. Khisamova M. S. Tynlyktarja kalam: shiFyrjar. 0fo: Kitap, 1998.

18. Fanieva T. 0. Mokhabbatka gena yshanam. ShiFyrjar, poemalar. 0fo: Kitap, 2006.

Received 07.02.2016.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.