4. Лескова К.А., Андреева О.О. Анализ финансового состояния организации: методические вопросы// Вестник науки. 2021. №4 (37). - С.86-91.
5. Минина Т.И., Кулешов Д.В. Проблемы автоматизации финансового анализа// Хроноэкономика. 2020. №7 (28). - С.178-183.
6. Черкасова В. А., Слепушенко Г. А. Влияние цифровизации бизнеса на финансовые показатели российских компаний// Финансы: теория и практика. 2021. №2. - С.56-61.
7. Храмченко А.А. Анализ бюджетного инвестирования./ А.А. Храмченко, Вакуленко А.А., Салова А.А./ Вестник Академии знаний. 2020. № 5 (40). С. 447-454.
8. Храмченко А.А. Оценка применения методики математического моделирования, как способ совершенствования эффективности управления организаций (на примере ООО "Группа компаний "РУСАГРО" /Храмченко А.А., Гогина А.Д., Савченко М.И.// Вестник Академии знаний. 2020. № 5 (40). С. 454-460.
References:
1. Vinogradov M.N., Vasiliev V.V. Analysis of the financial condition of the enterprise// Innovative science. 2021. No. 4. - pp.95-97.
2. Galimova M.P. Readiness of Russian enterprises for digital transformation: organizational drivers and barriers. USNTU Bulletin. Science, education, economics. Series: Economics. 2019;(1):27- 37.
3. Ivakhnushkina A.I., Anokhina L.V. Methodology and essence of financial condition analysis // In the collection: The Global Economy in the XXI century: the role of biotechnologies and digital technologies. Collection of scientific articles based on the results of the third round table with international participation. - 2020. - pp. 62-66.
4. Leskova K.A., Andreeva O.O. Analysis of the financial condition of the organization: methodological issues// Bulletin of Science. 2021. No.4 (37). - pp.86-91.
5. Minina T.I., Kuleshov D.V. Problems of automation of financial analysis// Chronoeconomics. 2020. No. 7 (28). - pp.178-183.
6. Cherkasova V. A., Slepushenko G. A. The impact of digitalization of business on the financial performance of Russian companies// Finance: theory and practice. 2021. No. 2. - pp.56-61.
7. Khramchenko A.A. Analysis of budget investment./ A.A. Khramchenko, Vakulenko A.A., Salova A.A. / Bulletin of the Academy of Knowledge. 2020. No. 5 (40). pp. 447-454.
8. Khramchenko A.A. Evaluation of the application of the methodology of mathematical modeling as a way to improve the efficiency of management of organizations (on the example of RUSAGRO Group of Companies LLC / Khramchenko A.A., Gogina A.D., Savchenko M.I.// Bulletin of the Academy of Knowledge. 2020. No. 5 (40), pp. 454-460.
EDN: BTKIHZ
О.В. Бондарская - к.э.н., доцент кафедры «Экономическая безопасность и качество», Тамбовский государственный технический университет, Тамбов, ovbtgtu@mail.ru,
O.V. Bondarskaya - Candidate of Economics, Associate Professor of the Department "Economic Security and Quality", Tambov State Technical University, Tambov.
ВЛИЯНИЕ ЦИФРОВОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ НА МЕЖРЕГИОНАЛЬНУЮ ПРОМЫШЛЕННУЮ КООПЕРАЦИЮ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ НАУКОЕМКОЙ ПРОДУКЦИИ THE IMPACT OF DIGITAL TRANSFORMATION ON INTERREGIONAL INDUSTRIAL COOPERATION IN THE PRODUCTION OF HIGH-TECH PRODUCTS
Аннотация. Целью статьи является анализ современных моделей цифровой среды, позволяющих создавать единое информационное пространство для всех заинтересованных сторон, вовлеченных в систему межрегиональной промышленной кооперации, в том числе, непосредственно принимающих участие в производстве наукоемкой продукции. К основным методам, использованным в исследовании, относятся табличный и графический, метод анализа и синтеза, сущностный анализ, переход от частного к общему, метод логических императивов. Элементы научной новизны содержатся в выявлении основных возможностей цифровой трансформации в масштабах межрегиональной промышленной кооперации. Обобщены мнения о текущем уровне и фактических намерениях руководителей промышленных предприятий о цифровой трансформации. На основании этого разработана ролевая модель для участников межрегиональной промышленной кооперации в процессе создания единой цифровой платформы, а также сформирована базовая структура единой цифровой платформы межрегиональной промышленной кооперации. В результате обобщения используемых хозяйствующими субъектами моделей цифрового поведения сделан вывод о целесообразности формирования единого информационного пространства для всех заинтересованных сторон. Показаны основные возможности применения современных стандартов цифровой поддержки бизнеса на примере передовых российских компаний, внедряющих инструменты цифровизации бизнеса для своих потребителей. Сделан вывод о том, что предприятия, занимающиеся производством наукоемкой продукции, должны соответствовать современным стандартам ведения хозяйственной деятельности, в том числе, в сфере использования цифровых инструментов.
Abstract. The purpose of the article is to analyze modern models of the digital environment that allow creating a single information space for all stakeholders involved in the system of interregional industrial cooperation, including those directly involved in the production of high-tech products. The main methods used in the study include tabular and graphical, the method of analysis and synthesis, essential analysis, the transition from the particular to the general, the method of logical imperatives. The elements of scientific novelty are contained in the identification of the main possibilities of digital transformation on the scale of interregional industrial cooperation. The opinions on the current level and actual intentions of the heads of industrial enterprises on digital transformation are summarized. Based on this, a role model has been developed for participants of interregional industrial cooperation in the process of creating a single digital platform, and the basic structure of a single interregional digital platform has been formed.
