ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 8. ИСТОРИЯ. 2018. № 2
А.С. Дударева
(соискатель кафедры источниковедения исторического факультета МГУ
имени М.В. Ломоносова)*
ВЗГЛЯДЫ К.Н. ЛЕОНТЬЕВА НА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
СТРОЙ И ВНЕШНЮЮ ПОЛИТИКУ РОССИИ
ПО ЕГО ХУДОЖЕСТВЕННЫМ ПРОИЗВЕДЕНИЯМ
Статья посвящена исследованию художественного наследия русского мыслителя XIX в. К.Н. Леонтьева, как источника по истории становления его политических концепций. Ставится задача выявить основные художественные произведения К.Н. Леонтьева, в которых наиболее ярко отражена его позицию по вопросам внешней политики и государственного строя Российской империи во второй половине XIX в. Раскрываются взгляды философа на отношения России с европейскими странами, а также со славянскими народами, проживающими на Балканах. Особое внимание уделено точке зрения К.Н. Леонтьева на русско-английские отношения и роль Российской империи в борьбе славянских народов против власти Османской империи.
Ключевые слова: К.Н. Леонтьев, Восточный вопрос, славянские народы, русско-английские отношения, панславизм, русская дипломатия.
The article studies of the artistic heritage of the Russian thinker of the 19th century K.N. Leontief as a source for the history of the formation of his political concepts. The task is to identify the main works of K.N. Leontief, which reflect most clearly his views on foreign policy and the state system of the Russian Empire in the second half of the 19th century. The article reveals the philosopher's vision of Russia's relations with European countries, as well as with Slavic peoples of the Balkans. Particular attention is paid to the views of K.N. Leontief on Russian-English relations and the role of the Russian Empire in the struggle of the Slavic peoples against the power of the Ottoman Empire.
Key words: K.N. Leontiev, Eastern Question, Slavic peoples, Russian-English
relationship, Pan-Slavism, Russian diplomacy.
* * *
Константин Николаевич Леонтьев (1831—1891) — один из наиболее ярких российских мыслителей консервативной направленности. Согласно оценке Н.А. Бердяева, это был «самый крупный, единственный крупный мыслитель из консервативного лагеря, да и вообще один из самых блестящих и своеобразных умов в русской литературе... Первым и единственным философом консерватизма... был К. Леонтьев»1.
* Дударева Анастасия Сергеевна, тел.: 8-915-323-98-89; e-mail: shadokissed@gmail.com
1 Бердяев Н.А. К.Н. Леонтьев — философ реакционной романтики // К.Н. Леонтьев: pro et contra. Т. 1. СПб., 1995. С. 208-209.
Сфера деятельности К.Н. Леонтьева весьма обширна: он был врачом, дипломатом, философом, литературным критиком, писателем, а закончил свой земной путь монахом, приняв постриг с именем Климент за несколько месяцев до смерти2. Весьма незаурядная личность, К.Н. Леонтьев был близок к славянофильству, но категоричность охранительных суждений и особый взгляд на византизм и славянский мир отдаляли его от сообщества поздних славянофилов. Однако спустя много лет после его смерти многие идеи, высказанные К.Н. Леонтьевым, становятся по-новому актуальными.
Писали о Константине Николаевича и его мировидении чрезвычайно много. Отечественные исследования дореволюционного периода сконцентрированы в основном на философских взглядах К.Н. Леонтьева, а также его консервативной публицистике3.
