Научная статья на тему 'Слово и дело: бизнес-коммуникация в подготовке филолога-русиста'

Слово и дело: бизнес-коммуникация в подготовке филолога-русиста Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
286
53
Поделиться
Ключевые слова
ДЕЛОВАЯ КОММУНИКАЦИЯ / КОММУНИКАТИВНАЯ КОМПЕТЕНЦИЯ / КОММУНИКАТИВНЫЕ ЗАДАЧИ / МОДЕЛИ РЕЧЕВОГО ПОВЕДЕНИЯ / МЕЖКУЛЬТУРНАЯ КОММУНИКАЦИИ / ПОДГОТОВКА / BUSINESS COMMUNICATION / COMMUNICATIVE TASK / COMMUNICATIVE COMPETENCE / MODELS OF VERBAL BEHAVIOR / INTERCULTURAL COMMUNICATION / TRAINING

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Хватов Сергей Александрович

Профессиональная подготовка филолога-русиста базируется на коммуникативной компетенции, позволяющей решать коммуникативные задачи широкого спектра. В настоящее время сегмент речевой действительности, связанный с экономической и коммерческой деятельностью, приобретает особое значение. Деловой язык выходит за рамки профессиональной коммуникации и становится важным элементом коммуникации массовой. Формирование основных моделей речевого поведения в рамках деловой коммуникации позволяет говорить о филологической коммуникативной компетенции широкого спектра, включающей в себя и «деловую составляющую», что обеспечивает в большой степени успех и в коммуникации межкультурной.

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Хватов Сергей Александрович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Word and Deed: Business Communication in Training of

Professional training of specialist in Russian philology is based on communicative competence, which allows solving the variety of communicative tasks. Currently the segment of verbal reality connected with the business and economic activities is growing in importance. Business language exceeds the frameworks of professional communications and becomes an important element of mass communication. Formation of the basic models of verbal behavior in the frameworks of business communication allows us to speak about philological communicative competence of wide range, including both the «business component», which provides the success in intercultural communication.

Текст научной работы на тему «Слово и дело: бизнес-коммуникация в подготовке филолога-русиста»

УДК 81'243: 81'33: 81'372. 881: 811. 161. 1

С. А. Хватов

Слово и дело: бизнес-коммуникация в подготовке филолога-русиста

Профессиональная подготовка филолога-русиста базируется на коммуникативной компетенции, позволяющей решать коммуникативные задачи широкого спектра. В настоящее время сегмент речевой действительности, связанный с экономической и коммерческой деятельностью, приобретает особое значение. Деловой язык выходит за рамки профессиональной коммуникации и становится важным элементом коммуникации массовой. Формирование основных моделей речевого поведения в рамках деловой коммуникации позволяет говорить о филологической коммуникативной компетенции широкого спектра, включающей в себя и «деловую составляющую», что обеспечивает в большой степени успех и в коммуникации межкультурной.

Ключевые слова: деловая коммуникация, коммуникативная компетенция, коммуникативные задачи, модели речевого поведения, межкультурная коммуникации, подготовка

Sergey A. Khvatov Word and Deed:

Business Communication in Training of а Specialist in Russian Philology

Professional training of specialist in Russian philology is based on communicative competence, which allows solving the variety of communicative tasks. Currently the segment of verbal reality connected with the business and economic activities is growing in importance. Business language exceeds the frameworks of professional communications and becomes an important element of mass communication. Formation of the basic models of verbal behavior in the frameworks of business communication allows us to speak about philological communicative competence of wide range, including both the «business component», which provides the success in intercultural communication.

Keywords: business communication, communicative task, communicative competence, models of verbal behavior, intercultural communication, training

Люди слова - празднолюбцы. Люди дела - деловые.

Теперь время Дела <...> Господство экономистов.

