ИЗ ИСТОРИИ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ
ББК 83.3(0)-3
А. М. Баженов, Т. М. Мартынова
ТЕМА «ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ И ВОЙНА» В КОНТЕКСТЕ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Введение
Война — это социальное явление, представляющее собой одну из форм разрешения общественно-политических противоречий между государствами, народами, нациями, классами и социальными группами средствами вооруженного насилия. В связи с этим нелишне вспомнить П. А. Сорокина, который занимался разработкой социологии войны. Его позицию можно выразить фразой: «Уметь понимать войну, чтобы знать, как ее не допустить»1. Вступление человечества во второй половине XX столетия в ядерный век существенным образом изменило как содержание войн, так и отношение к ним мирового сообщества.
Художественное отражение
Тридцатилетней войны (1618—1648)
Тем не менее, необходимость исследования феномена войны остается в повестке дня, и произведения художественной литературы являются важным средством осмысления этого явления.
© Баженов А. М., Мартынова Т. М., 2018
Баженов Анатолий Матвеевич — кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры социологии и политологии Тульского государственного университета. bajenov.anatol@yandex.ru
Мартынова Татьяна Михайловна — кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры социологии и политологии Тульского государственного университета. Emartynovatm60@yandex.ru
Думается, достойное место здесь занимает роман «Сим-плициссимус» немецкого писателя Ганса Якоба Кристофа Грим-мельсгаузена (1621—1676). Конечно, в XVII столетии не существовало понятия интеллигенции, но Гриммельсгаузен был известным представителем образованного слоя тогдашнего общества. Его произведение — это своеобразное и неповторимое полотно, полное горечи и юмора, отразившее бедствия и ужасы Тридцатилетней войны. Она опустошила среднюю Европу, и прежде всего Германию. Война подорвала социальные силы бюргерства и крестьянства, вызвала глубокий политический, экономический и культурный упадок. Многие деревни, особенно в Тюрингии и Гессене, вымерли или были брошены и исчезли с лица земли. Поля заросли кустарником или превратились в болота. Одичавшие крестьяне прятались в лесах, питались травой и падалью. Рудники и шахты оказались заброшенными, города захирели и обезлюдели. В стране свирепствовали ландскнехты, служившие тому, кто платит и дает возможность грабить и бесчинствовать.
Повествование в романе ведется от имени главного героя — Симплиция Симплициссимуса, который принадлежал к образованному сословию. Во время войны он попадает в разные ситуации, в том числе в плен к одной из враждующих группировок. Он рассказывает: «Земля, у которой в обычае покрывать мертвых, тогда сама была покрыта мертвыми телами, кои все лежали на свой лад: головы, потерявшие своих природных хозяев, и, напротив того, тела, коим недоставало голов; у иных же пре-жалостным и ужасающим образом вываливались внутренности, а у иных размозжены черепа, так что и мозги разбрызгало. Там можно было видеть безжизненные тела, лишенные всей собственной крови, и, напротив, живых, облитых чужою кровью. Там лежали оторванные руки, на коих еще шевелились пальцы, как если бы они всё еще хотели участвовать в схватке: напротив того, молодцы, которые еще не пролили ни капли крови, давали стрекача. Там валялись отделенные от тела бедра, кои, будучи освобождены от тяжести туловища, которое они поддерживали, были, однако ж, тяжелее, чем прежде. Там можно было видеть изувеченных солдат, просивших ускорить им смерть, невзирая на то, что они и так были к ней близки; напротив того, находились другие, которые молили о даровании им жизни. В итоге сие было не что иное, как прежалостное и прежалкое зрелище!»2
Новаторский подход Л. Н. Толстого
в анализе Отечественной войны 1812 года
Одним из выдающихся произведений, посвященных теме войны и интеллигенции, является роман-эпопея «Война и мир» Л. Н. Толстого. Эпическое начало в романе русского классика создает те невидимые нити, которые связывают в единое композиционное целое картины войны и мира. Точно так же как «война» означает не одни военные действия враждующих армий, но и воинственную враждебность людей, в мирной жизни разделенных социальными и нравственными барьерами, понятие «мир» раскрывается в произведении в своих самых разнообразных значениях.