После 1917 г. интерес к Леонтьеву был сконцентрирован на Западе. Европейских исследователей привлекает его исторический пессимизм относительно цивилизационного развития всего чело-вечества4. Формируется образ Леонтьева как «пророка» революционных событий, охвативших Россию в начале XX столетия. Именно такому восприятию русского мыслителя посвящена монография итальянского ученого Е. Гаспарини «Пророчества Константина Леонтьева», написанная в 1957 г.5
В советской историографии интерес к К.Н. Леонтьеву как к философу или общественному деятелю почти отсутствовал. Внимание ученых к его творчеству и жизни возрождается в постсоветский период. К.Н. Леонтьев — один из самых недооцененных мыслителей своего времени. Его не всегда правильно понимали даже современники, и с каждым новым поколением его образ обрастал все большим количеством домыслов. В советские годы о нем или
2 Творческое наследие К.Н. Леонтьева весьма многообразно, богато по объему и тематике затрагиваемых вопросов. После смерти писателя осталось множество публицистических статей, критических очерков и произведений художественной прозы. На сегодняшний день самым полным собранием сочинений К.Н. Леонтьева является издание «Леонтьев К.Н. Полное собрание сочинений и писем: В 12 томах», предпринятое Институтом русской литературы (Пушкинским Домом).
3 Иваск Ю.П. Константин Леонтьев. Жизнь и Творчество // К.Н. Леонтьев: pro et contra. Т. 2. СПб., 1995. С. 229—650; Трубецкой С.П. Разочарованный славянофил // К.Н. Леонтьев: pro et contra. Т. 1. СПб., 1995. С. 123-159; Бердяев Н.А. Указ. соч. С. 208-234; Франк С.Л. Миросозерцание Леонтьева // Критическое обозрение. 1909. № 11. С. 20-24. В попытках определить мировоззрение Леонтьева, проанализировать его творческое наследие написаны статьи П.Б. Струве, В.С. Соловьева, С.Н. Булгакова, имеющие, главным образом, публицистическое значение.
4 Рабкина Н.А. Исторические взгляды К.Н. Леонтьева // Вопросы истории. 1982. Вып. 6. C. 49.
5 Gasparini E. Le previsioni di Konstantino Leontiev. Padova, 1957.
молчали, или же говорили чрезвычайно скупо, считая «злостным монархистом», одним из «вдохновителей реакции», «мракобесом». Одним из первых из советских исследователей, обратившимся к творчеству и философии Леонтьева, стал А.Л. Янов. В 1970 г. он посвящает взаимоотношениям Леонтьева с его сторонниками по интеллектуальному сообществу консерваторов кандидатскую диссертацию. Исследованию концепции «византизма» в трудах философа посвящены работы другого советского ученого, Н.А. Рабкиной6.
На рубеже 1980-х — 1990-х гг., в контексте становления консервативно-патриотического мировоззрения, начался настоящий леонтьев-ский «ренессанс». Одно переиздание трудов Леонтьева следовало за другим. После 1990 г. все больше исследователей обращается к творчеству этого философа и публициста7. Масштабным биографическим исследованием стала книга О.Д. Волкогоновой, а в монографии воронежского ученого С.В. Хатунцева особое внимание обращено на ранний период жизни и творчества мыслителя, прежде малоисследованный8.
Однако при всем разнообразии работ о мыслителе, философе, публицисте стоит отметить, что творчество Леонтьева как писателя раскрыто учеными недостаточно полно. Д.М. Володихин в своей книге «Высокомерный странник» (2000) отмечает, что в традиционной историографии по Леонтьеву к литературному наследию писателя, как отдельному объекту изучения, историки обращаются недостаточно часто, и полноценного исследования по данной теме нет9. С тех пор ситуация принципиально не изменилась. В данной статье автор пытается ответить на вопрос, что могут дать художественные произведения К.Н. Леонтьева для понимания процессов формирования системы его взглядов на внешнюю политику и государственный строй Российской империи.
Константин Николаевич Леонтьев никогда специально не учился словесности, долгое время его занятия не были связаны с литературной деятельностью. Для большинства современников, знакомых с его творчеством, он в первую очередь был публицистом. Струве
6 Янов А.Л. Славянофилы и Леонтьев. Автореф. канд. дисс. М., 1970; Рабкина Н.А. Указ. соч.
