Научная статья на тему 'УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЕ'

УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЕ Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
108
29
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПРЕСТУПНОЕ СООБЩЕСТВО / ПРЕСТУПНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ / ОРГАНИЗОВАННАЯ ГРУППА / ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СФЕРА / БОРЬБА С ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТЬЮ

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Федотова А.В.

В статье рассматриваются законодательные изменения в части исключения уголовной ответственности по ст. 210 УК РФ для руководителей, учредителей юридических лиц и организаций: предпосылки и последствия данных корректировок. Выделены признаки, по которым возможно отнести то или иное формирование под критерий «преступное». Проанализированы существующие в настоящее время проблемы правоприменительной практики при квалификации действий лица по признакам преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, одной из которой является отсутствие четких критериев трактования понятия «преступное сообщество» («преступная организация»). Автором предлагается внести изменения в действующее уголовное законодательство, сформулировав понятие «преступное сообщество», с учетом проблемных вопросов, возникающих на теоретическом и практическом уровне при применении данного термина.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

CRIMINAL LAW POLICY ON COMBATING ORGANIZED CRIME IN THE ECONOMIC SPHERE

The article discusses the legislative changes in the part of excluding criminal liability under Article 210 of the Criminal Code for managers, founders of legal entities and organizations: the prerequisites and consequences of these adjustments. The article analyzes the current problems of law enforcement practice in the qualification of a person’s actions under Article 210 of the Criminal Code of the Russian Federation, one of which is the lack of clear criteria for the interpretation of the concept of «criminal community» («criminal organization»). The author proposes to amend the current criminal legislation, formulating the concept of «criminal community», taking into account the problematic issues that arise at the theoretical and practical level when using this term.

Текст научной работы на тему «УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЕ»

ЛИТЕРАТУРА

1. Связь (рынок России). URL: https://www.tadviser.ru/mdex.php/OraTbH:CBH3b_(pbiHOK_Poc-сии) (дата обращения: 24.03.2021).

2. Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ. URL: https:// www.tadviser.ru/mdex.php/Компания:Министерство_цифрового_развития,_связи_и_массовых_ коммуникаций_РФ_(Минцифры) (дата обращения: 24.03.2021).

3. Беляков А. А., Дерюгин Р. А. Некоторые проблемы оценки и использования информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами при расследовании преступлений // Российский юридический журнал. 2017. № 6. С. 146 - 150.

4. Стельмах В. Ю. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами // Lex russica. 2017. № 3. С. 141 - 153.

5. О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан (статья 165 УПК РФ): постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.06.2017 № 19 // Российская газета. 2017. № 125.

6. О порядке оказания услуг телефонной связи» (вместе с «Правилами оказания услуг телефонной связи»): постановление Правительства РФ от 09.12.2014 № 1342 // Собрание законодательства РФ. 2014. № 51. Ст. 7431.

7. Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного права Российской Федерации. URL: http://www.iuaj.net/node/1766 (дата обращения: 24.03.2021).

© Сибагатуллин Ф. Ф.

© Латыпов В. С.

УДК 343.7:343.341(470)

А. В. ФЕДОТОВА, старший преподаватель кафедры общеправовых дисциплин Дальневосточного юридического института МВД России (г. Хабаровск)

A. V. FEDOTOVA, Senior Instructor at the Department of General Legal Disciplines of Far Eastern Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia (Khabarovsk)

УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ПОЛИТИКА ПО ПРОТИВОДЕЙСТВИЮ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЕ

CRIMINAL LAW POLICY ON COMBATING ORGANIZED CRIME IN THE

ECONOMIC SPHERE

Аннотация. В статье рассматриваются законодательные изменения в части исключения уголовной ответственности по ст. 210 УК РФ для руководителей, учредителей юридических лиц и организаций: предпосылки и последствия данных корректировок. Выделены признаки, по которым возможно отнести то или иное формирование под критерий «преступное». Проанализированы существующие в настоящее время проблемы правоприменительной практики при квалификации действий лица по признакам преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, одной из которой является отсутствие четких критериев трактования понятия «преступное сообщество» («преступная организация»). Автором предлагается внести изменения в действую-

щее уголовное законодательство, сформулировав понятие «преступное сообщество», с учетом проблемных вопросов, возникающих на теоретическом и практическом уровне при применении данного термина.

Ключевые слова и словосочетания: преступное сообщество, преступная организация, организованная группа, экономическая сфера, борьба с организованной преступностью.

