М.Р. Желтухина ORCID Ю: 0000-0001-7680-4003
волгоградский государственный социально-педагогический университет, г. волгоград, Россия
А.Д. Гавриш ORCЮ Ю: 0000-0002-4791-5852
волгоградский государственный социально-педагогический университет, г. волгоград, Россия
УДК 81'42
ЭМОЦИОГЕННОСТЬ СОВРЕМЕННЫХ МЕДИАТЕКСТОВ1 ЮOI: 10.29025/2079-6021-2018-4(32)-120-125
Статья посвящена изучению эмоциональной насыщенности медиатекстов и выделению особенностей знаков, стимулирующих эмоциональное реагирование. Такие знаки являются интенсификаторами и канализаторами эмоционального реагирования, специфическими факторами медиатекста, облегчающими его когнитивно-эмоцональ-ное усвоение. Авторы на примере англоязычных социальных сетей показывают, что эмоциональное воздействие медиатекстов может быть расширено путём применения специальных средств: эмотиконов, эмоджи и смайликов. В методологической основе исследования лежит системный подход. Цель исследования достигается путем применения описательно-сопоставительного метода, метода дефиниционного, лексико-семантического, стилистического и эмотивного анализов. Материалом исследования выступают реальные коммуникативные акты пользователей социальной сети «Facebook» и видеохостинговой компании «УоиТиЬе». Авторы детально анализируют знаки, стимулирующие эмоциональное реагирование, устанавливают специфические связи между временем их появления в сети Интернет и событиями, ставшими стимулом их появления. Авторы предлагают обозначить такую характеристику медиатекстов как эмоциональная насыщенность, которую можно описывать самыми разнообразными способами. К примеру, по мнению авторов, возможно создание шкалы для определения эмоциональной насыщенности в интервале «высокая-низкая» с количественно выраженными промежуточными значениями. Практическая ценность исследования заключается в том, что результаты работы могут быть предложены для теоретического и практического изучения в курсах по прагмалингвистике, медиалингвистике, психолингвистики, лингвоэкологии, а также для самостоятельного изучения филологами, социологами, специалистами по PR-технологиям.
Ключевые слова: эмоциогенность, виртуальная коммуникация, медиадискурс, социальные сети, эмотикон, смайлик, эмоджи.
Введение. Современный мир немыслим без широкого применения разнообразных средств массовой коммуникации. Масс-медиа используются как отдельными личностями, так и социальными группами в масштабах государственной системы [5, с. 4]. За несколько последних десятилетий массовая коммуникация приобрела инструментарий, позволяющий ей практически неограниченно влиять на большие массы людей в глобальном масштабе [10, с. 816-817; 11]. Распространение информации осуществляется с использованием последних достижений в области лингвистики, социологии, психологии, эмотио-логии, информатики.
Методы. В работе в рамках системного подхода применяются такие методы исследования, как описательно-сопоставительный метод, метод дефиниционного анализа, лексико-семантический анализ, стилистический анализ, эмотивный анализ.
Обзор литературы. Как правило, медиатекст понимается как сообщение, изложенное в любом виде и жанре масс-медиа. Медиатекст может существовать как в форме рекламного видеоклипа, так и в форме газетной статьи, как в форме новостной телепередачи, так и в форме комбинации идеограмм и знаков эмотикона, перемежающихся с минимальным количеством текста [14; 15]. Медиатекст не рассматривается как продукт деятельности исключительно автора, он является необходимым объектом де-
1 Статья публикуется в рамках V Международной научно-практической конференции «Коммуникативные технологии в образовании, бизнесе, политике и праве: проблемы и перспективы реализации в современной цифровой среде» (Волгоград, ВГСПУ, 6-8.12.2018).
