Научная статья на тему 'Социально-экономический потенциал российского протестантизма'

Социально-экономический потенциал российского протестантизма Текст научной статьи по специальности «Экономика и экономические науки»

CC BY
74
14
Поделиться

Текст научной работы на тему «Социально-экономический потенциал российского протестантизма»

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ РОССИЙСКОГО ПРОТЕСТАНТИЗМА

Р.А. Лопаткин

Протестанты появились в России в ХVI в. Первоначально это были купцы из северогерманских городов, Англии, Голландии, Дании, Швеции, мастера разных ремесел, медики, аптекари, типографы, «пушкарники», рудознатцы и прочие приглашенные на государеву службу из протестантских стран Западной Европы. В последующем к ним добавились военные, призванные обучать русское войско западноевропейскому военному искусству, специалисты различных областей производства, науки, культуры, сельского хозяйства, исповедующие протестантизм жители присоединенных к России территорий.

Несмотря на свою относительную малочисленность, протестанты уже в то время оказывали заметное влияние на социально-экономическое развитие России. Купцы-протестанты активно способствовали установлению и развитию торгово-экономических связей России со странами Западной Европы.

Кардинальную реформу государственного управления Петр I во многом осуществил по образцам, заимствованным у западноевропейских протестантских стран. Приехавшие в Россию по приглашению Екатерины II переселенцы из Северной Германии, Голландии, Польши, две трети которых составляли протестанты, сыграли большую роль в хозяйственном освоении степей Причерноморья и Поволжья. Созданные ими хозяйства отличались высокой товарностью и культурой сельскохозяйственного производства, благотворно влияли на экономическое развитие окружающих местностей. В ХVШ — начале ХХ в. протестанты (главным образом лютеране и реформисты), принявшие российское подданство, и их потомки, в том числе перешедшие в православие, составляли заметную и активную прослойку в государственной, военной, экономической и культурной элите России.

Во второй половине ХШ в. в России, наряду со старыми русскими формами христианского сектантства (христововерами, духоборцами, молоканами и др.), начинают формироваться различные направ-

ления так называемого евангельского христианства: баптисты, евангельские христиане, адвентисты седьмого дня, а в начале ХХ в. и христиане веры евангельской — пятидесятники. Будучи первоначально привнесенными миссионерами из западноевропейских стран и Америки в немецкие колонии Юга России и Поволжья (баптизм, адвентизм) и частично в великосветскую среду Петербурга (евангельское христианство), они постепенно распространились среди коренного (прежде всего сельского) населения, со временем осваивая и городскую среду.

Несмотря на постоянные преследования со стороны царской администрации и Православной Церкви, общины упомянутых направлений евангельского христианства (именовавшиеся тогда сектами) росли количественно и получали все большее распространение на территории страны. Среди российских последователей этих новых направлений протестантизма значительной была прослойка экономически активных людей: зажиточных рачительных хозяев, стремящихся к внедрению новейших методов и технологий ведения сельского хозяйства, торговцев, мелких и средних предпринимателей. На их экономическом поведении сказывалась усвоенная ими протестантская трудовая этика, отношение к труду и хозяйственной деятельности как служению Богу.

Годы НЭПа и первое десятилетие советской власти были отмечены значительным количественным ростом и экономической активностью баптистских, адвентистских и других протестантских общин (так же как общин молокан, толстовцев), участием их представителей во многих формах мелкого и среднего бизнеса, созданием экономически сильных коммун, колхозов, кооперативов, состоящих из единоверцев. В этом случае общины представляли собой одновременно и хозяйственную, и поселенческую, и вероисповедную общность, что позволяло поддерживать трудовую дисциплину, единство и сплоченность группы.