Ключевые слова: промышленная кооперация, цифровая платформа, цифровое решение, цифровая роль, готовность к цифровизации.
Keywords: industrial cooperation, digital platform, digital solution, digital role, readiness for digitalization.
Вступление. Как показывают результаты анализа готовности отечественных хозяйствующих субъектов к цифровой трансформации [1, 2], большинство руководителей хозяйствующих субъектов, участвующих или имеющих желание участвовать в межрегиональной промышленной кооперации, имеют базовое представление о современных информационных технологиях, таких как искусственный интеллект, машинное обучение, большие данные, Интернет вещей и цифровая трансформация [3]. Тем не менее, очень часто данные понятия трактуются по-разному, в зависимости от уровня развития бизнеса, вовлеченности в инновационный процесс конкретного предприятия, а также от его инвестиционных возможностей.
Таким образом, решение вопроса о проведении цифровой трансформации и создании цифровой платформы для управления межрегиональной промышленной кооперацией является лишь вопросом времени [4]. Вместе с тем, использование передовых инструментов организации кооперационной системы в процессе производства наукоемкой продукции и построения цифровой бизнес-модели для повышения качества взаимодействия участников является, по моему мнению, одной из самых критически важных компетенций в современных условиях широкого распространения цифровых технологий при наличии мощных информационных систем, сетей и вычислительных возможностей.
По мнению специалистов [5], основной движущей силой цифровой трансформации является желание и опыт самого предприятия или группы предприятий по внедрению современных инструментов организации управления совместной производственной и инновационной деятельностью. Современная цифровая платформа и построенная в ее рамках модель управления кооперационным взаимодействием эффективно действует только при наличии у участников соответствующих навыков. Поэтому для создания работоспособной цифровой платформы необходимо использовать только подходящие для решения поставленных задач цифровые инструменты.
Основное преимущество, которое дает единая цифровая платформа межрегиональной промышленной кооперации, - это прямой доступ к участникам кооперационной системы, поставщикам, потребителям и сведениям о состоянии внешней среды. Любое коммерческое предложение, инновационная идея, сервисная или дополнительная производственная информация направляются прямо необходимому адресату, который сразу получает те сведения, которые отражают возможности решения стоящей перед ним задачи [6]. Важными преимуществами единой цифровой платформы в таких динамических организационных структурах как межрегиональная промышленная кооперация являются: легкость создания цифровых сервисов, низкие затраты на дублирование, тиражирование и масштабирование, доступность автоматизации для любого участника, а также регулирование доступа для всех заинтересованных сторон [7]. То есть, предельные затраты развития цифровой платформы имеют малый размер, что позволяет подключать к платформе новых пользователей и участников без больших дополнительных расходов [8].
Ключевые функциональные блоки межрегиональной промышленной кооперации и примеры использования готовых цифровых решений рассмотрены в таблице 1.
Таблица 1 - Возможности цифровой трансформации в масштабах межрегиональной промышленной кооперации
Функция Возможности Примеры
Маркетинг и продажи Возможность для пользователей взаимодействия между собой, с информированием о промежуточных результатах производственной и инновационной деятельности Привлечение покупателей через прямые контакты, сетевую рекламу и продвижение в косвенных каналах маркетинговых коммуникаций Социальные сети, профессиональные группы, закрытые чаты в мессенджерах Профессиональные социальные платформы, онлайн конференции, системы дистанционного общения в группах
Обмен данными Раздельный доступ к данным Сервисы облачного хранения и распределенной аналитической обработки данных Нейронные сети Инструменты защиты, дублирования, оцифровки Интернет вещей Облачные сервисы и удаленные сервера Скоринговые системы, распределенные базы данных
Технологии и инновации Использование современного программного и аппаратного обеспечения Создание собственных решений и разработок на основе имеющихся готовых продуктов Корпоративные информационные системы с открытым интерфейсом Блокчейн Локальные информационные платформы
Распределенные услуги Формирование единого пространства спроса и предложения на совместно потребляемые услуги Создание корпоративного маркетплейса Известные продуктовые и универсальные маркетплейсы Социальные платформы с возможностью заказа и оплаты товаров и услуг Экосистемы крупных банковских корпораций
Совместная обработка документов Организация инновационного и производственного процессов с вовлечением всех участников межрегиональной промышленной кооперации Системы распределенного группового редактирования документов Системы электронного документооборота
Модель организации цифровой платформы в масштабах межрегиональной промышленной кооперации при производстве наукоемкой продукции должна обладать несколькими важными свойствами. Эти свойства позволяют отличить реальную цифровую платформу от цифровых дополнений к традиционному бизнесу, например, мобильное приложение с описанием основного продукта, чат-бот для решения оперативных проблем со службой поддержки, универсальный настраиваемый интерфейс для получения пользовательских преимуществ. Очевидно, что особенности конкретного продукта или условия межрегиональной промышленной кооперации накладывают технологические, социальные, экономические и нормативные ограничения на использование цифровых технологий и создание полнофункциональной цифровой платформы. Тем не менее, за период, начиная с 2018 г., в целом сложилась система критериев, по которым реальная цифровая платформа отличается от фрагментарной циф-ровизации бизнеса:
1. Основная потребительская ценность создается с помощью цифровых технологий. Данная ситуация возникает, когда ценностное наполнение предлагаемой наукоемкой продукции основано исключительно на цифровых технологиях. Это является важным критерием полнофункциональной цифровой платформы [9]. Например, современные бизнесы, основанные на использовании цифровых технологий при проектировании социальных связей для осуществления деловых контактов, оплаты услуг и продуктов, такие как WeChat, Amazon, Alibaba отвечают данному критерию практически в полной мере.
