УДК 902/904
https://doi.Org/10.24852/pa2020.4.34.125.144
ВОЛЖСКАЯ БУЛГАРИЯ И ДРЕВНЯЯ РУСЬ. СРАВНИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УБОРА ИЗ УКРАШЕНИЙ Х1-ХШ ВВ. В РЕКОНСТРУКЦИЯХ © 2020 г. Н.В. Жилина
На основании типовых гипотетических реконструкций по этапам развития убора на археологическом материале восстановлена сравнительная история развития уборов двух государств. В конце XI в. - начале XII в. и позже сохраняются черты обильно-металлического убора, в Волжской Булгарии - финно-угорского и кочевнического, в Древней Руси - славянского. В конце XI - первой половине XII в. формируются разные по конструкции шумящие уборы. В первой половине - середине XII в. в булгарском ювелирном уборе совмещаются филигрань, чернь, ажурное плетение. Украшения дополняются подвесками с бусинами новых форм. На Руси провизантийский эмалевый убор сакрально-аскетического стиля создает новации, черневой убор отличается разнообразием орнаментики (широкие браслеты), а филигранный - сохраняет традиции славянского. В конце XII - первой трети XIII в. были созданы лучшие ювелирные уборы. В Булгарии - височные кольца были дополнены миниатюрной филигранной скульптурой, в нагрудном ярусе представлены ленточные ожерелья и цепи с подвесками. Оригинальны филигранные браслеты с овальными окончаниями. На Руси эмалевый и черневой уборы оформляются в утрированном и пышном стилях, создаются роскошные оправы украшений в технике филиграни. Филигранный убор изменяется конструктивно, отходя от народных традиций. В уборе Булгарии совмещаются традиции местного и восточного ювелирного дела; в уборе Древней Руси - местного и византийского.
Ключевые слова: археология, убор, украшения, реконструкции, филигрань, чернь, эмаль, ажурное, плетение.
Цель статьи - сравнение наиболее развитых вариантов убора из украшений двух соседних государств. В основу реконструктивной работы положено сравнение украшений по категориям, проделанное ранее (Жилина, 2019а, б).
Методика. Реконструкции убора и костюма подразделяются на документальные и гипотетические. Документальные основаны на реальном расположении вещей в погребении, но гипотетичность остается, поскольку не все детали соединения украшений сохраняются. В связи с изменением языческого обряда погребения вещи перестают попадать в погребения. Возникает необходимость анализа кладов, культурного слоя поселений для гипотетических реконструкций (Жилина, 2001). Украшения объединяются на основании
типологических, конструктивных и стилистических связей и синхронного бытования, используются украшения разных, но одновременно существовавших археологических комплексов. Здесь представлены гипотетические реконструкции (обобщенные или типовые), каждая отражает этап или вариант убора.
Реконструкции древнерусского и булгарского уборов предлагались в научной литературе (Жилина, 2002; Рябцева, 2005; Руденко, 2011, с. 6064; рис. 19, 30). Признается важность более точного хронологического подхода при воссоздании костюма и убора древнего населения (Измайлов, 2019, с. 200, 201). В дополнение к выделенным стадиям и вариантам в статье предлагаются новые, демонстрирующие более детальные различия во времени.
Во второй половине VIII - первой половине IX в. на территории складывания Волжской Булгарии варианты уборов подразделялись в соответствии с салтовской и при-камско-приуральской традициями, а в К-Х вв. обнаруживали тенденции к сближению (Жилина, 2019в). Использовались серьги кочевнического облика и гроздевидные наушницы, шумящие нагрудные украшения; наряду с дротовыми браслетами - витые и со вставками. Применялись ковка, литье и ранние ювелирные технологии с крупной филигранью. В целом убор соответствовал обильно-металлической стадии, но кочевническая традиция привносила ее облегчение (аШпа, 2016; Жилина, 2017).
В славяно-русском уборе шли сходные процессы. В конце VШ-IX в. использовались проволочные и литые типы височных колец, в конце IX -первой половине X в. - филигранные гроздевидные наушницы из крупной филиграни, во второй половине X в. -тисненые с миниатюрной филигранью. В X в. на Руси сложился филигранный зерненый убор. Во второй половине XI в. развивались ювелирные технологии, связанные с воздействием византийской культуры: эмаль и чернь, совершенствовались филигрань и тиснение.
Предпосылками появления новых украшений и убора явилось развитие тонких ювелирных технологий в сочетании с тиснением корпуса из тонких пластин металла. Деталями височных подвесок, ожерелий, цепей стали тисненые бусины. Прототипами форм бусин и в Булгарии, и на Руси стали бусины гроздевидных наушниц.
Новый уровень ювелирного дела стал возможен в условиях сформировавшихся и крепнущих государств,
уборы с роскошными украшениями из серебра и золота отразили облик социальной элиты, культурные ориентиры которой были разными: для Волжской Булгарии - Восток (Иран, Арабский Халифат), для Руси - Византия (Жилина, 2019а, б).
Реконструкции. Конец XI - начало XII в. Булгария.
Для этих реконструкций использованы ювелирные изделия с крупной зернью финно-угорского происхождения, рассматриваемые как булгар-ский импорт или проявление влияния булгарского ювелирного дела (Савельева и др, с. 334, 335, рис. 14; Руден-ко, 2015, с. 194). На наш взгляд, они демонстрируют ранний пласт бул-гарского ювелирного дела с его финно-угорским компонентом (Жилина, 2019а, с. 85).
Общие стилистические черты убора: геометрический орнамент из крупной зерни, крупные подпрямоуголь-ные и округлые вставки на лунницах и браслетах, оконтуренные крупными гранулами. Бусины шарообразно-цилиндрической формы (с широкой центральной зоной) украшены зернью не обильно. Сходные бусины используются в головных кольцах и в ожерельях. Стадиально этот убор раньше комплексов украшений с миниатюрной филигранью.
Для реконструкции I (нумерация сплошная отдельно по Булгарии и Руси) использованы материалы могильников перми вычегодской (Коп-комъягского, Ыджыдьельского) и коми-пермяков. При объединении материалов разных погребальных комплексов за основу взято расположение вещей и их соединение в уборе погребения 74 Иджыдьельского могильника XП-XШ вв., для деталей очелья допустима дата от XI в. (Савельева,
2014, с. 9, 15, рис. 18: 5-9, 15-24). Реконструкция отражает сохранение финских традиций.
В составе головного убора ленточной конструкции: очелье из трех рядов шнура со спиралевидными про-низками; центральная, приспособленная к очелью овальная подвеска (возможно, первоначально нагрудная); две круглые бляхи. К шнурам присоединены трехбусинные кольца (рис. 1: !а). В нагрудном ярусе - филигранные лунницы со вставками (рис. 1: Ш-г). Аналогичны по стилю оформления браслеты с овальными окончаниями и перстни со вставками (рис. 1: !д-ж).
В реконструкции II объединены украшения из кладов, погребений, культурного слоя поселений. В составе ленточного головного убора - венок облегченного варианта с бусинными височными кольцами с подвесками из лунниц и, возможно, из однобусин-ных височных колец (рис. 1: Па-в). Булгарское трехбусинное филигранное кольцо с крупной средней бусиной из Новгорода конца XI - начала XII в. ориентировочно дает верхнюю дату этапа (рис. 1: Пб). Могли использоваться и более ранние украшения.
В нагрудном ярусе - филигранные бусины и лунница, вероятно, нашивная (рис. 1: Пг, д).
Данный вариант отличается использованием проволочных браслетов плотного плетения и витья, вставки украшений рук оконтурены крупной зернью (рис. 1: Пе-з).
