ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ «ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 6 (82), 2009
новый выше описанный гносеологический метод — ризоматическое моделирование, обращение к которому обеспечивает развитие онтологической сущности ризомы.
Библиографический список
1. Делез Ж. Анти — Эдип: Капитализм и шизофрения. — Екатеринбург : У-Фактория, 2008.
2. Делез Ж. Логика смысла // URL: http: //bookz.ru/ authors/delez-jil_html.
3. Делез Ж. Логика смысла // URL: http: //bookz.ru/ authors/delez-jil_html.
4. Лукашевич В.К. Модели и метод моделирования в человеческой деятельности. — М., 1983.
ЛОПАТИНА Ксения Владимировна, аспирантка кафедры философии.
E-mail: lopatina@mail.ru
Дата поступления статьи в редакцию: 07.05.2009 г.
© Лопатина К.В.
УДК 111 Л. А. ЯШКОВА
Омский государственный педагогический университет
УПРОЩЕНИЕ КАК СУЩНОСТНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКА И УГРОЗА ГИБЕЛИ
Данная статья рассматривает трансформации, происходящие с внутренним миром современного человека, которые, проявляясь в его деятельности и бытии в целом, привели к угрозе уничтожения как самого человека, так и всей биосферы в целом. Эти изменения характеризуются упрощением картины мира, представленной в сознании человека и упрощении его самосознания. Также в статье показаны тенденции взаимосвязи характеристик внутреннего мира человека и особенностей переживания кризиса и преодоления катастрофы. Данная статья может быть полезна анализом проблем современности с точки зрения философской антропологии.
Ключевые слова: кризис, культура, упрощение, картина мира, самосознание, катастрофа.
Современное бытие включает в себя угрозу катастроф, которые стали следствием деятельности самого человека. Экологическая катастрофа, угроза ядерной войны, существование бактериологического оружия, глобальное изменение климата, грозящее наводнением в случае таяния ледников, исчерпаемость энергоресурсов, вымирание видов животных и растений, следствием чего могут быть непредсказуемые изменения флоры и фауны, возникновение смертельных болезней (СПИД, другие вирусные болезни, распространение рака и т.д.), техногенная катастрофа, кризис экономики, политики, культуры, науки и других сфер жизнедеятельности человека — это неполный перечень глобальных проблем человечества, которые в настоящее время называют системным кризисом. Люди своим поведением, своей деятельностью поставили под угрозу существования не только свой собственный вид Homo sapiens, но и всю биосферу в целом.
Этология рассматривает поведение человека как функцию системы, которая существует именно в такой форме, благодаря историческому развитию и становлению в ходе эволюции, которая и отразилась в истории отдельного индивида, вида в целом и в истории культуры. Поведение человека во многом определяется его мировоззрением. Истоки мировоззренческого кризиса восходят к 800 — 200 гг. до н.э. —
эпохе, которую К. Ясперс назвал «осевым временем». Это время формирования современного человека во всей полноте его духовного мира, разработки основных категорий, отражающих жизнь людей. «Человек в это время осознает самого себя и свои границы, бытие в целом. Перед ним открывается ужас мира и собственная беспомощность» [1]. Осознавая свои границы, он начинает иначе смотреть на окружающий мир, ставит перед собой высшие цели, выходит за пределы своего индивидуального существования. Это происходит посредством рефлексии. Изменения, происходящие с отдельным человеком, косвенным образом оказывают влияние на всех людей. Подлинная духовная связь между народами явилась впоследствии базой для формирования мировых религий. Таким образом, выкристаллизовались основные ценности. Они и стали играть в истории определяющую роль.
В настоящее время происходит трансформация человека сформировавшегося в «осевое время», наблюдаются обратные тенденции, когдачеловек перестает осознавать свои границы и бытие в целом. Наблюдается разрушение подлинно человеческого в человеке. Негативные изменения, связанные с духовностью, проявляясь в его деятельности, приводят к угрозе уничтожения самого человека. Если в конце XIX века Ф. Ницше утверждал, что «Бог умер», то уже
в XX веке, по выражению Э. Фромма, и сам «человек умер». К. Ясперс также высказывал опасения по поводу будущего человечества: «Человек может потерять себя, человечество незаметно для самого себя или в результате страшных катастроф — вступить в стадию нивелирования и механизации, в жизнь, где нет свободы и свершений, в царство черной злобы, не знающей гуманности» [2].
