УДК 314.6:316.74
РО! 10.23672/8ДЕ.2020.2.56081
Астахова Римма Кимовна
аспирантка,
Кубанский государственный аграрный университет ram88.82@mail.ru
Артамонова Яна Викторовна
кандидат социологических наук, преподаватель,
Институт социологии и регионоведения, Южный федеральный университет janaserduchenko@mail.ru
Rimma K. Astakhova
Graduate student,
Kuban State Agrarian University
ram88.82@mail.ru
Yana V. Artamonova
Candidate of Sociological Sciences, Instructor of the Institute of Sociology and Regional Studies, Southern Federal University janaserduchenko@mail.ru
Влияние социокультурной
травмы на формирование семейно-родовой памяти
Influence of socio-cultural
injury on formation of family-general memory
Аннотация. В связи с тем, что семейно-родовая память - это мощный ресурс создания будущего, авторы статьи рассматривают влияние социокультурной травмы на семейно-родовую память. В работе подчеркивается, что ситуация травмы нарушает целостность социально-культурной ткани общественной жизни, разрушая ее плотность и однородность, что, в свою очередь, может приводить к разрывам в потоках семейно-родовой памяти.
Ключевые слова: социальный опыт, социальная память, историческая память, семейно-родовая память, традиции, семья, социокультурные изменения, травма, социокультурная травма.
Annotation. Due to the fact that family and tribal memory is a powerful resource for creating the future, the authors of the article considers the influence of so-ciocultural trauma on family and tribal memory. The work emphasizes that the situation of trauma violates the integrity of the socio-cultural fabric of social life, destroying its density and uniformity, which in turn can lead to ruptures in the flows of family-tribal memory.
Keywords: social experience, social memory, historical memory, family-tribal memory, traditions, family, soci-ocultural changes, trauma, sociocultural trauma.
Трансформационные процессы, происходящие в современном обществе, подчеркивают важность исследования потребностей, мотивов, ценностей, ценностных ориентаций, установок, стратегий, жизненного мира личности, а также - различных социальных групп. Для современных ученых актуально понимать, как выглядит жизненный путь личности, что позволяет прогнозировать будущее развитие социума, а также способствует предотвращению существующих рисков [1; 2].
Семья выступает в качестве основного агента процесса социализации личности, позволяет человеку сформировать социальные нормы поведения, определиться с установками и выбрать жизненные траектории развития. Семья является единственным социальным институтом, который одновременным образом необходим и, в то же время, доброволен. Это - уникальная форма, способная и стремящаяся к самообновлению, а также - самый верный способ, чтобы каждый член этой группы смог найти убежище от общественных ударов [3, с. 21].
Семья, семейные ценности и отношение человека к семье активно исследуется представителями социо-гуманитарного научного знания. Исследования семьи могут быть представлены в рамках наиболее разработанного ряда направлений: семья как малая социальная группа [4], репродуктивное поведение семьи и проблемы ее социального здоровья [5; 6; 7], вопросы брачно-сти, рождаемости, разводимости [8, 9], семейные ценности [10; 11], проблемы семьи в условиях трансформирующейся социальной реальности [12; 13]. Также, стоит обратить внимание на исследование такого феномена, как семейно-родо-вая память, так как жизнь каждого человека - это процесс воспоминания, принятия семейной социальной памяти как опыта рода [14].
Особый интерес в рамках данной статьи вызывают работы, посвященные теории социокультурной травмы, так как при помощи данного концептуального подхода можно выяснить ряд отрицательных или дисфункциональных последствий в обществе, поскольку всякие социокультурные изменения травматогенны [15; 16].
Таким образом, анализ накопленного опыта в рамках изучения семьи позволяет отметить многоплановость направлений исследования. Поскольку каждая семья - это индивидуальная биография со своим жизненным путем развития, где неизбежен и трагический опыт, то особо актуально и первостепенно обратиться к рассмотрению влияния социокультурной травмы на се-мейно-родовую память.
Обращаясь к подходу жизненного пути по отношению к семье, отметим, что он фиксирует влияние исторических событий на семейные отношения и поколения, влияющие на их личностное развитие. Рассмотрение жизненного пути - это биографическое исследование, в ходе которого биографии анализируются на основе субъективных реконструкций индивидов [17, с. 108]. При рассмотрении жизненного пути семьи, особую роль играет семейно-родовая память, так как капитал семейной памяти является ориентиром для решения жизненно важных задач.
Исследования памяти как социального феномена впервые были проведены М. Хальбваксом [18]. В своих работах он обращает внимание на то, что воспоминания индивида зависят от социальных ориентиров. Социальная память позволяет сформировать механизмы, с помощью которых будет происходить наследование опыта предков, а также - заключает в себе особенности ментально-стей общностей [19].
