DOI: 10.29141/2658-5081-2023-24-4-2 EDN: ZXMDFZ JEL classification: B52, O31, О32
В. В. Вольчик Южный федеральный университет, г. Ростов-на-Дону, РФ Е. В. Фурса Южный федеральный университет, г. Ростов-на-Дону, РФ
Российская инновационная система: нарративы и экономическая политика
Аннотация. Сравнение рекомендаций, следующих из теоретического экономического моделирования национальной инновационной системы с предложениями, основанными на анализе нарративов акторов российской инновационной системы (РИС), может служить базисом для разработки стратегии в области регулирования инновационного развития. Статья направлена на разработку рекомендаций для реализации государственной инновационной политики. Методологической базой исследования является нарративная экономика в сочетании с элементами оригинального институционализма. Используются качественные методы нарративного анализа. Информационную базу составляют нарративы акторов РИС, содержащиеся в рейтинговых и специализированных российских СМИ, и интернет-ресурсах, а также 27 глубинных интервью, отобранных методом построения экспертной сетевой выборки. Результаты исследования показали, что акторы РИС отмечают значимую роль государства в развитии инновационной деятельности, указывая при этом на такие проблемы, как непоследовательность действий правительства, нестабильность инновационной политики, отсутствие эффективных механизмов, способствующих увеличению финансирования инновационных проектов и др. Особую важность при реализации экономической политики респонденты придают включенности бизнеса в инновационную деятельность, расширению его экономической свободы, созданию и развитию предпринимательской инициативы. Результаты исследования позволяют идентифицировать важнейшие факторы и способы повышения активности в национальной инновационной системе.
Ключевые слова: российская инновационная система; экономическая политика; нарративная экономика; инновации; институциональная экономика; предпринимательская инициатива
Благодарности: Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 21-18-00562 «Развитие российской инновационной системы в контексте нарративной экономики» (https://rscf.ru/project/21-18-00562/) в Южном федеральном университете. Для цитирования: Volchik V. V., Fursa E. V. (2023). Russian innovation system: Narratives and economic policy. Journal of New Economy, vol. 24, no. 4, pp. 22-40. DOI: 10.29141/26585081-2023-24-4-2. EDN: ZXMDFZ.
Информация о статье: поступила 11 августа 2023 г.; доработана 2 сентября 2023 г.; одобрена 25 сентября 2023 г.
Vyacheslav V. Volchik Southern Federal University, Rostov-on-Don, Russia Elena V. Fursa Southern Federal University, Rostov-on-Don, Russia
Russian innovation system: Narratives and economic policy
Abstract. Comparing recommendations coming from the theoretical research on economic modeling of the national innovation system with suggestions based on the narrative analysis of actors from the Russian innovation system (RIS) may help design a strategy for the regulation of innovative development. The study aims to produce recommendations for the state innovation policy by examining actors' perceptions. Narrative economics combined with elements of original institutionalism constitutes the methodological basis of the research. The paper uses qualitative methods of narrative analysis. The evidence base is narratives of the RIS actors contained in rating and specialised Russian media and Internet resources, as well as in 27 in-depth interviews, selected during the online expert sampling. According to the study's findings, the RIS actors note a significant role of the state in the development of innovation in the narratives, but at the same time point to such problems as inconsistency of government actions, instability of innovation policy, lack of effective mechanisms for increasing financing of innovation projects. Respondents attach particular importance to business involvement in innovation, creation and promotion of entrepreneurial initiative, expansion of economic freedom. The results of the study allow identifying the most critical factors in and methods for boosting activity in the national innovation system.
Keywords: Russian innovation system; economic policy; narrative economics; innovation; institutional economics; entrepreneurial initiative.
Acknowledgments: The research is funded by the grant of the Russian Science Foundation (RNF) no. 21-18-00562 "Developing the national innovation system in Russia in the context of narrative economics" (https://rscf.ru/en/project/21-18-00562/) at the Southern Federal University. For citation: Volchik V. V., Fursa E. V. (2023). Russian innovation system: Narratives and economic policy. Journal of New Economy, vol. 24, no. 4, pp. 22-40. DOI: 10.29141/2658-50812023-24-4-2. EDN: ZXMDFZ.
Article info: received August 11, 2023; received in revised form September 2, 2023; accepted September 25, 2023
Введение
Несмотря на то, что нарративная экономика за более чем пять лет с момента возникновения как научное направление еще не сформировала единых теоретических рамок, она уже довольно успешно включена в исследования разнообразных сфер экономической деятельности [Akerlof, Snower, 2016]. Нарративная экономика может служить важным инструментом для получения информации об институциональной структуре инновационной деятельности, так как изучение национальных инновационных систем, прежде всего, связано с исследованием институтов, способствующим созданию и внедрению инноваций [Nelson, Rosenberg, 1993; Metcalfe, 1995; Lundvall, 2010; Eliaz, Spiegler, 2020]. Кроме того, использование качественных методов нарративной экономики позволяет нивелировать проблемы, с которыми сталкиваются исследователи при моделировании
национальных инновационных систем [Nasierowski, Arcelus, 2003; Fagerberg, Srholec, 2008; Wilson, Vellinga, 2022].
Традиционно исследования инноваций фокусировались на развитии технологий и их роли в повышении эффективности производства. Однако в последние десятилетия проблематика инноваций и инновационных систем расширяет область распространения и тематику релевантных исследовательских вопросов. Все больше появляется работ о социальных, экологических или стратегических инновациях [Someren, Someren-Wang, 2017; Joly, 2021].
Целью исследования является формирование перечня рекомендаций по регулированию инновационного развития через анализ восприятия акторами государственной инновационной политики.
Для решения цели поставлены следующие задачи:
- рассмотреть влияние нарративов на экономическую политику;
- реализовать три этапа сбора и анализа нарративов о РИС;
- проанализировать нарративы акторов, идентифицировать факторы и способы активизации инновационной деятельности.
Экономическая политика в области инноваций связана с институциональными изменениями. Анализ мер экономической политики также должен учитывать, как трактуют и понимают проводимые реформы основные акторы национальной инновационной системы. Следовательно, нарративы являются важным источником информации как об институтах, так и об отношении акторов к проводимым реформам. Более того, через нарра-тивы можно показать, как распространяются идеи о том, какое инновационное развитие необходимо для страны.
Через распространение нарративов в обществе передаются идеи, которые впоследствии становятся правилами и поведенческими паттернами при осуществлении инновационной деятельности и при разработке мер по ее регулированию.
Идеи в экономических исследованиях не всегда получают должное внимание, заметно уступая по значимости, например, экономическим интересам [Тамбовцев, 2019b]. Однако в современных экономических исследованиях наметилась тенденция к повышению значимости идей при анализе экономической политики и хозяйственного развития. Идеи и связанная с ними экономическая политика могут негативно влиять на экономические показатели и благосостояние общества, если они не соответствуют всеохватывающим интересам [Olson, 1995], а выражают интересы элит, которые получают возможность извлекать ренту от осуществления тех или иных мер регулирования [Родрик, 2015].
Рыночная идеология значительно повлияла на политику в области инноваций и на сами инновационные процессы на предприятиях. В начале рыночных реформ наблюдался феномен инноваций без инвестиций, когда стратегические и организационные инновации превалировали над физическими технологическими нововведениями [Па-керманов, Рудаков, Одлис, 2012]. Государственная и инновационная политика в таких условиях сконцентрирована на компенсации провалов рынка и дисфункций инновационной системы. Однако современные подходы к анализу национальных инновационных систем рассматривают государственную политику в плане создания драйверов и устранения барьеров для инновационного развития экономики [Голиченко и др., 2016, с. 8].
Относительно идеологической поддержки инноваций существуют точки зрения, связанные с формированием мотивации к инновациям у акторов РИС: «Сегодня в обществе в целом отсутствует идеологическая поддержка инноваций - научная, инженерная и предпринимательская деятельность не считается престижной. С другой стороны,
многие люди, все же выбравшие для себя научную стезю, считают себя чистыми учеными и полагают, что внедрение научных достижений - не их задача» [Аврин, 2016, с. 87].
