ское положение кызыльского и качинского диалектов хакасского языка. Как показали результаты, уровень владения хакасским языком у носителей качинского диалекта по сравнению с данными 2013 года в среднем понизился на 30%, у носителей кызыльского диалекта - на 40%; резко снизилось функционирование хакасского языка у носителей кызыльского диалекта. На вопрос «Почему Вы
Библиографический список
не общаетесь на хакасском языке» мы получали ответ «Не с кем». В молодых семьях хакасский язык практически не используется как язык общения. За весь период экспедиции во всех населенных пунктах Ширинского и Орджоникидзев-ского районах нам удалось выявить только семь семей, где разговаривают на хакасском языке.
1. Патачакова Д.Ф. О роли диалектов в формировании национальных особенностей хакасского языка. Хакасская диалектология. 1992:14 - 18.
2. Карпов В.Г Прошлое, настоящее и будущее хакасского языка. Абакан: Хакасское книжное издательство, 2008.
3. Кызласов А.С. Каскаракова З.Е., Белоглазов П.Е. О современном состоянии качинского диалекта хакасского языка. Мир науки, культуры, образования. 2014; № 6: 335 - 337.
4. Кызласов А.С., Каскаракова З.Е. О языковой ситуации в кызыльском диалекте хакасского языка. Мир науки, культуры, образования. 2013; № 6: 369 - 370. References
1. Patachakova D.F. O roli dialektov v formirovanii nacional'nyh osobennostej hakasskogo yazyka. Hakasskaya dialektologiya. 1992:14 - 18.
2. Karpov V.G. Proshloe, nastoyaschee i buduschee hakasskogo yazyka. Abakan: Hakasskoe knizhnoe izdatel'stvo, 2008.
3. Kyzlasov A.S. Kaskarakova Z.E., Beloglazov P.E. O sovremennom sostoyanii kachinskogo dialekta hakasskogo yazyka. Mirnauki, kultury, obrazovaniya. 2014; № 6: 335 - 337.
4. Kyzlasov A.S., Kaskarakova Z.E. O yazykovoj situacii v kyzyl'skom dialekte hakasskogo yazyka. Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya. 2013; № 6: 369 - 370.
Статья поступила в редакцию 10.03.20
УДК 81
Vlasova E.A., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Orenburg State Pedagogical University (Orenburg, Russia), E-mail: vkvlasovy@yandex.ru
THE SYMBOLISM OF THE RED COLOUR (BY THE MATERIAL OF THE ENGLISH LANGUAGE). The article is dedicated to the symbolic expression of the red
color designation in the British and American English. Color is associated with the perception of the surrounding world, is used in all areas of human life, being studied from different points of view, medicine, advertising, science, etc., and, nevertheless, against the background of existing results, there are many opportunities for the study of color in linguistics. Being one of the strongest factors affecting the psycho-emotional state of people and having the ability to create associations, color can symbolize concepts and things. Therefore, it has a special significance in the formation of symbolic representations. The article deals with the symbolic expression of the color. It reveals the ways of identifying symbolic meanings of the red color, among which the main ones are allonyms and semantic indicators. The conclusion is made about the exclusiveness of national cultures united by one language, in which the same colors, with all the symbolic similarity, can acquire different symbols.
Key words: Symbol, red colour, semantic indicators, allonyms, fantasy.
Е.А. Власова, канд. филол. наук, доц., Оренбургский государственный педагогический университет, г. Оренбург, E-mail: vkvlasovy@yandex.ru
СИМВОЛИКА КРАСНОГО ЦВЕТА (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА)
Статья посвящена символическому выражению цветообозначения red в британском и американском вариантах английского языка. Цвет связан с восприятием окружающего мира, используется во всех областях жизнедеятельности человека, подвергаясь изучению с различных точек зрения в медицине, рекламе, науке и т.д., тем не менее на фоне уже имеющихся результатов существует много возможностей для исследования цвета в лингвистике. Являясь одним из сильнейших факторов, воздействующих на психо-эмоциональное состояние людей и обладая способностью создания ассоциаций, цвет может символизировать понятия и вещи. Поэтому ему принадлежит особое значение в формировании символических представлений. В данной работе цвет рассматривается в его символическом выражении. Статья раскрывает способы выявления символических значений цветообозначения red, среди которых основными являются аллонимы и семантические индикаторы. Делается вывод об исключительности национальных культур, объединенных одним языком, в которых одни и те же цвета при всей символической схожести могут обретать разную символику.
