уже разделяет, то, что говорится в этом событии, может открывать себя, и может быть показана трансценденция в онтологическом смысле.
Тем самым без слова мы остаемся немы и представленными перед тайной. Мистическое и его невозможное речение возвращают философию к ней самой и тому, что для нее фундаментально: проблема основания, отныне разделенная на трудность обозначения и необходимость опредметиться в становлении и воплотиться в фигуры речи, в том числе, которых не хватает и которые отняты.
О том, что себя не показывает как вещь, не даны ни знание, ни речение, но тем не менее дается или дан какой-либо опыт. Этот последний имеет место исключительно в инстанции речи как таковой, является опытом неназываемого, ультимативного, как бы невозможного и негативного измерения обозначения; это опыт уже не обозначения, а имения места языка в модальности непознания. Логос в архе как первоначальное место языка невыразим, это ультимативное негативное основание человеческой речи, глас Божий, который в своей радикальной трансценденции отрицает любую человеческую антиципацию и «вламывается в царство бытия извне». Этот логос является тем, что отпускает и, более того, спасает и на этот раз показывается во плоти, т.е. в истории (с. 184-185).
Г.В. Хлебников
2015.03.039. КАРА-МУРЗА А.А. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ПОРТРЕТЫ: ОЧЕРКИ О РУССКИХ МЫСЛИТЕЛЯХ Х1Х-ХХ вв. - М.: ИФ РАН, 2014. - Вып. 3. - 215 с.
Ключевые слова: идентичность; либерализм; биография; философия истории; общественная мысль.
«Интеллектуальные портреты: Очерки о русских мыслителях Х1Х-ХХ вв.» - третья книга из авторской серии интеллектуальных портретов отечественных мыслителей Х1Х-ХХ вв. Первая книга серии вышла в 2006 г., вторая - в 2009 г.1 В данном издании собраны оригинальные биографии крупнейших деятелей русской куль-
1 Кара-Мурза А. А. Интеллектуальные портреты: Очерки о русских политических мыслителях Х1Х-ХХ вв. - М.: ИФРАН, 2006. - 180 с.; Кара-Мурза А.А. Интеллектуальные портреты: Очерки о русских мыслителях Х1Х-ХХ вв.- М.: ИФ РАН, 2009. - Вып. 2. - 156 с.
туры и политики - Александра Пушкина, Николая Станкевича, Тимофея Грановского, Андрея Краевского, Ивана Аксакова, Ивана Тургенева, Михаила Стасюлевича, Антона Чехова, Николая Бердяева, Петра Струве, Федора Степуна. Как и в первых книгах серии, А.А. Кара-Мурза продолжает выстраивать родословную либерально-консервативной, культурцентричной традиции русской общественной мысли.
В первый раздел книги вошли научные статьи, приуроченные к юбилейным датам выдающихся деятелей философии и культуры, которые отмечались за последние несколько лет. Так, две статьи посвящены мыслителям русского Серебряного века - Николаю Александровичу Бердяеву (1874-1948) и Федору Августовичу Сте-пуну (1884-1965). В работе рассказывается о «московской идентичности» мыслителей, о влиянии Москвы и московского общества на их творчество и взгляды. Статьи основаны на редких документах и фотоматериалах, рассказывающих об истории и судьбе тех мест Москвы, где жили и работали Н.А. Бердяев и Ф.Н. Степун. Приводятся воспоминания мыслителей - очевидцев важных событий в жизни города. Описывается их отношение к меняющейся культурной и социальной реальности города, изменениям, происходящим в то время в архитектурном облике Москвы (с. 20-62).
Статья о философе и политическом теоретике Петре Берн-гардовиче Струве стала итогом многолетней исследовательской работы автора. В ней рассказывается об эволюции общественно-политических взглядов П.Н. Струве и его основных идеях. Особое внимание уделяется формированию и развитию концепции «личной годности», которая, по словам А.А. Кара-Мурзы, явилась как результат глубокой самокритики и переоценки собственной роли П. Б. Струве в освободительном движении и привычных методов борьбы с режимом. П.Б. Струве считал свою концепцию творческим развитием либеральной идеи, «в идее личной годности перед нами вечный реалистический момент либерального миросозерцания», - писал он (с. 106).
Еще одна статья данного раздела рассказывает о влиянии трактата Никколо Макиавелли «Государь» на русскую культуру (в 2013 г. отмечалось 500-летие со времени написания произведения). В работе проводятся параллели между трактатом Макиавелли и «Медным всадником» А.С. Пушкина. Автор отмечает, что «наш
русский спор о Макиавелли во многом связан с тем, что "Государь" стал неким идентификационным зеркалом для споров о самой России» (с. 15), а «Медный всадник» А.С. Пушкина стал важным примером в этом споре.
Второй раздел книги состоит из пяти статей, посвященных выдающимся русским мыслителям и просветителям Х1Х-ХХ вв.
Теме сходства и взаимного влияния двух дисциплин - философии и журналистики - посвящены первые две статьи второго раздела. В работе «Философия и журналистика: Андрей Александрович Краевский» автор исследует творческую деятельность «крупнейшего русского журналиста, редактора, выдающегося организатора журналистского дела» (с. 114). В статье показано, что, несмотря на то, что А.А. Краевский в основном известен своей журналистской и издательской деятельностью, тем не менее философия занимала большое место в его жизни, оказав очень сильное влияние на его творчество.
