Научная статья на тему 'Устойчивое региональное развитие: актуальные направления институционального анализа'

Устойчивое региональное развитие: актуальные направления институционального анализа Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

CC BY
262
54
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ / РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА / ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ СРЕДА / НЕФОРМАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ / СУБЪЕКТИВНЫЕ НОРМЫ / SUSTAINABLE DEVELOPMENT / REGIONAL ECONOMY / INSTITUTIONAL ENVIRONMENT / INFORMAL INSTITUTIONS / SUBJECTIVE NORMS

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Тамбовцев Виталий Леонидович

Переход к устойчивому развитию требует не только усилий национальных правительств, но и действий множества акторов микроуровня, фирм, домашних хозяйств и отдельных индивидов. Роль координаторов их действий, реализующих устойчивое производство и устойчивое потребление, могут успешно выполнять различные органы территориального управления, регионы, города, муниципалитеты. Многими исследованиями показано, что институты играют важную роль в переходе к устойчивому развитию. При этом они могут как содействовать переходу, так и сдерживать его, например ухудшая условия расширения инновационных процессов и, в частности, «зеленого» предпринимательства. Вместе с тем, на субнациональном уровне роль институтов в переходе к устойчивому развитию изучена в меньшей степени, чем на уровне национальных экономик. Это определило цель данной статьи: выявить наиболее актуальные направления изучения институциональной среды региональных экономик в процессах их перехода к устойчивому развитию. Проведенное исследование показало, что можно выделить следующие актуальные направления институционального анализа процессов и проблем перехода к устойчивому развитию на региональном и местном уровнях. Во-первых, это выявление состава региональных институциональных сред устойчивого развития для различных регионов, решающих несовпадающие задачи в рамках перехода к устойчивому развитию. Во-вторых, выявление и анализ формальных институтов, сдерживающих субъектов действий по решению региональных задач перехода. В-третьих, выявление и анализ неформальных институтов и субъективных норм, сдерживающих субъектов действий по решению региональных задач перехода. Как представляется, решение этих задач для конкретных регионов может внести ощутимый вклад в обоснование программ действий по переходу этих регионов к устойчивому развитию.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по экономике и бизнесу , автор научной работы — Тамбовцев Виталий Леонидович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Sustainable Regional Development: Actual Directions of Institutional Analysis

Transition to sustainable development needs not only national governments’ efforts but actions of multiple micro-level actors such as firms, households, and individuals too. Regional government bodies and municipalities can successfully play coordinative role for these actions. Many researchers have shown that institutions are important factor of the transition. Institutional environment can not only promote the transition but also suppress it, for example, by impairing quality of innovation process or by deterring “green” entrepreneurship. At the same time, on the sub-national level the role of institutions in the transition to sustainable development is explored at the less degree than at national level. This fact has determined the aim of the paper: to reveal what kinds of research directions can be most important for the regional economies transition tasks solution. Our analysis has shown that there is possible to stress the following directions of institutional analysis of transition to sustainable development on regional and local levels: Firstly, it is discovering the structures of the regional transition’s institutional environments, i. e. sets of institutions that are most influenced on the transition at the different regions. Secondly, it is analysis of the formal institutions that deter local actors’ transitional actions. Thirdly, it is revealing and analysis of the regional informal institutions and subjective norms that deter local actors’ transitional actions. Apparently, the solution of these tasks for the regions in question can make a meaningful contribution in the regional transition programs’ scientific foundations.

Текст научной работы на тему «Устойчивое региональное развитие: актуальные направления институционального анализа»

ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ РЕГИОНАЛИСТИКА

www.hjournal.ru

Journal of Institutional Studies, 2019, 11(3), 104-118 DOI: 10.17835/2076-6297.2019.11.3.104-118

УСТОЙЧИВОЕ РЕГИОНАЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ: АКТУАЛЬНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОГО АНАЛИЗА1

ТАМБОВЦЕВ ВИТАЛИЙ ЛЕОНИДОВИЧ,

доктор экономических наук, профессор, Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова,

e-mail: tambovtsev@econ.msu.ru

Цитирование: Тамбовцев, В. Л. (2019). Устойчивое региональное развитие: актуальные направления институционального анализа // Journal of Institutional Studies, 11(3), 104-118. DOI: 10.17835/2076-6297.2019.11.3.104-118

Переход к устойчивому развитию требует не только усилий национальных правительств, но и действий множества акторов микроуровня, - фирм, домашних хозяйств и отдельных индивидов. Роль координаторов их действий, реализующих устойчивое производство и устойчивое потребление, могут успешно выполнять различные органы территориального управления, - регионы, города, муниципалитеты. Многими исследованиями показано, что институты играют важную роль в переходе к устойчивому развитию. При этом они могут как содействовать переходу, так и сдерживать его, например - ухудшая условия расширения инновационных процессов и, в частности, «зеленого» предпринимательства. Вместе с тем, на субнациональном уровне роль институтов в переходе к устойчивому развитию изучена в меньшей степени, чем на уровне национальных экономик. Это определило цель данной статьи: выявить наиболее актуальные направления изучения институциональной среды региональных экономик в процессах их перехода к устойчивому развитию. Проведенное исследование показало, что можно выделить следующие актуальные направления институционального анализа процессов и проблем перехода к устойчивому развитию на региональном и местном уровнях. Во-первых, это выявление состава региональных институциональных сред устойчивого развития для различных регионов, решающих несовпадающие задачи в рамках перехода к устойчивому развитию. Во-вторых, выявление и анализ формальных институтов, сдерживающих субъектов действий по решению региональных задач перехода. В-третьих, выявление и анализ неформальных институтов и субъективных норм, сдерживающих субъектов действий по решению региональных задач перехода. Как представляется, решение этих задач для конкретных регионов может внести ощутимый вклад в обоснование программ действий по переходу этих регионов к устойчивому развитию.

Ключевые слова: устойчивое развитие; региональная экономика; институциональная среда; неформальные институты; субъективные нормы.

1 Исследование выполнено при финансовой поддержке экономического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова (НИР "Устойчивое развитие территорий Поволжья").

© Тамбовцев В. Л., 2019

SUSTAINABLE REGIONAL DEVELOPMENT: ACTUAL DIRECTIONS OF INSTITUTIONAL ANALYSIS

VITALY L. TAMBOVTSEV,

Doctor of Economic Sciences (PhD), Professor, Moscow State Lomonosov University, e-mail: tambovtsev@econ.msu.ru

Citation: Tambovtsev, V. L. (2019). Sustainable regional development: actual directions of institutional analysis. Journal of Institutional Studies, 11(3), 104-118. DOI: 10.17835/20766297.2019.11.3.104-118

Transition to sustainable development needs not only national governments' efforts but actions of multiple micro-level actors such as firms, households, and individuals too. Regional government bodies and municipalities can successfully play coordinative role for these actions. Many researchers have shown that institutions are important factor of the transition. Institutional environment can not only promote the transition but also suppress it, for example, by impairing quality of innovation process or by deterring "green" entrepreneurship. At the same time, on the sub-national level the role of institutions in the transition to sustainable development is explored at the less degree than at national level. This fact has determined the aim of the paper: to reveal what kinds of research directions can be most important for the regional economies transition tasks solution. Our analysis has shown that there is possible to stress the following directions of institutional analysis of transition to sustainable development on regional and local levels: Firstly, it is discovering the structures of the regional transition's institutional environments, i. e. sets of institutions that are most influenced on the transition at the different regions. Secondly, it is analysis of the formal institutions that deter local actors' transitional actions. Thirdly, it is revealing and analysis of the regional informal institutions and subjective norms that deter local actors' transitional actions. Apparently, the solution of these tasks for the regions in question can make a meaningful contribution in the regional transition programs' scientific foundations.