7 Сивак А.Ф. Константин Леонтьев. Л., 1991; Камнев В.М. Россия как культурно-исторический тип и феномен (К. Леонтьев) // Христианство и русская литература. Сб. 3. СПб., 1999. С. 367—382; Жуков К.А. Восточный вопрос в историософской концепции К.Н. Леонтьева. СПб., 2006; Володихин Д.М. «Высокомерный странник». Философия и жизнь Константина Леонтьева. М., 2000; Зубов С.В. Парадоксы Константина Леонтьева. Саратов, 2004.
8 Хатунцев С.В. Константин Леонтьев. Интеллектуальная биография. 1850—1874 гг. СПб., 2007; Волкогонова О.Д. Константин Леонтьев. М., 2013.
9 Володихин Д.М. Указ. соч. С. 50.
в своей статье о Леонтьеве откровенно писал: «Он был замечательным писателем, даже весьма одаренным "беллетристом", но как мыслитель, как ум он гораздо значительнее и сильнее, чем как писатель. Его ум значительнее его художественного дарования»10. Тем не менее, художественная литература для Леонтьева была важным способом самовыражения, и, в силу своей неоспоримой автобиографичности, его произведения содержат в себе значительный объем сведений для исследования его взглядов на состояние государства, политику и общественное развитие.
Леонтьев работал в различных жанрах: романы, повести, рассказы, автобиографические очерки, притчи. Далеко не всегда и не везде он высказывался по темам, заявленным в заголовке этой статьи. Ранние его рассказы и романы почти лишены подобных отсылок. Думается, прежде всего необходимо очертить круг литературных трудов Константина Николаевича, где он прямо и ясно манифестирует устами персонажей собственные идеи, связанные с государственным устройством и внешней политикой России, а также перечислить основные идеи, постоянно звучащие в его художественных произведениях.
Первый рассказ, в котором находят отражение взгляды Леонтьева на государство и внешнюю политику, хотя и звучащие пока лишь легким намеком, — «Сутки в ауле Биюк-Дортэ», опубликованный в «Отечественных записках» (1858). В рассказе отразились крымские впечатления Леонтьева: воспоминания о службе в Керчь-Еникальском и Феодосийском военных госпиталях (1854—1855), о сдаче Керчи русскими войсками, о последних днях обороны Севастополя. Именно здесь Константин Николаевич впервые затрагивает тему Восточного вопроса и взаимоотношений России с Европой. Через своих персонажей Леонтьев высказывает негативное отношение к Западу, которое позднее превратится у него в стойкую неприязнь. Герой рассказа, дворянин Муратов, дает европейским странам достаточно красочные определения: «Своекорыстная Англия, мозаичная, непрочная Австрия»11.
В начале своего творческого пути Леонтьев колебался в выборе мировоззрения. В первых литературных произведениях (1850-е гг.) время от времени встречаются либеральные идеи, от которых Леонтьев отойдет уже к середине 1860-х гг. Либеральные увлечения проявились, например, на страницах романа «В своем краю», на-
10 Струве П.Б. Константин Леонтьев // К.Н. Леонтьев: pro et contra. Т. 2. СПб., 1995. C. 181.
11 Леонтьев К.Н. Сутки в ауле Биюк-Дортэ // Леонтьев К.Н. Полное собрание сочинений и писем: В 12 т. Т. 2. C. 234. Далее ссылки на это издание даются в тексте, с указанием тома и страниц.
чатого в 1858 г.: «Чем меньше будет у нас власти, — писал Леонтьев, — тем более будет влияния. Дворянство всегда будет впереди... Образование, предание, богатство... Те, которые не в силах поддер-жаться наряду с богатыми, опустятся в народ и выиграют от этого. Не сами они, так дети их из плохих шляхтичей станут передовыми простолюдинами, и совсем другое общество, другое настроение самолюбия облегчат им экономическую сторону жизни» (2. С. 153).