Мир и война идут рядом, переплетаются и обуславливают друг друга. В общей концепции романа мир отрицает войну, потому что содержание и потребность мира — труд и счастье, свободное, естественное и потому радостное проявление личности, а содержание и потребность войны — разобщение людей, разрушение, смерть и горе. Весь ужас необходимости убийства на войне становится ясен Николаю Ростову во время рукопашной схватки с французскими драгунами в местечке Островне. Автор подводит читателя к мысли о противоестественности войны. Это умозаключение утверждается через восприятие произошедшей схватки Николаем Ростовым: «В то же мгновенье, как он сделал это, всё оживление Ростова вдруг исчезло. Офицер упал не столько от удара саблей, который только слегка разрезал ему руку выше локтя, сколько от толчка лошади и от страха. Ростов, сдержав лошадь, отыскивал глазами своего врага, чтобы увидать, кого он победил. Драгунский французский офицер одной ногой прыгал на земле, другой зацепился в стремени. Он, испуганно щурясь, как будто ожидая всякую секунду нового удара, сморщившись, с выражением ужаса взглянул снизу вверх на Ростова. Лицо его бледное и забрызганное грязью, белокурое, молодое, с дырочкой на подбородке и светлыми голубыми глазами, было самое не для поля сражения, не вражеское лицо, а самое простое комнатное лицо»3.
Рассказывать правду о войне очень трудно. Новаторство Л. Н. Толстого в этой области связано не только с тем, что он показал человека на войне, но, главным образом, с тем, что, развенчав
ложную, он первым открыл подлинную героику войны, представил войну как будничное дело и одновременно как испытание всех душевных сил человека в момент их наивысшего напряжения.
Накануне Бородинской битвы Андрей Болконский делится своими заветными мыслями с Пьером Безуховым: «Война не любезность, а самое гадкое дело в жизни, и надо понимать это и не играть в войну. Надо принимать строго и серьезно эту страшную необходимость. Всё в этом: откинуть ложь, и война так война, а не игрушка. А то война — это любимая забава праздных и легкомысленных людей... »4
Своеобразным аккордом, завершающим войны Наполеона Бонапарта, служат слова французского писателя Франсуа де Ша-тобриана. В своей знаменитой книге «Замогильные записки» он пишет: «После двадцати пяти лет, проведенных в сражениях, гул орудий внезапно стихает по всей Европе; Александр покидает Францию, оставив нам шедевры искусств и свободу, запечатленную в Хартии, свободу, которой мы обязаны его просвещенному влиянию. Государь, могущественный вдвойне, самодержец силою меча и силою религии, он один из всех европейских монархов понял, что Франция достигла того уровня цивилизации, при котором стране потребна свободная конституция»5.
Художественный анализ событий
Первой мировой войны
Тема Первой мировой войны нашла отражение в произведениях многих выдающихся писателей. Ее анализ основывается на произведениях писателей, которые удостоены звания лауреата Нобелевской премии по литературе. К истории этой войны важно обратиться еще и потому, что в 2018 году исполнилось сто лет со дня ее окончания. Одним из лучших произведений, посвященных Первой мировой войне, является роман Эриха Марии Ремарка «На западном фронте без перемен», который был опубликован в 1929 году. Это произведение о «потерянном поколении», о молодых немцах, которых без всякого смысла заставили умирать на никому не нужной войне. Ремарк писал о том, что испытал сам. В ноябре 1916 года со школьной скамьи его призвали в кайзеровскую армию. Он был тяжело ранен. Вместе со своими героями
автор пытается осмыслить происходящее на фронте. Пауль Бой-мер, от его имени ведется повествование, находясь в лазарете, размышляет: «Кажется непостижимым, что к этим изодранным в клочья телам приставлены человеческие лица, еще живущие обычной, повседневной жизнью. А ведь это только один лазарет, только одно его отделение! Их сотни тысяч в Германии, сотни тысяч во Франции, сотни тысяч в России. Как же бессмысленно всё то, что написано, сделано и передумано людьми, если на свете возможны такие вещи! До какой же степени лжива и никчемна наша тысячелетняя цивилизация, если она даже не смогла предотвратить эти потоки крови, если она допустила, чтобы на свете существовали сотни тысяч таких вот застенков. Лишь в лазарете видишь воочию, что такое война»6.
Роман Ремарка «На западном фронте без перемен» был представлен к Нобелевской премии по литературе. В 1930 году это произведение было экранизировано американским режиссером Льюисом Майлстоуном. Четвертого декабря 1930 года в Берлине состоялась премьера фильма. Но последующая его демонстрация в кинотеатре срывалась нацистами, а затем была запрещена по их требованию, так как фильм оскорблял «чувства ветеранов войны».
