К.Б. ПЕТУНИИ
К.В. PETUNIN
«СОВРЕМЕННЫХ ТАНКОВ ХВАТИТ ЛИШЬ ДЛЯ ДВУХ БАТАЛЬОНОВ»
Разработка и производство бронетанковой техники в Великобритании
в 1920—1930-е годы
«ENOUGH MODERN TANKS FOR NO MORE THAN
TWO BATTALIONS»
Developing and producing armored vehicles in Great Britain in the 1920s—1930s
Сведения об авторе. Петунин Константин Борисович — доцент кафедры гуманитарных и естественнонаучных дисциплин Российского университета кооперации, кандидат исторических наук (г. Калининград. E-mail: konstantin.pet.rf@mail.ru).
Аннотация. По материалам Национального архива Великобритании, британского парламента, Российского государственного военного архива и другим источникам автор проанализировал и осветил в статье особенности разработки и выпуска английских танков в 1920— 1930-е годы.
Ключевые слова: Великобритания; танки; сухопутные войска; межвоенный период (1920— 1930-е гг.); разработка и производство бронетанковой техники.
Information about author. Konstantin Petunin — Assistant Professor of the Humanities and Natural Sciences Department at the Russian Cooperation University, Cand. Sc. (Hist.) (city of Kaliningrad. E-mail: konstantin.pet.rf@mail.ru).
Summary. The author analyzed and highlighted the details of British tank designing and production in the 1920s— 1930s falling back on materials of the British National Archives, British Parliament, the Russian State Military Archives, and other sources.
Keywords: Great Britain; tanks; Ground Forces; interwar period (1920s— 1930s); designing and production of armored vehicles. 4_У
РИТАНСКИЕ экспедиционные силы в составе франко-английских войск в 1940 году, как известно, потерпели крупное поражение. Ряд исследователей в числе его причин называют неверные решения британских военных и политиков, касавшиеся начала и масштабов перевооружения, организационно-штатной структуры и способов боевого применения танковых войск. В фундаментальном 12-томном труде «История Второй миро-
вой воины» сказано, что «вследствие консерватизма высшего военного руководства Англии вопрос об увеличении количества бронетанковых частей так и не был решён до начала войны»1, хотя ещё в 1937 году Б. Г. Лидцел Гарт, советник британского военного министра, в подготовленном по его заданию труде «Роль армии» сделал вывод: «Если обстоятельства вынудят нас оказать помощь Франции, наиболее эффективным её видом будут мобильные
Пехотный танк Infantry Tank Mk. I
. .wr ; " * _:__
танковые, а не пехотные дивизии...»2. М.Б. Барятинский утверждал, что «в Англии затянулась дискуссия о роли и месте танков в современной войне. Неопределённость по этому вопросу у военных тормозила разработку соответствующих тактико-технических требований и выдачу заказов промышленности»3, Г.Л. Холявский писал: «К началу 30-х годов английское танкостроение сохраняло передовые позиции... Однако в Великобритании не сумели правильно определить генеральную линию развития танкостроения, и в итоге к началу Второй мировой войны английская армия не имела ни одного танка, отвечающего современным требованиям. Причиной этого послужила концепция имперского генерального штаба, считавшего, что воевать в основном придётся в собственных колониях»4. Фельдмаршал Б. Монтгомери обвинял в неудачах политиков. По его мнению, виноваты были все английские правительства в период между мировыми войнами, особенно руководившие страной с 1932
года, когда заговорили о необходимости перевооружения армии. До 1938 года дальше обсуждений дело не шло, и в 1939 году реформа вооружённых сил продвигалась черепашьими темпами5. При этом экономические и организационные особенности производства бронетехники не учитывали.
К окончанию Первой мировой войны Великобритания обладала мощной производственной и научно-исследовательской базой для разработки и выпуска вооружений, в т.ч. танков. В ходе войны в ней были разработаны несколько моделей тяжёлых и средних танков. Английские предприятия поставили в войска Великобритании и союзников 2619 таких боевых машин6. Ещё 139 танков было выпущено после окончания боевых действий. В число их производителей входили Metropolitan Amalgamated Railway Carriage & Wagon Co. Ltd, William Foster & Co. Ltd, Sir W.G. Armstrong Whitworth & Co. Ltd, Coventry Ordnance Works Ltd, William Beardmore &Co. Ltd и Kitson &Co. Ltd7.
За окончанием войны последовало быстрое сокращение вооружённых сил, которое подстёгивал вызванный ею социальный и финансовый кризис. Чистый государственный долг вырос с 620 млн фунтов стерлингов в 1914 году до 7809 млн в 1920-м, британский экспорт за то же время сократился на 20 проц. После ратификации Версальских соглашений британские расходы на оборону упали с 2199,2 млн до 693,7
млн, но оставались крайне высокими по сравнению с довоенными 78,6 млн8. Забастовочная активность9 и безработица достигли максимума. К 1921 году безработными были 17 проц. британцев10. Нестабильность в стране подогревалась массовой демобилизацией солдат. Это заставило правительство перераспределять бюджетные средства на социальные нужды за счёт сокращения расходов на вооружённые силы, особенно на сухопутные войска.