Цикл «Из жизни христиан в Турции», написанный в 1860-х — 1870-х гг., основывался на впечатлениях, полученных во время службы по дипломатическому ведомству на Балканах. Дипломатическая служба позволяла Леонтьеву набраться опыта, касающегося работы русских консульств, а также узнать о настроениях славянских народов, проживающих на территории Турецкого государства. Цикл включает в себя множество повестей и рассказов. Он стал первой литературной работой, в которой Константин Николаевич постоянно, можно сказать, систематически (а не от случая к случаю, как было до того) обращается к политическим темам. Чаще всего проблемы политики поднимаются в повестях «Пембе», «Хризо» и «Аспазия Ламприди». К.Н. Леонтьев постоянно возвращается к одной из центральных идей всего своего творчества, как художественного, так и философского: России необходимо оказать поддержку единоверным народам (в частности, греческому), и защитить их, пока они находятся под властью Османской империи. В повестях названного цикла также примечательно формирование настающей неприязни Леонтьева к Европе.
Так, в повести «Хризо» устами персонажа Леонтьев резко высказывается об участии Запада в освобождении славянского мира от турецкого завоевания: «Запад достаточно доказал свое равнодушие к судьбам христиан! Англия доказала, что она не что иное, как первая мусульманская держава в Мире! Франция ищет везде совратить нас в папство и лишить нас столь существенной черты нашей народности, как православие. Россия — великая, аристократическая, завоевательная нация...» (3. С. 54). Этими словами он снова ставит перед Россией задачу быть главной надеждой мира Балкан на освобождение, учитывая родственность народностей и единую веру.
Россия и ее влияние на православный мир занимают важное место в повествовании «Аспазии Ламприди». В дискуссиях персонажей, в мыслях главного героя, Алкивиада, Леонтьев пытается показать не только абсолютную веру греков в Россию, но также приводит аргументы и контраргументы в поддержку этого направления внешней политики Российской империи. По мнению Леонтьева, Россия должна не силой вырывать греческий мир у Турции,
но поддерживать их на законных основаниях: «Та же самая Россия, увлекаемая событиями, поддержит права христиан и будет склонять Турцию к новым реформам. Запад, чтобы не уступить первенства, будет делать то же; утроит, учетверит число христианских пашей в странах, подвластных Турции» (3. С. 233).
Леонтьев снова и снова проводит идею, что мир на Балканском полуострове между греками и Турцией может быть достигнут только при непосредственном участии России. Влияние Европы, по мнению Леонтьева, здесь будет бессильно: «Примирение это не в руках Англии, не в руках этого изверга, которого посадили на свой престол безумные французы, а в руках того, за кого говорят и близость положения, и вера, и сила, и предания... Только Россия, друг мой, может поручиться турку за грека и греку за турка... Без ее вмешательства доверия не восстановите...» (3. С. 306).
«Одиссей Полихрониадес» — самое масштабное художественное произведение К.Н. Леонтьева из тех, что дошли до нашего времени. В общем смысле роман входит по тематике в цикл «Из жизни христиан в Турции», завершает его, однако крупный объем произведения ставит его особняком. Сам Леонтьев признавал роман своим главным творением. «Что я сделал? Судя по отзывам людей весьма разнообразных: едва ли "Одиссей Полихрониадес" ниже "Обрыва" и "Обломова"» (4. С. 945). В романе Константин Николаевич обращается к вопросам политики с не меньшей интенсивностью, чем в цикле «Из жизни христиан в Турции».
В «Одиссее Полихрониадесе» Леонтьеву удается раскрыть свое мировоззрение гораздо полнее, чем в повестях, здесь он больше останавливает внимания на отношениях России и греческого народа, на том внешнеполитическом пути, по которому, как он предполагает, должна двигаться Россия в балканском вопросе. Роман, к тому же, — самое позднее произведение цикла, поэтому в нем Леонтьев развивает свои идеи, высказанные в более ранних повестях, а также укрепляет позицию относительно южнославянского мира в Турции. Его концепции, сформулированные в ранних произведениях («Хризо» или «Аспазия Ламприди)» с большой категоричностью, в «Одиссее Полихрониадесе» высказываются в более умеренных выражениях, но, в то же время, получают продуманный, систематизированный вид, так как основываются на более обширном служебном опыте писателя. Хотя К.Н. Леонтьев продолжает поддерживать идею о защите Россией «единоверных народов» на Балканах, в романе все же высказывается мысль о том, что защита и поддержка балканских славян не должна переходить в военный конфликт с Турцией (4. С. 600). Укрепляется Леонтьев и в своих скептичных взглядах относительно панславизма.