Keywords: sustainable development; regional economy; institutional environment; informal institutions; subjective norms.

JEL: D02, Q01, R50, Z13

1. Устойчивое развитие и институты

Последние десятилетия проблема перехода к устойчивому развитию2, которое должно обеспечить равные условия как для ныне живущих, так и для будущих поколений, ощутимо обострилась в силу ставших вполне ощущаемыми изменений климата. Эти изменения, получившие название глобального потепления, значительной частью специалистов напрямую связывается с характером использования людьми природных ресурсов, в первую очередь — ископаемых энергетических ресурсов, производящим не только энергию, но и парниковые газы, ускоряющие потепление.

Институты, — как «правила игры» в обществе и экономике, нарушение которых так или иначе вызывает санкции, применяемые к нарушителям другими людьми, — играют свои роли во всех процессах человеческих взаимодействий. Эти роли, разумеется,

2 «...развитие, которое удовлетворяет нужды сегодняшнего поколения и не подрывает способность будущих поколений удовлетворять их собственные нужды» (ЖСЕО, 1987, р. 43).

неравнозначны: где-то институты выступают ведущими факторами ускорения или замедления каких-то процессов, где-то их роль имеет фоновый характер и практически неразличима. Переход к устойчивому развитию относится к тем процессам, где институты имеют значение.

Литература, посвященная роли институтов в обеспечении устойчивого развития, весьма масштабна. Она охватывает как макроуровень (Beckmann and Padmanabhan, 2009), так и микроуровень (Moratis, Melissen and Idowu, 2018), а также институциональные аспекты развития отдельных видов ресурсов (Saleth and Dinar, 2004) и институциональные особенности отдельных стран (Clement, Hansen and Bradley, 2003; Bobylev and Perelet, 2013; Чуб, 2015). Хорошо изучены нормативные вопросы формирования институциональной среды, способствующей устойчивому развитию (Connor and Dovers, 2004; Vujcich and McGuinness, 2008), подходы к разработке стратегий перехода (Strategies for Sustainable Development, 2001), а также многочисленные конкретные институты, так или иначе влияющие на переход стран к устойчивому развитию.

Переход к устойчивому развитию — процесс, складывающийся из отдельных действий индивидов, которые могут иметь как скоординированный, так и нескоординированный характер. При наличии координации таких действий, — либо одновременно на глобальном, национальном, региональном и локальном уровнях, либо только на одном или нескольких из них, — результаты индивидуальных действий будут приводить к б0льшим эффектам, чем в случае ее отсутствия. Очевидно, чем выше степень координации, т.е. чем полнее она охватывает названные уровни, тем более ярко может быть выражен синергетический эффект. Однако и координация действий только на одном из этих уровней способна увеличить результаты по сравнению с разрозненными, нескоординированными индивидуальными действиями. В силу этих обстоятельств, процесс перехода к устойчивому развитию на любом уровне, ниже чем глобальный, может быть действенным при наличии соответствующей координации на данном уровне и, разумеется, достаточного ресурсного обеспечения3. Ведь если координировать действия, результаты которых не влияют на повышение устойчивости развития, совокупный их результат вряд ли скажется на характере социально-эколого-экономической динамики. Регионы, как части территорий государств, располагают координирующими органами, в силу чего неудивительно, что они «становятся значимыми объектами для исследователей устойчивости, управленцев природных ресурсов и плановиков-стратегов, работающих над формированием и реализацией целей устойчивого развития» (Graymore, Sipe and Rickson, 2008. Р. 362). Некоторые считают даже, что «институциональное измерение имеет критическую важность для достижения устойчивого развития» в силу его роли в интеграции экономических, социальных и экологических целей такого развития (Vogelpohl and Aggestam, 2012, p. 57). Эти утверждения опираются в первую очередь на качественный анализ, однако для них имеются и эмпирические количественные подтверждения. Я. Стовер в своем исследовании показала, что между качеством институциональной среды и скорректированными чистыми сбережениями (Adjusted Net Savings, ANS (Ando and Modigliani, 1963; Thiry and Cassiers, 2010)), которые принято рассматривать в качестве индикатора уровня устойчивости развития, существует статистически значимая положительная связь (Stoever, 2012). Это не означает, конечно, что качество институтов является причиной роста устойчивости, но оно, очевидно, создает, наряду с другими факторами, условия для такого роста.

Разумеется, необходимо подчеркнуть, что координация действий вовсе не тождественна исполнению директивных команд, «выдаваемых» некоторым центром. Она может быть результатом добровольной договоренности независимых друг от друга

3 Например, С. Фадж и др. полагают, что «местный уровень принятия решений может предоставить жизненно важные и практичные средства, чтобы обеспечить снижение выбросов углекислого газа на уровне индивидов, домашних хозяйств и местных сообществ» (Fudge, Peters and Woodman, 2016, p. 1).

субъектов, может следовать из включенности в долгосрочные сетевые взаимодействия, может основываться на ожиданиях последствий действий других людей (в условиях как соперничества, так и его отсутствия), и т.п. Соответственно, на территориях регионов существуют и другие механизмы координации, действие которых облегчается ограниченностью этих территорий, т.е. меньшими издержками осуществления коммуникаций. Кроме того, ограниченность территорий регионов дает возможность более полно и точно учитывать их особенности, т.е. намечать и осуществлять конкретные действия, адаптированные к региональным условиям.

Между тем для уровня регионов, выделяемых внутри стран, степень изученности институциональных вопросов существенно ниже. Здесь преобладают работы нормативно-методического характера, посвященные вопросам разработки и обоснования системы измерителей уровня устойчивости регионального развития, формирования стратегий такого развития, улучшения координации действий региональных субъектов и т.п. (Haughton and Counsell, 2004; Counsell and Haughton, 2006; Tewdwr-Jones, Morphet and Allmendinger, 2006; Malik and Ciesielska, 2011; Азашикова, 2012; Лебедефф-Донской и Редько, 2013; Егорычев, 2014; Подольная и Рябова, 2017; и многие другие).