2. Цифровая бизнес-модель только внедряется в определенных продуктовых и географических границах рынка [10]. Очень часто многие предприятия, конкурирующие на конкретном рынке, используют цифровые возможности для дополнения к своим продуктам, поэтому настоящим лидером цифро-визации является тот участник рынка, который предоставит потребителю полный цифровой сервис при выборе, заказе и оплате продукта.
3. Привлечение и распространение цифровых потребителей. Данный критерий наличия цифровой платформы позволяет выделить те предприятия, которые начали формировать полностью цифровых потребителей, использующих в процессе взаимодействия с поставщиком только цифровые каналы коммуникаций. В течение нескольких последних лет подобные попытки осуществляет Сбер [11], Ozon, а также некоторые ритейлеры.
4. Уникальное торговое предложение создается в цифровом виде. Этот признак означает, что предприятие готово предоставить потребителю возможность формировать свой заказ, оплачивать его и использовать дополнительные потребительские преимущества только на основании системы цифрового взаимодействия, поскольку ценность для клиента может быть создана в цифровом виде, а также мо-нетизирована предприятием.
Результаты исследования компании McKinsey [12] свидетельствуют, что в последнее время многие крупные промышленные предприятия используют для управления производственной кооперацией цифровые платформы. Причем намерения по внедрению подобных систем высказали всего в два раза меньше промышленных предприятий, чем предприятия, которые давно и традиционно занимаются бизнесом в сфере информационных технологий (рисунок1). Специалисты McKinsey обнаружили, что в странах с развитой экономикой единая цифровая платформа используется на 75 % предприятий в некоторых сферах деятельности, изначально обладающих высокой цифровой зрелостью [12]. Между тем на рынках с более низкой цифровой зрелостью ситуация отличается. Например, в таких видах деятельности как фармацевтика и здравоохранение - всего 55 %, в сфере розничных банковских услуг - 95 %. Однако сектор промышленной кооперации (бизнес-бизнес) имеет долю присутствия платформ в размере 65 %, тогда как сектора, ориентированные на конечного потребителя (бизнес-потребитель), используют такие платформы более активно (85 % компаний).
/ ^^^^^^^ ^i^iitillii'ila О Уже имеют цифровую
/ ^^^ ^ШШПайШа платформу
/ / mill'li" П □ Неполную! платформы греп.х
\ \ J I ш Не собираются широко мелрить
\ \ / / цифровые платформы
Обычные компании Цифровые компании
Рисунок 1 - Анализ уровня и намерений цифровой трансформации предприятий различного профиля деятельности (Источник: The right digital-platform strategy [Электронный]. // URL: https://www.mckinsey.com/business-functions/mckinsey-
digital/our-insights/the-right-digital-platform-strategy)
Важно отметить, что Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации, начиная с 2017 г., активно внедряет политику цифровой трансформации в различных сферах и видах экономической деятельности [13]. Например, разрабатываются стратегии цифровой трансформации отдельных регионов, государственных компаний и секторов национальной экономики. Однако сложившаяся практика свидетельствует о том, что в промышленной и инновационной сферах данное направление еще не получило широкого распространения.
Например, в стратегии в области цифровой трансформации Тамбовской области [14] сфере промышленности уделен всего лишь один пункт, который сформулирован как «Достижение «цифровой зрелости» ключевых отраслей», что существенно снижает роль такой заинтересованной стороны как «органы власти» в реализации современной концепции развития экономики региона. Поэтому я предлагаю рассмотреть несколько важных вопросов по методике создания цифровой платформы не только для предприятий, входящих в межрегиональную промышленную кооперацию, но и для всех заинтересованных сторон.
Методы и материалы. В процессе исследования использовались сведения о результатах исследования крупных консалтинговых компаний о направлениях и результатах деятельности предприятий различных стран по цифровой трансформации хозяйственных операций. В процессе оценки уровня цифровой зрелости использован метод социологического опроса, позволяющий обобщить мнения респондентов о конкретном явлении в экономической среде на уровне региона.
Для подготовки рекомендаций и разработки конкретных предложений использовался метод организационного моделирования, позволяющий формировать связи между отдельными блоками элементов и фиксировать направления экономических отношений в реальной хозяйственной среде. Также использовались методы анализа и синтеза, логических обобщений, индукции и дедукции.
Результаты. Мной был проведен опрос предприятий Тамбовской области относительно текущего уровня и намерений цифровой трансформации в ближайшем будущем. В опросе приняли участие представители крупного и среднего бизнеса, осуществляющие деятельность в сфере производства наукоемкой продукции. Результаты опроса представлены на рисунке 2.
Из рисунка 2 можно сделать вывод, что общий уровень цифровой зрелости предприятий еще недостаточен. Данная ситуация является причиной общего снижения конкурентоспособности промышленности, тем не менее, важным является тот факт, что доля предприятий, использующих собственную цифровую платформу, незначительно выросла за последние два года. Однако, негативная тенденция наблюдается среди тех предприятий, которые не используют цифровые платформы и не готовы их внедрить.
Рисунок 2 - Результаты опроса об уровне цифровой зрелости предприятий, выпускающих наукоемкую продукцию, в Тамбовской области
Очевидно, что предприятия российской промышленности через некоторое время осознают целесообразность внедрения инструментов цифровой трансформации. По моему мнению, в современных условиях существует несколько объективных предпосылок, по которым данный процесс затягивается:
1) режим санкций позволил российским производителям получить некоторые конкурентные преимущества на внутреннем рынке в связи с реализацией государственной политики импортозамеще-ния, что сократило коммерческие риски, повысило общую рентабельность и снизило цену управленческих ошибок;
2) многие промышленные предприятия, занимающиеся производством наукоемкой продукции,
действуют в сфере государственного оборонного заказа, либо используют технологии двойного назначения, поэтому без наличия отечественных информационных решений, прошедших соответствующую сертификацию, их цифровая трансформация невозможна;
3) формирование маркетинга на основе централизованных заказов и долгосрочных договоров на поставку без необходимости получения оперативного доступа к конечному потребителю, либо наличие устойчивых долгосрочных связей с крупными оптовыми заказчиками предполагает особый порядок заключения соглашений, требующий оффлайн действий.
