ISSN 1026-2237 BULLETIN OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTIONS. NORTH CAUCASUS REGION. NATURAL SCIENCE. 2023. No. 3
Научная статья УДК 528.91
doi: 10.18522/1026-2237-2023-3 -71-79
ДЕКОМПОЗИЦИЯ РЕТРОСПЕКТИВНЫХ ТОПОГРАФИЧЕСКИХ КАРТ ДЛЯ ПОСЛОЙНОЙ ОЦЕНКИ ТИПОВ РЕГИОНАЛЬНОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ
А.Н. Бешенцев1^, Т.А. Борисова2, А.А. Лубсанов3, Д.Г. Будаева4, С.А. Петров5
1:2, з, 4,5 Байкальский институт природопользования СО РАН, Улан-Удэ, Россия
1abesh@binm.ruB
2tabor@binm.ru
3alub@binm.ru
4budaevadarima@yandex.ru
5sergei_petrov13@mail.ru
Аннотация. На примере наиболее освоенной части бассейна оз. Байкал выполнена декомпозиция содержания цифрового покрытия из 12 листов топографической карты масштаба 1:84 000, составленной Корпусом военных топографов в 1896-1912 гг. В результате векторизации ретроспективных слоёв топографических объектов и последующего преобразования их shp-файлов в классы пространственных объектов среды ArcGIS сформировано два картографических набора классов пространственных объектов, характеризующих два типа регионального природопользования - традиционный скотоводческий и инва-зивный земледельческий. В результате послойного геоинформационного моделирования картографических наборов на современной топографической основе и цифровой модели рельефа установлены первичные ареалы заселения и хозяйственного использования территории, определены физико-географические характеристики прошлого хозяйственного использования территории, а также выполнено раздельное картографирование пространственно-временных структур жизнеобеспечения разных типов природопользования. Для оперативной цифровой визуализации предложено технологическое решение хранения и картографирования наборов классов пространственных объектов посредством организации файловой базы геоданных информационной среды ArcGIS. Представлены картографические реконструкции скотоводческого и земледельческого природопользования начала XX в., а также общая картографическая реконструкция природопользования на ландшафтной основе, позволяющая утверждать, что традиционное скотоводческое природопользование не предполагает преобразования земной поверхности и характеризуется непрерывной восстановительной динамикой природных ландшафтов, а инвазивное природопользование основано на нарушении почвенного покрова, что в дальнейшем привело к появлению ареалов водной и ветровой эрозии.
Ключевые слова: ретроспективная карта, типы регионального природопользования, цифровая визуализация, ГИС, картографический набор классов пространственных объектов
Благодарности: статья подготовлена в рамках выполнения государственного задания Байкальского института природопользования СО РАН.
Для цитирования: Бешенцев А.Н., Борисова Т.А., Лубсанов А.А., Будаева Д.Г., Петров С.А. Декомпозиция ретроспективных топографических карт для послойной оценки типов регионального природопользования // Изв. вузов. Сев.-Кавк. регион. Естеств. науки. 2023. № 3. С. 71-79.
Статья опубликована на условиях лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International (CC-BY 4.0).