Ключевые слова: символ, красный цвет, семантические индикаторы, аллонимы, фантастика.
Цвет, носящий универсальный характер, является одним из основных концептов культуры. Он окружает нас повсюду и, как следствие, является общеупотребительным и частотным. Часто именно цвет определяет психическое, физическое и эмоциональное самочувствие человека, его восприятие окружающего мира. Нет такой области знаний и деятельности человека, где бы не использовался цвет, поэтому материал по изучению цвета огромен. Ученые всех областей занимались и продолжают заниматься исследованиями, связанными с цветоо-бозначениями, - физики, психологи, этнологи, историки и т.д. В языковедении исследования, которые бы носили именно больше лингвистический характер, появились сравнительно недавно. Но именно в языке цвет проявляет все свое разнообразие и богатство, являясь отражением восприятия цветового мира человеком.
Как известно, в природе существуют только световые волны, которые, попадая в глаза человека, преломляются и превращаются в цвет. Индивидуальность человека дает индивидуальные особенности восприятия цвета, что делает его больше психическим явлением. В результате воздействия на психику и эмоции человека цвет порождает различные ассоциации, которые могут символизировать абстрактные понятия и предметы. Поэтому цвет играет особую роль в формировании цветовых символов, которые находятся в зависимости от индивидуальной, групповой и коллективной ментальностей, прослеживают связь с народным мировидением, определенным историческим временным отрезком, отражают национально-культурные особенности явлений действительности. Безусловно, все эти особенности цветовых символов отражаются в таких пластах лексики, как фразеологизмы, пословицы, поговорки и т.п. Но наиболее яркое свое воплощение они находят на страницах художественного произведения. Все это делает данное исследование
цветообозначений с точки зрения реализации их символического потенциала актуальным.
Научная новизна заключается в выборе материала (рассматриваются произведения авторов двух разных культур, связанных одним языком), а также в методике исследования (посредством аллонимов и семантических индикаторов). Несмотря на то, что даже если две культуры объединяет один общий язык, они никогда не будут совпадать полностью в силу того факта, что каждая культура содержит в своем составе не только интернациональные элементы, но и национальные. Поэтому мы не можем рассматривать язык в отрыве от быта, истории, географии, традиций, уклада жизни того или иного народа. Сравнение на этом фоне проявления языковых особенностей в двух вариантах английского языка (британского и американского) и, как следствие, двух ментальностей, является интересным и актуальным.
Целью исследования является рассмотрение функционирования цвето-обозначения red с точки зрения его символической нагрузки в произведениях английских и американских авторов-фантастов. Фантастика является очень популярным направлением среди читателей, кроме того, данный вид литературного направления способствует неограниченному полету творчества и воображения писателя. Все это определило наш выбор вида литературы. Поставленной задачей исследования является нахождение способов обнаружения символических значений цветообозначения red в британском и американском вариантах английского языка.
Материалом исследования послужили 400 прилагательных, реализующих определенную символику (190 у английских писателей и 210 у американских), что составляет примерно половину от всех случаев употребления цветообозначения red. Этот факт говорит о том, что и американские, и английские писатели исполь-
зуют наименования цвета не просто в качестве описательной функции, но и для выражения более глубокого символического смысла, с целью придания высказыванию большей выразительности и передачи определенного посыла.
Хорошо известно, что символ включает в себя два значения - прямое и переносное, или абстрактное. При этом ни одно из этих значений не превалирует над другим. Символ многогранен, обладает образностью, многозначностью, универсальностью, сложностью содержания. Но для нашей работы в первую очередь важен тот факт, что символы способны кодировать культуру нации, передавать ее понимание мира. Наличие общей окружающей действительности на контрасте с индивидуальными историческими, географическими, бытовыми особенностями развития нации привело к тому, что символ объединил в себе общечеловеческое, интернациональное и индивидуальное, глубоко национальное. Символы не статичны, они меняются со временем, утрачивая или приобретая новые значения; какие-то значения продолжают сохраняться. Но, так или иначе, каждая эпоха и историческое развитие нации способствуют зарождению новых символов.