Значимость такого рода исследований несомненна. Например, в (Graymore, Sipe and Rickson, 2008) было продемонстрировано, что такие меры уровня устойчивости развития, как экологический след (Rees, 1992), оценка здоровья экосистем (Rapport, Costanza and McMichael, 1998), оценка благосостояния (Prescott-Allen, 1997; Guijt and Moiseev, 2001), качество жизни (Henderson, Lickerman and Flynn, 2000) и доступность природных ресурсов (Newman, Bathgate and Bell, 1994; Neumayer, 2000), не являются эффективными на уровне регионов. Однако несколько лет спустя, исследование (Loiseau et al., 2012) показало, что подход, заключающийся в оценке жизненного цикла продукции (life cycle assessment) (Rebitzer, Ekvall and Frischknecht, 2004) эффективно применим на уровне отдельных территорий. Его процедуры хорошо разработаны, для них имеются международные стандарты (ISO 14040, 2006; ISO 14044, 2006). Тем самым, эмпирический анализ динамики устойчивого развития различных территорий получил достаточно надежный инструмент измерения.

Преобладание нормативных институциональных исследований регионального устойчивого развития свидетельствует, с нашей точки зрения, о том, что их авторы предполагают одну из двух возможных ситуаций, снижающих значимость позитивных исследований этого предмета: 1) либо институты регионального уровня соответствуют задачам устойчивого регионального развития и потому не представляют значительного исследовательского интереса; 2) либо институты регионального уровня не соответствуют задачам устойчивого регионального развития, однако не могут быть изменены, в силу чего их должно принимать как данные. Так или иначе, на сегодня можно констатировать наличие обширной и недостаточно разработанной сферы позитивного институционального анализа региональных проблем устойчивого развития. Первоочередная задача, которую необходимо решить для продуктивного подхода к исследованию этой сферы, — выявление ее структуры и направлений институционального анализа выделенных объектов. На основе решения этой задачи можно выявить перспективные направления и объекты позитивного институционального анализа региональных проблем устойчивого развития.

2. Состав региональной институциональной среды устойчивого развития

Региональная институциональная среда устойчивого развития (РИСУР) представляет собой часть региональной институциональной среды (РИС), определяющую рамки действий различных субъектов, занимающихся решением задач перехода к устойчивому развитию региона (или иной территории, меньшей, чем территория страны). Такой функциональный признак определения РИСУР как объекта исследования позволяет

операционализировать процедуры ее выделения для отдельных регионов, находящихся на разных стадиях и в разных условиях перехода к устойчивому развитию. Логику такого выделения можно очертить следующим образом: если в регионе R для перехода к устойчивому развитию необходимо решить задачи Т1 — TN, в которых задействованы субъекты S1 — SM, то в состав РИСУРЕ включаются те компоненты РИСЕ, которые определяют рамки действий указанных субъектов S1 — SM.

Разнообразию регионов и территорий при таком подходе будет соответствовать разнообразие РИСУР, внутри которых первоочередному анализу должны, очевидно, подлежать те институты, которые сдерживают субъектов перехода (к устойчивому развитию) в успешном решении их задач, а задачами анализа выступают: а) обоснование того, почему именно данные институты являются помехами перехода для данных субъектов, и б) проектирование необходимых институциональных изменений.

Отметим, что тематика выявления институциональных изменений, которые содействовали бы переходу, разработана в литературе достаточно подробно (Carney and Farrington, 1998; Connor and Dovers, 2004; Fischer, Petersen and Feldkotter, 2007; Spangenberg, 2014; Мочалова, 2015; Newig, Derwort and Jager, 2019).

Возможность успешно осуществлять необходимые институциональные изменения характеризуется понятием трансформационной способности (transformative capacity) региона или муниципального образования (в частности, города), которая может наличествовать у него в разной степени (Wolfram, 2016; Broto, Trencher and Iwaszuk, 2019). Для города трансформационная способность определяется как способность городской системы, включающей как вещественную, так и человеческую составляющие, к реконфигурации своих компонентов, позволяющей двигаться к более устойчивому состоянию. В основе такой способности, как легко видеть, лежат три базовых компонента: стимулы к реконфигурации у распорядителей ресурсов; сами ресурсы, достаточные для изменения уровня устойчивости развития города; институциональная среда, сформированная государством, и определяющая как доступные городу ресурсы, так и возможности изменения внутригородских институтов, регламентирующих их использование. Реализация трансформационной способности происходит не только через осуществление институциональных изменений, но и посредством иных трансформативных социальных инноваций, таких как кооперативы альтернативной энергетики, эко-деревни, «банки времени» и т.п. (Avelino, Wittmayer and Kemp, 2017).

Региональная институциональная среда, частью которой является РИСУР, имеет обычно неоднородный характер. В нее входят как институты, устанавливаемые центральными государственными органами (Конституция страны, федеральные законы, президентские указы и т.п.), так и те, которые определяются нормативными документами, принятыми на региональном (местном, муниципальном) уровне. Институты второй группы либо развивают и уточняют (детализируют) институты первой группы, либо регламентируют взаимодействие индивидов и организаций в тех сферах, которые не регламентируются институтами первой группы.

Важным разграничением институтов вообще и компонентов РИС в частности является их деление на формальные и неформальные. Несмотря на широкое использование этих понятий в литературе, их единое понимание отсутствует. В рамках социологического подхода неформальность институтов связывается с отсутствием их признания со стороны государства (внутри организаций — с непризнанием руководством организации). Такое понимание разделяют и многие экономисты. В рамках современной институциональной экономической теории неформальность институтов связывается с характером механизмов принуждения их к исполнению (enforcement mechanisms): если нарушение правила, составляющего основу института, отслеживается и наказывается специализированным механизмом (т.е. людьми, чья оплачиваемая работа заключается именно в таком отслеживании и наказании), то такой институт является формальным.

Напротив, если нарушения правила отслеживаются и наказываются любым индивидом, который считает, что это правило нарушать нельзя, то институт является неформальным (Тамбовцев, 2014, с. 45-51).

Особый тип институтов, присутствующих в составе РИС, можно назвать «секторальными». Это формальные либо неформальные институты, регламентирующие поведение работников определенных профессий, например — медиков или адвокатов, представляющие собой кодексы (своды правил поведения), принимаемые органами самоуправления соответствующих организаций.

Таким образом, в состав РИСУР, выделяемой в соответствии с задачами перехода в каждом конкретном регионе, будут входить институты федерального, регионального и локального уровней (включая секторальные), которые могут иметь как формальный, так и неформальный характер. Выявление того, какие именно из них являются ключевыми для решения актуальных для региона задач перехода, представляется, с нашей точки зрения, базовой первоочередной задачей институционального анализа перехода к устойчивому развитию на уровне регионов.

Отметим, что такой подход логически следует из принципа «поштучного» изучения институтов с точки зрения их воздействия на динамику социально-экономических процессов, выдвинутого нами (Тамбовцев, 2015, с. 100-101). Он отличается от широко распространенного подхода, когда институциональная среда страны или региона репрезентируется одним или несколькими агрегатными показателями, отражающими результаты или процессы действия всей совокупности составляющих ее институтов. Такая интегральная оценка институциональной среды вполне оправдана, если решаемая исследовательская задача состоит, например, в подтверждении того, что институты влияют на социально-экономические процессы. Однако задачи институционального анализа устойчивого развития регионов и перехода к нему имеют другое назначение: определить, что и как следует изменить в институциональной среде, чтобы облегчить этот переход.

