Научная статья на тему 'Суицид как форма протеста: из истории реакции чехословацкого общества на ввод войск в Прагу в 1968 году'

Суицид как форма протеста: из истории реакции чехословацкого общества на ввод войск в Прагу в 1968 году Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
806
134
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПРАЖСКАЯ ВЕСНА / ЯН ПАЛАХ / ЯН ЗАИЦ / БЛАНКА НАХАЗЕЛОВА / КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ ЧЕХОСЛОВАКИИ / САМОСОЖЖЕНИЕ / САМОУБИЙСТВО КАК ПРОТЕСТ / МАНИФЕСТ МОЛОДОГО ПОКОЛЕНИЯ / ФИЛОСОФСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ КАРЛОВА УНИВЕРСИТЕТА В ПРАГЕ / SPRING IN PRAGUE / JAN PALACH / JAN ZAITS / BLANCA NAHAZELOVA / THE COMMUNIST PARTY OF CZECHOSLOVAKIA / SELF-IMMOLATION / SUICIDE AS PROTEST / THE MANIFESTO OF THE YOUNG GENERATION / THE FACULTY OF PHILOSOPHY

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Афанасьев Александр Геннадьевич

На основе архивных и других материалов рассматривается вопрос о реакции чехословацкого общества на ввод военных сил в Прагу, о распространении и деятельности на территории ЧССР нелегальных и антисоветских организаций, агитационной и протестной политике чехословацкой молодежи. Особое внимание в статье уделено самосожжениям Яна Палаха и Яна Заица в контексте изучения мотивов их поступков и вопроса существования некой инициативной группы.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Suicide as a form of protest: the history of the reaction of the Czechoslovak society at entering of troops into Prague in 19681GBUK «Museum association Museum of Moscow»

The article is devoted to the phenomenon of the suicide, as a special form of public protest, the situation in Czechoslovakia after the events of the Prague Spring in 1968. On the basis of archival and other materials dealt with the issue of the reaction of the Czechoslovak society to the military forces of Prague, distribution and activity on the territory of the Czechoslovak Socialist Republic of illegal and anti-soviet organizations, agitation and protest politics of the Czechoslovak youth. Special attention in the article is paid to the self-immolation of Jan Palach and Yana Zaitsa in the context of the study of the motives of their actions and the issue of the existence of an initiative group.

Текст научной работы на тему «Суицид как форма протеста: из истории реакции чехословацкого общества на ввод войск в Прагу в 1968 году»

А.Г. Афанасьев

Суицид как форма протеста:

из истории реакции чехословацкого общества

на ввод войск в Прагу в 1968 году

На основе архивных и других материалов рассматривается вопрос о реакции чехословацкого общества на ввод военных сил в Прагу, о распространении и деятельности на территории ЧССР нелегальных и антисоветских организаций, агитационной и протестной политике чехословацкой молодежи. Особое внимание в статье уделено самосожжениям Яна Палаха и Яна Заица в контексте изучения мотивов их поступков и вопроса существования некой инициативной группы. Ключевые слова: Пражская Весна, Ян Палах, Ян Заиц, Бланка Нахазелова, Коммунистическая партия Чехословакии, самосожжение, самоубийство как протест, Манифест молодого поколения, философский факультет Карлова университета в Праге.

Самоубийство — мольба о помощи, которою никто не услышал.

Р. Алеев

В конце августа 1968 г. закончилась Пражская весна, обозначившая попытки внутрипартийных и общественных структур проводить политику так называемого «социализма с человеческим лицом». На протяжении восьми месяцев внутри Коммунистической партии Чехословакии (далее - КПЧ) сначала назревали, а потом и происходили активные идеологические изменения, в том числе и под давлением ряда средств