Идеология инновационного развития в политической науке рассматривается через призму противопоставления западной и восточной моделей инновационного развития, а также выделения третьей евразийской модели [Селезнев, 2014]. Такой подход, обладая определенной эвристической силой, страдает от излишних обобщений, которые не способствуют объяснению современных тенденций инновационного развития в разных хозяйственных порядках.
Идеология инновационного развития имеет значение, прежде всего, потому что она связана (в явном или неявном виде) с разработкой и продвижением мер экономической политики. Однако замыслы реформаторов могут не в полной мере пониматься и приниматься акторами национальной инновационной системы. В обществе могут циркулировать не только прогрессивные нарративы, правильно отражающие происходящие процессы, но также и «ложные» [Вольчик, Маслюкова, 2021]. Опровергнуть ложные нарративы по словам Р. Шиллера очень сложно. Для этого необходимо не только создать истинные нарративы, но и нарративы, очевидные и понятные широким слоям населения [Shiller, 2019b, pp. 88-103].
В работе через анализ нарративов проводится гипотетическая реконструкция мер государственной политики в сфере инноваций, которые акторы считают наиболее действенными как в положительном, так и отрицательном ключе.
Нарративы - это лишь один из источников информации об институтах и социальных контекстах в исследуемой сфере российских инноваций, однако, именно анализ нарра-тивов дает возможность выделить релевантные идеи и институты, проследить их связь с проводимой экономической политикой.
Инновационный нарратив в контексте проведения экономической политики
В современной экономической науке все больше внимания уделяется влиянию наррати-вов на экономическую политику. Такое влияние может осуществляться непосредственно через формирование влиятельных протонарративов, которые связаны с разработкой и продвижением тех или иных мер регулирования, либо опосредованно через оправдание неизбежности проводимых тех или иных «непопулярных» мер экономической политики. Например, Р. Шиллер анализирует распространение влиятельного протонаррати-ва, связанного с кривой Лаффера [Shiller, 2019b, pp. 42-47].
Однако создание нарративов может быть отражением реализации функций надзорного капитализма в плане манипулирования общественным мнением или извлечением доходов и ренты. Такие процессы в современном мире осуществляются с крупными корпорациями, например, Google. Распространение фейковых новостей стало важным фактором политической борьбы, но через искаженные сигналы возникают дополнительные частные и социальные издержки [Зубофф, 2022, с. 654]. Развитие цифровой экономики, технологий сбора и использования больших данных создает значительные дополнительные риски формирования монополий, которые через манипулирование и искажение информации смогут получать дополнительные выгоды и преимущества. Важную роль здесь могут сыграть представители социальных наук с точки зрения исследования механизмов формирования, распространения и влияния нарративов на политику и поведение. К тому же большое значение имеет идентификация влиятельных нарративов и установление связей между их распространением и проведением той или иной экономической политики. Безусловно, роль нарративов в их влиянии на экономическое поведение и политику ограничена и, прежде всего, эти ограничения связаны с реализацией
экономических интересов [Тамбовцев, 2019a; Тамбовцев 2019b], а также возможностями и издержками осуществления коллективных действий [Olson, 1965; 1995].
Распространение в общественном дискурсе как на национальном, так и международном уровне нарративов об инновациях, может оказывать влияние на инновационную деятельность отраслей и конкретных фирм. Например, нарративы о «зеленой экономике» и уменьшении выбросов углекислого газа связаны с реакцией проектных и строительных фирм. Таким образом нарративы оказывают влияние на промышленные стратегии в отношении инноваций [Sergeeva, Winch, 2020].
Инновационный нарратив, который распространен в академическом сообществе и общественном дискурсе, оказывает значимое влияние на выработку мер экономической политики. Базовым нарративом является идея о том, что инновации являются драйвером экономического роста. В современном мире новые нарративы об инновациях расширяют концепцию инноваций за рамки технологий, что определяет значимость в плане инновационной деятельности культурных и институциональных изменений [Strand et al., 2018].
Разнообразные общественные дебаты создают и способствуют распространению на-рративов, которые также связаны с мерами регулирования, например, в сфере ограничения влияния авиации на экологию [Lai et al., 2022].
В модели четверной спирали инновационного развития экономики четвертым элементом выступает гражданское общество или СМИ. В современном мире проведение инновационной политики накладывает на государство роль своеобразного промоутера инновационных нарративов как инструментов управления, чтобы влиять на направление изменений и акцентировать внимание на важности перемен в тех или иных сферах деятельности, связанных с новыми технологиями [Borras, Edler, 2020].
Также инновационная политика связана с дизайном и разработкой новых рынков, которые имеют отношение к науке и технологиям. В этом контексте нарративы отражают существующие институты и социальные связи в плане возможностей, границ и аргументации в пользу создания новых рынков [Boon, Edler, Robinson, 2022].
Проведение инновационной политики должно основываться на надежных и подлежащих проверке данных. Однако при использовании данных об инновационной активности необходимо учитывать национальные контексты, которые определяют временные и институциональные особенности создания и внедрения инноваций. Важной проблемой является наличие каналов передачи данных и знаний об инновациях от академических исследований до разработчиков экономической политики [Dosso, Martin, Moncada-Paterno-Castello, 2018, p. 145]. Решения этой проблемы сложны и неоднозначны. Они лежат в плоскости создания специальных аналитических отчетов, что также требует внимания к анализу распространения исследовательских протонарративов. Исследовательские протонарративы, например, связанные с экологической повесткой, усиленные общественно значимыми нарративами, могут оказывать значительное влияние на выбор политики в сфере технологий и инноваций.
В зависимости от доминирующих нарративов при проведении соответствующей инновационной политики могут поощряться разные режимы инноваций, например, централизованные или распределенные [Joly, Rip, Callon, 2010, p. 22-23]. В сложных системах, где часты случаи возрастающей отдачи, необходимо проведение политики, направленной на сохранение как организационного разнообразия, так и по способам финансирования, для избежания возникновения эффекта блокировки (lock in) [Arthur, 1989].
Эмпирические исследования академического дискурса в области инноваций и его влияния на проведение политики показывают, что официальные нормативные акты
и различные документы в незначительной степени концептуально связаны, что отражает недостаточную силу убеждения академических исследований для политиков, а также бюрократическими процессами, препятствующими восприятию новых знаний и исследований об инновационной деятельности [Bagattolli, Brandäo, 2019].
В ходе работы проведено три этапа сбора и анализа нарративов о РИС.
На первом этапе сделан акцент на широте распространения нарративов в ведущих СМИ и интернет-источниках.
На втором этапе на основе выявленных шести ключевых проблем РИС проведены глубинные интервью с акторами, представляющими академический сегмент РИС.
На третьем этапе внимание сконцентрировано на наиболее популярных российских СМИ, имеющих научную, технологическую и инновационную специализацию.
В ходе трех этапов выявления и анализа нарративов, можно отметить, что проблематика государственной политики в области инноваций имеет значительное распространение в нарративах акторов РИС. Анализ таких нарративов позволяет выявить, какие меры государственной политики в области инноваций получают наибольший отклик как в СМИ, так и в дискурсах основных акторов.
Анализ нарративов необходимо соотнести с процессами законотворческой деятельности в области инноваций. Нарративы, по сути, представляют «говорение» или рассказ акторов о том, как они понимают регулирование в инновационной сфере и какие меры регулирования они считают эффективными, а какие - нет. Безусловно, высказывания акторов несут субъективную окраску, а также связаны с теми социальными контекстами, в которых они осуществляют свою деятельность. Однако понимание влияния социальных контекстов и институтов на восприятие акторами государственной инновационной политики дает нам инструменты для оценки действенности тех или иных мер регулирования. Акторы, высказывая свои мнения по поводу политики, генерируют идеи, которые можно использовать для осмысления проблем РИС и действенных мер по ее реформированию.