Важно отметить, что на региональном уровне нет возможности осуществлять изменения федеральных формальных институтов4, а также осуществлять такие изменения региональных формальных институтов, которые противоречили бы федеральным. Вместе с тем, именно на региональном и локальном уровнях имеются широкие возможности для изменения региональных и локальных неформальных институтов. Ведь именно на этих уровнях имеются возможности организовать коллективное действие, которое в состоянии если не изменить мировоззрение большинства жителей, то изменить их поведение, что, собственно, и нужно для того, чтобы на уровне индивидуальных действий, например, улучшалось состояние внешней среды.

3. Направления исследований неформальных региональных и локальных институтов

Отмеченная «приспособленность» регионов и муниципальных образований для целенаправленного влияния на неформальные институты находится в полном соответствии с тем обстоятельством, что неформальные институты особенно важны для перехода к устойчивому развитию. Так, Ф. Кливер проанализировал, как неформальные правила, регулирующие гендерные отношения, обеспечивают рациональное использование ограниченных водных ресурсов (Cleaver, 1998). П. Пашеко и др. на ряде примеров продемонстрировали, как неформальные институты в странах Латинской Америки оказывают более сильное влияние на поведение населения в плане вырубки лесов, чем установленные правительствами нормы (Pacheco, Barry and Cronkleton, 2008).5 Сравнительный анализ действенности формальных и неформальных

4 Что не исключает возможности лоббировать такого рода изменения среди федеральных законодателей.

5 Роль неформальных организаций в переходе к «зеленой» экономике отмечается в (Benson, Best and del PozoVergnes, 2014).

институтов в обеспечении рационального использования ресурсов общего пользования (common pool resources) в странах Африки южнее Сахары показал явные преимущества последних (Yami, Vogl and Hausera, 2009). Й. Вихер, используя эконометрические методы для анализа межстрановых данных, показал, что неформальные институты статистически значимо связаны с уровнем устойчивости экономик (Wicher, 2014). К схожим выводам пришла Я. Козенкоу (Kozenkow, 2018), отметившая одновременно, что в официальных документах, программах и системах индикаторов неформальные институты представлены совершенно неадекватно. Т. Гюней эмпирически выявил, что многосторонняя социальная координация (governance) статистически значима и положительно связана с устойчивым развитием (Güney, 2017). Исследователи отмечают при этом, что неформальные институты, положительно связанные с устойчивым развитием, могут вступать в противоречия с формальными институтами (Windsor, 2017).

Как можно объяснить особую значимость неформальных институтов для перехода к устойчивому развитию? В процессе перехода важную роль играет, — а также может и должно играть, — устойчивое (социальное и экологическое) предпринимательство: «Устойчивое предпринимательство фокусируется на сохранении природы, поддержке жизни и сообщества при осуществлении воспринимаемых возможностей создавать новые продукты, процессы и услуги для блага, причем благо понимается широко, включая экономические и неэкономические выгоды для индивидов, экономики и общества» (Shepherdand Patzelt, 2011, p. 137). Существенность вклада такого предпринимательства в динамику перехода подчеркивают многие авторы (Bossink, 2012; Schaefer, Corner and Kearins, 2015; Rahdari, Sepasi and Moradi, 2016; Gast, Gundolf and Cesinger, 2017; Lindgreen, Vallaster and Maon, 2018). Вместе с тем, исследователи отмечают значительные трудности, с которыми сталкиваются социальные предприниматели при решении проблем финансирования в сравнении с «коммерческими» предпринимателями (Calic and Mosakowski, 2016).

Действия устойчивых (социально-экологических) предпринимателей, равно как и аналогичная деятельность «обычных» фирм и корпораций (например, в рамках реализации социальной корпоративной ответственности), формируют сторону предложения устойчивого развития экономики. Однако это предложение может не найти адекватного ответа, — спроса на устойчивое потребление. Проблематика последнего в настоящее время представлена в литературе достаточно широко, прежде всего — в связи с анализом изменений поведения потребителей (Jackson, 2005; O'Rourke and Lollo, 2015; Antonides, 2017) и тематикой влияния на это поведение (Van Dam and Apeldoorn, 1996; Salazar, Oerlemans and van Stroe-Biezen, 2013; Goldsmith, 2015; Jansson, Nordlund and Westin, 2017). Последнее направление анализа представляется весьма значимым, поскольку на путях перехода к устойчивому потреблению исследователи отмечают наличие многих барьеров не только экономического, но и социально-психологического характера (Malodia and Bhatt, 2019; Longo, Shankar and Nuttall, 2019).

Как показывает анализ работ, посвященных и устойчивому предпринимательству и его трудностям, и устойчивому потреблению и барьерам на пути к нему, обе группы проблем восходят к одному источнику: неформальным институтам и субъективным нормам6, бытующим в различных местных сообществах. По отношению к предпринимательским начинаниям (и фирмам) неформальные институты являются основой их легитимности или нелегитимности, что означает наличие доступа к ресурсам или его затрудненность (Suchman, 1995). Аналогично, субъективные нормы могут как поддерживать, так и препятствовать устойчивому потреблению индивидов и домохозяйств (Richetin, Perugini and Conner, 2012; Salmivaara and Lankoski, 2019), их

6 Напомним, что субъективная норма - это не норма (институт) в строгом смысле слова, а представления индивида о том, что является или не является нормой в том сообществе, где он пребывает. Субъективные нормы могут как верно, так и неверно отражать реалии этого сообщества. Согласно А. Айзену, субъективная норма - это «воспринимаемое социальное давление осуществлять или не осуществлять определенное поведение» (Ajzen, 1991, p. 188).

про-экологическому или анти-экологическому поведению (Cialdini, Reno and Kallgren, 1990; Tonglet, Phillips and Bates, 2004; De Leeuw, Valois and Ajzen, 2015; Ayob, Sheau-Ting and Jalil, 2017).

Таким образом, для корректной оценки перспектив перехода к устойчивому развитию в том или ином регионе за счет составляющей, идущей «снизу», от инициатив предпринимателей и домохозяйств, важно знать содержание субъективных норм потенциальных стейкхолдеров такого рода движений, а также состав и содержание неформальных институтов, бытующих в регионе и имеющих отношение к этому переходу.

•к -к -к

Итак, проведенное исследование показало, что можно выделить следующие актуальные направления институционального анализа процессов и проблем перехода к устойчивому развитию на региональном и местном уровнях.

Во-первых, это выявление РИСУР для различных регионов, решающих несовпадающие задачи в рамках перехода к устойчивому развитию.

Во-вторых, выявление и анализ формальных институтов, сдерживающих субъектов действий по решению региональных задач перехода.

В-третьих, выявление и анализ неформальных институтов и субъективных норм, сдерживающих субъектов действий по решению региональных задач перехода.

Как представляется, решение этих задач для конкретных регионов внесет ощутимый вклад в обоснование программ действий по переходу этих регионов к устойчивому развитию.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Азашикова Ф. Р. (2012). Основы стратегии устойчивого социально-экономического развития региона // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 1, 1, 196-201.

Егорычев С. А. (2014). Методическое обеспечение комплексного анализа устойчивого развития муниципальных образований // Вестник ОГУ, 5(166), 251-257.