ятельности зрителя, коммуниканта. «Интернет превращает любой текст любого типа дискурса, любого жанра в особого рода текст, сохраняющий свои конститутивные элементы и приобретающий новые, характерные для текстов масс-медиа» [4, с. 7]. А учитывая, что современные медиатексты содержат «не просто закодированные языком смыслы, но смысловые конструкции, комбинирующие закодированный текст со смыслами, которые атрибутирует тексту его адресат» [4, с. 10], можно говорить о сложном комбинированном, зачастую негласном воздействии медиаинформации на адресата. Эмоциональное воздействие медиатекстов расширено путём применения специальных средств, стимулирующих эмоциональное реагирование. Предполагаем, что этот процесс имеет в том числе неявную аксиологическую составляющую, так как «все эмоции информационно насыщены, а интерпретационный потенциал является одной из характеристик информационного процесса и определяет критерии членения информационного потока» [2, с. 73]. Одним из важных факторов лёгкого усвоения медиаинформации является установление определённого уровня доверительности между коммуникантами. Этот процесс с уверенностью можно назвать глобальным. «Современные русские и английские масс-медиа направлены на доверительное общение с адресатом, на интимизацию медиаобщения» [1, с. 72]. Современный медиакоммуникационный процесс обладает широчайшим инструментарием, позволяющим устанавливать доверительное отношение между коммуникантами неявным образом. Зачастую у коммуникантов возникает иллюзия «равноправности», симметричности общения, что позволяет использовать в меди-акоммуникации целый ряд манипулятивных технологий. «По критерию симметричности различаются конструктивные (уподобление партнеров друг другу происходит с их взаимного согласия) и неконструктивные (адресант стремится уподобить чувства или действия адресата своим планам, замыслам, желаниям, чувствам или действиям) виды влияния» [3, с. 41].
Знаки, стимулирующие эмоциональное реагирование (далее ЗСЭР), в силу их тотального использования, практически гарантируют симметричность общения. Использование внеязыковой знаковой системы коммуникантами свидетельствует об их коммуникативной равнозначности, а также об одноуровневости и «одноязычности» общения. ЗСЭР могут образовывать своеобразный компонент смысла, формировать внеязыковую семантическую структуру. Конструирование современных ЗСЭР сравнимо с особого рода искусством, основанным и на дизайнерских находках, и на чёткой обратной связи дизайнера знака с потребителем ЗСЭР. «Дизайнер должен выделять сущность визуальных элементов, вести поиск самого точного и краткого способа представления какой-либо идеи... метафора, аллегория, визуальные каламбуры - всё это является средством вызвать из подсознания пользователя нужную аналогию» [7, с. 8].
ЗСЭР вполне соотносимы с наполнением термина «пресуппозиция», так как эмоциональное реагирование само по себе «истинно» уже в силу того, что его невозможно (или крайне сложно) подделать. Пресуппозиция - «компонент смысла предложения, который должен быть истинным для того, чтобы оно не воспринималось как семантически аномальное или неуместное в данном контексте» [8, с. 396]. ЗСЭР упрощают эмоциональное реагирование, фантастически расширяют его спектр. «Чем эмоциональнее воздействие, тем оно эффективнее» [5, с. 16]. Добиться того же самого эффекта с помощью только языковых средств если и возможно, то крайне затруднительно при отсутствии соответствующих способностей у автора текста. Смысл «апеллирует» к индивидуальной логике, эмоции - к общим и привычным способам непосредственной реактивности. Можно ли считать ЗСЭР термином? По сути ведь налицо лишь экспрессивное значение, которое в известном смысле не обозначает предмет; в этом случае речь о денотате идти не может. Эмоция не предполагает привычной для языка однозначности в той же самой степени, как и не предполагает многозначности, характерной для языковых явлений.
Результаты и дискуссия. На наш взгляд, ЗСЭР - в первую очередь интенсификаторы и канализаторы эмоционального реагирования, специфические факторы медиатекста, облегчающие его когнитивно-эмоциональное усвоение.