В следующей статье примером взаимовлияния философии и журналистики служит творчество «выдающихся русских мыслителей, общественных деятелей и журналистов - Ивана Сергеевича Аксакова и Михаила Матвеевича Стасюлевича» (с. 126). С.А. Аксаков и М.М. Стасюлевич представляли два «противоборствующих лагеря» - славянофильство и западничество. Но при этом их объединяла «борьба за русскую свободу». Сравнивая жизненные пути, творческую и общественную деятельность мыслителей, автор показывает, что «в поиске путей к русской свободе можно многое сделать на путях универсализма и на путях выявления национальной самобытности» (с. 140). И так как русская история знает множество примеров деградации и примитивного восприятия великих идей, важно не забывать и показывать такие примеры «интеллектуальной зрелости и личного благородства», как С.А. Аксаков и М. М. Стасюлевич.
В очерке «Александр Иванович Герцен в особняке князей Голицыных на Волхонке» описываются обстоятельства пребывания выдающегося русского мыслителя в доме на Волхонке, 14 (здании, в котором уже более 85 лет находится Институт философии РАН). В 1834-1835 гг. А.И. Герцену приходилось давать показания по так называемому делу «о лицах, певших в Москве пасквильные песни», а так как следственная комиссия работала под
председательством Сергея Михайловича Голицына, который был хозяином особняка на Волхонке, Герцен неоднократно там бывал. С точки зрения философии данные обстоятельства интересны столкновением идей и взглядов, противоборством мнений, которое проходило в стенах дома на Волхонке. Эта «схватка убеждений и характеров» показала «приоритет личной чести и личного достоинства, верности дружбе», которую А.И. Герцен пронес через всю жизнь (с. 156).
Следующие два очерка рассказывают об итальянских путешествиях Николая Владимировича Станкевича и Антона Павловича Чехова. В 1839-1840 гг. Н.В. Станкевич в последний раз путешествовал по Италии, посетив Флоренцию, Рим и другие города. Подробно рассказывается о местах, особенно поразивших мыслителя; впечатлениями о стране и ее культуре наполнены письма Станкевича и воспоминания его современников (с. 158-166). В очерке о путешествии А. П. Чехова по Италии отмечается «то влияние, которое сыграла в решении Чехова ехать "Божественная комедия" Данте» (с. 169). Сравниваются два путешествия А.П. Чехова - одно на Сахалин, другое в Италию. Анализируется, как эти два события отразились в творчестве знаменитого русского писателя.
Третий раздел книги состоит из двух эссе о Тимофее Николаевиче Грановском и Иване Сергеевиче Тургеневе. Об особой важности просветительской и образовательной работы рассказывается в статье, посвященной Т.Н. Грановскому. В 1840-х годах в Москве проходило уникальное для Николаевской эпохи публичное интеллектуальное событие. В 1843 г. Т.Н. Грановский с друзьями организовал свой первый курс публичных лекций. По отзывам современников, лекции имели большой успех и стали по-настоящему важным событием для московской публики. В статье отмечается особая важность фигуры Т.Н. Грановского в истории русской культуры и общественной жизни России середины Х1Х в. В.О. Ключевский, отмечая значимость деятельности Грановского, писал: «Имя его стало лозунгом, символом общественного возрождения, совершаемого переработкой слова науки в дело жизни» (с. 192).
Продолжает тему выдающихся личностей русской культуры статья, посвященная исследованию творчества Ивана Сергеевича Тургенева. В работе исследуются истоки и эволюция мировоззрения знаменитого писателя. «Место И.С. Тургенева в русской обще-
ственной жизни было парадоксальным: радикалы считали его чуть ли не охранителем, сами охранители, напротив, - чуть ли не радикалом» (с. 209). Сам же Тургенев, его современники, считали взгляды писателя, его мировоззрение либеральным, вкладывая в понятие «либерал» представление о свободной личности, независимой от диктата общественного мнения и господствующих идей. Тургенев с молодого возраста невзлюбил «кружковщину», стараясь «не выбирать между полюсами конфликта, а понять каждый» (с. 194). Тем интереснее понять, как сформировался «этот своеобразный, не корпоративно-партийный, а глубоко личностный и нравственно окрашенный либерализм Тургенева» (с. 194).
Как и в первых книгах серии, в данной работе А. А. Кара-Мурза показывает важность историко-философских исследований, помогающих вернуть в общественный дискурс забытые имена русской мысли, а также заново взглянуть на хорошо знакомых мыслителей.
В.В. Омелаенко
2015.03.040. МАКОЛКИН А. АРИСТОТЕЛЕВСКАЯ ИДЕЯ О ЦИВИЛИЗОВАННОМ ЧЕЛОВЕКЕ И ПУТЬ К ЦИВИЛИЗАЦИИ. MAKOLKIN A. Aristotle's idea of civilized man and pathway to civilization // Biocosmology - neo-aristotelism. - Novgorod, 2014. - Vol. 4, N 4. - P. 369-381.
Ключевые слова: цивилизация; кризис; среда обитания; компаративный анализ человека и животных; ценности; мораль.
А. Маколкин (университет Торонто, Канада) отмечает, что современная цивилизация находится под угрозой. Обострение в XXI в. политической и религиозной розни, в особенности во имя ислама, подрывает сами основы человеческой цивилизации, человеческий дискурс заменяется варварством. В данной ситуации целесообразно обратиться к наследию античной Греции. Как известно, Аристотель разрабатывал понятие цивилизованного человека, среда обитания которого должна находиться в гармонии с космосом. Рецепт защиты от варварства можно найти в аристотелевской трактовке цивилизованности: именно Аристотель одним из первых подчеркнул переход человека от примитивной к цивилизованной стадии развития.