А местом провокации могут оказаться, например, железнодорожные станции, на которых, как правило, в Китае скапливается значительное число народа. Один из злоумышленников, создавая впечатление теракта, вызывает искусственную панику, и люди в страхе убегают, бросая багаж. Тогда в дело вступают другие представители «грабительской деревни». Они подбирают оставленные вещи и исчезают.
Беккен считает, что одной из причин распространения сельской преступности являются растущее социальное неравенство в современном Китае и конкретно сложность для сельских жителей обеспечить себя необходимыми средствами к жизни законным путем.
А.В. Гордон
2018.03.013-014. П.М. МОЗИАС. СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА КИТАЯ: ТЕНДЕНЦИИ И ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ. (Обзор).
2018.03.013. ПАНЬ ЦЗЭ, ЛЭЙ СЯОЮАНЬ, ЛЮ ГОЭНЬ. Обеспечивает ли медицинское страхование хорошее здоровье? Эмпирический анализ на основе данных по системе медицинского страхования жителей городов и поселков Китая.
ПАНЬ ЦЗЭ, ЛЭЙ СЯОЮАНЬ, ЛЮ ГОЭНЬ. Иляо баосянь цуцзинь цзянькан ма? - Цзиюй Чжунго чэнчжэнь цзюйминь иляо баосянь дэ шичжэн яньцзю // Цзинцзи яньцзю. - Пекин, 2013. - № 4. - С. 130142. - Кит. яз.
2018.03.014. ЧЖАО ИН. Увольнения с государственных предприятий, ресурсы семей и образование детей.
ЧЖАО ИН. Юаньгун сяган, цзятин цзыюань юй цзынюй цзяоюй // Цзинцзи яньцзю. - Пекин, 2016. - № 5. - С. 101-115. - Кит. яз.
Ключевые слова: Китай; медицинское страхование; образование, человеческий капитал.
Официальная идеология КНР продолжает идентифицировать общественную систему страны как социалистическую. Но если считать необходимым атрибутом социализма развитые институты социальной сферы, то приходится признать, что в Китае они сейчас практически создаются заново. Несовершенные и фрагментарные механизмы предоставления образовательных, медицинских, пенсионных, жилищных услуг, которые существовали во времена плано-
вой экономики, были демонтированы еще в 1980-1990-е годы. За последние два десятилетия им на смену пришли пенсионное и медицинское страхование, образовательные кредиты, рынок жилья и ипотека. Китайские экономисты активно обсуждают то, насколько эффективно работают новые институты социальной политики.
Пань Цзэ (медицинский факультет Сычуаньского университета), Лэй Сяоюань (Центр исследований китайской экономики Пекинского университета) и Лю Гоэнь (школа бизнеса «Гуанхуа» Пекинского университета) отмечают, что смысл существования системы медицинского страхования - обеспечить людям финансовую возможность получить медицинскую помощь в случае болезни. Но в научной литературе широко представлена точка зрения, согласно которой здоровье людей зависит от множества факторов (уровня их доходов, состояния окружающей среды и т.д.), а значение медицинской помощи в совокупности этих факторов относительно невелико.
Кроме того, связанные с медицинским страхованием относительно низкие предельные издержки получения медицинской помощи порождают моральные риски, которые ведут к неэффективному использованию ресурсов в системе здравоохранения. Если лечение по страховке успешно, то соответствующие расходы увеличивают потребление как часть совокупного спроса в экономике. Но если лечение неэффективно, то такие расходы провоцируют возникновение избыточного спроса.
Надо учитывать и то, что для увеличения продолжительности жизни в стране, помимо медицинского страхования, нужны и другие составляющие системы здравоохранения - услуги скорой помощи, бесплатный доступ к вакцинации и др. Так что для оценки эффективности воздействия медицинского страхования на состояние здоровья населения нужен комплексный анализ издержек и выгод, связанных с использованием ресурсов в этой системе.
