УДК 159.923.3
СМЫСЛ ЖИЗНИ И ЖИЗНЕННЫЙ СМЫСЛ ПРОФЕССИИ © Константин Викторович Карпинский
Гродненский государственный университет им. Янки Купалы, г. Гродно, Белоруссия, кандидат психологических наук, доцент, зав. кафедрой экспериментальной и прикладной психологии, e-mail: karpkostia@tut.by
В статье анализируется соотношение профессиональной трудовой деятельности с жизнедеятельностью, которая понимается как особый вид деятельности зрелой личности, побуждаемый смыслом жизни и направленный на конструирование индивидуального жизненного пути. Выдвигается и обосновывается положение о том, что профессиональная деятельность может по-разному относиться к практической реализации смысла жизни и, соответственно, приобретать различные статусы в структуре жизнедеятельности. В зависимости от характера соотношения профессионального труда со смыслом жизни выделяются четыре вида жизненного смысла профессии: профессия как смысл жизни, позитивный, негативный и конфликтный жизненный смысл профессии.
Ключевые слова: смысл жизни; жизненный смысл профессии; профессиональная трудовая деятельность.
В современной психологической науке профессиональная деятельность и профессиональное развитие личности служат объектом изучения целого блока отраслей, подотраслей и разделов. В них преобладает тенденция изучения профессиональной деятельности взрослого человека только с точки зрения ее внутреннего психологического содержания, отвлеченного от более широкого жизненного контекста, в котором она реально протекает. При таком подходе объяснение генезиса профессиональной деятельности, развития ее внутреннего строения, порождения и трансформаций в ней психических новообразований личности профессионала и многих других проблем выводится исключительно из закономерностей самой профессиональной деятельности, из механизмов ее «самодвижения». В действительности психологическая динамика профессиональной деятельности и процесса профессионализации личности обусловлена взаимодействием человека не только с предметом труда, средствами труда, трудовым коллективом и другими производственными факторами. Немаловажное, а может быть, и решающее значение имеет взаимодействие с индивидуальной жизнью в целом, в ходе которого она осознается взрослым человеком как особый «предмет», требующий приложения немалых усилий, а профессиональная деятельность в этой связи осмысливается им как «средство» или «способ» построения жизненного пути.
Психологическое исследование любого вида деятельности взрослого человека, в т. ч. и профессиональной, должно вестись в биографическом контексте и раскрывать, в первую очередь, то, как эта деятельность вплетается в структуру жизнедеятельности. Жизнедеятельность при этом понимается как ведущая деятельность зрелой личности, направленная на преобразование ею собственной жизни в индивидуальный жизненный путь в соответствии со смыслом жизни. В той мере, в какой каждый конкретный вид деятельности взрослого человека участвует в реализации смысла жизни, он инкорпорируется или выпадает из структуры жизнедеятельности. Чтобы установить место и роль частного вида деятельности в структуре жизнедеятельности взрослого человека, необходимо проанализировать содержательное и структурное соотношение внутренних мотивов данной деятельности со смыслом жизни как собственным «мотивом» жизнедеятельности. Такой подход позволяет рассматривать жизнедеятельность не как «одну из» спектра видов деятельности, которыми владеет субъект, а как полидеятельностное образование, интегрирующее самые различные виды деятельности субъекта в рамках единой смысловой направленности жизненного пути [1].
При рассмотрении всякой деятельности как структурного компонента индивидуальной жизнедеятельности и анализе ее психологического соотношения со смыслом жизни
она становится объектом психологии жизненного пути личности. Данная отрасль исследует психическую феноменологию, механизмы и закономерности индивидуальной жизнедеятельности, по ходу которой происходит все более глубокое познание человеком жизненного пути, а сам человек проявляется и формируется в качестве субъекта познания и преобразования жизни [1]. Одна из основных задач субъекта жизни заключается в совмещении и соподчинении всех доступных ему видов деятельности в составе жизнедеятельности так, чтобы они максимально содействовали реализации смысла жизни. В роли субъекта жизни личность призвана обеспечить:
- распределение жизненных ресурсов (временных, энергетических, материальных и др.) между отдельными деятельностями, включенными в структуру ее жизнедеятельности. Она «инвестирует» эти ресурсы преимущественно в те деятельности, которые гарантируют наиполнейшую реализацию смысла ее жизни, и не позволяет их поглощать тем деятельностям, которые не помогают или даже мешают в осуществлении смысла жизни. То, сколько времени и сил субъект затрачивает на конкретную деятельность в своей жизни, напрямую зависит от вклада этой деятельности в строительство индивидуального жизненного пути;
- сообразование каждой частной деятельности, включенной в структуру жизнедеятельности со смыслом жизни, что предполагает преобразование ее внутреннего строения и оптимизацию ее динамики;
- координацию и субординацию всех парциальных видов деятельности между собой в составе жизнедеятельности, в результате чего складывается более или менее удачная их «композиция».
