УДК 616.8-009.836
СРАВНИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСОБЕННОСТЕЙ НАРУШЕНИЙ СНА И МЕНОПАУЗАЛЬНОГО
СИМПТОМОКОМПЛЕКСА У ЖЕНЩИН С АФФЕКТИВНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ ПЕРИ- И РАННЕГО ПОСТМЕНОПАУЗАЛЬНОГО ПЕРИОДА
А.А. Ахмедова, Л.Н. Горобец
Московский научно-исследовательский институт психиатрии -филиал ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П. Сербского» Минздрава России
Менопаузальный переход или перименопауза - это период, основным проявлением которого является снижение гормональной активности яичников, в результате чего частота, длительность и регулярность менструального цикла претерпевает значительные изменения, вплоть до полного угасания репродуктивной функции. Согласно определению Научной группы ВОЗ по изучению менопаузы, это период, непосредственно предшествующий менопаузе, когда начинают проявляться первые характерные для нее симптомы и, по крайней мере, один год после наступления менопаузы [1, 2]. Критерии пери- и постменопаузы, разработанные Рабочей группой по стадиям репродуктивного старения (STRAW), в 2011 году были пересмотрены и опубликованы в новой версии -STRAW+10 [10, 15]. В соответствии с классификацией STRAW+10, стадия репродуктивного развития (пре-, пери-, либо постменопауза) определяется регулярностью и длительностью менструального цикла, продолжительностью аменореи, концентрацией фолликулостимулиру-ющего гормона, антимюллерова гормона и инги-бина B, числом антральных фолликулов и степенью выраженности клинических проявлений менопаузы. При этом именно перименопауза считается стадией наиболее выраженных клинических проявлений и лежащих в их основе гормональных изменений [18].
Нейроэндокринные изменения влияют на регулярность менструального цикла, а впоследствии -на развитие климактерического синдрома. К менопаузальному симптомокомплексу относятся вазомоторные (приливы, ночная потливость), уроге-нитальные (вагинальная сухость, диспареуния, снижение сексуальной активности), метаболиче-
ские (замедление метаболизма, повышение уровней общего холестерина и холестерина липопротеидов низкой плотности - ЛПНП), соматические - боль и психические симптомы - депрессия, когнитивные изменения, нарушения сна [1, 8, 20].
В периоде менопаузального перехода и ранней постменопаузы у ряда женщин отмечается взаимосвязь между вазомоторными симптомами (ВМС) и депрессией. Например, по результатам исследования N.E.Avis и соавт. по мере увеличения длительности перименопаузы, в связи с усилением ВМС, риск развития депрессии также возрастал [3]. При этом не только вазомоторные, но и соматические симптомы менопаузы в целом могут способствовать формированию депрессии, а депрессия, в свою очередь, может усиливать климактерические проявления [9, 16]. Например, в исследовании J.-Y.Yen и соавт. была установлена взаимосвязь между аффективными симптомами и соматическими проявлениями менопаузы, такими как головная боль, головокружение, мышечные и суставные боли, парестезии, причем в перименопаузальном периоде эта симптоматика была наиболее выражена. Однако ВМС и сексуальная дисфункция были ассоциированы с депрессией лишь в пременопаузальном и постменопаузальном периодах соответственно [19].
Частым явлением, сопровождающим симптомы депрессии и ВМС, а именно, приливы и ночную потливость, является бессонница. По отношению к аффективным расстройствам и ВМС бессонница может быть как первичной, так и симптоматической. Возникновение бессонницы бывает связано как с ночными приливами, так и с психосоциальными факторами и другими расстройствами сна - обструк-
тивным апноэ или синдромом беспокойных ног [6]. Большинство жалоб (66-77%), связанных с нарушениями сна, относятся к вторичной бессоннице.
Нарушения сна во время менопаузы включают в себя трудности с засыпанием, поддержанием сна, повышением частоты ночных пробуждений, низким качеством сна и отсутствием чувства восстановления. Качество сна ухудшается у женщин в постменопаузе с учетом увеличения его латентности (времени, необходимого на засыпание) и времени ночного бодрствования. Другие нарушения сна, в частности, обструктивное апноэ, усиливаются в пери- и пост-менопаузальном периоде, причем распространенность легкой и средней степени составляет 45,2%, а тяжелой - 10,1%. Распространенность и выраженность синдрома беспокойных ног возрастает после наступления менопаузы [14].