Annotation. The article discusses the legislative changes in the part of excluding criminal liability under Article 210 of the Criminal Code for managers, founders of legal entities and organizations: the prerequisites and consequences of these adjustments. The article analyzes the current problems of law enforcement practice in the qualification of a person's actions under Article 210 of the Criminal Code of the Russian Federation, one of which is the lack of clear criteria for the interpretation of the concept of «criminal community» («criminal organization»). The author proposes to amend the current criminal legislation, formulating the concept of «criminal community», taking into account the problematic issues that arise at the theoretical and practical level when using this term.

Keywords and phrases: criminal community, criminal organization, organized group, economic sphere, fight against organized crime.

Одна из важнейших задач государственной политики в экономической сфере - это противодействие организованной преступности. На основании этого представляется интересным рассмотреть причины, послужившие внесению изменений в уголовное законодательство в части противодействия организованной преступности в экономической сфере, и определить их возможные последствия.

Отметим, что последние несколько лет вектор уголовной политики направлялся на ослабление ответственности предпринимателей и иных участников экономических отношений. Свои действия в данном направлении законодатель, в первую очередь, аргументировал созданием гарантий защиты предпринимателей от необоснованного обвинения и уголовного преследования, и во вторую - созданием благоприятных условий для формирования и развития предпринимательской и экономической сферы общества. Пристальное внимание за экономической сферой и защитой ее интересов осуществлялось и подвергалось обсуждению общественными и профессиональными группами, а также представителями адвокатского, судейского сообщества, государственных органов и иных практических работников.

Противодействие организованной

преступности послужило основой для введения статьи 210 в действующее уголовное законодательство. На первоначальном этапе действия данной нормы участники преступных группировок совершали тяжкие и особо тяжкие преступления, как правило, общеуголовной направленности (убийство, разбой, вымогательство и др.). Со временем изменилось общество, обстановка в стране и мире стала другой, поменялась и организованная преступность. Однако заложенные в законе формальные признаки квалификации преступной деятельности в ее высшей форме остались неизменными. Говоря об экономической сфере (сфере предпринимательской деятельности), представляется возможным сделать следующий вывод: любое хозяйственное объединение, организацию и иное коллективное образование, осуществляющие свою деятельность в экономической сфере, можно причислить к организованным преступным формированиям (при условии совершения их работниками тяжкого или особо тяжкого преступления). Это обусловлено наличием в структуре указанных коллективных образований признаков преступного сообщества (преступной организации): структурированность, иерархическая система, распределение ролей и доходов. Следовательно, уголовно-правовая нор-

ма, применяемая в избыточном количестве, утрачивает свои правовые свойства и признаки, превращаясь в набор правил, применяемых к работникам экономических субъектов.

Анализируя организованную преступную деятельность в экономической сфере, целесообразно обратиться к статистическим данным, характеризующим ее за последние годы. Так, в 2017 г. в суды РФ поступило 150 уголовных дел, возбужденных по признакам преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, в 2018 г. - 164; в 2019 г. - 162 уголовных дела. Количество зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 210 УК РФ, и количество поступивших и рассмотренных судами уголовных дел свидетельствуют о том, что основную долю в структуре организованной преступности составляют преступления экономической направленности и преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков. Согласно статистическим данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ и Генеральной прокуратуры РФ из 1 000 человек, обвиненных в преступлениях, предусмотренных ст. 210 УК РФ, в отношении которых уголовные дела направлены в суд, только 150 человек были признаны виновными [1]. Основной причиной неподтверждения в судах обвинения в преступлении, предусмотренном ст. 210 УК РФ, является отсутствие в действиях лица признаков преступного сообщества (преступной организации).

Практическое применение ст. 210 УК РФ в отношении предпринимателей и иных участников экономической сферы деятельности в совокупности с судебной статистикой привели законодателя к объективной возможности внесения изменений в ст. 210 УК РФ, исключив уголовную ответственность для данной категории субъектов. Думается, что такого рода изменения законодательства не позволили решить проблему в корне и обусловили своего рода формальный подход

к ее решению. Проблема применения ст. 210 УК РФ связана с содержанием самой нормы, ее признаками, а не с теми субъектами (группами), в отношении которых она применяется, и решение данной проблемы кроется в коренном изменении ст. 35 УК РФ и пересмотре понятия «преступное сообщество (преступная организация)».