Такой выбор был продиктован взглядами политического и военного руководства. Военно-морской флот — предмет гордости англичан — обеспечивал безопасность имперских коммуникаций и метрополии,что и после войны было признано первейшей задачей вооружённых сил11. Королевские ВВС получили независимость. Их главнокомандующий X. Тренчард развил бурную деятельность, направленную на укрепление позиций военной авиации, нагнетал страсти сообщениями об угрозе в случае новой войны воздушных атак на Лондон с применением химического и бактериологического оружия со стороны недавнего союзника — Франции12. Кроме того, Тренчард обещал стремительные, относительно дешёвые и практически бескровные победы в будущих войнах массовыми бомбардировками жизненно важных центров вражеских государств, способных принудить их к капитуляции до того, как британский солдат ступит на вражескую землю13. Эти
обещания, перекликавшиеся с военно-стратегической концепцией воздушной войны14, после чудовищных потерь в Первой мировой импонировали британскому обществу, их поддерживали политики. А.Д. Баль-фур15в 1921 году утверждал, что в результате дисбаланса между английскими и французскими ВВС Великобритания «находится в самом незащищённом положении за все времена»16. Премьер-министр Великобритании Д. Ллойд Джордж заявил, что «в случае нашего конфликта с Францией её ВВС окажутся на нашей стороне Ла-Манша через считанные часы»17. В 1922 году был организован подкомитет по вопросам воздушной угрозы со стороны континента при Комитете обороны империи (КОИ)18. Немаловажной поддержкой позиций ВВС стало принятие концепции воздушного контроля. Она была нацелена на обеспечение порядка в колониях и на подмандатных территориях с помощью авиации и небольших мобильных формирований на бронеавтомобилях. Эту концепцию, сулившую огромную экономию за счёт вывода с Ближнего Востока крупного британского контингента, поддерживали парламентарии и министр по делам колоний (в 1921—1922 гг.) У. Черчилль19.
В 1919 году было принято так называемое Десятилетнее правило, согласно которому при развитии вооружённых сил следовало исходить из того, что «большой войны в Европе не произойдёт в ближайшие десять лет»20 и «Британская импе-
Средний танк Mk. II
Лёгкий танк Vikcers Mk. Е Туре А с двумя пулемётными башнями
рия не примет участия в любой большой войне в ближайшее десятилетие, следовательно, потребность в экспедиционных силах отсутствует»21. Фактически Десятилетнее правило возвращало британские сухопутные войска к задачам поддержания порядка в метрополии и на заморских территориях. Для этого не требовались танки, особенно средние и тяжёлые, что подтверждали доклады военных из Ирландии. Они запрашивали бронированные грузовики вместо непригодных на улицах городов, медленных и практически «слепых» танков с избыточным вооружением, ненужным для борьбы против повстанцев22. Ведущие британские политики занимали туже позицию. Черчилль, несмотря на причастность к созданию танка, неоднократно заявлял в парламенте, что в послевоенном мире производство большого количества танков бессмысленно и губительно для экономики, призывал ограничиться несколькими машинами для экспериментов23. В 1927 году военный министр Л. Уор-тингтон-Эванс подтвердил приверженность Десятилетнему правилу, отметив, что дорогие танки не нужны для поддержания порядка в колониях24.
По перечисленным причинам в 1920-е годы производство танков в Великобритании практически полностью работало на экспорт. В начале послевоенного десятилетия английский Королевский танко-
вый корпус (КТК) получил лишь несколько десятков лёгких танков Light Tank Mk. I и Light Tank Mk. II, средних — Medium Mk. I и Medium Mk. II, танкеток Carden-Loyd. Большую часть этих машин выпустили Vickers Ltd, Vickers-Armstrong Ltd25 и комплекс предприятий, который именовали Королевским арсеналом в Вупвиче26. Модели танков, как говорилось в документах имперского генштаба (ИГШ), были выбраны исходя из того, что сухопутные войска должны поддерживать порядок в империи. Для этого требовалась лёгкая бронетехника, способная действовать согласно кавалерийской тактике27. «Рабочей лошадкой» КТК до Второй мировой войны стал средний британский танк Medium Mk. II. Советские специалисты называли его скорее лёгким, чем средним, оценивали как хороший, но предназначенный именно для колониальных театров военных действий28. Более перспективные танки британцы производили для других стран — Китая, Японии, Польши, Дании, Сиама, Голландии, Румынии и пр., куда поставляли бронетехнику, оружие и продавали лицензии на производство29. Эти заказы позволили в конце 1920-х — начале 1930-х годов выжить немногим не закрывшимся английским предприятиям, производившим бронетехнику30. Великобритания стала вторым после Франции экспортёром бронетехники в мире. Вместе с тем британское
правительство и парламент жёстко контролировали распространение военных технологий. Любая поставка танков за рубеж требовала разрешения, в котором могли отказать31. Доходило до того, что даже одобренные к продаже танки поставляли без вооружения и боеприпасов или с их минимальным количеством32. Иностранных специалистов, приехавших для закупки техники, порой не допускали к осмотру некоторых образцов, хотя английское военное министерство не проявляло интерес к их приобретению33. Подобные ограничения при отсутствии заказов для британской армии сокращали экспорт и поступление средств, жизненно важных для английских предприятий.
С 1925 по 1928 год для британских войск были выпущены лишь 52 танка34. Армия испытывала значительную нехватку новой техники35. В 1931 году ИГШ сообщал: «На вооружении находятся более 400 различных танков, однако в большинстве это устаревшие образцы. В действительности современных танков хватит лишь для двух батальонов. Остальные — либо экспериментальные, либо устаревшие»36.
