Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Социология. Педагогика. Психология. Том 7 (73). 2021. № 4. С. 122-131.
УДК 159.9
СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ НАУЧНОГО ПОНИМАНИЯ СТРАХА СМЕРТИ И СПОСОБЫ ЕГО ПРЕОДОЛЕНИЯ
Ленько А. В.1, Скляднева В. В.2
1Университет Порто, Центр африканских исследований, Португалия
12РЭУ им. Г. В. Плеханова, Москва, Россия
E-mail: Oleksandr_lenko@hotmail.com1
В статье раскрывается социокультурная основа страха смерти и описывается механизм ее взаимодействия с биологически обусловленным страхом смерти. Новому пониманию его природы предлагается название биполярная теория страха смерти. В качестве способов преодоления страха смерти выступают разные варианты социализации.
Ключевые слова: социализация, страх смерти, биполярная теория, инстинкт самосохранения, самость, психологическая когерентность, символическое бессмертие, пандемия.
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы обусловлена как нерешенностью проблемы понимания природы страха смерти в интеллектуальной и научной среде, так и возросшим социальным и политическим значением этого явления в условиях мировой пандемии коронавируса. Данная работа представляет собой попытку теоретического обобщения и творческого переосмысления наработок о природе страха смерти, в особенности тех, что возникли в рамках теории управления страхом, развитой Эрнстом Бекером, Томом Писжински, Джефом Гринбергом, Шелдоном Соломоном и др., в последней четверти ХХ в., также положений Нобелевского лауреата, русского физиолога И. П. Павлова о генетической и паратипической природе страха.
Цель статьи показать становление научных представлений о социально -психологической стороне страха смерти и на основе синтеза наиболее перспективных теоретических построений предложить новый взгляд на природу этого явления с учетом социальной составляющей.
Задачей статьи является обозначение способа преодоления страха смерти, что имеет практическое значение, так как содействует обузданию этой распространенной фобии и расширяет инструментарий психологии личности и социальной психологии.
ИЗЛОЖЕНИЕ ОСНОВНОГО МАТЕРИАЛА
Осмысление социокультурной онтологии страха смерти. Процесс появления человека, который палеоантропологи называют «очеловечиванием»,
122
неразрывно связан с зарождением и развитием разных направлений культуры: технической, языковой, ритуальной, отношения к окружающей среде, а также, что важно в нашем исследовании, смерти или погребальной культуры [1]. Основатель культурной антропологии Эдвард Тейлор отмечал, что появление духовной культуры - это результат воображения [2], то есть способности людей мыслить абстрактно, что согласно Эдварду Торндайку является главным отличием людей от животных [3]. В свою очередь классик культурной антропологии Джеймс Дж. Фрезер подчеркивал, что первобытные люди понимали смерть как проходные ворота ( gateway) в потусторонний мир, а вера в загробную жизнь почти универсальна [4]. Во всех культурах можно найти систему мышления, вбирающую в себя реальность и неизбежность смерти, посредством чего культура сохраняет социальную устойчивость перед лицом угрозы, связанной со смертью и разрушением [5]. В 20 в. среди многих интеллектуалов-атеистов укоренилось мнение видного этнографа Бронислава Малиновского [6], что первобытный человек в отличие от современных людей в силу своей ограниченности и недоразвитости попросту не мог представить смерть как «уничтожение бытия». Однако такое утверждение нам представляется далеко не бесспорным, поскольку согласно выдающемуся социологу и антропологу Давиду Э. Дюркгейму [7], даже самые ранние формы религии с присущими им табу, сакральными объектами и ритуалами были попыткой утвердить не только общественный порядок, но и единое мироустройство, соединяющее социальную организацию, космос, живую природу и потусторонний мир. Достаточно поставить мысленный эксперимент, чтобы убедиться в этом: если бы первобытный человек принял точку зрения Б. Малиновского на смерть как «уничтожение бытия», то это стало бы равносильным самоубийству, так как в целостной и всеохватывающей системе разрушение потустороннего мира неизбежно повлекло бы за собой уничтожение космоса и всего живого.