Рассмотрим внесенные в 2020 году изменения в уголовное законодательство. Наибольший интерес для исследования представляет первый из двух пунктов примечания, представленный в новой редакции ст. 210 УК РФ: «Учредители, руководители и работники организации, зарегистрированной в качестве юридического лица и (или) руководители, работники ее структурного подразделения не подлежат уголовной ответственности по настоящей статье только в силу организационно-штатной структуры организации и (или) ее структурного подразделения и совершения какого-либо преступления в связи с осуществлением ими предпринимательской или иной экономической деятельности, за исключением случая, когда эти организация и (или) ее структурное подразделение были заведомо созданы для совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений». По своему содержанию данная новелла свидетельствует о необходимости стороне обвинения доказать, что организатор (лидер) хотел создать преступное сообщество (преступную организацию) и осознавал общественную опасность своих действий. При этом факт совершения или подготовки к совершению преступления работниками юридического лица (структурного подразделения) в связи с осуществлением ими предпринимательской или иной экономической деятельности, вовсе не означает, что эти лица являются членами преступного сообщества (преступной организации) [2, с. 66-67]. Внесенное изменение в примечании данной статьи указывает, что для квалификации деяния лица, являю-

щегося, к примеру, руководителем организации, зарегистрированной в качестве юридического лица, за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, связанного с экономической деятельностью, необходимо установить, была ли данная организация (ее структурное подразделение) создана для использования при совершении данных преступлений. Если же указанные факты не будут установлены, то никакой речи о привлечении лица к уголовной ответственности по ст. 210 УК РФ быть не может. Думается, что установить и доказать данное обстоятельство представится сложным, если не сказать - невозможным, для практических работников.

Отметим, что организационно-правовая форма коммерческой или иной организации может использоваться для «прикрытия» преступной деятельности, представители организации юридического лица способны вовлекать других работников, руководителей подразделений в деятельность преступного сообщества (преступной организации), при этом на первоначальном этапе деятельность организации может носить легальный характер. Кроме того, сфера экономики всегда была и будет наиболее привлекательной для преступного элемента в силу своего масштаба и разнообразия направлений деятельности. Преступные сообщества (преступные организации), взяв под контроль уже существующие на законных основаниях коммерческие организации, могут вовлекать их представителей в свою преступную деятельность. В первую очередь, для легализации преступных доходов с целью их последующего приумножения и свободного беспрепятственного распоряжения во благо преступной организации и как следствие этого - получение возможного доступа к государственным ресурсам и лидирующих позиций среди конкурентов (хозяйствующих субъектов). Во вторую очередь, для реализации желания лидеров и членов преступного сообще-

ства (преступной организации) легализоваться в обществе с целью придания видимости законного приобретения личных богатств. Оба выше обозначенных фактора могут реализовываться преступными сообществами (преступными организациями) через сферы экономики, коммерческие организации, как легальным способом (путем приобретения контрольного пакета акций), так и нелегальным (запугивания, угрозы и т. д.) [3, с. 4-5].

По мнению Т.В. Якушевой, проблемы толкования и квалификации по ст. 210 УК РФ, возникающие на практике, вызваны изначальными юридико-техни-ческими ошибками законодателя при создании нормы о преступном сообществе (преступной организации) [4, с. 729].

Представленная в редакции ч. 4 ст. 35 УК РФ и ст. 210 УК РФ формулировка «преступное сообщество» («преступная организация»), представляет собой производную от формулировки смежной формы соучастия - «организованная группа». Снижение правильности квалификации деяний лица по данному признаку обусловлено отсутствием четких критериев разграничения двух форм соучастия, одна из которых является квалифицирующим признаком, а вторая представляет собой самостоятельный состав преступления. Первоначально преступное сообщество (преступная организация), задуманное как особая разновидность организованной группы или объединения таких групп, обладало двумя отличительными свойствами, дополняющими общие с организованной группой признаки, - сплоченностью и специальной целью. Оценочный признак сплоченности оказался на практике трудно отделим от схожего оценочного признака устойчивости у организованной группы, да и цели (совершение преступлений у организованной группы и совершение тяжких и особо тяжких преступлений у преступного сообщества) также не являлись четко разграничива-

ющими критериями данных преступных объединений.

На протяжении нескольких лет законодателем вносились изменения в ст. 210 УК РФ (часть первая нормы дополнена альтернативными действиями, квалифицированные составы - новыми отягчающими признаками - совершение преступлений лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии). Многие из корректировок подвергаются обоснованной критике учеными, в связи с неудачностью, использованных законодательных формулировок [5, с. 6-11]. Это привело к невозможности судебных и следственных органов ограничить организованную группу от преступного сообщества (преступной организации) и фактически квалифицировать действия лица по ст. 210 УК РФ, используя признак «сплоченность». Оценочный признак структурированности обозначен в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участия в нем (ней)», что влечет за собой как неверную квалификацию действий лица, так и следствие этого - оправдательные приговоры.

Справедливо предположить, что недостаточная определенность формулировок критериев преступного сообщества (преступной организации) в указанном постановлении Пленума Верховного Суда РФ начинает утрачивать свою актуальность и требует существенных изменений и дополнений. Четкое разграничение понятий организованная группа и преступное сообщество (преступная организация) позволит исключить их двойной учет и правильно разграничивать действия участников преступных формирований.