Настроения в британской политической верхушке не способствовали развитию производства бронетехники. Выступая в парламенте в 1926 году, будущий премьер-министр (в 1945—1951 гг.) К. Эттли заявил, что полагает быструю механизацию войск опасной, т.к. КТК будет вооружён большим количеством дорогих и устаревших танков, не способных противостоять новым видам вооружений, подобно тому, как в прошлом это случилось с военными кораблями37. В том же духе высказывался бывший парламентский секретарь А. Гренвуд38. Подобные воззрения были распространены и в военной среде. Танки признавали ценным вооружением, но представители военного министерства, как и политики, полагали, что создание крупных танковых
войск в мирное время не только бессмысленно, но и вредно с финансовой точки зрения. В докладе комиссии, созданной в 1932 году для анализа итогов Первой мировой войны по инициативе начальника ИГШ, был сделан вывод, что танки, несмотря на их критическую важность для будущей войны, остаются крайне дорогим и быстро морально устаревающим вооружением. Поэтому предлагалось ограничить их выпуск несколькими единицами для экспериментальных целей, а к массовому выпуску бронетехники приступить в угрожаемый период39 или первые месяцы войны40. Так англичане надеялись существенно сэкономить средства и в случае войны получить танковые войска, вооружённые новейшей боевой техникой.
В 1931—1932 гг. Великобритания, по оценкам советской разведки, могла производить около 300 средних и лёгких танков в месяц без мобилизации промышленности41. На фоне относительно спокойной международной обстановки подобные возможности позволяли британскому руководству рассчитывать на достаточные объёмы новых танков. А в случае угрозы крупной войны британские политики и военные могли рассчитывать на естественную защиту — Ла-Манш и рукотворную — в виде масштабных укреплений французских союзников и их вооружённых сил. КОИ в отчёте «Сравнение сил Великобритании с некоторыми другими странами по состоянию на май 1937 года» утверждал, что к этому месяцу, когда планировали завершить строительство линии Мажино, если Третий рейх не реализует секретную программу разработки и производства большого числа тяжёлых танков, вермахт будет не в состоянии прорвать французские укрепления42. Эту уверенность англичан поддерживали французы, сообщив англичанам 13 августа 1939 года, что у них около 4000 новых танков43, которые планируют использовать на знакомой местности,
опираясь на могучие линии обороны и нанося немцам тяжёлые удары,после которых к французским войскам смогут присоединиться британские44. Французы также заверяли англичан, что отдают предпочтение именно тяжёлым танкам, так как события в Испании показали: советские и немецкие лёгкие и средние танки были уязвимы перед огнём противотанковых орудий45.
Британские военные и политики не учитывали состояние промышленности своей страны. К концу 1920-х — началу 1930-х годов основные британские предприятия,занимавшиеся разработкой и производством бронетехники, всё больше погружались в пучину долгов, банкротств и увольнений, вызванных отсутствием заказов. Они не могли поддерживать свои производственные мощности. Их модернизация не производилась или запаздывала, целые подразделения производств закрывались, работников переводили на сокращённую рабочую неделю или увольняли, заводы переходили на выпуск гражданской продукции46. Такая картина наблюдалась и в Королевском арсенале в Вулвиче, получившем за несколько лет заказ лишь на 12 танков Medium Mk. IA47. В 1932 году оснащение и производительность заводов Vickers-Armstrong, Hadfield и Firth суще-
ственно уступали советским и германским предприятиям. Кроме того, по свидетельству советской делегации, занимавшейся закупкой техники за рубежом, британские инженеры не работали «в стол», проектируя только востребованные рынком узлы для лёгкой бронетехники и гражданских машин, служивших базой для бронеавтомобилей48. Лаборатории, в которых они создавали новые образцы техники и агрегатов, советские представители оценили как «кустарные»; уровень подготовки молодых британских специалистов как недостаточный, особенно «в вопросах математики»49.
Не способствовал разработке и производству танков в начале 1930-х годов и мировой финансовый кризис, отразившийся на Великобритании. Затраты на сухопутные войска в 1933 году были сокращены до наименьших за межвоенные годы показателей — 35,9 млн фунтов50, с учётом инфляции опустились ниже довоенных51. Расходы на гусеничную бронетехнику, заложенные в оборонный бюджет, опустились до 309 тыс. фунтов. Десятилетнее правило, сдерживавшее развитие вооружённых сил, в 1933 году было отменено, но при этом оговорено, что его отмена — не повод для увеличения военных расходов ввиду тяжести экономического кризиса52. В 1930-е
Лёгкий танк Mk. IV
годы в британских вооружённых силах был установлен так называемый гнёт казначейства. Оно получило право одобрять или отклонять программы перевооружения. Масштабы производства танков упали по сравнению с 1920-ми годами. В 1934 году казначейство санкционировало заказ 28 лёгких танков Mk. IV, разделив его на равные части между заводом Vickers-Armstrong Ltd и Королевским арсеналом в Вулвиче53, чтобы поддержать их. В этих условиях финансирование разработок новых танков практически остановилось. Выделявшиеся на них суммы колебались от 22,5 тыс. до 93,75 тыс. фунтов в год, а выпуск одного опытного образца в среднем обходился в 29 тыс. фунтов. Нехватка средств привела к передаче разработок двум предприятиям — Vickers-Armstrong Ltd и Королевскому арсеналу в Вулвиче, которые могли содержать лишь малый штат конструкторов. Ежегодно выделявшихся средств едва хватало для этих подрядчиков. Заинтересовать другие фирмы, не дав гарантии заказов, было невозможно54. В этих условиях ведущий британский инженер, технический директор Vickers-Armstrong Ltd и создатель популярных в мире образцов английской бронетехники Дж. Карден даже предлагал совсем отказаться от разработки новых танков55.