© Бешенцев А.Н., Борисова Т.А., Лубсанов А.А., Будаева Д.Г., Петров С.А., 2023
ISSN 1026-2237 BULLETIN OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTIONS. NORTH CAUCASUS REGION. NATURAL SCIENCE. 2023. No. 3
Original article
DECOMPOSITION OF RETROSPECTIVE TOPOGRAPHIC MAPS FOR LAYER-BY-LAYER ASSESSMENT OF REGIONAL NATURE MANAGEMENT TYPES
A.N. Beshentsev1B, T.A. Borisova2, A.A. Lubsanov3, D.G. Budaeva4, S.A. Petrov5
1:2, з, 4,5 Baikal Institute of Nature Management SB RAS, Ulan-Ude, Russia
1abesh@binm.ruB
2tabor@binm.ru
3alub@binm.ru
4budaevadarima@yandex.ru
5sergei_petrov13@mail.ru
Abstract. On the example of the most developed part of the lake Baikal basin, the decomposition of the digital coverage content from 12 sheets of the topographic map scale 1:84 000, compiled by the Corps of Military Topographers in 1896-1912, was performed. As a result of vectorization of retrospective layers of topographic objects and subsequent transformation of their shp files into classes of spatial objects of the ArcGIS environment, two cartographic sets of spatial object classes were formed that characterize two types of regional environmental management - traditional pastoral and invasive agricultural. As a result of layer-by-layer geoinformation modeling of cartographic sets on a modern topographic basis and a digital relief model, primary areas of settlement and economic use of the territory were established, physical and geographical characteristics of the past economic use of the territory were determined, and separate mapping of spatial and temporal life support structures of different types of nature management was performed. For operational digital visualization, a technological solution is proposed for storing and mapping sets of spatial object classes by organizing a file-based geodata of the ArcGIS information environment. Cartographic reconstructions of pastoral and agricultural nature management at the beginning of the 20th century are presented, as well as a general cartographic reconstruction of nature management on a landscape basis, which allows us to assert that traditional pastoral nature management does not involve the transformation of the Earth's surface and is characterized by continuous restorative dynamics of natural landscapes, and invasive nature management is based on the violation of soil cover, which later led to the emergence of areas of water and wind erosion.
Keywords: retrospective map, types of regional environmental management, digital visualization, GIS, cartographic set of classes of spatial objects
Acknowledgments: the article was prepared within the framework of the implementation of the state task of the Baikal Institute of Nature Management of the SB RAS.
For citation: Beshentsev A.N., Borisova T.A., Lubsanov A.A., Budaeva D.G., Petrov S.A. Decomposition of Retrospective Topographic Maps for Layer-by-Layer Assessment of Regional Nature Management Types. Bulletin of Higher Educational Institutions. North Caucasus Region. Natural Science. 2023;(3):71-79. (In Russ.).
This is an open access article distributed under the terms of Creative Commons Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0).
Введение
В результате внедрения геоинформационной технологии в историко-географические исследования повысился интерес к ретроспективным картографическим произведениям. Ретроспективные карты разных лет издания являются историческим источником топографической информации и поэтому востребованы в различных областях территориальной деятельности. Они - надежные источники для геоэкологического картографирования [1] и метрической оценки влияния природопользования на географическую среду [2-4], исследований влияния географических факторов на пространственное размещение населения [5], на основе их анализа составляются летописи катастроф [6], они несут ценную информацию по истории формирования Российского государства
[7, 8]. Такие карты успешно используются при исследованиях динамики географических объектов, и в первую очередь изменений лесного покрова [9], оценки динамики русел рек [10].
Для декомпозиции ретроспективных топографических карт и выделения типов регионального природопользования выбрано Селенгинское среднегорье - наиболее освоенный участок бассейна оз. Байкал и территория исторического проживания бурятского этноса. Основными формами природопользования до XVII в. (до прихода русских поселенцев) на исследуемой территории были кочевое скотоводство, охота и рыболовство [11]. Пограничное положение территории между лесом и степью со смешанным характером ландшафта определило диверсифицированный характер природопользования [12] и обеспечило условия для развития как традиционного кочевого и полукочевого скотоводческого, так и инвазивного земледельческого природопользования.
Важное значение ретроспективных карт как основного источника метрической планово-высотной информации о прошлых состояниях геосистем требует методического обоснования их включения в современные исследования динамики структур жизнеобеспечения и антропогенного преобразования земной поверхности. Создание на их основе новых цифровых картографических ресурсов является перспективным научно-исследовательским направлением.
Материалы и методы исследований
Ретроспективные карты имеют важное научное значение для исследования долговременных природных, социальных и экономических процессов, хозяйственного освоения территории, метрической оценки динамики и трансформации природных ландшафтов [13]. Основным картографическим источником для оценки типов регионального природопользования послужили листы топографической карты масштаба 2 версты в 1 дюйме (1:84 000), составленные Корпусом военных топографов в 1896-1912 гг.