Нарративы связаны не только с проведением экономической политики. На экономическую политику всегда в явной или неявной форме влияет доминирующая в обществе идеология. Например, было показано, что на экономическую политику в области инноваций в сфере возобновляемых источников энергии значимое влияние оказывает партийная идеология и качество институциональной среды в странах ОЭСР [Feng, Zheng, 2022].
Исследования инновационного развития неявно учитывают влияние идеологии в рамках модели четвертой спирали. В модели четверной спирали развитие национальных инновационных систем связывается не только с академией (университетами), государством и бизнесом, но также с дополнительным фактором, который ассоциируется с развитием гражданского общества, СМИ и культурной среды [Carayannis, Campbell, 2012, p. 13].
В экономической теории идеология присутствует, но не всегда способствует ее развитию. Примером может служить развитие экономической теории в СССР, где идеологические ограничения препятствовали ее формированию в соответствии с мировыми тенденциями. Однако переход к рынку и формальная деидеологизация советской экономической науки привели к тому, что одна идеология была заменена другой (пусть чаще всего в неявном виде), а меры экономической политики, основанные на стандартных неоклассических теориях, показали относительно низкую эффективность в ходе проведения «шоковой терапии» без учета исторических и институциональных особенностей российской экономики [Львов, 1999].
Влияние нарративов на экономическую политику в сфере инноваций связано с двумя факторами: формированием общественного мнения о российской инновационной системе, а также тиражированием протонарративов об инновациях и особенностях их внедрения в российских условиях.
Протонарративы как упрощенные экономические модели [Shiller, 2019a] создаются в академической среде и связаны с профессиональной деятельностью ученых-экономистов, а также всевозможных экспертов. Однако модели и теории, что является обыденным фактом для науки, могут со временем заменяться другими теориями, которые в новых условиях более релевантны реальным процессам в инновационной сфере. Несмотря на это, протонарративы могут быть гораздо более «живучими», чем породившие их теории. Более того, проблема иллюзии доступности информации приводит к тому, что в обществе снижается доверие к экспертному знанию и экспертам [Nichols, 2017]. Поэтому, рассматривая нарративы, связанные с экономической политикой в сфере инноваций, необходимо понимать, что часть таких нарративов связана с намеренным или ненамеренным искажением информации и фактов.
Нарративы, так или иначе описывающие экономическую политику в сфере инноваций, чаще всего имплицитно связаны с идеологией, если ее рассматривать как составляющую четвертого элемента в модели четвертой спирали. Под идеологией здесь понимается не традиционное для советского прошлого организованное государственной властью продвижение системы идей, а совокупность объяснительных концептов, о чем писал Д. Норт. В своей работе он дал следующее определение идеологии: «Под идеологией я понимаю субъективное восприятие (модели, теории), которым располагают все люди для того, чтобы объяснять окружающий мир. Будь то на микроуровне индивидуальных взаимоотношений или на макроуровне организованных идеологий, дающих целостное объяснение прошлого и настоящего, таких, как коммунизм или религии, - в любом случае теории, создаваемые отдельными людьми, окрашены нормативными представлениями о том, как должен быть организован мир» [Норт, 1997, c. 41]. То есть, нарративы выполняют роль носителей объяснительных схем (чаще всего упрощенных), позволяющих давать релевантные для акторов объяснения происходящих процессов.
В современном мире, быстро меняющимся в сфере инноваций, появляются новые явления, которые в прошлые десятилетия еще даже не существовали. И меры экономической политики, изучаемые в университете по стандартным учебникам, также должны соотноситься с происходящими изменениями, чтобы оставаться релевантными и действенными в новых условиях. Однако с какими закономерностями и социальными контекстами связаны новые процессы в национальной инновационной системе, не является очевидным и требует глубокого анализа. Одним из направлений такого анализа выступает исследование нарративов об инновациях и инновационной политике.
Важно помнить, что нарративы могут отражать как реальные процессы, так и искаженные через восприятие акторов, которые преследуют свои личные интересы при формировании общественного дискурса.
Другая причина искажений через нарративы понимания происходящих процессов в РИС связана с распространением точек зрения, которые дают журналисты или лица, не являющиеся экспертами в этой сфере. В актуальных социальных науках для описания обыденного знания о современном мире используется специальный термин «фольк-социология» [Boyer, 2018]. Формирование нарративов об инновационных процессах, безусловно, происходит не только в рамках экспертного сообщества. Чаще нарративы создаются именно журналистами или публицистами, которые транслируют как экспертные, так и обыденные точки зрения на природу инновационных процессов.
Влияние нарративов, которые отражают «народное понимание» инновационных процессов, может быть особенно сильным в ситуации, когда наблюдается всеобщий упадок экспертного знания [Nichols, 2017]. Согласно модели четвертой спирали, такое влияние через механизмы гражданского общества и информационные сети воздействует на развитие национальной инновационной системы. Поэтому исследования распространенных нарративов о РИС условно подразделяются на выявление историй, основанных на «народных» представлениях о закономерностях ее развития и, напротив, основанных на экспертном знании.
Влияние нарративов на экономическую политику взаимно. С одной стороны, формирование общественного дискурса связано с политическими процессами, деятельностью партий и законодательными инициативами. А с другой, проводимая экономическая политика в инновационной сфере через реакцию на нее акторов ведет к созданию ими нарративов, в которых отражается их реакция и осмысление происходящих изменений.
В статье анализируются нарративы РИС, основываясь на двух выборках из СМИ и интернет-источников. Также в статье используются нарративы из 27 глубинных интервью, которые были проведены и транскрибированы среди респондентов, представляющих академическую сферу в 6 федеральных округах России [Вольчик, Маслюкова, Пантеева, 2022].
Первая выборка построена на материалах рейтинговых российских СМИ и интернет-источниках. Для отбора источников нарративов использовался рейтинг «Федеральные СМИ: 2020 год»1, созданный компанией «Медиалогия» и размещенный в открытом доступе в интернете. Для определения источников из числа СМИ были использованы рейтинги «Топ-10 самых цитируемых газет - 2020 год» по индексам цитирования в СМИ и «Топ-10 самых цитируемых газет - 2020 год» по гиперссылкам в социальных медиа, итогом объединения результатов этих двух рейтингов стали 11 источников СМИ. Аналогичным образом были определены источники из числа журналов с использованием рейтингов «Топ-10 самых цитируемых журналов - 2020 год» по индексам цитирования в СМИ и «Топ-10 самых цитируемых газет - 2020 год» по гиперссылкам в социальных медиа, итогом объединения стали 16 источников-журналов. Для определения источников из числа интернет-ресурсов были использованы первые 10 мест рейтингов «Топ-30 самых цитируемых Интернет-ресурсов - 2020 год» по индексу цитирования в СМИ и «Топ-30 самых цитируемых Интернет-ресурсов - 2020 год» по гиперссылкам в социальных медиа, итогом объединения стали 16 источников интернет-ресурсов. Итого, на первом этапе отобрано 43 источника информации. Далее по 30 ключевым словам, которые отбирались на основе контент-анализа, был осуществлен поиск в электронной базе данных периодических источников информации «Интегрум». Временной период для поиска нарративов был выбран с 1 января 2010 г. по 1 июля 2021 г. В результате поиска отобрано 33 491 статей (без перепечаток). Далее в ходе анализа отобранных текстов было выявлено 1 149 нарративов, которые используются для качественного анализа.
Вторая выборка строится по принципу поиска нарративов в СМИ, имеющих специализированные разделы о науке, технологиях и инновациях. На этом этапе исследования отбор круга влияющих на социальные процессы источников нарративов, заключался в экспертном выборе СМИ, специализирующихся на инновационной сфере или с отдельным разделом на эту тему. В результате, эмпирической базой для изучения нарративов послужили указанные далее газеты, журналы и интернет-источники, содержащиеся в электронной базе данных периодических источников информации
1 Медиалогия: Федеральные СМИ: 2020 г. https://www.mlg.ru/ratings/media/federal/10165/.
«Интегрум»1: Indicator.ru, N+1, VC.ru, ИА КЕСЫиМ, «Наука в Сибири», «Независимая газета», «Поиск», «Секрет фирмы», «Стимул», «Эксперт», «Элементы».