В представленном исследовании символ рассматривается именно в связи языка и культуры как способ социокультурного кодирования информации. Также следует отметить, что символическое значение слова может возникать в конкретном тексте одного или нескольких авторов, а может привноситься в текст непосредственно из культуры. При этом часто именно в литературе можно заметить изменяемость символа, когда он с определенной частотностью употребляется для передачи нового символического значения, еще не вошедшего в словари символов.
Как и большинство цветов, красный цвет имеет двойственную символику и в британской, и в американской культурах. Символизируя любовь, вожделение, красоту, радость и величие, красный цвет может обозначать войну, агрессию, злобу и опасность. Все это ярко проявляется в бритицизмах и американизмах, а также в устойчивых сочетаниях, употребляемых в обоих вариантах английского языка: red day - счастливый, праздничный день; the red carpet treatment - прием важного посетителя или гостя со всеми почестями; red as a cherry/rose - здоровый, румяный; red light - красный свет - сигнал опасности; a red herring -информация,которая вводит в заблуждение; to see red - прийти в ярость; red-blooded (амер.) - активный, энергичный; to be in the red (брит.) - иметь финансовые проблемы, задолжать.
Определение символических значений указанного наименования цвета происходило посредством выявления в связанном с ним контексте определенных индикаторов, несущих подтверждающее значение той или иной символики.
Таким образом, в ходе исследования была обнаружена реализация следующих символических значений цветообозначения red в произведениях английских и американских авторов:
Английские авторы: «Агрессия, опасность», «Любовь, страсть», «Радость, праздник», «Отличие в обществе, величие», «Красота, элегантность», «Злоба», «Смерть, страдание».
Американские авторы: «Агрессия, опасность», «Любовь, страсть», «Отличие в обществе, величие», «Красота, элегантность», «Злоба», «Смерть, страдание».
Рассмотрим несколько отрывков в качестве образца способа обнаружения символики цветообозначения:
(1) "All right, but I warn yeh... we'll send up green sparks, right... if anyone gets in trouble, send up red sparks, an' we'll all come an' find yeh—so, be careful... "Hagrid! Look! Red spark, the others are in trouble!" [1].
В данном отрывке цветообозначение red реализует символическое значение "опасность" посредством таких семантических индикаторов, как get in trouble (попасть в беду), to warn (предупредить, предостеречь), be careful (быть осторожным). Под семантическим индикатором понимается уточняющее слово или словосочетание, которое проясняет смысл многозначного слова, реализуемого в данном контексте благодаря наличию общего семантического признака. Исследование также показало, что символика определенного цветообозначения может выявляться другими наименованиями цвета, находящимися с ним в одном контексте. При этом они могут иметь аналогичную символику либо противоположную, контрастируя с символикой рассматриваемого цветообозначения, тем самым подтверждая ее. И в данном отрывке как раз представлен пример этого, когда отрицательная символика красного цвета прослеживается на противопоставлении положительной символики цветообозначения green - «открытый путь, разрешение» (по контексту зеленая ракета выстреливается при положительном окончании поисков) [2, с. 108].
(2) «Then Lyra took one of those little red fruits. With a fast-beating heart, she turned to him and said,"Will..."
And she lifted the fruit gently to his mouth...
... they were brimming with happiness...
...and I wanted to tell you the same and now I know what I must have felt all the time: I love you, Will..."
The word love set his nerves ablaze. All his body thrilled with it, and he answered her in the same words, kissing her hot face over and over again, drinking in with adoration the scent of her body and her warm, honey-fragrant hair and her sweet, moist mouth that tasted of the little red fruit» [3, с. 416 - 417].
В произведении речь идет о юной девушке по имени Лира, которая скрывается от церковнослужителей, стремящихся убить ее, т.к. в соответствии с пророчеством должен был наступить конец света, если эта девушка влюбится и вступит в сексуальные отношения с юношей. На протяжении книги рассказывается о взрослении героев и развитии их чувств. И кульминационный момент наступает в представленном отрывке, где Лира подносит сочный красный фрукт ко рту Уилла, и они поддаются порыву нахлынувших на них чувств. ЦО red реализует здесь символику «Любовь, страсть» через семантические индикаторы like (нравится), love (любить), kissing (целуя), a hot face (пылающее лицо), gently (нежно), a fast-beating heart (бешено бьющееся сердце), happiness (счастье), adoration (обожание), his body thrilled (он весь затрепетал), и аллоним ablaze (возбужденный). Аллонимами - это слова, совпадающие с рассматриваемым словом по части речи, которые находятся в одном контексте с ним и способствуют раскрытию его значения посредством общей семантической схожести. Помимо этого, символика ЦО red выявляется через интертекстуальную отсылку на сюжет грехопадения Адама и Евы, что имплицитно подтверждается контекстом (she lifted the fruit to his mouth (она поднесла фрукт к его рту).