При этом необходимо отметить, что как биологический вид, по мнению ученых, человек остается неизменным. А. Вебер высказал мысль, что в настоящее время мы находимся, перед «значительно меняющимся преобразованием человека в его соматически неизменном облике, следовательно, перед преобразованием естественного человека» [3].
Х. Ортега-и-Гассет указывал, что сегодняшняя ситуация отличается от какой бы то ни было в истории. При гибели других цивилизаций крах потерпели устои, а сегодня крах терпит сам человек, который не успевает за развитием своей цивилизации. Эту точку зрения поддерживает и П. Сорокин, отмечая, что современный кризис носит не обычный, а экстраординарный характер. Он затрагивает одновременно всю культуру общества, все его главные институты. Это кризис искусства и науки, философии и религии, права и морали, образа жизни и нравов. Современный кризис назвали системным кризисом. Э. А. Азроянц описывает структуру глобального цивилизационного кризиса, который включает в себя следующие компоненты: 1) кризис экологический; 2) кризис политический, связываемый с крахом идеи двуполярного мира, завершением «холодной войны»; 3) кризис экономический, затрагивающий экономическую идеологию в целом, а не отдельной страны; 4) кризис мировоззрения и науки, связанный с исчерпанием потенциала мировоззренческой парадигмы, базирующейся на западной философии и религиозном опыте, в основе которых два стратегических стержня — рационализм и индивидуализм; 5) кризис религиозного сознания, связанный с катаклизмами, в результате которого человек гибнет, ожесточается, утрачивает социальные связи и перестает кому-либо верить; 6) кризис искусства и духовное оскудение человека (искусство нетленно; кризис связан с людьми как с «потребителями» творчества, с состоянием их духовности, деформированной невос-требованностью искусства) [4].
Кризис культуры, являясь объективной причиной трансформаций человека, формирует упрощение как сущностную характеристику современного человека. Современный человек, по мнению ряда западных ученых (Э.Фромм, Х. Ортега-и-Гассет, В. Хёсле, Г. Зиммель и др.), утрачивает свою целостность, индивидуальность, уникальность, превращаясь в пассивное существо, безликую вещь. Наблюдаются тенденции упрощения как внутреннего мира человека, так и картины мира, представленной в его сознании. А именно эти составляющие мировоззрения человека оказывают влияние на выбор способа бытия, который совершает человек в своей жизни. Характерными чертами современного человека становятся внутренняя опустошенность, отчужденность, духовная подавленность, психическая неустойчивость, нравственная надломленность и моральная беспринципность, что усугубляет антигуманные отношения в мире. «Мы уже не страдаем от того, что в таких-то и таких-то ситуациях не можем больше проявлять подлинно человеческое участие к своим ближним, и, в конечном счете, деградируем к отречению от истинно человеческих отношений и там, где они возможны и уместны...» [5].
Об упрощении говорили Н. Я. Данилевский и К. Леонтьев. Н. Я. Данилевский, анализируя историческое становление и развитие различных народов, указывал на то, что весь процесс развития, старения, умирания зависит не только от внешних причин. Внешние причины, по мнению Н. Я. Данилевского, только способствуют разрушению в то время, когда происходят изменения внутренние (иссякает творческая деятельность в народах, или они успокаиваются на достигнутом и дряхлеют в самодовольстве, или достигают неразрешимых, с их точки зрения, противоречий).
Упрощение как характеристика современного человека связано с двумя аспектами, каждый из которых причинно обусловлен: 1) упрощение картины мира, представленной в сознании человека; 2) упрощение его самосознания.
