Ю.В. Дубровский DOI: 10.24412/cl-35672-2021-1-0101
Yu.V. Dubrovsky
Динамика представлений о «вокзале» на примере учебных проектов ВХУТЕМАСа и ВХУТЕИНа
The Conversion of the concept "Railway Station" with an example of VKHUTEMAS and VKHUTEIN educational projects
Ключевые слова: вокзалы, учебные проекты, ВХУТЕМАС, ВХУТЕИН, объемно-пространственная композиция вокзала, советская архитектура 1920-1930-х гг.
Keywords: station, educational projects, VKHUTEMAS, VHUTEIN, architectural morphology of the station, soviet architecture 1920-1930s.
Аннотация: Идея попробовать восстановить понятие «вокзал» в учебных заданиях ВХУТЕМАСа и ВХУТЕИНа была предложена автору Юрием Павловичем Волчком. В статье рассмотрены опубликованные учебные проекты вокзала, выполненные во ВХУТЕМАСе в 1925, 1929 гг. и для конкурса 1930 г. На основе этих трех срезов проанализирована трансформация композиции и функционального содержания понятия «вокзал». Противоречия этой трансформации отражают проблему формирования представления о вокзале как многофункциональном пространстве, эквивалентном городскому.
Abstract: The article considers the published VKHUTEMAS educational projects of the railway station, completed in 1925, 1929 and for the competition in 1930. By reviewing these three steps, there is analyzed the transformation of the composition and functional content of the "railway station" concept. The contradictions of this transformation reflect the problem of forming the idea of the station space as a multifunctional and equivalent (common) to the city.
В работах архитектурного факультета ВХУТЕМАСа уделялось большое внимание проблеме движения, проблеме укоренения новых технологий в жизни. Задания учебных проектов посвящены новейшим типам сооружений, которые должны стать проводниками нового жизнеустройства. Фоном этого процесса были поиски путей реорганизации городов, их транспортной структуры, заложенные в архитектурных, инженерных и математических моделях. Казалось бы, одними из главных заданий в программах ВХУТЕМАСа могли бы быть проекты вокзалов и станций. Вполне закономерным мог бы стать диалог понятий «вокзал» и «дворец» в свете развития идеи «дворца» как многофункциональной системы, градостроительного ансамбля центров нового устройства жизни: Дворец труда, Дворец техники, Дом Советов. Поэтому на фоне поднимаемых в то время вопросов выглядит странным сдержанное внимание к проблемам типологии вокзалов в заданиях ВХУТЕМАСа (во всяком случае, если опираться на количество опубликованных документов). В связи с этим приходится признать, что судить о месте зданий для железнодорожного транспорта в программе ВХУТЕМАСа сложно. Ведь материалов, фиксирующих представления преподавателей и студентов ВХУТЕМАСа об устройстве и роли вокзала в учебной программе (буквально, «как они видели вокзал»), практически нет. В своих работах С.О. Хан-Магомедов обращает внимание на вопросы композиции и формообразования: как преподается и создается идея формы и композиции, при этом видение функционального наполнения вокзала и каким оно видится, едва ли не полностью уходит из текстов. Поэтому приходится заранее оговориться, что реконструировать программы, в соответствии с которыми выполнялись учебные задания «Вокзал», достаточно сложно. Тем не менее, на основе опубликованных проектов можно восстановить путь проблемы и её влияние на трансформацию ком-
позиции, путь изменения восприятия функционального наполнения вокзала. Такой угол анализа позволяет сделать некоторые осторожные выводы.
