АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ИСПОЛНЕНИЯ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ В
ВИДЕ ДОМАШНЕГО АРЕСТА
TOPICAL ISSUES OF EXECUTION OF A PREVENTIVE MEASURE IN THE
FORM OF HOUSE ARREST
УДК-34
Линёва Екатерина Сергеевна, Преподаватель, Российский университет транспорта (МИИТ)
Lineva Ekaterina Sergeevna, eslineva@gmail.com
Аннотация
Домашний арест считается одной из самых гуманных мер пресечения и является предметом исследования многих работ, которые подробно раскрывают суть домашнего ареста и условия его избрания. В рамках данной статьи проанализированы актуальные вопросы, которые возникают при применении подобной меры. Рассматриваются пути их решения и условия использования правовых инструментов. Изучаются важнейшие нормативные акты, регламентирующие порядок соблюдения домашнего ареста и контроля за его исполнением.
Abstract
House arrest is considered one of the most humane measures of restriction. It is the subject of many studies that detail the essence of house arrest and the conditions of its choosing. In the framework of this article, important issues that arise when choosing such a measure are investigated. The ways of their solution and the conditions for the application of legal instruments are considered. The most important regulatory acts governing the procedure monitoring house arrest and its execution are analyzed.
Ключевые слова: домашний арест, контроль, мера пресечения, уголовно-исполнительные инспекции, силовые органы. Keywords: House arrest, control, preventive measure, criminal executive inspections, law enforcement agencies.
Ограничительные меры, регламентируемые УПК РФ статьей 107, выражены в изоляции подозреваемого или обвиняемого в жилом помещении, куда можно отнести и дачные дома. Лицо, подвергнутое такой мере, может быть собственником, арендатором помещения или использовать его на других законных основаниях. Как справедливо отмечает И.П. Пилюшин, в подобном
случае суд обязан проверить документы на недвижимость, срок действия регистрации или срок договора найма жилого помещения [1, с. 17].
На этапе определения места чаще всего возникают коллизии интересов. Какие вопросы служат поводом для разногласий? Например, могут возникнуть конфликты с собственником, который может не принимать позицию суда и требовать выселения, если обвиняемый - арендатор. В России заключение договоров аренды недвижимого имущества на практике происходит на срок не более года или на неопределенный срок. Часто договоры аренды квартир не регистрируют. В соответствии с п.2 ст. 610 ГК РФ при расторжении контракта аренды, заключенного на неопределенный срок, необходимо уведомить другую сторону за три месяца. Но если срок ареста будет продлен по решению суда, возникнут сложности с определением места заключения под домашний арест в том случае, если обвиняемый - арендатор, а арендодатель не согласен размещать в своем помещении лицо, которое находится в конфликте с законом. Имеют место быть и ситуации, когда гражданин зарегистрирован по адресу на срок меньше, чем срок изоляции, определяемый судом. На эти и другие вопросы детально дает разъяснения Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 N 41 (ред. от 24.05.2016). Верховный Суд РФ в п. 38 встает на сторону собственников помещения и подтверждает их право на подачу заявления в суд, если избрание такой меры пресечения нарушает права и законные интересы не только собственников, но и лиц, проживающих в данном помещении [2].
Самым актуальным вопросом при избрании меры в качестве домашнего ареста является вопрос системы контроля. В настоящее время он осуществляется уголовно-исполнительными инспекциями органов ФСИН. В.М. Заглазеева, А.В. Кудрявцев предлагают с целью совершенствования системы возложить эту обязанность на органы дознания МВД [3]. Очевидно, что явной необходимости делегировать эти полномочия в существующих условиях нет, поскольку инспекции эффективно взаимодействуют с органами дознания, следственными органами СК РФ, судами и иными органами силового блока. Компетенции сторон детально отражены в Порядке осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений, утвержденным Приказом Министерства юстиции РФ, МВД России, Следственного комитета РФ, ФСБ России и Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков от 11 февраля 2016 г. № 26/67/13/105/56
(далее - Порядок). О.А. Малышева отмечает негативные механизмы и ставит под вопрос возможность единообразного реагирования инспекциями на нарушение режима домашнего ареста, ссылаясь на п. 19 Порядка, в котором указана процедура первоначального оповещения органов дознания и следователя в этом случае [4, с. 215].
Для обеспечения контроля в распоряжении инспекций существует внушительный высокотехнологичный арсенал инновационных средств. Их исчерпывающий перечень отражен в Постановлении Правительства РФ от 18 февраля 2013 г. N 134 "О порядке применения аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля, которые могут использоваться в целях осуществления контроля за нахождением подозреваемого или обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, а также за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого в виде меры пресечения избран запрет определенных действий, домашний арест или залог". Чаще используется электронный браслет, к которому прилагаются электронные устройства для отслеживания по системе ГЛОНАСС. Это наиболее инновационный метод контроля, в отличие от аудиовизуальных средств. Использование одного прибора не исключает и использование иных средств. Сигналы передаются на сервер, что обеспечивает возможность моментального реагирования на попытки нарушить домашний арест.