М. И. Пришвин

Рассматривая роль и место деловой коммуникации в профессиональной подготовке филолога, можно сказать, что ее значение определяется соотношением в современном коммуникативном пространстве условно выделяемых понятий «бизнеса» и «логоса», символизирующих «деловое» и «филологическое» начало. Проблему эту можно представить в онтологическом аспекте, и тогда «логос» выступает в своем гераклитовском значении «как закон бытия, субстанциального мирового

смысла», как «смысловая упорядоченность бытия и сознания; как противоположность всему безотчетному и бессловесному, безответному и безответственному, бессмысленному и бесформенному в мире и человеке». В этом плане соотношение «логоса» и «бизнеса» может рассматриваться, прежде всего, в контексте отчетливо наблюдаемого в наше время процесса глобализации. Понятие «глобализация» прочно вошло в современный ментальный лексикон, и чаще всего понимание этого явления, бесспорно относящегося к релевантным характеристикам эпохи, сводится к признаку общности, приведению социума к единому наднациональному стандарту, прежде всего, в экономических отношениях производства и потребления. При всей бесспорности этого факта и при всем многообразии его проявлений за этим стоит, на наш взгляд, единый механизм - глобальное «ворынковление», выражающееся. прежде всего, в том, что законы рынка начинают приобретать глобально-универсальный характер и значение, область их регулирования необратимо расширяется на те области, где еще совсем недавно действовали иные правила.

В конечном счете все это приводит к созданию нового, глобального формата бытия, в котором формула «товар - деньги - товар» занимает центральное место. А это значит, что и деловая коммуникация во многом перестает быть коммуникацией узко профессиональной, границы ее размываются, деловая коммуникация все более становится коммуникацией массовой, образцы которой активно тиражируются СМИ, формируя своеобразный коммуникативно-информационный фон, создавая представление о ее культурно-мировоззренческой значимости. Более того, некоторые философы считают, что глобализация есть порождение прежде всего языковое и является попыткой реализации мифа о возможном построении всеобщего общества, и как любой миф выражается прежде всего через гераклитовский «логос». Так, И. С. Ревяков пишет: «Будучи процессом прежде всего социальным, а не физическим, глобализация предстает по отношению к физической реальности как явление неестественное и метафизическое, становясь своего рода философским понятием в определенном социуме, а, следовательно, глобализация становится понятием не просто философии, но философии социальной, общественной, то есть «коллективной философией», которая формируется именно языком. Значит, глобализация есть порождение языка и есть явление прежде всего языковое» [5].

Проблема эта может быть рассмотрена и в плане коммуникативном, а точнее лингвометодическом, и в этом случае интерес представляет не онтологический ее аспект, а прагматический, напрямую соотносящийся с профессиональной подготовкой студентов-филологов, имеющих дело с «логосом» в его практическом, коммуникативном понимании, «логосом» как инструментом, позволяющим изучать человеческую культуру через текст, что и является сущностью филологии.

В настоящее время язык, использовавшийся ранее для целей исключительно специальных - торгово-коммерческих, деловых или экономических, - выходит за пределы профессионального общения, получая «узуальную прописку» в коммуни-

кации массовой, в текстах, представляющих «коммуникативный лик» нашей эпохи. А это приводит к тому, что мы становимся свидетелями активного формирования, наряду с классической нормой русского литературного языка, «второй» нормы, зарождающейся в «домене» средств массовой коммуникации. Утверждение такого нового режима-формата, который принято называть глобалистским, непременно должно привести к определенной «перезагрузке» (как формальной, так и содержательной) процесса преподавания русского языка как иностранного, отвечающей коммуникативным вызовам нашего времени.

Одним из таких вызовов является активное формирование достаточно нового для русского языка сегмента коммуникативного пространства, связанного с системой социальных отношений, получившей условное название «бизнес», которая включает в себя коммуникацию рыночную, потребительскую, коммерческую. Вызов этот имеет направленность как теоретическую (осмысление и описание данного лингвокогнитивного аспекта коммуникации), так и дидактико-практическую (формирование коммуникативной компетенции, стратегий и тактик дискурса «делового взаимодействия»). Рассматривая главную цель обучения иностранному языку как обучение межкультурному общению, следует заметить, что необходимый для этого уровень коммуникативной компетенции в наше время вряд ли может быть достигнут без учета ее «деловой составляющей». И дело здесь не только (и не столько) в прагматической полезности отдельных навыков и умений. Вопрос скорее в том, что «деловая коммуникация» в настоящее время все больше приобретает черты коммуникации массовой, которая, по словам В. Г. Костомарова, «становится стержнем языкового существования современного общества» [2, с. 54].