Наряду с финансовым гнётом опосредованно мешало
созданию новых танков и английское законодательство. В середине 1920-х годов в Великобритании был существенно повышен налог на большие и мощные грузовые автомобили, что привело к падению спроса на эту технику. Частные лица и предприятия предпочитали покупать несколько небольших грузовых автомобилей, налоги на которые суммарно были меньше, чем на один большой56. Это привело к переориентации предприятий на разработку такой техники и узлов для неё. Хотя ряд зарубежных исследователей полагают, что британская автомобильная промышленность не влияла на разработку и производство танков, т.к. для них не применялись комплектующие гражданских автомобилей57, нельзя отрицать, что разработки в гражданском автомобилестроении определяли инженерный и производственный подход к проектированию и изготовлению военной техники, а также влияли на смежные области — металлургию и химическую промышленность, особенно при огромной разнице в количестве выпущенных боевых и гражданских машин. В таких условиях для выживания компании конструкторы были вынуждены сконцентрироваться на гражданской продукции, отодвинув военную на второй план. В результате у промышленности не было оборудования для производства тяжёлой боевой
Экспериментальный пятибашенный тяжёлый танк А1Е1 «Independent» (1928 г.)
техники, конструкторы не получали опыт разработки узлов и агрегатов для неё. Примером может послужить попытка создания британской промышленностью среднего танка с двумя автомобильными двигателями, т.к. мощность доступных для производства моторов была недостаточна. Британские и позже советские военные, осмотрев экспериментальный танк, сочли проект «мертворождённым»58. От него отказались из-за отсутствия покупателей.
В масштабной программе перевооружения 1936 года, представленной начальником ИГШ фельдмаршалом С. Де-вереллом и подписанной военным министром Д. Купером, говорилось о полном провале программы создания средних танков, а появившиеся крейсерские (кавалерийские, более быстроходные, чем другие, за счёт меньших веса, толщины брони, вооружения) и пехотные танки тогда ещё не сошли с чертёжной доски или были опытными образцами, страдавшими многими «детскими болезнями», вызванными тем, что простое «масштабирование» узлов, разработанных для лёгкой техники, при создании агрегатов для тяжёлой приносило неутешительные результаты.
Разработанный двенадцатью годами ранее средний танк Medium Mk. II к тому времени был устаревшим. Единственным доступным для заказов и производства был лёгкий танк Light Tank Mk. VIA, который начальник ИГШ именовал лучшим в мире59.
В условиях начавшегося в 1935 году в Великобритании перевооружения в ответ на объявление Германии о существовании люфтваффе60 основное финансирование, как и прежде, направляли на нужды Королевских ВВС и флота. Видимо, в отличие от официального объявления о гитлеровских ВВС британское политическое и военное руководство «не впечатлил» подписанный А. Гитлером 16 марта 1935 года «Закон о создании вермахта»61.
Экспериментальный средний 16-тонный трёхбашенный танк
Vickers А6Е1 (1927 г.)
Перевооружение английских сухопутных войск началось с опозданием, а танковые войска получили нужное финансирование лишь в 1937 году. Сухопутным войскам были выделены 63 млн фунтов62. Большая их часть ушла на перевооружение других родов войск. На механизацию отводилась рекордная сумма — 6,3 млн фунтов, но почти вся она предназначалась артиллерии и пехоте63.
Сторонники танков критиковали это решение64. Вместе с тем у армии не было выбора бронетанковой техники. Кроме лёгкого танка Mk. VIA, промышленность ничего предложить не могла. После прекращения в 1932 году разработки среднего 16-тонного танка начали разработку более дешёвых танков А7, А9 и А10. Их опытные образцы военные оценивали как неудовлетворительные из-за множества ошибок проектирования, малой мощности двигателей, низкой скорости либо слабого бронирования, считали, что ни одна из этих моделей не будет готова к производству до 1938 года. Опытная модель двухместного танка, известная как А11, или пехотный танк Mk. I, требовала множества доработок65. Крах программы создания английского среднего танка официально признал помощник директора по механизации в военном министерстве, будущий командующий Королевским бронетанковым корпусом (с декабря 1940 г.), в то время полковник66Ж. Мартель. В 1937 году на конференции командного состава вооружённых сил в Лондоне он заявил, что крейсерские и пехотные танки всё ещё находились в стадии доработки, английская промышленность так и не смогла создать средний танк с приемлемыми характеристиками, предложив военным полагаться на «лучшие в мире» британские лёгкие танки67.