Продемонстрируем вышесказанное несколькими примерами, взятыми нами из англоязычных социальных сетей. К примеру, один и тот же пользователь социальной сети «Facebook», комментируя по существу одно медийное событие (запись М. Трамп в социальной сети «Facebook» от 16.06.2015 г.), использует несуществующее стечение знаков пунктуации (непринятое, неверное с точки зрения пунктуационных норм) в виде двух восклицательных знаков подряд:
«Gloria Contreras: ★♦★A COUPLE OF POLITICAL HAS-BEEN'S HILLARY CLINTON and MICHELLE OBAMA ★ JUST A FEW MORE DAYS NOW AND YOU'RE BOTH PAST HISTORY!! ★♦★TIME TO STEP ASIDE AND LET GREATNESS ASSSUME LEADERSHIP!!» [13].
Тот же пользователь использует при комментировании той же записи М. Трамп в социальной сети «Facebook» стечение знаков эмоджи в виде своеобразно повторяющихся батарейных группировок знаков:
«Gloria Contreras: GOD BLESS AMERICA :D GOD BLESS OUR FIRST FAMILY: D
GOD BLESS DONALD, MELANIA AND BARRON TRUMP ^©J^J^» [13].
Мы лишь можем констатировать высокое значение эмоциональности и привлечение внимания к этому медиатексту, но с точностью установить отношение коммуниканта к комментируемому тексту мы не решаемся. Оно может быть самым непредсказуемым, особо отметим, что такая неопределённость может сохраняться умышленно достаточно долго. Таким образом, ЗСЭР в первую очередь стимулируют внимание коммуникантов на развёртывающейся коммуникативной ситуации и поощряют их именно к эмоциональному реагированию.
Полагаем уместным говорить о такой характеристике медиатекстов, как эмоциональная насыщенность, которую можно описывать самыми разнообразными способами. К примеру, на наш взгляд, вероятно создание шкалы для определения эмоциональной насыщенности в интервале «высокая-низкая» с количественно выраженными промежуточными значениями. Можно обоснованно говорить о характерной I нехарактерной для дискурса эмоциональной насыщенности, и т.п. Скорее всего, существует такая эмоциональная насыщенность, которая препятствует пониманию текста. С другой стороны, потенциально может возникать эффект привыкания к эмоциональной насыщенности (перенасыщенности), что в свою очередь может привести к возникновению новых завышенных уровней эмоциональности в общении. По мнению специалистов в области психологии, существуют оптимальные области эмоционального реагирования, позволяющие коммуникантам комфортно и без ущерба для собственного здоровья общаться в самых разнообразных ситуациях [6, с. 16-17].
Кроме того, ЗСЭР можно рассматривать как своеобразный метаязык, с помощью которого выявляются и акцентуируются языковые явления естественного языка. Нижеследующий пример, взятый нами из комментариев, оставленных пользователями «YouTube» под видео популярного американского блоггера, иллюстрирует выпадение вопросительного знака и использование вместо него эмоционально-насыщенного эмоджи:
«JJASON -KUN: What is the backround music©©©©©©©» [12].
В принципе, количество энергии, которое нужно было потратить для набора семи вопросительных знаков, сопоставимо с количеством энергии, потраченной на стереотипный набор «удивлённых эмод-жи». Однако автор сделал выбор именно в пользу эмоджи для акцентуации того, что сам вопросительный знак, будь он здесь использован, недостаточно эмоционально иллюстрировал бы коммуникативную ситуацию. Таким образом, на наш взгляд, автор акцентирует внимание на своеобразной недостаточности, «ущербности» традиционной системы пунктуации.
Применение ЗСЭР позволяет достичь в письменной медиакоммуникации своеобразное коммуникационное состояние, в котором «высказывание» эмоционально насыщено, но по «когнитивной сущности» нейтрально. Другими словами, один из коммуникантов, пользующийся ЗСЭР, как бы демонстрирует следующий тип поведения: «Не скажу, что я думаю, но покажу, как сильно реагирую». Знаки эмотикона настолько универсальны, что их используют даже при написании научных работ по лингвистике. К примеру, Федорова О.В. в книге «Экспериментальный анализ дискурса» при анализе звучащей речи использует разнообразные знаки, а именно: идеограммы, комбинации знаков препинания, а также знаков эмотикона. В работе имеется специальная расшифровка этих знаков, выполненная в рамках поясняющей легенды [9, с. 147-148].