Можно отметить наличие мощного центростремительного вектора в развитии этого сегмента коммуникативной действительности, свидетельствующего об универсализационном процессе, центром в котором выступает универсальная англоязычная модель. Однако мы достаточно редко имеем дело с законченным, логически завершенным результатом такого процесса, примером которого могут послужить, в частности, международные стандарты финансовой отчетности МСФО (IFRS) или свод международных базисных условий поставки ИНКОТЕРМС (INCOTERMS). Безусловно, центростремительными процессами охвачены и живые языки, «работающие» в данном коммуникативном пространстве. Однако в этом случае глобализация состоит, скорее, не в повсеместном использовании в коммуникации универсальной модели, обеспеченной универсальным языковым кодом (что, впрочем, тоже имеет место - достаточно вспомнить роль в этом английского языка), а в выработке инвариантных национальных языковых моделей на основе модели универсальной.

В этом контексте сегмент речевой действительности, связанный с коммуникацией товарно-рыночной (коммерческой, деловой), для филолога приобретает особое значение, тем более что ее роль в коммуникации межкультурной до недавнего

еще времени явно недооценивалась, а в филологическом рассмотрении практически не учитывалась. Это имело свои последствия не только в малочисленности теоретических исследований, но и в определенных коммуникативных пробелах в формировании языковой личности.

Следствием всего этого является постоянно растущий интерес к иноязычной речевой коммуникации в сфере бизнеса, что определяет профессиональный интерес филолога к «деловой словесности» во всем ее многообразии и делает задачу формирования речевых навыков и умений в этой области весьма актуальной. Следует отметить, что речь, конечно, идет о постижении лишь основ коммуникативного поведения и, прежде всего, в областях деловой жизни, имеющих понятийную прозрачность и социальную значимость. Тем не менее, имеет место и определенная «профессионализация», которая сводится к освоению понятийного аппарата коммерческой деятельности, к освоению речевых стратегий и тактик, позволяющих решать коммуникативные задачи в рамках делового общения. Таким образом, в нашем случае следует говорить о формировании не профессиональной коммуникативной бизнес-компетенции, а скорее «деловой составляющей» межкультурной коммуникативной компетенции или своего рода «бизнес-филологической» компетенции. Можно сказать, что формирование такой «бизнес-филологической» компетенции предполагает решение двух органически взаимосвязанных задач, которые, следуя В. Г. Костомарову, можно обозначить как освоение стилистического начала делового общения, т. е. ресурсов языка, его структуры, позволяющих осуществлять речевую деятельность в данном коммуникативном сегменте, и начала стилевого, которое кроется в структуре порождаемых или воспринимаемых в этом случае текстов. Что касается первой задачи, то она традиционно решается в рамках функциональной стилистики, в частности спецкурса «Особенности официально-делового стиля современного русского языка», освоение которого позволяет студенту идентифицировать и индивидуализировать определенные тексты. Вторая же задача сводится к формированию моделей речевого поведения при деловом общении и предполагает, прежде всего, освоение «конвенциональной природы» этого типа коммуникации [1, с. 34], т. е. активное усвоение используемых в нем норм, стереотипов, ритуалов, определяющих «конвенциональное поведение» коммуникантов, направленное на достижение коммуникативной цели, решение коммуникативных задач. Как отмечает В. Г. Костомаров, стилевые явления «отражают коммуникативную сущность текстов» и во многом зависят от меняющейся структуры коммуникативных потребностей общества, которые, «отражая сходные внеязыковые импульсы в нынешних исторических условиях глобализации и активных международных контактов, принадлежат цивилизации и представляются даже интернациональными, если вообще не универсальными» [3, с. 225].

Безусловно, Homo loquens - человек говорящий - выступает в наше время в качестве наиболее яркого представителя Homo sapiens, реализующего и дока-

зывающего при помощи коммуникативных навыков и умений свою разумность. «Бизнес - это умение разговаривать с людьми». Эта истина, высказанная еще в XIX веке, наполняется реальным содержанием в повседневной практике деловой жизни, тесная зависимость удачи профессиональной от удачи коммуникативной не подлежит сомнению, в то время как коммуникативная неудача, то есть неосуществление или неполное осуществление коммуникативного намерения говорящего, равно как и грубое нарушение коммуникативной нормы, всегда ставит под сомнение успех коммерческого предприятия. Нельзя, однако, забывать о том, что Homo loquens немыслим без Homo audiens - человека слушающего, тем более что по подсчетам специалистов в современном обществе люди отводят на аудирование 45 % времени, тогда как на говорение - 30 %, на чтение - 16 % и на выражение мыслей в письменной форме - всего 9 %. Таким образом, среднестатистическая языковая личность слушает в полтора раза больше, чем говорит, в два с половиной раза больше, чем читает. и, оказывается, в пять раз реже «заостряет перо», чем «на-востряет уши». Методическое осознание такого положения вещей прочно вошло в теорию и практику преподавания иностранных языков и послужило основой целого ряда методов (аудиолингвальный, аудиовизуальный), сформировало основы современной методики [4, с. 200].