Постановление Правительства РФ № 134 утверждает и Правила применения таких средств. На основании п. 2 Правил инспекция самостоятельно выбирает систему контроля с учетом изложенных в Правилах рекомендациях и инструкциях по применению. Если лицо, к которому применяется домашний арест, по решению суда может посещать учебное заведение или иные места, то инспекция вправе применять электронный браслет вместе с мобильным контрольным устройством, ретранслятором, персональным трекером и устройством аудиовизуального контроля. Подобное смягчение вызывает недоумение у некоторых юристов, которые не видят в этом отличия от такой меры как подписка о невыезде [5, а 206]. Иные напротив, отмечают актуальность существующей возможности пребывания на свежем воздухе, если обвиняемый/подозреваемый проживает в городской квартире [6, с. 68]. Указывая, на несовершенство статьи 107 УПК РФ, многие правоведы, предлагают расширить содержание ее статей. Например, добавить определенное время для прогулок [7, с. 165].
При исследовании данной темы и мнений ученых-правоведов можно сделать выводы о единодушии в отношении того, что подобная мера безусловно отражает гуманную и либеральную политику. Домашний арест должен стать обычной практикой в том случае, если лицо подозревается в совершении незначительных преступлений, круг которых можно расширить. В стране места заключения не соответствуют ни международным, ни внутригосударственным стандартам. Более того, если откинуть оценочные суждения, стоит понимать, что содержание заключенных в СИЗО осуществляется за счет средств налогоплательщиков. В случае с домашним арестом все бытовые вопросы будут решаться обвиняемым или подозреваемым за свой счет. К тому же современные средства слежения позволяют полностью контролировать соблюдение режима. А в арсенале у силовых структур всегда есть инструменты оперативного вмешательства.
Литература
1. Пилюшин И.П. Эффективность домашнего ареста в уголовном судопроизводстве // Научный вестник Омской академии МВД России. 2018. № 2 (69). С. 17-19.
2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" // [Электронный ресурс] - Режим доступа. - URL http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_156184/ (дата обращения 20.05.2020).
3. Заглазеева В.М., Кудрявцев А.В. Отдельные аспекты правового регулирования домашнего ареста в законодательстве зарубежных стран // Наука через призму времени. 2018. № 3 (12). [Электронный ресурс] -Режим доступа. - URL http://www.naupri.ru/journal/746 (дата обращения 20.05.2020).
4. Малышева О.А. Негативные последствия действия правового механизма избрания и исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста // Вестник Томского государственного университета. 2018. № 427. С. 215221.
5. Суденко В.Е., Линева Е.С. Проблемы реализации домашнего ареста как уголовно-процессуальной меры принуждения // Военное право. 2018. № 3 (49). С. 204-207.
6. Дулепов В.В. Домашний арест как мера пресечения в уголовном процессе // Colloquium-journal. 2018. № 8-4 (19). С. 67-69.
7. Павлик М.Ю., Токарева Е.В., Шепелева О.Р. Сущность ограничений и запретов, налагаемых на обвиняемого, при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста // Ленинградский юридический журнал. 2020. № 1 (59). С. 161-169.
References
1. Pilyushin I.P. (2018) Effectiveness of House Arrest in Criminal Proceedings [Effektivnost' domashnego aresta v ugolovnom sudoproizvodstve]. Omsk: The Scientific Bulletin the Omsk Academy of the Russian Ministry of Internal Affairs 2018. № 2 (69). P. 17-19.
2. The resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation N41. 2013. Consultant+. Available at:
http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_156184/
3. Zaglazeeva V.M., Kudryavtsev A.V. (2018) Some aspects of the legal regulation of house arrest in the legislation of foreign countries [Otdel'nyye aspekty pravovogo regulirovaniya domashnego aresta v zakonodatel'stve zarubezhnykh stran]. Science through the prism of time. Available at: http: //www.naupri.ru/j ournal/746
4. Malysheva, O.A. (2018) Negative consequences of the action of the legal mechanism of applying house arrest as a measure of restraint [Negativnyye posledstviya deystviya pravovogo mekhanizma izbraniya i ispolneniya mery presecheniya v vide domashnego aresta]. Tomsk: Tomsk State University Journal № 427. P. 215-221.
5. Sudenko V.E., Lineva E.S. (2018) Problems of implementation of house arrest as a corner-butprocedural coercive measure [Problemy realizatsii domashnego aresta kak ugolovno-protsessual'noy mery prinuzhdeniya] Moscow: Voennoe Pravo № 3 (49). P. 204-207.
6. Dulepov V.V (2018) Home arrest as a measure of restraint in criminal proceedings [Domashniy arest kak mera presecheniya v ugolovnom protsesse]. Warszawa: Colloquium-journal № 8-4 (19). P. 67-69.
7. M.U. Pavlik, Ye.V. Tokareva, O.R. Shepeleva (2020) The essence of restrictions and prohibitions, imposed on the accused, when choosing a preventive measure in the form of house arrest [Sushchnost' ogranicheniy i zapretov, nalagayemykh na obvinyayemogo, pri izbranii mery presecheniya v vide domashnego aresta] St. Petersburg: Leningrad Legal Journal № 1 (59). С. 161-169.