Для определения точности, приемов составления и принципов генерализации исследуемых карт выполнен сравнительный анализ ретроспективной карты с современной топографической картой масштаба 1:100 000 издания Роскартографии. Для минимизации искажений была разработана методика геометрической коррекции ретроспективной топоосновы, представляющая собой совокупность последовательных технологических операций исправления векторных слоёв на основе ряда геометрических преобразований программной среды ArcGIS [14].
Основным литературным источником для раздельной оценки типов природопользования послужили материалы комиссии Куломзина - комиссии для изучения состояния землевладения, землепользования и хозяйства в Забайкальской области, учрежденной правительством Российской империи в 1897 г. [15].
Под декомпозицией картографического изображения мы понимаем процесс векторного расслоения содержания ретроспективной карты и группировки цифровых слоёв в виде картографических наборов классов пространственных объектов программной среды ArcGIS, характеризующих разные типы регионального природопользования. Таким образом, в результате векторизации и коррекции ретроспективных слоёв объектов природопользования и последующего преобразования их shp-файлов в классы пространственных объектов среды ArcGIS сформировано два картографических набора классов пространственных объектов, характеризующих два типа регионального природопользования: картографический набор объектов скотоводческого природопользования описывает пространственные параметры традиционного природопользования региона; картографический набор объектов земледельческого природопользования - пространственные параметры инвазивного земледельческого природопользования. В результате объединения перечисленных картографических ресурсов в информационной среде ArcGIS создана файловая база геоданных «Типы природопользования Селенгинского среднегорья в начале XX в.» (рис. 1).
Для высотной локализации объектов природопользования создана цифровая модель рельефа исследуемой территории (ЦМР) на основе изолиний высот топографической основы масштаба 1:100 000 Роскартографии. Для оценки воздействия природопользования на природные геосистемы региона составлен цифровой слой природных ландшафтов региона на основе карты «Ландшафты юга Восточной Сибири» [16]. Содержание карты основано на классификации гео-
ISSN 1026-2237 BULLETINOFHIGHEREDUCATIONALINSTITUTIONS. NORTHCAUCASUSREGION. NATURAL SCIENCE. 2023. No. 3
систем, разработанной в Институте географии СО РАН на основе таксономической системы типологических иерархических подразделений геосистем юга Восточной Сибири. Для метрической оценки динамики природопользования и трансформации природных ландшафтов, а также для сравнительного анализа освоения территории составлен слой бассейнового физико-географического деления исследуемой территории.
! Типы природопользования Селенгинского среднегорья в начале XX в.дс1Ь .] Картографический набор земледельческого природопользования [у] Заимки.эЬр □ Пашни.вИр
,Ш) Русские населённые пункты.зИр В ^ Картографический набор скотоводческого природопользования Зимники.эИр у] Обо.эИр у"] Дацаны.эИр |Щ Улусы с домами.зЬр |у] Улусы с юртами.5Ир |Щ1 Бассейны главных рек^Ир Щ Природные ландшафты.зГф Цифровая модель рельефа.дпс!
Рис. 1. Файловая база геоданных / Fig. 1. File geodatabase
Обсуждение результатов
В результате послойного картографирования объектов природопользования в ЦМР и на ландшафтной основе установлена территория первичного хозяйственного освоения региона бурят-монгольским этносом (рис. 2).
Пространственно-временная структура жизнеобеспечения коренного населения определяется ландшафтами и рельефом региона, ареалы скотоводческого природопользования компактно размещаются в котловинах забайкальского типа [17]. Освоенные местности были адаптивно встроены в пространственную структуру выделов ранга ландшафта и сопряжены с элементами их внутренней неоднородности. Воздействие на почвенный слой осуществлялось посредством мобильной пастьбы скота и сезонного сенокошения при минимальной нагрузке на геосистемы.