Все это характеризует личность как субъекта целостной жизни, а не частных видов деятельности, и предполагает «внутреннюю активность по «сшиванию швов» между различными деятельностями человека» [2]. Но чем регулируется эта специфическая субъектная активность?
Для ответа на данный вопрос необходимо учитывать, что с включением любого вида деятельности в состав жизнедеятельности он приобретает новую «жизнестроительную» функцию, наделяется новым инструменталь-
ным, орудийным значением по отношению к реальному жизненному пути. Объективной характеристикой места и роли частной деятельности в практическом воплощении смысла жизни и созидании индивидуального жизненного пути выступает жизненный, биографический смысл данной деятельности. Жизненный смысл - это объективное отношение определенного вида деятельности к процессу практической реализации человеком смысла своей жизни, место и роль этой деятельности в структуре целой жизнедеятельности, ее инструментальное значение для построения индивидуального жизненного пути. В индивидуальной психике жизненный смысл той или иной деятельности представлен в форме смысловых структур и процессов, определяющих пристрастное отношение личности к этому виду деятельности, побуждающих и направляющих ее субъектную активность.
Личность, изменяющая в функции субъекта жизни конкретный вид деятельности, руководствуется в своей активности жизненным смыслом этой деятельности. В соответствии с этим смыслом личности приходится какими-то видами деятельности поступаться, а какие-то виды деятельности отстаивать. Во всяком случае они выступают не как недвижимый балласт, но превращаются в объект ее активного отношения. На этом этапе характер взаимосвязи личности и системы ее деятельностей объективно меняется: если раньше деятельности входили в личность в качестве ее основания и предрешали ход ее психического развития, ее психологическую судьбу, то теперь личность способна вершить судьбу каждой отдельной деятельности, сохраняя или отбрасывая ее как объективную часть своей жизни. Если активность, направленная на сообразование деятельности с ее собственным мотивом, характеризует личность как субъекта данной деятельности, то активность, нацеленная на «подгонку» этой деятельности к смыслу жизни, квалифицирует личность уже как субъекта жизни. Субъект жизни воспроизводит различные виды деятельности не в отрыве друг от друга, а в системном единстве, которое и есть человеческая жизнь. Как подчеркивает А.Н. Леонтьев, «развитие, умножение видов деятельности индивида приводит не просто к расширению их «каталога». Одновременно происхо-
дит центрирование их вокруг немногих главнейших, подчиняющих себе другие» [3]. Личность как субъект жизни есть субъект системы деятельностей, из которых «соткана» индивидуальная жизнь.
Из изложенного выше следует, что индивидуально-психологическая специфика
профессиональной деятельности и профессионального развития личности во многом детерминируется тем инструментальным смыслом, которым профессия наделяется в контексте практической реализации смысла жизни. У профессионального труда наличествуют и собственные смыслообразующие мотивы, цели и задачи, которые обособляют его в ряду других деятельностей взрослого человека. Психология жизненного пути сосредотачивается как раз на том, как присущие профессиональной деятельности мотивы, цели и задачи соотносятся с психологической структурой жизнедеятельности, которая конституируется смыслом жизни, жизненными целями, планами, программами и т. д. В зависимости от этого внутреннего соотношения профессиональная трудовая деятельность объективно по-разному позиционируется в структуре целостной жизнедеятельности личности. Ключевые вопросы для изучения профессиональной деятельности в рамках психологии жизненного пути следующие: «В какой мере личность, фигурирующая как субъект профессионального труда, выступает при этом в качестве субъекта жизни? Осуществляется ли смысл жизни человека в процессе его профессионального труда? Насколько профессиональная карьера как путь реализации мотивов и ценностей труда конвергирует с жизненным путем как магистральной линией осуществления смысла всей жизни?».
