Научная статья на тему 'Тайны тюрмеровского леса'

Тайны тюрмеровского леса Текст научной статьи по специальности «Сельское и лесное хозяйство»

CC BY
303
41
Поделиться

Текст научной работы на тему «Тайны тюрмеровского леса»

ТАИНЫ ТЮРМЕРОВСКОГО ЛЕСА

(К 175-летию со дня рождения К.Ф. Тюрмера)

М. Д. МЕРЗЛЕНКО, профессор кафедры лесных культур, член-корреспондент МСА

В 1999 г. исполняется 175 лет со дня рождения известного российского лесовода Карла Францевича Тюрмера. Его имя знают все специалисты лесного хозяйства. Им, как непревзойденной личностью в истории практического лесоводства, не перестают восхищаться и лесничие, и ученые, и все люди хоть когда-нибудь повидавшие рукотворные леса К.Ф. Тюрмера. Однако, с течением времени, о биографии, жизни и деятельности Карла Францевича возникло много сказочных небылиц, а среди чиновников и ученых встречаются лица с меркантильными взглядами на тюрмеровское наследие. Поэтому, будучи уже 30 лет знакомым с тюр-меровскими лесами, считаю должным в преддверии 175-летнего юбилея отдать дань памяти и попытаться объяснить феномен плодов деятельности этого великого лесовода.

Карл Францевич Тюрмер родился в 1824 г. в Верхней Силезии в селении Кун-цендорф. Шести лет от роду он поступил в сельскую школу, а с одиннадцати лет трудился рабочим на лесном питомнике в лесах близ Ригердорфа. Зимой вместе с отцом работал лесорубом. Понадобились годы упорной учебы у лесного инспектора, практического труда в горном лесничестве, снова работы в лесном питомнике, - прежде чем молодой Карл в 1846 г. после экзаменования получил должность частного лесничего в Альтмарке, недалеко от Магдебурга. Там он, проработав четыре года, снова принялся за обучение у старшего лесничего. Только после этого, успешно сдав новые экзамены, получил право работать на казенной службе. В 1851-1853 гг. Карл Францевич вел хозяйство в лесу у Неймарка близ Бранденбурга.

Однако, испытывая финансовые трудности и некоторые личные неприятия со стороны окружающих его бюргеров (жена Тюрмера была полькой по национальности), он был вынужден принять на 3 года место

руководителя охотой в Поречьском имении графа Сергея Семеновича Уварова.

Переехав в 1853 г. вместе с молодой женой в Поречье (Можайский уезд Московской губернии), К.Ф. Тюрмер увидел запущенность лесного хозяйства в Поречьской лесной даче. Об этом он открыто и квалифицированно высказал свое мнение графу, что нашло у последнего объективное понимание и дало основание назначить молодого лесовода на должность лесничего. Так не на 3 года, а на всю жизнь связала судьба лесовода Тюрмера с Россией.

На первых порах К.Ф. Тюрмер не делал посадок леса, а наводил санитарный минимум, прорубал просеки, делал по ним профилированные грунтовые дороги, прокладывал мелиоративную сеть. Первые посадки леса К.Ф. Тюрмер осуществлял в урочище «Пустошь» в 1856 г. (уже при графе Алексее Сергеевиче Уварове). Между этими двумя людьми царило полное взаимопонимание: А.С. Уваров всецело доверял лесные дела специалисту-лесничему и никогда не вмешивался в его профессиональные обязанности. Результатом стало образцовое хозяйство в лесной даче и замечательные высокопродуктивные рукотворные леса на площади около 2-х тысяч десятин. На 01.01.94 г. их сохранилось 1603,2 га [4]. Ныне тюрмеровские леса - гордость российского лесоводства.

Помимо Поречья К.Ф. Тюрмер руководил посадками леса у графа А.В. Олсуфьева (Дмитровский уезд) и в своем имении «Орлик» в Калужской губернии. С 1892 г. К.Ф. Тюрмер управлял лесным хозяйством в обширных Муромцевских лесных дачах графа B.C. Храповицкого (Владимировская губерния). Всего же за многие десятилетия практической деятельности К.Ф. Тюрмер создал около 6 тысяч гектаров рукотворных лесов промышленного значения. Был он и

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 4/98

Говоря о феномене тюрмеровского леса, следует сделать упор и раскрыть два главных аспекта: первый - высокую устойчивость насаждений; второй - колоссальную продуктивность лесных культур К.Ф. Тюрмера. О высокой устойчивости искусственных насаждений Порецкого лесничества свидетельствуют данные лесопатологического обследования, проведенного в 1993 г. Институтом лесоведения РАН. Обследование велось по специально разработанной В.Г. Стороженко методике [6]. Состояние лесных культур на каждом выделе определялось по совокупности признаков: тип усыхания, наличие валежника разных стадий разложения и показатель состояния древостоя. В итоге по степени распада древостоя насаждение оценивалось по пятибальной шкале: 1 - абсолютно нормальный древостой, 2 - нормальный древостой с фрагментарным незначительно представленным усыханием деревьев, 3 - первая стадия распада древостоя, 4 - вторая стадия распада древостоя, 5 - распавшийся древостой.