Все кочевые скотоводы жили на левом берегу р. Селенги хаотично расположенными отдельными юртами или группами юрт по родовому признаку, далеко отстоящими одна от другой (рис. 2): летом - в районе летней пастьбы, ближе к реке, колодцам, а зимой - в районе покосов. При организации нового стойбища одни домохозяева ставили свои юрты особняком, другие соединялись по два, три и более хозяйства. Таким образом, населённого пункта в точном смысле слова кочевая община не имеет: летние юрты кочевников распространены по всей территории пастбищ, зимой - по всей территории покосов. Такие зимники устраиваются исключительно при сенокосных местах и имеют целью избежать перевозки сена с дальних покосов в селение. Кочевники кочуют всегда по одной и той же территории и при каждой перемене стойбища ставят юрту на известном месте [18].
Важными объектами природопользования являются культовые места обо, представляющие особые святые пространства - места поклонения территориальным духам - хозяевам данной местности (в шаманизме). Каждая родовая община имеет своё обо, которое служит природным алтарём для жертвоприношений и исполнения религиозных обрядов, возле которого и происходят зимовки. Обо располагаются на выдающихся местах - около перекрёстков дорог, на горных
перевалах, вершинах, около озёр и минеральных источников, на берегах рек - и представляют собой кучи из камней или деревья, украшенные ленточками и флажками, они выполняют сакральные и пограничные функции, служат ориентирами на местности.
Рис. 2. Реконструкция объектов скотоводческого природопользования / Fig. 2. Reconstruction of objects of cattle-breeding nature management
Вся территория общины подразделяется на два вида угодий - покосы и пастбища. Территория общины большей частью состоит из одной или нескольких падей, верховья которых заняты покосами, а низовья - пастбищем; покосы от выгона отделяются изгородью - поскотиной; на покосах находятся зимники, на пастбищах - летники; пашни, если таковые имеются, располагаются отдельными ареалами среди покосов преимущественно по склонам падей.
Экономическая политика Российского государства способствовала внедрению земледельческого природопользования. По мере продвижения русских переселенцев по территории Забайкалья создавались постоянные населенные пункты вдоль крупных речных артерий Селенги с ее притоками - Чикой, Хилок, Джида. В 50-60-е гг. XVII в. до Забайкалья докатилась волна переселенцев из числа старообрядцев, имеющих многовековой опыт земледелия [19]. При наличии отдельных распаханных участков крестьян-старожилов и бурят старообрядцы значительно увеличили площадь пашни, образовали земледельческие центры Забайкалья - бассейны рек Куй-тунка, Тугнуй, Хилок (рис. 3).
Освоение природных ландшафтов начиналось с выбора места под пашню, что в дальнейшем и определяло развитие селитьбы и дорожной сети. В Забайкалье часто использовался долинный способ застройки, при котором дома и приусадебная территория выстраивались в относительно прямолинейном порядке - в ряд или несколько рядов, как правило, вдоль основной реки. Пашни выбирались на свободных землях, вблизи рек и ручьев. Переселенцы, селившиеся в лесостепной полосе, подыскивали поляны, чтобы уменьшить необходимость расчистки леса. Вверх и вниз от
селения, вдоль реки и по всем падям, выходящим в долину реки и лежащим в районе владений селения, находились покосы, а по склонам падей полосой размещены пашни, поднимающиеся иногда до самой вершины хребтов (рис. 3).
Важной особенностью инвазивного расселения являлось развитие заимочной жизни, влияющее и на характер хозяйства, и на склад землевладения (рис. 3). Заимка как форма расселения сыграла при освоении Забайкалья существенную роль. Постепенно из заимки вырастал новый поселок. Наряду с такими заимками существовали и заимки временные, имевшие только хозяйственное значение. На период исследования заимка играла вспомогательную роль - это жилье на пашне или покосе, куда хозяева переезжают только в определенное время года, не теряя связи с селением, где находится все их хозяйство.