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

массовой информации и нелегальных организаций (преимущественно антисоциалистической направленности), стремящихся к внедрению демократических свобод. С их стороны в самый разгар Пражской весны звучали призывы даже к коренному изменению политической системы в целом: созданию частных предприятий, отказу от плановой системы и резкому ослаблению цензуры [18, с. 58-66]. Такие идеи нашли горячий отклик в чехословацком обществе. Обещания исправить ситуацию, данные Кремлю первым секретарем ЦК КПЧ Александром Дубчеком, не подтверждались реальными действиями. КПЧ, в свою очередь, практически лишилась политического веса в стране. В сложившейся ситуации советским партийным руководством было осуществлено решение о вводе войсковых подразделений стран, входящих в Организацию Варшавского Договора, в Чехословакию (в ночь с 20 на 21 августа 1968 г.). Московский протокол, подписанный между партийными лидерами двух стран Л.И. Брежневым и Александром Дубчеком в конце августа 1968 г., фактически закладывал фундамент для последующего отказа от реформ, проводимых КПЧ в период Пражской весны, возобновлял цензуру и легализировал временную дислокацию советских войск на территории ЧССР. Некоторой уступкой со стороны Советского Союза явилось снятие «обвинения» в контрреволюции в рядах КПЧ [14, с. 441-442].

Таким образом, в ЧССР посредством военного вмешательства был остановлен реформенный процесс, но не общественный резонанс. Августовские дни 1968 г., несомненно, оставили определенный отпечаток на отношении большей части чехословацкого общества к Советскому Союзу. В особенности - к советскому солдату, который в представлении многих являлся олицетворением оккупации. Весьма символичным в этом смысле выглядит последующее появление большого количества песен и стихов патриотического плана. Одна из таких - «Уходи домой, Иван» -была написана композитором Йозефом Вомачкой. Да и само присутствие советских войск в чехословацких городах являлось постоянным источником непрерывного общественного напряжения [6, с. 181]. Изменилось отношение и ко всему советскому в целом. Люди по-прежнему ходили в театры, концертные залы на чехословацкие и советские постановки. Но все это выглядело как некий необходимый ритуал, не имеющий ничего общего со временем, например, начала 1960-х гг., когда к дням советско-чехословацкой дружбы относились преимущественно с ответственностью и искренностью [19, с. 343-344]. После событий августа 1968 г. на людей, приезжающих из СССР, как правило, смотрели с опаской, недоверием и неким отчуждением, стараясь лишний раз не вступать в диалог. Это не было похоже на ненависть, скорее - на холодное равнодушие.

Необходимо признать, что идейная борьба в первые месяцы после крушения Пражской весны в Чехословакии не прекратилась, а, скорее, видоизменилась. Массовый открытый протест постепенно замещался внутренней агрессией и недоверием. В то же время для некоторых районов Чехословакии были по-прежнему характерны действительные акции протеста против советской оккупации, выражавшиеся в лучшем случае в распространении антисоциалистических листовок и лозунгов, представленных на стенах зданий, в худшем - в проведении различного рода провокаций [3, с. 957]. В первую очередь, такие проявления часто напрямую были связаны с активным влиянием нелегальных организаций. Таковых в ЧССР на начало октября 1968 г. значилось около двухсот. В основном они представляли собой разрозненные объединения, входившие ранее в «Клуб беспартийных активистов» («КАН») и «К-231». Часть из них обладала оружием и по-прежнему вела активную пропаганду, направленную против политики КПЧ и результатов московских соглашений [16, с. 240]. Представляется, что подобного рода организации к тому моменту несколько изменили тактику своих действий, переходя от открытых выступлений к конспиративным методам работы (так называемому «моральному террору») [4, с. 290]. Не последнюю роль играли некоторые чехословацкие СМИ, ставшие «рупором» антиоккупационных настроений.