Несмотря на появление бусинных форм украшений и использование крупной филиграни, сохраняются признаки обильно-металлической стадии: величина, тяжесть, обилие, сложность конструкции украшений и состава убора. В этом очевидно сохранение финно-угорских традиций.
Ювелирно оформленные лунницы входили в убор населения салтово-маяцкой культуры, в чем видны черты раннего кочевнического убора (Жилина, 2017, рис. 6: 1).
Русь. Реконструкции проведены по хронологически и стилистически систематизированным материалам древнерусских кладов (Жилина, 2014).
Головной убор относится к ленточному типу, используются венки из металлических пластин, кожи, ткани (рис. 2: 1а).
Реконструкция I представляет убор из серебряных литых, кованых и проволочных украшений. В головном ярусе - браслетообразные и ромбощитко-вые височные кольца (рис. 2: 1б, в), в шейно-нагрудном ярусе - гривны плотного витья (рис. 2: 1г). Украшения рук - витые проволочные браслеты и перстни (рис. 2: 1д-ж).
Реконструкция II представляет убор из филигранных украшений ювелирной стадии: в головном ярусе -бусинные кольца проволочно-каркас-ной и тисненой конструкции (рис. 2: Иа-ж). В шейно-нагрудном ярусе -ожерелья из филигранных бусин в геометрических стилях с крупной и тонкой зернью и бусин из других материалов; дисковидные подвески (рис. 2: Из, и). Украшения рук: филигранные перстни, витые и плетеные браслеты плотного плетения и витья со вставками и крупной зернью (рис. 2: Пк-о). Этот вариант реконструкции является переходным к убору следующего периода. Убор с использованием височных колец продолжал существовать на демократическом уровне и в более позднее время - вплоть до XIII в.
Для реконструкции III использованы материалы подмосковных курганов вятичей XII - первой половины XIII в. близ Звенигорода (Жилина,
Рис. 1. Реконструкции убора из украшений Волжской Булгарии, XI - начало XII в.: I - пермь вычегодская - а, в - налобник и височные кольца, лунница, серебро, бронза,
Ыджыдьельский могильник; б, г - лунницы, серебро, Кокпомъягский могильник (Савельева и др., 1999, рис. 14: 18, 9-11); д - браслет, серебро, Пермское Предуралье; е, ж - перстни, серебро (Руденко, 2015, рис. 4б: 3, № 76, 74); II- височные кольца, серебро - а - коми-пермяки, Пермская губ. (Оборин, 1999, рис. 7: 5); б - Новгород (Седова, 1981, рис. 3: 10); в - пермь вычегодская (Савельева и др., 1999. Рис. 14: 13); серебро - г - бусины, клад из Москвы, 1988 г., д - лунница (Жилина, 2014, № 197/6, 8); е, ж - браслеты, серебро, медь, Болгар или Биляр, Семеновское селище; з - перстень, серебро, случайная находка, Биляр, (Руденко, 2015, № 237, ил. 327, № 77) (в качестве основ-шаблонов здесь и далее использованы рисунки: для лиц - О.Б. Наумовой, для рук - Н.В. Жилиной). Fig. 1. Reconstructions of the attire of adornments of Volga Bulgaria, 11th - the beginning of the 12th century: I - the Perm' Vychegodskaya - a, в - forehead and temporal rings, lunula pendant, silver, bronze, the Ydzhydyel' cemetery; б, г - lunula pendants, silver, the Kokpomyag cemetery (Savely-eva et al., 1999, fig. 14: 18, 9-11); д - bracelet, silver, the Perm cis-Urals; е, ж - finger rings, silver (Rudenko, 2015, fig. 46: 3, No 76, 74); II - temporal rings, silver - a - the Komi-Permyaks, Perm region (Oborin, 1999, fig. 7: 5); б - Novgorod (Sedova, 1981, fig. 3: 10); в - the Perm' Vychegodskaya (Savelyeva et al., 1999, fig. 14: 13); silver - г - beads, hoard from Moscow, 1988; д - lunula pendants (Zhilina, 2014, No 197/6, 8); е, ж - bracelets, silver, copper, Bolgar or Bilyar, Semenovka settlement; з - finger ring, silver, accidental find, Bilyar (Rudenko, 2015, No 237, il. 327, No 77) (Here and below, the base drawings for faces - by O.B. Naumova, for hands - by N.V. Zhilina).
2001, рис. 1). Ленточный убор включал платок и очельную ленту-венок (рис. 2: Ша). Лопастные височные кольца входили в состав боковой подвески из ленты и имитируемой косы (рис. 2: Шб). Документально зафиксировано крепление лопастных височных колец друг под другом: одновременно и к мягким тканям уха, и с помощью шнуров, продетых сквозь боковые петли колец, к головному убору; внизу располагалась шерстяная кисть (Елкина, 2003, рис. 2, 3). В нагрудном ярусе - ожерелья из хрустальных и сердоликовых бусин, металлические подвески (рис. 2: Шв). Сохраняются проволочные браслеты (рис. 2: Шг, д). В убор входили отдельные филигранные изделия (рис. 2: Ше).
Конец XI - первая половина XII в. И в Булгарии, и на Руси продолжается переход убора на ювелирную стадию, от раннего убора сохраняется шумящий характер украшений, но украшения выполняются в технологии филиграни.
Булгария. Судя по продолжающемуся использованию височных колец, сохраняется ленточная конструкция головного убора.
Реконструкция III составлена из отдельных украшений, дата которых включает XI в. (рис. 3: III).
В трехбусинных височных кольцах и на цепях используются тисненые бусины овально-конической формы, орнаментированные тонкой зернью (рис. 3: Ша). Появились подвесные бусины на цепочках к височным кольцам и, вероятно, к нагрудным цепям (рис. 3: Шг).
Во второй - третьей четвертях XI в. известно тонкое ажурное плетение гривен и браслетов (Руденко, 2018, с. 207) (рис. 3: Шв, д, е). В данном се-
ребряном уборе можно представить пластинчатые перстни с зернью геометрического орнамента и со вставками с полусферическими и цилиндрическими щитками (рис. 3: Шж-и).
Русь. На Руси представлен оригинальный вариант шумящего убора в технике филиграни: реконструкция IV (Жилина, 2002, рис. 4а, в). Украшения составлены из тисненых подвесок и бляшек на цепочках. Сетки-поднизи прямоугольной формы в виде позатыльника позволяют предполагать кичкообразную конструкцию составного головного убора. Боковыми украшениями служили колоколовид-ные подвески (рис. 3: ГУа, б). Технология филиграни свидетельствует о контактах с византийским ювелирным делом (ленточная филигрань плотного витья). Переходный вариант представляет реконструируемая подвеска из трехбусинных височных колец (рис. 3: !Ук).
В составе нагрудного яруса - гривны плотного витья и плетения, цепи со звериноголовыми окончаниями (рис. 3: !Ув, д); украшения рук - те же, что и ранее (реконструкции I—III) (рис. 3: ТУе-и). Могли носить браслеты со звериноголовыми окончаниями, как у цепей. Убор сохранял народные традиции и языческую семантику. Но время меняло характер сакральных символов, в составе ожерелья из тисненых и филигранных бусин - крест в скано-зерненой оправе геометрического стиля (рис. 3: !Уг). Украшения в основном серебряные, но есть примеры золотых.
В Булгарии и на Руси сформировались разные по конструкции, но стадиально сходные шумящие уборы. Сходство наблюдается в украшениях рук: полусферические перстни, витые и плетеные браслеты.