Рис. 3. Реконструкция объектов земледельческого природопользования / Fig. 3. Reconstruction of objects of agricultural nature management
Совмещение картографических наборов природопользования с ландшафтной основой позволило выявить хозяйственные функции используемых геосистем и дифференцированно оценить воздействие каждого типа природопользования на природную среду каждого освоенного речного бассейна. Традиционное скотоводческое природопользование не предполагает преобразования земной поверхности и характеризуется непрерывной восстановительной динамикой природных ландшафтов. Напротив, инвазивное природопользование основано на нарушении почвенного покрова, что в дальнейшем приведёт к появлению ареалов водной и ветровой эрозии. Установлено, что в первую очередь были распаханы динамичные склоновые травяные геосистемы с подлеском из рододендрона даурского около 500 км2 и склоновые каменистые низкотравные около 300 км2, а также остепнённые террасы и некоторые пологосклоновые и долинные геомы (рис. 4).
ISSN 1026-2237 BULLETIN OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTIONS. NORTH CAUCASUS REGION. NATURAL SCIENCE. 2023. No. 3
Рис. 4. Картографическая реконструкция природопользования на ландшафтной основе / Fig. 4. Cartographic reconstruction of nature management on a landscape basis
Заключение
Разделение элементов содержания ретроспективных топографических карт обеспечивает послойную цифровую визуализацию объектов разных типов природопользования и временных срезов, возможность ретроспективного послойного моделирования ретроспективной геоситуации с различными современными тематическими слоями - ландшафтами, почвами, растительностью и др. Использование именно ретроспективных карт для декомпозиции позволяет установить физико-географические закономерности раздельного функционирования традиционного скотоводческого и инвазивного земледельческого природопользования, выявить их особенности и ареалы взаимодействия. Установлено, что хозяйственное освоение территории на исследуемый период характеризуется наибольшими различиями скотоводческих и земледельческих пространственно-временных структур природопользования. Значимым процессом для исследуемого периода является переход коренного населения на оседлость. При этом у кочевых и полукочевых скотоводов усадебная оседлость тяготеет по преимуществу к покосам и развивается от зимнего стойбища, у пришлых земледельцев - к пашням.
Предлагаемый подход является новым картографическим приёмом на базе геоинформационной технологии для междисциплинарных географических исследований динамики регионального природопользования и антропогенного изменения природных ландшафтов региона. Файловые базы данных информационной среды ArcGIS дают единовременный многопользовательский доступ к созданным картографическим ресурсам и обработку больших объёмов пространственных данных.
Список источников
1. Ермошин В.В., Ганзей С.С., Мишина Н.В. Старые топографические карты как информационный ресурс при геоэкологическом картографировании // Геоинформационное картографирование в регионах России : сб. материалов. Воронеж: Истоки, 2009. С. 79-83.
ISSN 1026-2237 BULLETIN OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTIONS. NORTH CAUCASUS REGION. NATURAL SCIENCE. 2023. No. 3
2. Постников А.В. Старые карты как источник информации для изучения влияния хозяйства на среду (на примере Центральной России XVIII-XIX вв.) // Изв. РГО. 1980. Т. 112, № 5. С. 419-424.
3. Силаев А.В. Картографический анализ состояния селитебных и распаханных территорий Тункин-ской котловины за последнее столетие // Вестн. Иркутского гос. техн. ун-та. 2013. № 2 (73). С. 80-84.
4. Хромых О.В., Хромых В.В., Хромых В.С. Естественная и антропогенная динамика ландшафтов поймы Томи в окрестностях г. Томска // Вестн. Томского гос. ун-та. 2015. № 400. С. 426-433.
5. Telbisz T., Bottlik Z., Mari L., Koszegi M. The impact of topography on social factors, a case study of Montenegro // J. of Mountain Science. 2014. Vol. 11, № 1. P. 131-141.