Прежде всего, упрощение захватывает представление о мире. Для упрощенной картины мира, представленной в сознании человека, характерна редукция духовно-ментального пласта действительности, остается лишь отражение, по большей части, только материального мира — вещно-предметного мира, который окружает человека. Чувственная культура поставила на место Бога разум человека и науку, что и повлекло за собой отсечение значительной части интуитивно познаваемой реальности. «Материализм есть система, но самая простая, ибо ничего не может быть проще и грубее, малосложнее, как сказать, что все вещество и что нет ни Бога, ни Духа, ни бессмертия души, ибо мы этого не видим и не трогаем руками» [6]. В то же время именно эта составляющая мира имеет особое значение для человека, для удовлетворения его сущностной потребности в трансценденции (с осевого времени люди видели в этом путь спасения. Опасность заключается в том, что угасают не только религиозные чувства и идеалы, но и способность к духовной деятельности вообще. «Изолировав эмпирический аспект реальности от других ее аспектов, господствующий ныне эмпиризм в то же время сузил мир смысловых ценностей и тем самым чрезвычайно снизил все бесконечное богатство социокультурной и вселенской реальности. В силу этого он превратился в фактор, обедняющий нашу жизнь, снижающий наш творческий потенциал, уменьшающий полноту жизни, ее бесконечную ценность и даже земное счастье» [7].
Упрощение формируется посредством нескольких механизмов. Во-первых, действие социально обустроенного фильтра (аппарата отражения картины мира) (Э. Фромм). Составляющими этого фильтра являются: язык, логика, социальные табу. Система категорий, формируемых обществом, детерминирует форму сознания. Содержание бессознательного представляет целостного человека со всеми его наклонностями к тьме и свету. Сознание же — это те содержания, которые становятся осознанными, проходя сквозь этот фильтр. Соответственно, например, чем меньше категорий используется в языке, тем меньше содержаний может быть осознано и стать содержанием сознания. Аналогичную мысль можно найти в книге В. Клемперера «Язык третьего рейха». Во-вторых, соотношение верований и идей (Х. Ортега-и-Гассет). Основные ценности, формируемые на них взгляды, являясь составной частью культуры, во многом определяют «верования», о которых говорит Х. Ортега-и-Гассет. Верования образуют «реальный мир» человека и влияют на формирование картины мира. Определяя верования, он отмечает, что именно они оказываются максимально эффективными в поведении. Человек, не осознавая этого, с ними считается и не размыш-
«ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 6 (82), 2009 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ «ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 6 (82), 2009
ляет о них. Именно верования и определяют глубину жизни. Помимо верований, автор выделяет идеи. Идеи — это то, что люди сознательно разрабатывают. Если случается что-то, что не объясняется верованиями или не совпадает с ними, то человек начинает размышлять и рождает идеи. Современные достижения во многом облегчили человеку жизнь, возможно, поэтому сейчас человек предпочитает не думать, не выбирать и не быть ответственным за свою жизнь и все, что происходит в мире, а «плыть по течению». В-третьих, засоренность сознания искаженными образами действительности, как препятствие познания мира. Намного раньше всех перечисленных авторов критику сознания можно найти у Ф. Бэкона в его учении об идолах. Главным препятствием на пути познания мира Ф. Бэкон считал засоренность сознания людей так называемыми идолами — искаженными образами действительности; ложными представлениями и понятиями. Он различал четыре вида идолов, с которыми человечеству следует бороться: идолы рода; идолы пещеры; идолы рынка и площади; идолы театра.
Мышление во всех описанных нами процессах играет важнейшую роль, поскольку оно является инструментом познания мира и составления картины мира в сознании человека. В связи с этим можно указать на наличие двух видов мышления (С. Ф. Денисов): вычисляющего и осмысляющего. Вычисляющее мышление, доминирующее в настоящее время, направленно на эффективное достижение человеком ближайших целей своего существования. Элиминация осмысляющего мышления, направленного на осмысление действительности, выработку высших целей, ведет к потере человеком своих корней.
Упрощение самосознания происходит посредством нескольких механизмов, характерных для настоящего времени.
Во-первых, это нарушение самоидентификации. Самоидентификация — механизм становления человека, поэтому ее разрушение ведет к качественным преобразованиям человека. Отождествляя себя с кем-либо, человек обретает свои границы, в которых осваивает себя и окружающий мир. Далее он переходит эти границы и начинается следующий этап становления. Этому процессу способствовали традиции, которые передавали знания не только о внешнем мире, но и о самом человеке, его месте в мире. «Если молодой человек потерял духовное наследие культуры, в котором он вырос и если он не находит ей замены в духовной жизни другой культуры, то ему не дано отождествить себя ни с чем и ни с кем, и тогда он в самом деле ничто и никто» [8]. Этому же способствует и наличие социально обусловленного фильтра, который помимо искажения представлений об окружающем мире, оказывает значительное влияние на процессы самосознания. В связи с влиянием этого фильтра человек стал отождествлять себя со своим сознанием, со своим «эго», при этом значительная часть содержаний психики отрезается, что приводит к упрощению самосознания.