То есть, в современных условиях еще не сложились объективные предпосылки для повышения инвестиционной активности в сфере цифровой трансформации. Тем не менее, как указывают специалисты, сама по себе цифровая трансформация и внедрение цифровых технологий в процесс управления межрегиональной промышленной кооперацией при производстве наукоемкой продукции дает своим пользователям несколько важных преимуществ [15]:
1. Ускорение внедрения технологий. Предприятия могут внедрять новые технологии способами, которые ранее были слишком сложными и неуправляемыми, что позволяет им в полной мере использовать преимущества облачных сервисов и распространенного подхода «Software as a Service (SaaS)» [16].
2. Создание новых источников дохода. Интеграция платформы создает новые потоки доходов и позволяет предприятиям, вовлеченным в кооперацию, отслеживать и анализировать широкий спектр данных, которые проходят через все функциональные области деятельности. Предприятия могут использовать эти данные для создания новых технологий, продуктов и услуг с повышенной ценностью для конечного потребителя.
3. Снижение затрат за счет улучшения процессов управления совместной деятельностью. Цифровая трансформация и создание цифровой платформы улучшают эффективность рабочего процесса и рабочие отношения с клиентами и партнерами. Автоматизированные процессы обработки данных и повышение эффективности в масштабах всей кооперационной системы также сокращают текущие расходы.
В начале анализа необходимо выделить типовые модели цифровых платформ, которые получили наибольшее распространение в современных хозяйственных отношениях. Специалисты выделяют следующие разновидности цифровых платформ [17]:
1. Бесплатная модель (модель, поддерживаемая рекламой), которая используется крупными Интернет-компаниями. Идея, лежащая в основе этой бизнес-модели, состоит в том, чтобы предложить услугу бесплатно, и тогда пользователь становится продуктом, который продается. В случае -Hndex, Mail.Ru, Google или Facebook каждый пользователь, пользующийся информационными услугами этих компаний, предоставляет им ценную информацию о себе. Имея эти данные, можно легко отображать рекламу, место для которой участники других рынков могут покупать, нацеливая свою информацию на пользователей с конкретными свойствами.
2. Модель Freemium является одной из наиболее часто встречающихся цифровых бизнес-моделей, особенно в мире программного обеспечения. Пользователи получают бесплатный доступ к базовой версии (Free) продукта, которая в большинстве случаев имеет некоторые ограничения. Если пользователь хочет использовать больше функций или ресурсов, у него есть возможность перейти на платную версию (Премиум). Наибольшее распространение данная модель получила в развлекательных сервисах. Например, Kion, Start.tv, где каждый пользователь может использовать услугу бесплатно (и получать рекламу), но, если нужно больше функций и более высокое качество, нужно платить ежемесячную подписку.
3. Модель по запросу, которая похожа на «доступ с превышением права собственности». В этом случае это не физический продукт, которым владеет потребитель, а виртуальный продукт или услуга. По запросу работает, например, книга или видео через интернет-сервисы, где потребитель получает право использовать контент в течение определенного периода времени (Consultant Plus, Amazon, Триколор, НТВ-плюс и т.п.). Данная модель «по запросу» в GIG-экономике. Например, когда потребитель заказывает консультационные услуги, с него автоматически взимается плата в зависимости от того, как долго ему нужна помощь (медицинские сервисы).
4. Модель электронной торговли, когда физические товары продаются через интернет-магазин, то есть используется бизнес-модель прямой электронной коммерции. На сегодняшний день это самая известная бизнес-модель в Интернете, и сегодня в Интернете можно купить практически все в режиме онлайн [18]. В отличие от рыночной модели, которой в настоящее время пользуются многие Интернет-поставщики, чистые модели электронной коммерции основаны на одностороннем подходе к продажам, когда конкретная компания продает неограниченному количеству потребителей продукцию собственного производства.
5. Модель торговой площадки (одноранговая, двусторонняя торговая площадка) обозначает подход, который получил название «маркетплейс», то есть описывает виртуальную биржу, на которой количество продавцов и покупателей заранее не ограничено. Участники площадки используют стороннюю платформу для купли-продажи товаров и услуг. Эта торговая площадка может включать в себя услуги (Авито), а также продукты (Озон). Самая большая проблема этой бизнес-модели - ее сложность и постоянный динамизм [19]. Если на площадке нет продавцов, она не сможет привлечь покупателей. Если покупатель не найдет продавца, он уйдет на другую платформу. Таким образом, двусторонняя платформа должна тщательно и одновременно формировать спрос и предложение, чтобы привлекать обе стороны рыночных отношений.
6. Модель экосистемы одна из самых сложных, но также и самых мощных цифровых бизнес-моделей на данный момент. Передовые организаторы экосистем, такие как Сбер, WeChat, Amazon, Alibaba, Google и многие другие, используют для клиентов различные сервисы на разных платформах, взаимосвязанных между собой. Обладая знаниями и данными, они могут затем продавать существующих клиентов и привлекать новых из-за эффекта «привязки к поставщику», создаваемого их экосистемами. Если оценить, какие сервисы экосистемы использует стандартный потребитель, то можно легко понять, насколько сложно ему будет покинуть эту цифровую экосистему. Данный эффект добровольной блокировки потребителя является важным фактором будущих доходов экосистемы. Причем, не обязательно быть организатором экосистемы, достаточно быть пользователем экосистемы или поставлять в нее сервисные модули. Самым передовым примером модульного провайдера является WeChat, который внутри своей экосистемы обеспечивает идентификацию, поиск продуктов, беспрепятственную оплату для множества маркетплейсов, интернет-торговли с использованием валют и собственных платежных средств.