На первых порах подобные «сектантские» коммуны встречали одобрение и поддержку со стороны

государства и компартии, поскольку в них усматривались, как было отмечено в резолюции ХП съезда РКП(б), ростки коммунистических отношений. Однако «золотое десятилетие», как называли его лидеры протестантских церквей, скоро закончилось. С началом коллективизации и открытых антирелигиозных гонений (1929 г.) деятельность «сектантских» коммун была пресечена. Весь дальнейший период советской истории протестантские церкви подвергались жестоким преследованиям, теряя лидеров и наиболее активных и образованных верующих, и фактически находились в состоянии выживания. Политика государственного атеизма приводила не только к тому, что всячески ограничивалась миссионерская и образовательная работа протестантских общин, не допускалась благотворительная и предпринимательская деятельность, но и административными и всякого рода незаконными действиями властей и партийных органов вообще ограничивалась сама возможность присутствия «сектантов» в различных сферах общественной жизни, культуры, наиболее престижных видах и уровнях производства; пресекались какая бы то ни было возможность их работы в органах государственной власти, избрание на общественные должности, получение высшего образования. В этих условиях протестантские объединения практически не имели возможности оказывать благотворное влияние на социально-экономическое развитие страны, выращивать необходимые кадры, вырабатывать и презентовать обществу свои социальные позиции. О какой-либо социальной или экономической деятельности протестантских церквей не могло быть и речи.

Изменение государственной политики в отношении религии и религиозных организаций, начавшееся в последние годы существования советской власти, в период «перестройки», и законодательно закрепленное принятием в 1990 г. союзного и российского законов о свободе совести и вероисповедания, создали в стране принципиально новую ситуацию, в которой граждане получили полную свободу мировоззренческого и вероисповедного выбора и самовыражения, а религиозные организации — свободу внутренней организации религиозной жизни, распространения своего вероучения и многообразных форм внекультовой и нерелигиозной деятельности в различных сферах общественной жизни, куда прежде они не имели доступа. Протестантским церквам пришлось на-

чинать жизнь в новых социально-политических и экономических условиях почти с нуля, заново отстраивать церковные структуры, развивать миссионерство, привлекать к себе и заново выращивать новое поколение верующих, способное адаптировать деятельность церквей к условиям демократии и рыночных отношений с учетом специфики того и другого в постсоветской России.

Протестантизм всегда отличала высокая степень адаптации к самым различным социальным и политическим условиям, к различным формам государственного и общественного устройства. Это проявилось и в условиях политической и социально-экономической трансформации российского общества. Демократизация общественного строя, переход к рынку и законодательно оформленная ситуация религиозной свободы создали благоприятные условия для быстрого возрождения и развития практически всех направлений протестантизма. Особенно активно воспользовались ими протестантские церкви евангельской направленности (в том числе с помощью зарубежных единоверцев). Это нашло выражение в увеличении количества протестантских религиозных объединений (организаций и групп, зарегистрированных и незарегистрированных), в быстром и значительном росте их численного состава, в изменении их демографических характеристик (существенном омоложении, определенном изменении гендерного состава в направлении приближения к общероссийским показателям).

Произошли изменения в содержании и характере деятельности протестантских церквей. Если на первых порах, в начале 90-х гг., главное внимание протестантских церквей было направлено на легитимацию и организационное укрепление их структур, на миссионерство в различных слоях общества, особенно в молодежной среде, расширение территорий и сфер их влияния, то ближе к концу 90-х — началу 2000-х гг. видное место в их деятельности стали занимать задачи формирования института лидеров, в первую очередь молодых, выращивания в своей среде элиты, способной занять достойное место в различных сферах общественной жизни, развития различных востребованных обществом направлений социального служения.

Новые условия позволили реализоваться органически присущему протестантизму как «буржуазной разновидности христианства» интересу к предпринимательству. Такие сущностные черты протестантизма, как демократичность внутреннего

устройства и внутриобщинных межличностных отношений, культивирование основанного на Библии понимания свободы и ответственности личности, способствовали развитию предпринимательской инициативы российских протестантов.