Выступая как комплекс психофизиологических процессов, аудирование представляет собой, по определению Л. С. Выготского, «сложное динамическое целое, в котором отношение между мыслью и словом обнаружилось как движение через ряд внутренних планов, как переход одного плана к другому» [4, с. 201]. Таким образом, цель аудирования (как рецептивного вида речевой деятельности) состоит в понимании, т. е. в переходе от текста (звучащего) к отвечающему ему образу, адекватному исходному, и / или воссоздание чужой заданной мысли [4, с. 209].

Коммуникативная методика, выделяя аудирование как самостоятельный вид речевой деятельности и отводя ему почетное место, строится, однако, на взаимосвязи обучения речевым навыкам и умениям всех типов, ибо не мыслим человек говорящий без слушающего, равно как и пишущий без читающего, и наоборот. Тем не менее, вряд ли кто из методистов и преподавателей-практиков возьмется оспаривать необходимость формирования навыков и умений в каждом отдельно взятом виде речевой деятельности, естественно, не абсолютизируя эту «отдельность».

Пока у нас нет оснований полагать, что деловой человек (предприниматель, бизнесмен, коммерсант) принципиально отличается своими коммун и кати вны-ми привычками и пристрастиями от других членов общества. Поэтому обучение общению на иностранном языке в деловой коммуникативной сфере, естественно, включает в качестве неотъемлемого и существенного компонента обучение аудированию. И поскольку объектом нашего внимания выступает не просто «человек слушающий», а «бизнесмен слушающий», то обратимся к следующим вопросам: что он слушает на иностранном языке (в нашем случае на русском), для чего он это де-

лает, с каким успехом он это делает и как привести его к такому успеху, т. е. как научить, слушая - слышать, а значит, понимать.

Говоря об аудировании в рамках деловой коммуникации («бизнес-аудировании»), следует отметить, что данный вид речевой деятельности, являясь бесспорно актуальным и важным, обладает свой спецификой. При рассмотрении его в соотнесенности с другими видами речевой деятельности обращает на себя внимание тесная взаимосвязь не только с говорением (сказал - услышал), но и письмом (услышал - записал, услышал - написал) и чтением {услышал - (заинтересовался) -прочитал}.

Рассматривая восприятие речи на слух в деловой коммуникации, можно вычленить ряд ситуативно-прагматических оппозиций, учет которых может оказаться полезным в обучении этому виду речевой деятельности. Так, аудирование может быть дистантным или контактным, неперсонифицированным (коллективным) -персонифицированным, подразумевающим непосредственную речевую реакцию - не подразумевающим таковой.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Итак, что же слушает иностранец на русском языке в рамках деловой коммуникации? Постараемся представить примерную типологию звучащих «бизнес-текстов» в том ее объеме, который описан программой сертификационного международного экзамена «Русский язык в деловом общении. Бизнес и коммерция».

1. Реклама (рекламное объявление, рекламно-информационное сообщение). Тексты этого типа обычно невелики по объему (до 100 лексических единиц), обладают высокой степенью информативности; второстепенная информация сведена практически до нуля. Их характеризует специфический набор лексико-грамматических средств, высокая концентрация имен собственных, числительных, аббревиатур, названий различного рода организаций, что является наиболее затруднительным при восприятии. Характерным является для рекламы и четкость прагматической установки, и зачастую ускоренный темп речи, и различного рода звуковые эффекты. Восприятие данного типа текстов может быть отнесено к аудированию дистантному, неперсонифицированному, непосредственная речевая реакция может быть выражена в письменном виде.

2. Информационное радио сообщение или «бизнес-хроника». Главное коммуникативное отличие от рекламы - отсутствие четко выраженной прагматической установки на поведенческую или речевую реакцию (цель - принять к сведению). Представляет собой текст большего, чем реклама, объема (до 250-300 слов), относится к информационному жанру. Информационная насыщенность менее высока, чем в рекламе, второстепенная информация может составлять до 15 %, т. е. можно в определенной степени говорить об «ознакомительном аудировании». По типу восприятия может быть отнесено к аудированию дистантному, неперсонифицированному, реакция (факультативная) - фиксация основной информации в письменном виде.

