ВРЕМЕННЫЕ КОНСТРУКЦИИ КАК ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ СРЕДСТВО В ПЬЕСЕ А.В. ВАМПИЛОВА «УТИНАЯ ОХОТА»
© Горбонос Н.Н.*
Российский химико-технологический университет им. Д.И. Менделеева,
г. Москва
В статье рассматриваются временные конструкции в пьесе А.В. Вам-пилова «Утиная охота» как изобразительное средство и как характерный прием в поэтике писателя.
Художественные открытия «театра Вампилова» во многом определили лицо современной драматургии и породили «волны» критики и исследовательского интереса, о чем подробно пишет С.Н. Моторин [6]. Пьеса «Утиная охота» - мастерская и ключевая в этом театре, на что в разное время указывали многие критики: В. Распутин [7], А.С. Собенников [11], М.С. Махова [5] и др. Поэтику «Вампиловского театра» во многом определяет авторская философия времени. Однако удачных постановок, рассмотренных Е.И. Стрельцовой [12], в истории «Утиной охоты» по-прежнему не так много, что с сожалением отмечает и В. Распутин [8, 9].
Поэтика «Утиной охоты» направлена на показ такого явления современности, которое В. Распутин, отметив его долгосрочную перспективу, назвал «зиловщиной» [7]. Суффикс «-щин-» в слове говорит о обобщенном его значении, социально-нравственном содержании и негативной оценке, вводя его в ряд понятий типа: «обломовщина», «дедовщина». Критика сразу обратила внимание на то, что в образе главного героя Виктора Зилова писателя интересует «коллапс» души и тот миг, когда «... вроде бы ни с того ни с сего, - как пишет С. Смирнов, - человек превращается в подонка» [10, с. 71].
Точка зрения автора на героя как явление во многом выражается через художественное время, суть которого И.Р. Гальперин кратко определил как «континуум событий» [2, с. 93]. Изобразительные средства в поэтике А.В. Вампилова, как отмечалось [3, 4], изучены недостаточно.
Одним из художественных приемов в «Утиной охоте» является использование конструкций времени с целью показа и оценки «зиловщины» в образе Зилова. Герой рисуется сквозь призму времени.
В тексте пьесы в целом обращает на себя внимание значительное количество слов, связанных с категорией времени. Это само по себе заслуживает внимания. Среди этой лексики можно выделить лексику, обозначающую собственно время, которая используется во временных конструкциях. Эти конструкции могут включать отдельные словоформы, выступать в виде сло-
* Старший преподаватель кафедры Русского языка.
восочетаний (и предложений) в составе предложений или как самостоятельные предложения в репликах. Они служат для обозначения временных отрезков разной продолжительности, указывая на время, длительность и последовательность событий в пьесе.
В тексте около трехсот раз используются конструкции времени со словами, которые для удобства описания условно можно было бы объединить в группу «время астрономическое» (чтобы выделить среди другой лексики времени). Представим эти слова из текста в виде общего временного ряда: время; век, лет / год, месяц, сутки (вчера, сегодня, завтра; утро, день, вечер, ночь), час, сейчас, пора, секунда, мгновение. Во временной конструкции эти слова могут выступать как однокоренные (вечером, деньки и др.), как синонимы (пора - время и др.), как слова группы и ряда (месяц: сентябрь, апрель, август). В тексте в основных сюжетных линиях (для краткости обозначим их: «Охота», «Галина», «Отец») эти слова из общего ряда образуют временные конструкции, выстраивающиеся в собственные сюжетные временные ряды. Порядок следования конструкций в этих рядах по тексту, их преобладание в ряду, повторяемость отмечают причинно-следственную связь событий в пьесе, рисуют «зиловщину» как разрушение нравственных основ в Зилове, частично раскрывая и смысл названия пьесы.