Уже после возвращения в Россию в 1874 г. Леонтьев увлекся идеей создать роман на «русском» материале. Константин Николаевич начинает книгу «Две избранницы» (или «Генерал Матвеев»), но не может быстро закончить книгу. Работа над романом растянулась до 1884 г., и так и не была завершена. В 1880 г. Леонтьев в последний раз возвращается к восточной (балканской) теме, и начинает роман «Египетский голубь». Однако и это произведение и не было им закончено.
Последние литературные произведения К.Н. Леонтьева содержат в основном те же идеи, что и его работы 1860-х — 1870-х гг. Консерватизм Леонтьева окончательно закрепился в его мировоззрении, смешавшись с православной религиозностью, в поздних работах видна тяга к традиционализму, к исконным устоям русского народа. Философ сохраняет приверженность идее о необходимости прочной Церкви и крепкой православной веры, он по-прежнему позитивно настроен в отношении единства православных христиан славянского мира. Примечательно, что именно в последних романах Леонтьев делится с читателями своим взглядом не только не внешнюю политику России, но и внутреннее положение Империи. Рассуждая о деспотизме и милитаризме, Леонтьев придерживается жесткой позиции: «благодушный» деспотизм в России нужен, и даже более того, он должен быть усилен, чтобы не позволить развиться опасным революционным настроениям.
Таков круг произведений, где Константин Николаевич касается политических вопросов.
Большинство проблем, затронутых Леонтьевым в литературных трудах, так или иначе, дискутируются им и в публицистических работах.
Значительная часть публицистики Леонтьева содержится в сборнике «Восток, Россия и Славянство. Сборник статей». Этот единственный его прижизненный сборник публицистических работ, рецензий и мемуарных очерков был издан в 1885—1886 гг. в двух томах. Редакцией и подготовкой статей занимался сам Леонтьев, поэтому множество статей и работ вышли с дополнительными примечаниями и послесловиями, отчего некоторые тексты получили заметное отличие от первоначального, газетного варианта.
Главным произведением, содержащем историософские и политические взгляды Леонтьева, традиционно считается трактат «Ви-зантизм и славянство». Другими важными работами, содержащими основополагающие принципы мировидения мыслителя, являются статьи: «Средний европеец как идеал и орудие всемирного разрушения», «Чем и как либерализм наш вреден?», «Национальная политика как орудие всемирной революции», а также серия неболь-
ших материалов о панславизме и греческом мире: «Панславизм и греки», «Панславизм на Афоне», «Еще о греко-болгарской распре», «Враги ли мы с греками?».
Основные концепции Константина Николаевича, прозвучавшие в его публицистике и историософских работах, давно изучаются; исследователям леонтьевского идейного наследия они хорошо известны. Однако до настоящего времени специалисты не обращали внимания на то, что значительная их часть высказана автором в художественных текстах до того, как попала на страницы статей. Конечно, публицистические работы раскрывают идеи Леонтьева наиболее полно, иначе говоря, в статьях он высказывается более открыто и более логично, не «размывая» свои мысли литературным оформлением, однако б льшая часть идей, «озвученных» в беллетристике, т.е. получивших образную, художественную форму выражения, лишь позднее находит отражение в его философских и политических работах.