Другим произведением, посвященным Первой мировой войне, является роман Эрнеста Хемингуэя «Прощай, оружие!», тоже изданный в 1929 году. В него писатель вложил всю свою ненависть к бессмысленной и жестокой бойне. Он изображает события, которые происходили на Итальянском фронте Первой мировой войны. Главный герой романа — американский лейтенант Фредерик Генри, служащий в санитарном отряде. Как известно, Италия вела военные действия против австро-венгерских войск. И если в начале романа Генри не очень задумывается над смыслом происходящего (Хемингуэй показывает, что итальянские шоферы, служащие с ним в одной части, понимают этот смысл гораздо лучше), то последующие события изменяют его представления о войне. Он не хочет оказаться жертвой бессмысленного, ничем не оправданного убийства.
Фредерик вместе с четырьмя водителями санитарных машин попадает под минометный обстрел. В результате атаки один водитель оказывается убитым, а у самого лейтенанта ранены
ноги. В процессе работы над романом «Прощай, оружие!» Э. Хемингуэй опирался на свой военный опыт. Писатель находился на Итальянском фронте, 8 июля 1918 года был ранен. Король Италии наградил Э. Хемингуэя серебряной медалью «За воинскую доблесть» и «Военным крестом». Отношение к войне так излагается в предисловии: «Я принимал участие во многих войнах, поэтому я, конечно, пристрастен в этом вопросе, надеюсь, даже очень пристрастен. Но автор этой книги пришел к сознательному убеждению, что те, кто сражается на войне, — самые замечательные люди, и чем ближе к передовой, тем более замечательных людей там встречаешь; зато те, кто затевает, разжигает и ведет войну, — свиньи, думающие только об экономической конкуренции и о том, что на этом можно нажиться. Я считаю, что все, кто наживается на войне и кто способствует ее разжиганию, должны быть расстреляны в первый же день военных действий доверенными представителями честных граждан своей страны, которых они посылают сражаться»7.
Роман Э. Хемингуэя «Прощай, оружие!» заканчивается гибелью любимой женщины Фредерика Генри — Кэтрин Баркли. «Вот чем всё кончается. Смертью. Не знаешь даже, к чему всё это. Не успеваешь узнать. Тебя просто швыряют в жизнь и говорят тебе правила, и в первый же раз, когда тебя застанут врасплох, тебя убьют. Или убьют ни за что, как Аймо. Или заразят сифилисом, как Ринальди. Но рано или поздно тебя убьют. В этом можешь быть уверен. Сиди и жди, и тебя убьют»8. В 1954 году Эрнест Хемингуэй получил Нобелевскую премию по литературе.
Изображение Второй мировой войны
лауреатами Нобелевской премии по литературе
Тема войны раскрывается во многих произведениях немецкого писателя, лауреата Нобелевской премии по литературе (1972) Генриха Белля. Он был непосредственным участником Второй мировой войны. Г. Белль испытывал чувство вины и стыда за то, что — не по своей воле — участвовал в войне, в том числе с 1943 года на Восточном фронте. Он этого никогда не скрывал, в своих произведениях и в личных беседах откровенно
говорил об этом. Г. Белль никогда не пытался оправдаться, снять с себя тяжкое бремя вины и всегда разделял ответственность за преступления гитлеровского рейха, хотя от всей души ненавидел и Гитлера и его рейх.
«Войну, — вспоминал Г. Белль, — я прошел пехотинцем на различных полях военных действий между Кап Грине и дорогой на Керчь, был четыре раза ранен. Тем не менее война явилась мне как чудовищная машинерия скуки, которую нацисты делали еще скучнее, чем она есть от природы: кровавая, бесконечная скука, которая не прерывалась ничем, кроме писем от моей жены и родителей и ранениями, которые я приветствовал, потому что они как-никак означали отпуск»9.
Человек не имеет права прятаться от ответственности, заслоняться словом «приказ». Он обязан противостоять преступному режиму. Тема непричастности к насилию, стремление сохранить свою индивидуальность и «невинность души» — одна из главных в творчестве Г. Белля. Писатель делал всё возможное, чтобы развенчать войну. Его герои — те самые «понурые», «удрученные» люди, которых погнали на бойню. В рассказе «Генерал стоял на холме...» он пишет: «Нет более зоркого и неподкупного наблюдателя, нежели грязный фронтовой солдат, который день и ночь сидит в своем окопчике. Война ведь трезвое, хладнокровное предприятие. Недостаток военного материала обычно чем-то восполняется, да хоть бы одной только фанатичной верой в ложную идею. Но когда противник превосходит тебя по силам и численности, то армию кормят пустыми фразами и отвлеченной болтовней, офицеры что-то внушают измученным солдатам, а сами краснеют и смущаются, их самих коробит от этого топорного цинизма и чудовищного вранья. Вот тогда война превращается просто в бойню, в мясорубку, без единого проблеска надежды или радости. Единственное, что объединяет еще этих измученных людей, это их общее страдание. Страдание, смысл и оправдание которого сомнительны, после того как был распят Иисус Христос»10.