Рассмотрим использование временных конструкций (далее: конструкции) в основных сюжетных линиях (далее: ряды) и их роль в пьесе А.В. Вампило-ва. Специфику лексического отбора в конструкциях сюжетных рядов в пьесе можно представить в виде таблицы:
Таблица 1
Ряды конструкций времени в пьесе «Утиная охота»
Временной ряд Сюжетная линия
«Охота» «Галина» «Отец»
год/лет целый год; тысяча лет (за) шесть лет (назад); (за) четыре года; раз или два в году; Да за семьдесят, то ли семьдесят два, то ли семьдесят пять
месяц (в) сентябрь (-е); (еще целых) полтора месяца Ведь был апрель; (через, на) месяц в сентябре
сутки в течение суток; какие-то сутки - на пароходе полсуток
вчера еще вчера вчера вечером, а не... вчера (в шесть часов)
Пора нам... Ну если пора, то...; сейчас утро, а не вечер; а не сегодня утром; хоть сейчас; именно сейчас, именно сегодня;
сегодня / сейчас; пора; теперь а сегодня... (мне) пора; именно сейчас, именно сегодня; (вот) теперь
Продолжение табл. 1
Временной ряд Сюжетная линия
«Охота» «Галина» «Отец»
завтра а завтра... - завтра
утро (за) первое утро; рано, еще до рассвета; когда подымается солнце; пораньше; Если. рано, (то). Ранний час утра; утро, а не.; ., а не сегодня утром -
день деньки-то; восемнадцать дней; сорок дней и сорок ночей; - ... в тот самый день, когда у меня умер папа;
вечер (Да ведь) последний вечер В первый же вечер; А что ты называешь вечером? (вчера) вечером, а не.; ., а не вечер; (в) тот вечер -
ночь А ночь? - -
время время неприкосновенное Сколько времени? Сколько времени?
час часиков бы в шесть; через час (часок) ранний час утра; Если семь часов..., в десять часов; (без двадцати) шесть в шесть часов; пять часов самолетом; без двадцати (шесть); (без пяти) шесть
минута ведь не сию же минуту; в любую минуту; Когда ты оглянулась, и мы посмотрели в глаза друг другу, ■ ■■ Минутку! в такую минуту; без двадцати (шесть) без двадцати (шесть); без пяти (шесть)
В таблице видно, что распределение конструкций по рядам неравномерно, некоторые повторяются либо в одном, либо в разных рядах.
В пьесе представлены три временных плана: день в настоящем, когда Зилов не может выехать на охоту из-за дождя, воспоминания о событиях полутора месяцев жизни и повторяющаяся сцена ирреального будущего (воображаемых Зиловым собственных похорон). В кинематографической по сути сцене похорон (затемнение, парад персонажей, траурная музыка, звон монет) в начале и в конце воспоминаний даны временные лейтмотивы. Эти конструкции отмечают время, место и смысл главного события в пьесе: «(Валерия) Вы только подумайте, вчера он собирался на охоту, шутил... Еще вчера! А сегодня?!», «(Галина) Мы прожили с ним шесть лет, но я его так и не поняла», «(Официант) В шесть часов мы ждем вас в «Незабудке»... Союзы а, но, наречие еще говорят о сопоставлении с последующими воспоминаниями, а точное время шесть часов является одним из главных «временных» средств в характеристике Зилова, поэтому эта конструкция повторяется во всех сюжетных рядах (см. в табл. 1).
Пьеса начинается и кончается разговором об охоте: «(Зилов по телефону Официанту)... В течение суток ожидается переменная облачность... льет как из ведра... Целый год ждали и дождались!..» (начало), «(Зилов) ... Да, хочу на охоту... Да, сейчас выхожу» (финал). Именно время, оставшееся до охоты, выстраивает временной ряд в воспоминаниях. По тексту конструкции ряда «охота» следуют в таком порядке: целый год (дважды), целых полтора месяца (дважды), в сентябре, сентябрь (трижды), восемнадцать дней, какие-то сутки, завтра, первое утро (и его варианты - девять раз), через час (дважды). Этот порядок вроде бы просто отражает реальное течение времени- период ожидания охоты в пьесе сокращается. Однако в отношении используемых слов следует заметить, что уменьшается и объем денотата, т.е. временной отрезок как бы «сжимается», а постоянное повторение таких конструкций в репликах персонажей поддерживает впечатление приближения события.