Рассуждая о соотношении смысла жизни с мотивом отдельно взятой деятельности, мы несколько упрощаем суть дела. С точки зрения современного смыслового подхода, взаимосвязи разных видов деятельности определяются внутренним взаимодействием не изолированных смысловых структур, а целостных смысловых систем - «молярных единиц» смысловой сферы личности. Строго говоря, мотив профессиональной деятельности и смысл жизни как собственный мотив жизнедеятельности следует трактовать не как «монолитные» образования, а как «дина-
мические смысловые системы» - сложноорганизованные комплексы смысловых структур (ценностей, мотивов, смысловых диспозиций и т. д.), порожденных и функционирующих как единое целое внутри определенного вида деятельности. Все большее число исследователей усматривает в смысле жизни не какую-либо одну смысловую структуру, а целый ансамбль смысловых структур и процессов. Еще В. Франкл отмечал, что смысл жизни включает не только ценности («смысловые универсалии»), но и множество смыслов конкретных ситуаций [4]. Этому созвучно определение смысла жизни В.Э. Чуд-новским: «Смысл жизни как психическое образование представляет собой не просто определенную идею, жизненную цель, ставшую для человека ценностью высокого порядка. Психологическую основу смысла жизни составляет структурная иерархия, система больших и малых смыслов» [5]. Еще более недвусмысленную характеристику смысла жизни как динамической смысловой системы дает Д.А. Леонтьев: «Смысл жизни представляет собой концентрированную описательную характеристику наиболее стержневой и обобщенной динамической смысловой системы, ответственной за общую направленность жизни субъекта как целого» [6]. Исследование индивидуальной жизнедеятельности как полидеятельного образования требует психологической реконструкции смысловой сферы личности, в которой динамические смысловые системы, присущие частным видам деятельности, по-разному соотносятся (не пересекаются, частично накладываются, полностью сливаются и т. д.) с динамической смысловой системой жизнедеятельности -смыслом жизни. Очевидно, что роль профессиональной деятельности в структуре жизнедеятельности будет зависеть от места, занимаемого профессиональными мотивами и ценностями в динамической структуре смысла жизни.
В современной отечественной и зарубежной психологии проблема соотношения трудовой деятельности с жизнедеятельностью, взаимосвязи профессиональных мотивов и ценностей со смыслом жизни только лишь прорисовывается. Тем не менее, как указывает В.Э. Чудновский, это направление исследований «имеет не только практиче-
скую, но и теоретическую «составляющую»: рассмотрение данной связи должно помочь лучшему пониманию функционирования механизмов смысла жизни» [5, с. 599-600]. Одной из актуальных задач в данной проблемной области является систематизация тех способов, при помощи которых люди «состыковывают» профессиональную деятельность со смыслом жизни, вписывают ее в структуру собственной жизнедеятельности. По сути, речь идет о разработке типологии жизненного смысла профессионального труда, об обобщении и классификации наиболее распространенных вариантов смыслового отношения субъекта жизни к своей профессии. Среди редких работ, подступающих к данному вопросу, следует назвать теоретические исследования Д.Н. Завалишиной, Э.Ф. Зеера,
Н.С. Пряжникова, А.Р. Фонарева и др. Особо следует выделить эмпирические исследования Л.Г. Перетятько и Т.В. Максимовой, которые содержат не только постановку проблемы, но и предлагают ее конкретные решения. Так, Л. Г. Перетятько на материале обследования студентов педагогических специальностей выделяет четыре типа значимого отношения личности к профессии: увлечение профессией, профессиональное призвание, разочарование в профессии, отчуждение профессии [7]. В свою очередь Т.В. Максимова по результатам опроса учителей приходит к различению трех вариантов соотношения профессии со смыслом жизни: 1) педагогическая профессия составляет главный смысл жизни учителя, является ведущим компонентом структурной иерархии смысла жизни;
2) значимость педагогической профессии не достигает уровня главного смысла жизни, являясь подчиненным, но достаточно «весомым» компонентом структурной иерархии смысла жизни; 3) значимость педагогической профессии является периферическим компонентом структурной иерархии смысла жизни [8].