Лебедефф-Донской M. М. и Редько М. Д. (2013). Устойчивость экономического развития региона: теоретические основы и методология оценки // Экономика и управление в XXI веке: тенденции развития, 9, 86-101.

МочаловаЛ. А. (2015). Необходимые институциональные изменения при переходе от потребительской экономики к экономике устойчивого развития // Известия Уральского государственного экономического университета, 6(62), 6-13.

Подольная H. Н. и Рябова С. Г. (2017). Устойчивость региональных социально-экономических систем: инструментарий оценки и характер развития // Национальные интересы: приоритеты и безопасность, 13(5), 827-842.

Тамбовцев В. Л. (2014). Экономическая теория неформальных институтов. М.: РГ-Пресс.

Тамбовцев В. Л. (2015). Миф о «культурном коде» в экономических исследованиях // Вопросы экономики, 12, 85-106.

Чуб А. А. (2015). Регионы России: факторы устойчивости и институциональные предпосылки развития в условиях глобализации. М.: Инфра-М.

Ajzen, I. (1991). The Theory of Planned Behavior // Organizational Behavior and Human Decision Processes, 50(2), 179-211.

Ando, A. and Modigliani, F. (1963). The Life Cycle Hypothesis of Saving: Aggregate Implications and Tests // American Economic Review, 53(1), 55-84.

Antonides, G. (2017). Sustainable Consumer Behaviour: A Collection of Empirical Studies // Sustainability, vol. 9: doi:10.3390/su9101686.

Avelino, F., Wittmayer, J. M, Kemp, R. and Haxeltine, A. (2017). Game-changers and transformative social innovation // Ecology and Society: a journal of integrative science for resilience and sustainability, 22(4): doi:10.5751/ES-09897-220441.

Ayob, S. F., Sheau-Ting, L., Jalil, R. A. and Chin, H.-C. (2017). Key determinants of waste separation intention: empirical application of TPB // Facilities, 35(11/12), 696-708.

Beckmann, V. and Padmanabhan, M. (Eds.) (2009). Institutions and Sustainability: Political Economy of Agriculture and the Environment - Essays in Honour of Konrad Hagedorn. London: Springer.

Benson, E., Best, S., del PozoVergnes, E., Garside, B., Mohammed, E. Y., Panhuysen, S., Piras, G., Vorley, B., Walnycki, A. and Wilson, E. (2014). Informal and Green? The forgotten voice in the transition to a green economy. IIED Discussion Paper. IIED, London.

Bobylev, S. and Perelet, R. (Eds.) (2013). Sustainable Development in Russia. Berlin-St. Petersburg: Russian-German Environmental Information Bureau.

Bossink, B. (2012). Eco-Innovation and Sustainability Management. New York: Routledge.

Broto, V. C., Trencher, G., Iwaszuk, E. and Westman, L. (2019).Transformative capacity and local action for urban sustainability // Ambio, 48(5), 449-462

Calic, G. and Mosakowski, E. (2016). Kicking off social entrepreneurship: How a sustainability orientation influences crowdfunding success // Journal of Management Studies, 53(5), 738-767.

Carney, D. and Farrington, J. (1998). Natural Resource Management and Institutional Change. London: Routledge.

Cialdini, R. B., Reno, R. R. and Kallgren, C. A. (1990). A focus theory of normative conduct: Recycling the concept of norms to reduce littering in public places // Journal of Personality and Social Psychology, 58(6), 1015-1026.

Cleaver, F. (1998). Incentives and informal institutions: Gender and the management of water // Agriculture and Human Values, 15(4), 347-360.

Clement, K., Hansen, M. and Bradley, K. (2003). Sustainable Regional Development: Learning From Nordic Experience. Nordregio.

Connor, R. and Dovers, S. (2004). Institutional Change for Sustainable Development. Cheltenham: Edward Elgar.

Counsell, D. and Haughton, G. (2006). Sustainable development in regional planning: The search for new tools and renewed legitimacy // Geoforum, 37(6), 921-931.

De Leeuw, A., Valois, P., Ajzen, I. and Schmidt, P. (2015). Using the theory of planned behavior to identify key beliefs underlying pro-environmental behavior in high-school students: Implications for educational interventions // Journal of Environmental Psychology, 42, 128-138.

Fischer, A., Petersen, L., Feldkotter, C. and Huppert, W. (2007). Sustainable governance of natural resources and institutional change — an analytical framework // Public Administration and Development, 27(2), 123-137.

Fudge, S., Peters, M. and Woodman, B. (2016). Local authorities as niche actors: The case of energy governance in the UK // Environmental Innovation and Societal Transitions, 18, 1-17.

Gast, J., Gundolf, K. and Cesinger, B. (2017). Doing business in a green way: A systematic review of the ecological sustainability entrepreneurship literature and future research directions // Journal of Cleaner Production, 147, 44-56.

Goldsmith, E. B. (2015). Social Influence and Sustainable Consumption. Cham: Springer International Publishing.

Graymore, M. L., Sipe, N. G. and Rickson, R. E. (2008). Regional sustainability: How useful are current tools of sustainability assessment at the regional scale? // Ecological Economics, 67(3), 362-372.

Guijt, I. and Moiseev, A. (2001). Resource kit for sustainability assessment: part A. Gland. Switzerland and Cambridge, UK: IUCN.

Güney, T. (2017) Governance and sustainable development: How effective is governance? // Journal of International Trade & Economic Development, 26(3), 316-335. DOI: 10.1080/09638199.2016.1249391.

Haughton, G. and Counsell, D. (2004). Regions and sustainable development: regional planning matters // Geographical Journal, 170(2), 135-145.

Henderson, H., Lickerman, J. and Flynn, P. (Eds.), (2000). Calvert-Henderson quality of life indicators: a tool for assessing national trends. Bethesda: Calvert Group (http:// citeseerx.ist.psu.edu/viewdoc/download?doi=10.1.1.337.433&rep=rep1&type=pdf).

ISO 14040 (2006): Environmental management — Life cycle assessment — Principles and framework. Geneve: International Organisation for Standardisation (ISO).

ISO 14044 (2006): Environmental management — Life cycle assessment — Requirements and guidelines. Geneve: International Organisation for Standardisation (ISO).

Jackson, T. (2005). Motivating Sustainable Consumption: A review of evidence on consumer behaviour and behavioural change. University of Surrey: Centre for Environmental Strategy. January.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Jansson, J., Nordlund, A. and Westin, K. (2017). Examining drivers of sustainable consumption: The influence of norms and opinion leadership on electric vehicle adoption in Sweden // Journal of Cleaner Production, 154, 176—187.

Kozenkow, J. (2018). The role of institutions in achieving sustainable development // On Research, 1(1), 95—112.

Lindgreen, A., Vallaster, C., Maon, F., Yousafzai, S. and Florencio, B. P. (Eds.) (2018). Sustainable Entrepreneurship: Discovering, Creating and Seizing Opportunities for Blended Value Generation. London: Routledge.

Longo, C., Shankar, A. and Nuttall, P. (2019). "It's Not Easy Living a Sustainable Lifestyle": How greater knowledge leads to dilemmas, tensions and paralysis // Journal of Business Ethics, 154(3), 759—779.