Социальная память представляет собой сложно структурированный элемент духовной жизни общества, где семейно-родовая память связывает между собой индивидуальный уровень и высшие слои социальной памяти.
Для того, чтобы человек ориентировался и быстро адаптировался к социальному пространству, необходимо обращаться к семейно-родовой памяти. Нормальное функционирование общества и целостность социокультурной реальности протекает в том случае, если соблюдено условие целостности пространства коллективного сознания. То есть, данные условия понятны для населения, и их семейно-родовая память функционирует нормально. Члены семьи - это наследники капитала семейной памяти. Работая с памятью прародителей, они имеют возможность осознать семейный сценарий, выбирать направление развития новых сценариев жизни рода. Но в связи с социальной изменчивостью, нормальный ход общественной жизни может быть подорван, может быть нанесен удар семьям, порожденный состоянием своеобразной травмы [20].
Нарушение привычного хода событий - это разрушение внутреннего покоя и стабильности. Данная ситуация не может не привести к событиям травмирующего характера: нарастающему социальному напряжению, недовольству, социальным революциям, войнам. Современная социология рассматривает такие события, как социокультурные травмы.
Обращаясь к идеям П. Штомпки, мы видим, что социальные травмы характеризуются неожидан-
ностью, глубиной, радикальностью и воспринимаются человеком как событие экзогенное, неподвластное его влиянию, шокирующее и отталкивающее его [20].
Говоря о семье, отметим, что социокультурная травма распространяется среди членов семьи, которые разделяют этот факт. Травма интерпретируется и воспринимается семьей как нечто, принуждающее и налагающее обязательства на их действия. Переживание ситуации травмы - это чувства утраты и боли, которые тренируют людей к построению нового будущего. Социокультурные травмы -это экстремальные социальные события, которые изменяют содержание семейно-родовой памяти, а также являются «точкой бифуркации» в ее изменениях, оказывая влияние на социальное здоровье членов семьи, особенно на молодое поколение [21]. Причем, процесс изменений социального здоровья семьи, в соответствии с теорией П. Штомпки, содержит травмирующий эффект, т.е., связан с эрозией нормативно-ценностных оснований семейно-родо-вой памяти. Насильственный характер изменений вынуждает к адаптации семьи в новых социальных условиях, радикально отличающихся от предшествующих форм жизни семьи.
Качественно прожитая ситуация травмы становится предметом дискурса семьи и отражается в семейно-родовой памяти, определяет отношение к будущему. Если же травмирующие изменения старательно вытесняются, то семейная память их не фиксирует и рождает несовершенный семейный сценарий, который передается последующим поколениям. Вытесненное событие продолжает действовать латентно на жизнь другого поколения, при этом лишает потомка возможности социальных маневров, так как его будущее определено выбором предка. В судьбе фиксируется, как правило, неприятное событие, связанное с негативными эмоциями.
Семейные истории, легенды транслируют семейно-родовую память через поколения. Травмирующие ситуации, входя в семейную память болезненными осколками, изменяют рисунок семейно-родовой памяти. Наследники такой памяти начинают острее воспринимать исторические события.
К одной из самых болезненных и касающихся всех ныне существующих семей нашей страны мы можем отнести такую социокультурную травму, как Великая Отечественная война. В семейно-родовой памяти каждого хранятся истории военных лет, которые произошли 75 лет назад. Боль и трагедия живет в памяти каждой семьи. Тяжелые воспоминания наших предков могут позволить нам воссоздать реальную картину не только военных лет, но и жизненного пути каждой семьи. Для каждой современной семьи тема Великой Отечественной войны не является приятным погружением в семейную историю. Кто-то хранит письма своих отцов/дедов с фронта, некоторые до сих пор не знают, при каких обстоятельствах погибли их родственники. Огромное количество солдат, попавших в плен, без вести пропавших людей - это история многих российских семей. Причем для каждой отдельно взятой семьи война отразилась по-разному в ее семейно-родовой памяти. Люди, рожденные в 1930-х, не любят говорить
о тех событиях своего детства. Информация о жизни, полученная от них, очень сухая: о жизни своих прародителей они не любят вспоминать, утверждая, что многие документы были утеряны. Для них - это травма военного детства - отсутствие отцов, голод, холод, лишения [22]. А для молодого поколения отсутствие правдивой информации из семейных историй - это сокращение длительности и глубины семейно-родовой памяти.
