Научная статья на тему 'Сотрудничество изб-читален и Северной кооперации в 1920-е годы'

Сотрудничество изб-читален и Северной кооперации в 1920-е годы Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
66
10
Поделиться
Журнал
Манускрипт
ВАК
Область наук
Ключевые слова
КУЛЬТУРНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬНЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ / ИЗБЫ-ЧИТАЛЬНИ / КООПЕРАЦИЯ / МАТЕРИАЛЬНАЯ ПОМОЩЬ / КООПЕРАТИВНАЯ ПРОПАГАНДА / CULTURAL AND EDUCATIONAL INSTITUTIONS / VILLAGE READING ROOMS / COOPERATION / MATERIAL AID / COOPERATIVE PROPAGANDA

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Дианова Елена Васильевна

Данная статья посвящена взаимодействию сельских культурно-просветительных учреждений, которые в 1920-е годы находились в ведении Народного комиссариата просвещения, с кооперативными организациями. Раскрывается вопрос об оказании материальной помощи избам-читальням со стороны кооперативных союзов, потребительских обществ и сельскохозяйственных товариществ Европейского Севера, показано их участие в кооперативной пропаганде и различных мероприятиях изб-читален как опорных пунктов деревенской просветительной работы; рассмотрены директивные методы регулирования отношений изб-читален и кооперативов.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Дианова Елена Васильевна

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

COLLABORATION OF VILLAGE READING ROOMS AND NORTHERN COOPERATION IN THE 1920S

The article is devoted to the interaction of rural cultural and educational institutions, which in the 1920s were under the supervision of the People’s Commissariat for Education, with cooperative organizations. The paper covers the issue of providing financial aid to village reading rooms on the part of the cooperative societies, consumer societies and agricultural partnerships of the European North, shows their participation in cooperative propaganda and different events of village reading rooms as bases of rural educational work, analyzes authoritative methods to regulate relations between village reading rooms and cooperatives.

Текст научной работы на тему «Сотрудничество изб-читален и Северной кооперации в 1920-е годы»

Дианова Елена Васильевна

СОТРУДНИЧЕСТВО ИЗБ-ЧИТАЛЕН И СЕВЕРНОЙ КООПЕРАЦИИ В 1920-Е ГОДЫ

Данная статья посвящена взаимодействию сельских культурно-просветительных учреждений, которые в 1920-е годы находились в ведении Народного комиссариата просвещения, с кооперативными организациями. Раскрывается вопрос об оказании материальной помощи избам-читальням со стороны кооперативных союзов, потребительских обществ и сельскохозяйственных товариществ Европейского Севера, показано их участие в кооперативной пропаганде и различных мероприятиях изб-читален как опорных пунктов деревенской просветительной работы; рассмотрены директивные методы регулирования отношений изб-читален и кооперативов.

Адрес статьи: www.gramota.net/materials/372016/8/16.html

Источник

Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики

Тамбов: Грамота, 2016. № 8(70) C. 61-64. ISSN 1997-292X.

Адрес журнала: www.gramota.net/editions/3.html

Содержание данного номера журнала: www.gramota.net/materials/3/2016/8/

© Издательство "Грамота"

Информация о возможности публикации статей в журнале размещена на Интернет сайте издательства: www.gramota.net Вопросы, связанные с публикациями научных материалов, редакция просит направлять на адрес: hist@gramota.net

УДК 021(09)

Исторические науки и археология

Данная статья посвящена взаимодействию сельских культурно-просветительных учреждений, которые в 1920-е годы находились в ведении Народного комиссариата просвещения, с кооперативными организациями. Раскрывается вопрос об оказании материальной помощи избам-читальням со стороны кооперативных союзов, потребительских обществ и сельскохозяйственных товариществ Европейского Севера, показано их участие в кооперативной пропаганде и различных мероприятиях изб-читален как опорных пунктов деревенской просветительной работы; рассмотрены директивные методы регулирования отношений изб-читален и кооперативов.

Ключевые слова и фразы: культурно-просветительные учреждения; избы-читальни; кооперация; материальная помощь; кооперативная пропаганда.