Однако уже в самом начале пионеры протестантского бизнеса встретились с рядом трудностей — как общих для большинства россиян, желавших начать свое дело: ограниченность или отсутствие стартового капитала, отсутствие должной и внятной законодательной базы, бюрократизм и мздоимство чиновников, — так и специфических: стремление вести бизнес на честных христианских принципах вступало в противоречие с необходимостью давать взятки чиновникам и выстраивать отношения с бандитским рэкетом. Тем не менее во всех протестантских церквах нашлось достаточно людей, сумевших открыть и развивать свое дело.

Опубликование в 2000 г. «Основ социальной концепции Русской Православной Церкви» стимулировало другие религиозные организации к разработке и представлению обществу своего видения этих проблем. В эту работу активно включились и протестантские церкви России. Были разработаны и опубликованы «Основы социальной концепции Российского объединенного союза христиан веры евангельской», «Основы социального учения Церкви христиан адвентистов седьмого дня». В 2003 г. Консультативным советом глав протестантских церквей России была подготовлена и представлена общественности общая «Социальная позиция протестантских церквей России».

Принципиальная позиция всех протестантских церквей России, изложенная в документе и обосновывающая их стремление активно участвовать в процессах социально-экономического развития страны, выражает их ответ на часто звучащие в прессе ряда так называемых традиционных конфессий и светских СМИ и бытующие в некоторых слоях общества упреки в прозападной позиции протестантских церквей: «Любовь к родине. С точки зрения церквей, любовь к родине выражается прежде всего в деятельности, направленной на повышение уровня благосостояния страны и общества...Мы ценим наше историческое и культурное наследие, утверждающее непреходящие духовные и нравственные ценности. Являясь частью народа

России, мы своим созидательным служением совершаем вклад в наше общее благоденствие»1.

Основные положения, касающиеся возможного вклада протестантов в социально-экономическое развитие России, изложены в разделах упомянутых концепций, посвященных экономике, труду и собственности. Наиболее обстоятельно эти проблемы рассматриваются в «Основах социального учения Церкви ХАСД».

Естественно, что аргументация всех этих положений основывается на Библии. При этом на первый план в оценке тех или иных экономических процессов выставляется человек, личность, ее права и нужды: «Человек является средоточием и целью всякой экономической деятельности, поэтому все в ней должно быть подчинено не "интересам производства", а потребностям человека»2.

Вопросы экономической деятельности протестантские церкви рассматривают сквозь призму христианской этики: «Основными библейскими принципами в экономической области являются: 1. Право собственности. 2. Усердный труд. 3. Свобода предпринимательства. 4. Благотворительность» (СП. С. 41). Особое внимание уделяется праву частной собственности как богоустановлен-ному для блага людей. При этом отмечается, что Писание не отдает предпочтения ни одной из форм собственности: частная, общественная, государственная, муниципальная, кооперативная и другие ее формы имеют равное право на существование, а государство обязано оберегать от посягательства все формы собственности. Учитывая процессы, происходящие в экономической жизни страны, протестантские церкви категорически выступают против произвольного передела и отчуждения собственности как «нарушения воли Божьей». Обладание собственностью как тем, чем человека наделил Бог, предполагает служение общественному благу; церкви одобряют законодательно установленное налогообложение собственности, также служащее общественному благу.

Большое внимание в социальных концепциях протестантских церквей уделяется смыслу трудовой деятельности и трудовой этике: «Труд, в чем бы он ни состоял — производстве материальных, духовных благ или услуг, — обладает первостепенной значимостью по отношению ко всем другим

1 Социальная позиция протестантских церквей России (далее — СП). М., 2003. С. 12.

2 Социальное учение Церкви Христиан Адвентистов Седьмого Дня (далее — СУ). М., 2003. С. 124.