Вновь обращаясь к контексту, отметим, что в это время идея движения - одна из основополагающих. «Назначение» проунов Эль Лисицкий определяет так: «пересадочная станция из прошлого в будущее, из плоскости в объем» [7]. Позволим себе заметить, что даже сама композиция проуна ассоциативно напоминает устройство города: на примере проуна «Город» - площадь Тверской заставы. В течение 1920-х гг. предложены проекты Центрального вокзала в Москве А.В. Щусева и А.В. Снигарева (1919-1920) [6, с. 106-113]; горизонтальные небоскрёбы Лисицкого должны были включать станции метро (метрополитен как бы становился фундаментом-опорой для сооружения) [9]; конкурс на вокзал в Киеве, в т. ч. проект братьев Весниных (1927) и ряд менее известных предложений, например, конкурсный проект вокзала С.Н. Грузенберга (даты неизвестны) 1.
Из ранних учебных проектов 1920-х гг. наиболее известен проект А.В. Власова, выполненный в 1923 г. в МИГИ [12, с. 214]. Опираясь на опубликованную графику, можно говорить, что построение вокзала напоминает композицию ранних аэропортов: перроны, закомпонованные клином, обрамляют центральный функциональный объем. При этом состав помещений в данном проекте привычен: их функции связаны с непосредственным обслуживанием пассажирской станции.
Как уже говорилось выше, работ по теме «Вокзал», выполненных во ВХУТЕМАСе, известно крайне мало. Их можно условно разделить на три группы - три вре-
1 Варианты проектов вокзала С.Н. Грузенберга представлены ГНИМА им. А.В. Щусева на сайте Государственного каталога музейного фонда РФ [4,5]. К сожалению, в описании точной датировки графики не приводится. Стилевые решения позволяют относить эти листы и к первой, и ко второй четверти XX в.
менных и композиционных среза, каждый из которых выражает определенный этап в эволюции представлений о форме, устройстве и роли вокзала.
Первым срезом можно назвать дипломные работы на тему «Центральный вокзал в Москве», выполненные в 1925 г. Наиболее известен проект А.К. Бурова. Менее известен опубликованный в некоторых книгах проект Д.М. Соболева [12, с. 465; 14, с. 84]. Наконец, практически неизвестен дипломный проект А.С. Фуфаева [11], выполненный также в 1925 г. в мастерской А.А. Веснина. Все три проекта предполагают организацию нового центрального вокзала на месте Курского вокзала. Следует упомянуть, что в задании было серьезное отношение к железнодорожной части вопроса: был приглашен профессор В.Н. Образцов, на лекции которого разобраны проблемы организации и работы железнодорожной станции: парности поездов, интенсивности движения, расчета необходимого количества перронов [3].
Для этих проектов характерно своеобразное противоречие: визуально проекты имеют современное конструктивистское построение (благодаря чистоте решения проект Бурова считается одним из символов авангарда в целом), но мы можем наблюдать, что на самом деле композиционно все три проекта не являют новой композиции, а воспроизводят «конкурную» схему (Reiterbahnhof) 1, распространенную в европейских странах в конце XIX - начале XX века [15,16,18]. В качестве примера для сопоставления наиболее очевиден главный вокзал в Гамбурге. Более того, к этому времени уже известны предложения полного сокрытия железнодорожного транспорта под землю и сохранения в наземном уровне города непосредственно самого вокзала как главного здания 2. Вместе с тем, в России эта композиция оставалась новой и нереализованной, хотя опять-таки в предложениях она уже упоминалась: например, схожую схему предполагал А.В. Щусев в проекте Центрального вокзала [6, с. 106-113].
Сравним планировки в проектах Бурова и Фуфаева и планировку Главного вокзала Гамбурга. Очевидны общие принципы композиции: здание вокзала расположено над путями (основной объем смещен к одному из боков); перроны перекрыты большепролетной конструкцией; система мостов и путепроводов позволяет организовать городское движение насквозь, т. е. вокзал не является преградой в городе, но представляет собой центр, аккумулирующий общественную жизнь города. В данном случае мы видим попытку связать город и максимально повысить эффективность функционирования вокзала, взаимодействуя с городом через все четыре фасада (рис. 1).