Дианова Елена Васильевна, к.и.н., доцент

Петрозаводский государственный университет elena-dianowa@yandex.ru

СОТРУДНИЧЕСТВО ИЗБ-ЧИТАЛЕН И СЕВЕРНОЙ КООПЕРАЦИИ В 1920-Е ГОДЫ

На протяжении ряда лет не теряет своей актуальности проблема создания и функционирования культурно-просветительных учреждений. В поле зрения исследователей находятся различные аспекты организации и деятельности Домов крестьянина, изб-читален, сельских и городских клубов в 1920-е годы. Становление и развитие системы культурно-просветительных учреждений при нэпе рассматривается на примере Европейского Севера [6], Западного региона [10] и Хакасии [15].

Вместе с тем многие вопросы деятельности учреждений культпросвета по проведению агитации и пропаганды, политическому просвещению, в том числе вопрос о взаимодействии с кооперативными организациями, нуждаются в дополнительном изучении. В 1920-е годы агитационная и пропагандистская работа кооперации в городах проводилась в рабочих клубах культотделами профсоюзов и кооперативных союзов, в деревнях и селах - в избах-читальнях сельскими политпросветами и кооперативами. Пока избы-читальни находились на содержании государства, они вели работу с населением, но с переходом к нэпу в связи с уменьшением государственных расходов на политпросвет их деятельность была фактически свернута, а общее количество сельских очагов культуры сократилось. По всем губерниям РСФСР в 1920/21 г. было 22 252 избы-читальни, в 1921/22 г. - 14 638, в 1922/23 г. - 3 565 изб-читален [11, с. 43].

24 мая 1922 г. ЦК РКП(б) издал циркуляр «О восстановлении изб-читален», потребовав принять меры к возрождению изб-читален как опорных пунктов коммунистической и сельскохозяйственной пропаганды. К субсидированию изб-читален рекомендовалось привлекать кооперативы при непременном условии сохранения руководящей роли за партией и политпросветами [8, с. 219].

Кооперация рассматривалась в качестве источника финансирования просветительных учреждений, находившихся в ведении государства. 11 сентября 1922 г. было принято Положение об отчислениях 1% с торгового оборота потребкооперации на народное просвещение, половина из этих средств шла на содержание изб-читален, клубов, библиотек, школ взрослых. Благодаря финансовой поддержке кооперативных объединений сеть изб-читален значительно расширилась. В РСФСР в 1923/24 г. было учтено 6 380 изб-читален, в 1924/25 г. - 13 770, в 1925/26 г. - 16 054 избы-читальни [11, с. 43].

На Европейском Севере положение культурно-просветительных учреждений отражало их общее состояние в стране. В Архангельской губернии материальной поддержкой политпросвета обеспечивались только избы-читальни, вошедшие в «твердую губернскую сеть», остальные содержались за счет средств, изыскиваемых на местах. В результате в 1922/23 г. из 250 осталось 136 изб-читален. Привлечение кооперации к материальному обеспечению сельских культурно-просветительных ячеек привело к постепенному увеличению их числа. Так, в 1923/24 г. стало 176 изб-читален, в 1924/25 г. - 298. В 1925/26 г. была учтена уже 341 изба-читальня. К 1927 г. в Архангельской губернии в среднем на одну волость приходилось 3,87 избы-читальни [3, д. 1637, л. 99].

Кооперативы помимо фиксированных отчислений 1% с торгового оборота часто брали шефство над сельскими учреждениями политпросвета, несли дополнительные расходы по содержанию волостных изб-читален, оплачивая затраты на отопление, освещение, приобретение книг, инвентаря, выписку периодических изданий и оплату труда избачей. Организационный отдел Архангельского губернского союза кооперативов рассматривал шефство кооперации над избами-читальнями как «идейную поддержку в целях усиления связи города с деревней». Онежская контора Архангельского губернского союза была шефом Калгачинской волости Онежского уезда, соответственно оказывала материальную помощь избам-читальням этой волости. В Мезенском уезде избам-читальням оказывали поддержку Долгощельское, Вожгорское и Ценогорское общества потребителей [4, д. 386, л. 469, 293]. В Онежском уезде Кяндское общество потребителей взяло на себя приобретение дров и керосина для волостной избы-читальни. В Холмогорском уезде Селищенская изба-читальня существовала на средства Архангельского губернского союза кооперативов [2, д. 262, л. 164, 246].