Итак, проанализировав влияние социокультурной травмы на формирование семейно-родовой памяти, мы пришли к выводу о том, что структура
Литература:
1. Zakharova T.Y. Conceptualising social health of the Russian young family and models of parental behaviour in a risk society / T.Y. Zakharova, N.H. Gafia-tulina, Y.V. Artamonova // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки. 2019. № 4. С. 230-235.
2. Gafiatulina N.Kh. Social health and perception of risks by students living in southern Russian regions (based on sociological questioning data obtained in Rostov-on-Don) / N.Kh.Gafiatulina, L.V. Tarasenko, S.I. Samygin, S.Yu. Eliseeva // Health Risk Analysis. 2017. № 4. С. 66-75.
3. Карлсон А. Общество-Семья-Личность: Социальный кризис Америки. Альтернативный социологический подход / Пер. с англ. под ред. проф.А.И. Антонова. М., 2003. 288 с.
4. Гурко Т.А. Теоретические подходы к изучению семьи. М. : Ин-т социологии РАН, 2010. 184 с.
5. Архангельский В.Н. Современные тенденции рождаемости в России и влияние мер государственной поддержки / В.Н. Архангельский [и др.] // Социологические исследования. 2017. № 3. С. 43-50. иЯ1- : http://socis.isras.ru/article/6597
6. Трансформация института семьи и демографические процессы в современной России : монография / А.В. Верещагина. Ростов-н/Д, 2009. 263 с.
7. Гафиатулина Н.Х. Социальное здоровье молодой семьи: показатели и уровни оценки / Н.Х. Гафиатулина, А.В. Верещагина, С.И. Самы-гин // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2017. № 8-9. С. 21-25.
8. Воронина Т.Д. Развод как социальный феномен в современной России: причины и последствия. Опыт регионального исследования // Вести. Томск, гос. ун-та. Сер. Философия. Политология. Социология. 2011. № 1(13).
9. Дементьева И.Ф. Супружество и родитель-ство: парадигма изменений семьи в условиях реформ // Теория и практика общественного развития. 2014. № 2. С. 64.
10. Верещагина А.В. Семья и семейные ценности в восприятии студенческой молодежи (на примере
будущего строится на фундаменте прошлого. В связи с этим, семейно-родовая память - это программа для формирования этого самого будущего. От того, каким образом будет создаваться семейно-родовая память и транслироваться следующим поколениям будет зависеть дальнейший жизненный путь наследников. Ситуация травмы нарушает целостность социально-культурной ткани общественной жизни, теряется ее плотность и однородность, что, в свою очередь, может приводить к разрывам в потоках семейно-родовой памяти: к скрытию какой-то негативной информации от наследников семейной памяти .
Literature:
1. Zakharova T.Y. Conceptualising social health of the Russian young family and models of parental behaviour in a risk society / T.Y. Zakharova, N.H. Gafiatulina, Y.V. Artamonova // State and municipal government. Scientists notes. 2019. № 4. Р. 230-235.
2. Gafiatulina N.Kh. Social health and perception of risks by students living in southern Russian regions (based on sociological questioning data obtained in Rostov-on-Don) / N.Kh.Gafiatulina, L.V. Tarasenko, S.I. Samygin, S.Yu. Eliseeva // Health Risk Analysis. 2017. № 4. a 66-75.
3. Carlson A. Society-Family-Personality: The Social Crisis of America. Alternative Sociological Approach / Translation from English, ed. prof. A.I. An-tonova. M. : 2003. 288 p.
4. Gurko T.A. Theoretical approaches to the study of the family. M. : Institute of Sociology of the Russian Academy of Sciences, 2010. 184 p.
5. Arkhangelsky V.N. Current fertility trends in Russia and the impact of state support measures / V.N. Arkhangelsky [et al.] // Sociological studies. 2017. № 3. P. 43-50. URL : http://socis.isras.ru/arti-cle/6597
6. Transformation of the institution of the family and demographic processes in modern Russia: monograph. Rostov-n/D, 2009. 263 p.
7. Gafiatulina N.Kh. Social health of a young family: ind icators and assessment levels / N.Kh. Gafiatulina, A.V. Vereshchagina, S.I. Samygin // Humanitarian, socio-economic and social sciences. 2017. № 8-9.
8. Voronina T.D. Divorce as a social phenomenon in modern Russia: causes and consequences. The experience of regional research // News. Tomsk, state un-that. Ser. Philosophy. Political science. Sociology. 2011. № 1(13).
9. Dementieva I.F. Matrimony and parenthood: the paradigm of family changes in the context of reforms // Theory and practice of social development. 2014. № 2. P. 64.
10. Vereshchagina A. V. Families and family values in the perception of students (on the example of
Дагестана) / А.В. Верещагина, Н.Х. Гафиатулина, Э.М. Загирова // Вестник Института истории, археологии и этнографии. 2015. № 2 (42). С. 158164.