Рис. 2. Реконструкции убора из украшений Древней Руси в славянских традициях: XI - начало XII в.: клады, серебро - I - а, б - венок и височные кольца, Шалахова Витебской губ., 1892 г.; в, д, е - височные кольца и браслеты, Васьково Псковской губ.,
1923 г.; г - шейные гривны, Мироновский фольварк Киевской губ., 1883 г.; ж - перстень, Жорнив Ровненской обл., 1970-е гг. (Жилина, 2014, № 49/9, 5, 6; № 50/3, 2; № 32/1; 243/2); II - а, з, и - височное кольцо, бусины, подвеска, Мироновский фольварк Киевской губ., 1883 г.; височные кольца - б, в - Киев, 1885 г.; г, д - Владимир, 2008 г.; е - Киев, 1936 г.; ж - Жорнив Ровненской обл., 1970-е гг.; к, л - браслеты, Старая Рязань, 1970 г.; перстни - м, н - Шалахова Витебской губ., 1892 г.; о - золото, Елецкий монастырь, Чернигов, 1848 г., (Жилина, 2014, № 32/4-9; 98/4о4, 4о2; 202/9а, б; 68/5б; 243/4; № 186/10, 11; 49/12а, б; 35/2); III - а-в - реконструкция Н.В. Жилиной по инвентарю кургана № 1, серебро, д. Клопово, рисунок О.В. Федорова, XII - первая половина XIII в.; г, д - браслеты, бронза, серебро, клад, Мужищево Тверской губ., 1927 г.; е - перстень, серебро, Суздальский некрополь (Жилина, 2002, рис. 2; 2014,
№ 171/1, 3; рис. 99: в). Fig. 2. Reconstructions of the attire of adornments from Old Rus' in the Slavic traditions: 11th - the beginning of 12th century: hoards, silver - I - а, б - head band and temporal rings, Shalakhova, Vitebsk region, 1892; в, д, е - temporal rings and bracelets, Vas'kovo, Pskov region, 1923; г - torques, Mironovsky fol'vark, Kiev region, 1883; ж - finger ring, Zhorniv, Rovnensky region, 1970s. (Zhilina, 2014, No 49/9, 5, 6; 50/3, 2; 32/1; 243/2); II - а, з, и - temporal ring, beads, pendant, Mironovsky fol'vark, Kiev region, 1883); temporal rings - б, в - Kiev, 1885; г, д - Vladimir, 2008; е - Kiev, 1936; ж - Zhorniv, Rovnensky region, 1970s.; к, л - bracelets, Old Ryazan', 1970; finger rings - м, н - Shalakhova, Vitebsk region, 1892; о - gold, Yelets Monastery, Chernigov, 1848, (Zhilina, 2014, No 32/4-9; 98/4o4, 4o2; 202/9а, б; 68/5б; 243/4; 186/10, 11; 49/12а, б; 35/2); III - reconstruction by N.V. Zhilina according to the inventory of barrow No 1, silver, Klopovo village, drawing by O.V. Fedorov, 12th - the first half of the 13th century; г, д - bracelets, bronze, silver, hoard, Muzhishchevo, Tver region, 1927; е - finger ring, silver, Suzdal' cemetery (Zhilina, 2002,
fig. 2; 2014, No 171/1, 3; fig. 99: в).
Булгарские ювелирные украшения XII-XШ вв. пока недостаточно подразделены хронологически, происходят из разных археологических комплексов, что создает трудности реконструкции стадий убора. Но можно условно выделить вариант первой половины - середины XII в., переходный к ювелирной от обильно-металлической стадии.
Реконструкция IV. В головном ярусе - трехбусинные височные кольца с бусинными подвесками на цепочках, орнаментированные миниатюрной зернью (рис. 4: ^а, б). В шейно-на-грудном ярусе - гривны и цепи с бу-синными подвесками на цепочках и подвесками-бубенчиками (рис. 4: ^в, г). Часть бусин приобрела овально-цилиндрическую форму (рис. 4: ^а-в). На цепях сохранялись прежние, овально-конические в сечении, бусины (рис. 4: ^г). На кольцах надеты бусины полуажурной конструк-
ции, в орнаментации которых сочетается крупная и миниатюрная зернь. Они имеют широкую центральную зону и овально-конические окончания, что тяготеет к бусинам прежних форм, но в целом получают новый облик (рис. 4: ГУа, б).
Широкие браслеты совмещают в оформлении гравированный завит-ково-растительный орнамент и филигрань крупных параметров (рис. 4: !Уд); на черневых перстнях - геометризованный растительный и зооморфный орнамент (рис. 4: ]Уе, ж).
В реконструкции V использованы украшения с более поздними датами. Аналогично тому, как славянский убор с височными кольцами сохранялся вплоть до XIII в. (рис. 2: III), здесь также наблюдается пример длительного сохранения местных традиций. В головном ярусе - традиционные серьги кочевников, но собранные из бусин новых форм и технологий
Рис. 3. Реконструкции шумящих уборов из украшений, конец XI - первая половина XII в.: III - Булгария, височные кольца - а - золото, IV Кожаевское селище, Спасский район (Руденко, 2011, рис. 2: 2; № 2); б - серебро, Золотаревское поселение (Белорыб-кин, 2001, рис. 26: 1); серебро - в - гривна, клад, Кожаевка, Спасский район; г - цепь с подвесками, клад, Именьково, Лаишевский район; д, е - браслеты; ж-и - перстни (Руденко, 2015, № 251, 249, 238, 78, 79; рис. 53: 12; 35: 3); IV - Древняя Русь, реконструкция Н.В. Жилиной, рисунок О.В. Федорова, серебро, клады -а - колоколовидные рясна, Старая Рязань, 1967 г. № 2; б - сетки-поднизи, Сельцы Новгородской губ., 1892 г.; в - гривна шейная, типичный вариант; г - ожерелье из тисненых и филигранных бусин с крестом в скано-зерненой оправе, Старая Рязань, 1970 г. и 1979 г. № 1, Владимир, 1865 г.; д - цепь, Тверь, 1906 г.; е, ж - браслеты, Старая Рязань, 1966 г. № 1 и 1970 г.; з, и - перстни, Шалахова Витебской губ., 1892 г.; к - вариант реконструкции рясна по материалам погребения из Старой Рязани в районе Спасского собора (Жилина, 2002, рис. 4; 2014, № 184/1; 174/4; 186/8, 9; 188/3;
167/5; 170/7; 183/1, 186/11; 49/12а, б). Fig. 3. Reconstruction of noisy attires of adornments, end of the 11th- first half of the 12th century: III - Bulgaria, temporal rings - a - gold, IV Kozhaevka settlement, Spassky District (Rudenko, 2011, fig. 2: 2; No 2); б - silver, Zolotarevka settlement (Belorybkin, 2001, fig. 26: 1); silver -в - torque, hoard, Kozhaevka, Spassky District; г - chain with pendants, hoard, Imen'kovo, Lai-shevsky District; д, е - bracelets; ж-и - finger rings (Rudenko, 2015, No 251, 249, 238, 78, 79; fig. 53: 12; 35: 3); IV - Old Rus', reconstruction by N.V. Zhilina, drawing by O.V. Fedorov, silver, hoards - а - bell-shaped pendants, Old Ryazan', 1967 No 2; б - grids to head gear, Seltsy, Novgorod region, 1892; в - torque, typical variant; г - necklace of embossed and filigree beads with a cross in a
scan-grained frame, Old Ryazan', 1970 and 1979 No 1, Vladimir, 1865; д - chain, Tver, 1906; е, ж - bracelets, Old Ryazan', 1966, No 1 and 1970; з, и - finger rings, Shalakhova, Vitebsk region, 1892; к - variant of reconstruction of pendant based on the materials of the burial from Old Ryazan' at the Spassky Cathedral (Zhilina, 2002, fig. 4; 2014, No 184/1; 174/4; 186/8, 9; 188/3;
167/5; 170/7; 183/1, 186/11; 49/12а, б).