Временной период для поиска нарративов выбран с 1 января 2010 г. по 20 мая 2022 г. С целью выявления нарративов из базы источников проводился поиск по 30 ключевым словам.
В ходе поиска по базе данных периодических источников информации «Интегрум» всего найдено 16 313, без перепечаток - 11 944 нарратива. В результате качественного анализа нами отобраны 973 новых нарратива по 6 центральным проблемам РИС (см. таблицу).
Центральные проблемы РИС
Key problems of the RIS
№ Область проблем Количество нарративов
1 Государственное управление инновационной деятельностью 287
2 Выбор тематики и направлений исследований 59
3 Спрос на инновации 231
4 Институциональная структура и конкурентная среда для инноваций 272
5 Проблема кадров для исследовательской и инновационной деятельности 62
6 Проблемы, связанные с интеллектуальной собственностью 62
Анализ рекомендаций по реформированию и реализации экономической политики в области инноваций
Рекомендации по проведению экономической политики в области инноваций и их трактовка в общественном дискурсе имеют большое значение. Однако статья не сконцентрирована на исследовании экономической политики. В научной литературе существует много работ, в которых подробно описываются различные национальные инновационные системы и особенности политики в каждой из них [Андрюшкевич, Денисова, 2013].
Роль нарративов заключается в том, что через них в общественном дискурсе транслируется понимание происходящих процессов. Акторы инновационной системы, транслируя такие нарративы, явно или неявно объясняют возможности ее развития и реформирования через призму релевантных для них социальных контекстов. Следовательно, внимание будет обращено на то, как акторы интерпретируют меры инновационной политики и рекомендации по совершенствованию и развитию РИС.
Примером нарративов об экономической политике в области инноваций могут служить высказывания лиц, которые сами непосредственно связаны с наукой, инновациями и государственным регулированием. Например, высказывание помощника президента РФ А. А. Фурсенко: «Темпы изменений настолько возросли, что мы не то, что не успеваем внедрять и использовать инновации, мы не успеваем их осознать. Из-за нарастания неопределенности бизнес перестал делать серьезные вложения в стратегические проекты. Риски ошибиться с направлением финансирования уже не компенсируются перспективами получения сверхприбыли. Пожалуй, это один из самых серьезных вопросов и ограничений для потенциальных инвесторов, и не только для них... В том и особенность инновационной экономики, что институты развития в чисто рыночной логике создаваться не могут, потому что в чисто рыночной логике они решают сегодняшние задачи. Иногда
1 Электронная база данных периодических источников информации «Интегрум». https://www.integrum.ru.
вчерашние. Но не завтрашние. Завтрашние задачи, как правило, решаются не в рыночной логике. Потому что даже создание новых рынков - это не совсем рыночная логика...» [Медовников, 2014].
В приведенном выше нарративе отражена достаточно распространенная логика, что инновационная политика и государственное регулирование должны компенсировать «провалы рынка» или создавать условия и институты, которые позволяют дополнять рыночные механизмы, прежде всего, в плане страхования рисков и создания благоприятной среды для инноваторов.
Респонденты в своих нарративах отмечают значимую роль государства в развитии инновационной деятельности. Инновационная политика реализуется через формирование эффективной нормативно-правовой базы, организацию инновационной инфраструктуры, создание благоприятного налогового режима и инвестиционного климата, финансирование образовательной и научно-исследовательской деятельности, в том числе НИОКР, а также создание конкурентных механизмов финансирования инновационной деятельности.
«Мне кажется, что роль государства сейчас достаточно большая. Вклад государства чувствуется все больше в развитие отрасли. Но распределение временных и финансовых ресурсов происходит не так эффективно, как могло бы. То есть, те ресурсы, которые выделяются, могли бы использоваться более рационально...» (доцент, Таганрог).
«Роль государства чувствуется. Собственно, вот эти все инициативы, я не знаю, откуда они изначально шли, но они потом были реализованы именно на государственном уровне. Все эти рамочные вещи, внутри которых должно всё это работать, вся система должна работать. Государство что-то делает, но возможно, на местах это может разбиваться о формализм выполнения задач, которые ставятся» (доцент, Нижний Новгород).
Но вместе с тем, представители академических и бизнес-сообществ указывают на проблемы при реализации государственной стратегии: непоследовательность действий правительства; нестабильность инновационной политики, которая характеризуется изменениями в условиях и приоритетах получения различных видов поддержки; отсутствие эффективных механизмов, способствующих увеличению финансирования инновационных проектов. Респонденты отмечают: «На самом деле основная проблема в том, что отсутствует мягкая стратегия в реализации инноваций в России и, как следствие, отсутствует возможность ее последовательной внятной реализации, то есть все делается местами, такими очагами» (директор центра, Москва).
«Всей инновационной политике в современной России от силы 15 лет, и значит, она сама еще не вышла из состояния стартапа. С другой стороны, почти все эти годы забота государства о технологическом развитии выглядела как забота Карлсона о персиковом зернышке: выкапывать его каждый день и смотреть, не проросло ли. Новые инициативы в этой области появлялись каждые три года, и многие закончились, успев только начаться. Проекты, мгновенного результата от которых не было, не получали дальнейшей финансовой поддержки. Тем не менее, удалось создать инновационную инфраструктуру, однако в ней не хватает активности бизнеса»1.
В своих нарративах респонденты выделяют такой важный фактор инновационного развития, как включенность бизнеса в инновационную деятельность. Создание и развитие предпринимательской инициативы является одним из фундаментальных условий эффективного функционирования РИС. Благодаря предпринимательской инициативе в экономике создается новое знание, новые продукты, комбинации факторов
1 Ерохина Е. (2019). «Плато разочарования». Чего не хватает российским инновациям // Indicator. https:// indicator.ru/engineering-science/plato-razocharovaniya.htm.
производства, бизнес-технологии и др. [Вольчик, 2022, с. 13]. Ссылаясь на Э. Тоффлера, в информационном обществе, характерном для «Третьей волны» развития общества, предпринимательская активность становится главной движущей силой нововведений, для восприятия которых необходимо постоянное развитие познавательных способностей [Тоффлер, 2003, с. 10].
Поэтому экономическая политика должна включать в себя поддержку российских предпринимателей, которые развивают высокотехнологичные производства. При этом необходимо соблюдать баланс между поддержкой бизнеса и контролем за его деятельностью. Й. Шумпетер в теории экономического развития отмечал, что для становления предпринимательства необходима экономическая свобода и новаторство. Мотивами предпринимательской деятельности являются не только получение прибыли, но и радость творчества, а также воля к победе [Шумпетер, 2008, с. 166]. Респонденты отмечают в нарративах доминирующую роль государства в формировании РИС и важность экономической свободы для предпринимателей: «Мое убеждение, которое сложилось на основе многолетнего опыта изучения инновационного бизнеса, что проблема всей нашей инновационной системы - это недооценка предпринимателя, боязнь дать ему полную свободу. Как сказал известный американский ученый и организатор науки Вэнивар Буш, "дайте людям деньги и свободу, они вам принесут что-то интересное "»1.
«У нас есть проблема слишком "сильного звена", а именно довлеющего влияния государства, его патроната, который нарушает баланс между сторонами, разъединяет их, гипертрофирует взгляд на то, как и что надо делать. Согласно теории "тройной спирали" (взаимодействия государства, науки и бизнеса) государство должно быть равным партнером, а не вершиной треугольника»2.
Кроме того, реализуемая экономическая политика, направленная на развитие инновационной деятельности, в большей степени ориентирована на поддержку крупных компаний, государственных корпораций или маленьких стартапов. Однако эксперты в инновационной сфере отмечают, что «у государственных управляющих нет предпринимательской цели, мотива, таланта»3.