Но собственно события охота в пьесе нет, охота вынесена в будущее, за пьесу. Слово завтра отмечает только ряды «Охота» (а звтра) и «Отец», что важно в оценке писателем Зилова и его будущей охоты. Конструкции «Охоты» и их повторение героем не только отражают его нетерпение в предвкушении события и важную роль охоты для Зилова, но косвенно передают и его отношение к Галине и отцу через противопоставление в разных рядах таких слов: год, сентябрь, завтра, утро, шесть часов. Например, сравним использование конструкций со словами год и месяц. Ряд «Охота»: «(Зилов) Я ждал целый год и не могу рисковать...», «Еще целых полтора месяца!», «Сентябрь - время неприкосновенное: охота» / Ряд «Отец»: «(Зилов, отвлекаясь от письма) ... раз или два в году... старик ложится помирать. (Читает из письма.) «.на сей раз конец... Приезжай, сынок, повидаться, и мать надо утешить, тем паче, что не видела она тебя четыре года»... (Саяпин) А сколько ему лет? (Зилов) Да за семьдесят. То ли семьдесят два, то ли семьдесят пять. Так что-то. (Саяпин)... И в самом деле может помереть... Все-таки ты взял бы да съездил. (Зилов) Когда? (Саяпин) Ну в отпуск, в сентябре. (Зилов) Не могу» / Ряд «Галина»: «(Вера) Твоя жена мне понравилась. Удивляюсь даже, как тебе удалось на такой жениться. (Зилов) Не знаю, Верочка, не знаю. Это было давно, шесть лет назад».
Охоту как лирическую тему, как мечту отражают конструкции со словами утро, завтра: «(Зилов) Я возьму тебя на охоту... мы поднимемся рано, еще до рассвета... А когда подымается солнце? О!..», «(Зилов)... сегодня я гляжу на эти рожи, а завтра я на охоте... Завтра мы отправимся пораньше, верно? Часиков бы в шесть... Если выедем рано, к вечеру будем на месте. (Официант)... Официально охота разрешается послезавтра. (Зилов) Значит, завтра надо быть там... Иначе мы пропустим первое утро... Какие-то сутки -и мы с тобой уже в лодке... В тишине. В тумане. Выпей, Дима, за первое утро. (Официант)... Я на работе. (Зилов) Да ведь последний вечер... Одну. За первое утро...». То есть охота для Зилова - это нетронутая красота раннего
утра. Лирическое, но неоднозначное звучание теме «Охота» придает и цитата со словом день: «(Зилов) Этот дождь. будет лить сорок дней и сорок ночей. » (намек на наказание за прегрешения).
В воспоминаниях образ Зилова раскрывается через тему семейную: отношение к отцу, матери, отчему дому, жене. Ряды «Отца» и «Галины» характеризуются более или менее явным противопоставлением конструкций времени на протяжении пьесы. Они пересекаются в ключевой для образа Зилова как явления сцене, построенной на смысловых связях конструкций со словами: вчера - сегодня - завтра и сейчас, час, минута.