элементам экономической жизни, ибо в труде формируется и развивается человеческая личность. Поэтому церкви не устают напоминать всем, как должным образом относиться к труду и человеку труда, не искажать смысл и назначение туда, призванного служить человеку. С момента сотворения человека труд является естественным элементом его жизни, неотъемлемой частью первоначального плана Божьего (Быт. 2: 15)» (СП. С. 42-43).

Человеческий труд выступает прежде всего как необходимость, как призвание, как способ самореализации человеческой личности, как условие личного, семейного и общественного благополучия, как созидание окружающего мира... Труд дает человеку сознание значимости своей жизни, уникальности своей миссии в мире (см.: СУ. С. 133). Благодаря труду человек имеет возможность удовлетворять свои материальные потребности, а также заботиться о тех, кто не способен зарабатывать себе на жизнь (см.: СП. С. 43).

Важное место в социальных концепциях протестантских церквей занимают проблемы этики предпринимательской деятельности. Исходная позиция состоит в следующем: «.предприниматель должен понимать, что все, что он имеет, принадлежит Господу, а он — лишь Его управляющий» (СП. С. 45). И управлять этой собственностью надо рачительно, стремясь ее приумножить и обратить на общественное благо: «С христианской точки зрения, прибыль, получаемая в процессе труда, — не способ накопительства для услаждения собственной алчности и эгоизма, но возможность послужить благу — своему, своей семьи и ближних» (там же).

Развитие предпринимательства за последние столетия потребовало и привело к выработке, по мнению авторов протестантских социальных концепций, совершенно иной, нетрадиционной, этики ведения бизнеса. Она сформировалась в эпоху Реформации и получила распространение первоначально в протестантских странах (Германии, Англии, США), впоследствии оказала влияние на предпринимательство и экономику других государств, в том числе и России с ее традиционным укладом хозяйства.

Новой этике, возникшей в протестантской среде, присущи по меньшей мере три особенности:

1. Отношение к труду как к призванию, как способу реализовать Божественный замысел в жизни. Деловой человек-христианин мыслил свой труд как особую форму богопоклонения.

2. Стремление к получению прибыли, даже большей, чем человек мог использовать для себя и своей семьи. Слова Христа о том, что каждый должен умножать полученные от Господа таланты (см.: Мф. 25), побуждали христианина радеть о деле и стремиться к тому, чтобы оно было успешным. Труд всячески рационализировался. Стали весьма востребованными такие качества, как бережливость, расчетливость, эффективность.

3. Аскетизм в миру — строгость в использовании полученного богатства. Экономический скачок, который произошел в результате такого подхода к труду, не привел к банальному самоугождению. В протестантской этике изначально ценились скромность и умеренность во всем (СУ. С. 137-138).

Авторы «Социального учения Церкви ХАСД» формулируют и принципы социальной ответственности предпринимателей. Они видят их реализацию в следующем: добросовестная уплата налогов; развитие бизнеса и создание новых рабочих мест; установление подлинно человеческих отношений (все вопросы заработной платы, условий труда и отдыха и т.д. должны решаться в процессе социального диалога, на основе четких договоренностей, устраивающих обе стороны); поддержка социальных программ как продуманная политика фирмы или корпорации, в том числе в форме личной благотворительности или партнерства с другими коммерческими, некоммерческими, благотворительными или религиозными организациями (см.: СУ. С. 138-139).

Средства, приносимые протестантским бизнесом, распределяются по следующим направлениям: 1) через добросовестную уплату налогов на пополнение федерального и местных бюджетов; 2) на нужды церквей путем уплаты десятины или спонсорской помощи; 3) на развитие собственного бизнеса и нужды своей семьи; 4) на благотворительные цели и спонсорскую поддержку различных социальных и культурных проектов религиозных организаций, государственных и муниципальных учреждений.

Добросовестное и эффективное предпринимательство и приносимые им доходы рассматриваются протестантскими церквами как материальный фундамент всей проводимой ими социальной работы, такой как благотворительность, забота о слабых слоях населения, профилактика и преодоление алкоголизма и наркомании, работа с безнадзорными детьми и воспитанниками детских домов, с людьми,

преступившими закон и отбывающими наказание в местах заключения, и т.д.