При всей значимости и оригинальности этих исследований они не всегда планомерно и методично применяют смысловой подход для разработки указанной проблемы. Между тем эвристический потенциал данного подхода в изучении смысла жизни и производного от него жизненного смысла профессии трудно переоценить. Здесь, на наш взгляд, целесообразно воспользоваться общепсихологической классификацией смыслов, вве-
денной В.В. Столиным и М. Кальвиньо: «Можно рассматривать четыре возможных отношения, в качестве которых может выступать то или иное явление в структуре деятельности: 1) явление выступает в качестве мотива; 2) явление представляет собой условие, способствующее достижению мотива;
3) явление представляет собой условие, препятствующее достижению мотива; 4) явление представляет собой условие, содействующее достижению одного мотива и препятствующее достижению другого. Этим четырем отношениям соответствуют и четыре возможных смысла явления: смысл мотива, позитивный смысл, негативный смысл, конфликтный смысл» [9].
Сообразно с приведенной классификацией профессиональная трудовая деятельность может приобрести в структуре целостной жизнедеятельности следующий жизненный смысл.
1. Профессиональная деятельность как смысл жизни. В данном случае профессиональная деятельность всецело сливается с жизнедеятельностью и предстает не как один из многих видов деятельности, практикуемых в индивидуальной жизни, а как дело всей жизни, превосходящее по своей значимости остальные деятельности. Личность прокладывает индивидуальный жизненный путь посредством построения профессиональной карьеры, соединяя в этом процессе функции субъекта профессии и субъекта жизни. Такое тождество профессиональной трудовой деятельности и жизнедеятельности наблюдается тогда, когда собственные мотивы профессионального труда приобретают характер ведущих жизненных мотивов, подчиняющих себе мотивы всех остальных видов деятельности в индивидуальной жизни. В данном случае эти мотивы совпадают со смыслом жизни и являются уже не просто мотивами, но смысложизненными ценностями личности или, по выражению А.Н. Леонтьева, «жизненными мотивами-целями» [3, с. 220]. Они побуждают не просто работать, а жить работой; освещают смыслом целостный жизненный путь, а не только локальные ситуации производственной жизни; определяют и «цементируют» направленность личностного развития человека в качестве субъекта профессии и жизни. Все остальные виды деятельности, которые выполняет человек в
своей жизни, оцениваются с точки зрения их вклада в успешную реализацию профессиональной трудовой деятельности. Они не просто играют в жизни второстепенную роль, но обслуживают профессиональную деятельность в качестве вспомогательных и ампли-фицирующих ее занятий. Этот вид жизненного смысла профессиональной деятельности перекликается с «профессиональным призванием», по Л.Г. Перетятько, - типом значимого отношения, выражающим «максимальную вовлеченность личности в профессию и стремление к еще большему сближению с ней» [7, с. 17]. В повседневности мы нередко сталкиваемся с тем, что профессиональная жизнь превращается для человека в жизнь посредством профессии, профессиональная деятельность из части жизни оборачивается в жизненную миссию. В то же время углубленный психологический анализ внешних и внутренних условий, под влиянием которых смысл жизни «сдвигается» на мотив частной деятельности, а сама эта деятельность вырастает до уровня жизнедеятельности и «оккупирует» большую часть пространства и времени индивидуальной жизни, не предпринимался.
Между тем слияние жизнедеятельности с профессиональным трудом по-разному оценивается психологами с точки зрения вклада в развитие личности. Известно, что мотивационно-смысловые «сдвиги» являются общим механизмом как нормального, так и аномального личностного развития. В норме они всегда ведут к расширению и обогащению смысловой сферы личности новыми мотивами и ценностями, а при отклоняющемся развитии - к ее сужению и обеднению. Поэтому любой мотивационно-смысловой «сдвиг» приобретает прогрессивный или регрессивный характер в развитии личности в зависимости от того, как изменяется целостная смысловая сфера и конкретные динамические смысловые системы по параметру «широта - узость». Данный параметр характеризует содержательное богатство смысловых отношений человека к миру и во многом определяет потенциал смысловой регуляции его поведения, деятельности и жизнедеятельности. В психологии он применяется для дифференциальной характеристики личности в целом (А.Н. Леонтьев, С.Л. Рубинштейн) и ее «образующих» - отдельных динамических
смысловых систем (Д.А. Леонтьев), в т. ч. и смысла жизни (В.Э. Чудновский, K. Chamberlain, F.Dittmann-Kohli, K. Pohlmann). Применительно к смыслу жизни «широта -узость» означает содержательное разнообразие смысловых отношений личности к собственной жизни или, иначе говоря, «нагружен-ность» разных сфер жизни - профессиональной, семейной, досугово-рекреационной, общественно-политической - личностными ценностями смысложизненного ранга.