До сих пор такие исследования велись прежде всего на материалах по США. Специалисты, изучавшие эффективность программы медицинского страхования для пожилых американцев (Medicare), констатируют, что при обострениях хронических заболеваний последствия для застрахованных лиц обычно бывают легче, чем для незастрахованных. Но в случае с острыми состояниями особой разницы между этими двумя группами населения не выяв-
лено. Исследования программы медицинского страхования для людей с низкими доходами (Medicaid) зафиксировали существенное снижение младенческой смертности в результате функционирования этой программы [013, с. 131].
В КНР в настоящее время действуют три программы медицинского страхования. Программа для работающего городского населения действует с 1998 г. В деревне с 2002 г. стала внедряться программа «новой кооперативной сельской медицины», которая призвана была заполнить вакуум в предоставлении медицинских услуг на селе, который образовался с развалом «народных коммун» на рубеже 1970-1980-х годов. Программа для неработающего городского населения начала действовать с 2007 г. в экспериментальном порядке в 79 городах, в 2008 г. она функционировала уже в 229 городах, а с 2009 г. - во всех городах страны [013, с. 132].
Китайские исследователи до сих пор изучали преимущественно эффекты, вызванные введением «новой системы кооперативной сельской медицины». Результаты их исследований дают неоднозначную картину: одни авторы выявили позитивное воздействие медицинского страхования на удовлетворенность крестьян своим здоровьем, другие утверждают, что такого влияния пока нет.
Пань Цзэ, Лэй Сяоюань и Лю Гоэнь изучают эффективность третьей из перечисленных программ медицинского страхования. Официально она называется «Базовое медицинское страхование жителей городов и поселков». Под ее действие подпадают дети, учащиеся ПТУ и вузов, пенсионеры и другие категории неработающего населения в урбанизированных районах. Участие в программе является добровольным. Общие принципы ее функционирования определяются центральным правительством, а конкретные параметры охвата населения устанавливаются на местах. Число застрахованных увеличилось с 43 млн человек в 2007 г. до 195 млн человек в 2010 г. [013, с. 133]. Согласно условиям программы, она нацелена прежде всего на оказание стационарной помощи в случае тяжелых болезней, а также амбулаторной помощи.
Финансирование программы осуществляется за счет взносов застрахованных лиц и государственных трансфертов из центрального, провинциальных и местных бюджетов. Конкретные величины страховых взносов и нормативов финансирования из местных бюджетов устанавливаются местными правительствами. Но Центр
регулирует минимально допустимую величину трансфертов в расчете на одного застрахованного. В 2007 г. было установлено, что местное правительство должно тратить на одно застрахованное лицо не менее 40 юаней в год, а в 2010 г. этот норматив был увеличен до 120 юаней в год.
В 79 городах, где программа была введена еще в 2007 г., изначально поступления в систему на одно взрослое застрахованное лицо составляли 219 юаней, из них бюджетные средства - 74 юаня, а в 2010 г. эти показатели достигли соответственно 274 и 120 юаней. Для детей и студентов в 2007 г. эти показатели составляли 101 и 56 юаней, а в 2010 г. - 160 и 117 юаней [013, с. 133].
Авторами статьи использованы результаты исследования эффективности этой программы, которое в 2007-2010 гг. Институт экономики здравоохранения Пекинского университета проводил в девяти провинциальных городах. Было обследовано 11,8 тыс. до-мохозяйств. Поскольку проблемы со здоровьем у детей и взрослых обычно разные, то в выборку для репрезентативности были включены только люди старше 18 лет за исключением студентов и инвалидов. В результате в выборке было оставлено 8822 домохозяйства, в которых в общей сложности насчитывалось 16 405 человек [013, с. 134].
Главным показателем состояния здоровья в рамках исследования выступала самооценка опрашиваемых. Им было предложено оценить свое здоровье по пятибалльной шкале. В первом приближении выяснилось, что большинство застрахованных лиц оценили состояние своего здоровья как плохое, но при этом к услугам системы здравоохранения эти люди прибегают редко. По-видимому, это говорит о том, что большинство добровольно участвующих в системе страхования - это люди из социально уязвимых групп, для которых возможная болезнь создает значительные риски ухудшения материального положения.