6. Молоткова Ж. Старые карты - летопись катастроф // Энергия: экономика, техника, экология. 2004. № 2. С. 66-68.
7. Носовский Г.В., Фоменко А. Т. Старые карты Великой русской империи (Птолемей и Ортелий в свете новой хронологии). М.: АСТ, 2010. 685 с.
8. Постников А.В. Развитие картографии и вопросы использования старых карт. М.: Изд-во МГУ, 1985. 215 с.
9. Черепанова Е. С. Картографирование лесных ресурсов на разновременных картах XIX-XXI вв. (территория Пянтежской лесной дачи) // Геоинформационное обеспечение пространственного развития Пермского края : сб. материалов. Пермь: Пермский гос. нац. исслед. ун-т, 2013. С. 100-103.
10. Каргаполова И.Н. Использование старых русских карт для изучения динамики русел рек // Геодезия и картография. 2007. № 12. С. 10-20.
11. История Бурят-Монгольской АССР / под ред. П.Т. Хаптаева. Улан-Удэ: Бурят-Монгол. кн. изд-во, 1954. 644 с.
12. Иметхенов А.Б. Природа переходной зоны на примере Байкальского региона. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 1997. 232 с.
13. БешенцевА.Н. Картографический мониторинг природопользования // Геодезия и картография. 2011. № 3. С. 14-18.
14. Бешенцев А.Н. Автоматизация и использование ретроспективных карт земельного учёта // Вестн. СГУГиТ. 2017. Т. 22, № 2. С. 120-129.
15. Петерсон Н. Материалы Комиссии для исследования землевладения и землепользования в Забайкальской области. СПб., 1898. 165 с.
16.Михеев B.C., Ряшин В.А. Ландшафты юга Восточной Сибири: карта. М.: ГУГиК, 1977. 4 л.
17. Батуев А.Р., Буянтуев А.Б., Снытко В.А. Геосистемы и картографирование эколого-географических ситуаций приселенгинских котловин Байкальского региона. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2000. 164 с.
18. Кроль М.А. О забайкальских бурятах // Записки Читинского отделения Приамурского отдела РГО. Чита, 1896. Вып. 1.
19. Рагулина М.В. Культурная география: теории, методы, региональный синтез. Иркутск: Изд-во Инта географии СО РАН, 2004. 171 с.
References
1. Ermoshin V.V., Ganzei S.S., Mishina N.V. Old topographic maps as an information resource in geoeco-logical mapping. Geoinformation mapping in the regions of Russia: collection of materials. Voronezh: Istoki Publ.; 2009:79-83. (In Russ.).
2. Postnikov A.V. Old maps as a source of information for studying the impact of agriculture on the environment (on the example of Central Russia of the 18th-19th centuries). Izv. RGO = Proceedings of the Russian Geographical Society. 1980;112(5):419-424. (In Russ.).
3. Silaev A.V. Cartographic analysis of the state of residential and plowed territories of the Tunka basin over the last century. Vestn. Irkutskogo gos. tekhn. un-ta = Bulletin of Irkutsk State Technical University. 2013;(2):80-84. (In Russ.).
4. Khromykh O.V., Khromykh V.V., Khromykh V.S. Natural and anthropogenic dynamics of landscapes of the Tom floodplain in the vicinity of Tomsk. Vestn. Tomskogo gos. un-ta = Tomsk State University Journal. 2015;(400):426-433. (In Russ.).
5. Telbisz T., Bottlik Z., Mari L., Koszegi M. The impact of topography on social factors, a case study of Montenegro. Journal of Mountain Science. 2014; 11(1):131-141.
6. Molotkova Zh. Old maps - chronicle of catastrophes. Energiya: ekonomika, tekhnika, ekologiya = Energy: Economics, Technology, Ecology. 2004;(2):66-68. (In Russ.).
7. Nosovsky G.V., Fomenko A.T. Old maps of the Great Russian Empire (Ptolemy and Ortelius in the light of the new chronology). Moscow: AST Publ.; 2010. 685 p. (In Russ.).