Во-вторых, исчезновение глубоких чувств и эмоций, которые позволяют человеку почувствовать свою глубину. Эта составляющая тенденции упрощения самосознания реализуется несколькими путями. Первый путь реализуется через преобладание чувственных ценностей или ценностей «иметь» (Э. Фромм), препятствующих удовлетворению глубинных потребностей. Еще Ф. М. Достоевский говорил о том, что красота спасет мир. Красота природы и красота, которая создана руками человека в процессе творчества. И та, и другая вызывает благоговение и удовлетворение эстетических потребностей человека,
о которых можно не знать, но которые при этом не исчезают, а сообщают о своей неудовлетворенности определенными негативными чувствами, например, тоской. В случае же удовлетворения этих потребностей, человек, испытывая чувства и эмоции, узнает о своих глубинных потребностях. Второй путь исчезновения всех сильных чувств и эмоций связан с тем, что развитие техники и фармакологии порождает возрастающую нетерпимость ко всему, что вызывает малейшее неудовольствие. Тем самым исчезает способность человека переживать ту радость, которая дается лишь ценой тяжких усилий при преодолении препятствий. Следует отметить, что потребность в сильных чувствах и аффектах сохраняется, даже если она не осознается, и, возможно, неудовлетворенность ее проявляется в возрастании терроризма и увеличении количества самоубийств во всем мире в настоящее время. В таких условиях человек удовлетворяет данную потребность и ставит сам себя (осознанно или неосознанно) в условия пограничной ситуации, например, столкновение со смертью, что позволяет ему ощутить полноту жизни, подлинность бытия, а также проявить качества, которые не востребованы в обыденной жизни. Третий путь исчезновения глубоких чувств и эмоций связан с тенденцией к немедленному удовлетворению потребностей и избеганием вкладывания сил в предприятия, предполагающие удовольствие лишь через некоторое время. Следствием этого является исчезновение всех тонко дифференцированных форм поведения как культурно — запрограммированных, так и филогенетически, в частности, связанных с половыми отношениями.
В-третьих, упрощение происходит в связи со снижением. способности к рефлексии. Ускоряющийся ритм жизни цивилизации, разрушение культурных традиций, изменения в системе образования (специализация и уход от целостной картины мира) приводит к тому, что человек теряет способность к рефлексии. Как следствие, происходит потеря связи со своим внутренним миром, самоотчуждение, а также исчезновение подлинно человеческой деятельности — размышления.
В-четвертых, к упрощению ведет потеря связи со своим внутренним, миром, следствием чего является утрата ценностного чувства. Ценностное чувство, которое имеется в человеке a priori остается не услышанным, из-за повышенного внимания человека к внешнему миру, и тенденции к избеганию оставаться наедине с самим собой. «Первое место ценностного a priori было и остается за самым пронизывающим схватыванием действительности и жизненную установку ценностным чувством. Только в нем есть изначальное, неэксплицитное «нравственное познание», подлинное знание о добре и зле» [9]. Существует «аксиологический закон: низшие ценности — самые сильные, самые же слабые — высшие» [10]. В связи с тенденцией к утере связи со своим внутренним миром, у более сильных ценностей существует больше возможностей быть услышанным человеком в связи со снижением способности слышать свой внутренний мир. Человек очень многое теряет, если избегает всего того, что связано с этической действительностью внутренней жизни. Неразвитость нравственного чувства обедняет его. «Предрассудок, слепота человека проявляются в том, что он не замечает того изобилия, в котором находится. Этос полноты — тенденция внутреннего оправдания жизни, достижения того величия, которое у нее есть. Его пафос — это пафос почтения перед всесторонней ценностной наполненностью, пафос исполненного благодарности знания и, та, где знаний
не хватает, пафос предчувствия неисчерпаемого. Для того, кто живет в такой установке, всякая ограниченность есть уплощение, обеднение, обеспложивание, растрачивание жизни, а у кого это переходит в намеренную жизненную позицию — недостойное отречение, мелочный пессимизм и моральная неблагодарность» [11].