Так в чем же тогда разница между проектами А.К. Бурова и А.С. Фуфаева? Фуфаев в своем недооцененном
1 Reiterbahnhof (Конкурная схема) - расположение объема вокзала (как правило, тяготеющего в плане к каре) над путями, с центральным пространством, перекрытым большепролетными конструкциями, принимающим на себя роль своеобразной городской площади.
2 Примером такого решения может быть назван конкурсный проект вокзала в Париже на канале Сен-Мартен [17] или предложение Центрального вокзала в Москве (1913).
проекте реализует «горизонтальную» программу вокзала: основные помещения замкнуты по периметру центрального объема, в результате вокзал контактирует с городом через четыре фасада - это отчетливо видно на генеральном плане проекта. Проект Бурова более выразителен графически: Буров, следуя сложившемуся архетипу композиции горизонтального и вертикального (башенного) объема, переосмысляет функцию второго: из часовой «ратушной» башни объем становится высотным гостиничным комплексом с административными помещениями - в основу ложится функциональная организация комплекса из нескольких отдельных объемов и формирование горизонтально-вертикального диалога.
Эти проекты, и в первую очередь, проект А.К. Бурова, заново сформировали представление об устройстве вокзала. Недаром в последующее десятилетие появляется ряд проектов, зрительно воспроизводящих предложенную Буровым композицию.
Следующий срез - преддипломные проекты, выполненные в 1929 году [14, с. 55]. На IV курсе во ВХУТЕМАСе и ВХУТЕИНе выполнялись проекты общественных зданий с зальной функцией (например, театр или вокзал). Отнесение вокзала к этой группе уже указывает на представление о нем, как об одном из важнейших общественных зданий города. В 1929 году во всех мастерских выполнялось задание по теме «Вокзал в Саратове». Известны проекты, выполненные Г.Б. Борисовским в мастерской Н.В. Докучаева, Н.Б. Соколовым в мастерской А.А. Веснина. И в случае с ними мы видим обращение к тем же формам, что и в проектах Бурова/Фуфаева.
Принципиально другие проекты выполняются в мастерской Н.А. Ладовского [12, с. 315]. Ладовский дает сопутствующее задание на выявление ритма горизонтального и вертикального объема, в результате складывается новая трактовка функциональной организации: вертикали вырастающего небоскреба и системы горизонталей перронов. Это отчасти парадоксальное деление указывает на восприятие вокзала как многофункционально организованного пространства, состоящего из нескольких неразрывно сосуществующих объемов. Это видение развивает принципы, предложенные Буровым, но визуально резко отличается от проектов 1925 года. В этих проектах сильнее предъявлено архитектоническое значение вокзала как центра обеспечения городского и междугороднего транспортного движения. На проектах видим «активное» административное здание, которое становится маяком, фиксирующим вокзал в городе. В этом задании вновь находится место диалогу-противопоставлению методов Веснина и Ладовского. Проекты, выполненные под руководством Ладовского, радикально отличаются как от проектов, выполненных под руководством Веснина, так и от распространенных схем построения вокзала в целом. Зато задание на ритм позволило в этих проектах иначе взглянуть на проблему организации потоков движения.
Однако, к сожалению, даже имена студентов-авторов восстановить сложно. Точно атрибутирован толь-
ко проект Д.Н. Канторовича, у одного проекта автор неизвестен вовсе, а автора третьего проекта, указанного С.О. Хан-Магомедовым как Суворов без инициалов, среди выпускников 1930 г. (год выпуска этого курса) нет (обозначим проблему уточнения авторства этого проекта).