7. Модель чрезмерного доступа (или модель совместного использования) описывает подход, который позволяет потребителю оплачивать продукт, услугу или предложение в течение определенного периода времени, фактически не владея ими. Например, аренду автомобиля (Каршеринг), аренду квартиры (например, Airbnb) или даже промышленного оборудования. Данная модель стала самой разрушительной бизнес-моделью из-за последствий, которые она имела для собственности и получаемых от ее продажи доходов. Например, автомобиль внезапно может стать источником периодического дохода, а не просто быть причиной затрат.
8. Модель опыта позволяет добавлять «опыт» к продуктам, который был бы невозможен без цифровых технологий. Одним из примеров реализации данной модели является Tesla, которая привнесла совершенно новый цифровой опыт в автомобильную промышленность, добавив цифровые сервисы и даже цифровую экосистему в свои автомобили, что в сложившихся условиях конкуренции является основным двигателем их продукции. Другим примером реализации данного подхода к модели взаимодействия является объединение различных впечатлений для создания новой экосистемы, ориентированной на клиента.
9. Модель подписки предполагает периодическую оплату за пользование цифровыми сервисами высокого уровня. Например, Office 365 является хорошим примером классической модели подписки. Здесь пользователь периодически получает доступ, обновления, услуги и т. д. Модель подписки обычно используется для различного контента, программного обеспечения и членства.
10. Модель с открытым исходным кодом предполагает, что есть базовый продукт, доступный для использования без предварительной оплаты. Пользователи могут предлагать изменения и усовершенствования продукта, улучшая его потребительские свойства самостоятельно. То есть, поскольку это бесплатно и много людей вносят свой вклад, продукт быстро распространяется и, как правило, также получает много ресурсов для улучшения программного обеспечения. Данная модель генерирует гонорары и партнерские отношения с поисковыми системами. Сам по себе открытый исходный код не обязательно является бизнес-моделью, поскольку не позволяет использовать программное обеспечение для монетизации, однако является маркетинговым инструментом для продвижения дополнительных или сопутствующих сервисов. Например, Red Hat бесплатно распространяет Linux-Distribution, а затем зарабатывает деньги на обучении, предоставлении услуг и размещении программного обеспечения.
11. Модель скрытого получения доходов основана на том, что способ получения дохода не всегда виден потребителю с первого взгляда. Благодаря сбору и анализу данных возможны и другие потоки создания ценности. Например, браузер с открытым исходным кодом может получать доходы от лицензионных отчислений за включение различных поисковых систем, надстроек или дополнений. То есть, за открытыми платформами или бесплатными для потребителя цифровыми сервисами, как правило, стоят скрытые модели монетизации.
Обсуждение. Рассмотренные модели цифровых платформ можно использовать для построения единой цифровой платформы межрегиональной промышленной кооперации. По моему мнению, наиболее применимыми моделями является сочетание модели торговой площадки, например, для приобретения различных продуктов и услуг, в том числе, по модели субконтракта, модель с открытым исходным кодом, в частности, для совместной разработки образцов наукоемкой продукции, а также модель опыта, которая может использоваться для наделения опытного или промышленного образца продукции новыми потребительскими свойствами или физическими параметрами.
Решение задачи по созданию цифровой платформы межрегионального промышленного взаимодействия требует распределения ролей между участниками [20]. Это позволяет не только создать унифицированную модель данных, но и четко распределить ответственность, ресурсы и полномочия и сформировать такой вариант платформы, который является наиболее удовлетворительным для всех заинтересованных сторон. В частности, мы предлагаем следующую модель распределения ролей при создании цифровой платформы (рисунок 3).
Профессиональные группы компетенций
Внешние образовательные и исследовательские субъекты
Производители программного и аппаратного обеспечения
-е-
Заказчик и организатор межрегиональной промышленной кооперации
Информационный интегратор
Добровольный участник
11осители
п латфор мы *
Подрядчики и исполнители
Условные обозначения: —— информационные сервисы —— информационные продукты —> - информационная логистика
Рисунок 3 - Роли участников межрегиональной промышленной кооперации в создании единой цифровой платформы
В результате проведения цифровой трансформации единая цифровая платформа позволяет участникам межрегиональной промышленной кооперации приобрести или существенно улучшить ряд своих свойств в сфере информационных компетенций. Все эти свойства являются результатом унификации данных и создания единого пространства обработки информации самого разного характера. Наиболее важными индивидуальными свойствами предприятий, которые улучшаются при использовании единой цифровой платформы, являются:
1. Уровень ориентации на потребителя информации. Использование цифровой платформы существенно сокращает путь информации между различными группами ее потребителей. Цепочка создания ценности полностью трансформируется в цифровой формат, позволяя постепенно улучшать свойства наукоемкой продукции за счет подрядчиков и исполнителей, а также добровольных участников, высказывающих свои пожелания по свойствам самой продукции. Использование возможностей маркетплейса позволяет выбрать наилучшего из имеющихся исполнителя по высказанной идее или предложению.
2. Масштабы и интенсивность сбора и обработки данных. Одним из основных преимуществ использования цифровой экосистемы является возможность сбора широкого спектра дополнительной информации о процессах, клиентах, транзакциях и многом другом. Это делает данные одним из ключевых факторов для каждой цифровой экосистемы. Чем больше производитель может знать о потребностях рынка, тем более полно он сможет учесть эти требования в инновационном и производственном процессе при разработке потребительских и физических свойств продукта и внедрении прикладных технологий его производства.