Данные научной литературы свидетельствуют о том, что нарушение процесса засыпания отмечается чаще в пери-, чем в постменопаузе [17]. В то же время есть сведения, что обструктивное апноэ во сне чаще встречается в постменопаузальном периоде, что коррелирует с высокой частотой метаболических нарушений на этом этапе репродуктивных изменений [13]. Согласно другому исследованию, как среди женщин в пери-, так и постменопаузе одинаково часто наблюдались нарушения поддержания сна, общая неудовлетворенность сном, дневная сонливость, синдром беспокойных ног [21].
Несмотря на наличие сведений о первичных нарушениях сна у женщин в перименопаузальном периоде, общепринятым объяснением взаимосвязи между симптомами менопаузы, аффективными нарушениями и расстройствами сна остается теория «домино», согласно которой сон нарушается ввиду возникновения приливов или других симптомов, связанных с менопаузой. В результате развивается инсомния, которая впоследствии приводит к формированию депрессивных расстройств [7]. Тем не менее вопрос о степени выраженности вазомоторных, аффективных и диссомнических явлений у женщин в перименопаузе, в сравнении с ранним постменопа-узальным периодом, остается неразрешенным.
Цель: выявление и определение степени выраженности вазомоторных симптомов и нарушений сна у женщин с аффективными нарушениями в пери- и раннем постменопаузальном периоде.
Материалы и методы
В исследование было включено 50 женщин в возрасте от 40 до 65 лет (средний возраст -53,18±6,77 лет) с расстройствами аффективного спектра, находившихся на амбулаторном или стаци-
онарном лечении в Московском научно-исследовательском институте психиатрии - филиале ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П.Сербского» Минздрава России и Психиатрической клинической больнице №4 им. П.Б.Ганнушкина в 2021-2022 годах.
Пациенты включались в исследование согласно критериям: женский пол, возраст 40-65 лет, наличие нарушений менструального цикла или симптомо-комплекса менопаузального перехода, соответствие диагнозов критериям МКБ-10 (F31 - биполярное аффективное расстройство - БАР, F32 - депрессивный эпизод - ДЭ, F33 - рекуррентное депрессивное расстройство - РДР, F41.2 - смешанное тревожное и депрессивное расстройство - СТДР. Критерии исключения: органические заболевания ЦНС, декомпенсированные эндокринные заболевания, тяжелые формы соматических заболеваний, гормонозаместительная терапия на момент исследования.
Исследование одобрено этическим комитетом Московского научно-исследовательского института психиатрии - филиала ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П.Сербского» Минздрава России (протокол №33/1 от 29 марта 2021 г.). Дизайн исследования - открытое, обсервационное, поперечное. Обследование пациенток проводилось однократно.
На момент обследования, до начала психофармакотерапии, применялись следующие методы: клинико-анамнестический, клинико-психопатоло-гический, психометрический, клинико-эндокрино-логический, антропометрический, биохимический и статистический. В рамках психометрического метода с целью определения степени выраженности тревоги и депрессии применялись шкалы тревоги и депрессии Гамильтона (Hamilton Anxiety Rating Scale - HAM-A и HAM-D соответственно) и Госпитальная шкала тревоги и депрессии (Hospital Anxi ety and Depression Scale - HADS). Для выявления нарушений сна применялись шкалы: Индекс выраженности бессонницы (Insomnia Severity Index - ISI) и Питтсбургский опросник на определение качества сна (Pittsburgh Sleep Quality Index - PSQI). Последняя шкала применялась для изучения как субъективной оценки сна пациентками, так и для определения ряда других показателей, каждый из которых, в зависимости от степени выраженности, оценивался от 0 до 3 [5]:
- компонент 1 - субъективное качество сна. Данный показатель отображает, как пациент оценивает свой сон;
- компонент 2 - латентность сна. Демонстрирует, сколько времени в среднем требуется для засыпания;
- компонент 3 - продолжительность сна;
- компонент 4 - эффективность сна. Определяется как соотношение продолжительности сна и общего времени, проведенного в постели. Вычисляется в процентах, после чего переводится в баллы. Чем выше показатель в баллах, тем ниже эффективность сна.