(рис. 4: Vа). Возможно ношение ажурных однобусинных колец, подвесные цепочки которых разведены для бокового прилежания (рис. 4: Vб). Конструкция бусин находит аналогии среди иранских украшений (Жилина, 2019а). В нагрудном ярусе - гривны ажурного плетения с подвесками-лун-ницами, характерными для финского и кочевнического предшествующих уборов (рис. 4: Vв; 1: I). Украшения рук - овальноконечные широкие филигранные браслеты (рис. 4: Vг) и черневые перстни (рис. 5: Уд, е).
На Руси с конца XI - по середину XII в. складываются варианты ювелирного убора разных техник. В каждом участвует технология тиснения, создающая корпус украшений и соединительные части - рясна, бусины. Тисненые украшения (подвески ожерелий и нашивные бляшки) сформировали облегченный убор.
Вариант филигранного убора с височными кольцами отражен на реконструкции V. На основе конструирования из бусин и профильных тисненых частей сложились крупные подвески-колты лучевой формы на широкой дужке. В них виден ювелирно преобразованный облик лучевого кольца (рис. 5: Vб). В составе рясна -трехбусинные кольца (рис. 5: Vа). В нагрудном ярусе - ожерелья из филигранных бусин, христианские кресты в оправах из зерненых наконечников (рис. 5: Vв).
Украшения рук - зерненые браслеты: широкий пластинчатый с геометрическим орнаментом (рис. 5: Vг), витой с орнаментацией из грубой зерни (рис. 5: Vе); витые браслеты с прямоугольными окончаниями, орнаментированными чернью (рис. 5: Vд); гравированные перстни с пластинчатыми щитками с
геометризованным завитковым орнаментом (рис. 5: Vж). Орнамент почти не выходит за рамки геометрического.
Под воздействием византийских технологических и художественных традиций создаются и первые варианты уборов в технике черни и эмали. Головной убор имеет ленточно-диа-демную конструкцию с очельем и нашивными украшениями или диадемой из киотцевидных пластин. Боковыми подвесками-ряснами являются колты лунничной формы на цепях из бляшек (круглых, подпрямоугольных, квадри-фолийных). В нагрудном ярусе - ожерелья из медальонов с христианскими сюжетами и орнаментикой на бусин-ных нитях.
Черневой убор выполняется из серебра, меньше золотых изделий. Эмалевый убор выполняется из золота, но в нем используются серебряные изделия с позолотой. В лучших уборах велика роль филиграни, создающей оправы к украшениям и вставкам, бусины для основы ожерелий.
Реконструкция VI: убор из черни включает головной убор с текстильным очельем и нашивными подпря-моугольными бляшками с жемчугом (рис. 6: VIа). Рясна составлены из прямоугольных бляшек, лунничные колты с обнизью из мелких металлических шариков имитируют жемчужную (рис. 6: VIб, в).
В нагрудном ярусе - вариант ожерелья с центральной подвеской с изображением Архангела, покровителя русских князей (рис. 6: VIг-е). Поначалу ожерелья состояли из набора медальонов и подвесок разных размеров и форм. Распространена композиция процветшего креста.
Широкие черневые браслеты на первом этапе просты композиционно
Рис. 4. Реконструкции ювелирного убора Волжской Булгарии: IV - первая половина XII в. - а, б - височные кольца с подвесками, серебро, Именьковский клад, золото, подъемный материал, Казанское Поволжье; серебро - в - гривна с подвесками, клад, Именьково, Лаишевский район; г - комплект цепей, Старое Альметьево; д - браслет, Кишертский могильник; е, ж - перстни (Руденко, 2015, ил. 220, 353, 306; № 143, 249,
40, 33; 2011, рис. 18, № 8); конец XII - XIII в., V - золото - а - серьги, Никитское Пермской губ.; б - височное кольцо, Спасско-болгарский клад, 1888 г. (Гущин, 1936, табл. XXXIV: 4, 5; XXXIII: 1); серебро - в - гривна с подвесками, случайная находка, г. Чистополь; г - браслет, Тибей-Сале; д, е - перстни, случайные находки, Билярское
городище (Руденко, 2015, № 253, 5, 10; ил. 303, 304); VI - золото - а, б - височные кольца, клад у с. Мокрые Курнали Алексеевского района, XIX в.; в - нагрудные украшения, клад, Самара; д - браслет, НМРТ; серебро - г - футляр для текстов из Корана, Крещеноелтанский клад; е - браслет, клад, Москва, 1988 г.; ж, з - перстни, случайные находки, Билярское и Болгарское (?) городища (Руденко, 2011, рис. 12, 17: 1; № 19, 25;
2015, ил. 351, 280; рис. 8: 4; 46: 8; № 3, 36). Fig. 4. Reconstructions ofjewelry attire of adornments of the Volga Bulgaria: IV - the first half of the 12th century - а, б - temporal rings with pendants, silver, Imen'kovo hoard; gold, surface finds, Kazan' Volga region; silver - в - torque with pendants, hoard, Imen'kovo, Laishevsky District; г - a set of chains, Staroe Almetyevo; д - bracelet, Kishert' cemetery (Rudenko, 2015, il. 306); е, ж - finger rings (Rudenko, 2015, il. 220, 353, 306; No 143, 249, 40, 33; 2011, fig. 18, No 8); the end of the 12th - 13th century - V - gold - а - earrings, Nikitskoye, Perm region; б - temporal ring, Spassko-Bol-gar hoard, 1888 (Gushchin, 1936, tab. XXXIV: 4, 5; XXXIII: 1); silver - в - torque with pendants, an accidental find, Chistopol; г - bracelet, Tibey-Sale; д, е - finger rings, accidental finds, Bilyarsk fortified settlement; (Rudenko, 2015, No 253, 5, 10; il. 303, 304); VI - gold - a, б - temporal rings, hoard at the Mokryye Kurnali, Alekseevsky District, 19th century; в - breast adornment, hoard, Samara; д -bracelet, National Muzeum of Tatarstan Republic; silver - г - case for texts from Koran, Kreshcheny Eltan hoard; е - bracelet, hoard, Moscow, 1988; ж, з - finger rings, accidental finds, Bilyarsk and Bolgar (?) fortified settlements (Rudenko, 2011, fig. 12, 17: 1; No 19, 25; 2015; il. 351, 280;
fig. 8: 4; 46: 8; No 3, 36).
(одноярусные) (рис. 6: VIз). Широко распространены витые браслеты с черневыми окончаниями миндалевидной формы, перстни с гравировкой и чернью (рис. 6: VIж, и, к).
Используется растительно-завит-ковый и зооморфный геометризованный орнамент.
Реконструкция VII дает представление о раннем эмалевом уборе, выполненном в аскетически сакральном стиле. В головном ярусе -диадема из киотцев с композицией Деисуса: фронтальные статичные фигуры на золотом фоне. Под диадемой - ярус дужек, первоначально служивших для убора волос, но ставший декоративным (рис. 7: VIIа. б). Подвески - лунничные колты на ряснах из круглых бляшек с жемчужной обнизью (рис. 7: VIIв, г).