8. Postnikov A.V. The development of cartography and the use of old maps. Moscow: Moscow State University Press; 1985. 215 p. (In Russ.).
ISSN 1026-2237 BULLETIN OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTIONS. NORTH CAUCASUS REGION. NATURAL SCIENCE. 2023. No. 3
9. Cherepanova E.S. Mapping of forest resources on multi-time maps of the 19th-21st centuries (the territory of the Pyanteg forest dacha). Geoinformation support of spatial development of the Perm Region: collection of materials. Perm: Perm State National Research University Press; 2013:100-103. (In Russ.).
10. Kargapolova I.N. Using old Russian maps to study the dynamics of riverbeds. Geodeziya i kartografiya = Geodesy and Cartography. 2007;(12):10-20. (In Russ.).
11. Khaptaev P.T., ed. History of the Buryat ASSR. Ulan-Ude: Buryat-Mongolian Publishing House; 1954. 644 p. (In Russ.).
12. Imetkhenov A.B. The nature of the transition zone on the example of the Baikal region. Novosibirsk: Siberian Branch RAS Press; 1997. 232 p. (In Russ.).
13. Beshentsev A.N. Cartographic monitoring of nature management. Geodeziya i kartografiya = Geodesy and Cartography. 2011;(3):14-18. (In Russ.).
14. Beshentsev A.N. Automation and use of retrospective maps of land accounting. Vestn. SGUGiT = Vestnik of the Siberian State University of Geosystems and Technologies. 2017;22(2):120-129. (In Russ.).
15. Peterson N. Materials of the Commission for the Study of Land Ownership and Land Use in the TransBaikal region. St. Petersburg, 1898. 165 p. (In Russ.).
16. Mikheev B.C., Ryashin V.A. Landscapes of the South of Eastern Siberia. Map. Moscow: The Main Directorate of Geodesy and Cartography Press; 1977. 4 sh. (In Russ.).
17. Batuev A.R., Buyantuev A.B., Snytko V.A. Geosystems and mapping of ecological and geographical situations of the Selenga basins of the Baikal region. Novosibirsk: Siberian Branch RAS Press; 2000. 164 p. (In Russ.).
18. Krol M.A. About the Trans-Baikal Buryats. Notes of the Chita branch of the Amur Department of the Russian Geographical Society. Chita, 1896;(1). (In Russ.).
19. Ragulina M.V. Cultural geography: theories, methods, regional synthesis. Irkutsk: Institute of Geography Siberian Branch RAS Press; 2004. 171 p. (In Russ.).
Информация об авторах
Андрей Николаевич Бешенцев - доктор географичесих наук, профессор РАН, заведующий лабораторией геоинформационных систем.
Татьяна Анатольевна Борисова - кандидат географичесих наук, старший научный сотрудник лаборатории геоинформационных систем.
Александр Александрович Лубсанов - ведущий инженер лаборатории геоинформационных систем. Дарима Гармаевна Будаева - кандидат географичесих наук, научный сотрудник лаборатории геоинформационных систем.
Сергей Алексеевич Петров - инженер лаборатории геоинформационных систем. Information about the authors
Andrew N. Beshentsev - Doctor of Science (Geography), Professor, RAS, Head of Laboratory of Geoinformation Systems.
Tatyana A. Borisova - Candidate of Science (Geography), Senior Researcher, Laboratory of Geoinformation Systems.
Alexander A. Lubsanov - Leading Engineer, Laboratory of Geoinformation Systems.
Darima G. Budaeva - Candidate of Science (Geography), Researcher, Laboratory of Geoinformation Systems. Sergey A. Petrov - Engineer, Laboratory of Geoinformation Systems.
Статья поступила в редакцию 25.04.2023; одобрена после рецензирования 12.05.2023; принята к публикации 20.06.2023. The article was submitted 25.04.2023; approved after reviewing 12.05.2023; accepted for publication 20.06.2023.