В Вологодской губернии с привлечением кооперации к обеспечению политпросветов «после тяжелых 1922-1923 гг., когда сеть изб-читален подверглась полному уничтожению», их число стало расти, «работа изб-читален вновь начала возрождаться» [1, д. 181, л. 17]. Если в октябре 1923 г. было учтено 52 избы-читальни, то весной 1924 г. - 174. В марте 1925 г. в Вологодской губернии насчитывалось 438 изб-читален, в том числе 90 волостных и 348 районных изб-читален [Там же, д. 182, л. 83, 100].

В Вологодском уезде денежную помощь избам-читальням оказывали Благовещенское, Богородское, Нестеровское, Сегедовское сельские общества потребителей. В Кадниковском уезде Авксентьевское, Васильевское, Высоковское, Двиницкое, Кумзерское сельские потребительские общества (сельпо) и Кадниковское единое рабоче-крестьянское общество потребителей установили шефство над избами-читальнями, оплачивали подписку на газеты и журналы. Материальную поддержку культпросвету оказывало общество потребителей «Трудовой крестьянин Севера» при станции Харовская Северной железной дороги, выделяя средства из прибыли от торгового оборота. Некоторые потребительские общества были инициаторами создания кооперативных изб-читален. Во Владыченской волости Вологодского уезда Пичкаревское общество потребителей открыло избу-читальню. Осенью 1924 г. в Бирюковской волости Тотемского уезда избу-читальню создало Алекинское общество потребителей, а в Шуйской волости Вологодского уезда изба-читальня была создана при участии местного учителя и содействии Новосельского общества потребителей [5, д. 312, л. 5-94].

На 1 июля 1923 г. в Карельской трудовой коммуне имелось 28 изб-читален [12, д. 317, л. 30]. С образованием 25 июля 1923 г. Автономной Карельской ССР (АКССР) избы-читальни перешли в ведение Карельского политико-просветительного комитета (Карполитпросвета) при Народном комиссариате просвещения АКССР. Карполитпросвет начал свою работу в 1923/24 году «в условиях сжатия сметы Наркомпроса». При наличии 60 волостей было отпущено 30 ставок, поэтому средства на агитацию и пропаганду было решено брать от «эксплуатации культфонда Карельского совета профсоюзов и кооперации» [14, д. 10/100, л. 33].

Для усиления работы волостного политико-просветительного центра создавался совет избы-читальни с участием представителей от местного крестьянства, ячеек ВКП(б) и РЛКСМ, кооперации, профсоюзов работников просвещения и Всероссийского союза работников земли и леса. На 1 января 1926 г. в составе советов изб-читален Карелии насчитывалось 567 членов, в том числе от профсоюзов - 55 человек (12,2%), РЛКСМ - 50 человек (12,1%), кооперации - 40 человек (8,9%), ВКП(б) - 38 человек (8,5%), а также представители других учреждений и организаций [Там же, д. 26/220, л. 83].

Превращению изб-читален в центры политико-просветительной работы в деревне способствовали постановление ВЦИК и СНК РСФСР «Об избах-читальнях» от 18 сентября 1924 г. и Положение «О волостной избе-читальне», устанавливавшие порядок организации и основные направления их работы. Наиболее важными среди них были политическое просвещение, ликвидация неграмотности, антирелигиозная пропаганда, сельскохозяйственное и кооперативное просвещение, борьба «за новый быт». Центросоюз, Сельскосоюз и Главпо-литпросвет 9 сентября 1924 г. приняли совместное постановление «Изба-читальня и кооперация». Постановление закрепляло тесную связь просветительных учреждений с кооперативными организациями на местах. Изба-читальня и первичный кооператив были названы «опорными пунктами села в деле достижения единой задачи рабоче-крестьянского государства - укрепление смычки рабочего класса с крестьянством» [9, а 33].