Набор нагрудных медальонов в филигранных оправах близок строгой стилистике диадемы, на оправах - фи-
лигрань коврового и строгого стилей (рис. 7: VIIд).
К середине XII в. растительные и зооморфные мотивы приобретают естественность пропорций и криволинейных очертаний (рис. 7: VIIв, г).
По древнерусским материалам практически неизвестны эмалевые украшения рук, в реконструкции использованы ажурный браслет с завит-ковой орнаментацией и филигранный перстень со щитком в форме сионца (храма) со строгой арочной орнаментацией (рис. 7: VIIе, ж).
Вторая половина XII - первая треть XIII в. - время апогея ювелирного дела и убора из украшений обоих государств. И там и здесь не забыты более ранние традиции: на Руси - славянские, в Булгарии - финно-угорские и кочевнические. Русь продолжает развивать традиции византийского ювелирного дела, Булгария - восточного, сирийского и иранского (Жилина, 2018а).
Рис. 5. Реконструкции скано-зерненого древнерусского убора из украшений по кладам (реконструкции Н.В. Жилиной, рисунки О.В. Федорова), серебро: V - конец XI - первая половина XII в., а - рясна из трехбусинных колец типичных вариантов; Старая Рязань, 1970 г. - б - лучевой колт; в - ожерелье с основой из бусин и крестом в оправе; браслеты - г - Киев, 1986 г.; д - происхождение неизвестно; е - Киев, 1909 г.; ж - перстень, Курская губ., 1878 г. (Жилина, 2002, рис. 5; 2014, № 186/4; 8к, е; 9; 204/9, 74/2б; 159/4а); VIII - конец Xll - первая треть XIII в. - а - очелье из трехбусинных дужек типичных вариантов; б-г - рясно из бляшек и колт, ожерелье из бусин, кринообразных подвесок и креста, Киев, 1903 г.; д - браслет, Киев, 1909 г.; е - перстень, Старая Рязань, раскоп 13, погребение 49; ж - колт на рясне из бляшек, Старая Рязань, 1937/50 гг. и 1970 г. (Жилина, 2002, рис. 9; 2014, № 103/12, 4; 7в, г; 8а, г; 9а;
74/2а; 165/3; 186/5а; рис. 99: е). Fig. 5. Reconstruction of filigree Russian attire of hoard adornments (reconstructions by N.V. Zhilina, drawings by O.V. Fedorov), silver: V- the end of the 11th - the first half of the 12th century - а - pendants made from three-bead rings of typical variants; Old Ryazan', 1970 - б - ray colt; в - necklace with a base of beads and a cross in a frame; bracelets - г - Kiev, 1986; д - the origin is unknown; е -Kiev, 1909; ж - finger ring, Kursk region, 1878 (Zhilina, 2002, fig. 5; 2014, No 186/4; 8к, е; 9; 204/9, 74/2б; 159/4а); VIII - the end of the 12th - the first third of the 13th century - а - head band made from three-bead half rings of typical variants; б-г - pendant made from plaques, colts, necklace of beads, lily-shaped pendants and a cross, Kiev, 1903; д - bracelet, Kiev, 1909; е - finger ring, Old Ryazan', excavation site 13, burial 49; ж - colt on a pendant made from plaques, Old Ryazan', 1937/50 and 1970 (Zhilina, 2002, fig. 9; 2014, No 103/12, 4; 7в, г; 8а, г; 9а; 74/2а; 165/3; 186/5а;
fig. 99: е).
Булгария. Создается лучший ювелирный убор булгарской традиции: реконструкция VI. Преобладают золотые или позолоченные украшения, есть серебряные. Основные техники: филигрань и чернь.
В головном ярусе на основе диа-демной конструкции закрепляются трехбусинные височные кольца с подвесками и миниатюрной филигранной скульптурой водоплавающей птицы с бусиной в клюве. Проволочная деталь служила для присоединения украшения к волосам (Руденко, 2011, с. 60-64, рис. 19, 30). Показателен синкретический облик скульптуры: высокая техника исполнения, аналогичная иранским филигранным подвескам; вхождение в состав конструкции трехбусинного кольца; финно-угорское мифологическое наполнение образа водоплавающей птицы (рис. 4: Vfe, б).
В нагрудном ярусе - цепи с бусин-ными и дисковидными подвесками; ленточные ожерелья из пластинок и цепей с бусинными подвесками (возможно нашивание). Ощутим синтез традиций: местной - с обильным нагрудным ярусом из шумящих украшений; восточной - с ожерельями ленточной формы с подвесками из бусин на цепочках (рис. 4: V^) (Jenkins, Keene, 1982, fig. 2, 3, p. 28, 29). В связи с утверждением ислама в убор вошла и культовая подвеска-футляр с текстами сур Корана (рис. 4: Vfr). Доминирует новая форма бусин - овально-цилиндрическая.
Украшения рук: роскошные витые золотые браслеты со вставками (рис. 4: Vl4); известные ранее браслеты с расширяющимися овальными концами с крупными вставками и крупной филигранью (рис. 4: Vk); черневые перстни с плотным плете-
ным орнаментом, зооморфными и растительными мотивами в более свободной стилистике, очерченные кривыми линиями (рис. 4: VIж, з).
Связь украшений с волосами - традиция народного убора, в своих вариантах она наблюдалась у славян и восточных народов. Булгарский вариант -это синтезированная традиция местного и восточного убора, где связь украшений с волосами известна с древности (Яценко, 2006, с. 222, 223).
Русь. Итоговые уборы созданы в трех основных ювелирных техниках. Развитие состояло и в изменении конструкции ряда украшений, и в стилистике орнаментации. Растительная и зооморфная орнаментация в эмали и черни передается утрированно-изгибающимися кривыми, создающими утонченный или пышный облик мотивов; в филиграни развивается спиральная орнаментация и пышный стиль (подъемом спиральных завитков над поверхностью изделия).
В скано-зерненом уборе - реконструкция VIII - меняется конструкция головного яруса и составляющих его украшений. Трехбусинные кольца трансформировались в дужки: набор очелья (рис. 5: VIIIа). Колты закрепляются на цепях из бляшек, крепятся с помощью узкой дужки и лунничной части (рис. 5: VIIIб, в, ж). Эти модификации произошли от конструкции эмалевого убора (рис. 7: VII).
В нагрудном ярусе - ожерелье из тисненых бусин и лилиевидных подвесок с крестом в центре (рис. 5: VIIIг). Такие ожерелья заменяли более тяжелые и официальные ожерелья из медальонов.
На руках носили филигранные и черневые украшения: витые браслеты со сканной перевитью и миндалевидными окончаниями дополнены
Рис. 6. Реконструкции древнерусского серебряного черневого убора по кладам и комплексам: VI - конец XI - первая половина XII в., а - очелье с нашивными бляшками (золото), Киев, 1939 г.; б, в - рясна и колты, Киев, 1903 г.; подвески и медальоны ожерелья - г - Владимир, 1837 г., д - Москва, 1988 г.; е - Владимир, 1993 г.; ж - браслет, Святое озеро Черниговской губ., 1908 г.; з - широкий браслет, Романово Могилевской
губ, 1892-1893 гг.; и, к - перстни Киев, 1906 г. и Москва, 1988 г. (Жилина, 2014, № 248/2а; 103/11, 3; 166/1б; 197/5б; 201/6; 152/6; 173/1; 108/12а; 197/15в); IX - конец XII - первая треть XIII в. - а - рясна, Старая Рязань, 1974 г.; б, в - колты, Старая Рязань, 2005 г., 1970 г.; медальоны ожерелья - г - Москва, 1988 г.; д, е - Старая Рязань, 2005 г.; ж - Владимир, 1865 г.; з, и - широкие браслеты, Москва, 1988 г.; перстни -к - (золото), Киев, 1889 г.; л - Святое озеро Черниговской губ., 1908 г.; м - Москва, 1988 г. (Жилина, 2014, № 187/2; 192/4б; 186/1а; 197/5а, 1а, б; 10а, б; 15а; 167/3а; 99/10;
152/9).