Malodia, S. and Bhatt, A. S. (2019). Why Should I Switch Off: Understanding the Barriers to Sustainable Consumption? // Vision - The Journal of Business Perspective, 23(1): paper 0972262919840197.

Moratis, L., Melissen, F. and Idowu, S. O. (Eds.) (2018). Sustainable Business Models: Principles, Promise, and Practice. Cham: Springer.

Neumayer, E. (2000). Scarce or abundant? The economics of natural resource availability // Journal of Economic Surveys, 14(3), 307—335.

Newig, J., Derwort, P. and Jager, N. W. (2019). Sustainability through institutional failure and decline? Archetypes of productive pathways // Ecology and Society, 24(1): paper18. (https://doi.org/10.5751/ES-10700-240118).

Newman, P., Bathgate, C., Bell, K., Dawson, M., Hudson, K., Lehman, J., Mason, S., Myhill, P., McEnaney, L., McCreddin, C., Pidgeon, C., Pratt, C., Ringrose, C., Ringvall, K. and Sargent, M. (1994). Australia's population carrying capacity: an analysis of eight natural resources. Perth: Institute for Science and Technology Policy, Murdoch University.

O'Rourke, D. and Lollo, N. (2015). Transforming Consumption: From Decoupling, to Behavior Change, to System Changes for Sustainable Consumption // Annual Review of Environment and Resources, 40, 233—259.

Pacheco, P., Barry, D., Cronkleton, P. and Larson, A. M. (2008). The role of informal institutions in the use of forest resources in Latin America. Bogor: Center for International Forestry Research. Forests and Governance Programme, No. 15/2008.

Prescott-Allen, R. (1997). Barometer of Sustainability: Measuring and communicating wellbeing and sustainable development. Gland, Switzerland and Cambridge, UK: International Union for Conservation of Nature.

Rahdari, A., Sepasi, S. and Moradi, M. (2016). Achieving sustainability through Schumpeterian social entrepreneurship: The role of social enterprises // Journal of Cleaner Production, 137, 347—360.

Rapport, D. J., Costanza, R. and McMichael, A. J. (1998). Assessing ecosystem health // Trends in Ecology & Evolution, 13(10), 397-402.

Rebitzer, G., Ekvall, T., Frischknecht, R., Hunkeler, D., Norris, G., Rydberg, T., Schmidt, W.-P., Suh, S., Weidema, B. P. and Pennington, D. W. (2004). Life cycle assessment Part 1: Framework, goal and scope definition, inventory analysis, and applications // Environment International, 30(5), 701-720.

Rees, W. E. (1992). Ecological footprints and appropriated carrying capacity: what urban economics leaves out // Environment and Urbanization, 4(2), 121-130.

Richetin, J., Perugini, M., Conner, M., Adjali, I., Hurling, R., Sengupta, A. and Greetham, D. (2012). To reduce and not to reduce resource consumption? That is two questions // Journal of Environmental Psychology, 32(2), 112-122.

Salazar, H. A., Oerlemans, L. and van Stroe-Biezen, S. (2013). Social influence on sustainable consumption: evidence from a behavioural experiment // International Journal of Consumer Studies, 37, 172-180.

Saleth, R. M. and Dinar, A. (2004). The Institutional Economics of Water: A CrossCountry Analysis of Institutions and Performance. Cheltenham, UK: Edward Elgar.

Salmivaara, L. and Lankoski, L. (2019). Promoting Sustainable Consumer Behaviour through the Activation of Injunctive Social Norms: A Field Experiment in 19 Workplace Restaurants // Organization & Environment, DOI: 10.1177/1086026619831651.

Schaefer, K., Corner, P. D. and Kearins, K. (2015). Social, Environmental and Sustainable Entrepreneurship Research: What Is Needed for Sustainability-as-Flourishing? // Organization & Environment, 28(4), 394-413.

Shepherd, D. A. and Patzelt, H. (2011). The New Field of Sustainable Entrepreneurship: Studying Entrepreneurial Action Linking "What Is to Be Sustained" With "What Is to Be Developed" // Entrepreneurship Theory and Practice, 35(1), 137-163.

Spangenberg, J. H. (2014). Institutional change for strong sustainable consumption: Sustainable consumption and the degrowth economy // Sustainability: Science, Practice, and Policy, 10(1), 62-77.

Stoever, J. (2012) On Comprehensive Wealth, Institutional Quality and Sustainable Development - Quantifying the Effect of Institutional Quality on Sustainability // Journal of Economic Behavior & Organization, 81(3), 794-801.

Strategies for Sustainable Development: Guidance for Development Co-operation. Paris: OECD, 2001. (https://www.oecd.org/dac/environment-development/2669958.pdf).

Suchman, M. C. (1995). Managing legitimacy: Strategic and institutional approaches // Academy of Management Review, 20(3), 571-610.

Tewdwr-Jones, M., Morphet, J. and Allmendinger, P. (2006). The Contested Strategies of Local Governance: Community Strategies, Development Plans, and Local Government Modernisation // Environment and Planning A: Economy and Space, 38(3), 533-551.

Thiry, G. and Cassiers, I. (2010). Alternative Indicators to GDP: Values behind Numbers. Adjusted Net Savings in Question. Discussion papers IRES, No 2010-18.

Tonglet, M., Phillips, P. S. and Bates, M. P. (2004). Determining the drivers for householder pro-environmental behaviour: waste minimisation compared to recycling // Resources, Conservation and Recycling, 42(1), 27--48.

Van Dam, Y. K. and Apeldoorn, P. A. C. (1996). Sustainable marketing // Journal of Macromarketing, 16(2), 45-56.

Vogelpohl, T. and Aggestam, F. (2012). Public policies as institutions for sustainability: potentials of the concept and findings from assessing sustainability in the European forest-based sector // European Journal of Forest Research, 131(1), 57-71.

Vujcich, H. and McGuinness, W. (2008). Institutions for Sustainable Development: Learning from International Experience. Background Paper to Report 4, Project 2058. Wellington: Sustainable Future Institute, October. (http://www.mcguinnessinstitute.org/ wp-content/uploads/2016/08/Project-2058-Report-4a-Web.pdf).

WCED (World Commission on Environment and Development) (1987). Our Common Future. Oxford: Oxford University Press

Wicher, J. (2014). The relationship between informal institutions and a sustainable development-Evidence from a panel data set // International Journal of Business and Management, 2(3), 172-191.

Windsor,D.(2017).Multi-Level SocialInstitutionsinConflictoverSustainableDevelopment // Critical Sociology, 44(4): paper 089692051770833. D0I:10.1177/0896920517708338

Wolfram, M. (2016). Conceptualizing urban transformative capacity: A framework for research and policy // Cities, 51, 121-130.

Yami, M., Vogl, C. and Hausera, M. (2009). Comparing the Effectiveness of Informal and Formal Institutions in Sustainable Common Pool Resources Management in Sub-Saharan Africa // Conservation & Society, 7(3), 153--164.

REFERENCES

Ajzen, I. (1991). The Theory of Planned Behavior. Organizational Behavior and Human Decision Processes, 50(2), 179-211.

