Научная статья на тему 'Трансформация классических представлений о добре и зле в неклассической литературе (Ф. Сологуб и Л. Петрушевская)'

Трансформация классических представлений о добре и зле в неклассической литературе (Ф. Сологуб и Л. Петрушевская) Текст научной статьи по специальности «Литература. Литературоведение. Устное народное творчество»

CC BY
230
62
Поделиться
Ключевые слова
СОЛОГУБ / ПЕТРУШЕВСКАЯ / ДОБРО / КРАСОТА / СИМВОЛИЗМ / ПОСТМОДЕРНИЗМ / ПОСТРЕАЛИЗМ / SOLOGUB / PETRUSHEVSKAYA / GOOD / BEAUTY / SYMBOLISM / POSTMODERNISM / POST-REALISM

Аннотация научной статьи по литературе, литературоведению и устному народному творчеству, автор научной работы — Березина Анна Николаевна

Трансформация представлений о добре и красоте особенно очевидна в переходные эпохи. Ф. Сологуб и Л. Петрушевская знаковые фигуры для русской литературы начала XX и начала XXI веков. Рассказ Сологуба «Свет и тени», как и рассказ Петрушевской «В детстве», ставит вопрос об ответственности взрослых за жизнь и судьбу ребенка. В обоих рассказах мать искренне желает своему сыну добра. Но в рассказе Сологуба мать из любви к ребенку погружается вместе с ним в мир странных грез, предпочитает сумасшествие скучной обыденности. В рассказе Петрушевской мать активно борется за ребенка, возвращает его к жизни среди сверстников, помогает выстоять перед лицом жизни. «Турандина» Сологуба и «Новые приключения Елены Прекрасной» Петрушевской рассказы-сказки, сталкивающие чудесную красоту и повседневность. В обоих рассказах красота исчезает из пошлого мира; однако Сологуб пишет об этом с элегической грустью, а тон Петрушевской шутливо-иронический. В результате анализа делаем вывод о жестком двоемирии у символиста Сологуба и попытке «диалога» с хаосом у Петрушевской.

Похожие темы научных работ по литературе, литературоведению и устному народному творчеству , автор научной работы — Березина Анна Николаевна,

The transformation of classical concepts of Good and Beauty in non-classical literature (F. Sologub and L. Petrushevskaya)

Transformation of concepts of Good and Beauty is particularly evident in transient epoch. F. Sologub and L. Petrushevskaya are both the prominent figures in Russian literature of the beginning of XX century and the beginning of the XXI century respectively. Sologub's Story Lights and Shadows, as the Petrushevskaya's story In my childhood, raises the question of the responsibility of adult for child's life and destiny. In both stories, the mother sincerely wished good to her son. However, in the story of Sologub mother due to love for a child is immersed with him into the world of strange dreams, prefers madness to boring routine. In the Petrushevskaya's story mother is actively fighting for the child and returns him to the life among his peers, helps him to survive. Turandina of Sologub and The New Adventures of Helen of Petrushevskaya are fairy tales, which bring together the wonderful beauty and everyday life. In both stories the beauty disappears from the vulgar world; Sologub writes about it with elegiac sadness whereas Petrushevskaya's tone is playfully ironic. As a result of analysis we concludes about hard "double-world" view of symbolist Sologub and attempting to "dialogue" with the chaos in Petrushevskaya works.

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Трансформация классических представлений о добре и зле в неклассической литературе (Ф. Сологуб и Л. Петрушевская)»

Драфт: молодая наука

А.Н. БЕРЕЗИНА

(Уральский государственный педагогический университет, Екатеринбург, Россия)

УДК 821.161.1-32

ББК Ш33(2Рос=Рус)6-444

ТРАНСФОРМАЦИЯ КЛАССИЧЕСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ДОБРЕ И ЗЛЕ В НЕКЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ (Ф. СОЛОГУБ И Л. ПЕТРУШЕВСКАЯ)