Заключение. Насколько оправданным было бы рассмотрение современных ЗСЭР (эмоджи, эмоти-конов, смайликов) как своеобразного метазыка? С одной стороны, ЗСЭР уже подразумевают в некотором смысле общеприемлемые условные знаки и сокращения, которые могут в том числе привлекаться для иллюстрации некоторых явлений естественного языка. Разнообразие ЗСЭР можно отчасти интерпретировать как разнообразие шрифтов классических метаязыков. Однако аргументы против кажутся нам более убедительными: в ЗСЭР отсутствуют типичные формулы (устоявшиеся формулы) для объяснения собственно языковых явлений, т.е. у ЗСЭР функционал в большей степени не метаязыка, а естественного языка, при внятном отсутствии конкретного языка-объекта. Сам выбор набора ЗСЭР произволен, и зачастую эти знаки столь же произвольно интерпретируются. Основным аргументом в пользу того, что ЗСЭР не являются метаязыком, нам представляется тот факт, что ЗСЭР не используются для осмысления собственно языковых явлений. Таким образом, мы можем сделать вывод о том,
что в современных медиатекстах роль ЗСЭР не всегда может быть выявлена и однозначно истолкована. Однако, скорее всего, в большинстве случаев это своеобразный интенсификатор эмоционального воздействия с весьма широкими функциональными возможностями.
Библиографический список
1. Бородина С.Н., ЖелтухинаМ.Р. Грамматические средства воздействия слухов в русских и английских масс-медиа // Вестник Московского городского педагогического университета. Филология. Теория языка. Языковое образование. 2015. № 2 (18). С. 65-74.
2. Гавриш (Пономарева) А.Д. Эмоции и интерпретационный потенциал текста // Современные проблемы лингвистики и лингводидактики: междисциплинарный подход в гуманитарных науках: мат-лы VII Междунар. науч.-практ. конф. Волгоград: Изд-во ВолГУ 2017. С. 65-77.
3. Желтухина М.Р. Личное влияние в русской, английской и немецкой политической коммуникации // Актуальные проблемы германистики, романистики и русистики. 2012. № 2. С. 35-42.
4. Желтухина М.Р. Медиатексты в современной массовой коммуникации // Вестн. ЦМО МГУ Филология. Культурология. Педагогика. Методика. 2013. № 3. С. 7-11.
5. Желтухина М.Р. Воздействие медиадискурса на адресата: учеб. пособие. Волгоград: Изд-во ВГ-СПУ «Перемена», 2014. 91 с.
6. Ильин Е.П. Эмоции и чувства. СПб.: Питер, 2001. 752 с.
7. Каплин С. Дизайн компьютерных пиктограмм. М.: Астрель, АСТ, 2003. 192 с.
8. Лингвистический энциклопедический словарь / гл. ред. В.Н. Ярцева. М.: Сов. энциклопедия, 1990. 685 с.
9. Федорова О.В. Экспериментальный анализ дискурса. М.: Языки славянской культуры, 2014. 512 с.
10. Hermida A., Fletcher F., Korell D., Logan D. Share, like, recommend // Journalism Studies. 2012. 13:56. Pp. 815-824. DOI: 10.1080/1461670X.2012.664430.
11. Kram R. System Models for Digital Performance. B.S. Electrical Engineering and Computer Science. Duke University, 1993. 128 p.
12. PewDiePie. This is America // Видеохостинговая компания YouTube [Электронный ресурс]. URL: https://www.youtube.com/watch?v=LyZnRswj9G8 (дата обращения: 01.07.2018).
13. TrumpM. Сообщение в социальной сети «Facebook» от 16.06.2015 // Социальная сеть «Facebook» [Электронный ресурс]. URL: https://www.facebook.com/MelaniaTrump/posts/10153331746187808 (дата обращения: 01.07.2018).