В этой сцене - та минута, к которой вели сюжетные ряды: через шесть лет и четыре года; за восемнадцать дней до охоты; пора, именно сегодня, именно сейчас, в тот самый день, когда...; (без двадцати, без пяти) шесть часов в кафе «Незабудка» Зилов предает жену, не родившегося ребенка и умершего вчера в шесть часов отца (конструкции взяты из сцены). В этой же сцене - одной из самых «насыщенных» конструкциями времени - Зилов дважды задает вопрос: Сколько времени? И получает ответы: Без двадцати шесть, Без пяти шесть. Назначив свидание Ирине на шесть часов, уже получив телеграмму о смерти отца и собравшись на похороны («Пять часов самолетом, на пароходе полсуток.»), Зилов пытается поскорее отправить жену домой, чтобы встретиться с возлюбленной. Женщины замечают друг друга, жена уходит. Ирина прощает Зилову ложь, и он «на радостях» откладывает отъезд: «(Зилов вдруг решительно). Бифштексы. Что-нибудь холодое, вина бутылку и коньяку - двести. Все. (Ирина) Не опоздаешь на самолет? (Зилов) Я еду завтра. (Официанту.) Ты все понял? (Официант) Все ясно. Траурная мелодия, которая внезапно обрывается и после секундной паузы сменяется своим развязным вариантом». Так через слово завтра в контексте времени событий дана негативная оценка персонажа. Сочетание в тексте указанных конструкций (Сколько времени?; пора, именно сейчас... завтра) создает впечатление реального течения минут здесь и сейчас, хотя в действительности продолжительность сцены другая. Насыщая текст такими конструкциями времени, А.В. Вампилов как бы удлиняет, укрупняет минуту, сведя в этот отрезок времени все аморальные поступки Зилова, раскрывая не бытовую измену, а саму идею предательства основ жизни (семья, любовь, корни).
Предшествующий этой минуте ряд «Отец» невелик, но построен на противопоставлении конструкций, контрастных по продолжительности: лет / год (возраст отца, которого Зилов не помнит, годы ожиданий им сына, - см. выше) и (без двадцати, без пяти) шесть часов (время и смерти отца, и предательства его памяти). Зилов сам дает себе оценку через время, предваряя минуту предательства: «(Зилов) Сколько времени? (Официант) Без пяти шесть. (Зилов) Несчастье у меня, Дима. Старика еду хоронить. Хреновый я был ему сын. За четыре года ни разу его не навестил.».
Временной ряд «Галина» построен таким образом, чтобы представить крупным планом судьбоносную роль минуты в жизни вообще. Зилов, по
сути, давно предал жену, - сцена предательства сперва как бы «вчерне» проигрывается в эпизоде (Зилов спешит к Ирине): «Телефонный звонок. (Саяпин) По-моему, жена. (Зилов) Меня нет... Идиот!.. (По телефону.) Увидеться?.. Сейчас?.. Это невозможно. Ребенок?.. Да рад я, рад. Сегодня увидимся. Ведь не сию же минуту он у тебя будет. » Вторая, ретроспективная сцена - «воспоминания в воспоминании» - построена на противопоставлении конструкций со словами: утро - вечер и сегодня, сейчас - вчера, апрель, шесть лет назад. Фарсовый характер сцены подчеркивают ремарки: «Изображает», «Играет», «... пепельницу-цветы» и т.п. В репликах Галины противопоставлены утро и вечер: «Ранний час утра. Появляется Зилов. (Галина) Доброе утро. (Погасила лампу на столе.) (Зилов) А почему ты не спишь?.. (Галина) Вечером тебя видели в городе. (Зилов) Меня, в городе, вечером. А что ты называешь вечером?..»; «(Галина) Сейчас утро, а не вечер...». А в репликах Зилова сопоставляются вечер и тот вечер: он обещает жене вернуть тот вечер в любую минуту, просто восстановив обстановку, а получается ложь. Вся сцена построена на смысловых связях конструкций со словом утро в рядах «Галина», «Охота» (т.е. утро лжи - тот вечер любви -раннее утро охоты-мечты), а также конструкций со словом минута в рядах «Галина», «Отец» (лет - минута): «(Зилов)... у меня к тебе все в целости-сохранности. Как шесть лет назад. Как в тот вечер... А если что не так, мы все можем вернуть в любую минуту. Хоть сейчас... Сейчас ты увидишь. Цветы!... По-моему, подснежники. Ну да, ведь был апрель... Для меня тот вечер -святая вещь... И мы его вернем, ты увидишь... (Схватил со стола медную пепельницу, показал ее Галине.) Подснежники. (Галина) Ты что, издеваешься?.. (Зилов) Я вхожу... (Изображает.) Ты оглядываешься. Когда ты оглянулась, и мы посмотрели в глаза друг другу, я понял, что все случится в тот вечер... (Играет.) Я не опоздал? (Галина) Опоздал. Ты должен был явиться вчера вечером, а не сегодня утром... (Зилов) Пойми, что сейчас ты не здесь, а там. Там... В тот вечер... Зилов подошел к ней и передал ей пепельницу - цветы... (Галина освободила руку.) Ты не сказал мне самого главного... Пауза. Она ждет. (Зилов) Мало ли что мог мужчина сказать в такую минуту!..» Конструкции со словом минута в этой сцене (Когда ты оглянулась, и мы посмотрели в глаза друг другу; в такую минуту) играют главную роль в оценке моральной деградации Зилова за шесть лет до сегодня утром, подготавливают сцену будущего предательства. В отношении самого героя к минуте (ведь не сию же минуту, в любую минуту) раскрывается понимание минуты писателем. Пьеса показывает, как минута за минутой Зилов растратил лучшее в душе.