В последней четверти 20 в. приходит переосмысление «парадокса Малиновского», что было связано с прорывными открытиями в квантовой физике, не вписывающимися ни в классическую теорию физики, ни в теорию относительности А. Эйнштейна. Экспериментальное подтверждение явлений суперпозиции и квантовой запутанности показало призрачность классического материализма из-за неопределенности как самого понятия материя, так и бессилия науки в объяснении этих явлений. Как следствие, многим ученым пришлось отказаться от атеизма (веры в бездоказательное отрицание Бога: «а» -отрицание, «теизм» - бога) в пользу агностицизма (признания идеи о непознаваемости мира), что затронуло и гуманитарные науки. В 1973 г. в антропологии и психологии появляется и развивается новое направление, которое получило название теория управления страхом (Terror Management Theory). Основоположником теории управления страхом считается культурный антрополог Эрнест Бекер. Признавая, что отрицание смерти пронизывает всю культуру человечества, он увидел в таком отрицании глубочайший источник нетолерантности, агрессии и человеческого зла. Э. Бекер полагал, что
123
игнорирование смертности на персональном уровне приводит к непомерному раздуванию своей личности, а в социальном плане к ассоциации с бессмертной системой (immortality system): религиозной организацией, политической партией, культурной деятельностью или принятием санкционированного культурной мировоззрения, которые воспринимаются как абсолютная истина. Желание защитить эту истину, являющуюся всего лишь одной из систем отрицания смерти, обуславливает агрессию к альтернативным системам (e.g. кровопролитные столкновения католиков и протестантов, христиан и мусульман, инквизиции и еретиков, сторонников капиталистического уклада и коммунистов) [8]. В этой связи Э. Бекер призвал не просто отказаться от претензии на знание о потустороннем мире как абсолютной истине, а проникнуться осознанием своей смертности и полностью довериться мистерии естественного ухода в вечность, что по мнению Глена Хьюгса, является подлинной верой [9]. В области культурной антропологии последователи теории управления страхом создали Фонд Эрнста Бекера (Ernest Becker Foundation) и нашли новую для агностиков веру в смерть как неподвластную человеку мистерию природы.
Однако в области психологии, где приветствуется не столько свобода философской мысли, сколько научный подход с единством теории и эксперимента, сторонники теории управления страхом отбросили гипотезу Э. Бекера о том, что бессмертные системы при подавлении страха смерти провоцируют агрессию. Однако они признали заслугу Э. Бекера в философской постановке вопроса, ведь он опирался на экзистенциалистов C. Кьеркегора, М. Хайдеггера и Ж. Сартра, чьи взгляды на страх смерти по мнению американского исследователя М. Слота недостаточно четкие (inchoate) [10]. Благодаря Э. Бекеру смерть, как неопределенная определенность у C. Кьеркегора [11], в теории управления страхом стала рассматриваться как определённый и безусловный источник страха. Наиболее значимый вклад в развитие этой теории сделали психологи Том Писжински, Джеф Гринберг, Шелдон Соломон [12, 13], которые за 35 лет теоретических и практических изысканий пришли к утверждению, что именно культура в своем лучшем исполнении и многообразии помогает совладать со страхом смерти и обеспечить счастливую жизнь человека. В теории управления страхом выделяют пять основных переменных, обуздывающих страх смерти: 1) самоуважение, 2) религиозные взгляды, 3) локус контроля (внутренний или внешний), 4) социальную поддержку, 5) социальный статус в обществе [9]. Благодаря Р. Лифтону удалось конкретизировать понятийный аппарат бессмертия, разделив его на буквальное (вера в жизнь после смерти) и символическое (вера в идеи, которые продолжают существовать после смерти) [14]. Эмпирические исследования в рамках теории управления страхом выявили взаимозависимость между осознанным и подсознательным страхами смерти и показали, что чем меньше внешний локус контроля, больше религиозность и социальная поддержка, выше самооценка и социальный статус, тем меньше страх перед неизвестным.
Теоретическое обоснование биполярной природы страха смерти. Не подлежит сомнению, что люди как живые существа рождены с инстинктивной
124
тенденцией к самосохранению и продолжению жизни для увеличения шансов на выживание. Интеллектуальные способности позволяют человеку осознавать свою уязвимость и конечность жизни, что может вызывать парализующий страх [15]. Этот страх является не признаком расстройства (танатофобии), а эмоциональным проявлением инстинкта самосохранения. Однако интенсивная обеспокоенность страхом, фиксация эмоции страха лежит в основе ряда патологических симптомов и способна разрушить жизни людей [16]. Поэтому людям необходимо контролировать экзистенциальную обеспокоенность перспективой неизбежности смерти [17, 18].