(3) « Breasts like earthworks. A huge pillar of a neck overtopped by a pasty white moon of a face, in which blinked eyes so large and so dark that they seemed to be bottomless tarns... The arms that held the hymnal were slabs... He felt a sudden red lust and eagerness for her that made him feel shaky...» [4, c. 26].
В данном отрывке описывается женщина, которую стрелок увидел у церкви. Символика ЦО red в значении «страсть» выявляется в данном отрывке посредством семантических индикаторов lust (вожделение, страсть), eagerness (пыл, тяга). Имплицитным подтверждением является гипертрофирование форм тех частей тела женщины, которые обычно вызывают сексуальное влечение со стороны мужчин, даже тогда, когда они не склонны рассматривать женщину как сексуальный объект (Breasts like earthworks (груди, как земляные насыпи), eyes so large (огромные глаза), the arms were slabs (руки походили на два горбыля)).
(4) «All round the clearing of the Wargs fire was leaping. But the wolf-guards did not leave the trees. Maddened and angry they were leaping and howling round the trunks, and cursing the dwarves in their horrible language, with their tongues hanging out, and their eyes shining as red and fierce as the flames» [5].
Отрицательная символика красного цвета «Злоба» выявляется через аллонимы maddened (обезумевший), angry (злой), fierce (разъяренный), а также семантические индикаторы cursing (проклиная) и the wolf (волк), т.к. одной из символик волка является зло, жестокость, коварство [6].
После выявления символических значений цветообозначения red были выделены все аллонимы и семантические индикаторы, способствующие их определению, и приведены к одному общему семантическому понятию-множителю.
Так, pleasant, lovely, gorgeous, delightful, pretty, glory, charm были сведены к общему понятию beauty на основании перекрестных толкований.
Pleasant - enjoyable or beautiful in a way that makes you feel pleased;
Lovely - very attractive, beautiful;
Gorgeous - very beautiful;
Delightful - very pleasant or beautiful;
Pretty - beautiful or good-looking in a fairly ordinary way with a nice face;
Glory - great beauty;
Charm - the quality of being pleasant, beautiful or attractive.
Таким образом, было обнаружено, что у английских авторов выделенные символики реализуются следующими семантическими множителями:
«Агрессия, опасность» - threat, fear, light, death; «Любовь, страсть» - love, pleasant, beauty; «Радость, праздник» - entertainment, pleasant; «Красота» -beauty, light; «Злоба» - anger; «Смерть, страдание» - death, pain, unpleasant; «Отличие в обществе, величие» - religion, magnificence, beauty, supernatural.
У американских авторов - это:
«Агрессия, опасность» - threat, fear, pain, death; «Любовь, страсть» -eagerness, pleasant, beauty; «Красота» - beauty, magnificence; «Злоба» - anger; «Смерть, страдание» - death, pain, threat; «Отличие в обществе, величие» -entertainment, beauty.
Также было установлено, что и у английских и у американских авторов в одном контексте довольно часто встречаются несколько различных цветообозна-чений, которые помогают раскрывать символику исследуемого цвета. При этом у англичан цветообозначения white, green, gold (golden) встречаются в контекстах как с положительной, так и отрицательной символикой, в то время как у американцев это происходит, в основном, только с цветом yellow.
Проведенное исследование показало реализацию цветообозначением red разноплановой символики - положительной и отрицательной. Следует отметить, что у авторов обеих культур, английской и американской, доминирует отрицательная символика в значении «война, агрессия, опасность». Символическое значение «радость, праздник» были обнаружены только у английских авторов, что является подтверждением того, что, несмотря на общность языка, национальная культура всегда самобытна и уникальна. Что касается остальных символических значений, то в ходе исследования было установлено, что все они реализуются примерно в равном объеме у американских и английских писателей. Основными способами определения символических значений цветообозначений являются аллонимы и семантические индикаторы. Наличие других наименований цвета в одном контексте, а также различных стилистических приемов служит
вспомогательным средством для выявления символики рассматриваемого цветообозначения. Данный подход к исследованию лексико-семантического пласта языка вносит вклад в последующее развитие лингвокультурологии и страноведения, а также когнитивной лингвистики в целом. Практическая же значимость ра-
Библиографический список
боты определяется допустимостью использования заданного подхода к изучению лексики в рамках контекста. Перспективы дальнейшего исследования видятся в рассмотрении символического потенциала цветонаименований конкретных авторов, а также литературных жанров.