- компонент 5 - нарушения сна. Данный показатель оценивает диссомнические и парасомнические явления;
- компонент 6 - использование препаратов для сна. Отображает частоту применения фармакотерапии;
- компонент 7 - нарушение дневного функционирования. Показывает, насколько расстройства сна нарушают повседневную деятельность.
Для оценки менопаузального симптомокомплекса применялись шкала С.Н.Хейфеца для оценки тяжести климактерического синдрома и модифицированный менопаузальный индекс (ММИ).
На этапе анализа полученных данных пациентки были разделены на две группы, в зависимости от репродуктивного статуса и сроков наступления менопаузы. Так, в I группу включены пациентки, у которых наблюдались клинически верифицированные признаки менопаузального перехода (пери-менопаузы) - п=13, 26%, во II группу - женщины, у которых менопауза наступила от 1 до 9 лет назад (ранняя постменопауза) - п=37, 74%.
Таблица 1
Социально-демографические данные
Примечания: * - р<0,05, ** - р<0,01. Различия между группами оценивались с помощью критерия х2.
Для статистической обработки полученных данных применялись программы Microsoft Excel 2010 и Statistica 6.1. с вычислением средних значений и стандартного отклонения. Для сравнения двух независимых переменных (межгрупповые различия) использовался критерий Манна-Уитни. Для сравнения качественных показателей применялся критерий %2. Различия определялись как статистически значимые при p<0,05.
Результаты
Социо-демографические параметры пациенток представлены в табл. 1. При сравнении демографических показателей было выявлено, что средний возраст во II группе был значимо выше в сравнении с I (р=0,01). Также во II группе отмечался больший процент неработающих женщин и женщин пенсионного возраста, в то время как в I группе число работающих женщин оказалось значимо выше (p<0,01). Существенных различий по образовательному уровню выявлено не было. Наблюдались различия по семейному положению. Так, в I группе отмечалось больше женщин, не состоящих в зарегистрированном браке, либо состоящих в гражданском браке, а также находящихся в разводе. Во II группе было значительно больше пациенток, состоявших в зарегистрированном браке (табл. 1).
В табл. 2 представлено распределение пациенток обеих групп по нозологическим категориям. У женщин I группы отмечалась значимо более высокая частота встречаемости первого депрессивного эпизода, а также смешанного тревожного и депрессивного расстройства. В то же время во II группе значимо чаще регистрировались РДР и БАР (p=0,01).
При оценке антропометрических показателей, приведенных в табл. 3, были установлены значимые различия при сравнении массы тела (77,11±11,29 кгв I группе и 70,18±11,04 кг - во II при p=0,04). При этом, несмотря на отсутствие статистической значимости, среднее значение ИМТ в обеих группах соответствовало первой степени избыточного веса (ИМТ=25,0-29,9).
Таблица 2
Нозологические характеристики
Диагноз Всего (n=50) I группа (n=13) II группа (n=37)
F31 - БАР 11 (22%) 2 (15,4%) 9 (24,3%)*
F32 - ДЭ 6 (12%) 3 (23,1%)* 4 (10,8%)
F33 - РДР 26 (52%) 3 (23,1%) 22 (59,5%)*
F41 - СТДР 7 (14%) 5 (38,5%)* 2 (5,4%)
Примечания: * - p<0,05. Различия между группами оценивались с помощью критерия х2.