3. Телефонный разговор. Форма общения - диалогическая. На экзамене аудитору приходится выступать в качестве третьего участника, прослушивая первых двух, что, разумеется, противоестественно и может быть оправдано лишь с дидактической точки зрения. В отличие от первых двух типов текстов, телефонный разговор представляет собой общение персонифицированное, дистантное, подразумевающее непосредственную речевую реакцию. Тематика телефонных разговоров охватывает следующие ситуации: а) запрос и получение информации, б) передача информации, в) назначение встречи и пр. Объем слушаемого разговора - от 5 до 10 реплик.

Таковы типы аудиотекстов, предлагаемых в экзаменационном блоке по аудированию. Сам блок представляет каждый из названных типов и включает 5-8 рекламных объявлений, 3-4 телефонных разговора, 1-2 бизнес-хроники. Задания к звучащим текстам предлагаются трех типов и могут быть сформулированы следующим образом:

- прослушать текст и выбрать из предложенных утверждений правильное,

- прослушать текст и вписать в таблицу пропущенную информацию,

- прослушать текст и кратко записать основную информацию по заданной схеме.

Наряду с вышеназванными типами тестовых заданий, контроль степени сфор-мированности навыков аудирования проверяется и в рамках теста по говорению, прежде всего, в следующих ситуациях: запрос / предоставление услуги, деловая беседа, деловые переговоры. Случаи звучащего текста такого типа представляют собой аудирование контактное, при котором восприятие облегчается благодаря использованию паравербальных средств: жестикуляции, мимики, наблюдаемой зрительно артикуляции и пр. На экзамене навыки ауирования такого типа не выносятся в специальные задания соответствующего теста, а контролируются имплицитно в рамках теста по говорению.

Учебная презентация «бизнес-текстов» на экзамене проводится однократно посредством озвучивания магнитофонной записи. Однократность представления обусловлена моделированием реальной коммуникативной ситуации, в которой отличительной чертой устной речи выступает необратимость во времени.

Для обучения пониманию деловой речи на слух используются различные типы упражнений, ориентированных на активизацию и совершенствование психофизиологических механизмов аудирования. К ним можно отнести и механизм внутреннего проговаривания, и механизм сличения поступающих сигналов с эталонами, хранящимися в нашей памяти, и механизм сличения - узнавания, и механизм вероятностного прогнозирования, и, в качестве интегрального, механизм логического понимания.

Таким образом, можно сказать, что освоение стилистических особенностей деловой словесности и стилевых особенностей деловой коммуникации позволяет

сформировать у студентов-филологов необходимые в этой сфере коммуникативные навыки и умения. И если эта задача решается успешно, можно говорить о коммуникативной филологической компетенции широкого спектра, включающей в себя и «деловую составляющую», что обеспечивает в большой степени успех в коммуникации межкультурной. Учет понимаемого таким образом «делового начала» в подготовке современного студента-филолога активно способствует формированию и развитию «начала филологического», т. е. обретению «логоса» в понимании П. А. Флоренского, который рассматривал его как «цельное и органическое знание, характеризующееся равновесием ума и сердца, анализа и интуиции».

Литература

1. Колтунова, М. В. Конвенциональная природа сценария на примере жанра коммерческих переговоров / М. В. Колтунова // Русский язык за рубежом. - 2004. - № 2. - С. 34-39.

2. Костомаров, В. Г. Описание явлений стилистики методом вектора / В. Г. Костомаров // Сборник памяти профессора В. И. Максимова. - Санкт-Петербург, 2005. - С. 15-20.

3. Костомаров, В. Г. Наш язык в действии. Очерки современной русской стилистики / В. Г. Костомаров. - Москва: Гардарики, 2005. - 287 с.: ил.

4. Методика преподавания русского языка как иностранного / [О. Д. Митрофанова, В. Г. Костомаров]. - Москва: Русский язык, 1990. - 268 с.

5. Ревяков, И. С. Миф, язык и глобализация [Электронный ресурс] / И. С. Ревяков. -Электрон. дан. - [Б. м., 20-]. - Режим доступа: http: // www. rusnauka. com. - Загл. с экрана.