Между тем, очевидным становился тот факт, что ни негативное отношение к Советскому Союзу (как к оккупанту), ни действия радикальных организаций, а также ряда СМИ, уже не вызовут такого широкого общественного резонанса, который был характерен для весны-лета 1968 г. Дело в том, что важным подспорьем реформенного процесса периода Пражской весны было активное участие в этих событиях части партийной номенклатуры. Говоря иначе, тогда процесс зарождался сверху. К началу 1969 г. уже КПЧ являет собой гаранта процесса нормализации, обозначенного Кремлем как временного явления, необходимого для стабилизации политической и общественной обстановки в ЧССР. В этих условиях сторонникам демократических реформ политической опоры в лице партии ждать не приходилось. В результате этого и других факторов, приблизительно к началу 1969 г. напряженность общественной обстановки в целом несколько снизилась. Вероятно, в общественной среде Чехословакии произошло осознание того факта, что советские войска в стране останутся надолго и Пражская весна 1968 г. безвозвратно ушла. Некоторые разочаровались полностью, иные потеряли интерес к активному участию в общественной и политической жизни, стараясь сосредоточиться на собственной карьере и семейной ячейке (некоторые психологи обозначают такой феномен понятием «оккупационного

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

стресса»). Открытые политические дискуссии и различного рода антисоветские провокации становятся уделом нелегальных организаций и представителей молодого поколения.

Именно молодежь, в первую очередь, в лице студентов, будет играть заметную общественно-агитационную роль не только в Чехословакии, но и других странах мира. В этом смысле 1968 г. в целом представляется знаковым, обозначенным не иначе как год «молодежной революции». Идейные выступления во Франции, США, Мексике были неразрывно связаны со студенческими кругами. Именно тогда стало очевидно, что молодежное движение, на первый взгляд, неуправляемое, может являться не только проводником тех или иных идей, но и представлять собой реальную политическую силу. В своей книге «1968. Год, который потряс Мир» журналист и историк Марк Курлански пишет следующее: «...Молодое поколение ощущало себя ни на кого не похожим и отделенным от всего остального мира и отвергало власть в любых ее формах.» [9, с. 9]. Безусловно, чехословацкая молодежь по своему мировоззрению и действиям отличалась, например, от французской. Но тенденция к попытке повлиять на общественное устройство и власть была общей.

Еще начиная с 1968 г. значительная часть представителей молодого поколения в ЧССР оказывала поддержку антисоветским силам, что выражалось в негативном или равнодушном отношении к КПЧ. Были нарушены принципы построения и деятельности молодежных организаций, заложенные еще в 50-х гг. XX в. Фактически был ликвидирован Чехословацкий Союз Молодежи, взамен которого появилось порядка 60 новых самостоятельных организаций, по большей части придерживающихся антикоммунистических настроений [5, л. 69-71]. Одними из самых активных были расположенные в Праге ЮНАК и «Скаут» (входили молодые люди до 18 лет) [15, с. 308]. Основой их деятельности являлись пропаганда западного образа жизни и распространение листовок антисоветского характера. После ввода войсковых подразделений армий стран Организации Варшавского Договора и подписания Московского протокола 26 августа 1968 г. ситуация практически не изменилась. Так, согласно информации о положении в ЧССР от 3 сентября 1968 г., в рядах среднего и особенно молодого поколения обозначилась отрицательная позиция к подписанию совместного коммюнике в Москве [6, с. 181].

Представители молодого поколения играли заметную роль в попытках «оживления» протестных настроений и с начала 1969 г., уже в условиях зарождавшейся нормализации политической и общественной обстановки. Более того, молодежь, представленная в первую очередь студенческими кругами, использовала новые, радикальные методы протеста -

акты самосожжения (а также другие виды суицида). «Расцвет» такого рода инцидентов относится как раз к периоду зимы-весны 1969 г. Всего за данный отрезок зафиксировано более 29 попыток самоубийства (включая людей старшего поколения) [22]. Самый известный подобного рода случай в студенческих кругах, произошедший в ЧССР, связан с именем двадцатилетнего студента философского факультета Карлова университета в Праге Яна Палаха. 16 января 1969 г. он устроил акт самосожжения на Вацлавской площади непосредственно напротив здания национального музея. Спустя три дня Палах скончался в одной из больниц [Там же]. По воспоминаниям знавших его близко людей, он не страдал психическими расстройствами и являлся убежденным сторонником марксизма, что не мешало ему весной 1968 г. поддерживать идейное направление Пражской весны.