Показатель I группа (n=13) II группа (n=37)
Средний возраст 47,92±5,72 55,14±6,27*
Работа 7 (53,8%)** 6 (16,3%)
Не работает 4 (30,7%) 17 (45,9%)**
Пенсионер 2 (15,7%) 14 (13,8%)**
Инвалидность по психическому заболеванию 2 (15,38%) 6 (16,2%)
Образование
Незаконченное среднее 1 (7,6%) 0
Среднее 2 (15,3%) 3 (8,1%)
Среднее специальное 3 (23,1%) 12 (32,4%)
Высшее 7 (53,8%) 22 (59,5%)
Семейное положение
Замужем 1 (7,7%) 26 (70,3%)**
Гражданский брак 2 (15,4%)** 2 (5,4%)
Не замужем 3 (23,1%)** 2 (5,4%)
Разведена 7 (53,8%) ** 4 (10,8%)
Вдова 0 3 (8,1%)
Таблица 3
Антропометрические и биохимические показатели
Показатели I группа II группа
Рост, см 168,23±7,34 164,86±4,79
Вес, кг 77,11±11,29* 70,18±11,04
ИМТ 27,39±4,22 25,81±4,94
ОТ, см 90,00±10,67 88,19±13,44
Глюкоза, ммоль/л 5,45±1,01 5,84±1,22
Холестерин, ммоль/л 6,62±1,46 9,21±1,34*
Примечания: * - р<0,05. Для оценки межгрупповых различий применялся и-критерий Манна-Уитни.
Таблица 4
Психометрические показатели тревоги и депрессии у женщин в пери- и постменопаузальном периоде
В свою очередь, во II группе уровень холестерина был значимо выше, в сравнении с I группой.
Результаты межгруппового сравнения показателей выраженности тревоги и депрессии у женщин в пери- и постменопаузе отражены в табл. 4. Статистически значимые различия отмечались в результатах исследования депрессии по субшкале депрессии HADS и шкале депрессии Гамильтона - НАМ-Б (р=0,04 р=0,01 соответственно). Во II группе средние показатели депрессии были выше и соответствовали клинически выраженному депрессивному эпизоду.
Анализ результатов по шкале 181 показал, что пациентки в постменопаузальном периоде отмечали более низкое субъективное качество сна по сравнению с женщинами, находящимися в периоде менопаузального перехода (р=0,04). Результаты обследования по шкале PSQI также оказались выше во II группе, однако различия не были статистически значимыми (р=0,3). При этом при оценке отдельных компонентов шкалы удалось выявить некоторые значимые различия между группами. Так, в I группе отмечалось значимое снижение эффективности сна (р=0,03), в то время как во II - преобладали более высокие показатели латентности и нарушений сна. Данные психометрического исследования нарушений сна отражены в табл. 5.
Показатель I группа II группа Уровень значимости (р)
НАББ,
субшкала 8,62±4,50 9,21±5,24 0,85
тревоги
НАББ,
субшкала 8,00±5,05 11,70±4,13 0,04*
депрессии
НАМ-Б 13,77±3,21 18,08±4,55 0,01*
НАМ-А 15,30±3,56 16,51±4,50 0,38
Примечания: * - р<0,05. Для оценки межгрупповых различий применялся и-критерий Манна-Уитни.
Таблица 5
Психометрические показатели расстройств сна у пациенток в пери- и постменопаузальном периоде
Показатель I группа II группа Уровень значимости (р)
К! 11,77±6,34 14,72±5,63 0,04*
PSQI 11,53±3,97 12,14±4,10 0,3
PSQI-1. Субъективное качество сна 1,92±0,75 1,97±0,79 0,8
PSQI-2. Длительность засыпания (латентность сна) 1,69±0,85 2,27±0,93 0,03*
PSQI-3. Продолжительность сна 1,23±1,09 1,51±1,09 0,4
PSQI-4. Эффективность сна 2,23±1,23 1,18±1,26 0,03*
PSQI-5. Нарушения сна 0,83±0,66 1,60±0,61 0,04*
PSQI-6. Использование препаратов для сна 1,92±1,32 2,16±1,17 0,6
PSQI-7. Нарушение дневного функционирования 2,00±0,70 1,84±0,89 0,67
Примечания: * - р<0,05. Для оценки межгрупповых различий применялся И-критерий Манна-Уитни.
Таблица 6
Результаты оценки менопаузального симптомокомплекса по шкале Хейфеца и модифицированному менопаузальному индексу
Показатели Группа I (перименопауза) Группа II (постменопауза) Уровень значимости (р)
Шкала Хейфеца 23,15±10,46 24,81±8,54 0,20
ММИ 26,53±10,45 27,86±7,90 0,58
ММИ. Субшкала нейровегетативных симптомов 16,19±3,34 11,46±5,08 0,03*
ММИ. Субшкала метаболических симптомов 6,10±3,34 9,47±2,21 0,04*
ММИ. Субшкала психических симптомов 8,15±6,45 9,21±2,67 0,07
Примечания: * - р<0,05. Для оценки межгрупповых различий применялся И-критерий Манна-Уитни.