Результаты данною лесопатологического обследования показали, что в целом, несмотря на высокий возраст культур, в них значительно преобладают (77 %) нормальные по состоянию древостой 1 и 2 категорий. На долю таких благополучных насаждений приходится 98 % культур лиственницы, 82 % культур сосны и 72 % культур ели [4]. Таково нынешнее состояние тюрмеров-ских насаждений. Даже для тюрмеровских ельников, имеющих возраст 105-140 лет, их состояние можно считать весьма и весьма неплохим. Причем из 830 га лесных культур, с преобладанием ели, 158,5 га относятся к показательным, в том числе 63,3 га - к эталонным [14].

Теперь для объективного утверждения высокой устойчивости тюрмеровских культур рассмотрим в ретроспективном плане состояние рукотворных ельников. Именно культуры ели, так как оперируя только худшими участками с этой древесной породой, оппоненты склонны видеть обреченность тюрмеровского леса в целом.

Первое лесопатологическое обследование насаждений лесхоза было проведено в 1933 г., второе - в 1938 г. Обоими обследованиями установлено наличие в древестоях корневой губки (Fomitopsis annosa (Fr.) Karst.) и опенка (Armillariella mellea (Vahl. ex Fr.) Karst.). В результате засухи 1938— 1939 гг. по всей Московской области отмечалось на протяжении 1938-1942 гг. усыхание еловых насаждений, причем в первую очередь поврежденных корневой губкой. Значительное усыхание ели происходило и в Уваровском лесхозе, куда территориально входило Порецкое лесничество. По данным В.П. Тимофеева [6] усыхание было характерно для чистых по составу еловых насаждений V и VI классов возраста, то есть тюрмеровских посадок оно не коснулось, тогда как ель в культурах Лесной опытной дачи ТСХА усохла полностью. Надо отметить, что массовое усыхание еловых лесов под влиянием засух на территории европейской части России носит закономерный, периодически повторяющийся характер [1].

Устойчивость ели в тюрмеровских посадках можно объяснить особенностями закладки культур и режимом воспитания насаждений. Сеянцы ели выращивали на зольных грядах, состоявших из рыхлой земли, обильно перемешанной с дерновой золой. Благодаря этому, двухлетние сеянцы по размерам соответствовали современным трехлетним сеянцам, но вдобавок имели хорошо развитую корневую систему, которая за счет рыхлости зольных гряд при выкопке не только не повреждалась, но и сохраняла систему мочек. При посадке на лесокультурную площадь корневая система обмакивалась в глиняную болтушку. Затем в ямку посадочного места опускались корни, которые, будучи облеплены жидкою глиною, принимали отвесное положение. Сверху они засыпались землей, взятой тут же с плужного гребня, т.е. с отворота дернины. Благодаря этому приему растения имели прекрасную приживаемость, довольно скоро вступали в период быстрого роста и формировали хорошо развитую и относительно глубокую корневую систему. Искусственные ельники воспитывались

Тюрмеровский лес

в режиме частых интенсивных смолоду рубок ухода, избегая загущенности насаждений. Благодаря такому воспитанию, т.е. произрастанию ели в негустых культурах, своевременно прореженных в ранней молодости, по мнению Тюрмера, отсутствуют стволовые сердцевинные гнили, тогда как в густых естественных насаждениях сердцевинная гниль в молодом возрасте - явление обыкновенное [7]. Близкое же размещение деревьев создает условия для плотного соприкосновения и срастания корневых систем, чем способствует контакту инфицированных корневой губкой со здоровыми [2].

Все перечисленное выше свидетельствует о лесокультурных приемах К.Ф. Тюрмера, способствовавших выращиванию здоровых и устойчивых к неблагоприятным факторам среды искусственных насаждений. Так что при обороте рубки, принятом К.Ф. Тюрмером в 60 лет, он получил бы исключительно здоровую древесину.

Силами 5-й Московской аэрофотоле-соустроительной экспедиции в 1970-1971 гг. проводилось очередное лесопатологическое обследование. Были охвачены массивы тюрмеровских культур и все хвойные древостой Порецкого лесничества. Санитарное и лесопатологическое состояние насаждений лесничества оценено как удовлетворительное, а стволовые вредители признаны практически не опасными. Вместе с тем, в насаждениях активизировался комплекс патогенных грибов, ведущее место в котором заняла корневая губка. Во многих кварталах, где произрастают тюрмеровские культуры, отмечена интенсивная пастьба скота. А ведь еще лесоустройством 1949 г. констатировалось, что широкому распространению грибных заболеваний, особенно корневой губки, очень способствует пастьба скота. Крупный рогатый скот наносит копытами поранения поверхностно расположенным корням ели, и через эти поранения проникают болезнетворные начала, разносимые к тому же скотом на большие расстояния.