14. Zheltukhina M.R., Biryukova E.V., Gerasimova S.A., Repina E.A., Klyoster A.M. and Komleva L.A. Modern Media Advertising: Effective Directions of Influence in Business and Political Communication // Man in India. 97 (14). 2017. Pp. 207-215.
15. Zheltukhina, M.R., Busygina, M.V., Merkulova, M.G., Zyubina, I.A., Buzinova, L.M. Linguopragmatic aspect of modern communication: main political media speech strategies and tactics in the USA and the UK // XLinguae. Volume 11, issue 2. 2018. Pp. 639-654.
Желтухина Марина Ростиславовна, доктор филологических наук, профессор, Волгоградский государственный социально-педагогический университет, кафедра английской филологии, профессор, Волгоград, пр. Ленина, 27; e-mail: zzmr@mail.ru.
Гавриш Алеся Дмитриевна, магистрант кафедры английской филологии Волгоградского государственного социально-педагогического университета, Волгоград, пр. Ленина, 27; e-mail: prostozachem@ mail.ru.
Для цитирования: Желтухина м.р., Гавриш А.д. Эмоциогенность современных медиатекстов // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2018. № 4 (32). С. 120-125. DOI: 10.29025/2079-6021-2018-4(32)-120-125.
EMOTIOGENICITY OF MODERN MEDIA TEXTS DOi: 10.29025/2079-6021-2018-4(32)-120-125
Marina R. Zheltukhina ORCID iD: 0000-0001-7680-4003
Volgograd State Socio-Pedagogical University,
Volgograd, Russia Alesya D. Gavrish ORCID iD: 0000-0002-4791-5852
volgograd State Socio-Pedagogical university,
volgograd, Russia
The article is devoted to studying of the emotional saturation of media texts; some features of the signs, causing the emotional reaction, are distinguished. Such signs intensify and canalize the emotional reaction; they serve as specific factors of the media textfacilitating its cognitive-emotional assimilation. On the example of English-speaking social networks, the authors show that the emotional influence of media texts can be expanded because of the usage of special means: emot-icons, emoji and smileys. System approach is the methodological framework of this research. The purpose of the research is achieved by application of descriptive-comparative method, method of definitional, lexical-semantical, stylistic and emotive analyses. Real communicative acts of users of social network «Facebook» and video hosting company «YouTube» act as material of the research. The authors thoroughly analyze the signs stimulating emotional reaction; establish a specific connection between time of their emergence on the Internet and the events, which have become an incentive of their appearance. The authors suggest to specify such a characteristic of media texts as the emotional saturation, which can be described in the most various ways. For example, according to the author's point of view, it is possible to create a scale for determination of emotional saturation within an interval «high-low» with quantitatively expressed intermediate values. This research has a practical value, because its results can be offered for theoretical and practical studying in such disciplines as pragmalinguistics, media linguistics, psycholinguistics, linguistic ecology, and for self-studying by philologists, sociologists, experts in PR-technologies.
Key words: emotiogenicity, virtual communication, media discourse, social networks, emoticon, smiley, emoji.yu.
References
1. Borodina S.N. Zheltukhina M.R. Grammaticheskiye sredstva vozdeystviya slukhov v russkikh i angliys-kikh massmedia [Grammatical means of rumors in the Russian and English mass media], Vestnik Moskovsko-go gorodskogo pedagoicheskogo universiteta. Filologiya. Teoriya yazyka. Yazykovoye obrazovaniye. [MCPU bulletin. Philology. Theory of language. Language education], 2015, no 2 (18), pp. 65-74.
2. Gavrish (Ponomareva) A.D. Emotsii i interpretatsionnyy potentsial teksta [Emotions and interpretative potential of the text], Sovremennyye problemy lingvistiki i lingvodidaktiki: mezhdis-tsiplinarnyy podkhod v gumanitarnykh naukakh: mat-ly VII Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. [Current issues of linguistics and didactics: the interdisciplinary approach in humanities the proceedings of the 7th international scientific and practical conference], Volgograd, 2017, pp. 65-77.