По шкалам, используемым для оценки степени тяжести климактерического синдрома (шкала Хейфеца и ММИ), значимых различий между группами не обнаружилось (табл. 6). Тем не менее при оценке различий в показателях субшкал ММИ нейро-вегетативные симптомы были в среднем более выражены в I группе (р=0,03), в то время как метаболические, такие как ожирение, боли в мышцах и суставах - во второй (р=0,04). Различия средних показателей субшкалы психических симптомов между группами не достигали уровня статистической значимости (р=0,2).
Обсуждение и выводы
Обследование пациенток с аффективными расстройствами, находящихся в периоде пери- и постменопаузы, выявило ряд особенностей, связанных с социальным статусом, семейным положением, антропометрическими и лабораторными данными, показателями нарушений сна и симптомокомплекса менопаузы. Было установлено, что у пациенток, находящихся в постменопаузе, чаще отмечалась гиперхолестеринемия, что наряду с более высокими средними показателями метаболических нарушений ММИ может свидетельствовать в пользу более выраженных обменных нарушений у этой категории пациенток. Также важно отметить, что среднее значение ИМТ в обеих группах соответствовало первой степени избыточного веса (ИМТ=25,0-29,9), что может свидетельствовать об уязвимости к метаболическим изменениям как в пост-, так и в перименопаузальном периоде. Несмотря на то, что ранее сообщалось об отсутствии значимых различий в характере и степени выраженности таких нарушений сна, как снижение его качества, синдром беспокойных ног, общая неудовлетворенность сном в зависимости от репродуктивного статуса [21], нами были получены другие данные. Согласно результатам психометрических шкал, в постменопаузальном периоде пациентки отмечали более низкое качество сна, что сочеталось с нарушениями процесса засыпания и парасомниче-скими явлениями. Разницу в полученных результатах можно объяснить тем, что в большинстве публикаций расстройства сна в связи с менопаузой изучаются вне контекста клинически диагно-
стированных аффективных расстройств. В то же время у пациенток в перименопаузальном периоде эффективность сна была ниже, а нейровегетативная симптоматика - более выраженной. Выраженность вазомоторных симптомов у женщин в этом периоде коррелировала с нарушениями сна и в крупном когортном исследовании-SWAN [11]. Кроме того, в отличие от исследования, проведенного нами, авторы сообщали, что именно в период менопау-зального перехода длительность засыпания была выше и укорачивалась по мере достижения постменопаузы. Тем не менее во всех исследованиях подчеркивается роль как вазомоторных, так и метаболических симптомов нарушения сна у женщин в пери- и постменопаузальном периоде [4, 12].
Необходимо учитывать, что расстройства сна и нейровегетативные симптомы могут быть как проявлениями менопаузального симптомокомплекса, так и важными симптомами тревожных и депрессивных расстройств [6]. Однако менопауза, наряду с другими репродуктивными изменениями (беременность, послеродовой период, менструальный цикл), способна оказывать существенное влияние на особенности течения и клиническую структуру аффективных нарушений и диссомнических явлений у ряда женщин [1, 8].
Таким образом, анализ научной литературы и собственные данные свидетельствуют о том, что характер и структура метаболических и нейровегета-тивных изменений, а также нарушений сна у женщин с аффективными расстройствами может варьировать в зависимости от текущего репродуктивного статуса и сроков наступления менопаузы. Получение новых систематических и более обширных данных при исследовании этой проблемы позволит разработать и применять дифференцированные терапевтические подходы в отношении указанных расстройств.
К ограничениям данного исследования следует отнести изучение особенностей нарушений сна, вегетативных, нейроэндокринных, аффективных симптомов только у женщин, находящихся в периоде менопаузального перехода либо ранней постменопаузы.
Исследование выполнено в рамках Госзадания № 121041300179-3.