3. Автоматизация. Благодаря большому количеству данных и знаний, которые цифровая экосистема собирает от всех заинтересованных сторон и добровольных участников, улучшается понимание формата и задач кооперации [21]. Автоматизация является одним из ключевых элементов снижения цен, повышения удовлетворенности клиентов, а также предложения новых услуг / продуктов и роста интенсивности совокупного потока создания ценности.
4. Информационный охват. В условиях международной конкуренции необходимо иметь глобальное информационное присутствие своего продукта. Цифровые экосистемы существуют для мас-
штабирования, и, ограничивая их в основном странами или регионами, предприятие никогда не получит преимуществ от использования цифровой платформы. Это означает, что цифровые экосистемы также должны быть построены, чтобы сделать возможным сотрудничество между предприятиями разных регионов, стран, континентов и даже языков. Часто требуется устранить культурные барьеры.
5. Динамичность. Из-за масштабов цифровых экосистем также стоит отметить, что мышление участников межрегиональной промышленной кооперации и других заинтересованных сторон должно быть очень динамичным. Экосистема должна быстро адаптироваться и быстро реагировать на меняющуюся рыночную ситуацию, в противном случае потребители будет уходить к другим поставщикам лишь за счет смены цифровой платформы. В основе каждого решения должны лежать бизнес-аналитика, быстрая обработка информации, а также использование новых технологий и бизнес-моделей.
Блок детального анализа отдельных проектов
Модуль сводного анализа программы
Блок выявления отклонений по отдельным проектам: сбор информации по событиям проектов, которые приводят к суще ств енным отклонениям программы от плана
Блок выявления отклонений по программе: сводная информация об отклонениях в событиях реализации производственной и инновационной программы
Блок сводных данных: анализ и планирование производственной и инновационной программы
Выборка необходимой сводной (агрегированной) информации по отдельным проектам
Формирование сводной информации по программе
Агрегирование информации по программе кооперации
Агрегирование информации по отдельным проектам
Хранилшце данных по отдельным проектам
Инновационный и патентный попек Бизнес-план реализации проекта Оценка ресурсов для проекта Информация о ходе реализации проекта
Ввод данных об отдельных проектах
Блок разработки п управления отдельными проектами кооперации
Рисунок 4 - Структура единой цифровой платформы межрегиональной промышленной кооперации
На рисунке 4 представлена предварительная модель элемента информационной платформы, предназначенная для повышения качества информационного взаимодействия участников межрегиональной промышленной кооперации. По моему мнению, основным блоками данного элемента должны стать следующие блоки (рисунок 4):
1) блок сводных данных по всем направления производственной и инновационной деятельности участников кооперации;
2) блок выявления отклонений по программе кооперации, в том числе, в части разработки, внедрения и изготовления опытных образцов наукоемкой продукции;
3) блок выявления отклонений по отдельным проектам, осуществляемым участниками межрегиональной промышленной кооперации;
4) блок детального анализа отдельных проектов, реализуемых участниками индивидуально или совместно в кооперационной системе;
5) блок разработки и управления отдельными проектами кооперации.
Заключение. Таким образом, реализация единой цифровой платформы в масштабах межрегиональной промышленной кооперации при производстве наукоемкой продукции позволяет всем заинтересованным сторонам участвовать в процессе создания единого инновационного продукта на основании участия в обмене техническими сведениями и предоставления доступа к определенным ресурсам совместно используемой информационной системы.
Участники межрегиональной промышленной кооперации могут выбрать такой тип цифровой платформы, который соответствует характеру производственных связей между ними, а также отражает основные задачи производства наукоемкой продукции. Наиболее приемлемой в российских условиях является модель, сочетающая модель торговой площадки, например, для приобретения различных продуктов и услуг, в том числе, на условиях субконтракта, модель с открытым исходным кодом, в частности, для совместной разработки образцов наукоемкой продукции, а также модель опыта,
которая может использоваться для наделения опытного или промышленного образца продукции новыми потребительскими свойствами или физическими параметрами.
Органы власти вовлеченных регионов получают возможность на практике реализовать задачи по цифровой трансформации экономики. Отдельные участники получают доступ к системе заказов и распределения ресурсов. Добровольные участники получают возможность улучшить продукт как с точки зрения производства, так и с точки зрения потребителя. Использование информационных возможностей позволяет органам власти активизировать привлечение ресурсов в регионы, так как у них есть доступ к объективной информации о функционировании основных производственных секторов промышленности.
То есть, цифровая платформа создает условия для вовлечения в кооперацию любых участников, которые могут принести пользу себе и другим предприятиям. Рациональное распределение ресурсов становится важным условием повышения эффективности, а преимущества доступа к информации определяют привлекательность конкретной кооперационной системы для потенциальных участников. Однако важную роль в реализации мероприятий по цифровой трансформации играет обоснованный выбор решений и инструментов, используемых различными участниками.
Источники:
1. Панфилова, Е.Е. Анализ готовности промышленных предприятий к цифровой трансформации бизнеса / Е.Е. Панфилова // Московский экономический журнал. - 2019. - №10. - с. 98. - DOI 10.24411/2413-046X-2019-10086.
2. Пять мифов об ИТ-управлении: как ускорить цифровую трансформацию бизнеса [Электронный] // URL: https://pro.rbc.ru/news/619fc0859a7947b3e6717c54
3. Hulst R., van Montfort A., (2007) Inter-Municipal Cooperation in Europe. ISBN: 978-1-4020-5379-5, https://doi.org/10.1007/1-4020-5379-7.
4. Matt, C.; Hess, T.; Benlian, A. (2015): Digital Transformation Strategies, Business and In-formation Systems Engineering, 57(5), 339-343, http://link.springer.com/article/10.1007/s12599-015-0401-5.