Незастрахованные лица, имеющие право на участие в данной системе медицинского страхования, - это в основном относительно молодые люди с хорошим образованием и притом с хорошим состоянием здоровья. Поскольку социальные характеристики групп застрахованных и незастрахованных слишком различны, то вывод о негативном влиянии участия в программе на состояние здоровья
был бы слишком прямолинейным, ситуация требует дополнительного исследования с учетом сложного комплекса факторов.
Авторами построена регрессионная модель, в которой самооценка состояния здоровья людей поставлена в зависимость от участия в программе медицинского страхования, а также специфических особенностей людей (возраста, пола, уровня образования, семейного положения, места подворной регистрации, характера трудовой деятельности, доходов семьи, наличия вредных привычек). Вычисления по модели тоже выявили негативную корреляцию между участием в программе и состоянием здоровья застрахованных лиц. Но объяснением тому может быть «негативный отбор»: прибегать к услугам данной программы медицинского страхования могут как раз люди с плохим здоровьем и низким имущественным статусом [013, с. 134-136].
Поэтому в дальнейшем авторами строится еще одна модель, учитывающая, как сказываются различия в участии бюджетных источников в финансировании программы в отдельных городах страны на самооценке здоровья застрахованных лиц. С помощью этой модели выявлено, что возрастание доли финансирования со стороны государства и уменьшение доли взносов застрахованных лиц вызывают весьма заметное улучшение самооценки состояния здоровья. Расчеты показали и то, что с возрастанием доли государственного финансирования люди более охотно участвуют в программе страхования. Поэтому вполне возможно, что выявленная ранее негативная корреляция - это следствие влияния на совокупный результат со стороны тех групп населения, которые особо не нуждаются в государственных субсидиях на лечение. А вот на здоровье людей из низкодоходных групп страхование оказывает позитивное воздействие [013, с. 136-138].
Далее авторы специально исследуют такое влияние применительно к разным социальным группам. Выявилось, что позитивное воздействие медицинского страхования на здоровье убывает по мере роста доходов домохозяйств и уровня полученного людьми образования. Иначе говоря, люди с более высокими доходами и большей продолжительностью обучения испытывают позитивное воздействие медицинского страхования на здоровье гораздо слабее, чем бедные и малообразованные.
Оказалось также, что позитивный эффект особенно заметен в случае с пожилыми людьми (старше 60 лет), а люди молодых и средних возрастов испытывают его в меньшей степени. Возможно, это связано с тем, что оказание медицинских услуг вообще приносит пожилым людям гораздо большее облегчение, чем молодым [013, с. 138].
Выяснилось, что распространение медицинского страхования повлекло за собой увеличение совокупных расходов на оказание медицинской помощи в стационарах, и это может свидетельствовать как о повышении качества оказываемой застрахованным помощи, так и о росте цен на медицинские услуги. Но при этом расходы самих домохозяйств на лечение в стационарах существенно не увеличились, что также является косвенным свидетельством улучшения состояния здоровья людей [013, с. 139-140].
Проводить сопоставление эффективности программы для неработающего городского населения и других китайских программ медицинского страхования затруднительно, так как сложно привести к общему знаменателю самооценки здоровья людей, охваченных разными программами. Но простой мониторинг исследований «новой кооперативной сельской медицины» показывает, что о ее реальном воздействии на здоровье крестьян пишут гораздо меньше, чем о позитивном эффекте от программы для неработающего населения в городах. В целом, то что люди добровольно участвуют в этой программе, говорит об их позитивных ожиданиях по поводу ее эффективности и о достижении домохозяйствами реальной экономии средств, которые могут быть перераспределены от оплаты медицинских услуг на другие потребительские нужды [013, с. 141].
Реформы в социальной сфере происходят одновременно с реструктуризацией нерентабельных государственных предприятий (ГП). Для занятых на ГП такая ситуация болезненна вдвойне: они должны изыскивать средства на оплату социальных услуг в то время, как под угрозой находятся их работа и зарплата. Чжао Ин (факультет фискальной политики Южно-Китайского университета финансов, экономики, политики и права) [014] напоминает, что за 1995-2003 гг. занятость на ГП сократилась с 112,6 млн человек до 68,8 млн человек [014, с. 102]. Массовые увольнения приводят к тому, что у людей меняется восприятие рисков, они предпочитают
не тратить деньги, а совершать вынужденные, предохранительные сбережения.