Таким образом, в дискуссии о роли «сдвига» смысла жизни на профессиональную деятельность в развитии личности необходимо принимать во внимание два момента. Во-первых, как в результате «сдвига» содержательно преображается смысл жизни - оскудевает ли он или же обогащается. Во-вторых, следует учитывать не только перспективы профессионального становления личности, но и более широкий контекст ее развития в качестве субъекта жизни.
В случае «сдвига» смысла жизни на профессиональные мотивы и ценности в первую очередь выигрывает личностное развитие человека как субъекта профессии. Психическая регуляция профессиональной деятельности возвышается до уровня психобиографической регуляции, значительно прибавляя в долгосрочности и стратегичности. Профессиональный труд для личности постепенно превращается из условия существования в ведущую жизненную ценность и основной способ самоутверждения. В силу данного обстоятельства многие психологи приветствуют самоотдачу и посвящение личности профессии, поставленной во главу всей жизни и возведенной в ее главный смысл. В ряде исследований постулируется, что значимость трудовой деятельности для специалиста высокой квалификации должна достигать смысла всей жизни, что является залогом продуктивности, мастерства, творчества и акме в трудовой сфере. Так, в частности, Л.И. Анцыферова рассматривает вовлеченность субъекта в процесс труда как позитивный феномен, наличие которого сигнализирует о том, что «профессиональная деятельность стала центральной жизненной ценностью, основанием жизненного самоопределения личности, источником самоуважения, способом самоактуализации» [10]. В свою очередь Д.Н. Завалишина полагает, что
«высокие достижения, признание общества в так называемых творческих профессиях, занятиях (таких как искусство, литература, наука) очевидным образом связаны с предельной включенностью человека в соответствующую деятельность, ее оценкой как главной жизненной ценности, дела жизни» [11].
Наряду с позитивными эффектами безоглядное служение профессии и почитание ее как жизненной миссии таит некоторые опасности для полноценного развития личности. «Сдвиг» потенцирует личностное развитие при условии, что в структуре смысла жизни сохраняются мотивы и ценности, связанные с внепрофессиональными видами деятельности. Он не должен вести к «моно-литнизации смысла жизни» (В.Э. Чуднов-ский), т. е. к вытеснению профессиональными мотивами и ценностями других смысловых структур, придающих значимость разным сферам жизни. Для профессионального развития личности крайне нежелательна концентрация всех жизненных интересов только в области профессиональных функций, отношений, обязанностей. Можно согласиться с А.Р. Фонаревым, который подчеркивает, что «для личностного роста в профессии необходимо постоянно выходить за ее пределы в смежные области деятельности, расширять сферы своей жизнедеятельности» [12]. Д.Н. Завалишина обоснованно предполагает, что «явление «профессиональной деформации» личности, ее «ценностносмыслового «обнищания», вырастающее, в сущности, из того же корня «вовлеченности» в свои профессиональные занятия, обусловлено как раз дефицитом «неспецифического потенциала» как следствия обедненности внепрофессиональной сферы жизни человека» [11, с. 80].
Личностное развитие человека как субъекта жизни также страдает от полного «погружения» в профессиональную деятельность, не «разбавляемую» в составе жизнедеятельности никакими другими деятельностями либо жестко подчиняющую себе все остальные занятия. Так, по наблюдениям К. Обуховского, слишком узкая «специализация» смысла жизни, замыкание его на мотивах и ценностях одной деятельности угрожает личности смысложизненным кризисом [13]. Эту закономерность тонко иллюстрирует описание личностных различий Моцарта и
Сальери, предложенное Б.М. Тепловым в связи с проблемой «узкой направленности» личности. Сочинение музыки как род профессиональной деятельности «было для Моцарта включено в жизнь, являлось своеобразным отражением и переживанием жизненных смыслов, тогда как для Сальери никаких смыслов, кроме музыкальных, на свете не было, и музыка, превратившаяся в единственный и абсолютный смысл, роковым образом стала бессмысленной» [14]. Истоки жизненной катастрофы и душевного кризиса Сальери в том, что «музыка для него не главный, не центральный, а единственный интерес, что музыка для него не окно, через которое открывается вид на весь мир, а стена, все собою заслоняющая, что интерес к «своему делу» сделал его глухим ко всем другим впечатлениям жизни, сделал его душевно мертвым» [14, с. 307].