Основная и практически главная проблема, которая поднимается в подавляющем большинстве «восточных» романов и повестей Леонтьева, это вопрос о взаимоотношениях славяно-греческого мира Балкан с Российской империей и с европейской цивилизацией в условиях прямого подчинении турецкому. Константин Николаевич настойчиво повторяет: России следует постоянно поддерживать греческий мир Балкан (даже в большей степени, чем мир славянский). Главная причина — общность вероисповедания. Аргумент в пользу единения с Грецией по причине религиозно-культурного единства на почве православия Леонтьев развернуто высказывает в «Одиссее Полихрониадесе» от имени героя-грека: «Не изменяйте России. О! братья-греки... пока глас России зовет вас на мирную молитву в святой храм того Православия, которым вы ее, Россию эту великую, когда-то просветили». На единстве веры греков и русских делается ярко выраженный акцент и в повести «Аспазия Ламприди»: «Греко-Российской церкви мы поклоняемся, человече!»
Гораздо позднее в своей статье «Враги ли мы с греками?» (1877) Леонтьев рассуждает о взаимоотношениях греков и России после 1875 г. Он подтверждает собственный взгляд на греко-российскую религиозную общность, прозвучавший ранее в художественной литературе: «Главные два столпа Православия — это Русское Государство и греческая нация». Идею общей Церкви, и, следовательно, культурную и историческую близость греков и русских, Леонтьев подробно раскрывает в публицистических работах, однако и в художественной литературе эти идеи автора нередко подчиняют себе все повествование.
Другой важный аспект политической борьбы за славянский мир Балкан, поднятый Леонтьевым в его романах и рассказах, это изменения в традиционном обществе славянских народов, в особенности связанные с конфликтами вокруг церковного управления.
В 1872 г. была провозглашена автокефалии Болгарской церкви, что подняло множество острых вопросов как среди славянских народов, так и в поддерживающих их кругах за пределами Балканского полуострова. Между греками и болгарами на этой почве возник затяжной конфликт. Леонтьев обращается к истории и современному состоянию Болгарии в литературных произведениях несколько раз, наиболее ярко — в «Одиссее Полихрониадесе». Через несколько лет после выхода романа его автор вновь обратится к тем же проблемам, но уже на страницах статей «Русские, греки и юго-славяне», а также «Территориальные отношения»12. Его статья «Еще о греко-болгарской распре» практически полностью посвящена вопросу греко-болгарских отношений периода 1870-х гг., а также позиции русской дипломатии относительно этого конфликта. Леонтьев пишет об охлаждении греков к России вследствие «немой» поддержки ею автокефалии Болгарской церкви. «Простые греки по-прежнему серьезно смотрят на Православие (они и на русских теперь сердиты за то, что подозревают их в потворстве схизматикам)». Однако в статьях Леонтьев дает разностороннюю и «беглую», в какой-то мере поверхностную картину трехстороннего конфликта. А в романе «Одиссей Полихрониадес» Константин Николаевич концентрируется на глубокой, сильно эмоционально окрашенной горечи, исходящей от греческой стороны из-за позиции России в церковном споре. Иными словами, Леонтьев предлагает читателям поставить себя на место греков, считающих себя преданными Россией, и увидеть ситуацию их глазами (первые высказывания на эту тему в романе исходят именно от персонажа-грека). Добиться подобного воздействия на читателя в публицистической статье по определению невозможно.
Таким образом, четкие тезисы леонтьевской публицистики нередко сначала «испытывались на читателе» в литературной форме. Именно в своих рассказах и повестях Леонтьев озвучил их впервые — как образы, афоризмы, мысли или диалоги персонажей, и лишь потом они обретали законченную логическую форму на страницах публицистических статей.
Другой политически окрашенный вопрос, а именно взаимоотношения России и европейских стран, особенно на Балканах, за-
12 Обе статьи датируются приблизительно периодом русско-турецкой войны 1877-1878 гг.
трагивается практически в каждом произведении цикла «Из жизни христиан в Турции». В большинстве случаев взгляды Леонтьева носят критический характер, да и его публицистические работы не скрывают отрицательного отношения к либеральному Западу. Но рассуждая об отношениях Российской империи с Западной Европой, Леонтьев выделяет отношения с Англией, давая им особый статус. Весьма большое внимание он уделяет этому вопросу в «Египетском голубе». В публицистике Леонтьев так же выделяет Англию среди других европейских стран, сближая ее с Россией: «Есть государства, обреченные историей расти, даже и вопреки себе. Таков был Рим, таковы Англия и Россия» (7, кн. 1. С. 504). Леонтьев видит сходство между Россией и Англией, сближает их исторический путь.