Ando, A. and Modigliani, F. (1963). The Life Cycle Hypothesis of Saving: Aggregate Implications and Tests. American Economic Review, 53(1), 55-84.

Antonides, G. (2017). Sustainable Consumer Behaviour: A Collection of Empirical Studies. Sustainability, 9: paper 1686; doi:10.3390/su9101686.

Avelino, F., Wittmayer, J. M, Kemp, R. and Haxeltine, A. (2017). Game-changers and transformative social innovation. Ecology and Society: a journal of integrative science for resilience and sustainability, 22, no. 4. doi:10.5751/ES-09897-220441.

Ayob, S. F., Sheau-Ting, L., Jalil, R. A. and Chin, H.-C. (2017). Key determinants of waste separation intention: empirical application of TPB. Facilities, 35(11/12), 696-708.

Azashikova, F. R. (2012). Bases of strategy of sustainable social and economic development of the region. Vestnik Adygeiskogo gosudarstvennogo universiteta. Seria 1, 1, 196-201 (In Russian).

Beckmann, V. and Padmanabhan, M. (Eds.) (2009). Institutions and Sustainability: Political Economy of Agriculture and the Environment - Essays in Honour of Konrad Hagedorn. London: Springer.

Benson, E., Best, S., del PozoVergnes, E., Garside, B., Mohammed, E. Y., Panhuysen, S., Piras, G., Vorley, B., Walnycki, A. and Wilson, E. (2014). Informal and Green? The forgotten voice in the transition to a green economy. IIED Discussion Paper. IIED, London.

Bobylev, S. and Perelet, R. (Eds.) (2013). Sustainable Development in Russia. Berlin-St. Petersburg: Russian-German Environmental Information Bureau.

Bossink, B. (2012). Eco-Innovation and Sustainability Management. New York: Routledge.

Broto, V. C., Trencher, G., Iwaszuk, E. and Westman, L. (2019).Transformative capacity and local action for urban sustainability. Ambio, 48(5), 449-462.

Calic, G. and Mosakowski, E. (2016). Kicking off social entrepreneurship: How a sustainability orientation influences crowdfunding success. Journal of Management Studies, 53(5), 738-767.

Carney, D. and Farrington, J. (1998). Natural Resource Management and Institutional Change. London: Routledge.

Cialdini, R. B., Reno, R. R. and Kallgren, C. A. (1990). A focus theory of normative conduct: Recycling the concept of norms to reduce littering in public places. Journal of Personality and Social Psychology, 58(6), 1015-1026.

Cleaver, F. (1998). Incentives and informal institutions: Gender and the management of water. Agriculture and Human Values, 15(4), 347-360.

Clement, K., Hansen, M. and Bradley, K. (2003). Sustainable Regional Development: Learning From Nordic Experience. Nordregio.

Connor, R. and Dovers, S. (2004). Institutional Change for Sustainable Development. Cheltenham: Edward Elgar.

Counsell, D. and Haughton, G. (2006). Sustainable development in regional planning: The search for new tools and renewed legitimacy. Geoforum, 37(6), 921—931.

De Leeuw, A., Valois, P., Ajzen, I. and Schmidt, P. (2015). Using the theory of planned behavior to identify key beliefs underlying pro-environmental behavior in high-school students: Implications for educational interventions. Journal of Environmental Psychology, 42, 128—138.

Egorychev, S. A. (2014). Methodological instruments for complex analysis of sustainable community development. Vestnik OGU, 5(166), 251—257. (In Russian).

Fischer, A., Petersen, L., Feldkotter, C. and Huppert, W. (2007). Sustainable governance of natural resources and institutional change — an analytical framework. Public Administration and Development, 27(2), 123—137.

Fudge, S., Peters, M. and Woodman, B. (2016). Local authorities as niche actors: The case of energy governance in the UK. Environmental Innovation and Societal Transitions, 18, 1—17.

Gast, J., Gundolf, K. and Cesinger, B. (2017). Doing business in a green way: A systematic review of the ecological sustainability entrepreneurship literature and future research directions. Journal of Cleaner Production, 147, 44—56.

Goldsmith, E. B. (2015). Social Influence and Sustainable Consumption. Cham: Springer International Publishing.

Graymore, M. L., Sipe, N. G. and Rickson, R. E. (2008). Regional sustainability: How useful are current tools of sustainability assessment at the regional scale? Ecological Economics, 67(3), 362—372.

Guijt, I. and Moiseev, A. (2001). Resource kit for sustainability assessment: part A. Gland. Switzerland and Cambridge, UK: IUCN.

Güney, T. (2017) Governance and sustainable development: How effective is governance? Journal of International Trade & Economic Development, 26(3), 316—335. DOI: 10.1080/09638199.2016.1249391.

Haughton, G. and Counsell, D. (2004). Regions and sustainable development: regional planning matters. Geographical Journal, 170(2), 135—145.

Henderson, H., Lickerman, J. and Flynn, P. (Eds.), (2000). Calvert-Henderson quality of life indicators: a tool for assessing national trends. Bethesda: Calvert Group.

ISO 14040 (2006): Environmental management — Life cycle assessment — Principles and framework. Geneve: International Organisation for Standardisation (ISO).

ISO 14044 (2006): Environmental management — Life cycle assessment — Requirements and guidelines. Geneve: International Organisation for Standardisation (ISO).

Jackson, T. (2005). Motivating Sustainable Consumption: A review of evidence on consumer behaviour and behavioural change. University of Surrey: Centre for Environmental Strategy. January.

Jansson, J., Nordlund, A. and Westin, K. (2017). Examining drivers of sustainable consumption: The influence of norms and opinion leadership on electric vehicle adoption in Sweden. Journal of Cleaner Production, 154, 176—187.

Kozenkow, J. (2018). The role of institutions in achieving sustainable development. On Research, 1(1), 95—112.

Lebedeff-Donskoi, M. M. and Redko, M. D. (2013). Sustainability of regional economic development: Theoretical foundations and evaluation methodology. Economika I upravlenie v XXI veke: Tendencii razvitia, 9, 86—101 (In Russian).

Lindgreen, A., Vallaster, C., Maon, F., Yousafzai, S. and Florencio, B. P. (Eds.) (2018). Sustainable Entrepreneurship: Discovering, Creating and Seizing Opportunities for Blended Value Generation. London: Routledge.

Longo, C., Shankar, A. and Nuttall, P. (2019). "It's Not Easy Living a Sustainable Lifestyle": How greater knowledge leads to dilemmas, tensions and paralysis. Journal of Business Ethics, 154(3), 759—779.

Malodia, S. and Bhatt, A. S. (2019). Why Should I Switch Off: Understanding the Barriers to Sustainable Consumption? Vision - The Journal of Business Perspective, 23(1): paper 0972262919840197.

Mochalova, L. A. (2015). Necessary institutional changes during the transition from consumer economy to economy of sustainable development. Izvestia Uralskogo gosudarstvennogo economicheskogo universiteta, 6(62), 6-13 (In Russian).

Moratis, L., Melissen, F. and Idowu, S. O. (Eds.) (2018). Sustainable Business Models: Principles, Promise, and Practice. Cham: Springer.