В этой связи важно не только разобраться в природе страха смерти, но и определиться в терминах, чтобы избежать противоречий. Например, В. В. Комлев предложил гипотезу о том, что на основании биосоциальной обусловленности страх смерти нельзя считать инстинктом [16]. Автор полагает, что наряду с инстинктом сохранения страх смерти «является одним из системообразующих элементов биофильности», и в тоже время «отсутствие страха смерти представляется условием счастливой жизни» [16, с. 40]. Даже если допустить, что автор вложил несколько разный смысл в понятия «биофильность» и «счастливая жизнь», то купирование этих понятий не может быть существенным в силу значения самих слов, то есть их тождественность означает противоречивость.
С целью избежать подобных разночтений в определении страха смерти мы предлагаем взять за основу утверждение одного из грандов физиологии И. П. Павлова, считавшего, что страх смерти не одномерное явление, а соединение двух его видов - генетического (врожденного) и паратипического, то есть приобретенного под действием окружающей среды [19]. И. П. Павлов отмечал: «Страх перед неизвестностью, является одним из важных моментов в этой области. Как только животное убедилось на практике в течение первых измерений (кровяного давления) в безопасности тех мероприятий, которым его подвергают, тотчас же исчезают все мешающие влияния душевных движений при дальнейших опытах... Хотя ... все же попадаются животные, которые вследствие своей чрезвычайной возбудимости в высшей степени затрудняют экспериментирование, иногда даже делают последнее невозможным» [20]. Очевидно, что страх смерти явление сложное, но при этом нет оснований для его разделения на два совершенно отдельных вида - инстинкт самосохранения и независимое чувство, обусловленное социально-психологическими факторами.
Опираясь на теорию И. П. Павлова, можно предполагать, что в подсознании безусловный и условный рефлексы, связанные со страхом смерти, тесно взаимодействуют и имеют единый чувственно-эмоциональный выход. Причем человек, в отличие от животных, способен управлять страхом смерти посредством сознательной выработки условных рефлексов. Таким образом мы поддерживаем предположение В. В. Комлева в том, что паратипический страх преобладает над инстинктом самосохранения [16, с. 38], но оспариваем идею, что у страха смерти два источника и два выхода. По нашему мнению, страх смерти образуется в подсознании из двух источников - страха генетического и паратипического, но на выходе из подсознания в соматической нервной системе проявляется в единой защитной реакции организма на угрозу смерти.
125
Поскольку человек обладает развитой психикой и аналитическим мышлением, в отличие от животных он способен осознавать конечность своего земного пути. Это является потенциальным источником неопределенности, что мало приемлемо, так как смерть представляет собой прыжок вперед в кромешной темноте. При этом неизбежно срабатывает инстинкт самосохранения с сопутствующим ему выбросом адреналина, увеличением артериального давления и учащением сердцебиения, то есть стрессом и беспокойством [21], что может привести к фрустрации и невозможности действовать [22]. Средством обуздания стихийного страха смерти является достижение психологической когерентности, а именно осознания и ощущения того, что своя личность и окружающий мир соответствуют ожиданиям [23]. Для этого человек использует социальное взаимодействие, чтобы утвердить лучшее в своей личности [24], что в современной психологии называют самостью (концепция самости) [25]. Желание удостоверить самость побуждает человека искать информацию, подтверждающую его мировоззрение и убеждения [26]. Сознательно или нет, но тем самым создается социальное окружение, подтверждающее самость, а также происходит отбор тех, кто способен ее удостоверить [27]. Таким образом, посредством селективного социального взаимодействия индивид обретает взгляд на самого себя [28] и удостоверяет свою самость, гармонизируя свой внутренний мир с внешней, в данном случае, социальной средой. Тем самым достигается психологическая когерентность, что позволяет видеть неопределенность бытия после смерти, но при этом не испытывать страха смерти. Это становится возможным благодаря символическому бессмертию [29], то есть ощущению органической причастности к тому, что будет существовать после смерти человека - сообществу единомышленников.