Другая общая идея, которая встречается в литературе Константина Николаевича, и лишь затем оформляется в публицистике, это идея особого положения России и ее особого будущего в отношениях со славянским миром: «Сила России спасительна для самого Всеславянства; для силы России необходима искренность и крепость Православия. От рокового роста нашего на Востоке и от влияния на славянский Запад мы не спасемся» (7, кн. 1. С. 504).
Эта идея возвеличивания Российской империи в славянском мире пронизывает практически каждое произведение К.Н. Леонтьева, касающееся Восточного вопроса, вне зависимости, принадлежит оно к художественной или публицистической литературе. Но изначально она подана в эмоционально окрашенной форме на страницах повести «Пембе»: «Да здравствует Россия, надежда наша! Да здравствует единственный столп православия в Мире!» (3. С. 133).
Многие идеи высказанные Леонтьевым в публицистике и художественной литературе, в смысловом отношении идентичны, формируя единое направление мыслей автора, но получая разные инструменты и формы манифестации.
Обращения к беллетристике Леонтьева позволяет увидеть творческий метод мыслителя: переход от художественных образов к логике и рациональному изложению.
Стоит отметить, что при очевидном содержательном единстве, некоторые идеи сильнее выражены именно в художественных текстах Константина Николаевича
Например, в литературных произведениях он часто обращался к описанию работы иностранных дипломатических миссий на Балканах, как русской, так и европейских. Естественно, профессиональный дипломат имеет наилучшие возможности дать самое точное художественное описание жизни других профессиональных дипломатов. А в более поздней публицистике Леонтьев апеллирует к этому периоду своей жизни как к аргументу в пользу авторитет-
ности своего мнения по части политики на Балканах. Леонтьев даже отсылает читателей в публицистических статьях к своим литературным работам, полным материала о положении иностранных консульств на Балканах. Так, в одном из параграфов автобиографически-публицистического текста «Мои воспоминания о Фракии» он делает ссылку на роман «Одиссей Полихрониадес» и на свои восточные рассказы, как на более полный источник (7, кн. 1. С. 534).
В романе «Египетский голубь» Леонтьев уделяет особое внимание Великобритании и перспективам отношений Англии и России в Балканском регионе. Однако в своей публицистике к этой теме Леонтьев обращался нечасто и достаточно поверхностно. Он уделяет некоторое внимание внутреннему положению дел в Великобритании на станицах статьи «Плоды национальных движений на Православном Востоке», датируемой около 1888 г. Но в этой статье Константин Николаевич даже не затрагивает отношений Туманного Альбиона с Россией. Мнение писателя относительно взаимодействия Британской и Российской империй становится ясным после ознакомления с «Египетским голубем». Там Леонтьев высказывает нетипичные для своего анти-европейского настроения идеи о благоприятных и полезных последствиях для Балкан от совместных действий в этом регионе России и Англии.
Дипломатической борьбе двух держав за влияние на Балканском полуострове Леонтьев в «Египетском голубе» уделяет чрезвычайно много внимания. Константин Николаевич отмечает, что дружественные отношения Англии и России для славянских народов полуострова, да и для Балкан в целом разом снимают множество проблем: «...христианам лучше жить в Турции, когда Россия и Англия заодно. Это согласие подавляющим образом действует на турок. Это общее правило можно применить и к местным условиям: христиане сильнее, когда русское консульство в союзе с английским». Рассуждая о влиянии этих стран на славянских мир, Леонтьев замечает еще одну особенность: «В интересах и преданиях греков есть нечто такое, что больше их располагает служить России и Англии, чем католическим Державам» (5. С. 363).
* * *
Исследование взглядов К.Н. Леонтьева на внешнюю политику и государственный строй России по его литературным произведениям приводит к следующим выводам.