Таким образом, «сдвиг» смысла жизни на профессиональные мотивы обеспечивает прогрессивное поступательное развитие личности в том случае, когда, возвышая профессиональную деятельность, он не ведет к обесцениванию других видов деятельности в индивидуальной жизни. Профессия в данном случае становится не только ведущей жизненной ценностью, но и основным способом полноценного личностного развития человека.
Во всех нижеследующих случаях профессиональная деятельность имеет не «терминальный», а «инструментальный» смысл, т. е. осмысливается личностью не как самоценность в жизни, а как сопутствующий фактор - средство либо преграда - для реализации смысла жизни, полностью не совпадающего с собственно профессиональными мотивами.
2. Позитивный жизненный смысл профессиональной деятельности. В данном случае профессиональная трудовая деятельность объективно способствует реализации человеком смысла его жизни. Мотивы профессионального труда «встраиваются» в смысл жизни, содержание которого ими, однако, не исчерпывается и охватывает ценности «непрофессионального» характера, лежащие за рамками производственной сферы. Профессиональные мотивы в системе смысловой регуляции жизненного пути личности взаимодействуют со смыслом жизни как «мотивы-стимулы» (А.Н. Леонтьев). Сооб-
разно этому внутреннему соотношению в объективном плане профессиональная деятельность входит в структуру жизнедеятельности в качестве одного из основных «жиз-недействий». Фактически, профессиональный труд расценивается и используется личностью в качестве удобного «средства» для построения жизненного пути, подходящего способа «сделать свою жизнь». Этот вид жизненного смысла профессиональной деятельности сопоставим с таким типом значимого отношения, как «увлечение профессией», по Л.Г. Перетятько [7, с. 17]. В нем присутствует переживание позитивной значимости, но отсутствует максимальная вовлеченность, поглощенность личности профессией.
3. Негативный жизненный смысл профессиональной деятельности. В данном случае работа по профессии объективно препятствует осуществлению человеком смысла его жизни. В структуре жизнедеятельности она занимает место преграды, которая блокирует и осложняет реализацию личностью избранного пути в жизни. Направленность мотивов профессионального труда, как правило, противоречит смыслу жизни, в силу чего в процессе смысловой регуляции жизненного пути они выступают как «мотивы-помехи» (В.К. Вилюнас). Другими словами, профессиональная деятельность не только не приближает, но и отдаляет личность от смысла жизни. Эта разновидность жизненного смысла профессиональной деятельности сопрягается с «разочарованием в профессии» -типом значимого отношения, при котором, по мысли Л.Г. Перетятько, «нарастает негативная значимость профессии, уменьшается ее влияние на человека, привязанность к ней» [7, с. 17].
4. Конфликтный жизненный смысл профессиональной деятельности. Здесь профессиональная трудовая деятельность одновременно помогает практическому воплощению одних, но мешает реализации других ценностей, входящих в структуру смысла жизни. Данный вид смыслового отношения личности к профессии ранее не описывался, что, по-видимому, обусловлено непринятием во внимание сложносоставного, системного строения смысла жизни. В реальности смысл жизни как динамическая смысловая система объемлет не одну, а, как правило, несколько смысложизненных цен-
ностей, которые придают профессиональной деятельности различные жизненные смыслы. Это означает, что индивидуальная жизнедеятельность является полимотивированной, а каждая включенная в ее структуру частная деятельность - полиосмысленной формой личностной активности. Множественность и амбивалентность жизненного смысла профессиональной деятельности является скорее нормой, чем исключением, и из этого совсем не следует, что личность обречена на переживание внутреннего смыслового конфликта. В роли субъекта жизни она прилагает специальные усилия к тому, чтобы профессиональная деятельность обеспечивала условия для осуществления одних смысложизненных ценностей, но в то же время не противодействовала реализации других. Личность четко разводит реализацию этих ценностей в пространстве и времени жизненного пути, не позволяя профессиональной деятельности «вклиниваться» в те ситуации жизни, которые отведены для воплощения «инородных» ей ценностей. Для актуализации конфликтного смысла профессии необходимо столкновение личности с особой жизненной ситуацией, которая поляризует отношения между различными составляющими смысла жизни.
