Научная статья на тему 'Традиционные средства изобразительности в русских волшебных сказках'

Традиционные средства изобразительности в русских волшебных сказках Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
2625
265
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
РУССКАЯ ВОЛШЕБНАЯ СКАЗКА / ТРАДИЦИОННОЕ СРЕДСТВО ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОСТИ / СТИЛИСТИЧЕСКИЙ ПРИЕМ / ДУХОВНАЯ КУЛЬТУРА

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Хайрнурова Л. А.

В статье анализируются традиционные средства изобразительности русских волшебных сказок. Автор рассматривает язык, традиционные формулы, стилистические приемы, приводит примеры из сказок. В работе сделан упор на то, что традиции и духовная культура народа играют важную роль в воспитании молодого поколения.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Традиционные средства изобразительности в русских волшебных сказках»

УДК 801.81:398.21

ТРАДИЦИОННЫЕ СРЕДСТВА ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОСТИ В РУССКИХ ВОЛШЕБНЫХ СКАЗКАХ

© Л. А. Хайрнурова

Башкирский государственный университет Россия, Республика Башкортостан, 450074 г. Уфа, ул. Заки Валиди, 32.

Тел.: +7 (909) 353 28 89.

E-mail: xajrnurova. l@ yandex. ru

В статье анализируются традиционные средства изобразительности русских волшебных сказок. Автор рассматривает язык, традиционные формулы, стилистические приемы, приводит примеры из сказок. В работе сделан упор на то, что традиции и духовная культура народа играют важную роль в воспитании молодого поколения.

Ключевые слова: русская волшебная сказка, традиционное средство изобразительности, стилистический прием, духовная культура.

Как известно, волшебная сказка является основой нашей культуры, так как в ней воплощены нравственные и эстетические понятия и представления народа, его надежды и ожидания. В сказке отражаются наиболее привлекательные черты национального характера народа, ее создавшего. Поэтому при изучении сказок особое внимание нужно уделять ее языку, лексике, так как в них можно услышать живую народную разговорную речь, увидеть национальный колорит, традиции. Именно поэтому волшебная сказка имеет большую идейную ценность и художественную привлекательность.

Имеется солидная литература, посвященная эстетике и традиционной поэтике волшебной сказки. Но все же эта область остается еще малоизученной и требует большого внимания. «Особенности стиля сказки и, главным образом, стабильные словесные клише - не новый предмет для сказкове-дения, однако весь круг вопросов, связанных с ним, пока еще нельзя признать решенным» [1, с. 11] .

Русским волшебным сказкам присуща особая строгость, каноничность, что отличает их от других жанров сказки. А. М. Сулейманов в своем труде «Башкирская народная новелла» отметил, что волшебная сказка у русских и белорусов «...выработала строгую и даже несколько замкнутую жанровую форму и заняла относительно обособленное положение в системе жанров сказочного фольклора. Каноничность композиционного строения и стилистической этой наиболее типичной разновидности жанра придавали этой наиболее типичной разновидности жанра заметную непроницаемость для воздействия на нее новеллистической сказки» [2, с. 64]. Ученый считает, что «волшебные сказки башкир и других тюркских народов не обладают столь строгими формальными признаками. Поэтому они, во-первых, свободно взаимодействуют и контаминируются с другими видами сказок и, во-вторых, относительно легко поддаются новеллиза-ции» [2, с. 64].

Каждая сказка несет в себе выработанную на протяжении веков обобщающую мысль. И здесь огромную роль играет художественная особенность

сказки, которая создается единством всех поэтических средств: эпитетов, гипербол, повторов, антитез, а также композиционных и стилевых приемов. О. А. Давыдова дополняет этот перечень синонимами и антонимами, парными объединениями слов, которые означают одно понятие, общеязыковыми пословицами и поговорками, а повторы называет лексическими и синтаксическими средствами, образующими параллельные конструкции [3, с. 123, 124]. Последние, как и все остальные, вызваны эстетикой чудесного и пафосом социальной справедливости, которые в неменьшей присущи русскому народу и его сказочному творчеству. Недаром Н. М. Ведерникова отмечает: «Богатое идейное