Социализация как антидот от страха смерти в период пандемии. В условиях пандемии конца 1 -й четверти 21 в. представляется важным довести до широкой общественности, что страх смерти имеет не только социальную обусловленность, но и может быть минимизирован и преодолен посредством социализации, то есть усвоения и активного воспроизводства социального и культурного опыта [30]. Согласно результатам социологических опросов, проведенных в 2004-2019 гг., озабоченность россиян страхом смерти была стабильно выше 50%. С началом пандемии коронавируса страх смерти получил новый импульс для развития, подобно тому как в переходном 1994 г. он был на 16% выше уровня 2019 г. (посчитано по данным Левада-центра) [31]. В этой связи необходимо понимать, что возрастание страха смерти негативно влияет на индивида и ставит под угрозу безопасность всего общества.
Раскрытие сущности социально-психологических аспектов страха смерти подтверждает мысль Аристотеля, что человек является социальным животным. Инстинкт самосохранения сочетается с социально обусловленным страхом, возникающим в результате осознания неизбежной смерти. Если инстинкт самосохранения обеспечивает выживание, то паратипический страх является деструктивным, так как парализует волю, вызывает депрессию и препятствует инстинкту самосохранения побуждать человека к жизни. Именно поэтому важно сводить биосоциальный страх к минимуму. Решить эту, на первый взгляд,
126
непростую задачу можно посредством социализации или активного участия в общественных организациях и объединениях единомышленников. Не случайно, что за первое полугодие пандемии коронавируса 2020 г. смертность людей с диагностированными расстройствами психики в г. Санкт-Петербурге возросла на 447% [32]. Неспособность проблемных людей к социализации исключает социальный механизм сдерживания паратипического страха смерти, что в условиях пандемии обуславливает экспоненциальный рост беспокойства, стресса и приводит к повышенной смертности. Таким образом, требования самоизоляции и введение ограничений на собрания в условиях карантина неизбежно увеличивают страх смерти и беспокойство, приводят к психологическому дискомфорту, что является следствием не столько сложности соблюдения режима, сколько невозможности нивелировать страх смерти посредством участия в общественных, культурных и религиозных мероприятиях.
ВЫВОДЫ
Суммируя все вышеперечисленное, можно выделить три составляющие биполярной теории страха смерти: а) генетический и паратипический страхи, отмеченные И. П. Павловым, как два источника одного эмоционального беспокойства, связанного со страхом смерти; б) видение генетического страха как инстинкта самосохранения, а паратипического как социально обусловленного; в) достижение психологической когерентности посредством селективного социального взаимодействия, удостоверения своей самости и символического бессмертия. В этой связи при пандемии Ковид-19 политика ограничительных мер не должна исключать возможность социализации. При условии введения временных запретов или существенных ограничений на собрания следует предусматривать возможность альтернативных вариантов, ограничивающих, но не исключающих социализацию, что позволит защитить психоэмоциональное и физическое здоровье людей.
Список литературы
1. Liogier Raphaël. Origins and Structure of Anxiety Culture about Technology / Raphaël Liogier. - Режим доступа: www.europenowjournal.org/2018/07/01/origins-and-structure-of-anxiety-culture-about-technology/
2. Tylor Edward B. Primitive Culture / Tylor Edward B. - N. Y.: Henry Holt, 1889. - Vol. 1. - 502 p.
3. Thorndike Edward L. Animal Intelligence. Experimental studies / Thorndike Edward L. - New Brunswick (USA), London (UK): Transaction Publisher, 1999. - 318 p.
4. Frazer James George. The Belief in Immortality and the Worship of the Dead / Frazer James George. -London: MacMillan and Co., Limited St. Martin's Street, 1913. - Vol. 1. - 321 p.
5. Moore Calvin Conzelus. The Universal Fear of Death and cultural response / Moore Calvin Conzelus, Williamson B. Johns. - Режим доступа: www.sagepub.com/sites/default/files/upm-assets/5233_book_item_5233.pdf
6. Malinowski Bronislaw. Magic, Science and Religion and Other Essays / Malinowski Bronislaw. - Boston: Beacon, 1948. - 327 p.
7. Dürkheim Émile. The Elementary Forms of the Religious Life / Dürkheim Émile. - N. Y.: Free Press, 1995. - 463 c.
8. Becker Earnst. The Denial of Death / Becker Earnst. - N. Y.: Free Press, 1973. - 314 p.
127
9. Hughes Glenn. The denial of death and the practice of dying / Glenn Hughes // Ernest Becker foundation. - Режим доступа: www.ernestbecker.org/lecture-6-denial/
10. Slote A. Michael. Existentialism and the fear of dying / Michael A. Slote // American Philosophical Quarterly. - 1975. - Vol. 12. - № 1. - Р. 17-28.