3. Zheltukhina M.R. Lichnoye vliyaniye v russkoy. angliyskoy i nemetskoy po-liticheskoy kommunikatsii [Personal influence in Russian, English and German political communication], Aktualnyye problemy german-istiki, romanistiki i rusistiki [Current problems of Germanic studies, Romance philology and Russian philology], 2012, no 2, pp. 35-42.
4. Zheltukhina M.R. Mediateksty v sovremennoy massovoy kommunikatsii [Media text in modern mass communication], Vestn. TsMO MGU. Filologiya. Kulturologiya. Pedagogika. Metodika [CIE MSU bulletin. Philology. Cultural science. Pedagogics. Methodics], 2013, no 3, pp. 7-11.
5. Zheltukhina M.R. Vozdeystviye mediadiskursa na adresata: ucheb. posobiye [The influence of media discourse on consciousness and behavior of the addressee], Volgograd: VSSPU «Peremena», 2014, 91 p.
6. Ilin E.P. Emotsii i chuvstva [Emotions and feelings], SPb.: Piter, 2001, 752 p.
7. Kaplin S. Dizayn kompyuternykh piktogramm [Design of computer pictograms], M.: Astrel, AST, 2003, 192 p.
8. Lingvisticheskiy entsiklopedicheskiy slovar [Linguistic encyclopedic dictionary] / main ed. VN. Yartse-va, M.: Sov. entsiklopediya, 1990, 685 p.
9. Fedorova O.V. Eksperimentalnyy analiz diskursa [Experimental analysis of a discourse], M.: Yazyki slavyanskoy kultury, 2014, 512 p.
10. Hermida A. Fletcher F. Korell D. Logan D. Share, like, recommend. Journalism Studies, 2012, 13:5-6, pp. 815-824. DOI: 10.1080/1461670X.2012.664430.
11. Kram R. System Models for Digital Performance. B.S. Electrical Engineering and Computer Science. Duke University, 1993, 128 p.
12. PewDiePie. This is America // Video hosting company «YouTube» [Electronic resource]. URL: https:// www.youtube.com/watch? v=LyZnRswj9G8 (date of access: July 1, 2018).
13. M. Trump's message in social network «Facebook» from 6/16/2015 // Social network Facebook [Electronic resource]. URL: https://www.facebook.com/MelaniaTrump/posts/10153331746187808 (date of access: July 1, 2018).
14. Zheltukhina. M.R. Biryukova. E.V Gerasimova. S.A. Repina. E.A. Klyoster. A.M. and Komleva. L.A. Modern Media Advertising: Effective Directions of Influence in Business and Political Communication. Man in India, 2017, 97 (14), pp. 207-215.
15. Zheltukhina. M.R. Busygina. M.V. Merkulova. M.G. Zyubina. I.A. Buzinova. L.M. Linguopragmatic aspect of modern communication: main political media speech strategies and tactics in the USA and the UK. XLinguae, 2018, 11 (2), pp. 639-654.
Marina R. Zheltukhina, Doctor of Philology, professor, Volgograd State Socio-Pedagogical University, English Philology Department, professor; Volgograd, Lenin Ave., 27; e-mail: zzmr@mail.ru.
Alesya D. Gavrish, Master's Degree Student, Volgograd State Socio-Pedagogical University", English Philology Department. Volgograd, Volgograd, Lenin Ave., 27; e-mail: prostozachem@mail.ru.
For citation: Zheltukhina M.R., Gavrish A.D. Emotiogenicity of modern media texts. Aktual'nye problemy lilologii i pedagogiceskoj lingvistiki [Current Issues in Philology and Pedagogical Linguistics], 2018, no 4 (32), рр. 120-125 (In Russ.). DOI: 10.29025/2079-6021-2018-4(32)-120-125.