Сразу после смерти Яна Палаха произошло еще восемь самоубийств. Например, 20 января сжег себя Й. Главаты, а 22 января - М. Малинка [23]. Выступление Л. Штроугала (на тот момент председателя Бюро ЦК КПЧ по руководству партийной работой в чешских областях) на активе Народной милиции, состоявшемся в Праге 24 января 1969 г., сообщает нам об еще одном случае суицида: о молодой студентке из Праги, которая, находясь дома, умышленно отравила себя газом [1, л. 10]. К сожалению, Л. Штроугал не сообщает ее имени. Но, сопоставляя различные материалы, мы приходим к выводу о том, что речь, вероятно, идет о Бланке Нахазеловой, которая действительно отравила себя газом 20 января 1969 г. [12, с. 405; 23].

Наконец, 25 февраля 1969 г. в день 21-ой годовщины Февральского коммунистического переворота в Чехословакии поступок Я. Палаха повторил восемнадцатилетний студент Ян Заиц. Он был родом из небольшого моравского города Виткав. Во дворе дома номер 39 на Вацлавской площади он облил себя бензином, выпил кислоту и поджег себя. Горящим он попытался выбежать на площадь, но, сделав несколько шагов, упал замертво [22].

Мы представили лишь несколько случаев, связанных с самоубийствами среди чехословацких студентов в 1969 г. Каковы мотивы людей, совершивших подобного рода протесты? Реальна ли принадлежность вышеуказанных молодых студентов к некой инициативной группе? Вызвали ли их поступки глубокий общественный резонанс внутри ЧССР? Попытаемся ответить на эти вопросы.

Наиболее изученным является протест Яна Палаха. Дело в том, что в портфеле, который он намеренно оставил на тротуаре у здания музея, были обнаружены письма, в одном из них сообщалось следующее:

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

«. Поскольку наши народы на краю отчаяния и покорности, мы решили выразить наш протест и пробудить совесть народа. Наша группа образована из добровольцев, готовых сжечь себя ради общих требований. Так как мне выпала честь вытащить первый номер жребия, я воспользуюсь своим правом написать первое письмо и стать первым человеческим факелом. Мы требуем отмены цензуры и запрета 2ргауу (журнал войск стран Организации Варшавского Договора. - А.А.). Если наши требования не будут удовлетворены в течение пяти дней, до 21 января 1969 г., и если наш народ не окажет достаточной поддержки этим требованиям в виде генеральной и бессрочной забастовки, загорится еще один факел» [20]. Таким образом, политическая основа поступка молодого студента стала известна практически сразу. Как видно из текста, требования Яна Палаха выглядят весьма скромно, по сути, это отмена цензуры и ослабление советской пропаганды. На наш взгляд, основной мотив записей просматривается в самом начале, где говорится о некоем протесте в контексте пробуждения народной совести. Таким образом, Я. Палах своим поступком выражал не только требования и протест против присутствия в стране советских войск (эти мысли подтверждают другие письма Я. Палаха), но и попытку «оживления» чехословацкого общества, находящегося в состоянии инертности и подавленности в условиях зарождавшейся стабилизации.

Ян Заиц и Бланка Нахазелова также оставляли заранее заготовленные письма. Первый в своем послании (обнародованным, правда лишь в 1989 г.), как и Ян Палах, правда, избегая конкретных требований, взывал к «совести» чехословацкого народа, призывая к борьбе против «оккупационного режима» и проведению забастовок [22]. Свои письма Ян Заиц в первую очередь адресовал редакциям крупных газет и видным политическим деятелям.

Письмо молодой девушки несколько выбивается из контекста вышеуказанных, т.к. не несет в себе конкретных призывов. В нем по большей части констатируется тот факт, что поступок студентки связан не с ее личными убеждениями, а с неким принуждением со стороны третьих лиц [1, л. 10], в связи с чем более подробно оно будет рассмотрено нами в дальнейшем.