Изба-читальня была основным центром проведения культурно-просветительной работы потребительской, кредитной, сельскохозяйственной и кустарно-промысловой кооперации. Мероприятия сельских кооперативов проводились в избах-читальнях, где устраивались беседы, лекции, громкие читки о кооперации и сельском хозяйстве, кооперативные кампании, общие собрания по случаю Международного дня кооперации. Изба-читальня, в свою очередь, должна была помогать работе кооператива, подбирать книжки по кооперации, давать справки по таким вопросам, как порядок вступления в кооператив, условия кооперативного сбыта продуктов сельского хозяйства, получение кредита. В 1920-е годы вся кооперативная агитация и пропаганда были направлены на вовлечение сельского населения в кооперативные товарищества с целью поднятия трудовых крестьянских хозяйств.

В 1925/26 г. в районе деятельности Архангельского союза молочной кооперации находилось 230 изб-читален, которые получали ту или иную помощь местных артелей. К примеру, в Онежской и Поморской волостях Онежского уезда действовали 4 машинных и 3 мелиоративных товарищества, которые участвовали в работе 11 изб-читален. Инструкторами союза проводились беседы о сельском хозяйстве, устраивались громкие читки газет и журналов. Для проведения бесед и громких чтений по кооперации в подшефную Се-лищенскую избу-читальню Архангельским губернским союзом были высланы диапозитивы «Как привлечь пайщика» [2, д. 262, л. 164, 246].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

В 1925/26 году в Вологодском уезде Благовещенское и Богородское сельпо, поддерживая связь с ячейками РЛКСМ, проводили в избах-читальнях революционные праздники, беседы, на вечерах было прочитано 10 докладов о кооперации. Работники Сегедовского сельпо провели 12 совместных чтений по кооперации. Во Владыченской волости в избе-читальне членами Пичкаревского сельпо было прочитано семь лекций, из них лекции «Басни И. А. Крылова», «Без знаний нет хлеба», «Капитанская дочка», «Красный Октябрь» сопровождались световыми картинами. Нестеровское сельпо Володарской волости организовало в избе-читальне справочное бюро. Это было важно, так как хорошо поставленная справочная работа изб-читален способствовала вовлечению в кооперативы новых членов. Кумзерское сельское общество потребителей Кадниковского уезда в 1924/25 г. сделало 15 докладов о кооперации на общих собраниях волостного исполкома и ячейки комсомола. Общество потребителей «Пролетарский Октябрь» Кумзерской волости провело пять чтений газет, две беседы о пользе кооперации. Работа велась членами правления, на средства кооператива была осуществлена выписка газет [5, д. 312, л. 12-97].

В 1924/25 г. в Карелии о проведении общественно-политической работы отчитались 35 изб-читален, при этом кооперативная пропаганда проводилась только в 8 избах-читальнях, где было прочитано восемь докладов и проведен один митинг [14, д. 10/98, л. 131]. В 1925/26 г. в Петрозаводском уезде в кооперативных мероприятиях приняли участие 265 человек, что составляло 1,37% общего охвата населения политико-просветительной работой. За первое полугодие 1926/1927 г. в том же уезде кооперативной пропагандой был охвачен 1041 человек, или 4,6% общего охвата населения политико-просветительной работой. Впрочем, по сводкам Карполитпросвета, «в других уездах дело обстояло не лучше» [Там же, д. 37/339, л. 45]. В системе Каронегсоюза (Карело-Прионежского союза потребительских обществ) было принято решение «уделить должное внимание поднятию культурной работы на местах, используя в этой работе избы-читальни». Первичным потребительским обществам была дана установка: «Стремиться к тому, чтобы всюду укреплять работу изб-читален и идти планомерно ей на помощь» [13, д. 16/174, л. 5].