Наконец, третьим срезом является проект вокзала на Оби П.А. Александрова и Л.С. Богданова 1, опубликованный в №4 журнала «Современная Архитектура» за 1930 г. 2 Проект получил пятую премию на смотре, но редакция журнала выбрала его для публикации. Он сопровождается редакционным примечанием, подчеркивающим ценность его установочной программы. Авторы подняли проблему вокзала как центра жизнеустройства города. Это не только «интермодальный» транспортный узел с объединением наземного, водного и воздушного транспорта, в состав вокзала введены летний и зимний сады, гостиница, ячейки сна (прообраз современных капсульных отелей), расположенные в саду 3, читальня, спортивный, концертный, кинозалы. С опорой на центральное значение вокзала предполагается организация сети культурного обслуживания на транспорте с помощью маршрутов поездов и спецвагонов. При этом, на базе вокзала авторы предполагают обустройство Центра культуры, организующего культурную жизнь региона (рис. 2). Фактически это уже программа и роль Дворца Культуры. Вокзал трансформируется в центр региона, получая качества узла жизни нескольких городов. Иными словами, в этом
проекте авторы собирают многофункциональное общественное пространство, становящееся «филиалом» городской жизни для пассажиров и посетителей вокзала. Если в проектах 1925 г. представлена композиция, позволяющая вовлекать и аккумулировать город на вокзале, то в этом проекте при иной композиции 4 мы видим содержательное воплощение данной задачи, изменяющее восприятие границ вокзала: он не только включает в себя окружение, но и распространяется на соседние небольшие станции. В этом принципиальное отличие программы Александрова и Богданова от предыдущих проектов.
В те же годы можно отметить проекты выпускников ВХУТЕИНа Л. Гриншпуна и А. Каплуна, И.Ф. Милини-са, принявших участие в конкурсе на вокзал Новосибирска (1930). Этот конкурс вызвал едва ли не наибольшее внимание в череде конкурсов и смотров вокзалов крупных городов, строительство которых предполагалось во II пятилетке.
1 П.А. Александров и Л.С. Богданов более известны как авторы конкурсного проекта ДК Пролетарского района (1930, первый тур) в составе «Бригады ВХУТЕИНа».
2 Инициалы авторов в публикации не приводятся; в списках выпускников 1930 г. есть выпускники с инициалами П.А. Александров и Л.С. Богданов.
Павел Алексеевич Александров - крупнейший архитектор и выдающийся исследователь, историк архитектуры, им выполнена графика реконструкции приказов Кремля старых и новых, которую только сейчас начали публиковать с указанием его авторства. Его диссертация называлась «Административные здания Екатерининской эпохи», но он рассматривал и более раннюю, «допетровскую» эпоху. П.А. Александров в 1960-е гг. создал абсолютно новую для всего мира систему современных больниц. С целью ее реализации был создан Моспроект-4, но он умер раньше времени. Александровым впервые была применена схема больницы на 1000 коек, по ней сначала построена больница в Бельгии, потом в Чехословакии и Грузии, затем в Москве - клиника профтехзаболеваний ЗИЛ. П.А. Александров в соавторстве с С.О. Хан-Магомедовым подготовил книгу «Иван Леонидов», выпущенную издательством Стройиздат в 1971 г. Лин Степанович Богданов в 1938 был аспирантом основного отделения института аспирантуры академии архитектуры. «Богданова звали Лин - он был казак Ставрополья». Л.С. Богданов подготовил кандидатскую диссертацию по теме «Реконструкция исторически сложившегося ансамбля центра города (Рига, Таллин, Вильнюс)». Лин Степанович - фронтовик, он выжил в страшной атаке, вынес раненного бойца. Подробнее о военном пути старшего лейтенанта Л.С. Богданова можно узнать в базе «Память народа» (URL: https:// pamyat-naroda.ru/heroes/person-hero74857462/) (Данные об архитекторах П.А. Александрове и Л.С. Богданове приведены на основе комментария Н.Л. Павлова.)
3 Ячейки абсолютного отдыха можно назвать прототипом со-
временных капсульных отелей при вокзалах и аэропортах. Размещать ячейки предполагалось в пространстве сада.