ЛИТЕРАТУРА
1. Мазо Г.Э., Незнанов Н.Г. Депрессивное расстройство. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2019. 112 с.
2. Менопауза. Доклад научной группы ВОЗ. Всемирная организация здравоохранения.Женева,1984.URL:http://apps.who.mt/iris/ bitstream/10665/41526/4/WHO_TRS_670_rus.pdf.
3. Avis N.E., Brambilla D., McKinlay S.M., Vass K. A longitudinal
analysis of the association between menopause and depression. Results from the Massachusetts women's health study // Ann. Epidemiol. 1994. Vol. 4, N 3. P. 214-220. 4. Ayrim A., AktepeKeskin E., Ozol D. Pittsburgh Sleep Quality Index scores and their relationship with body measurements in late menopause patients // Turk. J. Med. Sci. 2014. Vol. 4. P. 799-803.
5. Buysse D.J., Reynolds Ill C.F., Monk T.H. et al. The Pittsburgh Sleep Quality Index: A New Instrument for Psychiatric Practice and Research // Psychiatry Res. 1988. Vol. 28. P. 193-2I3.
6. Caretto M., Giannini A., Simoncini T. An integrated approach to diagnosing and managing sleep disorders in menopausal women // Maturitas. 2019. Vol. 128. P. 1-3.
7. Eichling P.S., Sahni J. Menopause Related Sleep Disorders // J. Clin. Sleep Med. 2005. Vol. 1, N 3. P. 291-300.
8. Gibbs Z., LeeS., Kulkarni J. Factors Associated with Depression During the Perimenopausal Transition // Women's Health Issues. 2013. Vol. 23, N 5. P. e301-e307.
9. Hale G.E., Robertson D.M., Burger H.G. The perimenopausal woman: endocrinology and management // J. Steroid. Biochem. Mol. Biol. 2014. Vol. 142. P. 121-131.
10. Harlow S.D., Gass M., Hall J.E. et al. Executive Summary of the Stages of Reproductive Aging Workshop + 10: Addressing the Unfinished Agenda of Staging Reproductive Aging // J. Clin. Endocrinol. Metab. 2012. Vol. 97. N. 4. P. 1159-1168.
11. Kravitz H.M., Zhao X., Bromberger J.T. et al. Sleep disturbance during the menopausal transition in a multi-ethnic community sample of women // Sleep. 2008. Vol. 31. P. 979-990.
12. Lampio L., Polo-Kantola P., Polo O. et al. Sleep in midlife women: effects of menopause, vasomotor symptoms, and depressive symptoms // Menopause. 2014. Vol. 21. P. 1217-1224.
13. Naufel M.F., Frange C., Andersen M.L. et al. Association between
obesity and sleep disorders in postmenopausal women // Menopause. 2018. Vol. 25. P. 139-144.
14. Silvestri R., Arico I., Bonanni E. et al. Italian Association of Sleep Medicine (AIMS) position statement and guideline on the treatment of menopausal sleep disorders // Maturitas. 2019. Vol. 129. P. 30-39.
15. Soules M.R., Sherman S., Parrott E. et al. Executive summary: Stages of Reproductive Aging Workshop (STRAW) Park City, Utah, July, 2001 // Menopause. 2001. Vol. 8, N 6. P. 402-407.
16. Strauss J.R. The reciprocal relationship between menopausal symptoms and depressive symptoms: A 9-year longitudinal study of American women in midlife // Maturitas. 2011. Vol. 70. P. 302-306.
17. Tandon V.R., Sharma S., Mahajan A. et al. Menopause and Sleep Disorders // J. Midlife Health. 2022. Vol. 13. N. 1. P. 26-33.
18. Willi J., Ehlert U. Assessment of perimenopausal depression: A review // J. Affect. Disord. 2019. Vol. 249. P. 216-222.
19. Yen J.-Y., Yang M.-S., Wang M.-H. et al. The associations between menopausal syndrome and depression during pre-, peri-, and postmenopausal period among Taiwanese female aborigines // Psychiatry Clin. Neurosci. 2009. Vol. 63. P. 678-684.
20. Zhang C., Zhao M., Li Z., Song Y. Follicle-Stimulating Hormone Positively Associates withMetabolic Factors in Perimenopausal Women // Int. J. Endocrinol. 2020. Vol. 202. P. e7024321.