11. Сердюченко Я.В. Ценность семьи в иерархии ценностей молодежи на Юге России // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2014. № 1. С. 103-107.
12. Карцева Л.В. Модель семьи в условиях трансформации российского общества // Социологические исследования. 2003. № 7. С. 92-100.
13. Ростовская Т.К. Традиционные семейные ценности в контексте российской истории. М., 2016. 28 с.
14. Логунова Л.Ю. Семейно-родовая память как социальный феномен : монография / Л.Ю. Логунова; Отв. ред. д-р социолог. наук, проф. Шпак Л.Л. Кемерово, 2011. 227 с.
15. Арефьева Н.Т. Социокультурные изменения и парадигма травмы // Вестник Московского государственного университета культуры и искусств. 2009. С. 29-33.
16. Камоза Т.М. Травма как коллективный феномен: методологический и историко-философский аспекты исследования // Евразийский Союз Ученых. 2016. № 3-4(24). ШЬ : https://cyberleninka.ru/ а11ю1е/пЛгаута-как-ко11еМупуу-!епотеп-теЬс1о-logicheskiy-i-istoriko-filosofskiy-aspekty-issledo-уатуа
17. Гурко Т.А. Теоретические подходы к изучению семьи : монография / Т.А. Гурко; Институт социологии РАН. М., 2016. 210 с.
18. Хальбвакс М. Социальные рамки памяти / Пер. с фр. С.Н. Зенкина. М. : Новое издательство, 2007. 348 с.
19. Логунова Л.Ю. Методологические возможности исследования семейно-родовой памяти в русле феноменологической исследовательской программы // Вестник КемГУ. 2011. № 3(47). С. 124-127.
20. Штомпка П. Социальное изменение как травма // Социс. 2001. № 1. С. 6-16.
21. Щербакова Л.И. Социальное здоровье российской молодежи в свете теории социокультурной травмы / Л.И. Щербакова, Н.Х. Гафиатулина, С.И. Самыгин // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2017. № 6-7. С. 90-96.
22. Логунова Л.Ю. Влияние исторической травмы на семейно-родовую память сибиряков // Социологические исследования. 2009. № 9. С. 126-136.
Dagestan) / A.V. Vereshchagina, N.Kh. Gafiatulina, E.M. Zagirova // Bulletin of the Institute of History, Archeology and Ethnography. 2015. № 2(42). P. 158-164.
11. Serdyuchenko Ya.V. Family value in the hierarchy of youth values in the South of Russia // Humanitarian, socio-economic and social sciences. 2014. № 1. P. 103-107.
12. Kartseva L.V. Family model in the conditions of transformation of Russian society // Sociological studies. 2003. № 7. P. 92-100.
13. Rostovskaya T.K. Traditional family values in the context of Russian history. M., 2016. 28 p.
14. Logunova L.Yu. Family-tribal memory as a social phenomenon: monograph / L.Yu. Logunova; open ed. Dr. sociologist. sciences, prof. Shpak L. L. Kemerovo: Kemerovo State University, 2011. 227 p.
15. Arefieva N.T. Sociocultural changes and the paradigm of injury // Bulletin of Moscow State University of Culture and Arts. 2009. P. 29-33.
16. Kamosa T.M. Trauma as a collective phenomenon: methodological and historical-philosophical aspects of research // Eurasian Union of Scientists. 2016. № 3-4(24). URL : https://cyberleninka.ru/arti-cle/n/travma-kak-kollektivnyy-fenomen-metodo-logicheskiy-i-istoriko-filosofskiy-aspekty-issledo-vaniya
17. Gurko T.A. Theoretical approaches to the study of the family : monograph / T.A. Gurko; Institute of Sociology RAS. M., 2016. 210 p.
18. Halbwax M. Social framework of memory / trans. with fr. S.N. Zenkina. M. : New publishing house, 2007.348 p.
19. Logunova L.Yu. Methodological possibilities of studying family-tribal memory in line with the phe-nomenological research program // Bulletin of KemSU. 2011. № 3(47). P. 124-127.
20. Shtompka P. Social change as an injury // Socis. 2001. № 1. P. 6-16.
21. Shcherbakova L.I. Social health of Russian youth in the light of the theory of socio-cultural trauma / L.I. Shcherbakova, N.Kh. Gafiatulina, S.I. Samygin // Humanitarian, socio-economic and social sciences. 2017. № 6-7. Р. 90-96.
22. Logunova L.Yu. The influence of historical trauma on the family-tribal memory of Siberians // Sociological studies. 2009. № 9. P. 126-136.