1. Rowling J. Harry Potter and the Sorcerer's Stone. Available at: http://artefact.lib.ru/library/books/rowling/1_Harry_Potter_and_the_Sorcerer's_Stone.rar
2. Тресиддер Дж. Словарь символов. Москва: ФАИР-ПРЕСС, 1999.
3. Pullman P. The Amber Spyglass. New York: Dell Laurel-Leaf Books, 2003.
4. King St. The Gunslinger. Available at: http://artefact.lib.ru/library/books/king/The_Gunslinger.zip
5. Tolkien J.R.R. Hobbit. Available at: http://artefact.lib.ru/library/books/tolkien/The_Hobbit.rar
6. Соловьева М. Символика волка. Available at: https://www.bez-granic.ru/index.php/sim/602-symbolysm-of-wolf.html
References
1. Rowling J. Harry Potter and the Sorcerer's Stone. Available at: 'http://artefact.lib.ru/library/books/rowling/1_Harry_Potter_and_the_Sorcerers_Stone.rar
2. Tresidder Dzh. Slovar'simvolov. Moskva: FAIR-PRESS, 1999.
3. Pullman P. The Amber Spyglass. New York: Dell Laurel-Leaf Books, 2003.
4. King St. The Gunslinger. Available at: http://artefact.lib.ru/library/books/king/The_Gunslinger.zip
5. Tolkien J.R.R. Hobbit. Available at: http://artefact.lib.ru/library/books/tolkien/The_Hobbit.rar
6. Solov'eva M. Simvolika volka. Available at: https://www.bez-granic.ru/index.php/sim/602-symbolysm-of-wolf.html
Статья поступила в редакцию 09.03.20
УДК 821
Davletukaeva K.D., senior teacher, Chechen State Pedagogical University (Grozny, Russia) E-mail: kamila.dauletukaeva@mail.ru
SPECIFICS OF THE GENRE, METHOD AND STRUCTURE OF THE POEM "SISTER OF THE SEVEN KNIGHTS" BY M. MAMAKAEV. The article examines the main trends in the development of the lyre-epic genre of the poem in the newly written professional literatures of the North Caucasus of the second third of the twentieth century based on the material of Chechen literature and, specifically, the poem "Sister of the seven knights" by M.A. Mamakaev. The author characterizes the degree of study of the problem in scientific literature and the scientific novelty of this work, problems and challenges of the time in professional national literatures of the 1930s. The aim of the analysis of correlation between realistic and romantic tendencies in his early poems, caused by the need for the identification of ethnic cultural code, to clarify priorities nationality traditional folk character in a revolutionary modernization of the spiritual sphere of life of the individual and society, the actualization and transformation of signs search for updated values and ideals, the ratio in this process of tradition and innovation. As a result of the conducted research, the author concludes that the main attitudes and searches of Mahomet Mamakayev are important in ideological, artistic and aesthetic terms for developing promising principles and directions for the development of national literature.
Key words: Chechen literature of twentieth century, lyre-epic genres, poem, ethnic, folklore, author, new written literature.