В-пятых, к упрощению ведет генетическое вырождение. В поведении человека, служащем сохранению общества или вредящем ему, многое зависит от того, что вложили в него родители в раннем детстве, и многое также обусловлено генетически. Проблема заключается в том, что «ген альтруизма» (К. Лоренц) не популярен в современных условиях жизни. Нет факторов, которые бы вели отбор в направлении доброты и порядочности, кроме «нашего врожденного чувства к этим ценностям» [12]. В условиях отчуждения от своего внутреннего мира, угроза, связанная с генетическим вырождением увеличивается, поскольку врожденное чувство в отношении этих ценностей (доброты и порядочности) остается не услышанным.
Таким образом, формируется упрощение как характеристика современного человека. По мнению Ф. Василюка, существует корреляция характеристик аспектов сознания (картины мира в сознании человека, его самосознания) и особенностей переживания человеком кризиса и катастрофы. Конструктивному преодолению кризиса способствуют характеристики описанных выше аспектов сознания, стоящие в континууме «упрощение — сложность» ближе к полюсу «сложность», то есть картина мира, представленная в сознании человека и его самосознание должны характеризоваться глубиной и сложностью, стремлением к познанию. Ф. Василюк подчеркивает значение именно сложного внутреннего мира (самосознания) для превращения «потенциально разрушительных событий жизни в точки духовного роста и совершенствования. Однако однозначной зависимости между доминирующим принципом переживания и его последствиями для развития личности не существует» [13]. Исходя из этого, упрощение, как характеристика современного человека, описанная нами, снижает возможность конструктивного преодоления кризиса и катастрофы.
Однако, по словам К. Ясперса, «...человек не может полностью утратить свою сущность, ибо он создан «по образу и подобию Божию»; ... Человек не может вообще перестать быть человеком. Он может погрузиться в сон, отсутствовать, забыть о себе» [14], что дает надежду на имеющуюся у человека возможность «проснуться», «вспомнить» о том, что он Человек,
взять на себя ответственность за происходящее в современном мире и избежать тем самым гибели, прежде чем погибнет все живое на Земле.
Данная статья может быть полезна своим анализом проблем современности с точки зрения философской антропологии.
Библиографический список
1. Ясперс, К. Смысл и назначение истории [Текст] / К. Ясперс. — М. : Политиздат, 1991. — С. 33.
2. Там же. — С. 160.
3. Вебер, А. Избранное: Кризис европейской культуры [Текст] / А. Вебер. — СПб. : Университетская книга, 1998. — С. 218.
4. Азроянц, Э.А. Эпитафия 20 веку[Текст] / Э.А. Азроянц. // Россия и современный мир. — 2000. — № 1. — С. 87.
5. Лейбин, В.М. «Модели мира» и образ человека: критический анализ идей Римского клуба [Текст] / В.М. Лейбин. — М., 1982. - С. 180-181.
6. Леонтьев, К.Н. Византизм и славянство [Текст] / К. Н. Лентьев. - М. : «ДАРЪ», 2005. - С. 154-155.
7. Сорокин, П. Социальная и культурная динамика: исследование изменений в больших системах искусства, истины, этики, права и общественных отношений [Текст] / П. Сорокин. - СПб. : РХГИ, 2000. - С. 802.
8. Лоренц, К. Оборотная сторона зеркала [Текст] / К. Лоренц // Оборотная сторона зеркала. - М. : Республика, 1998. - С. 425.
9. Гартман, Н. Этика [Текст] / Н. Гартман. - СПб. : «Владимир Даль», 2002. - С. 175.
10. Там же. - С. 542.
11. Там же. - С. 541.
12. Лоренц, К. Восемь смертных грехов цивилизованного человечества [Текст] / К. Лоренц // Оборотная сторона зеркала. - М. : Республика, 1998. - С. 32.
13. Василюк, Ф. Психология переживания: анализ преодоления критических ситуаций [Текст] / Ф. Василюк. -М. : Изд-во Моск. ун-та, 1984. - С. 152.
14. Ясперс, К. Смысл и назначение истории [Текст] / К. Ясперс. - М. : Политиздат, 1991. - С. 162.
ЯШКОВА Любовь Алексеевна, аспирантка кафедры философии, преподаватель психологии Омского педагогического колледжа № 1.
E-mail: lyaspb.@mail.ru
Дата поступления статьи в редакцию: 01.06.2009 г.
© Яшкова Л.А.
«ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 6 (82), 2009 ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