Рис. 1. Сравнение композиции, интерьеров и планов вокзала в Гамбурге и вокзалов в дипломных проектах А.К. Бурова и А.С. Фуфаева
Рис. 2. Вокзал на Оби по проекту П.А. Александрова и Л.С. Богданова (1930) [1]
4 Композиционно конкорс имеет поперечное расположение, характерное в 1930-е гг. Наиболее известным примером этой композиции является конкурсный проект Центрального (Курского) вокзала в Москве (арх. И.Г. Явейн, 1932), наиболее известным реализованным примером в отечественной практике является Ладожский вокзал в Санкт-Петербурге (арх. Н.И. Явейн, 2003).
Однако на развитие архитектурного образа вокзала наибольшее влияние оказал проект Бурова. Но оно связано именно с образом, предложенным Буровым, а не с логикой устройства вокзала. Например, характер композиции и соотношений объемов реконструируемого Московского вокзала и гостиницы в Ленинграде по проекту Я.О. Рубанчика (1930) 1 [8]. Вместе с тем, в этом проекте поднимался и вопрос преемственности: сохранение исторического фасада К. Тона при значительном стилистическом изменении самого здания (рис. 3.1).
В начале II пятилетки одной из ключевых задач социалистической реконструкции городов видится массовое строительство вокзалов более чем в десяти крупных городах только на первом этапе. Для этого были проведены конкурсы, подготовлены форпроекты. В ряде городов проекты были приняты и утверждены. К проекту Бурова авторы обращались вновь и вновь. Проект Челябинского вокзала, подготовленный архитектором Г. Баранским (1932) [10, с. 5, 14], в наибольшей степени предъявляет противоречия врастания в культуру образа вокзала Бурова. Проект Баранского (рис. 3.2) демонстрирует визуальную преемственность проекту Бурова, в то время как морфологически в нем нет развития композиции Бурова: Челябинский вокзал Баранского относится к береговому типу с несколькими подземными переходами-ходками к платформам.
Композиция вокзалов Бурова и Фуфаева ценна сохранением целостности и связанности города, способствующих его развитию. Эта композиция позволяет перенести проблему города во внутреннее пространство вокзала. Примером формализованного такого перехода - «архитектуры внутри архитектуры» - можно назвать павильон ожидания Кёльнского вокзала (1894). К сожалению, в итоге в СССР была принята схема, чаще разрывающая город, а не соединяющая.
По проектам, утвержденным в начале 1930-х гг. (которые были вдохновлены проектами 1920-х гг. и в первую очередь проектом Бурова), не было построено ни одного вокзала. Не был реализован и сам проект Бурова, так же, как и проект Центрального вокзала И.Г. Явейна. В настоящий момент в нашей стране вокзалов с полноценным большепролетным перекрытием перронов всего три 2, 3: два тупиковые (Киевский в Москве и Витебский в Санкт-Петербурге) и один транзитный («трофейный») Южный вокзал в Калининграде.
Шаг переноса городского пространства под перекрытие дебаркадера так и не был сделан - проблема перехода городского пространства внутрь вокзала, характерная для европейских вокзалов (Гамбургского, Кёльнского и др.), так и не была сформулирована.
Иначе говоря, в отечественной практике так и не была сформирована проблема и, главное, культура возникновения городской жизни во внутреннем пространстве вокзала. Результатом этого стало закрепление в строительной практике берегового типа вокзалов, разрывающего, а не соединяющего город. В Москве все чаще строятся вокзалы-переходы над путями, называемые «конкорс», но содержание этого термина в полной мере не раскрывается.
Приходится признать, что культурное и организационное последствия отказа от проектов 1920-1930-х гг. невозможно преодолеть до сих пор 4. Даже современные проекты станций МЦД 5 и МЦК 6 лишь опосредованно подходят к проблеме организации узла городской жизни на вокзале. В итоге, это сказывается на культурной жизни города в целом.
Рис. 3. Влияние проекта А.К. Бурова и развитие композиции в советских проектах вокзалов: 1 - проект реконструкции Московского вокзала в Ленинграде (арх. Я. Рубанчик, 1930); 2 - проект вокзала в Челябинске (арх. Г. Баранский, 1932); 3 - проекты реконструкции Киевского и Павелецкого вокзалов в Москве (1960-е гг.)