Fig. 6. Reconstructions of Russian silver niello attire of adornments upon hoards and complexes: VI - the end of the 11th - the first half of the 12th century, а - head band with sewn-in plaques (gold), Kiev, 1939; б, в - pendants and colts, Kiev, 1903; pendants and medallions of necklaces - г - Vladimir, 1837, д - Moscow, 1988; е - Vladimir, 1993; ж - bracelet, Svyatoye Ozero, Chernigov region, 1908; з - wide bracelet, Romanovo, Mogil'ov region, 1892-1893; и, к - finger rings, Kiev, 1906 and Moscow, 1988 (Zhilina, 2014, No 248/2а; 103/11, 3; 166/1б; 197/5б; 201/6; 152/6; 173/1; 108/12а;
197/15в); IX - the end of the 12th - the first third of the 13th century - а - pendants, Old Ryazan', 1974; б, в - colts, Old Ryazan', 2005, 1970; necklace medallions - г - Moscow, 1988; д, е - Old Ryazan', 2005; ж - Vladimir, 1865; з, и - wide bracelets, Moscow, 1988; finger rings - к - (gold), Kiev. 1889; л - Svyatoye Ozero, Chernigov region, 1908; м - Moscow, 1988 (Zhilina, 2014, No 187/2;
192/4б; 186/1а; 197/5а, 1а, б; 10а, б; 15а; 167/3а; 99/10; 152/9).
Рис. 7. Реконструкции древнерусского золотого эмалевого убора по кладам (реконструкции Н.В. Жилиной, рисунки О.В. Федорова): VII - конец XI - первая половина
XII в.: а - диадема, Киев, 1889 г.; б - очельные дужки, типичные варианты; в, г - рясна и колты, Киев, 1840-е г.; д - ожерелье из бусин и медальонов в оправах и с жемчугом, Киев, 1880 г., Сахновка Киевской губ., 1900 г.; е - браслет, Старая Рязань, 1822 г.; ж - перстень, Новгород (Жилина, 2002, рис. 6; 2014, № 99/3; 65Г/2; 65 (?)/1; 90/2, 127/6а; 162/6; 2012, № 411); X - конец XII - первая треть XIII в. - а - «городча-тый венец», корона накладная к иконе «Богоматерь Боголюбская» из Благовещенского собора Московского Кремля; б - очельные дужки, Киев, 1824 г.; в, г - рясна (серебро с позолотой) и колт, Старая Рязань, 1868 г. и 1992 г.; д, е, з - ожерелье из медальонов и бусин, браслет и перстень, Старая Рязань, 1822 г.; ж - браслет (серебро), Любеч, Черниговской обл., 1960 г. (Жилина, 2002, рис. 7; 2014, № 107/9; 163/2; 191/3; 162/1,
2, 6, 8; 203/2).
Fig. 7. Reconstruction of the old Russian gold enamel attire of adornments upon hoards (reconstructions by N.V. Zhilina, drawings by O.V. Fedorov): VII - the end of the 11th - first half of the 12th century: a - diadem, Kiev, 1889; б - head half rings, typical variants; в, г - pendants and colts, Kiev,
1840s; д - necklace made from beads and medallions in frames and with pearls, Kiev, 1880 and Sakhnovka, Kiev region, 1900; е - bracelet, Old Ryazan', 1822; ж - finger ring, Novgorod (Zhilina. 2002, fig. 9; 2014, No 99/3; 65Г/2; 65 (?)/1; 90/2, 127/6а; 162/6; 2012, No 411); X - the end of the 12th - the first third of the 13th century: а - toothed crown, an overhead crown to the icon "Our Lady of Bogolyubsky" from Annunciation Cathedral of Moscow Kremlin; б - head half rings, Kiev, 1824; в, г - pendants (silver with gilding) and colt, Old Ryazan', 1868 and 1992; д, е, з - necklace made from medallions and beads, bracelet and finger ring, Old Ryazan', 1822; ж - bracelet (silver), Lubech, Chernigov region, 1960 (Zhilina, 2002, fig. 7; 2014, No 107/9; 163/2; 191/3; 162/1, 2, 6, 8; 203/2). '
трилистниками (рис. 5: УШд); филигранный перстень с объемной композицией из высоких кастов с зернью подражает золотым (рис. 5: УШе). Убор создается в основном из серебра, но используются золотые и позолоченные украшения.
Черневой и эмалевый уборы изменились не столько конструктивно, сколько стилистически, используются растительный и зооморфный орнаменты в утрированной и пышной стилистике, возросла плотность и сложность плетеного орнамента. Пышными становятся филигранные оправы украшений. Оба убора сохраняют устойчивое христианское звучание изображений и орнаментики.
В черневом уборе - реконструкция IX - для подвешивания колтов удобны рясна из тисненых колодочек, где сформировались нижние треугольные звенья (рис. 6: 1Ха); цепи из тисненых колец и круглых бляшек. Характерны колты с пышной обнизью из крупных тисненых шаров (рис. 6: 1Хб, в).
Нагрудные ожерелья из медальонов более стандартны и часто выполнялись как единый набор, в центре -крупные медальоны с важными по смыслу изображениями. Подвесное устройство в форме бусины находило гармонию с ожерельем. Набором медальонов с комплектом бусин является Суздальское оплечье (Жилина, 2014, № 169). Но не всегда заказывался полный комплект, ожерелья пополнялись с течением времени. В реконструкции использованы медальоны разных кладов, расположенные в регулярной композиции: в центре - с фигурой Архангела, по сторонам - с композицией процветшего креста и орнаментальными дополнениями (рис. 6: 1Хг-ж).
Черневые широкие браслеты наиболее разнообразны по орнаментальным сюжетам и композиционно сложны: двух- и трехъярусные (рис. 6: 1Хз, и). Сюжеты информативны для восстановления культуры Древней Руси: языческие обряды, костюм; воины, музыканты, жрецы. Черневые перстни обладают щитками сложных форм, многогранных и квадрифолийных. Известен перстень с изображением Архангела (рис. 6: ГХк-м).
Итоговый эмалевый убор - реконструкция X - характеризует представительницу высшего социального слоя, возможно, великую княгиню. В составе головного яруса - «городча-тый венец» или корона (использована форма накладной короны к иконе «Богоматерь Боголюбская», филигранные пластины которой соединены шарнирами) (рис. 7: Ха). Корона опирается на ярус дужек с драгоценными камнями (рис. 7: Хб). В подвесном ярусе -золотые колты на рясне из филигранных бляшек квадрифолийной формы (рис. 7: Хв, г).
В нагрудном ярусе - эмалевые медальоны с «женским» вариантом охранительной христианской композиции - образами Богоматери в центре и святых мучениц Ирины и Варвары по сторонам. Другие медальоны ожерелья обильно украшены драгоценными камнями. Пышные филигранные оправы- лучшая ювелирная работа из Древней Руси (рис. 7: Хд).
В реконструкцию включены ажурные браслеты: золотой в строгом стиле, серебряный с развитым спиральным орнаментом (рис. 7: Хе, ж); филигранный перстень с объемной орнаментацией из кастов с зернью (рис. 7: Хз).