Одним из самых спорных остается вопрос о принадлежности этих и других лиц к каким-либо инициативным группам антисоциалистической направленности, протестующих тем или иным образом. Это могли быть как указанные выше нелегальные организации, так и молодежные и студенческие объединения. Существовала ли так называемая «группа Палаха»? Ответ на этот вопрос до сих пор не является очевидным.

В газете «Комсомольская правда» от 30 января 1969 г. появилась статья под названием «Провокаторы и их жертвы», где утверждалось, что Ян Палах входил в группу из 15 человек, члены которой поклялись принести себя в жертву по очереди [8]. В то же время расследование, проводимое чехословацкой полицией, наличие такой группы не выявило. Кроме того, умирая, Я. Палах просил больше не устраивать таких акций и не жертвовать собой [11]. Нам в этой связи интересной представляется информация о том, что являл собой Карлов университет (в особенности философский факультет, где обучался Я. Палах) в плане идеологической направленности профессуры. Следуя сведениям отдела КГБ при СМ СССР от 2 ноября 1968 г., в период Пражской весны студенты именно философского факультета «.проявляли наибольшую контрреволюционную активность.», что отчасти было связано со спецификой профессорско-преподавательского состава [15, с. 305]. Даже к концу 1968 г. вышеуказанный факультет, несмотря на незначительные кадровые перестановки и наличие преподавательского состава, в целом «.не склонного к политическим авантюрам.», все же еще имел в своих рядах сторонников правого оппортунизма и ревизионизма (Ф. Червинка, Ф. Кавка,

З. Карник, З. Оливова, Л. Когуш и др.) [7, л. 147-148]. Могли ли они оказывать определенное воздействие на студентов, которые, в свою очередь, могли являться некой инициативной ячейкой? Такой вариант не исключен.

Но все же главным источником информации в этом вопросе являются письма, оставленные Я. Палахом. В одном из них, приведенным нами выше, упоминалось о том, что есть молодые люди, готовые продолжить его начинания, а сам себя он называл «факелом номер 1». Неслучайной представляется и «крайняя» дата, обозначенная Я. Палахом для выполнения обозначенных им требований, - 21 января. По мнению чешского историка Павла Блажека, именно в этот день должны были совершить акт самосожжения другие члены так называемой «группы Палаха» [17]. Большой интерес представляет и другое письмо, адресованное тогдашнему лидеру студентов Л. Голечеку (с которым, предположительно, Ян Палах лично знаком не был). В нем Я. Палах сообщая о том, что «. ни одна самоличная акция студентов не вызовет требуемый резонанс.», предлагает захватить здание радио и оттуда передавать призывы к генеральной забастовке с требованием отмены цензуры и в защиту Й. Смрковского, являвшегося ярым сторонником реформ периода Пражской весны [2]. В конце письма важное дополнение - «. Январь 68 начался сверху, январь 69 может начаться снизу» [Там же]. Нам представляется, что такой призыв революционного характера вряд ли мог являться результатом сугубо

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

индивидуальных суждений молодого студента Карлова Университета. Да и осуществить такую операцию без слаженных, заранее оговоренных действий также было невозможно.

После 1989 г. историки обнаружили прощальное обращение Яна Заица, в котором он называет себя «Факелом № 2». Но в этом случае мы не можем основательно рассуждать о принадлежности Яна Заица к некой инициативной группе, т. к. в его письмах не содержится упоминаний подобного рода. Возможно, что Яна Заица вдохновил протест Яна Палаха и он уехал в Прагу, где сначала принял участие в голодовке, объявленной студентами в знак поддержки требований Палаха, а затем совершил акт самосожжения.

Несколько иной характер носит записка молодой студентки Бланки Нахазеловой. В ней она сначала сообщает о том, что была втянута в отряд «факельщиков», которые вслед за Яном Палахом должны были осуществить самосожжение в разных городах. Далее, обращаясь к родным, пишет следующее: «Поверьте, то, что я сделала, я сделала не по убеждению, меня к этому принудили. У меня не было такой безумной отваги, как у Яна Палаха. Поэтому я умираю таким образом, это немного легче, но для меня это очень жестоко - так хочется жить.. Когда ровно в 8.30 раздастся тройной гудок черного “Мерседеса”, я опущу занавеску и открою газ.» [1, л. 10].