Первые его беллетристические работы (1850-е гг.) содержат либеральные идеи свобод и равенства, умеренной государственной власти. В то же время, в одном из первых его рассказов «Сутки
в ауле Бюук-Дортэ» уже видна неприязнь к западной цивилизации, к Европе.
Перелом во взглядах у К.Н. Леонтьева совпадает с началом его дипломатической службы на Балканах. Полученные в годы службы впечатления, знакомство с южнославянским миром Балкан, возврат к религиозности и православной вере, от которых Леонтьев отошел было в юности, спровоцировали серьезные изменения в его взглядах, в том числе поворот к твердому консерватизму. В его литературных работах периода 1860-х — 1870-х гг. отразились идеи о необходимости на постоянной основе поддерживать единоверные народы Балкан, в первую очередь, греческий, укреплять самодержавную власть в России. Четче оформляется неприязнь Леонтьева к политике Европы, к европейскому укладу жизни.
Поздний период творчества Леонтьева ознаменован закреплением идей и принципов его мировоззрения. В то же время можно разглядеть уменьшение категоричности высказываний, более умеренную позицию относительно внешней политики. В поздних художественных произведениях Леонтьева заметно смягчение его отношения к Великобритании и более скептичный взгляд на греко-русские отношения, а также на панславистскую идею объединения славянского мира под властью Российской империи.
Сравнительный анализ художественной литературы с публицистическими статьями и историософскими трактатами Леонтьева показывает: основные идеи мыслителя совпадают в обоих группах источников. При этом многие концепции, многие принципы своего мировидения Леонтьев изначально высказывал именно в художественной форме, используя повести и рассказы как возможность «опробовать» их на читателе через литературные образы.
Значительным содержательным отличием группы художественных произведений как исторического источника является то, что только в ней изложено мнение Леонтьева о взаимоотношениях России и Англии и желаемом направлении их развития. Хотя Англия являлась предметом рассуждений в статьях и трактатах, тем не менее, лишь в романе «Египетский голубь» сохранилось развернутое мнение автора о схожести Англии и России и о возможности положительных итогов их политического сотрудничества.
В целом художественные произведения Леонтьева как исторический источник при изучении политического мировоззрения Константина Николаевича являются важным, можно сказать, высокорепрезентативным материалом, позволяющим составить более полную картину миросозерцания мыслителя. Полноценно реконструировать систему взглядов К.Н. Леонтьева на текущую политику,
обращаясь только к его художественной прозе, нельзя. Однако она дает важные сведения, значительно дополняющие информацию, которую можно извлечь из публицистики К.Н. Леонтьева.
Список литературы
1. Волкогонова О.Д. Константин Леонтьев. М., 2013.
2. Володихин Д.М. «Высокомерный странник». Философия и жизнь Константина Леонтьева. М., 2000.
3. Жуков К.А. Восточный вопрос в историософской концепции К.Н. Леонтьева. СПб., 2006.
4. Зубов С.В. Парадоксы Константина Леонтьева. Саратов, 2004.
5. Иваск Ю.П. Константин Леонтьев. Жизнь и Творчество // К.Н. Леонтьев: pro et contra. СПб., 1995.
6. Камнев В.М. Россия как культурно-исторический тип и феномен (К. Леонтьев) // Христианство и русская литература. Сб. 3. 1999.
7. Косик В.И. Государство у К. Леонтьева. Восток, Россия и Славянство // Трибуна русской мысли. 2002. Вып. 3.
8. Рабкина Н.А. Исторические взгляды К.Н. Леонтьева // Вопросы истории. 1982. № 6.
9. Сивак А.Ф. Константин Леонтьев. Л., 1991.
10. Хатунцев С.В. Константин Леонтьев. Интеллектуальная биография. 1850-1874 гг. СПб., 2007.
11. Янов А.Л. Славянофилы и Леонтьев. Автореф. канд. дисс. М., 1970.
12. Gasparini E. Le previsioni di Konstantino Leontiev. Padova, 1957.
Поступила в редакцию 12 апреля 2017 г.