Благотворительность рассматривается протестантскими церквами как важнейшее направление их социального служения, имеющее четкое обоснование в их вероучении. «Благотворительность — одно из ярких доказательств того, что люди являются распорядителями Божьей собственности. Священное Писание неоднократно призывает нас заботиться о нуждах тех, кто по разным причинам не может сам себя обеспечить» (СП. С. 45).

Социально-экономическое развитие России во многом будет зависеть от состояния здоровья нации. Поддерживая высокие нравственные стандарты, воспитывая в своей среде абсолютное непрятие потребления алкоголя и наркотических средств, табакокурения, культивируя в своей среде и пропагандируя в обществе здоровый образ жизни, выступая против абортов, российские протестанты в настоящее время составляют одну из самых здоровых и в силу этого наиболее работоспособных и оптимистически настроенных групп населения, серьезный генетический и демографический ресурс народов России.

Практика показывает, что протестанскими объединениями разработаны и реализуются эффективные программы реабилитации наркозависимых. Многими церквами созданы реабилитационные центры, благодаря которым тысячи молодых людей вернулись к здоровому образу жизни, к своим семьям, к общественно полезному труду, получению образования и обеспечивающих их жизнь профессий. Это направление деятельности протестантских церквей, так же как их работа среди заключенных в учреждениях исполнения наказания и с людьми, освободившимися из мест заключения, заслуживает общественного признания и государственной поддержки.

Учитывая, что пока развитие протестантского бизнеса и различных направлений социального служения осуществляется преимущественно благодаря разрозненным усилиям многих общин и инициативе отдельных предпринимателей, вынужденных часто нащупывать эффективные пути к успеху методом проб и ошибок, протестантские церкви в последние годы предпринимают усилия к координации этих видов деятельности своих последователей, к организационной, методической и по возможности финансовой (посредством создания

различных фондов и привлечения средств спонсоров) помощи в реализации подобных инициатив.

Таковы созданный на межконфессиональной основе Союз общественных и благотворительных организаций России; существовавшая до недавнего времени Ассоциация христиан-предпринимателей, на смену которой пришли клубы, объединяющие христиан по профессиям; Сообщество деловых людей; Международная академия бизнеса и управления «Преобразование», которая проводит регулярные бизнес-семинары и тренинги по различным аспектам экономической деятельности как для опытных бизнесменов, так и для начинающих предпринимателей; долгосрочная программа «Миллион лидеров», преследующая цель формирования широкого круга молодежных лидеров по различным направлениям как внутрицерковной деятельности и миссионерства, так и социального служения, и др. Протестантским церквам удается найти нестандартные формы поддержки начинающих предпринимателей. Такова программа «Горчичное зерно». Суть ее в следующем: из спонсорских средств начинающему предпринимателю, не имеющему достаточного капитала для открытия своего малого бизнеса, выделяется ссуда в размере до двух тысяч долларов США. Когда ему удается с такой помощью открыть свое дело и достигнуть его рентабельности, он возвращает эти деньги (после обязательной оценки эффективности и добросовестности использования ссуды), и они передаются следующему нуждающемуся в поддержке начинающему бизнесмену. Опыт показывает не только экономическую, но и нравственную эффективность такой формы поддержки малого бизнеса.

Протестантский бизнес в последние годы значительно укрепляется и получает широкое распространение. Он охватывает многие отрасли народного хозяйства, приобретает современные эффективные формы, что позволяет говорить о его успешности.

Таким образом, основанные на христианских принципах протестантский бизнес и другие формы социальной активности («социального служения») протестантских церквей, встречая понимание и поддержку со стороны государственных и муниципальных органов власти, способны внести существенный вклад в социально-экономическое развитие России.

© Лопаткин Р.А., 2010