Данная цитата указывает на тот факт, что отнюдь не все протестные самопожертвования, присущие чехословацкой молодежи в период зимы-весны 1969 г., основывались на добровольных началах. Отсюда и отсутствие в письме каких-либо призывов и требований. Возможно, что некоторые отдельные случаи самоубийства выходили за рамки студенческих инициатив, а являлись этапом тщательно спланированной акции, направленной на дестабилизацию политической и общественной обстановки в ЧССР в условиях зарождавшейся нормализации.

Безусловно, вопрос, связанный с существованием «группы Палаха» или ей подобной, требует более детального изучения. В рамках данной статьи мы можем говорить скорее о наличии неких инициативных молодежных и студенческих ячеек, объединенных общей идеей и общими методами протеста против «оккупации» собственной страны и последующим общественным бездействием.

Здесь также необходимо отметить, что протесты подобного рода были характерны не только для молодежных кругов. Первый известный нам случай произошел в Польше 8 сентября 1968 г. (до поступка Яна Пала-ха). В этот день на стадионе во время Праздника урожая в присутствии нескольких тысяч граждан, включая представителей политической

элиты, польский бухгалтер Рышард Сивец совершил акт самосожжения, таким образом выступая против ввода в Чехословакию армий стран Организации Варшавского Договора. Спустя четыре дня он скончался в возрасте 59 лет. Таким же образом в апреле 1969 г. в городе Йиглава закончил свою жизнь сорокалетний житель ЧССР Эвжен Плоцек. Но об этих случаях чехословацкому обществу практически ничего известно не будет вплоть до 1989 г.

Как же чехословацкое общество в целом отреагировало на протесты Яна Палаха и его последователей? Мы можем утверждать, что поступок Яна Палаха вызвал в обществе глубокое потрясение. Чехи и словаки в первую очередь были шокированы мучительным способом самоубийства, который он избрал. В дискуссиях нередко высказывалась мысль о том, что эта форма протеста привнесена из другой культуры. В те времена она могла связываться с ситуацией во Вьетнаме, где, начиная с 1963 г., буддистские монахи частыми самосожжениями протестовали против религиозной политики сайгонского режима. Чешская писательница Эва Кантуркова считает, что поступок Я. Палаха вызвал скорее «восхищение и страх». По ее словам, чехословацкое общество, «парализованное» подписанием Московских протоколов, было уже неспособно к массовым выступлениям [21]. Не все верили, что ситуацию в стране можно изменить. И все же известно, что похороны студента Яна Палаха, на которых присутствовало около 600 тыс. человек, переросли в демонстрацию, охватившую многие районы Праги и другие города. По сути, чешская общественность собирала последние силы для того, чтобы превратить похороны Палаха во всенародный траур, но бесконечная «усталость» привела к тому, что вместе с ним были похоронены и его идеи. Мало кто вспомнил и о требованиях, выдвинутых Я. Палахом в своем письме (отмена цензуры и закрытие газеты «2ргауу»). Также в виде небольшой демонстрации прошли похороны Я. Заица. О самоубийствах Б. Нахазе-ловой, Э. Плоцека и многих других жители Чехословакии узнают только после 1989 г. Последним крупным общественным выступлением в ЧССР стали события конца марта 1969 г., произошедшие в Праге, Братиславе, Оломоуце, Градец-Кралове и других городах. Волнения не в последнюю очередь были обусловлены победой чехословацкой хоккейной сборной над советской [13, с. 148]. Лишь после этих событий стало понятно, что всякое сопротивление теряет силу.