содержание, ясность и чистота выражаемых мыслей, художественная отточенность, занимательность сюжета - все это обусловливает непреходящий интерес к волшебной сказке» [4, с. 36], в которой особую роль играют стилистические формулы. К последним можно отнести зачины, концовки и устойчивые афористические выражения и речевые обороты, а также все богатство образности, заключенное в разговорной речи, которая является одной из фундаментальных основ, способом и формой существования сказки как повествовательного жанра (нарратива) прозаического фольклора. Это такие обыденные, характерные для бытовой лексики и прочно занявшие свое место в устной народной прозе стилевые ритмические клише, как присказки «это не сказка, а ешшо присказка идет, а сказка вся впереди», зачины «жил-был» и прежде всего типичные для сказки серединные формулы с характерными инверсиями: «Прибежала лиса и говорит»; «Вот идет лиса и говорит мужику», концовки «стали жить-поживать да добра наживать». Нередко присказки и концовки бывают выдержаны в духе шуток и прибауток и оказываются лишены связи с содержанием сказки. По словам Н. М. Ведерниковой, «иную функцию имеют вступительные и заключительные формулы (зачины и концовки). В отличие от присказок и концовок прибауточного характера они связаны с содержанием сказок, то есть несут в себе определенную информацию. Если

1006

ФИЛОЛОГИЯ и ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ

присказки и концовки прибауточного склада не обязательны в сказке, то зачины и концовки вообще - необходимые элементы повествования» [4, с. 64]. Так, наиболее распространенными зачинами являются формулы: «В некотором царстве, в некотором государстве жили-были старик и старуха, и было у них три сына», встречаются формулы-действия «шел он близко ли, далеко ли, долго ли, коротко ли, сапоги проносил, кафтан истер, шапчонку дождик иссек», «в право ухо вошел, а в лево вышел», «стали жить-поживать и добра наживать» и т.д.

Серединные формулы также связаны с содержанием сказок. Они помогают раскрыть образы героев, их внешний облик, действия.

Н. Рошияну делит сказочные формулы на три большие группы: инициальные, медиальные и финальные формулы. В своей работе он рассматривает структуру и функции, генезис и эволюцию сказочных формул, отношения между сказочником и слушателем [5].

В волшебных сказках можно встретить повторение глагола, которое обозначает перемещение героя в пространстве: «Гуляла, гуляла...», «полета -ли-полетали, покричали-покричали» и другие. Подобные тавтологические словосочетания употребляются для того, чтобы замедлить действие, направить внимание читателей на предстоящее событие, вызвать к нему интерес и передать чувства, умонастроения и переживания героев. Для этого также используются приемы воспроизведения внезапности и неожиданности. Эти приемы выполняют важную эстетическую функцию. Также эти глаголы могут передать и чувства героев, его переживания.

Для привлечения внимания слушателей могут использоваться и следующие формулы: «И шел он, шел по всему свету и царству, храни нас господь, и сказка впереди еще краше». Такие формулы подробно рассматривает и анализирует с точки зрения их функционального назначения и эстетического значения Н. Рошияну в своем труде «Традиционные формулы сказки» [5, с. 92].

Большую роль в сказках играют описания. Без описания героя мы не можем узнать облик героя, его силу, характер. Э. В. Померанцева пишет в связи с этим: «Постоянные формулы используются сказочниками и при создании образа героя: сплошь и рядом сказочники, желая дать представление о красоте героини, не затрудняют себя описанием ее внешности, а ограничиваются традиционной формулой: «Ни в сказке сказать, ни пером описать, красота неописанная» [6, с. 92].

Развиваясь на протяжении столетий, сказка выработала огромное множество изобразительных средств. Это прежде всего эпитеты (конь добрый, луга зеленые, травы шелковые, цветы лазоревые, море синее и др.). Важное место уделено золотым предметам сказочного мира. Например: «золото» может обозначать цвет солнца, материал из которого изготовлен тот или иной предмет: «золоченая каре-

та», «златогривый конь», «золотая клетка» и т.д. Как отмечает Н. М. Ведерникова «...собственно сказочные эпитеты дают названия новым предметам, выделяя их среди подобных. Обычно сказочные эпитеты образуют устойчивые словосочетания» [2, с. 60]. Затем она приводит примеры: «частобранный ковер - ковер-самолет», «острый меч - меч-самосек», «добрый конь - конь златогривый» [2, с. 60].

Особое место в русских волшебных сказках занимает также троекратное повторение предметов: у старика и старухи рождаются три сына, Иван-царевич бьется с тремя змеями, три трудных задания дается герою, по ходу действия он попадает в три царства. Как пишет В. П. Аникин, «троекратная повторяемость испытания трудности, трижды повторяющийся бой героя с противником вместе с такими распространенными эпизодами, как посещение избушки на курьих ножках, ...дали основание думать, что волшебные сказки являют в себе общее соединение нескольких наиболее распространенных положений, эпизодов, мотивов и других повторяющихся компонентов действия» [7, с. 470]. Как бы дополняя его, Е. В. Зуева и Б. П. Кирдан пишут, что утроение «...создает эпический ритм, философскую тональность, сдерживает динамическую стремительность сюжетного действия. Но главное - утроения служат выявлению идеи сюжета» [8, с. 137].