1 Я.О. Рубанчик - выпускник ленинградского ВХУТЕИНа, выпуск 1928 г.
2 Можно также вспомнить Главный вокзал во Львове (В. Сад-ловский, А. Захаревич, Т. Обминский, инж. Е. Зеленевский, 1904) и Казанский вокзал в Москве (после реконструкции в 1987-1997 гг. по проекту В. Батырева).
3 Более того, дебаркадеры и перекрытые перронные залы, существовавшие в городах СССР, были перестроены с выносом перронов за их пределы (например, Ленинградский в Москве)
4 Не считая нескольких вокзалов, построенных в 2000 - 2010-е гг., количество которых пока не позволяет закрепить представление о вокзале как о пространстве городской жизни.
5 В качестве примера можно назвать ст. «Славянский бульвар» МЦД. Перекрытие платформ, удачно использованное авторами, не позволяет использовать это решение в полной мере и подчеркнуть взаимодействие города и станции.
6 На МОЖД (МЦК) самый яркий пример - ст. «Воробьёвы горы»: единственный участок полного перекрытия платформ накрывает наименее используемые участки.
Несмотря на то, что проекты ВХУТЕМАСа-ВХУТЕИНа стали прообразом многих проектов второй половины 1920-х - начала 1930-х гг., именно в этих учебных проектах представлены наиболее выразительные композиционные и образные решения своего времени, уже обозначены проблемы и темы, актуальные и востребованные в наше время. По студенческим проектам можно проследить изменение представлений о функциональной и объемно-пространственной структуре вокзала, а также становление идеи вокзала как центра культурной жизни города, транспортной магистрали, района расселения; идеи, которую можно сформулировать как «Дворец-Вокзал культуры».
Интересен послевоенный проект реконструкции Курского вокзала в Москве Б.С. Мезенцева, развивавший поиски 1920-х гг. Благодаря обустройству подземных путей, вокзал взаимодействовал бы с городом через все фасады. Идея вертикальной доминанты площади -гостиницы или административного блока «легла» на идею асимметричности, характерную для оттепельной и брежневской архитектуры (рис. 3.3). Реконструкции Курского, Киевского, Павелецкого вокзалов предполагали отдельный блок административно-гостиничного комплекса, входящий в общую структуру вокзала. Композиционно идея Бурова оказалась близка, однако эти многочисленные примеры - снова только внешнее воспроизведение композиции.
Библиография.
1. Александров [А.] Проект вокзала: [пояснительная записка к проекту] / [А.] Александров, [Л.] Богданов // Современная архитектура. - 1930. - № 4. - С. 10-11.
2. Архитектурные школы Москвы: 1918-1999. Сборник 3: Педагоги и выпускники / Автор-составитель Л.И. Иванова-Веэн. -Изд. 2-е, испр. и доп. - Москва: Ладья, 2002. - 112 с.
3. Буров А.К. Лекция проф. В.Н. Образцова, поясняющая дипломное задание (вокзал) // Государственный каталог музейного фонда РФ ГНИМА ОФ-5352/1. - Рукопись. - URL: https:// goskatalog.ru/portal/#/collections?id=7162242 (дата обращения: 09.12.2020). - Текст: электронный.
4. Грузенберг С.Н. Вокзал // Государственный каталог музейного фонда РФ. Номер по КП (ГИК) ГНИМА ОФ-1634/51. - URL: https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=21134309 (дата обращения: 14.05.2021). - Изображение: электронное.
5. Грузенберг С.Н. Вокзал // Государственный каталог музейного фонда РФ. Номер по КП (ГИК) ГНИМА ОФ-1634/52. - URL: https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=21134064 (дата обращения: 14.05.2021). - Изображение: электронное.
6. Евстратова М.В. Каланчёвский путепровод в Москве. Архитектор Алексей Щусев / М. Евстратова, С. Колузаков. - Москва: Кучково поле, 2020. - 144 с. - ISBN 978-5-907174-26-9.