В динамической структуре смысла жизни, таким образом, могут мирно уживаться потенциально противоречивые ценности, в свете которых профессиональная деятельность может получить конфликтный жизненный смысл. Предотвращение и нейтрализация смысловых конфликтов достигаются личностью путем разнесения несовместимых ценностей по разным жизненным ситуациям и по различным видам деятельности, входящим в структуру ее индивидуальной жизнедеятельности.
Наряду с описанными выше видами жизненного смысла профессии, следует предусмотреть еще один вариант ее соотношения с целостной жизнедеятельностью личности. В этом варианте труд по профессии не имеет никакого жизненного смысла, поскольку его собственные мотивы содержательно не пересекаются со смыслом жизни и реализуются человеком обособленно от генеральной линии жизнедеятельности. В данной ситуации можно говорить об отчуждении человека от профессионального труда,
но не в том экономико-производственном смысле, в котором оно привычно обсуждается в марксистской философии и психологии, а в экзистенциальном смысле. В этом смысле проблема отчуждения затрагивается в работах зарубежных экзистенциальных психологов - Э. Фромма, В. Франкла, С. Мадди, А. Лэнгле, а из пока что малочисленных отечественных исследований можно сослаться на диссертационную работу Е.Н. Осина [15]. Экзистенциальный характер отчуждения означает, что личность переживает свою профессиональную деятельность как бессмысленное и бесперспективное в масштабе жизни занятие, которое выполняется только лишь в силу социальной обязанности, а не по личному побуждению и убеждению. В подобных условиях «работа может восприниматься лишь как необходимость заработать деньги, то есть получить необходимые средства для настоящей жизни» [4, с. 234]. Даже полностью «выкладываясь» в профессиональной деятельности, человек чувствует, что «как ни выдыхайся на работе, вдохновляться нечем» [16].
Обессмысливание профессиональной деятельности в масштабе биографии влечет за собой стагнацию и может причисляться к драматическим кризисам личностного развития человека как субъекта профессии и жизни. Объективно оттягивая на себя «львиную долю» жизненных ресурсов, трудовая деятельность никак не продвигает личность по жизненному пути. Естественно, что со временем безразличие к профессиональной деятельности перерастает в резко отрицательное отношение к ней со стороны личности. Эта трансформация удачно «схвачена» в исследовании Л.Г. Перетятько, где отчуждение раскрывается не столько как индифферентность профессии для личности, сколько как ее активное неприятие и отрицание по смыслу. «Отчуждение профессии, - подчеркивает она, - тип значимого отношения, который может быть описан формулой «Она чужая». Профессия настолько далека, что никогда не сможет ни привязать, ни увлечь личность, ни стать ее призванием. Личность отрицает эту профессию, рассуждая приблизительно следующим образом: «Любая другая профессия, только не эта» [7, с. 18]. В силу того, что экзистенциальное отчуждение от профессии провоцирует возникновение профессиональ-
ных и биографических кризисов, оно представляет острую психологическую проблему, приобретающую все большее теоретическое и прикладное значение.
Таким образом, в какой бы профессии не был занят взрослый человек, помимо исполнения своих непосредственно трудовых функций он в той или иной мере решает проблему поиска и реализации смысла жизни. В этом проявляется его субъектная активность, причем не столько в качестве субъекта профессии, сколько субъекта жизни.
1. Карпинский К.В. Человек как субъект жизни. Гродно, 2002.
2. Столин В.В. Самосознание личности. М., 1983. С. 99.
3. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975. С. 188.
4. Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990.
5. Чудновский В.Э. Становление личности и проблема смысла жизни. М., 2006. С. 226.
6. Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. М., 1999. С. 250.
7. Перетятько Л.Г. Профессиональное призвание личности (психолого-биографический аспект): автореф. дис. ... канд. психол. наук. М., 1991. С. 17-18.