КД. Даулетукаева, ст. преп., Чеченский государственный педагогический университет, г. Грозный, E-mail: kamila.dauletukaeva@mail.ru
СПЕЦИФИКА ЖАНРА, МЕТОДА И СТРУКТУРЫ ПОЭМЫ М. МАМАКАЕВА «СЕСТРА СЕМИ ВИТЯЗЕЙ»
В статье рассматриваются основные тенденции развития лиро-эпического жанра поэмы в новописьменных профессиональных литературах Северного Кавказа второй трети ХХ века на материале чеченской литературы, а именно, поэмы М.А. Мамакаева «Сестра семи витязей», характеризуется степень изученности проблемы в научной литературе и научная новизна данной работы, оценивается концептуальные идеологические, духовно-нравственные, эстетические причины доминирования поэтических жанров в фольклорной устной поэзии и особенности адаптации этих форм к запросам, задачам и вызовам своего времени в профессиональных национальных литературах 1930-годов. Ставится цель анализа соотношения реалистических и романтических тенденций в ранних поэмах М.А. Мамакаева, вызванных потребностью идентификации этнического культурного кода, уточнения приоритетов традиционного национального, народного характера в условиях революционной модернизации духовной сферы жизни личности и социума, актуализации и трансформации признаков поиска обновленных ценностей и идеалов, соотношения в этом процессе традиций и новаторства. В результате проведенного исследования делается заключение о важности основных установок и исканий Магомета Мамакаева в идеологическом и художественно-эстетическом плане для выработки перспективных принципов и направлений развития национальной литературы.
Ключевые слова: чеченская литература ХХ века, лиро-эпические жанры, поэма, этнос, фольклор, автор, новописьменная литература.
Вопросы теории и истории лиро-эпических жанров в фольклоре и литературах Северного Кавказа на протяжении последних десятилетий освещались в диссертационных исследованиях Очировой В.У. (Москва, 1990), Алакаевой Л.Н. (Майкоп, 1997), Казиевой А.М. (Карачаевск, 1998), Узденовой Ф.Т. (Нальчик, 1999); Баталовой Ф.К. (Майкоп, 2003); Бутаевой А.М. (Махачкала, 2003); Пхешховой З.М. (Карачаевск, 2004); Хунаговой Б.Д. (Майкоп, 2004). При этом вне большого исследовательского поля оставались особенности жанра поэмы в литературе вайнахов - чеченцев и ингушей, хотя фольклорное лиро-эпическое наследие этих народов изучено достаточно обстоятельно в трудах Мальсагова З.К. (Владикавказ, 1933), Танкиева А.Х. (Элиста, 1978), Мунаева И.Б. (Москва, 1981), Х. Туркаева, Т. Джамбековой, О. Джамбекова и других. Непосредственно отдельные аспекты наследия выдающегося чеченского поэта, прозаика, ученого, одного из основоположников национальной профессиональной литературы Магомета Мамакаева (1910 - 1973) освещены в работах Чентиевой М. (1964, 1967), Туркаева X. (1965, 1978, 1983, 2006), Мусаева Х.М. (1985), Джамбекова О.А. (2002), Исмаиловой М.В. (2007). Вместе с тем жанр поэмы в его творчестве рассмотрен учеными крайне бегло.
Исходя из этого, научная новизна данной работы состоит в характеристике жанровой и эволюционной природы и исторического опыта чеченской поэмы ХХ века на материале творчества Магомета Мамакаева. Впервые в научный оборот вводятся произведения, находившиеся вне внимания ученых, но представ-
ляющие значимость в аспекте чеченской литературы ХХ века, разработки ряда теоретических вопросов и особенностей творческой индивидуальности автора в жанре поэмы.
В ряду ранних произведений М. Мамакаева наиболее глубокой установкой на связь с исторической, духовной и поэтической традицией отличается его поэма «Сестра семи витязей» (1932). «В поэмах «Любовь Непсы» («Непсин без-ам», в русском переводе - «Сестра семи витязей»), «Кровавые горы» («Ц1ий хуьйдина лаьмнаш»), «Песнь бессмертных» («Майрачийн илли»), созданных в 1920-х годах, опираясь на устно-поэтические традиции народа, состоялось становление философской и эстетической системы Магомета Мамакаева» [1, с. 379]. Начинающий поэт, но к этому времени уже получивший образование в Коммунистическом университете трудящихся Востока имени И.В. Сталина и на Высших литературных курсах в Москве, в этот период уже работал секретарем Урус-Мартановского окружкома ВКП(б), заместителем редактора газеты «Грозненский рабочий», в 1931 - 1934 гг. - в Чеченском обкоме ВКП(б), в 1930 -1934 гг совмещал партийную работу с должностью директора Чеченского НИИ языка, литературы и истории.
Поэтому несколько неожиданным для молодого Магомета Мамакаева, тогда политического функционера, выглядит обращение в художественном творчестве не к злободневным проблемам современности либо освещению революционных тенденций предшествовавшего периода, а интерес к несколько условной