7. Проект выставки «Художник-изобретатель El»: изображение [РГАЛИ, данные не указаны] // Эль Лисицкий: Каталог выставки / Т. Горячева, М. Карасик. - Москва: Государственная Третьяковская галерея, 2018. - C. 11.
8. Рубанчик Я.О. Гостиница при Московском вокзале: [реконструкция Московского вокзала]: перспектива: [фото с проекта] // Государственный каталог музейного фонда РФ. ГНИМА ОФ-1578/479. - URL: https://goskatalog.ru/portal/#/ collections?id=16839701 (дата обращения: 09.12.2020). - Изображение: электронное.
9. Серия небоскрёбов для Москвы: проект Эль Лисицкого // АСНОВА: Известия ассоциации новых архитекторов. -1926. - Апрель.
10. Фейгин Ф.И. Проектирование крупных вокзалов / Ф.И. Фейгин // Транспортное строительство. - 1932. - № 10. -С. 14-16. - Ил.: с. 5-16.
11. Фуфаев А.С. Проект центрального вокзала: [дипломный проект, 1925 г.]: [фото с проекта]: аксонометрия // Государственный каталог музейного фонда РФ. Номер по КП (ГИК) ГНИМА ОФ-1568/73. - URL: https://goskatalog.rU/portal/#/ collections?id=16839547 (дата обращения: 09.12.2020). - Изображение: электронное. - Поиск планов и других листов проекта на сайте goskatalog.ru по номеру по КП (ГИК) в пределах ГНИМА ОФ-1568/73-ГНИМА ОФ-1568/81.
12. Хан-Магомедов С.О. Архитектура Советского Авангарда: Книга 1: Проблемы формообразования: Мастера и течения / С.О. Хан-Магомедов. - Москва: Стройиздат, 1996. - 709 с.: ил.
13. Хан-Магомедов С.О. Высшие государственные художественно-технические мастерские (ВХУТЕМАС) 1920-1930: в 2 кн. Кн. 1. / С.О. Хан-Магомедов. - Москва: Ладья, 1995. - 342 с.
14. Хан-Магомедов С.О. Высшие государственные художественно-технические мастерские (ВХУТЕМАС) 1920-1930: в 2 кн. Кн. 2. / С.О. Хан-Магомедов. - Москва: Ладья, 2000. - 487 с.
15. Явейн И.Г. Архитектура железнодорожных вокзалов / И.Г. Явейн; Всероссийская академия художеств. - Москва: Издательство Всесоюзной Академии Архитектуры, 1938. -304 с. - С. 164-190.
16. Les Médailles des concoursd'architecture de l'École national des Beaux-arts: [5e annee 1902-1903] / Écolenationalesupérieure des beaux-arts; Libraried'architecture et d'art decpratif. - Paris: A. Guerinet: Librarie d'architecture et d'art decoratif, [1903]. -257 pl. - URL: https://archive.org/details/gri_33125006729236/ mode/2up (10.05.2021). - Text. Images: electronic.
17. Les Médailles des concoursd'architecture de l'École national des Beaux-arts: [6 annee 1903-1904] / École nationale supérieure des beaux-arts; Librarie d'architecture et d'art decoratif. - Paris: A. Guerinet: Librarie d'architecture et d'art decoratif, [1904]. -257 pl. - URL: https://archive.org/details/gri_33125006729244/ mode/2up (date of access: 10.05.2021). - Text. Images: electronic.
18. Ragon, M. L'architecture des gares: naissance, apogee et declin des gares de chemin de fer / M. Ragon. - Paris: editions Denoël, 1984. - 112 p.
19. Renaissance der Bahnhöfe. Die Stadt im 21. Jahrhundert / Bund DeutscherArchitecten BDA, Deutsche Bahn AG, Förderverein DeutschesArchitekturzentum DAZ, Meinhard von Gerkan. -[Wiesbaden]: ViewegVerlag, 1996.