21. Zolfaghari S., Yao C., Thompson C. et al. Effects of menopause on sleep quality and sleep disorders: Canadian longitudinal study on aging // Menopause. 2020. Vol. 27. P. 295-304.
СРАВНИТЕЛЬНАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОСОБЕННОСТЕЙ НАРУШЕНИЙ СНА И МЕНОПАУЗАЛЬНОГО СИМПТОМОКОМПЛЕКСА У ЖЕНЩИН С АФФЕКТИВНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ ПЕРИ- И РАННЕГО ПОСТМЕНОПАУЗАЛЬНОГО ПЕРИОДА
А.А. Ахмедова,
Аффективные расстройства, связанные с менопаузальным переходом, нередко сопровождаются нейровегетативными и диссомниче-скими проявлениями. Целью данного исследования было выявление и определение степени выраженности вазомоторных симптомов и нарушений сна у женщин с аффективными расстройствами в пери- и раннем постменопаузальном периоде. В исследовании участвовало 50 женщин, 13 из которых находились на стадии менопаузаль-ного перехода, 37 - на этапе ранней постменопаузы. Сравнивались социально-демографические, антропометрические, метаболические параметры, а также результаты психометрических шкал и количественные характеристики выраженности климактерических симптомов. Было установлено, что в постменопаузе у женщин чаще отмечались метаболические нарушения. Также в этом периоде наблюдалось более низкое качество сна, нарушение процесса засы-
Л.Н. Горобец
пания и парасомнии. В то же время у пациенток в перименопау-зальном периоде эффективность сна была ниже, а нейровегетативная симптоматика - более выраженной. Анализ научной литературы и собственные данные свидетельствуют о том, что характер и структура метаболических и нейровегетативных изменений, а также нарушений сна у женщин с аффективными расстройствами может варьировать в зависимости от текущего репродуктивного статуса и сроков наступления менопаузы. Получение новых систематических и более обширных данных при исследовании этой проблемы позволит разработать и применять дифференцированные терапевтические подходы в отношении указанных расстройств.
Ключевые слова: менопауза, аффективные расстройства, нейроэндокринные дисфункции, вазомоторные симптомы, расстройства сна.
COMPARATIVE CHARACTERISTICS OF SLEEP DISORDERS AND MENOPAUSAL SYMPTOM COMPLEX IN WOMEN WITH AFFECTIVE DISORDERS IN PERI- AND EARLY POSTMENOPAUSE
A.A. Akhmedova, L.N. Gorobets
Affective disorders associated with the menopausal transition are often accompanied by neurovegetative and dyssomnic manifestations. The aim of this study was to identify and determine the severity of vasomotor symptoms and sleep disturbance in women with affective disorders in the peri- and early postmenopausal period. The study involved 50 participants: 13 perimenopausal and 37 early postmenopausal women. We compared socio-demographic, anthropometric, metabolic parameters, as well as the results of psychometric scales and quantitative characteristics of the severity of menopausal symptoms. It was found that postmenopausal women were more likely to have metabolic disorders. Also in early postmenopause lower sleep quality, sleep-onset insomnia and parasomnia
were observed more frequently. Meanwhile, in perimenopausal patients sleep efficiency was lower, and neurovegetative symptoms were more pronounced. An analysis of the scientific literature and our own data indicate that the nature and structure of metabolic and neurovegetative changes, as well as sleep disturbance in women with affective disorders, may vary depending on the current reproductive status and the timing of menopause. Obtaining new systematic and more extensive data in the research of this problem will provide the development and application of differentiated therapeutic approaches in relation to these disorders.
Key words: menopause, affective disorders, neuroendocrine dysfunctions, vasomotor symptoms, sleep disorders.
Ахмедова Айна Арифовна - аспирант ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П. Сербского» Минздрава России; email: akhmedova.ayna@yandex.ru Горобец Людмила Николаевна - доктор медицинских наук, профессор, руководитель отделения психоэндокринологии Московского научно-исследовательского института психиатрии - филиала ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П. Сербского» Минздрава России; email: gorobetsln@mail.ru