В конце 1937 года военное министерство приняло решение о закупке 526 новых лёгких танков VIB и крейсерских А9 Mk. I68. Спустя несколько месяцев, в 1938 году, на фоне аншлюса
Третьим рейхом Австрии и чехословацкого кризиса межведомственный комитет казначейства одобрил масштабную программу перевооружения британских танковых войск. Предполагалось закупить сотни новых танков, доведя их общее количество до 2256, включая резервы, в т.ч. 1331 лёгкий танк, 585 крейсерских, включая новые А13 с подвеской Кристи69, 340 пехотных Mk. I70. Но одобрение закупки и выделение денег не означали начала производства. В условиях перевооружения в преддверии возможной войны промышленные мощности были заняты преимущественно заказами для ВВС и флота по нескольким причинам. Во-первых, их перевооружение началось раньше, чем сухопутных войск. Во-вторых, заказы для ВВС и флота, по мнению правительства и военных, были более значимы для безопасности империи и метрополии, поэтому приоритетны для промышленности71. В-третьих, эти заказы для частных предприятий были гораздо прибыльнее, чем выпуск бронетехники, и в условиях массовой закупки вооружения нехватки заказов заводы не испытывали. У частных предприятий танк Medium Mk. IA был на 2000 фунтов дороже, чем у Королевского арсенала в Вулвиче. Правительство соглашалось на такую переплату72, но даже она не сделала производство броневой стали для танков
привлекательной на фоне заказов флота на неё. Предприятия отказывались от производства танков либо принимали заказы, ставя их «в конец очереди» и откладывая выполнение на годы. По воспоминаниям Ж. Мартеля, «Королевский арсенал в Вулвиче полностью работал лишь с флотом и ВВС, имеющими приоритет над требованиями армии»73. К лету 1936 года он смог передать КТК 12 из 14 заказанных два года назад лёгких танков74, к тому времени морально устаревших в связи с принятием на вооружение лёгкого танка Мк. VI75. Военное министерство в докладах 1936 и 1938 гг. сообщало, что не может заинтересовать заказами на танки производителей, кроме МскегБ-Апт^гопд76.
Британские политики и военные решили раздробить крупные заказы на сотни танков, чтобы увеличить число их исполнителей. Но это дало обратный эффект. В условиях переизбытка военных заказов, когда даже крупные заказы на 100 или 200 танков не привлекали частные заводы, мелкие оказались ещё менее привлекательными. Владельцы заводов отказывались перепрофилировать производства ради выпуска нескольких десятков танков77. Их малые партии удалось заказать лишь небольшим заводам усилиями Мартеля и директора по механизации сухопутных войск в военном министерстве
генерал-майора А.Э. Дэвидсона. Они, воспользовавшись личными связями, уговорили британского промышленника лорда Наффилда (У.Р. Морриса78) открыть эти заводы специально для выпуска новых моделей крейсерских танков79. Но нехватка на них специалистов и опыта выпуска танков не позволяли рассчитывать на быстрый эффект80.
В итоге британские сухопутные войска оказались почти полностью вооружены лёгкими и устаревшими средними танками. Министр по координации обороны Т. Инскип в меморандуме, подготовленном 21 октября 1938 года, указал, что вооружение экспедиционных сил в случае принятия решения о его отправке на континент потребует изъятия всех танков, включая учебные, из подразделений КТК81, которые останутся в Великобритании. Это, учитывая состояние техники, использовавшейся для подготовки личного состава, скорее стало бы жестом отчаяния, чем усилением танковых войск. Силы, которые на бумаге включали 4 механизированных кавалерийских полка и 3 армейских танковых батальона, к 1 августа 1939 года могли получить технику только для одного батальона. Из-за нехватки танков все вооружённые ими кавалерийские полки были небоеспособными82. По прогнозу министра, в случае войны в Европе к 1 августа 1939 года могли быть боеспособными и на 100 проц. обеспеченными
резервами только одна кавалерийская бригада и один армейский танковый батальон, в которых насчитывались 434 единицы бронетехники83. Инскип рекомендовал ускорить производство танков, размещая заказы на любые доступные модели на любых частных предприятиях84.
Не улучшилась ситуация и в 1939 году. И ГШ на базе 1 -й танковой бригады КТК создал тяжёлую танковую бригаду. Но проектирование и производство тяжёлых танков ещё не начинались, а новые лёгкие и крейсерские танки только стали поступать в войска. В январе 1939 года завод Mech. & Aero смог поставить лишь пару крейсерских танков А13, заказанных в предыдущем году85. В результате у тяжёлой бригады почти не было современного вооружения. Её командование не могло объяснить, почему бригада названа тяжёлой86.
27 марта заместитель начальника ИГШ генерал-майор Р. Адам в докладной записке, отметив пугающее положение дел с танками и их выпуском, подчеркнул, что большинство британских танков, включая проектировавшиеся, были крайне уязвимы перед огнём противотанковой артиллерии, их выпуск не отвечал минимальным ожиданиям. Танк А9, заказанный в 1937 году как промежуточный вариант, только начал поступать в войска, но уже устарел из-за длительного периода времени, прошедшего между заказом и
выпуском. Большинство танков, заказанных двадцатью и более месяцами ранее, ещё не вышли из заводских ворот87. Исключение составили лёгкие танки Mk. VI. За 1938 год британские предприятия изготовили их 169, в марте 1939 года готовились передать войскам ещё 10788.
К лету ситуация ухудшилась. Объявленный весной призыв в армию отодвинул сроки выполнения заказов на бронетехнику89. Как отмечено в официальной британской истории Второй мировой войны, «одежда и другое личное снаряжение, в отличие от орудий и танков» требовались «в самом начале мобилизации, поскольку солдаты должны быть одеты, накормлены и размещены до обучения применению оружия»90. Заказы на 211 санкционированных казначейством крейсерских танков не были размещены. Ни одна фирма не приняла их. Из 1277 лёгких танков 1050 должны были поступить в войска к концу сентября. Но ИГШ, который весь межвоенный период считал лёгкий танк универсальным и применимым против любого противника на любом театре военных действий, уже не рассматривал его как подходящий для войны на континенте из-за слабых брони и вооружения.