5. Talin B. 11 Digital Business Models You Should Know Incl. Examples [Электронный] // URL: https://morethandigital.info/en/11-digital-business-models-you-should-know-incl-examples/
6. 7 Tenets of an Effective Digital Transformation Strategy [Электронный] // URL: https://www.ptc.com/en/blogs/corporate/digital-transformation-strategy
7. Камнева В.В. Цифровая экономика, цифровизация и цифровая трансформация // Скиф. - 2020. - .№2(42). - с. 377-381.
8. Manny, L., Duygan, M., Fischer, M. et al. Barriers to the digital transformation of infrastructure sectors. Policy Sci 54, 943-983 (2021). https://doi.org/10.1007/s11077-021 -09438-y.
9. Акбердина В.В., Пьянкова С.Г. Методологические аспекты цифровой трансформации промышленности // Научные труды Вольного экономического общества России. - 2021. - №1. - с. 292-313.
10. Бахолдина Е.А. Цифровая трансформация промышленности с помощью Интернет-технологий / Е.А. Бахолдина, Н.С. Каретников, И.В. Ташник, Д.А. Флоря, Ю.А. Савинов // Российский внешнеэкономический вестник. - 2018. - №9. - с. 111-121.
11. Экосистема, созданная под эгидой Сбербанка России https://www.sber.ru/.
12. The right digital-platform strategy [Электронный]. // URL: https://www.mckinsey.com/business-functions/mckinsey-digital/our-insights/the-right-digital-platform-strategy
13. Иванченко, А.В. Цифровая трансформация Российской промышленности: роль государственной политики / А. В. Иванченко // Вестник Забайкальского государственного университета. - 2019. - Т.25. - №10. - с. 131-140. - DOI 10.21209/2227-9245-2019-2510-131-140.
14. Стратегия в области цифровой трансформации отраслей экономики, социальной сферы и государственного управления Тамбовской области [Электронный]. // URL: https://digital.gov.ru/uploaded/files/d45494681.pdf
15. Digital ecosystem [Электронный] // URL: https://searchcio.techtarget.com/definition/digital-ecosystem
16. Giest, S. (2017). Big data for policymaking: Fad or fasttrack? Policy Sciences, 50(3), 367-382. https://doi.org/10.1007/s11077-017-9293-1.
17. What Is A Digital Ecosystem? - Understanding The Most Profitable Business Model [Электронный] // URL: https://morethandigital.info/ en/what-is-a-digital-ecosystem-understanding-the-most-profitable-business-model/
18. Lubell, M., Mewhirter, J. M., Berardo, R., & Scholz, J. T. (2017). Transaction costs and the perceived effectiveness of complex institutional systems. Public Administration Review, 77(5), 668-680. https://doi.org/10.1111/puar.12622.
19. Авдеева, Е.С. Цифровая трансформация в экономике / Е.С. Авдеева, В.В. Еризко // Россия: тенденции и перспективы развития: Ежегодник, Москва, 01 января - 01 2018 года / Институт научной информации по общественным наукам Российской академии наук; Ответственный редактор В.И. Герасимов. - Москва: Институт научной информации по общественным наукам РАН, 2018. - с. 232-238.
20. Barns, S., Cosgrave, E., Acuto, M., & McNeill, D. (2017). Digital infrastructures and urban governance. Urban Policy and Research, 35(1), 20-31. https://doi.org/10.1080/08111146.2016.1235032.
21. Скруг, В. С. Трансформация промышленности в цифровой экономике: проблемы и перспективы / В. С. Скруг // Креативная экономика. - 2018. - Т.12. - №7. - С. 943-952. - DOI 10.18334/ce.12.7.39208.
References:
1. Panfilova, E.E. Analysis of industrial enterprises' readiness for digital business transformation / E.E. Panfilova // Moscow Economic Journal. - 2019. - No. 10. - p. 98. - DOI 10.24411/2413-046X-2019-10086.
2. Five myths about IT management: how to accelerate the digital transformation of business [Electronic] // URL: https://pro.rbc.ru/news/619fc0859a7947b3e6717c54
3. Hulst R., van Montfort A., (2007) Inter-Municipal Cooperation in Europe. ISBN: 978-1-4020-5379-5, https://doi.org/ 10.1007/1-4020-5379-7.
4. Matt, C.; Hess, T.; Benlian, A. (2015): Digital Transformation Strategies, Business and In-formation Systems Engineering, 57(5), 339-343, http://link.springer.com/article/10.1007/s12599-015-0401-5.
5. Talin B. 11 Digital Business Models You Should Know Incl. Examples [Electronic] // URL: https://morethandigital.info/ en/11-digital-business-models-you-should-know-incl-examples /
6. 7 Tenets of an Effective Digital Transformation Strategy [Email] // URL: https://www.ptc.com/en/blogs/corporate/digital-transformation-strategy
7. Kamneva V.V. Digital economy, digitalization and digital transformation // Skif. - 2020. - №2(42). - pp. 377-381.
8. Manny, L., Duygan, M., Fischer, M. et al. Barriers to the digital transformation of infrastructure sectors. Policy Sci 54, 943-983 (2021). https://doi.org/10.1007/s11077-021-09438-y.
9. Akberdina V.V., Pyankova S.G. Methodological aspects of digital transformation of industry // Scientificworks of the Free Economic Society of Russia. - 2021. - No. 1. - pp. 292-313.
10. Bakholdina E.A. Digital transformation of industry with the help of Internet technologies / E.A. Bakholdina, N.S. Karetnikov, I.V. Tashnik, D.A. Florya, Yu.A. Savinov // Russian Foreign Economic Bulletin. - 2018. - No. 9. - pp. 111-121.