11. Watkin Julia. Kierkegaard's view of death / Julia Watkin / / History of European ideas. - 1990. - Vol. 12. - № 1. - Р. 65-78.
12. Pyszczynski T. A dual-process model of defense against conscious and unconscious death-related thoughts: an extension of terror management theory / T. Pyszczynski, J. Greenberg, S. Solomon // Psychological Review. - 1999. - № 106(4). - Р. 835-845.
13. Pyszczynski T. The warm at the core: on the role of death in life / T. Pyszczynski, J.Greenberg, S. Solomon - N.Y.: Random House Publisher, 2015. - 288 p.
14. Lifton R. J. The broken connection: On death and continuity of life / R. J. Lifton. - N. Y.: Basic Books, 1983. - 495 p.
15. Greenberg J. Terror management and tolerance: does mortality salience always intensify negative reactions to others who threaten one's worldview? / J. Greenberg, L. Simon, T. Pyszczynski, S. Solomon, D. Chatel // Journal of Personality and Social Psychology. - 1992. - № 63(2). - P. 212-220.
16. Комлев А. А. О природе страха смерти: история вопроса и гипотезы / А. А. Комлев // Вестник Томского госдарственного университета. - 2000 - Вып. 4 (20). - Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n7o-prirode-straha-smerti-istoriya-voprosa-i-gipotezy/viewer
17. Harmon-Jones E. Terror management theory and self-esteem: evidence that increased self-esteem reduces mortality salience effects / E. Harmon-Jones, L. Simon, J. Greenberg, T. Pyszczynski, S. Solomon, H. McGregor // Journal of Personality and Social Psychology. - 1997. - № 72(1). - P. 24-36.
18. Hayes J. Evidence for the DTA hypothesis II: threatening self-esteem increases death thought accessibility / J. Hayes, J. Schimel, E.H. Faucher, T.J. Williams // Journal of Experimental Social Psychology. - 2008. - № 44. - P. 600-613.
19. Психология личности: Хрестоматия / Д. Я. Райгородский: в 2-х томах. - Самара: БАХРАХ, 1999. -Т. 2: Отечественная психология. - 544 с.
20. Павлов И. П. Полное собрание трудов / И.П. Павлов. - М., 1940. - Т. I. - 423 c.
21. Ladouceur R. Experimental manipulation of intolerance of uncertainty: a study of theoretical model of worry / R. Ladouceur, P. Gosselin, M. J. Dugas // Behave Research and Therapy. - 2000. - № 38. - P. 933-941.
22. Buhr K. The intolerance of uncertainty scale: psychometric properties of the English version / K. Buhr, M. J. Dugas // Behave Research and Therapy. - 2002. - № 40 (8). - P. 931-945.
23. North R. J. Self-verification 3600: illuminating the light and dark sides / R. J. North, W. B Swann // Self and Identity. - 2009. - № 8. - P. 131-146.
24. Swann W.B. Self-verification: the search of coherence / W. B. Swann, M. D. Buhrmester / In: Leary M.R., Tangney J.P., editors. Handbook of Self and Identity. - N. Y.: The Guilford Press, 2003. - P. 367-383.
25. Self. // Britannica. - Режим доступа: www.britannica.com/topic/self
26. Swann W. B. Curiosity and control: on the determinant of search for social knowledge / W. B. Swann, B. Stephenson, T. S. Pittman // J. of Personality and Social Psychology. - 1981. - № 40(4). - P. 635-642.
27. Swann W. B. Self-verification processes: how we sustain our self-conception / W. B. Swann, S. J. Read // Journal of Experimental Social Psychology. - 1981. - № 17(4). - P. 351-372.
28. Kwang T. Do people embrace praise even when they feel unworthy? A review of critical tests self-enhancement versus self-verification / T. Kwang, W. B. Swann // Personality and Social Psychology Review. - 2010. - № 14(3). - P. 263-280.
29. Florian V. Symbolic immortality and the management of the terror of death: the moderating role of attachment style / V. Florian, M. Mikulincer// Journal of Personality and Social Psychology. - 1998. - № 74(3). - P. 725-734.