«Ставка на государственных гигантов себя не оправдала, что уже давно публично признают представители власти, а непублично и сами госкомпании. Опыт взращивания стартапов тоже не вселяет оптимизма. Большинство тех из них, что имеют перспективы на глобальный успех, вряд ли останется в России в условиях ограниченного внутреннего рынка, крайне высоких издержек и рисков ведения бизнеса, серьезных проблем с привлечением финансирования и жестким давлением инвесторов, не имеющих шансов на успешные по мировым меркам «выходы» из компаний на российском рынке. Тем более что на старте их в России ничто не держит - упаковать чемоданы десятку разработчиков нетрудно. Оставшиеся пока еще слишком слабы, и на их становление уйдут десятки лет»4.
Транслируя инновационный нарратив, респонденты отмечают важность помощи для среднего высокотехнологичного бизнеса или так называемых быстрорастущих компаний («газелей»). Организация экономического сотрудничества и развития характеризует быстрорастущие компании как «компании, у которых наблюдается средний ежегодный
1 Механик А. (2021). «Роснано»: в поисках прорыва, который так и не состоялся // Эксперт. Ы^://ехрей. ru/expert/2021/49/rosnano-v-poiskakh-proryva-kotoriy-tak-i-ne-sostoyalsya/.
2 Носкова Е. (2013). Эксперт: В РФ существует проблема довлеющего влияния государства // Российская газета. https://rg.ru/2013/05/14/innovazii.html.
3 Механик А. (2021). «Роснано»: в поисках прорыва, который так и не состоялся // Эксперт. https://expert. ru/expert/2021/49/rosnano-v-poiskakh-proryva-kotoriy-tak-i-ne-sostoyalsya/.
4 Симон Г. (2019). Скрытые чемпионы 21 века // Стимул. https://stimul.online/reviews/nezametnye-globalnye-lidery/.
прирост числа сотрудников или оборота более чем на 20 % в течение 3-х лет с численностью сотрудников более 10 человек»1. В настоящий момент этим компаниям в большинстве развитых стран оказывается значительная поддержка, так как они создают до половины новых рабочих мест, способствуют экономическому росту и являются главными инноваторами в национальных экономиках [Медовников, 2022]. Эти компании также обеспечивают техническую модернизацию отдельных секторов экономики и в будущем могут стать локомотивами экспорта, а также крупными эффективными компаниями. А. Ю. Юданов и А. В. Жиганов отмечают, что быстрорастущие компании имеют две важные черты экономического развития - это быстрота роста компании и ее продолжительность во времени [Юданов, Жиганов, 2019, с. 288]. Наличие быстрорастущих компаний в экономике служит индикатором будущих точек роста и состояния секторов экономики.
«Отечественные успешные "середняки", уже имеющие серьезный опыт работы, отлаженный бизнес и востребованные технологии, крепко укорененные в России за счет локализации здесь центров производства и разработок, вполне достойны стать альтернативным направлением приложения усилий государственной инновационной политики. Первый шаг уже сделан - в 2016 году запущен проект "Национальные чемпионы"»2.
Государство уделяет внимание этим компаниям, выделяя их в отдельное направление для финансовой и административной поддержки. Так, с 2016 по 2019 гг. Министерство экономического развития России реализовывало проект «Поддержка частных высокотехнологических компаний-лидеров ("Национальные чемпионы")». По завершению проекта была создана Ассоциация быстрорастущих технологических компаний «Национальные чемпионы». В 2023 г. участниками проектов этой Ассоциации стало 105 компаний, представляющих различные отрасли промышленности3.
Развитие инновационной системы не может осуществляться в отрыве от научных достижений вузов, научно-исследовательских центров, институтов. Респонденты, занимающиеся инновационной деятельностью, отмечают в своих нарративах отсутствие эффективного взаимодействия между фундаментальной наукой и бизнесом. Разные цели, стоящие перед учеными, вузами и бизнес- инноваторами, создают дополнительные трудности при реализации экономической политики.
«Я видела тех исследователей, которые получают гранты, участвовала в федеральной целевой программе по исследованиям и разработкам. Туда приходят специфические люди с потребностями получить деньги на существование университета, делают задачи для сферического коня в вакууме, который там же и умирает, а потом многократно подают ее на следующие гранты. Университеты пропагандируют иностранные компании, сажают у себя кафедры игугла и айбиэмов", а к реальному сотрудничеству с отечественным бизнесом не готовы. Прежде всего - из-за того, что никто не ставит университетам конкретные задачи по развитию технологий»4.
«Если говорить о главной проблеме - это то, что сегодня наука автономна, и бизнес автономен. Это проблема не решается годами. Мне кажется, во-первых, срабатывает эффект колеи или path-dependence, когда еще в советский период наука была заточена под академический сектор, под фундаментальные исследования. А "бизнес " был сам по себе.
1 Розмирович С. (2017). МСП под микроскопом ученых // Стимул. https://stimul.online/articles/analytics/ msp-pod-mikroskopom-uchenykh/.
2 Симон Г. (2019). Скрытые чемпионы 21 века // Стимул. https://stimul.online/reviews/nezametnye-globalnye-lidery/.
3 Национальные чемпионы. Ассоциация. Информационный буклет о деятельности. 20 августа 2023 г. https://www.natchamp.org/about/association/.
4 Ерохина Е. (2019). «Плато разочарования». Чего не хватает российским инновациям // Indicator. https:// indicator.ru/engineering-science/plato-razocharovaniya.htm.
Была прослойка прикладной науки, которой в 90-е просто не стало, а она выполняла роль связки. То есть связующего звена как такового не осталось - некому связывать фундаментальную науку с бизнесом. Во-вторых, влияют условия институциональной среды, связанные с высокими рисками, с низкой защищённостью прав собственности, с высоким уровнем неопределенности внешней и внутренней среды» (старший научный сотрудник, Новосибирск).
Реализуя экономическую политику, государство должно осуществлять стратегию, которая могла бы объединять интересы бизнеса, академического сообщества и государства. Одним из инструментов этого объединения могут стать ключевые показатели эффективности (КР1). В своих нарративах респонденты отмечают, что государство при разработке стратегии инновационного развития может через единые цели, показатели, результаты деятельности объединить предпринимателей и ученых, сделать их отношения взаимовыгодными.
«Нужна единая стратегия для науки и бизнеса. Нужен одинаковый сквозной КР1, одинаковая стратегия и контроль на всех стадиях» (директор центра, Москва).
«Можно сказать, что государство заинтересовано в развитии инноватики. Мы можем видеть, что деньги вкладываются в развитие науки. То есть что-то делается, насколько хорошо это получается - это другой вопрос. Но то, что государство старается и пытается - это факт. То, что у науки с бизнесом разные задачи, разные приоритеты - это очевидно. Бизнесу надо быстро, здесь и сейчас. Бизнес очень подвижен. Наука и исследования все-таки это какой-то долгосрочный период. Очень немногие, ну, во всяком случае, тот бизнес, с которым я сталкивалась, очень мало кто готов вкладываться в науку» (доцент, Таганрог).
Важно понимать, что опыт других стран не может слепо тиражироваться при проведении инновационной политики в России: «Определением приоритетов промышленной, технологической, научной политики занимаются правительства многих развитых стран. Но позаимствовать чужие для своего государства нельзя. Всё: условия жизни, цели, задачи - разное. Например, у США научные приоритеты обычно связаны с торговым балансом, в Германии акцент делается на социальных вызовах, то есть на обеспечении качества жизни населения. В Великобритании предпочитают поддерживать науку, которая дает технологии, серьезно влияющие на развитие не одного, а целого ряда секторов экономики, - в этом случае риск нерационального выбора того или иного приоритета снижается, если позитивные эффекты его реализации проявляются в нескольких отраслях. Нам же надо и то, и другое, и еще многое. С одной стороны, у нас, безусловно, есть серьезные научные компетенции, которые важно развивать, чтобы добиться опережающего развития по тем или иным направлениям. С другой стороны, долго отсутствовали нормальные инструменты стимулирования спроса на инновации, на результаты научных исследований, и возник разрыв между тем, что предлагает российская наука, и тем, что сейчас требуется стране, обществу, бизнесу»1.