Neumayer, E. (2000). Scarce or abundant? The economics of natural resource availability. Journal of Economic Surveys, 14(3), 307-335.

Newig, J., Derwort, P. and Jager, N. W. (2019). Sustainability through institutional failure and decline? Archetypes of productive pathways. Ecology and Society, 24(1): paper18. https://doi.org/10.5751/ES-10700-240118.

Newman, P., Bathgate, C., Bell, K., Dawson, M., Hudson, K., Lehman, J., Mason, S., Myhill, P., McEnaney, L., McCreddin, C., Pidgeon, C., Pratt, C., Ringrose, C., Ringvall, K. and Sargent, M. (1994). Australia's population carrying capacity: an analysis of eight natural resources. Perth: Institute for Science and Technology Policy, Murdoch University.

O'Rourke, D. and Lollo, N. (2015). Transforming Consumption: From Decoupling, to Behavior Change, to System Changes for Sustainable Consumption. Annual Review of Environment and Resources, 40, 233-259.

Pacheco, P., Barry, D., Cronkleton, P. and Larson, A. M. (2008). The role of informal institutions in the use of forest resources in Latin America. Bogor: Center for International Forestry Research. Forests and Governance Programme, No. 15/2008.

Podolnaia, N. N. and Riabova, S. G. (2017). Sustainability of regional socio-economic systems: evaluation toolkit and the nature of development. Nacionalnye interesy: Prioritety i bezopasnost, 13(5), 827-842. (In Russian).

Prescott-Allen, R. (1997). Barometer of Sustainability: Measuring and communicating wellbeing and sustainable development. Gland, Switzerland and Cambridge, UK: International Union for Conservation of Nature.

Rahdari, A., Sepasi, S. and Moradi, M. (2016). Achieving sustainability through Schumpeterian social entrepreneurship: The role of social enterprises. Journal of Cleaner Production, 137, 347-360.

Rapport, D. J., Costanza, R. and McMichael, A. J. (1998). Assessing ecosystem health. Trends in Ecology & Evolution, 13(10), 397-402.

Rebitzer, G., Ekvall, T., Frischknecht, R., Hunkeler, D., Norris, G., Rydberg, T., Schmidt, W.-P., Suh, S., Weidema, B. P. and Pennington, D. W. (2004). Life cycle assessment Part 1: Framework, goal and scope definition, inventory analysis, and applications. Environment International, 30(5), 701-720.

Rees, W. E. (1992). Ecological footprints and appropriated carrying capacity: what urban economics leaves out. Environment and Urbanization, 4(2), 121-130.

Richetin, J., Perugini, M., Conner, M., Adjali, I., Hurling, R., Sengupta, A. and Greetham, D. (2012). To reduce and not to reduce resource consumption? That is two questions. Journal of Environmental Psychology, 32(2), 112-122.

Salazar, H. A., Oerlemans, L. and van Stroe-Biezen, S. (2013). Social influence on sustainable consumption: evidence from a behavioural experiment. International Journal of Consumer Studies, 37, 172-180.

Saleth, R. M. and Dinar, A. (2004). The Institutional Economics of Water: A CrossCountry Analysis of Institutions and Performance. Cheltenham, UK: Edward Elgar.

Salmivaara, L. and Lankoski, L. (2019). Promoting Sustainable Consumer Behaviour through the Activation of Injunctive Social Norms: A Field Experiment in 19 Workplace Restaurants. Organization & Environment, DOI: 10.1177/1086026619831651.

Schaefer, K., Corner, P. D. and Kearins, K. (2015). Social, Environmental and Sustainable Entrepreneurship Research: What Is Needed for Sustainability-as-Flourishing? Organization & Environment, 28(4), 394-413.

Shepherd, D. A. and Patzelt, H. (2011). The New Field of Sustainable Entrepreneurship: Studying Entrepreneurial Action Linking "What Is to Be Sustained" With "What Is to Be Developed". Entrepreneurship Theory and Practice, 35(1), 137-163.

Spangenberg, J. H. (2014). Institutional change for strong sustainable consumption: Sustainable consumption and the degrowth economy. Sustainability: Science, Practice, and Policy, 10(1), 62-77.

Stoever, J. (2012) On Comprehensive Wealth, Institutional Quality and Sustainable Development — Quantifying the Effect of Institutional Quality on Sustainability. Journal of Economic Behavior & Organization, 81(3), 794-801.

Strategies for Sustainable Development: Guidance for Development Co-operation. Paris: OECD, 2001. (https://www.oecd.org/dac/environment-development/2669958.pdf).

Suchman, M. C. (1995). Managing legitimacy: Strategic and institutional approaches. Academy of Management Review, 20(3), 571-610.

Tambovtsev, V. L. (2014). Economic theory of the informal institutions. Moscow: RG-Press (In Russian).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Tambovtsev, V. L. (2015). The myth of the "Culture code" in economic research. Voprosy economiki, 12, 85-106 (In Russian).

Tewdwr-Jones, M., Morphet, J. and Allmendinger, P. (2006). The Contested Strategies of Local Governance: Community Strategies, Development Plans, and Local Government Modernisation. Environment and Planning A: Economy and Space, 38(3), 533-551.

Thiry, G. and Cassiers, I. (2010). Alternative Indicators to GDP: Values behind Numbers. Adjusted Net Savings in Question. Discussion papers IRES, No 2010-18.

Tonglet, M., Phillips, P. S. and Bates, M. P. (2004). Determining the drivers for householder pro-environmental behaviour: waste minimisation compared to recycling. Resources, Conservation and Recycling, 42(1), 27-48.

Van Dam, Y. K. and Apeldoorn, P. A. C. (1996). Sustainable marketing. Journal of Macromarketing, 16(2), 45-56.

Vogelpohl, T. and Aggestam, F. (2012). Public policies as institutions for sustainability: potentials of the concept and findings from assessing sustainability in the European forest-based sector. European Journal of Forest Research, 131(1), 57-71.

Vujcich, H. and McGuinness, W. (2008). Institutions for Sustainable Development: Learning from International Experience. Background Paper to Report 4, Project 2058. Wellington: Sustainable Future Institute, October. (http://www.mcguinnessinstitute.org/ wp-content/uploads/2016/08/Project-2058-Report-4a-Web.pdf).

WCED (World Commission on Environment and Development) (1987). Our Common Future. Oxford: Oxford University Press.

Wicher, J. (2014). The relationship between informal institutions and a sustainable development-Evidence from a panel data set. International Journal of Business and Management, 2(3), 172-191.

Windsor,D. (2017).Multi-LevelSocialInstitutionsinConflictoverSustainableDevelopment. Critical Sociology, 44(4): paper 089692051770833. DOI:10.1177/0896920517708338.

Wolfram, M. (2016). Conceptualizing urban transformative capacity: A framework for research and policy. Cities, 51, 121-130.

Yami, M., Vogl, C. and Hausera, M. (2009). Comparing the Effectiveness of Informal and Formal Institutions in Sustainable Common Pool Resources Management in Sub-Saharan Africa. Conservation & Society, 7(3), 153-164.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.