30. Симонова О. А. Социализация / О. А. Симонова // Большая Российская энциклопедия. - Режим доступа: www.bigenc.ru/philosophy/text/3638981
31. Социологи назвали главные страхи россиян. - Режим доступа: www.rbc.ru/politics/29/10/2019/5db6d15a9a79475c04162c89
32. Смертность от психически расстройств в Петербурге выросла на 447%. - Режим доступа: www.fontanka.ru/2020/10/06/69494755/
128
SOCIAL AND PSYCHOLOGICAL ASPECTS OF THE SCIENTIFIC UNDERSTANDING OF THE FEAR OF DEATH AND THE MEANS
OF OVERCOMING IT
Lenko O. V.1, Sklyadneva V. V.2
1Center for African Studies of the University of Porto, Portugal
12G.V. Plekhanov Russian Economic University, Moscow, Russian Federation
E-mail: Oleksandr_lenko@hotmail.com1
The earliest forms of religion with tabus, sacral objects and rituals were an attempt to assert not only the social order, but also the whole world order comprising social organization, universe, live nature, and otherworld. Hence the destruction of otherworld would mean the collapse of the universe. Not until the end of the 20th century did scientist start rethinking the materialist outlook, being put under question on account of the number of discoveries in quantum physics, which caused floating from atheism to agnosticism. At that time Terror Management Theory (TMT) appeared that states that the fear of death can be suppressed by cultural constructions and phenomena. Despite E. Becker, the founder of TMT, considered cultural products destined to suppress the fear of death as a cause of aggression toward people who can destroy them, the followers of TMT in psychology have come to underline culture and religion as universal remedies against the fear of death. TMT empirical studies uncovered a connection between the conscious and subconscious fears of death and showed that the less external locus of control, bigger religiosity and social support, higher self-esteem and social status, less fear toward unknown. A human being is able to realize his/her vulnerability and limits of a lifespan, which can cause a paralyzing fear that is not thanatophobia but the instinct of self-preservation. However, excessive fixation on the fear of death can destroy one's life, whereas the acceptance of imminence of death can help control fear thereof. Drawing on the theory of I.P. Pavlov about the two types of fear - genotypic and paratypic fears - that correspond to unconditional and conditional reflexes we propose the bipolar theory of fear implying that on the level of unconsciousness they counteract but have only one sensitive and emotional exit. A human can control the fear of death by means of conditional reflexes. As far as the understanding of upcoming end of life causes unaccepted uncertainty as death is regarded somewhat a leap in the dark, it triggers the instinct of self-preservation with the injection of adrenalin, a rise of arterial pressure, increased hart rate, which is stress and anxiety. The way of curbing that chaotic fear is attaining psychological coherence through social interaction to assert the human Self-concept in the search of information that confirms ones outlook. It is called selective social interaction by which a person obtains a look at his/herself and validates the Self-concept, thereby harmonizing the inner world with the environment. Thus, psychological coherence is attained, which allows to look on the death without fear because of symbolical immortality or involvement in somewhat that will exist after death - a community of like-minded persons. In the conditions of pandemic of the end of the last quarter of the 21st century it is paramount to understand that the fear of death has not only the social conditionality but can be overcome through socialization. The instinct of self-preservation is responsible for
129
survival but paratypic fear is destructive as it paralyzes will, causes depression and prevents the instinct of self-preservation from inducing a human to life. That is why biosocial fear must be reduced to as minimum as possible by the participation in social organizations and congregations that are to continue to function provided that the basic COVID-19 safety and prevention measures are observed.
Keywords: socialization, fear of death, bipolar theory, self-preservation, instinct, self-concept, psychological coherence, symbolic immortality, pandemic.
References
1. Liogier Raphael, Origins and Structure of Anxiety Culture about Technology. Access regime: www.europenowjournal.org/2018/07/01/origins-and-structure-of-anxiety-culture-about-technology/
2. Tylor Edward B., Primitive Culture, 1, 142 (Henry Holt, N. Y., 1889).
3. Thorndike Edward L., Animal Intelligence. Experimental studies, p. 20 (Transaction Publisher, New Brunswick (USA), London (UK), 1999).
4. Frazer James George, The Belief in Immortality and the Worship of the Dead, 1, p. 21 (MacMillan and Co., Limited St. Martin's Street, London, 1913).