«Все-таки Фонд Бортника - это вариации на тему американской 8БШ, РВК, продвинутая Грефом, - это фонд фондов, аналог той же израильской YOZMA. "Сколково", призванная стать инновационной эмблемой второго срока Медведева и опекаемая Сурковым, - это попытка создать в России Кремниевую долину. Все было во многом скопировано, и не всегда с учетом нашей специфики»2.
1 Симачев Ю. (2015). Как составляли повестку. Российский научный фонд объявил конкурс по новым приоритетам // Поиск. http://poisknews.ru/magazine/15248/.
2 Механик А. (2021). «Роснано»: в поисках прорыва, который так и не состоялся // Эксперт. https://expert. ru/expert/2021/49/rosnano-v-poiskakh-proryva-kotoriy-tak-i-ne-sostoyalsya/.
Исследуя нарративы необходимо отметить важный момент, связанный с действенностью норм, содержащихся в них. Через нарративы можно получить информацию и знание о том, какие правила или институты акторы считают релевантными для описания процессов в РИС. Однако само правило и институт только влияют на поведение акторов РИС, но не полностью определяет его. Степень влияния на поведение зависит от многих факторов, но наиболее важный из них связан с тем насколько сильны механизмы принуждения к исполнению таких правил, содержащихся в институтах. Респонденты отмечают в нарративах одним из сильных факторов, подталкивающих к исполнению правил - это доминирующее влияние государства, которое в некоторых случаях не оставляет выбора перед акторами инновационной системы и нивелирует предпринимательскую инициативу.
«В России привыкли судить об инновационной политике прямолинейно и узко. Самый яркий пример такого подхода - идея инновационного лифта. На каждый "этаж" государство пытается посадить институты развития (ИР), которые зачастую работают вне рыночного контекста (например, предлагают неоправданно дешевые ресурсы, задавливая частного инвестора) и стремятся переложить риски на структуру, стоящую этажом выше. В этой парадигме бизнес нацеливается на то, чтобы брать деньги у государства, а не заниматься поиском инвестора. Финансирование ИР должно быть комплементарным частным вложениям. Власть должна подставлять плечо, а не формировать единственно правильный путь»1.
Заключение
Проведенный анализ нарративов акторов РИС об экономической политике в сфере инноваций позволил идентифицировать основные способы активации инновационной деятельности в России, которые могут лечь в основу разработки стратегических рекомендаций по регулированию инновационного развития. Анализ восприятия акторами государственной инновационной политики выявил главенствующую роль государства в развитии РИС. Именно государство может и должно, по мнению акторов, нивелировать «провалы рынка», создавать благоприятную институциональную среду и инфраструктуру для реализации инновационной деятельности. Цель экономической политики заключается также в создании эффективного взаимодействия между академией (университетами) и бизнесом, которое могло бы объединять их интересы и способствовать инновационному развитию. В нарративах респонденты подчеркивают, что государство при разработке стратегии инновационного развития через единые цели, показатели (KPI), результаты деятельности может объединить предпринимателей и ученых, сделать их отношения взаимовыгодными. В то же время респонденты отмечают, что экономическая политика не должна основываться на принуждении акторов РИС к инновационной деятельности, важно сохранять экономическую и академическую свободы для ученых и предпринимателей, соблюдать баланс между поддержкой и контролем за их деятельностью.
При реализации экономической политики важную роль в развитии инновационной системы играет включенность бизнеса в инновационную деятельность, а также развитие предпринимательской инициативы как фундаментального условия для эффективного функционирования национальной инновационной системы. В нарративах акторы РИС отмечают, что именно средние высокотехнологичные (быстрорастущие) компании могут стать локомотивом будущего инновационного развития. Таким компаниям нужно
1 Симачев Ю. (2014). Инновационный лифт на эшафот. Об инновационной политике государства // Эксперт. http://www.expert-ural.com/archive/nomer-45-622/innovacionniy-lift-na-eshafot.html.
оказывать больше финансовой и административной поддержки при реализации инновационной деятельности, так как они могут создавать до половины новых рабочих мест и способствовать экономическому росту.
Экономическая политика в сфере инноваций при этом должна разумно подходить к использованию опыта зарубежных стран в развитии национальных инновационных систем, а не тиражировать успешную практику некоторых развитых стран, которая не учитывает специфику, особенности и опыт формирования российской инновационной системы.
Источники
Аврин С. (2016). Инновации: от частных решений к экономической политике // Стандарты и качество. № 3. C. 86-89.
Андрюшкевич О. А., Денисова И. М. (2013). Особенности формирования национальных инновационных систем // Анализ и моделирование экономических процессов: сборник статей / под ред. Беленького В. З., Трофимовой Н. А. Москва: Центральный экономико-математический институт РАН. C. 24-48.
Вольчик В. В., Маслюкова Е. В. (2021). Возможности нарративной экономики в исследованиях российской инновационной системы // Terra Economicus. Т. 19, № 4. C. 36-50. https://doi. org/10.18522/2073-6606-2021-19-4-36-50.
Вольчик В. В. (2022). Фундаментальные условия инновационного развития экономики // Journal of Economic Regulation. Т. 13, № 2. C. 6-21. https://doi.org/10.17835/2078-5429.2022.13.2.006-021.
Вольчик В. В., Маслюкова Е. В., Пантеева С. А. (2022). Эволюция российской инновационной системы: нарративы и влияние на экономический рост // Journal of New Economy. Т. 23, № 4. С. 6-25. https://doi.org/10.29141/2658-5081-2022-23-4-1.
Голиченко О. Г., Балычева Ю. Е., Малкова А. А., Проничкин С. В., Самоволева С. А. (2016). Государственная политика и модели поведения акторов в национальной инновационной системе. Москва: РУДН. 255 с.
Зубофф Ш. (2022). Эпоха надзорного капитализма: Битва за человеческое будущее на новых рубежах власти. Москва: Изд-во Института Гайдара. 1080 c.
Львов Д. С. (1999). Задачи экономической науки и формирование экономической политики государства // Экономическая наука современной России. № 2. C. 9-22.
Медовников Д. (2014). Научные нужды страны // Эксперт. № 11. С. 72-76.
Медовников Д. С. (ред.). (2022). Российские быстрорастущие технологические компании. Москва: Изд. дом Высшей школы экономики. Т. 1. 176 с.
Норт Д. (1997). Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. Москва: Фонд экономической книги «Начала». 180 c.
Пакерманов Е. М., Рудаков М. Н., Одлис Д. Б. (2012). Инновации без инвестиций // Всероссийский экономический журнал ЭКО. № 10. C. 85-102.
Родрик Д. (2015). Когда идеи важнее интересов: предпочтения, взгляды на мир и инновации в экономической политике // Вопросы экономики. № 1. C. 22-44. https://doi.org/10.32609/0042-8736-2015-1-22-44.
Селезнев П. С. (2014). Политическая идеология инноваций: выбор Запада и выбор Востока // Власть. № 3. C. 23-27.
Тамбовцев В. Л. (2019а). Идеи, нарративы и изменения в экономике // Terra Economicus. Т. 17, № 1. C. 24-40. https://doi.org/10.23683/2073-6606-2019-17-1-24-40.
Тамбовцев В. Л. (2019b). Идеи и интересы, экономическая политика и институты // Вопросы экономики. № 5. C. 26-45. https://doi.org/10.32609/0042-8736-2019-5-26-45.
Тоффлер Э. (2003). Метаморфозы власти. Москва: АСТ. 669 с.
Шумпетер Й. А. (2008). Теория экономического развития. Капитализм, социализм и демократия. Москва: ЭКСМО. 864 с.
Юданов А. Ю., Жиганов А. В. (2019). Быстрорастущие компании в России: влияние аффилированное™ на факторы роста // Российский журнал менеджмента. Т. 17, № 3. С. 287-308.
Akerlof G., Snower D. (2016). Bread and bullets. Journal of Economic Behavior & Organization, vol. 126, pp. 58-71. https://doi.Org/10.1016/j.jebo.2015.10.021.
Arthur W. B. (1989). Competing technologies, increasing returns, and lock-in by historical events. The Economic Journal, vol. 99, issue 394, pp. 116-131. https://doi.org/10.2307/2234208.