8. Максимова Т.В. Смысл жизни и индивидуальный стиль педагогической деятельности // Мир психологии. 2001. № 2. С. 117-118.
9. Кальвиньо М. Роль мотивации в актуализации
системы значений: автореф. дис. . канд.
психол. наук. М., 1981. С. 19.
10. Анцыферова Л.И. Развитие личности специалиста как субъекта своей профессиональной жизни // Психологические исследования проблемы формирования личности профессионала. М., 1991. С. 30.
11. Завалишина Д.Н. Профессиональная деятельность как смысл жизни // Психолого-педаго-гические и философские аспекты проблемы смысла жизни. М., 1997. С. 72.
12. Фонарев А.Р. Профессиональная деятельность как смысл жизни и акме профессионала // Мир психологии. 2001. № 2. С. 104.
13. Обуховский К. Психология влечений человека. М., 1971. С. 197.
14. Теплов Б.М. Избранные труды: в 2 т. М., 1985. Т. 1. С. 308.
15. Осин Е.Н. Смыслоутрата как переживание отчуждения: структура и диагностика: авто-реф. дис. . канд. психол. наук. М., 2008.
16. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. М., Поступила в редакцию 20.04.2010 г.
1998. С. 506.
UDC 159/923/3
MEANING OF LIFE AND LIFE SENSE OF A PROFESSION
Konstantin Victorovich Karpinsky, Grodno State University named after Yanka Kupala, Grodno, Belorussia, Candidate of Psychology, Associate Professor, Head of Experimental and Applied Psychology Department, e-mail: karpkostia@tut.by
In article the correlation of professional labor activity with person’s being is analyzed which is understood as a special kind of activity of the mature person induced by the meaning of life and directed on designing of an individual life way. The position of that the professional activity can differently be related to practical realization of meaning of life and get various statuses in structure of being of the person is put forward and is proved. Depending on character of a correlation of professional work with meaning of life four kinds of life sense of profession are allocated: trade as a meaning of life, positive, negative and conflict life sense of profession.
Key words: meaning of life; life sense of profession; professional activity.
УДК 15+373.6/.9
ВЕКТОРНОСТЬ АКМЕОЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ СПЕЦИАЛИСТА В ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ СФЕРЕ: ТРЕХМЕРНОЕ БАЗИСНОЕ ПРОСТРАНСТВО ©Лариса Васильевна Абдалина
Воронежский филиал Российского государственного социального университета, г. Воронеж, Россия, доктор психологических наук, доцент, профессор кафедры социологии, психологии и теории социальной работы, e-mail: ablava@list.ru © Оксана Петровна Малютина Воронежский экономико-правовой институт, г. Воронеж, Россия, кандидат физико-математических наук, доцент кафедры психологии и естественнонаучных дисциплин, e-mail: maloxdub@land.ru
В статье на основе ведущих положений системного, акмеологического и других подходов обоснованно представлена модель трехмерного базисного векторного акмепространства, указывающая направления и ограничения достижений человека в профессии.
Ключевые слова: акмеология; акме-вектор; акмепространство; проекция вектора.
Прогресс общества обусловливается профессиональной компетентностью и профессиональной зрелостью его членов -взрослого населения, способного через собственное акме: профессиональное, личностное, индивидуальное - обеспечить его (общества) многогранное акме. Акмеология, как наука об изучении закономерностей достижения вершин в индивидуальном, личностном, профессиональном развитии, принципиально не отождествляет взрослость и зрелость личности, насыщая последнюю следующей характеристикой: зрелость личности - это более масштабная категория, подразумевающая преимущественное развитие морально-нравственных качеств, гуманистической направ-
ленности личности, нормативности поведения и отношений как обеспечивающих эффективность акме-развития. Акмеологию, как науку, отличает фундаментальность, гуманистическая направленность, интегратив-ность и прикладная ориентация [1]. Интегрируя данные естественных, общественных, гуманитарных и технических областей научного знания, акмеология, по мнению А.А. Деркача, целеустремленно и последовательно выявляет феноменологию, закономерности и механизмы становления человека на ступенях ранней, средней и поздней взрослости как индивида (сложнейшего живого организма), как личности (в этом случае, прежде всего, имеются в виду усвоенные человеком отно-