Заключение
В конце Х1 в. - начале Х11 в. существует убор в народных традициях с чертами обильно-металлической, но переходный к ювелирной стадии: с использованием филиграни крупных параметров, в Волжской Булгарии -финно-угорского и кочевнического облика, на Руси - в основном, славянского. Традиции народных уборов сохраняются до ХШ в.
В конце Х1 - первой пол. Х11 в. в Булгарии и на Руси продолжается переход на ювелирную стадию, формируются разные по конструкции шумящие уборы, украшения рук сходны.
В первой половине - середине Х11 в. возникли ранние уборы из украшений ювелирной стадии. В бул-гарском уборе совмещаются различные ювелирные техники: филигрань, чернь, ажурное плетение. Височными украшениями остались трехбусинные кольца с бусинными подвесками. Аналогичные подвески характерны для украшений нагрудного яруса, гривен и цепей. Используются новые формы бусин: овально-цилиндрические и полуажурные. Среди украшений рук появляются широкие браслеты. Ювелирная технология совмещает традиции местного и восточного ювелирного дела.
На Руси используются филигранный, черневой и эмалевый уборы из украшений на основе головного убора диадемного строения с ярусом очельных дужек и колтами в качестве подвесок; реконструируется облегченный тисненый убор. Провизан-тийский христианский эмалевый убор создает основные новации. Для конца Х1 - первой половины Х11 в. характерен геометризованный аскетически-сакральный стиль оформления, к середине Х11 в. растительная и зо-
оморфная орнаментация более естественна и гармонична. Скано-зер-неный (филигранный) убор хранит традиции геометрической орнаментации, использует трехбусинные кольца, создает лучевые колты на широкой дужке, близкие славянским височным кольцам. Широкие браслеты чернево-го убора характеризуются разнообразием орнаментики.
В конце ХИ - первой трети ХШ в. создаются лучшие ювелирные уборы. В Булгарии - височные кольца дополняются миниатюрной филигранной скульптурой, в нагрудном ярусе развиваются ленточные ожерелья и цепи с подвесками. Среди украшений рук оригинальны филигранные браслеты с овальными окончаниями в технике филиграни и со вставками. Продолжается совмещение местной и восточной (иранской) ювелирных традиций.
На Руси эмалевый и черневой уборы оформляются зооморфно-рас-тительной орнаментикой в утрированном и пышном стилях, создаются пышные оправы украшений в технике филиграни. Возможна реконструкция эмалевого убора с городчатым венцом. Скано-зерненый убор изменяется конструктивно под воздействием провизантийского эмалевого убора: сформировались трехбусинные очель-ные дужки и колты на луннице с узкой подвесной дужкой. Сходно развитие булгарских и древнерусских черне-вых перстней.
При стадиальном сходстве развития убора наблюдаются разные конкретные формы его конструкции и украшений. В обоих государствах уборы до позднего времени сохраняли народные традиции Х-Х1 вв., несмотря на внедрение иностранных технологий.
ЛИТЕРАТУРА
1. Белорыбкин Г.Н. Золотаревское поселение. Пенза: Изд-во ПГПУ, 2001. 200 с.
2. Гущин А.С. Памятники художественного ремесла Древней Руси X-XIII вв. М.-Л.: Гос. социально-экономическое издательство, 1936. 90 с. Табл.
3. Елкина И.И. Текстиль из древнерусских погребальных памятников округи Звенигорода // Вопросы археологии, истории, культуры и природы Верхнего Поочья. Материалы Х региональной конференции / Отв. ред. В.А. Бессонов. (Калуга, 25-27 марта 2003 г.). Калуга: Гриф, 2003. С. 34-41.
4. Жилина Н.В. О различии убора, воссоздаваемого по древнерусским кладам и погребениям // Звенигородская земля. История, археология, краеведение / Отв. ред. А.К. Станюкович. Звенигород: Звенигородский историко-архитектурный и художественный музей, 2001. С. 29-38.
5. Жилина Н.В. Русский ювелирный убор // Родина. 2002. № 11-12. С. 160-165.
6. Жилина Н.В. Зернь и скань древней Руси. Приложения (Электронный ресурс, CD-ROM). М.: ИА РАН, 2012. «Информрегистр» № 28188. 388 с.
7. Жилина Н.В. Древнерусские клады IX-XIII вв. Классификация, стилистика и хронология украшений. М.: URSS, 2014. 400 с.
8. Жилина Н.В. Сравнительный анализ хазарского и славяно-русского убора из украшений к костюму // Поволжская археология. 2017. № 2 (20). С. 127-156.
9. Жилина Н.В. Волжская Булгария / Восток; Древняя Русь / Византия. Сравнительная характеристика убора из украшений: костюм, головные украшения // Археология Евразийских степей. 2019а. № 1. С. 83-98.
10. Жилина Н.В. Волжская Булгария / Восток; Древняя Русь / Византия. Сравнительная характеристика убора из украшений: шейно-нагрудный ярус, украшения рук // Археология евразийских степей. 2019б. № 1. С. 99-117.
11. Жилина Н.В. Реконструкции убора из украшений для периода ранней истории Волжской Булгарии // Археология Евразийских степей. 2019в. № 6. С. 223-239.
12. Измайлов И.Л. Традиционная одежда и археологический костюм: соотношение этнических и сословно-статусных элементов // Археология Евразийских степей. 2019. № 1. С. 199-216.
13. Оборин В.А. Коми-пермяки // Финно-угры Поволжья и Приуралья в средние века / Отв. ред.: М.Г. Иванова. Ижевск: УИИЯЛ УрО РАН, 1999. С. 255-298.
14. Руденко К.А. Булгарское золото: филигранные височные подвески. Древности Биляра. Т. I. Казань: Заман, 2011. 256 с.
15. Руденко К.А. Булгарское серебро. Древности Биляра. Т. II. Казань: Заман, 2015. 528 с.
16. Руденко К.А. Плетеные гривны с подвесками-лунницами из Волжской Булгарии: дизайн, атрибуция // Труды Камской археолого-этнографической экспедиции. Вып. XIV / Ред. Н.Б. Крыласова. Пермь: ПГПУ, 2018. С. 205-219.
17. Рябцева С. С. Древнерусский ювелирный убор: Основные тенденции формирования. СПб.: Нестор-История, 2005. 384 с.
18. Савельева С.А. Ыджыдъёльский могильник. Сыктывкар: Коми научный центр УрО РАН. 2014. 120 с.
19. Савельева Э.А., Истомина Т.В., Королев К.С. Пермь вычегодская // Финно-угры Поволжья и Приуралья в средние века / Отв. ред. М.Г. Иванова. Ижевск: УИИЯЛ УрО РАН, 1999. С. 299-349.
20. Седова М.В. Ювелирные изделия древнего Новгорода (X-XV вв.). М.: Наука, 1981. 196 с.
21. Яценко С.А. Костюм древней Евразии: ираноязычные народы. М.: Российский гос. гуманитарный ун-т; Восточная Литература, 2006. 664 с.
22. Jenkins M., Keene M. Islamic Jewelry in the Metropolitan Museum of Art. New York: Metropolitan Museum of Art, 1982. 160 p.
23. Zhilina N. 2016. Attire of adornments: the main historical stages: natural, heavy-metal, jewelry, the accessory // 22nd Annual Meeting of the EAA. 31st August - 4th September 2016. Vilnius.: Saulius Jokuzys Publishing Printing House. Ed. A. Zilinskaite. P. 87.