К концу сентября ожидали получить 125 из 1062 крейсерских танков, заказ на которые был утверждён к июню 1939 года,
Экспериментальный средний трёхбашенный танк Vickers А6ЕЗ (1929 г.)
а также 115 из 369 заказанных пехотных танков91. Но и эти поставки были под угрозой. 9 июня министр без портфеля Э. Бур-гин в парламенте раскритиковал политику военного министра, казначейства и премьер-министра, заявив о невыполнении приоритетной программы модернизации ПВО, а также о срыве поставок танков вследствие финансовой политики и неспособности промышленности выполнить заказы на них92. Депутат-лейборист Б. Кирби заявил о провале перевооружения Королевского бронетанкового корпуса, потребовав объяснений от правительства. Но ему отказали под предлогом секретности сведений93.
В августе 1939 года, менее чем за месяц до начала Второй мировой войны, выяснилось, что наряду с прочим выпуск вооружений затрудняла коррупция. В парламенте был поднят вопрос о том, что некоторых субподрядчиков, производивших агрегаты и комплектующие, в т.ч. для танков, принуждали повышать цену на них на 50 проц., намекая на необходимость делиться деньгами с некими неназванными людьми. По словам депутата от лейбористской партии, яростно критиковавшего систему разработки и производства танков в Великобритании,исполнительного директора одного из крупных концернов, занятых разработкой и выпуском техники для железнодорожного транспорта, Ransomes & Rapier Р. Стоукса, субподрядчиков, отказавшихся делиться, отстраняли от выполнения военных заказов, несмотря на более низкие цены их продукции94.
Итогом работы британской промышленности на нужды КТК в межвоенный период к 1 сентября 1939 года стали 1002 лёгких танка Mk. VI различных модификаций, многие из которых поступили в войска накануне войны и были признаны ИГШ негодными для боёв против вермахта; 79 крейсерских Mk. I и Mk. II, принятых к производству в качестве временной меры со множеством недостат-
ков конструкции, сказавшихся на их боевом применении, а также 67 пехотных танков Мк. I с толстой бронёй, пулемётным вооружением и двумя членами экипажа, что делало их малоэффективными, медленными и облегчало уничтожение артиллерией95. Остальные танки были единичными либо морально и технически устаревшими до такой степени, что могли считаться боеготовыми лишь условно.
К такому итогу привела совокупность многих факторов политического, военного, субъективного(личностного) и иного характера. Не в последнюю очередь он был обусловлен организацией разработки и производства бронетехники, не учитывавшей реалии британской промышленности и то, что резкое наращивание выпуска танков в угрожаемый период будет невозможно из-за загруженности промышленности другими военными заказами в условиях тотального перевооружения.
По иронии судьбы решение британских политиков и военачальников отказаться от заблаговременного массового производства танков, продиктованное наряду с другими причинами боязнью вступить в войну с большим количеством устаревшей бронетехники, привело к тому, что Вторую мировую английская армия встретила с танками, в большинстве устаревшими ещё при изготовлении со множеством конструкционных недостатков.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 История Второй мировой войны 1939—1945 гг. в 12 т. Т. 2. М.: Воениздат, 1974. С. 392.
2 Там же.
3 Барятинский М.Б. Бронеколлекция 1996. № 4(7). Бронетанковая техника Великобритании (1939—1945). Интернет-ресурс: https://royallib.com.
4 Холявский Г.Л. Полная энциклопедия танков мира. 1915—2000. Минск: Харвест, 2006. С. 70.
5 Монтгомери Б. Мемуары фельдмаршала / Пер. с англ. Е.Д. Богатырено, В.А. Вебер, Д.В. Вознякевич. М.: Ва-гриус, 2006. С. 75.
6 Peden G. Arms, economics and british strategy: from dreadnoughts to hydrogen bombs. London: Cambridge University Press, 2009. P. 68-94.
7 Ibid.
8 United Kingdom Public Spending, http:// www.ukpublicspending.co.uk.
9 Остапенко Т.С., Прокопов А.Ю. Новейшая история Великобритании: XX — начало XXI века: учебное пособие. М.: Вузовский учебник; ИНФРА-М, 2012. С. 108.
10 United Kingdom Public Spending.
11 Howard M. The continental commitment: dilemma of british defence policy in the era of the Two world wars. London: Maurice Temple Smith Ltd, 1972. P. 85.
12 Ferris j xhe theory of a «French air menace», Anglo-French relations and the British home defence air force programmes of 1921-25 // RUSI Journal. 1987. Vol 10. Issue 1. P. 70.
13 Biddle T.D. Rhetoric and reality in air warfare: the evolution of british and american ideas about strategic bombing, 1914—1945. New Jersey: Princeton University Press, 2002. P. 72.
14 Воздушная война — военно-стратегическая концепция, отводившая ВВС главенствующую роль в военных действиях и признававшая за ними способность самостоятельно достигать стратегических целей в войне. Впервые теория воздушной войны разработана итальянским генералом Д. Дуэ. См.: Воздушная война // Военная энциклопедия в 8 т. Т. 2. М.: Воениздат, 1995. С. 206.