Привлечение первичных кооперативов к сотрудничеству с избами-читальнями способствовало развертыванию кооперативной пропаганды на местах. В избах-читальнях Карелии в 1926/27 г. было проведено 39 громких читок и 27 бесед на кооперативные темы, прочитано 147 докладов о задачах кооперации и работе местных кооперативов на сельских сходах и собраниях крестьян. Также в избах-читальнях было устроено шесть спектаклей по пьесам кооперативного содержания. К 1 апреля 1927 г. кооперативной пропагандой было охвачено 7 424 человека, что составляло 3,77% общего охвата населения Карелии политико-просветительной работой [14, д. 58/484, л. 47].

Совместная работа изб-читален и кооперативов должна была строиться на основе согласованности и сотрудничества, но практика показала отсутствие четкого разграничения взаимоотношений кооперативных организаций и сельских политпросветов. В 1929 г. была принята совместная директива Наркомпроса АКССР и правления Каронегсоюза «О системе организации кооперативной пропаганды в деревне». Директива определяла отношения изб-читален и местных кооперативов, исходя из того, что опорным пунктом, центром всей просветительной работы в деревне является изба-читальня. Следовательно, в кооперативах «никакая культработа в деревне не должна вестись без увязки с работой избы-читальни, объединяющей всю политико-просветительную работу района» [7, с. 51]. Учет и отчетность кружковой и массовой работы в области кооперативной пропаганды объединялись с отчетностью изб-читален как единых политико-просветительных центров. На средства кооперативов в избах-читальнях создавались кооперативные уголки, закупались учебные пособия и книги для пополнения библиотек-передвижек кооперативной литературой. Вся работа по кооперативному просвещению входила в общий план избы-читальни и осуществлялась силами избы-читальни и кооперативного актива.

Таким образом, изба-читальня являлась основным центром, где должна была проводиться вся кооперативная пропаганда в деревне. Деятельность сельских культурно-просветительных учреждений обеспечивалась за счет средств, отпускаемых местными кооперативами. Кооперация как хозяйственная организация в своей просветительной работе была подчинена политпросвету, занималась проведением общественно-политических кампаний под контролем партийных и советских органов в соответствии с официальной идеологией.

Список литературы

1. Вологодский областной архив новейшей политической истории. Ф. 1853. Оп. 8.

2. Государственный архив Архангельской области (ГААО). Ф. 105. Оп. 3.

3. ГААО. Ф. 273. Оп. 1.

4. ГААО. Ф. 362. Оп. 1.

5. Государственный архив Вологодской области. Ф. 140. Оп. 1.

6. Дианова Е. В. Дом крестьянина как опорный пункт распространения сельскохозяйственных знаний и кооперативного просвещения 1920-х гг. (на примере Европейского Севера) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2014. № 12 (50): в 2-х ч. Ч. I. С. 65-68.

7. Директива Наркомпроса АКССР и правления Каронегсоюза о системе организации кооперативной пропаганды в деревне//Бюллетень Народного комиссариата просвещения Автономной Карельской ССР. 1929. №2. С. 51-54.

8. Директивы ВКП(б) по вопросам просвещения: вопросы народного просвещения в основных директивах съездов, конференций, совещаний ЦК и ЦКК ВКП(б) / сост. А. Я. Подземский. Изд-е 3-е. М. - Л.: ОГИЗ, 1931. 495 с.

9. Изба-читальня как центр политико-просветительной работы в деревне: сборник официальных положений и распоряжений. М. - Л.: Долой неграмотность, 1927. 43 с.

10. Кулачков В. В. Дома крестьянина в Западном регионе России в 1920-е гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 7 (33): в 2-х ч. Ч. I. С. 127-129.

11. Народное просвещение РСФСР: к докладу Наркомпроса РСФСР на XIII Всероссийском съезде Советов (апрель 1927 г.). М. - Л.: ГИЗ, 1927. 70 с.

12. Национальный архив Республики Карелия (НАРК). Ф. П-3. Оп. 1.

13. НАРК. Ф. 509. Оп. 2.

14. НАРК. Ф. 630. Оп. 1.

15. Папина О. В. Развитие системы культурно-просветительских учреждений в Хакасии в 1920-х гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2015. № 3 (53): в 3-х ч. Ч. II. С. 138-140.