Информация об авторе:
Жилина Наталья Викторовна, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник, Институт археологии РАН (г. Москва, Россия); nvzhilina@yandex.ru
VOLGA BULGARIA AND OLD RUS'. COMPARATIVE CHARACTERISTICS OF ATTIRE OF ADORNMENTS IN RECONSTRUCTIONS OF THE 11th - 13th CENTURIES
N.V. Zhilina
On the base of typical hypothetical reconstructions according to the stages of the development of the attire upon archaeological material the comparative history of attires of two states is restored. At the end of the 11th - in the beginning of the 12th century and later, the features of heavy metal attire were preserved, in Volga Bulgaria - of Finno-Ugric and nomadic, in Old Rus' - mainly of Slavic one. At the end of the 11th - the first half of the 12th century noisy attires of different designs were formed. In the first half - the middle of the 12th century filigree, niello, openwork weaving were combined in Bulgarian jewelry. Adornments were complemented with bead pendants of new shapes. In Rus', enamel attire of the sacred-ascetic style created innovations, the niello one was distinguished with a variety of ornamentation (wide bracelets), the filigree retained Slavic traditions. At the end of the 12th -the first third of the 13th century the best jewelry was created. In Bulgaria the temporal rings were complemented by a miniature filigree sculpture, necklaces and chains with pendants presented. Original filigree bracelets with oval endings were famous. In Rus', enamel and black attires were made in exaggerated and lush styles; luxurious frames of jewelry with filigree technique were used. Filigree attire changed constructively, moving away from folk traditions. In Bulgarian attire the traditions of local and eastern jewelry combined; in Russian attire - of local and Byzantine jewelry.
Keywords: archaeology, attire, adornments, reconstructions, filigree, niello, enamel, openwork, weaving.
REFERENCES
1. Belorybkin, G. N. 2001. Zolotarevskoeposelenie (ZolotarevkaSettlement). Penza: Penza State Pedagogical University (in Russian).
2. Gushchin, A. S. 1936. Pamyatniki khudozhestvennogo remesla Drevnei Rusi X-XIII vv. (Monuments of the Artistic Craft of Ancient Rus of the 1ffh-13'h Centuries.) Moscow; Leningrad: "Gosudarstvennoe sotsial'no-ekonomicheskoe izdatel'stvo" (in Russian).
3. Elkina, I. I. 2003. In Bessonov, V. A. (ed.). Voprosy arkheologii, istorii, kul'tury i prirody Verkhnego Pooch'ia. (Issues of Archaeology, History, Culture and Nature of the Upper Oka Region). Kaluga: "Grif' Publ., 34-41 (in Russian).
4. Zhilina, N. V. 2001. In Stanyukovich, A. K. (ed.). Zvenigorodskaiazemlia. Istoriia, arkheologiia, kraevedenie (Zvenigorod Land. History, Archaeology, Local Lore). Zvenigorod: Zvenigorod Historical, Architectural and Art Museum, 29-38 (in Russian).
5. Zhilina, N. V. 2002. In Rodina (Rodina) 11-12. 160-165 (in Russian).
6. Zhilina, N. V. 2012. Zern' i skan' Drevnei Rusi (Granulation and filigree in Ancient Rus) (ElectronicResource, CD-ROM). Moscow: Institute ofArcheology of RAS, "Informregistr", no. 28188 (in Russian).
7. Zhilina, N. V. 2014. Drevnerusskie klady IX-XIII vv. Klassifikatsiia, stilistika i khronologiia ukrashenii (Old Russian Hoards of 9'h-13'h Centuries. Classification, Stylistics and Chonology of Adornments). Moscow: "URSS" Publ. (in Russian).
8. Zhilina, N. V. 2017. In Povolzhskaya arkheologiya (Volga River Region Archaeology) 20 (2), 127-156 (in Russian).
9. Zhilina, N. V. 2019. In Arkheologiia Evraziiskikh stepei (Archaeology of Eurasian Steppes) 1. 83-98 (in Russian).
10. Zhilina, N. V. 2019. In Arkheologiia Evraziiskikh stepei (Archaeology of Eurasian Steppes) 1. 99-117 (in Russian).
11. Zhilina, N. V. 2019. In Arkheologiia Evraziiskikh stepei (Archaeology of Eurasian Steppes) 6. 223-239 (in Russian).
12. Izmailov, I. L. 2019. In Arkheologiia Evraziiskikh stepei (Archaeology of Eurasian Steppes) 1. 199-216 (in Russian).
13. Oborin, V. A. 1999. In Ivanova, M. G. (ed.). Finno-ugryPovolzh'ia iPriural'ia v srednie veka (Finno-Ugric Peoples of the Volga and Ural Regions during Middle Ages). Izhevsk: Ural Branch of the Russian Academy of Sciences, Udmurtian Language, Literature and History Institute, 255-298 (in Russian).
14. Rudenko, K. A. 2011. Bulgarskoe zoloto: filigrannye visochnye podveski (Bulgarian Gold: Filigreed Temple Pendants). Series: Drevnosti Biliara (Antiquities of Biliar) I. Kazan: "Zaman" Publ. (in Russian).
15. Rudenko, K. A. 2015. Bulgarskoe serebro (Bulgarian Silver). Series: Drevnosti Biliara (Antiquities of Biliar) II. Kazan: "Zaman" Publ. (in Russian).
16. Rudenko, K. A. 2018. Krylasova, N. B. (ed.). Trudy Kamskoi arkheologo-etnograficheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Kama Archaeological and Ethnographical Expedition) 14 Perm: Perm State Humanitarian Pedagogical University, 205-219 (in Russian).
17. Riabtseva, S. S. 2005. Drevnerusskii iuvelirnyi ubor. Osnovnye tendentsii formirovaniia (Early Russian Jewelry Set. Main Development Trends). Saint Petersburg: "Nestor-Istoriia" Publ. (in Russian).
18. Savel'eva, S. A. 2014. Ydzhyd"el'skii mogil'nik (Ydzhydyel' cemetery). Syktyvkar: Komi Scientific Center, Ural Branch of the USSR Academy of Sciences (in Russian).
19. Savel'eva, E. A., Istomina, T. V., Korolev, K. S. 1999. In Ivanova, M. G. (ed.). Finno-ugry Povolzh'ia i Priural'ia v srednie veka (Finno-Ugric Peoples of the Volga and Ural Regions during the Middle Ages). Izhevsk: Ural Branch of the Russian Academy of Sciences, Udmurtian Language, Literature and History Institute, 299-349 (in Russian).
20. Sedova, M. V. 1981. Iuvelirnye izdeliia drevnego Novgoroda (X-XV vv.) (Jewelry of Old Novgorod (10h-15'h Centuries)). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).
21. Yatsenko, S. A. 2006. Kostium Drevnei Evrazii (iranoiazychnye narody) (Costume in Early Eurasia (Iranian-Speaking Peoples)). Moscow: Russian State University for the Humanities; "Vostochnaia Literatura" Publ. (in Russian).
22. Jenkins, M., Keene, M. 1982. Islamic Jewelry in the Metropolitan Museum of Art. New York: Metropolitan Museum of Art.
23. Zhilina, N. 2016. In Zilinskaite, A. (ed.). 22nd Annual Meeting of the EAA. 31st August -4th September 2016. Vilnius: Saulius Jokuzys Publishing Printing House, 87.
About the Author:
Zhilina Natalya V. Doctor of Historical Sciences. Institute of Archaeology of Russian Academy of Sciences. Dmitriya Ulyanova Str., 19, Moscow, 117292, Russian Federation; nvzhilina@yandex.ru
Статья принята в номер 01.12.2020 г.