Аннотация. Трансформация представлений о добре и красоте особенно очевидна в переходные эпохи. Ф. Сологуб и Л. Петрушевская - знаковые фигуры для русской литературы начала XX и начала XXI веков. Рассказ Сологуба «Свет и тени», как и рассказ Петрушевской «В детстве», ставит вопрос об ответственности взрослых за жизнь и судьбу ребенка. В обоих рассказах мать искренне желает своему сыну добра. Но в рассказе Сологуба мать из любви к ребенку погружается вместе с ним в мир странных грез, предпочитает сумасшествие скучной обыденности. В рассказе Петрушевской мать активно борется за ребенка, возвращает его к жизни среди сверстников, помогает выстоять перед лицом жизни. «Турандина» Сологуба и «Новые приключения Елены Прекрасной» Петрушевской - рассказы-сказки, сталкивающие чудесную красоту и повседневность. В обоих рассказах красота исчезает из пошлого мира; однако Сологуб пишет об этом с элегической грустью, а тон Петрушевской - шутливо-иронический. В результате анализа делаем вывод о жестком двоемирии у символиста Сологуба и попытке «диалога» с хаосом у Петрушевской.

Ключевые слова: Сологуб, Петрушевская, добро, красота, символизм, постмодернизм, постреализм.

XX век в истории русской литературы Н.Л. Лейдерман назвал «весьма своеобразной эпохой» [Лейдерман, Липовецкий 2013: 11], эпохой переходного типа. Как известно, переходная эпоха возникает в то время, когда ощущается духовный кризис, происходит девальвация прежних нравственных и эстетических ориентиров. Начинается такая эпоха с культурного взрыва, пришедшегося на Серебряный век русской литературы. «Ментальное потрясение, произошедшее в последние десятилетия XIX века, привело к колоссальному сдвигу в

Драфт: молодая наука

художественном сознании - зародился новый тип культуры, находящийся в оппозиции к тому типу, который господствовал в предшествующую культурную эру (Новое время)», - отмечает Н.Л. Лейдерман [Лейдерман, Липовецкий 2013: 12]. Каждый тип культуры характеризуется присущим ему типом ментальности. В переходные эпохи тип ментальности всегда обладает хаологическим характером. По мнению М.С. Кагана, «модернизм не ограничился утверждением своего отличия от классики, но абсолютизировал значение этого отличия и потому решился порвать с классикой, объявив традиционное «мертвым», лишенным какой-либо ценности для «живого» современного творчества. <...> Модернизм отрекся от свойственной классическому мировоззрению оптимистической веры во всемогущество Разума и открыл широкий простор декадентскому умонастроению, в котором переживание бессмысленности земного существования человека оборачивалось воспеванием болезни, гибели, смерти» [Каган 1997: 501].

Чувство конца определенной эпохи, проявившееся на рубеже XIX- XX веков, повторилось и спустя столетие на рубеже XX-XXI веков. Постмодернизм возник не только как феномен эстетики или литературы; это некий особый тип мышления, в основе которого лежит принцип плюрализма. Вместо прежней иерархии ценностей и канонов - абсолютная относительность и множественность смыслов, приёмов, стилей, оценок. Как отмечает в своих лекциях И.Ю. Вераксич, «ранняя история постмодернизма оказывается историей низвержения устоявшихся вкусов и критериев» [Вераксич 2010: 149]. Добро, красота - вечные ценности во всех культурах. Но эти вечные ценности, указывает М.С. Каган, «исторически относительны, исторически изменчивы» [Каган 1997: 149].

Наша задача - на материале рассказов Федора Сологуба и Людмилы Петрушевской, знаковых авторов для своего времени, рассмотреть преломление представлений о добре и красоте в переходные периоды русской истории.

Рассказы «Свет и тени» (1910) Ф. Сологуба и «В детстве» (2005) Л. Петрушевской, написанные с интервалом почти в столетие, обнаруживают некоторое сходство в сюжетных ситуациях: оба автора показывают, как мать, любящая своего ребенка, сталкивается с патологическим желанием сына уйти от реальной жизни, в какой-то свой, собственный, закрытый от остальных мир. Ситуация в обоих рассказах - на грани реального и фантастически-безумного. Но вот финалы рассказов диаметрально противоположны. В рассказе

Ф. Сологуба мать вместе с сыном погружается в «теневой» мир, в рассказе Л. Петрушевской мать сумела вернуть сына к реальности.