Здесь уместно развеять миф о якобы особом, чуть ли не заповедном и оберегаемом режиме существования культур Тюрмера.

Несмотря на то, что еще 13 февраля 1952 г. приказом № 138 Министра лесного хозяйства СССР леса Порецкого лесничества были отнесены к категории особо ценных, никакого особо отличающегося от обычных лесов режима хозяйствования здесь не было. Единственное отличие состояло лишь в том, что искусственные древостой не назначались в рубку главного пользования.

«Гроза» же разразилась над посадками Тюрмера в Поречье в 70-х гг. XX в. Именно в этот период по массивам Тюрме-ровского леса были проведены проходные и выборочные санитарные рубки, на деле носившие характер подневольно-выборочных рубок: вырубались в основном сосна, да строевая ель. Выборочные рубки были столь интенсивными, что подавляющая площадь высокополнотных культур Тюрмера за полтора десятилетия была превращена в средне-и низкополнотные насаждения, а отдельные участки - даже в редины. Влияние интенсивной выборочной рубки оказалось столь значительным, что даже спустя 16 лет многие участки не смогли восстановить как величину текущего прироста стволовой древесины, так и ее запаса в целом [4]. В результате избирательного изъятия сосновых стволов последнюю четверть века при стабильности лиственничных культур уменьшилась площадь культур с преобладанием сосны, а культуры с преобладанием ели в качестве главной лесокультурной породы стали доминирующими - 52 %.

Таким вот образом расшатывание устойчивости культур Тюрмера в Порецком массиве длилось не одно десятилетие. Остается удивляться только стойкости искусственных насаждений, созданных Тюрмером. Поэтому нет ничего странного в том, что в 1990-91 гг. произошло усыхание части еловых культур. Явление это для древостоев ели в целом весьма ординарное [1], и культуры ели находятся в данном случае в рамках естественной природы еловых лесов. Заметим, что в эти же годы усыхали ельники Центрального лесного заповедника [3]; в 1993-94 гг. было массовое усыхание ельников Белоруссии [8], совпавшее с обильным

плодоношением ели и засушливыми периодами.

Однако усыхание культур ели в По-рецком лесничестве было уготовлено всем предшествующим «режимом» хозяйства и спровоцировано процессом изменения водного режима почв и даже явлениями заболачивания. Последнее обуславливалось нарушением старой (еще тюрмеровской) осушительной сети и годами - с повышенным количеством атмосферных осадков. Так при средней многолетней сумме осадков, равной 568 мм, в среднем выпало за период 1971-80 гг. по 635 мм в год, за период 1981-90 гг. - 695 мм в год. Причем в 1989-1990 гг. произошло очень резкое увеличение осадков - соответственно 801 и 831 мм, что является рекордом за последние 120 лет наблюдений. Поэтому усыхание ели было приурочено в основном к территориям с избыточно увлажненными и оглеенными почвами.

Второй аспект феноменальности тюрмеровского леса - это воистину колоссальная продуктивность лесных культур К.Ф. Тюрмера. Наиболее продуктивными являются культуры с преобладанием лиственницы европейской в качестве главной породы, а также сосново-еловые искусственные насаждения. На некоторых участках культуры лиственницы европейской запасы стволовой древесины на 1 га достигают 1300-1500 м . По данным, полученным на постоянных пробных площадях, у лиственничных искусственных насаждений, даже в VII классе возраста, сохраняется очень высокий текущий прирост по запасу, достигающий 14,5 м3/га в год. К числу очень высокопродуктивных рукотворных лесов надо отнести лесные культуры составом 7СЗЕ и с наличием второго елового яруса: их запасы достигают 750-800 м3/га.

Основной фактор высокой продуктивности лесных культур К.Ф. Тюрмера заложен в применявшихся им типах лесных культур, а именно: он создавал смешанные и сложные по форме насаждения, причем посадку разных древесных пород вел в несколько приемов (в основном в два приема).

Двухприемные лесокультуры являются авторским детищем Карла Францевича. В первый прием закладывались чистые по составу культуры (преимущественно это были посадки сосны), а затем, через определенный срок, высаживалась сопутствующая порода. В практике К.Ф. Тюрмера второй прием осуществлялся когда главная порода находилась в возрасте 20-30 лет, т.е. когда искусственное насаждение пребывало в фазе жердняка. Именно в этот период древесные растения обладают большой энергией роста, приводящей к определенной напряженности внутривидовых взаимоотношений и, как следствие, - к интенсивному естественному отпаду. Как раз к этому же времени К.Ф. Тюрмер приурочивал наиболее интенсивные разреживания с последующим выполнением второго приема закладки культур (высаживалась ель).