Bagattolli C., Brandao T. (2019). Counterhegemonic narratives of innovation: Political discourse analysis of Iberoamerican countries. NOvation: Critical Studies of Innovation, issue 1, pp. 67-105. http:// dx.doi.org/10.5380/nocsi.v0i1.
Boon W. P. C., Edler J., Robinson D. K. R. (2022). Conceptualizing market formation for transformative policy. Environmental Innovation and Societal Transitions, vol. 42, pp. 152-169. https://doi. org/10.1016/J.EIST.2021.12.010.
Borrás S., Edler, J. (2020). The roles of the state in the governance of socio-technical systems' transformation. Research Policy, vol. 49, issue 5, 103971. https://doi.org/10.1016/J.RESP0L.2020.103971.
Boyer P. (2018). Minds make societies: How cognition explains the world humans create. Yale University Press. 376 p.
Carayannis E. G., Campbell D. F. J. (2012). Mode 3 Knowledge Production in Quadruple Helix Innovation Systems. New York: Springer. 63 p. https://doi.org/10.1007/978-1-4614-2062-0_1.
Dosso M., Martin B. R., Moncada-Paterno-Castello P. (2018). Towards evidence-based industrial research and innovation policy. Science and Public Policy, vol. 45, issue 2, pp. 143-150. https://doi. org/10.1093/SCIP0L/SCX073.
Eliaz K., Spiegler R. (2020). A model of competing narratives. American Economic Review, vol. 110, no. 12, pp. 3786-3816. https://doi.org/10.1257/AER.20191099.
Fagerberg J., Srholec M. (2008). National innovation systems, capabilities and economic development. Research Policy, vol. 37, no. 9, pp. 1417-1435. https://doi.org./10.1016/j.respol.2008.06.003.
Feng G.-F., Zheng M. (2022). Economic policy uncertainty and renewable energy innovation: International evidence. Innovation and Green Development, vol. 1, issue 2, 100010. https://doi.org/10.1016/J. IGD.2022.100010.
Joly P. B. (2021). Policy-reinventing innovation: From criticisms of the traditional paradigm to policy transformation. Uzunidis D., Kasmi F., Adatto L. (eds.) Innovation Economics, Engineering and Management Handbook 1 (pp. 281-286). Wiley.
Joly P.-B., Rip A., Callon M. (2010). Re-inventing innovation. In: Arentsen M. J., Rossum W., van, Steenge A. E. Governance of innovation. https://doi.org/10.4337/9781781000830.00008.
Lai Y. Y., Christley E., Kulanovic A., Teng C. C., Bjorklund A., Nordensvard J., ... Urban F. (2022). Analysing the opportunities and challenges for mitigating the climate impact of aviation: A narrative review. Renewable and Sustainable Energy Reviews, vol. 156, 111972. https://doi.org/10.1016/J. RSER.2021.111972.
Lundvall B. (2010). Introduction. In: Lundvall B. (ed.) National systems of innovation: Toward a theory of innovation and interactive learning (pp. 1-20). Anthem Press. https://doi.org/10.7135/ UP09781843318903.002.
Metcalfe J. S. (1995). Technology systems and technology policy in an evolutionary framework. Cambridge Journal of Economics, vol. 19, issue 1, pp. 25-46. https://doi.org/10.1093/oxfordjournals.cje. a035307.
Nasierowski W., Arcelus F. J. (2003). On the efficiency of national innovation systems. Socio-Economic Planning Sciences, vol. 37, no. 3, pp. 215-234.
Nelson R. R., Rosenberg N. (1993). Technical innovation and national systems. In: Nelson R. R. (ed.) National innovation systems: A comparative analysis (pp. 3-21). Oxford University Press.
Nichols T. M. (2017). The death of expertise: The campaign against established knowledge and why it matters. Oxford University Press. 242 p.
Olson M. (1965). The logic of collective action: Public goods and the theory of groups. Cambridge, MA: Harvard University Press. 198 p.
Olson M. (1995). The devolution of the Nordic and Teutonic economies. The American Economic Review, vol. 85, pp. 22-27.
Sergeeva N., Winch G. M. (2020). Narrative interactions: How project-based firms respond to government narratives of innovation. International Journal of Project Management, vol. 38, issue 6, pp. 379-387. https://doi.org/10.1016/j.ijproman.2020.08.005.
Shiller R. J. (2019a). Narratives about technology-induced job degradation then and now. Journal of Policy Modeling, vol. 41, issue 3, pp. 477-488. https://doi.org/10.1016/JJP0LM0D.2019.03.015.
Shiller R. J. (2019b). Narrative economics. Princeton University Press. 400 p. https://doi.org/10.2307/;). ctvdf0jm5.
Someren T. C. R., van, Someren-Wang S., van (2017). Strategic innovation in Russia: Towards a sustainable and profitable national innovation system. Springer Cham. 289 p. https://doi.org/10.1007/978-3-319-41081-4.
Strand R., Saltelli A., Giampietro M., Rommetveit K., Funtowicz S. (2018). New narratives for innovation. Journal of Cleaner Production, vol. 197, pp. 1849-1853. https://doi.org/10.1016/J. JCLEPR0.2016.10.194.
Wilson K., Vellinga N. (2022). Natural resource dependence and innovation efficiency reconsidered. Resources Policy, vol. 77, 102684. https://doi.org/10.1016J.RES0URP0L.2022.102684.
Информация об авторах Вольчик Вячеслав Витальевич - доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой экономической теории. Южный федеральный университет, г. Ростов-на-Дону, РФ. E-mail: volchik@sfedu.ru
Фурса Елена Владимировна - кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры экономической теории. Южный федеральный университет, г. Ростов-на-Дону, РФ. E-mail: efursa@sfedu.ru
■ ■ ■
References
Avrin S. (2016). Innovation: From private decisions to economic policy. Standarty i kachestvo = Standard and Quality, no. 3, pp. 86-89. (In Russ.)
Andryushkevich O. A., Denisova I. M. (2013). Osobennosti formirovaniya natsional'nykh innovat-sionnykh sistem. In: Belenky V. Z., Trofimova N. A. (eds.) Analiz i modelirovanie ekonomicheskikh prot-sessov (pp. 24-48). Moscow: Central Economics and Mathematics Institute of RAS. (In Russ.)
Volchik V. V., Maslyukova E. V. (2021). Narrative Economics perspective on modeling national innovation system. Terra Economicus, vol. 19, no. 4, pp. 36-50. https://doi.org/10.18522/2073-6606-2021-19-4-36-50. (In Russ.)
Volchik V. V. (2022). Fundamental conditions for innovative development of the economy. Journal of Economic Regulation, vol. 13, no. 2, pp. 6-21. https://doi.org/10.17835/2078-5429.2022.13.2.006-021. (In Russ.)
Volchik V. V., Maslyukova E. V., Panteeva S. A. (2022). Evolution of the Russian innovation system: Narratives and the impact on economic growth. Journal of New Economy, vol. 23, no. 4, pp. 6-25. https:// doi.org/10.29141/2658-5081-2022-23-4-1. (In Russ.)
Golichenko O. G., Balycheva Yu. E., Malkova A. A., Pronichkin S. V., Samovoleva S. A. (2016). State policy and models of behaviour of actors in the national innovation system. Moscow: Peoples' Friendship University of Russia. 255 p. (In Russ.)
Zuboff Sh. (2022). The age of surveillance capitalism: The fight for a human future at the new frontier of power. Moscow: Gaydar Institute. 1080 p. (In Russ.)
Lvov D. S. (1999). Tasks of economic science and the formation of economic policy of the state. Eko-nomicheskaya nauka sovremennoy Rossii = Economic science of modern Russia, no. 2, pp. 9-22. (In Russ.)
Medovnikov D. (2014). Science needs of the country. Ekspert = Expert, no. 11, pp. 72-76. (In Russ.)
Medovnikov D. S. (ed.) (2022). Russian fast-growing technology companies. Moscow: HSE University. 176 p. Vol. 1. (In Russ.)