Действие рассказа Сологуба происходит осенью, дождливой, ветреной, холодной. И этот унылый блеклый фон символизирует собой реальную жизнь главных героев, мальчика Володи и его мамы. Уже сам портрет мальчика убедительно показывает нам, что его жизненные силы подорваны, он не способен противостоять трудностям. А мама, «тихая, ласковая, боязливо смотревшая на мир», с «мыслями, запуганными сумерками жизни», не способна научить сына противостоять грубости реального мира, потому что сама никогда не выступала против него. Покорность - вот преобладающая черта ее характера. Сологуб тщательно описывает душевное состояние ребенка: тоску, усталость от жизни, грусть, панический страх перед большим миром, находящимся за пределами стен его дома, ощущение враждебности этого зловещего мира по отношению к нему. Школьная жизнь угнетает и раздражает мальчика. Учителя, вечно недовольные, с дурным настроением, бросающие в адрес учеников грубые и язвительные фразы, вызывают у Володи неприятное чувство. Мать в своей любви к сыну растворилась без остатка, она всю себя посвятила ему, жила своим сыном, его делами, учебой, «болела всеми его школьными тревогами», заботилась, «чтобы Володе было удобно» [Сологуб 2000: 363]. Неусыпный материнский контроль за здоровьем мальчика только способствовал прогрессированию у него навязчивых идей. Володя находится в состоянии депрессии. Он одинок, у него нет друзей в гимназии, он не находит внимательных слушателей ни со стороны учителей, которые вечно торопятся, ни со стороны матери и окружающих. Рассказ завершается драматически. Володя и мама вдвоем сидят у белой стены и «делают руками странные движения <...> лица их мирны, и грезы их ясны, - их радость безнадежно печальна, и дико радостна их печаль» [Сологуб 2000: 384]. О.Н. Михайлов подводит итог: «Рассказ завершается драматической капитуляцией, трагической победой жизни теней над тенями жизни: мать с мальчиком сидят по вечерам у освещенной стены, рассматривают возникающие отражения и что-то тихо говорят друг другу» [Михайлов 1988].

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Н.В. Барковская высказывает следующую точку зрения по поводу финала этого рассказа: «Нежная, любящая мать в рассказе Сологуба предпочитает погрузиться вместе с сыном в мир грез, тем самым губит ребенка окончательно. <...> Сологуб неустанно говорит об ответственности взрослых перед детьми, о недопустимости крайностей

Драфт: молодая наука

как суровой жесткости, так и мягкосердного всепрощения» [Барковская 2004: 277]. Таким образом, одной из важнейших причин детской трагедии в рассказе «Свет и тени» стала чрезмерная забота матери о ребенке, ее готовность потакать его желаниям, а также слабость личности самой матери, не сумевшей бороться с безумием в самой себе. Вместе с тем, Сологуб полагает, что реальная земная жизнь не может дать человеку счастье, возможно, что уход от нее в «теневой» мир полубезумной грезы - лучший выход. Финал рассказа Сологуба остается двойственным.

Если отнесенность творческого метода Ф. Сологуба к символизму не вызывает сомнений, то вопрос о том, к какому литературному течению отнести творчество Л.С. Петрушевской до сих пор спорный. Одни исследователи (И. Скоропанова, Н. Иванова) связывают имя Петрушевской с постмодернизмом. Вторая группа авторов (Д. Быков, Е. Невзглядова, М. Липовецкий) утверждают, что Петрушевская особого типа реалист, ее творчество представляет собой значительное явление современной литературы и уходит корнями в традиции реализма XIX века. Е. Невзглядова замечает: «Изображение распада еще не несет в себе распада, отрицательные стороны действительности, описанные достоверно и талантливо, содержат активный заряд гуманности и сострадания, побуждают пересмотреть образ жизни в гораздо большей степени, чем открытые призывы и высказанное автором осуждение. Так всегда и было в русской классической литературе» [цит. по: Мелешко]. «Героями ее произведений стали «маленькие» люди, замученные жизнью, обманутые судьбой, непонятые и нелюбимые, нередко герои с притупленными чувствами, живущие как во сне или под наркозом, без ярко выраженных личностных эмоций. Среди них - дети, слабые и несчастные, страдающие в жестоком и бездушном мире и нередко сами становящиеся жестокими и бездушными», - пишет О.В. Богданова [Богданова 2009: 42].