Использование конструкций со словом минута здесь и в сцене предательства раскрывает один из главных приемов в поэтике пьесы «Утиная охота». С помощью конструкций времени писатель выстраивает незначительные, казалось бы, будничные события в такой причинный ряд, который намечает нравственный вектор характера персонажа, а затем раскрывает
этот характер в минуту нравственного выбора. Значительное количество временных конструкций, отбор лексики и смысловые связи слов, их повторяемость, ключевое место конструкций со словом минута/час показывают, что писатель использует прием изображения «героя времени» во времени и через время. Эта черта поэтики А.В. Вампилова проявляется и в интерпретации пьесы на сцене и в кино (например, не без основания фильм по пьесе назван «Отпуск в сентябре»).
Список литературы:
1. Вампилов Александр. Избранное - 2-е изд., доп. - М.: Иск-во, 1984. -С. 148-241.
2. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. -изд. 6-е. - М.: УРСС Эдиториал, 2008. - 144 с.
3. Горбонос Н.Н. Лингвистический аспект категории времени в поэтике
A.В. Вампилова (на метериале пьесы «Утиная охота») // II Международная науч. конференция «Язык и культура». Тезисы докладов. - М.: «Вопросы филологии», 2003. - С. 473-474.
4. Горбонос Н.Н. «Ещё не стар» или «уже не молод» в поэтике Александра Вампилова (категория времени в звучащем художественном тексте глазами лингвиста) // Сб. науч.-методич. статей: «Слово. Грамматика. Речь» Вып. V - М.: Изд-во МГУ, 2003. - С. 234-242.
5. Махова М.С. Феномен Александра Вампилова - М.: Ред.-изд. центр МГОПУ 1999. - 193 с.
6. Моторин С.Н. Творчество Александра Вампилова и русская драматургия 80-90-х годов XX века: дисс. ... канд. филол. наук (10.01.01). - М., 2002. - 176 с.
7. Распутин В.Г. Истины Александра Вампилова // Что в слове, что за словом?: [Очерки, интервью, рецензии]. - Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1987. - С. 301-303.
8. Распутин В. Он прощал незаполненную душу, но не прощал пустоты: В Иркутске отмечали 30-летие пьесы Александра Вампилова «Утиная охота» // Российск. газета, 2001. - 29 февр. - С. 5.
9.Распутин В. Мы слишком иронизируем над нравственностью. / Интервью Л. Сухаревской // Комс. правда. - 2003, 16 сент. - С. 20.
10. Смирнов С. О драматургии Александра Вампилова // Театр и драматургия. Вып. 5. - Л., 1976. - С. 58-77.
11. Собенников А.С. Чеховские традиции в драматургии А. Вампилова // Чеховиана: Чехов в культуре ХХ века: Статьи, публикации, эссе / Ред.:
B.Я. Лакшин (отв. ред.) [и др.]. - М.: Наука, 1993. - С. 144-152.
12. Стрельцова Е.И. Театр Александра Вампилова и некоторые проблемы современного сценического искусства: автореф. дис. . канд. искусствовед. / ВНИИ искусствознания. - М., 1987. - 22 с.