COLLABORATION OF VILLAGE READING ROOMS AND NORTHERN COOPERATION IN THE 1920S

Dianova Elena Vasil'evna, Ph. D. in History, Associate Professor Petrozavodsk State University elena-dianowa@yandex. ru

The article is devoted to the interaction of rural cultural and educational institutions, which in the 1920s were under the supervision of the People's Commissariat for Education, with cooperative organizations. The paper covers the issue of providing financial aid to village reading rooms on the part of the cooperative societies, consumer societies and agricultural partnerships of the European North, shows their participation in cooperative propaganda and different events of village reading rooms as bases of rural educational work, analyzes authoritative methods to regulate relations between village reading rooms and cooperatives.

Key words and phrases: cultural and educational institutions; village reading rooms; cooperation; material aid; cooperative propaganda.

УДК 113

Философские науки

В статье исследуются основные принципы и закономерности формирования предмета философии экологии. В этих целях сначала проводится методологический анализ различных подходов к определению предмета философии экологии, а также выясняются методологические трудности в его разрешении. Затем изучаются особенности функционирования философии экологии в современной науке. На системной основе предлагается новая, целостная модель предмета философии экологии. Это позволяет глубже и полнее осмыслить цели, задачи и функции философии экологии в развитии современного экологического знания.

Ключевые слова и фразы: философия; экология; философия науки; философия экологии; онтологические основания; гносеологические основания; социокультурные основания; системная методология; основания экологии.

Доронина Марина Вячеславовна, к. филос. н., доцент

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Государственный аграрный университет Северного Зауралья bio-farm24@yandex.ru

ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТА ФИЛОСОФИИ ЭКОЛОГИИ

Среди основополагающих направлений современного научного знания важное место занимают философско-экологические исследования. При этом на синтетические процессы развития теории экологии оказывают влияние, прежде всего, становление и формирование особого направления в философии науки - философии экологии.

Проблема формирования предмета философии экологии относится ко второй половине двадцатого столетия. Именно с этого времени человечество стало осознавать негативные последствия своей деятельности, а именно: загрязнение окружающей среды (атмосферы, гидросферы, почвенного покрова и др.), исчезновение целого ряда животных и растений, разрушение естественных биоценозов и биогеосистем, нерациональное использование природных ресурсов и многие другие, которые привели к экологическому кризису. Вот почему и активизировались философские, культурологические, социально-экономические, экологические, психологические, ценностные, политико-правовые и другие исследования, связанные с необходимостью объяснения, понимания и прогнозирования взаимодействия человека с природным бытием. Все это и послужило объективным основанием к постановке и исследованию проблемы формирования системно-философского «образа» экологического знания и, прежде всего, предмета философии экологии. Данная проблема относится к числу наиболее сложных и слабо разработанных в современной философии науки, в том числе и в философии экологии, и требует для своего разрешения привлечения не только теоретического материала экологической науки, но и философско-методологического знания.

Надо отметить, что в современной научной литературе существуют различные подходы к определению предмета философии экологии и её структуры. Так, одни авторы выстраивают предметную область философии экологии в онтологическом измерении [7; 13, а 194-196]; другие - в гносеологическом измерении [5, а 59-64; 6, с. 56-98]; третьи - в социокультурном измерении [14, с. 196-199]. В структуру философии экологии ряд авторов включает и такие дисциплины, как экология экономики [1; 3; 10], политическая экология [2; 8, с. 170-179], экологическая этика [4, с. 37-49; 9, с. 43-46; 11, с. 258-288] и многие другие.

В целом, положительно оценивая представленные здесь методологические позиции авторов относительно определения предмета философии экологии, вместе с тем нельзя не отметить, что большинство из этих позиций не всегда четко осмысливает системность предмета философии экологии, системный анализ данных определений осуществляется ими лишь на уровне структурно-функционального подхода. К сожалению, указанные авторы не использовали в определении предмета философии экологии всех возможностей богатого по содержанию системного подхода (интегрирующий фактор, связи субординации, системные качества,