У главного героя рассказа «В детстве» нет имени, он назван просто «мальчик». Автор не прорисовывает нам портрет мальчика, в рассказе мы не найдем ни одного описания природы или характеров персонажей. Главное для Петрушевской - это душевные переживания ребенка, «легко возбудимой натуры», угнетенного грубостью школьной жизни и оказывавшегося на грани психического срыва. Поняв, что случилось нечто ужасное, мать пытается при помощи здравого смысла выяснить причины маниакального поведения сына. В своей беседе с ним она стремится найти логическое объяснение

Драфт: молодая наука

нежеланию ребенка ходить в школу: она высказывает предположения о том, что это простая лень или банальная усталость, притворство или болезнь. Она не поддается охватившему ее ужасу, а пытается выявить причины странностей в поведении самого ребенка. После жалоб сына на то, что он больше не может ходить, она решает проделать путь до школы вместе с ребенком. По дороге мать выясняет, что у ее сына навязчивая идея, что в его душе растет и ширится паутина детского страха. Своими короткими бессмысленными репликами, бессвязной оживленной болтовней она пытается вывести ребенка из ступора, в который он впал, оказавшись над трещиной в асфальте. Мать догадывается, в чем дело, поскольку «с ней в детстве было то же самое». Она решает развеять страхи мальчика при помощи придуманной ею игры. Материнский инстинкт подсказывает ей правильный выход. Представ перед глазами сына «безумной, с легкомысленным видом и застывшей на каменном лице усмешкой» не владевшей собой женщиной, тем самым повергнув его в эмоциональный шок, она заставляет сына сконцентрировать все внутренние резервы подростка и взять всю ответственность в разрешении непростой ситуации на себя.

Для Петрушевской, в отличие от Сологуба, для которого мир «теней» все-таки соблазнителен как способ уйти от постылой реальности, бессознательные страхи, психическая аномалия -однозначное зло, ненормальность, с которой нужно бороться. Петрушевская утверждает, что любовь и добро есть, они существуют в реальном мире, в каждом из нас, только их надо в себе отыскать и вынести на свет Божий, не боясь показаться смешными, странными, нелепыми.

С категорией добра в классической литературе неразрывно было связано представление о красоте. Два «сказочных» рассказа избранных нами авторов развивают тему возможности/невозможности красоты в мире повседневности.

В сказке Ф. Сологуба «Турандина» любовь и красота на время входят в обыденную реальность и, озарив простую скучную прозу жизни, снова исчезают, герой остается один. В этом небольшом произведении интересно переплетаются реальность и сказочность.

После характеристики героя сюжет произведения неожиданно приобретает свое развитие с описания одного волшебного летнего вечера: после «быстро промчавшейся грозы, освежившей душный воздух» [Сологуб 2007: 367], главный герой отправляется на прогулку по окрестностям дачи. Сологуб не случайно использует образ грозы,

Драфт: молодая наука

тем самым он противопоставляет душную, спертую обыденность и девственно чистую, опьяняющую свежестью красоту, вошедшую в жизнь человека. Читателя, следующего за Петром Антоновичем по «узким полевым дорожкам», застает врасплох и завораживает раскрывшаяся «прелесть земная». Этот пейзаж, великолепно прорисованный Ф. Сологубом, выдергивает читателя из скучной и монотонной действительности и увлекает в иной радостный, наивный и свежий мир. Красота озаряет и одухотворяет простую скучную прозу жизни. Для Сологуба истинная красота сосредоточена и разлита в девственно чистой природе, и постичь ее человек может лишь тогда, когда он сольется с природой в полной гармонии. Но герою грустно, он не в силах впустить эту чарующую красоту в свою унылую действительность. Для героя эта внезапно открывшаяся красота жизни представляется ненастоящей, ложной. Ему казалось, «что эта зримая прелесть, все это очарование взоров, вся эта нежнейшая сладость» -это только ширма, скрывающая «нечисть, несовершенство и зло природы» [Сологуб 2007: 367]. Здесь явно виден контраст абсолютной красоты (идеала) и пошлого мира.