North D. (1997). Institutions, institutional change and economic performance. Moscow: Fond eko-nomicheskoy knigi "Nachala" Publ. 180 p. (In Russ.)
Pakermanov E. M., Rudakov M. N., Odlis D. B. (2012). Innovations without investment. EKO = ECO Journal, no. 10, pp. 85-102. (In Russ.)
Rodrik D. (2015). When ideas trump interests: Preferences, worldviews, and policy innovations. Voprosy ekonomiki = The Issues of Economics, no. 1, pp. 22-44. https://doi.org/10.32609/0042-8736-2015-1-22-44. (In Russ.)
Seleznev P. S. (2014). Political ideology of innovation: The choice of the West and the choice of the East. Vlast = Power, no. 3, pp. 23-27. (In Russ.)
Tambovtsev V. L. (2019a). Ideas, narratives and economic change. Terra Economicus, vol. 17, no. 1, pp. 24-40. https://doi.org/10.23683/2073-6606-2019-17-1-24-40. (In Russ.)
Tambovtsev V. L. (2019b). Ideas and interests, economic policy and institutions. Voprosy ekonomiki = The Issues of Economics, no. 5, pp. 26-45. https://doi.org/10.32609/0042-8736-2019-5-26-45. (In Russ.)
Toffler E. (2003). Metamorphoses of power. Moscow: AST Publ. 669 p. (In Russ.)
Schumpeter J. A. (2008). The theory of economic development. Capitalism, socialism and democracy. Moscow: EKSMO Publ. 864 p. (In Russ.)
Yudanov A. Yu., Zhiganov A. V. (2019). High-growth companies in Russia: The influence of affiliation on growth factors. Rossiyskiy zhurnal menedzhmenta = Russian Management Journal, vol. 17, no. 3, pp. 287-308. https://doi.org/10.21638/spbu18.2019.301. (In Russ.)
Akerlof G., Snower D. (2016). Bread and bullets. Journal of Economic Behavior & Organization, vol. 126, pp. 58-71. https://doi.org/10.1016/jjebo.2015.10.021.
Arthur W. B. (1989). Competing technologies, increasing returns, and lock-in by historical events. The Economic Journal, vol. 99, issue 394, pp. 116-131. https://doi.org/10.2307/2234208.
Bagattolli C., Brandâo T. (2019). Counterhegemonic narratives of innovation: Political discourse analysis of Iberoamerican countries. NOvation: Critical Studies of Innovation, issue 1, pp. 67-105. http:// dx.doi.org/10.5380/nocsi.v0i1.
Boon W. P. C., Edler J., Robinson D. K. R. (2022). Conceptualizing market formation for transformative policy. Environmental Innovation and Societal Transitions, vol. 42, pp. 152-169. https://doi. org/10.1016/J.EIST.2021.12.010.
Borrás S., Edler, J. (2020). The roles of the state in the governance of socio-technical systems' transformation. Research Policy, vol. 49, issue 5, 103971. https://doi.org/10.1016ZJ.RESP0L.2020.103971.
Boyer P. (2018). Minds make societies: How cognition explains the world humans create. Yale University Press. 376 p.
Carayannis E. G., Campbell D. F. J. (2012). Mode 3 Knowledge Production in Quadruple Helix Innovation Systems. New York: Springer. 63 p. https://doi.org/10.1007/978-1-4614-2062-0_1.
Dosso M., Martin B. R., Moncada-Paterno-Castello P. (2018). Towards evidence-based industrial research and innovation policy. Science and Public Policy, vol. 45, issue 2, pp. 143-150. https://doi. org/10.1093/SCIP0L/SCX073.
Eliaz K., Spiegler R. (2020). A model of competing narratives. American Economic Review, vol. 110, no. 12, pp. 3786-3816. https://doi.org/10.1257/AER.20191099.
Fagerberg J., Srholec M. (2008). National innovation systems, capabilities and economic development. Research Policy, vol. 37, no. 9, pp. 1417-1435. https://doi.org./10.1016/j.respol.2008.06.003.
Feng G.-F., Zheng M. (2022). Economic policy uncertainty and renewable energy innovation: International evidence. Innovation and Green Development, vol. 1, issue 2, 100010. https://doi.org/10.1016/J. IGD.2022.100010.
Joly P. B. (2021). Policy-reinventing innovation: From criticisms of the traditional paradigm to policy transformation. Uzunidis D., Kasmi F., Adatto L. (eds.) Innovation Economics, Engineering and Management Handbook 1 (pp. 281-286). Wiley.
Joly P.-B., Rip A., Callon M. (2010). Re-inventing innovation. In: Arentsen M. J., Rossum W., van, Steenge A. E. Governance of innovation. https://doi.org/10.4337/9781781000830.00008.
Lai Y. Y., Christley E., Kulanovic A., Teng C. C., Bjorklund A., Nordensvard J., ... Urban F. (2022). Analysing the opportunities and challenges for mitigating the climate impact of aviation: A narrative review. Renewable and Sustainable Energy Reviews, vol. 156, 111972. https://doi.org/10.1016/J. RSER.2021.111972.
Lundvall B. (2010). Introduction. In: Lundvall B. (ed.) National systems of innovation: Toward a theory of innovation and interactive learning (pp. 1-20). Anthem Press. https://doi.org/10.7135/ UP09781843318903.002.
Metcalfe J. S. (1995). Technology systems and technology policy in an evolutionary framework. Cambridge Journal of Economics, vol. 19, issue 1, pp. 25-46. https://doi.org/10.1093/oxfordjournals.cje. a035307.
Nasierowski W., Arcelus F. J. (2003). On the efficiency of national innovation systems. Socio-Economic Planning Sciences, vol. 37, no. 3, pp. 215-234.
Nelson R. R., Rosenberg N. (1993). Technical innovation and national systems. In: Nelson R. R. (ed.) National innovation systems: A comparative analysis (pp. 3-21). Oxford University Press.
Nichols T. M. (2017). The death of expertise: The campaign against established knowledge and why it matters. Oxford University Press. 242 p.
Olson M. (1965). The logic of collective action: Public goods and the theory of groups. Cambridge, MA: Harvard University Press. 198 p.
Olson M. (1995). The devolution of the Nordic and Teutonic economies. The American Economic Review, vol. 85, pp. 22-27.
Sergeeva N., Winch G. M. (2020). Narrative interactions: How project-based firms respond to government narratives of innovation. International Journal of Project Management, vol. 38, issue 6, pp. 379-387. https://doi.org/10.1016/jijproman.2020.08.005.
Shiller R. J. (2019a). Narratives about technology-induced job degradation then and now. Journal of Policy Modeling, vol. 41, issue 3, pp. 477-488. https://doi.org/10.1016/J.JPOLMOD.2019.03.015.
Shiller R. J. (2019b). Narrative economics. Princeton University Press. 400 p. https://doi.org/10.2307/). ctvdf0jm5.
Someren T. C. R., van, Someren-Wang S., van (2017). Strategic innovation in Russia: Towards a sustainable and profitable national innovation system. Springer Cham. 289 p. https://doi.org/10.1007/978-3-319-41081-4.
Strand R., Saltelli A., Giampietro M., Rommetveit K., Funtowicz S. (2018). New narratives for innovation. Journal of Cleaner Production, vol. 197, pp. 1849-1853. https://doi.org/10.1016/J. JCLEPRO.2016.10.194.
Wilson K., Vellinga N. (2022). Natural resource dependence and innovation efficiency reconsidered. Resources Policy, vol. 77, 102684. https://doi.org/10.1016/J.RESOURPOL.2022.102684.
Information about the authors Vyacheslav V. Volchik, Dr. Sc. (Econ.), Prof., Head of Economic Theory Dept. Southern Federal University, Rostov-on-Don, Russia. E-mail: volchik@sfedu.ru
Elena V. Fursa, Cand. Sc. (Econ.), Associate Prof., Associate Prof. of Economic Theory Dept. Southern Federal University, Rostov-on-Don, Russia. E-mail: efursa@sfedu.ru
© Bo^bHMK B. B., Oypca E. B., 2023