Прозрение, утеря иллюзий, ощущение собственной виновности, попытки связать воедино причины и следствия катастрофы — таково ощущение героя рассказа. Г. Белль считал, что роль литературы — не конформистское одобрение всего, что делает власть, а, напротив, критика этой власти. Любую власть всегда
найдется за что критиковать. За высоконравственную позицию Г. Белля при жизни называли «совестью нации».
Тема войны пронизывает творчество лауреата Нобелевской премии по литературе (1999) немецкого писателя Гюнтера Грас-са. Ей посвящен самый известный его роман «Жестяной барабан»11. В этом же ключе написана последняя книга «Луковица памяти». Г. Грасс никогда не скрывал своего прошлого, связанного с нацистским режимом в Германии. Он состоял в детской и юношеской нацистских организациях, был одурманен национал-социалистическим воспитанием и пропагандой. В семнадцать лет его призвали в войска СС. Это произошло в последние месяцы войны. Правду о преступлениях фашизма и их чудовищных масштабах он осмыслял с трудом. В книге «Луковица памяти» Г. Грасс пишет: «Какая сумятица в головах под короткой стрижкой. Только что образ шестнадцатилетнего рядового Имперской службы труда казался совершенно четким, а теперь он начинает расплываться по краям. Не то чтобы этот образ стал мне теперь чужим, однако возникает чувство, будто мое одетое в тогдашнюю форму Я хотело бы спрятаться. Оно готово отказаться даже от собственной тени, лишь бы воспользоваться произвольным толкованием категорий денацификации, чтобы попасть в разряд "незначительно виноватых"»12.
Похожие ситуации в поведении своих соотечественников после разгрома фашизма отмечает и немецкий писатель Виктор Клемперер13.
Особое место среди произведений, посвященных Великой Отечественной войне, занимают книги лауреата Нобелевской премии по литературе 2015 года Светланы Алексиевич. В своей нобелевской лекции 7 декабря 2015 года она говорила о том, что война идет слишком давно — если не на полях боя, то в головах — и что пора с этим заканчивать. Между силой и достоинством неплохо бы выбирать достоинство, но мы выбираем силу. О пагубности такого выбора свидетельствует история Второй мировой войны. В книге «У войны не женское лицо» С. Алексиевич приводит рассказ санинструктора Марии Петровны Смирновой (Кухарской), которая была награждена высшим знаком Международного Красного Креста — золотой медалью «Флоренс Най-тингейл». Вот один из эпизодов ее подвига: «Двадцать пятого
декабря сорок второго года наша триста тридцать третья дивизия пятьдесят шестой армии заняла высоту на подступах к Сталинграду. Немцы решили ее во что бы то ни стало вернуть. Завязался бой. На нас пошли немецкие танки, но их остановила артиллерия. Немцы откатились назад, на ничейной земле остался раненый лейтенант, артиллерист Костя Худов. Санитаров, которые пытались вынести его, убило. Поползли две овчарки-санитарки (я их там увидела впервые), но их тоже убило. И тогда я, сняв ушанку, встала во весь рост, сначала тихо, а потом всё громче запела нашу любимую довоенную песню "Я на подвиг тебя провожала". Умолкло всё с обеих сторон — и с нашей, и с немецкой. Подошла к Косте, нагнулась, положила на санки-волокуши и повезла к нашим. Иду, а сама думаю: "Только бы не в спину, пусть лучше в голову стреляют". Но не раздалось ни одного выстрела, пока не дошла до наших.»14
Всего из-под огня Мария Смирнова вынесла четыреста восемьдесят одного раненого. Кто-то из журналистов подсчитал: целый стрелковый батальон.
Логическим продолжением книги о женщинах на войне стало произведение С. Алексиевич о детях «Последние свидетели».
Выводы
1. Война — это социальное явление, представляющее собой одну из форм разрешения общественно-политических противоречий между государствами, народами, нациями, классами и социальными группами средствами вооруженного насилия.
2. Сегодня, как никогда, актуальны слова П. А. Сорокина: «Уметь понимать войну, чтобы знать, как ее не допустить».
3. Произведения художественной литературы являются важным средством осмысления феномена войны.