15 А.Д. Бальфур — министр финансов (1891-1892 и 1895-1902 гг.), премьер-министр (1902—1905 гг.), морской министр (1915—1916 гг.), министр иностранных дел (1916—1919), лорд-председатель Совета (1919-1922,1925-1929 гг.) в кабинетах Д. Ллойд Джорджа и С. Болдуина. См.: Бальфур // Большая российская энциклопедия: электронная версия (БРЭ ЭВ): https://bigenc.ru.
16 Цит. по: Ferris /. The theory of a «french air menace»: anglo-french relations and the british home defence air force programmes, 1921-1925//Journal of Strategic Studies. 1987. Vol. 20. № l.P. 65.
17 Ferris J. The evolution of british strategic policy, 1919—1926. London: Macmillan, 1989. P. 127.
18 Conclusions of a Meeting of the Cabinet held at 10, Downing Street. 1922.15 March. C.C. 18(22) // National Archives of Great Britain, Public Record Office (NAGB PRO). CAB 23/29. P. 282.
19 Петунин КБ. Бронетехника в британской концепции воздушного контроля 1920-х гг. // Наука сегодня: факты, тенденции, прогнозы: материалы международной научно-практической конференции. Вологда, 2017. С. 66-69.
20 Draft Minutes of a Meeting held at 10, Downing Street. War Cabinet 606A. 1919. 5 August //NAGB PRO. CAB 23/15. P. 164.
21 Conclusions of a Meeting held at 10, Downing Street. War Cabinet 616A. 1919. 15 August // NAGB PRO. CAB 23/15. P. 270.
22 Ireland (Code 0(AD)): Mechanical Transport, armoured cars and other forms of protection for troops in Ireland 1920 // NAGB PRO. WO 32/9541.
23 Hansard. Parliamentary Debates. House of Commons (Hansard). 1920. 23 February. Vol. 125. Col. 1356; Hansard. 1920. 9 March. Vol. 126 Col. 1081.
24 The Preparation of the Army for War. Memorandum by the Secretary of State for War. 1927. 19 Jul. C.P. 207(27) // NAGB PRO. CAB 24/188.
25 В описаниях разработки и выпуска вооружения и военной техники в 1920-е гг. Vickers Ltd иногда ошибочно именуют Vickers-Armstrong, но Vickers Ltd и Sir W G Armstrong Whitworth & Company объединились в 1927 г. См.: Edgerton D. Warfare State: Britain, 1920-1970. Cambridge: Cambridge University Press, 2005. P. 37.
26 Королевский арсенал в Вулвиче — распространённое название комплекса предприятий, производивших военную технику и боеприпасы.
27 Петунин КБ. Танковые войска Великобритании 1920—1930-х годов: путь из лидеров в отстающие или жертва компромисса? // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение: вопросы теории и практики. 2016. № 2(64). С. 153.
28 Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 31811. Оп. 3. Д. 22. Л. 213, 214.
29 Hansard. 1933. 16 February. Vol. 274. СС. 1186, 1187W.
30 РГВА. Ф. 31811. Оп. 3. Д. 80.
31 Hansard. 1925.16 June. Vol. 185. СС. 304, 305W.
32 Ibid. 1931.7 May. Vol. 252. СС. 564,565.
33 РГВА. Ф. 31811. On. 1. Д. 245. Л. 207.
34 Hansard. 1929. 5 March. Vol. 226. СС. 221, 222W.
35 Ibid. 1928. 20 March. Vol. 215. Col. 249.
36 Military appreciation of the situation in Europe. 1931. 31 March. C.P. 96(31) // NAGB PRO. CAB 24/200. P. 457.
37 Hansard. 1925. 16 March. Vol. 181 Col. 1926.
38 Ibid. 1927. 7 March. Vol. 203. CC. 939-943.
39 Угрожаемый период — промежуток времени, непосредственно предшествующий началу крупномасштабной (региональной) войны. Характеризуется крайним обострением противоречий между враждующими сторонами. Используется ими для выхода из кризисного состояния или для завершения военных приготовлений. Его временные рамки охватывают в мирное время период нарастания военной угрозы и её крайнего обострения — непосредственной угрозы агрессии. См.: Угрожаемый период // Портал Министерства обороны РФ: http:// encyclopedia.mil.ru.
40 Committee on the lessons of the Great War: Report // NAGB PRO. WO 33/1297. P. 33.
41 РГВА. Ф. 33987. On. 3. Д. 222. Л. 7.
42 Comparison of the Strength of Great Britain with that of certain other Nations as at May 1937.1937. 9 February. C.P. 53(57) // NAGB PRO. CAB 24/268 P. 103.
43 Советская разведка в 1939 г. приводила следующие данные о французских танковых войсках: «Общее наличие танков, по иностранным источникам, определяется в 4500 единиц, из которых 1700 танков в армии. Сведений о разделении их на типы не имеется (ориентировочное количество тяжёлых и средних танков составляет около 10%)». См.: Военная разведка информирует: документы Раз-ведуправления Красной Армии. Январь 1939 — июнь 1941 г. / Сост. В. Гаврилов. М.: МФД, 2008. С. 87.
44 Год кризиса 1938—1939: документы и материалы в 2 т. / Сост. МИД СССР. М.: Политиздат, 1990. С. 479.
45 Visit of British ministers to Paris. 1938. 26 November. C.P. 269(38) // NAGB PRO. CAB 24/280. P. 269.
46 РГВА. Ф. 31811. On. 3. Д. 80. Л. 74-77.
47 Hansard. 1925.6 Jul. Vol. 186. Col. 39.
48 РГВА. Ф. 31811. On. 3. Д. 80. Л. 100.