Считаем обоснованным поддержать идеи ряда ученых, высказывавшихся о разработке и принятии федерального закона о противодействии организован-

ной преступности. Изложение в одном нормативном правовом акте понятий и признаков организованной группы, преступного сообщества (преступной организации), основных целей и обязательных условий существования данной формы преступной деятельности позволит на практическом уровне разрешить многие проблемные вопросы.

С одной стороны, раскрыть понятие преступного сообщества (преступной организации) можно с акцентом на неформальность и нетрадиционность связей в этом сообществе (группе, организации), которые могут выражаться в наличии традиций криминального характера: клички, татуировки, ритуалы и служить показателем преступной деятельности. С другой стороны, преступные организации могут осуществлять свою деятельность под прикрытием официально зарегистрированных экономических формирований, а их руководители на законных основаниях занимать должности в крупных коммерческих организациях, имея мощный финансовый и силовой ресурс, который, как правило, свидетельствует о наличии коррупционных связей в органах государственной власти. В данном крайнем случае наличие неформальных связей между членами сообщества сводится к минимуму, при этом четко наблюдается иерархия, сплоченность и организованность преступных действий.

Согласимся с мнением П.А. Скобликова, утверждающего, что преступные сообщества могут состоять из действующих сотрудников правоохранительных органов, представляющих одно или несколько ведомств, а также руководителей региональных органов исполнительной или законодательной власти, и в силу имеющегося у них административного и легального силового ресурса способны при необходимости диктовать свою волю иным преступным сообществам, устраняя конкуренцию эффективно, радикально и с внешней стороны - законно [6, с. 105]. Несомненно, такой признак, как

коррумпированность (коррупционная составляющая), также должен учитываться и прорабатываться при определении критериев преступного сообщества (преступной организации).

На наш взгляд, понятие «преступное сообщество (преступная организация)» можно представить в таком содержании: «Структурированное объединение лиц в целях совершения тяжких или особо тяжких преступлений, получения финансовой или иной материальной выгоды, действующих под единым руководством, при наличии устойчивых (в том числе, коррупционных) связей в различных сферах общества и (или) обладающих неформальными признаками, деятельность которых сопряжена с консолидацией преступной среды, осуществлением контроля за различными группами (объектами), территориями с непосредственным развитием и внедрением связей в криминальной среде».

Ни одно из самых либеральных изменений уголовного законодательства не срабатывало на практике так, как это задумывалось авторами. Свидетельством этого является практическое применение ст. 210 УК РФ и внесенные за прошедшие несколько лет изменения в содержание данной нормы. Законодательные коррективы, касающиеся исключения уголовной ответственности в сфере экономической деятельности, существенно оградили бизнес и предпринимательскую деятельность от возможной наказуемости за факт взаимосвязи с преступными элементами в составе преступного сообщества (преступной организации), что может в дальнейшем негативно сказаться в борьбе с экономической организованной преступностью, оставляя ее участников безнаказанными, а права и интересы граждан, организаций и государства -не защищенными.

***

ЛИТЕРАТУРА

1. Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде РФ. URL: http://www. cdep.ru/index.php?id=79&item=5259 (дата обращения: 16.02.2021).

2. Скобликов П. А. Исключение ответственности по ст. 210 УК РФ для учредителей, руководителей и работников организации, зарегистрированной в качестве юридического лица: обновление законодательства, его основания и последствия // Криминология: вчера, сегодня, завтра. 2019. № 4 (55). С. 66-67.

3. Скобликов П. А. Высшее положение в преступной иерархии: проблемы толкования и применения ч. 4 ст. 210 УК РФ // Закон. 2019. № 7. С. 105-108.

4. Скобликов П. А. Смягчение ответственности за организованную преступную деятельность в экономической сфере: предпосылки, изменения законодательства и возможные последствия // Мировой судья. 2020. № 6. С. 3-10.

5. Антонова Е. Ю. Лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии, как специальный субъект преступления // Актуальные вопросы рассмотрения уголовных дел в суде присяжных: сб. материалов Всероссийской научно-практической конференции (19 мая 2017 г., г. Хабаровск) / под ред. С.С. Безрукова, К.А. Волкова; Хабаровский краевой суд, Дальневосточный филиал Российского государственного университета правосудия. Хабаровск: ООО «Издательство «Юрист», 2017. С. 6-11.

6. Якушева Т. В. Противодействие преступным сообществам (преступным организациям) и лидерам криминальной среды: деструктивные тенденции, поиск новых законодательных решений // Всероссийский криминологический журнал. 2020. Т. 14. № 5. С. 727-732.

© Федотова А. В.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.