Своеобразным итогом акций протеста Яна Палаха стало появление тезисов «Манифеста молодого поколения», опубликованных в феврале 1969 г. и представляющих собой описание ряда причин внутреннего кризиса в ЧССР и пути выхода из него. Решение авторами «Тезисов»

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

просматривается в замене бюрократической власти властью демократической, при условии сохранения социально-экономических основ социализма. Этот документ лишний раз говорит о том, что чехословацкие молодежные организации в 1969-1970 х гг. были в достаточной степени еще сильны и организованны, являясь неким проводником идей «Пражской весны» и после завершения последней [16, л. 10-15].

В 1971 г. Густав Гусак станет Генеральным секретарем ЦК КПЧ. Процесс нормализации вступит в свою основную фазу. В руководстве КПЧ наступит застой: состав ЦК и Политбюро почти не изменится с 1971-го по 1989-й год, а чехословацкое общество окончательно впадет в длительную «спячку».

Мнения о поступках Я. Палаха и его последователей до сих пор расходятся. Большинство жителей Чехии и Словакии считает протест молодого студента героизмом и большим подвигом, относя Я. Палаха к числу национальных героев. Часть людей выражает мнение о том, что лучше было бы выступить активно, но не заканчивать жизнь самоубийством [17]. Мертвый вряд ли может что-нибудь изменить. Так или иначе, до сих пор в Праге ежегодно проводятся акции памяти и так называемые «недели Палаха» [23]. А на Вацлавской площади установлен памятник Яну Палаху и Яну Заицу.

Самоубийства молодых людей в ЧССР в начале 1969 г. представляют собой отдельный, еще не до конца изученный феномен. В тот момент, когда чехословацкое общество в своем большинстве практически смирилось с действительностью стремительно развивающегося процесса нормализации политической и общественной обстановки, на авансцену вышли представители молодого поколения, преимущественно студенты. Они протестовали и раньше, но так радикально - впервые. В этой связи самосожжения Яна Палаха и Яна Заица в ряду других подобных случаев выглядят наиболее подготовленными и осознанными, ориентированными на усиление общественного резонанса. Вопрос о существовании так называемой «группы Палаха» остается открытым. Но, вероятно, студенческие инициативные объединения действительно существовали и находились в некоторой зависимости от радикальных и нелегальных организаций, а также от идеологических воззрений профессуры, например, философского факультета Карлова университета в Праге.

Библиографический список

1. Выступление тов. Л. Штроугала на активе Народной милиции // Российский государственный архив новейшей истории. Ф. 5. Оп. 61. Д. 49.

2. Две пражские выставки, посвященные самосожжениям зимы 1969 года. иКЬ: http://www.svobodanews.ru/content/transcript/1492565.html (дата обращения: 11.11.2011).

3. Записка Комитета госбезопасности при СМ СССР «О деятельности контрреволюционного подполья в Чехословакии» // Чехословацкий кризис 1967-1969 гг. в документах ЦК КПСС / Сост. Л. Величанская, Т. Джали-лов, М. Кишкина, М. Прозуменщиков. М., 2010. С. 942-970.

4. Записка Председателя КГБ Ю.В. Андропова в ЦК КПСС о подготовленной по просьбе «немецких и польских друзей» информации о деятельности контрреволюционного подполья в ЧССР // Чехословацкие события 1968 года глазами КГБ и МВД СССР: Сб. документов / Сост. Здано-вич А.А., Лашкул В.Ф., Моруков Ю.Н., Тотров Ю.Х. М., 2010. С. 288-293.

5. Записки, информации отдела местных партийных органов, совпосольств, ЦК ВКЛСМ и ВЦСПС со справками сектора профсоюзных и комсомольских органов об общегосударственной учредительной конференции Социалистического союза молодежи ЧССР // Российский государственный архив новейшей истории. Ф. 5. Оп. 62. Д. 33.

6. Информация о положении в стране от 3.09.1968, подготовленная отделом информации Западно-Чешского обкома КПЧ и полученная органами военной контрразведки советских войск // Чехословацкие события 1968 года глазами КГБ и МВД СССР: Сб. документов / Сост. Зданович А.А., Лаш-кул В.Ф., Моруков Ю.Н., Тотров Ю.Х. М., 2010. С. 178-185.