5. Moore Calvin Conzelus, Williamson B. Johns, The Universal Fear of Death and cultural response. Access regime: www.sagepub.com/sites/default/files/upm-assets/5233_book_item_5233.pdf
6. Malinowski Bronislaw, Magic, Science and Religion and Other Essays, p. 32 (Beacon, Boston, 1948).
7. Durkheim Émile, The Elementary Forms of the Religious Life, p. 81 (Free Press, N. Y, 1995).
8. Becker Earnst, The Denial of Death, p. 265 (Free Press, N. Y., 1973).
9. Hughes Glenn, The denial of death and the practice of dying, Ernest Becker foundation. Access regime: www. ernestbecker. org/lecture-6-denial/
10. Slote A. Michael., Existentialism and the fear of dying, Amer. Philosophical Quarterly, 12, 1, 17 (1975).
11. Watkin Julia, Kierkegaard's view of death, History of European ideas, 12, 1, 65 (1990).
12. Pyszczynski T., Greenberg J., Solomon S., A dual-process model of defense against conscious and unconscious death-related thoughts: an extension of terror management, Psychological Review, 106, 4, 835 (1999).
13. Pyszczynski T., Greenberg J., Solomon S., The warm at the core: on the role of death in life, 288 p. (Random House Publisher, N.Y., 2015).
14. Lifton R.J., The broken connection: On death and continuity of life, 495 p. (Basic Books, N. Y., 1983).
15. Greenberg J., Simon L., Pyszczynski T., Solomon S., Chatel D., Terror management and tolerance: does mortality salience always intensify negative reactions to others who threaten one's worldview? Journal of Personality and Social Psychology, 63, 2, 212 (1992).
16. Komlev A.A., About the nature of fear of death: history of the issue and hypothesizes, Vestnik of Tomsk state university, 4, 20, 40 (2000). Access regime: https://cyberleninka.ru/article/n/o-prirode-straha-smerti-istoriya-voprosa-i-gipotezy/viewer
17. Harmon-Jones E., Simon L., Greenberg J., Pyszczynski T., Solomon S., McGregor H., Terror management theory and self-esteem: evidence that increased self-esteem reduces mortality salience effects, Journal of Personality and Social Psychology, 72, 1, 24 (1997).
18. Hayes J., Schimel J., Faucher E. H., Williams T. J., Evidence for the DTA hypothesis II: threatening self-esteem increases death thought accessibility, Journal of Experimental Social Psychology, 44, 600 (2008).
19. Psychology of personality, 2, p. 211 (BAXPAX, Samara, 1999).
20. Pavlov I.P., A compete collection of works, I, p. 50 (M., Edition of the AS of the USSR, 1940).
21. Ladouceur R., Gosselin P., Dugas M.J., Experimental manipulation of intolerance of uncertainty: a study of theoretical model of worry, Behave Research and Therapy, 38, 933 (2000).
22. Buhr K., Dugas M.J., The intolerance of uncertainty scale: psychometric properties of the English version, Behave Research and Therapy, 40, 8, 931 (2002).
23. North R.J., Swann W.B., Self-verification 3600: illuminating the light and dark sides, Self and Identity, 8, 131 (2009).
130
24. Swann W.B., Buhrmester M.D., Self-verification: the search of coherence, In: Leary M.R., Tangney J.P., editors, Handbook of Self and Identity, р. 367 (The Guilford Press New York, 2003).
25. Self. // Britannica. - Режим доступа: www.britannica.com/topic/self
26. Swann W.B., Stephenson B., Pittman T.S., Curiosity and control: on the determinant of search for social knowledge, Journal of Personality and Social Psychology. 40, 4, 635-642 (1981).
27. Swann W.B., Read S.J., Self-verification processes: how we sustain our self, Journal of Experimental Social Psychology, 17, 4, 351 (1981).
28. Kwang T., Swann W.B., Do people embrace praise even when they feel unworthy? A review of critical tests self-enhancement versus self-verification, Personality and Social Psychology Review, 14, 3, 263 (2010).
29. Florian V., Mikulincer M., Symbolic immortality and the management of the terror of death: the moderating role of attachment style, Journal of Personality and Social Psychology, 74, 3, 725 (1998).
30. Simonova О.А., Socialization. Big Russian Encyclopedia. Access regime: www.bigenc.ru/philosophy/text/3638981
31. Sociologists named main fears of Russians. Access regime: www.rbc.ru/politics/29/10/2019/5db6d15a9a79475c04162c89
32. Death from psychological disorders in Peterburg has risen to 447%. Access regime: www.fontanka.ru/2020/10/06/69494755/
131