11. Ecosystem created under the auspices of Sberbank of Russia https://www.sber.ru/.
12. The right digital-platform strategy [Electronic]. // URL: https://www.mckinsey.com/business-functions/mckinsey-digital/our-insights/the-right-digital-platform-strategy
13. Ivanchenko, A.V. Digital transformation of Russian industry: the role of state policy / A.V. Ivanchenko // Bulletin of the Trans-Baikal State University. - 2019. - Vol.25. - No.10. - pp. 131-140. - DOI 10.21209/2227-9245-2019-25-10-131-140.
14. Strategy in the field of digital transformation of economic sectors, social sphere and public administration of the Tambov region [Electronic]. // URL: https://digital.gov.ru/uploaded/files/d45494681.pdf
15. Digital ecosystem [Electronic] // URL: https://searchcio.techtarget.com/definition/digital-ecosystem
16. Гист, С. (2017). Большие данные для разработки политики: мода или быстрый путь? Политические науки, 50 (3), 367-382. https://doi.org/10.1007/s11077-017-9293-1.
17. What Is A Digital Ecosystem? - Understanding The Most Profitable Business Model [Электронный] // URL: https://morethandigital.info/ en/what-is-a-digital-ecosystem-understanding-the-most-profitable-business-model/
18. Lubell, M., Mewhirter, J. M., Berardo, R., & Scholz, J. T. (2017). Transaction costs and the perceived effectiveness of complex institutional systems. Public Administration Review, 77(5), 668-680. https://doi.org/10.1111/puar.12622.
19. Avdeeva, E.S. Digital transformation in the economy / E.S. Avdeeva, V.V. Erizko // Russia: trends and prospects of development: Yearbook, Moscow, January 01 - 01, 2018 / Institute of Scientific Information on Social Sciences of the Russian Academy of Sciences; Executive Editor V.I. Gerasimov. - Moscow: Institute of Scientific Information on Social Sciences of the Russian Academy of Sciences, 2018. - pp. 232-238.
20. Barns, S., Cosgrave, E., Acuto, M., & McNeill, D. (2017). Digital infrastructures and urban governance. Urban Policy and Research, 35(1), 20-31. https://doi.org/10.1080/08111146.2016.1235032.
21. Skrug, V. S. Transformation of industry in the digital economy: problems and prospects / V. S. Skrug // Creative Economy. - 2018. -Vol.12. - No.7. - pp. 943-952. - DOI 10.18334/ce.12.7.39208.
END: BSSUVS
Т.Х. Бугаев - главный специалист отдела платных образовательных услуг, ГГНТУ им. академика М.Д. Миллионщикова, tbugaev@yandex.ru,
T.K. Bugaev - Chief specialist of the Department of paid educational services, GGNTU named after Academician M.D. Millionshchikov;
И.И. Болтукаев - ассистент кафедры «Бизнес информатика», Чеченский государственный университет имени А.А. Кадырова, biznec-plan095@mail.ru,
I.I. Boltukayeva - Assistant of the Department of Business Informatics, Kadyrov Chechen State University; Г.Ш. Амерханова - старший преподаватель кафедры и технологии и дизайна, Чеченский государственный педагогический университет, galateya1979@list.ru,
S.A. Gulnara - Senior Lecturer of the Department of Technology and Design, Chechen State Pedagogical University.
ТРУДОВОЙ ПОТЕНЦИАЛ МОЛОДЕЖИ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ЭКОЛОГИИ В УСЛОВИЯХ ЦИФРОВОЙ ЭКОНОМИКИ LABOR POTENTIAL OF YOUTH FOR THE DEVELOPMENT OF ECOLOGY IN THE DIGITAL ECONOMY
Аннотация. Целью исследования является определение важности и актуальности управления трудовым потенциалом молодежи для экологической отрасли, а также определение факторов и рисков, влияющих на экологическое управление трудовым потенциалом. Для проведения исследования использовались аналитические, статистические, сравнительные методы, метод группировки, проведен анализ статистических данных о численности и структуре молодежи, а также анализ современных тенденций, факторов, рисков, влияющих на управление трудового потенциала молодежи в экологической отрасли. Выделены основные современные факторы: старение населения; непропорциональное распределение количества молодежи по странам; качество профессионального обучения и образования молодежи; высокая скорость развития цифровых технологий в экономике. Отдельно рассмотрены риски, создаваемые цифровыми технологиями: повышение экологических рисков и требований к уровню экологического менеджмента; высокая скорость и непредсказуемость изменений; непостоянная занятость; платформенный подход; потребность в изучении новых технологий; меняется структура потребности в кадрах: уровень требований все больше не соответствует уровню молодых кадров, а скорость изменения требований меняется быстрее, чем образовательные программы; автоматизация труда приводит к сокращению рабочих мест; цифровой аутизм и снижение профессиональных социальных и интеллектуальных навыков; цифровая зависимость.
Abstract. The goal of the research is to determine the importance and relevance of youth labor potential management for the environmental industry, as well as to determine the factors and risks that affect the environmental management of labor potential. To conduct the study, analytical, statistical, comparative methods, the grouping method were used, an analysis of statistical data on the number and structure of youth was carried out, as well as an analysis of current trends, factors, risks that affect the management of the labor potential of youth in the environmental industry. The main modern factors are highlighted: population aging; disproportionate distribution of the number of young people by country; the quality of youth vocational training and education; high speed of development of digital technologies in the economy. The risks posed by digital technologies are considered separately: increasing environmental risks and requirements for the level of environmental management; high speed and unpredictability of changes; inconsistent employment; platform approach; the requirement for the study of new technologies; the structure of personnel needs is changing: the level of requirements more and more does not correspond to the level of young personnel, and the rate of change in requirements is changing faster than educational programs; labor automation leads to job cuts; digital autism and decline in professional social and intellectual skills; digital addiction.