Чжао Ин задается вопросом, как увольнения работников с ГП сказываются на их возможностях дать образование своим детям. В экономической науке методологические основы изучения этой проблемы заложил американский экономист, один из основоположников теории человеческого капитала Г. Беккер. Согласно его концепции, существуют следующие передаточные механизмы влияния безработицы родителей на образование детей. Увольнения ведут к сокращению доходов семей и их вложений в человеческий капитал детей. Правда, уволенные посвящают больше времени семье, чем когда они работали, и это может, наоборот, подвигнуть их уделить больше внимания образованию детей. Но безработица может и усиливать напряженность в семьях, провоцировать разводы, и в такой ситуации вложения денег в образование детей могут представляться родителям неоправданно рискованными.
В китайской практике проявляются все эти эффекты, отмечает Чжао Ин. К тому же нужно учитывать, что если уволенные родители находят новую работу, то зарплата там, как правило, ниже, чем на прежней. Поэтому возникает вопрос: что более важно для образования детей - уровень доходов родителей или их стремление дать детям образование даже в условиях безработицы или новой, низкооплачиваемой занятости? В свою очередь, в более состоятельных домохозяйствах дети получают лучшее образование благодаря более высоким доходам или потому, что родители больше заботятся об обучении детей? [014, с. 103].
В построенной автором регрессионной модели объясняемой переменной является уровень образования, который измеряется продолжительностью обучения и уровнем полученного диплома об образовании. Объясняющие переменные - это принадлежность родителей к числу уволенных с ГП (включая досрочно вышедших на пенсию, временно не получающих зарплату или ушедших в предпринимательство), а также наличие / отсутствие нового трудоустройства у родителей.
Специальная контрольная переменная характеризует «отложенное» влияние безработицы родителей на образование детей. Она учитывает возраст, пол, национальность родителей, их уровень образования, число детей в семье, реальные доходы и расходы се-
мьи, живут ли родители и дети вместе, есть ли в семье руководящие работники [014, с. 106].
В расчетах по модели использованы данные за 1989-2011 гг. из опросов, регулярно проводимых Китайским центром контроля за заболеваемостью и Центром народонаселения Университета Беркли (США). По результатам расчетов выявлено, что увольнения с ГП уменьшают ресурсы, имеющиеся у домохозяйств, и отсрочивают образование детей уволенных. Если покинувшие ГП работники обретают новую занятость, то такое негативное влияние отчасти нивелируется, и это свидетельствует о том, что уровень доходов родителей весьма важен с точки зрения возможностей получения образования детьми. Но негативное влияние безработицы родителей заключается не в том, что дети вообще больше не учатся, а в том, что время окончания учебного заведения у них откладывается на определенный срок [014, с. 107, 114].
Однако конкретные механизмы трансмиссии влияния со стороны безработицы родителей на возможности образования детей не сводятся только к снижению доходов. Сказываются и эффекты реформ системы образования: сокращение числа бюджетных мест в университетах и увеличение набора студентов, которое увеличивает риски безработицы для выпускников.
Кроме того, безработица родителей может приводить их к угнетенному состоянию духа, употреблению алкоголя, что ухудшает способности семьи в целом адекватно оценивать риски, связанные с вложениями в образование детей [014, с. 113-114].
Итак, увольнения с ГП вызывают эффект девальвации человеческого капитала сокращенных работников, он распространяется и на их способности дать детям образование. Но речь идет не о лишении возможности учиться вообще, а о задержках в доступе к образованию. Обретение родителями новой работы лишь отчасти компенсирует такие негативные эффекты, резюмирует Чжао Ин [014, с. 102, 114].
2018.03.015-019. А.А. НОВИКОВА. СРЕДНИЙ КЛАСС ЯПОНИИ: УРОВЕНЬ ДОХОДОВ, ПРОБЛЕМА ЭКОНОМИЧЕСКОГО НЕРАВЕНСТВА, ДЕМОГРАФИЯ. (Обзор).
2018.03.015. YOKOYAMA IZUMI, KODAMA NAOMI. Why the earnings of the middle class declined: Evidence from Japan // Applied