7. Информация о состоянии чехословацкой историографии, составленная небольшой группой чехословацких историков-интернационалистов во главе с заместителем ректора Института истории стран Восточной Европы тов. Вацлавом Кралем // Российский государственный архив новейшей истории. Ф. 5. Оп. 61. Д. 49.

8. Исторические чтения. После самосожжения. иКЬ: http://www.temadnya.ru/ spravka/16jan2004/3563.html (дата обращения: 11.11.2011).

9. Курлански М. 1968. Год, который потряс мир. М., 2008.

10. Мальханова И. Служение. иКЬ: http://readr.ru/inna-malhanova-slughenie. html?page=7# (дата обращения: 11.11.2011).

11. Патлатия Е. История Чешского радио: Ян Палах. иКЬ: http://www.radio.cz/ ru/rubrika/radiogazeta/istoriya-cheshskogo-radio-yan-palax (дата обращения:

11.11.2011).

12. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об информации Индиры Ганди по вопросу о последних событиях в Праге» // «Пражская весна» и международный кризис 1968 года: Документы / Гл. ред. Н.Г. Томилина, С. Карнер, А.О. Чубарьян. М., 2010. С. 404-406.

13. Прозуменщиков М. Скользкий лед «Пражской весны», или О роли спорта в истории советско-чехословацких отношений // «Пражская весна» и международный кризис 1968 года: Ст., исследования, документы / Гл. ред. Н.Г. Томилина, С. Карнер, А.О. Чубарьян. М., 2010. С. 137-155.

14. Руггенталер П., Кнолль Х. Московские «переговоры» // «Пражская весна» и международный кризис 1968 года: Ст., исследования, документы / Гл. ред. Н.Г. Томилина, С. Карнер, А.О. Чубарьян. М., 2010. С. 429-447.

15. Справка Особого отдела КГБ при СМ СССР 20 гвардейской армии от 2 ноября 1968 года о положении в Праге // Чехословацкие события

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Зарубежная история

1968 года глазами КГБ и МВД СССР: Сб. документов / Сост. Здано-вич А.А., Лашкул В.Ф., Моруков Ю.Н., Тотров Ю.Х. М., 2010. С. 302-312.

16. Справка, составленная сотрудниками Особого отдела о беседе с чехословацкими коммунистами т. Спал и Полачек и высказанных ими мнениях // Чехословацкие события 1968 года глазами КГБ и МВД СССР: Сб. документов / Сост. Зданович А.А., Лашкул В.Ф., Моруков Ю.Н., Тотров Ю.Х. М., 2010. С. 238-246.

17. Фиштейн. Е. Прага вспоминает Яна Палаха. URL: http://www.svobodanews. ru/content/Article/481015.html (дата обращения: 11.11.2011).

18. Хроника событий в Чехословакии. Развитие политической ситуации (июнь 1967 - октябрь 1968) // Чехословацкие события 1968 года глазами КГБ и МВД СССР: Сб. документов / Сост. Зданович А. А., Лашкул В.Ф., Моруков Ю.Н., Тотров Ю.Х. М., 2010. С. 58-66.

19. Шинкарев Л.И. Я это все почти забыл...: Опыт психологических очерков событий в Чехословакии в 1968 году. М., 2008.

20. Ян Палах, 16 января 1969. URL: http://marchenk.livejournal.com/177170. html (дата обращения: 11.11.2011).

21. Ярошевская Е. Поступок Палаха вызвал в обществе восхищение и страх. URL: http://www.radio.cz/ru/rubrika/radiogazeta/postupok-palaxa-vyzval-v-obshchestve-vosxishchenie-i-strax (дата обращения: 11.11.2011).

22. 40 лет назад студент Ян Заиц совершил акт самосожжения на Вац-лавской площади в Праге. URL: http://www.svobodanews.ru/content/ Transcript/1499368.html (дата обращения: 11.11.2011).

23. Jan Palah. URL: http://ortografia4.appspot.com/wiki/Jan_Palach (дата обращения: 11.11.2011).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.