Созданием двухприемных лесных культур преследовалось выполнение особо важной хозяйственной задачи - формирование двухъярусных насаждений. Помимо этого предотвращалась опасность для еловых посадок от слишком ранних осенних и слишком поздних весенних заморозков, от засухи и заглушения их травою [7]. Из этих елей, по окончательной вырубке сосен, т е. к началу второго оборота, К.Ф. Тюрмер планировал иметь прекрасные еловые молодня-ки, в результате чего лесная почва в течение двух оборотов беспрерывно находилась бы под благотворным влиянием отенения [7]. Так, благодаря применению двухприемных культур, осуществляется эффект сильвати-зации, выражающейся в упрочении позиций лесной среды: создается дрсвесно-теневой тип посадок, под пологом которых произрастают чисто лесные виды травяно-мохового покрова, а ель, кроме того, служит подгоном для деревьев сосны, чем достигается увеличение энергии роста сосновых стволов, их прямизна и хорошее очищение от сучьев.

Таким образом, благодаря смешанному составу и сложной форме насаждения, двухприемные культуры позволяют увеличить экологическую емкость лесокультурных площадей. В конечном итоге благодаря

2-му приему происходит дополнительное накопление фитомассы и, как следствие, -наращивание значительного запаса стволовой древесины. Кроме того, смешанное и сложное по форме искусственное насаждение имеет набор компонентов (главных и сопутствующих пород) существенно различающихся по своему биологическому возрасту и экологическим особенностям. Последнее несомненно способствует повышению в целом биологической устойчивости и долговечности таких лесных культур.

Второй прием К.Ф. Тюрмер осуществлял с 1876 г. Не исключено, что его последователь, лесничий К. Эйхвальд, продолжал создание двухприемных искусственных насаждений и даже вводил третий прием подсадки ели.

К.Ф. Тюрмер охотно делился своим богатым лесоводственным опытом: воспитывал лесоводов-практикантов, принимал экскурсантов, сотрудничал со многими периодическими издательствами и научными обществами. Его любимыми словами о пи-томце-лесе были: «Приезжайте и посмотрите». Он и сам с большим интересом изучал лесное хозяйство в лесах Московской, Смоленской, Витебской, Пензенской и Владимирской губерний. Свой долголетний опыт обобщил в монографии «Пятьдесят лет лесохозяйственной практики» [7]. Ряд статей опубликовал в периодической печати. Многое в печатных работах К.Ф. Тюрмера поучительно и перекликается с современными проблемами.

В Тюрмеровских лесах вели исследования проф. А.Ф. Рудзкий, проф. В.Я. Добро-влянский, проф. В.П. Тимофеев и многие другие ученые. Высоко оценивали плоды его тру-

дов такие классики, как Ф.К. Арнольд и Г.Ф. Морозов. Правительство наградило К.Ф. Тюрмера орденом Св. Станислава 3-й степени.

В знак глубокой признательности к заслугам Карла Францевича у здания лесничества в селе Поречье стоит памятник с крылатыми словами: «Ты памятник себе воздвиг в лесах великий». Долг потомков -разумно отнестись к богатому лесокультурному наследию великого лесовода.

Литература

1. Маслов Л.Д. Усыхание еловых лесов от засух на европейской территории СССР // Лесоведение. - 1972. - № 6. - С. 77-87.

2. Негруцкий С.Ф. Корневая губка. - М.: Лесная промышленность, 1973. - 200 с.

3. Писарева С.Д. Динамика усыхания ельников Центрального лесного заповедника // Тез. докл. Всероссийской НТК «Охрана лесных экосистем и рациональное использование лесных ресурсов». - Том 2. -1994.-С. 60-61.

4. Рубцов М.В., Николаев ЦК., Глазунов Ю.Б. Уникальный лесокультурный опыт Поречья // Обзорная информация ВНИ-ИЦлесресурс, 1997. - Вып. 9. - 42 с.

5. Стороженко В.Г. Методика определения стадий распада культур ели // Лесоведение. -1907,- № 1.-С. 13-19.

6. Тимофеев В.П. Борьба с усыханием ели. -М.: Гослестехиздат, 1944. -48 с.

7. Тюрмер К.Ф. Пятьдесят лет лесохозяйственной практики. - М., 1891. - 182 с.

8. Федоров Н.И. Ловчий Н.Ф., Сарнацкий В.В., Гвоздев В.К. Современные аспекты усыхания ельников в Белоруссии // Тез. докл. МНК «Влияние атмосферного загрязнения...». Том 1. - 1996. - С. 94-96.