4. Интеллигенция имеет к этому процессу самое непосредственное отношение.
5. Поворотным моментом в истории народов Европы была Тридцатилетняя война, события которой запечатлел в своем романе «Симплициссимус» Г. Я. К. Гриммельсгаузен.
6. Наиболее сильно талант Л. Н. Толстого проявился при изображении картин Отечественной войны 1812 года.
7. Свои лучшие произведения Э. М. Ремарк и Э. Хемингуэй посвятили Первой мировой войне.
8. Огромный вклад в осмысление Второй мировой войны внесли писатели — лауреаты Нобелевской премии: Г. Белль, Г. Грасс и С. Алексиевич.
9. Всех названных авторов объединяет стремление помочь человечеству извлечь уроки и предотвратить последующие войны.
Примечания
1 Цит. по: Кротов П. П. От войны к миру: у истоков теории созидательного альтруизма Питирима Сорокина. Сыктывкар ; Вологда, 2011. С. 19.
2 Гриммельсгаузен Г. Я. К. Симплициссимус. М., 1976. С. 163—164.
3 Толстой Л. Н. Война и мир : том третий // Собр. соч. М., 1962. Т. 6. С. 297.
4 Там же. С. 239—240.
5 Шатобриан Ф.-Р. де. Замогильные записки. М., 1995. С. 259.
6 Ремарк Э. М. На западном фронте без перемен. Тула, 1988. С. 173.
7 Хемингуэй Э. Рассказы ; Прощай, оружие! ; Пятая колонна ; Старик и море. М., 1972. С. 273.
8 Там же. С. 514.
9 Цит. по: Млечина И. Совесть нации // Новая газета. 2017. № 140. С. 22.
10 Белль Г. Генерал стоял на холме... // Иностранная литература. 2017. № 12. С. 176—177.
11 Грасс Г. Жестяной барабан // Иностранная литература. 1995. № 11.
12 Грасс Г. Луковица памяти : главы из книги // Иностранная литература. 2008. № 3. С. 55.
13 См.: Клемперер В. И вот я сижу между всеми стульями // Иностранная литература. 2017. № 9.
14 Алексиевич С. А. У войны не женское лицо. : документальная проза. М., 1988. С. 59.
References
1. Aleksievich S. A. U voyny ne zhenskoe litso... : dokumentalnaya proza. M., 1988.
2. Bell G. General stoyal na kholme... // Inostrannaya literatura. 2017. № 12.
3. Grass G. Lukovitsa pamyati : glavy iz knigi // Inostrannaya literatura. 2008. № 3.
4. Grass G. Zhestyanoy baraban // Inostrannaya literatura. 1995. № 11.
5. Grimmelsgauzen G. Ya. K. Simplitsissimus. M., 1976.
6. Kheminguey E. Rasskazy ; Proshchay, oruzhie! ; Pyataya colonna ; Starik i more. M., 1972.
7. Klemperer V. I vot ya sizhu mezhdu vsemi stulyami // Inostrannaya literatura. 2017. № 9.
8. Krotov P. P. Ot voyny k miru : u istokov teorii sozidatelnogo altruizma Pitirima Sorokina. Syktyvkar ; Vologda, 2011.
9. Mlechina I. Sovest natsii // Novaya gazeta. 2017. № 140.
10. RemarkE. M. Na zapadnom fronte bez peremen. Tula, 1988.
11. Shatobrian F.-R. de. Zamogilnye zapiski. M., 1995.
12. Tolstoy L. N. Voyna i mir : tom tretiy // Tolstoy L. N. Sobr. soch. M., 1962. T. 6.
ББК 66.4(7Сое)
С. В. Кислицын
МОДЕЛЬ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕОЛОГИИ АМЕРИКАНСКОГО НЕОКОНСЕРВАТИЗМА
Введение
Неоконсерватизм традиционно остается одним из наиболее популярных идеологических течений внутри Республиканской партии США. Его влияние наиболее отчетливо может быть прослежено в деятельности администраций Рональда Рейгана (1981—1989) и Джорджа Буша-младшего (2001—2009). В сфере внешней политики и политики безопасности неоконсерваторы традиционно стоят на позиции так называемой «твердой линии». На завершающем этапе «холодной войны» они выступали за продолжение гонки вооружений и крайне скептически относились к политике Перестройки в СССР, считая ее тактическим маневром.
© Кислицын С. В., 2018
Кислицын Сергей Владимирович — научный сотрудник Центра североамериканских исследований Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений им. Е. М. Примакова РАН. skislitsyn@imemo.ru