Вспомнив прочитанную им накануне сказочную историю о лесной волшебнице Турандине, Петр Антонович восклицает: «Хоть бы сказка вошла когда-нибудь в жизнь, хоть бы на короткое время расстроила она размеренный ход предопределенных событий! Сказка, сотворенная своевольным хотением человека...». Герой трижды призывает Турандину именно в тот миг, «когда исполняются желания человека, миг для каждого человека, быть может единственный в жизни» [Сологуб 2007: 367-368]. Именно в этот миг он, «очарованный странным впечатлением тишины», чувствует слияние с «великою общею волею» и обретает великую силу. Красота входит в реальную жизнь главного героя. На его зов появляется прекрасная девушка «с узким золотым венчиком на лбу, одетая в легкую, недлинную белую одежду». Сологуб, описывая Турандину, все время сравнивает ее с красотой природной, и всегда красота природная выигрывает у красоты, сотворенной волею человека. Хоть он и употребляет сочетание «канон девственной красоты», но этот канон оказывается по сути демонический - «тяжелые, черные брови», и уже небесный ангел приобретает небольшое, но угадываемое сходство с колдуньей. Но после появления Турандины, после того, как Петр Антонович услышал ее нежно-звенящий голос все вокруг опять стало обыкновенно, и душа его стала обычною, «отдельною от мирового процесса душою

Драфт: молодая наука

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

маленького человека, такого же человека, как и мы все, живущие в днях и часах».

Красота оказывается недостижимой, неуловимой, она исчезает из мира. Красота - единственное, что противостоит хаосу и всеуничто-жению в творчестве Ф. Сологуба. Автор тоскует о мире красоты. Красота - единственная сила, способная «мир спасти», она выше этики, долга, чести. Дочь всемогущего короля Турандоне явилась в земной мир из неведомой страны по желанию Петра Антоновича Буланина, совершила чудо любви, послужившего толчком для сюжета, и затем незаметно ушла, ничего не требуя взамен, подчиняясь отчему зову, оставив на земле любовные дары. Сказка, а с нею и красота, ушли из жизни.

Сказка Л. Петрушевской «Новые приключения Елены Прекрасной» начинается словами «как известно», тем самым давая нам понять, что будет рассказан общеизвестный сюжет. Да и само название произведения говорит, что это некое продолжение истории, которую знает каждый, так называемая старая сказка на новый лад. И действительно, в первых строках мы узнаем сюжет древнегреческого мифа о рождении из морской пены прекраснейшей из женщин. Но затем Петрушевская трансформирует данный миф, вводя в повествование волшебника, тем самым сближая произведение с жанром сказки. Но этот волшебник мало похож на сказочного. Волшебник соорудил зеркальце, посмотревшись в которое Елена Прекрасная должна была исчезнуть, тем самым предотвратив возникновение кровопролитных войн и «неприятностей типа исчезновения целых народов» [Петрушевская 2011: 108]. Петрушевская в своей сказке «Новые приключения Елены Прекрасной» за основу берет обобщенный образ красавицы древнегреческой мифологии и русских сказок, но раскрывает его абсолютно с неожиданной для читателя стороны. В ее сказке читатель обнаруживает два семантических слоя, тесно связанных друг с другом. С одной стороны, Елена Прекрасная в произведении Петрушевской имеет много общего с мифологическими источниками: она рождается из морской пены «в чем мать родила» (родство с богом водных стихий Океаном), прибывает на землю, чтобы вновь послужить причиной к возникновению долгой кровопролитной и жестокой войны, подобно той, из-за которой погибла Троя, она (впрочем, как и в русских народных сказках) наделена необыкновенной красотой. Чтобы подчеркнуть последнее качество Елены Прекрасной, Петрушевская несколько детализирует образ героини, отталкиваясь при этом от