И. А. Разумова выделяет разнообразные формулы обстоятельств. По ее мнению, они указывают на место, время и характер действия: «в некотором царстве, в некотором государстве», «в данное время», «долго ли коротко ли», «выше леса стоячего, ниже облака ходячего», «не по дням, а по часам» и проч. [1, с. 18-19]. Н. М. Ведерникова называет их переходными пространственно-временными формулами: «Близко ли, далеко ли», «Низко ли, высоко ли», «Ни много, ни мало» и другие [4, с. 69]. Здесь используются антитезы: близко-далеко, низко-

высоко, много-мало. Также в волшебной сказке можно встретить имена-определения, атрибутивные прилагательные с существительными, формулы-сентенции и т.д., например, такие: «рост в рост, волос в волос, голос в голос», «ни в сказке сказать, ни пером описать», также атрибутивные сочетания прилагательного с существительным: «чистое поле», «леса дремучие», «русский дух» и т.д. Встречаются формулы-сентенции: «скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается», «как сказано, так и сделано».

Огромную роль в сказке играет прямая речь, например, «стань передо мной, как лист перед травой», «я тебе пригожусь», «мой меч - твоя голова с плеч» и др. Параллельно с прямой речью в волшебной сказке используются формулы-диалоги. Они могут выражать просьбу, совет или приказание.

Также в волшебной сказке встречаются разного рода рифмованные выражения, например: «Яблонька, яблонька, скинь свою тень, в серебро и зо-

лото меня одень», «Отвези, старик, дочушку, в лесную избушку» или «На дворе у них была лужа, а в ней щука, а в щуке то огонец - этой сказочке конец». И. А. Разумова считает, что «ритм и рифма служат средством обеспечения стабильности, устойчивости формул. Вместе с другими эвфоническими средствами, иначе ассонансами, аллитерациями, ритм и рифма помогают созданию целостности формульного стереотипа» [1, с. 22, 23].

В волшебной сказке широко распространены не только словесные, лексически устойчивые формулы, но и постоянные или однотипные конструкции. Хотя в волшебной сказке в отличие от сказок о животных и бытовых сказок эпилоги встречаются реже, по ним можно определить характер героев.

В сказке повторяются эпитеты, глаголы, предлоги, прилагательные, наречия, обращения и т.д. Повторяемость этих элементов тесно связана с параллелизмом. По мнению Н. М. Ведерниковой, «ритмическое построение самих формул, использование ими тавтологии и повторов, постоянных эпитетов способствуют лучшему запоминанию сказок и более точной передаче при пересказе их содержания» [4, с. 69].

Таким образом, повторность, палаллелизм, формульность ярко характеризуют стиль сказки. Язык сказки в основном зависит от сказителя - рассказывается сказка на обыденном языке. Каноничность, устойчивость, традиционность все же не мешала сказителям рассказывать свою сказку ярким, красочным, живым народным русским языком. Как мы отметили выше, национальный коло-

рит проявляется в языке, в лексике. По языку сказителя можно узнать диалекты того или иного района, их отличие друг от друга. Насыщенность стилистическими приемами, многообразие устойчивых сочетаний отличает волшебную сказку от других видов сказок.

В данной работе мы рассмотрели традиционные средства изобразительности в волшебных сказках. Волшебные сказки являются выражением жизненных понятий и сохраняют высокие идеалы правды, добра и справедливости русского народа. И все это отражается в изобразительных средствах языка.

ЛИТЕРАТУРА

1. Разумова И. А. Стилистическая обрядность русской волшебной сказки. Петрозаводск: Карелия, 1991. 163 с.

2. Сулеманов А. М. Башкирская народная новелла: Исследования с приложением 105 новеллистических сказок, предназначенных для взрослых читателей и почитателей народных произведений. Уфа: ГУП «Уфимский полиграф-комбинат», 2005. 348 с.

3. Давыдова О. А. К вопросу о традиционных языковых приемах и средствах русской народной волшебной сказки // Проблемы современной и исторической лексикологии. М., 1979. С. 124.

4. Ведерникова Н. М. Русская народная сказка. М.: Наука, 1975. 136 с.

5. Рошияну Н. Традиционные формулы сказки. М.: Наука, 1974. 216 с.

6. Померанцева Э. В. Судьбы русской сказки. М.: Наука, 1965. 220 с.

7. Аникин В. П. Русское устное народное творчество. М.: Высшая школа, 2001. 726 с.

8. Зуева Д. В., Кирдан Б. П. Русский фольклор: Учебник для высших учебных заведений. М.: Флинта: Наука, 2002. 400 с.

Поступила в редакцию 07.06.2011 г.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.