49 Там же. On. 2. Д. 214. Л. 7.
50 United Kingdom Public Spending.
51 Higham R. Armed Forces in Peacetime: Britain 1918-1940. London: Anchor Books, 1962. P. 326, 327.
52 Barnett C. The Collapse of British power. London: Faber & Faber, 2011. P. 301.
53 Reports 1-6. First Report, 1934.1934. 15 Dec. // NAGB PRO. WO 194/57. P. 2.
54 General and warlike stores: Tanks (Code 45(E)): Tank situation: Progress reports. 1936. 19 October// NAGB PRO. WO 32/4441. P. 3.
55 Coombs B. British Tank Production and the War Economy, 1934—1945. New-York: Bloomsbury Academic, 2013. P. 101.
56 Ibid. P. 13.
57 Postan M., Hay D.M., Scott J. D. Design and Development of Weapons: Studies in Government and Industrial Organisation. London: Stationery Office Books, 1964. P. 239.
58 РГВА. Ф. 31811. On. 1. Д. 245. Л. 207, 208.
59 General and warlike stores: Tanks (Code 45(E)): Tank situation: Progress reports. 1936. 19 October // NAGB PRO. WO 32/4441. P. 5.
60 McDonough F. Neville Chamberlain, appeasement and the British road to war. Manchester: Manchester University Press, 2010. P. 40.
61 Gesetz fur den Aufbau der Wehrmacht. Vom 16. März 1935 // Documentarchiv.de: http: //www. documentarchiv. de.
62 United Kingdom Public Spending.
63 Harris J.P. Men, ideas and tanks: British military thought and armoured forces, 1903—1939. Manchester: Manchester University Press, 1995. P. 237.
64 The Times. 1937. 5 March.
65 General and warlike stores: Tanks (Code 45(E)): Tank situation: Progress reports. 1936. 19 October // NAGB PRO. WO 32/4441. P. 4.
66 Ж. Мартель, с 1939 г. — генерал-майор, с 1942 г. — генерал-лейтенант. См.: Giffard Le Quesne Martel // Интернет-ресурс: https://www.gracesguide.
co.uk; Мартель Жиффар — биография // Интернет-ресурс: http://pomnipro.ru.
67 РГВА. Ф. 31811. Оп. 2. Д. 657. Л. 74-81.
68 Reports 1—6. Fourth Report of the Mechanization Board. 1937. 12 Dec. // NAGB PRO. WO 194/57. P. 7.
69 Подвеска американского конструктора Д.У. Кристи. См.: Джон Уолтер Кристи и его танки // Военное обозрение. 2014. 26 сентября. Интернет-ресурс: https://topwar.ru.
70 General and warlike stores: Tanks (Code 45(E)): Tank situation: Progress reports. 1938. 2 May // NAGB PRO. WO 32/4441. P. 7.
71 Pownall H. Chief of staff: the diaries of Lieutenant General Sir Henry Pownall. London: Leo Cooper Ltd, 1973. Vol. 1: 1933-1940. P. 123-129.
72 Hansard. 1925.6 Jul. Vol. 186. Col. 39.
73 Martel G. Our Armoured Forces. London: Faber & Faber, 1945. P. 130.
74 Reports 1-6. Third Report of the Mechanization Board. 1936. 22 Dec. // NAGB PRO. WO 194/57. P. 4.
75 Fletcher D. British Light Tanks 1927-45: Mks I—VI. London: Bloomsbury Publishing, 2014. P. 18.
76 Design and Production of British Tanks 1936 - June 1940 // NAGB PRO. CAB 102/851. P. 66.
11 Coombs B. Op. cit. P. 31.
78 William Richard Morris, Viscount Nuffield // Интернет-ресурс: https:// www.britannica.com.
79 Martel G. An Outspoken Soldier: His Views and Memoirs. London: Sifton Praed, 1949. P. 128.
80 Reports 1—6. Fourth Report of the Mechanization Board. 1937. 12 Dec. // NAGB PRO. WO 194/57. P. 7.
81 Anticipated position on 1st August, 1939. 1938. 21 October. C.P. 254(38) // NAGB PRO. CAB 24/279. P. 244.
82 Ibid. P. 245.
83 Ibid. P. 248.
84 Ibid. P. 252.
85 Design and Production of British Tanks 1936 - June 1940 // NAGB PRO. CAB 102/851. P. 67.
86 РГВА. Ф. 311811. On. 2. Д. 919. Л. 189.
87 General and warlike stores: Tanks (Code 45(E)): Design and production: policy. 1939.27 March //NAGB PRO. WO 32/4445. P. 137.
88 Design and Production of British Tanks 1936 - June 1940 // NAGB PRO. CAB 102/851. P. 67.
89 Conclusions of a Meeting of the Cabinet. 1939.24 Apr. C.C. 42(39) //NAGB PRO. CAB 23/99. P. 359.
90 Postan M.M. British War Production in History of the Second World War. London: HMSO, 1952. P. 105.
91 28th Progress Report by the War Office. 1939. 15 June // NAGB PRO. CAB 16/230. P. 107.
92 Hansard. 1939. 8 June. Vol. 348. CC. 643-689.
93 Ibid. 1939.3 August. Vol 350. Col. 2678W.
94 Ibid. 1939. 8 June. Vol. 348. Col. 686.
95 Design and Production of British Tanks 1936 - June 1940 // NAGB PRO. CAB 102/851. P. 76. ■