Драфт: молодая наука

русской сказочной традиции: «алый ротик», «золотые кудри», «розовое лицо». С другой стороны, Елена Прекрасная помещена автором в современную читателю эпоху - с лимузинами, миллиардерами, телевидением и газетами и проч., несмотря на то, что в этой действительности есть место и для волшебника, и для «кошачьей старушки». Поэтому в образе Елены Прекрасной находят непосредственное отражение и такие стереотипы мышления современного человека, как «глупость и легкомыслие блондинок», «несерьезность всех красивых женщин и их падкость на красивые безделушки». Например, как и ожидал волшебник, первой вещью, которую приобретает Елена Прекрасная на рынке, становится зеркальце, делающее девушку невидимой и, следовательно, неопасной. Вопреки сказочной традиции, Елена Прекрасная Петрушевской не наделена волшебством - единственным качеством, которое выделяет ее из «толпы», является неземная красота; кроме того, сама Елена Прекрасная страдает от рук доброго волшебника, старающегося предотвратить новые войны и спасти от нищеты с помощью денег миллиардера обездоленных стариков и детей. В конце сказки, в отличие от спартанской Елены Прекрасной, увезенной троянскими царями, героиня уводит за собой в потусторонний, «зазеркальный» мир «местного принца» - миллиардера, на деньги которого так рассчитывал волшебник. Следовательно, отняв у Елены Прекрасной все сверхъестественные способности, а также мудрость, и рассудительность, Петрушевская подчеркнула в своей героине значимость таких качеств, как красота, бескорыстность, наивность и умение любить. Именно такой в «эпоху феминизма», по мнению писательницы, должна оставаться современная женщина, рассчитывающая на счастье с любимым человеком.

Подведем итоги. Очень точно характеризует динамику ценностной шкалы в переходные эпохи М.С. Каган: «Модернизм окончательно расшатал все представления об относительной стабильности эстетических ценностей, полностью стерев границы между прекрасным и безобразным, между художественным и игровым, между творческой оригинальностью и эпатажем» [Каган 1997: 32]. Символизм отразил кризис традиционного гуманизма, разочарованность в идеалах добра, ужас одиночества перед равнодушием общества и неотвратимостью смерти, творческую неспособность личности выйти за пределы своего "я". «Эстетика в культуре переходных эпох это в определенном смысле антиэстетика, но " анти" по отношению к эстетическим нормам рухнувшей

культурной эры. Эта антиэстетика провокативна и скандальна», -приходит к следующему выводу Н.Л. Лейдерман в своем труде «Теория жанра» [Лейдерман 2010: 543].

Поэтика постреализма позволяет осваивать мир как хаос, пытается найти в нем некий смысл. Осуществляется диалог с хаосом, похожий на постмодернистский, но с некоторыми отличиями: «во-первых, в постреализме никогда не подвергается сомнению существование реальности как объективной данности, как совокупности множества разнопорядковых обстоятельств, так или иначе влияющих на человеческую судьбу. Во-вторых, постреализм никогда не порывает с конкретным измерением человеческой личности. Именно через человека и ради человека постреализм пытается постигнуть хаос, чтобы найти в его глубине нить, опору, за которую человек мог бы держаться, которая могла бы стать оправданием и смыслом единственной человеческой судьбы, разворачивающейся в обстоятельствах хаоса», - пишут Н.Л. Лейдерман и М.Н. Липовецкий [Лейдерман, Липовецкий 2003: 587].

В рассказе Сологуба «Свет и тени» и мать, и сын пасуют перед жизнью, любовь и доброта матери лишь помогли ей погрузиться вслед за сыном в мир странных грез. В рассказе Петрушевской «В детстве» мать, напротив, сопротивляется обстоятельствам, отстаивает право ребенка на счастье в социальной, посюсторонней действительности.

Сказки «Турандина» Сологуба и «Новые приключения Елены Прекрасной» Петрушевской обнаруживают некоторое сходство в сюжете: в обоих произведениях - контраст абсолютной красоты (идеала) и пошлого мира; толчком для развития сюжета служит любовь, причем любовь бескорыстная и всепрощающая; результатом столкновения красоты и пошлой действительности становится исчезновение красоты из реального мира. Обе героини легко приспосабливаются к реальной жизни, но Турандина не меняется по существу, а Елена вбирает сначала самое худшее, но потом освобождается от этого, в начале сказки она глупа, в конце Петрушевская называет ее умной девочкой.

Но есть очень важные различия в трактовке красоты. У Петрушевской очень сильна ирония в адрес Елены Прекрасной и других персонажей, Сологуб же предельно серьезен. У Сологуба красота исчезает из назойливого мира, герой остается один, у Петрушевской оба героя исчезают, унося красоту с собой.

И Сологуб, и Петрушевская продолжают классические традиции, связывая добро и красоту, критически относясь к наличной

Драфт: молодая наука

социальной реальности. Оба писателя ценят детство как состояние нравственной чистоты, оба показывают, как легко ранима детская психика, как внимательны должны быть взрослые. Позиция Сологуба представляется более внутренне противоречивой: он отрицает дурное устройство общества, но сомневается, можно ли его изменить, или «стены» вечно будут держать человека взаперти; возможно, смерть (или сумасшествие) - единственный способ освободиться. Петрушев-ская не противопоставляет нашему миру какой-то иной, она стремится внушить людям желание сделать этот, наш мир, лучше, став самим более чуткими, добрыми и сильными. По Сологубу, идеальное не может быть совмещено с реальным; в произведениях Петрушевской герои сами пытаются восстановить гармонию.

ЛИТЕРАТУРА

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Барковская Н.В. Детство как перекресток между жизнью и смертью (по рассказам Ф. Сологуба) // Мальчики и девочки: реалии социализации. - Екатеринбург: изд-во Урал. ун-та, 2004.

Богданова О.В. «Время ночь» Людмилы Петрушевской. Серия «Текст и его интерпретация». Вып. 6. СПб.: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2009. - 121 с.

Вераксич И.Ю. Зарубежная литература. XX век : курс лекций. / Минобр. РБ, УО "Мозырский государственный педагогический университет имени И.П.Шамякина" ; - Мозырь, 2010. - 252с. Лекция №№ 16-17. Литература постмодернизма. [Электронный ресурс] http://mspu.by/files/lit/veraksich_posobie_xxvek.pdf

Каган М.С. Эстетика как философская наука. - СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1997. - 544 с.

Лейдерман Н.Л. Русская литература XX века (1950 - 1990-е годы) : в 2 т. Т. 1. 1953 - 1968 : учеб. пособие для студ. учреждений высш. проф. образования / Н.Л. Лейдерман, М. Н. Липовецкий. - 6-е изд., испр. - М. : Издательский центр «Академия», 2013. - 416 с. - (Сер. Бакалавриат).

Лейдерман Н.Л. Теория жанра: Научное издание / Институт филологических исследований и образовательных стратегий «Словесник» УрО РАО; Урал. гос. пед. ун-т. - Екатеринбург, 2010. -900 с.

Лейдерман Н.Л., Липовецкий М.Н. Современная русская литература : 1950-1990-е годы : Учеб пособие для студ. высш. учеб.

заведений : В 2 т. - Т 2 : 1968-1990. - М. : Изд. центр «Академия», 2003. - 688 с.

Мелешко Т. Современная отечественная женская проза: проблемы поэтики в тендерном аспекте (Образы женственности в творчестве современных российских писательниц). - URL http://www.a-z.ru/ women_cd 1 /html/br_gl_2 .htm

Михайлов O.H. О Федоре Сологубе. Предисловие к изданию «Федор Солоогуб. Свет и тени. Избранная проза». - Минск : «Мастацкая лттаратура», 1988. http://www.fsologub.ru/about/articles /articles_6.html

Петрушевская Л. С. Детский праздник (истории из жизни детей и их родителей). - М.: Астрель, 2011. - 346 с.

ПетрушевскаяЛ.С. Котенок господа Бога. - М.: Астрель, 2011. -412 с.

Сологуб Ф. Свет и тени / Ф. Сологуб. Собр. соч. в 6 т. - Т. 1. - М.: «Интелвак», 2000.

Сологуб Ф. Царица поцелуев: Роман. Рассказы. Любовная лирика. - М.: «Русская книга - XXI век», 2007. - 496 с.

Статья рекомендована д.ф.н., проф. Н.В. Барковской

Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.