Научная статья на тему 'Романтизм. "золотой век" русского дворянства XIX столетия'

Романтизм. "золотой век" русского дворянства XIX столетия Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
1683
116
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Романтизм. "золотой век" русского дворянства XIX столетия»

РОМАНТИЗМ. «ЗОЛОТОЙ ВЕК» РУССКОГО ДВОРЯНСТВА XIX СТОЛЕТИЯ*

Первую половину XIX столетия называют «золотым веком» российского дворянства. Именно в эти годы окончательно устанавливается идеал русского аристократа, формируется дух нации и создается ее культурная среда. Романтики сыграли в этом становлении ключевую роль.

Романтизм, одно из самых противоречивых и многогранных явлений конца XVIII - первой трети XIX в., в Россию явился с опозданием, а потому многих «младенческих» болезней этого направления сумел избежать. Уже схлынула волна юношеского эгоизма, бунта ради бунта, страданий ради страданий, и творцы-романтики в своих произведениях поднимали серьезные вопросы о конфликте человека и общества, о праве на свободу и цене, которую за нее приходится платить.

Вольнолюбивые стихи А.С. Пушкина, К.Ф. Рылеева, А.И. Одоевского 20-х годов дышали «тираноборческим» протестом; через несколько лет многие поэты-декабристы окажутся на каторге или в ссылке. Пушкин подвергся личной цензуре царя, а П.Я. Чаадаев, крупнейший русский мыслитель того времени, был официально объявлен сумасшедшим за свои «философические письма».

Чем сильнее Николай I закручивал гайки охранительного режима, тем трагичнее звучал голос поэтов-романтиков, достигнув наивысшего накала в сочинениях М.Ю. Лермонтова. Именно он стал голосом

* Романтизм. «Золотой век» русского дворянства XIX столетия // История моды. -М., 2016. - № 7. - С. 4-51.

«потерянного» поколения молодых дворян, разочаровавшихся и в личных, и в общественных идеалах.

Романтизм с его любовью к сильным неординарным личностям и полным страстей историям дал мощный толчок развитию исторической литературы. К этому жанру обращались и раньше, достаточно вспомнить хроники Шекспира, но тогда исторические события служили авторам лишь удобным инструментом для выражения собственных политических позиций. Теперь же писателей занимала сама ушедшая в небытие эпоха, для чего они рылись в архивных документах, пытаясь не выдумать, а воссоздать мир прошлого. Сам Пушкин, принимаясь за «Капитанскую дочку», вдумчиво работал с документальными источниками, набирая фактуру для романа и изучая фигуру Емельяна Пугачёва. Влияние романтизма на русское общество начала XIX в. было столь сильным, что юноши и девушки, полностью отождествляя себя с героями любимых романов, начали вести себя так же и в жизни. Румяные пышнотелые красотки разом похудели, побледнели и обрели грусть в глазах и печать «нежной муки» на лице. Мечтательность не просто вошла в моду, она (как и живой ум с пылким воображением) стала главным достоинством девушки. Впрочем, барышни умели не только мечтать: после восстания декабристов их молодые жены-аристократки проявили неслыханную доселе твердость духа и стальную волю, добровольно отправившись за мужьями в Сибирь.

Юношей романтические истории учили благородному поведению в любых, даже смертельно опасных ситуациях, прививали чувство собственного достоинства и жажду справедливости. В результате именно в эту эпоху понятие чести сделалось для русских дворян священным, а дуэли стали единственным способом сохранить эту честь незапятнанной. В отличие от европейцев, обычно удовлетворявшихся правилом «первой крови» (т.е. первого несерьезного ранения), русские аристократы стрелялись насмерть, подходя друг к другу на расстояние в 10 шагов и целясь в грудь или живот, чтобы наверняка. Российские императоры не раз пытались запретить дуэли, но безрезультатно: дворяне были готовы подчиниться воле государя во всем остальном, но честь ставили превыше всего.

На дворянина, чья молодость пришлась на вторую четверть XIX в., влияли два очень разных образца для подражания, два проти-

воречивых идеала. Первым конечно же были овеянные славой военных побед образы героев отгремевшей не так давно Отечественной войны. Практически в каждой семье воевали отец, дядя или старшие братья, и родившиеся после 1812 г. мальчики впитывали их рассказы, как губки. Так родился идеал героический, патриотический, воинский.

Вторым образцом для подражания стали декабристы, через 10 лет после окончания Наполеоновских войн поднявшие восстание на Сенатской площади. Расходясь в оценках самого бунта, аристократическое общество сходилось в том, что после провала восстания декабристы вели себя мужественно и благородно, тем самым отмыв запятнанную мятежом против монарха честь. Почти у каждой дворянской семьи имелись родственники, друзья, либо сослуживцы из числа декабристов, и мотивы их поступка, а также высказывания, письма, заявления обсуждались повсеместно. Так возник идеал свободолюбивый, бунтарский, обреченный.

Соединившись, два этих идеала породили тип характера, описанный у Пушкина, Лермонтова и других поздних писателей-романтиков: молодой, отчаянно храбрый офицер, разочаровавшийся не только в людях, но в смысле жизни, за цинизмом и фатализмом скрывает свое бесконечное одиночество и тоску. Такой герой ищет смерти - и находит ее на войне или дуэли.

В век романтизма роль женщины в глазах общества возросла многократно. Если в предыдущие эпохи она воспринималась как хранительница очага, прекрасная, покорная и добродетельная, то в начале XIX в., когда мужчина разочаровался в прежних идеалах и начал сомневаться в себе, именно переосмысленный образ Прекрасной Дамы стал для него путеводной звездой, образцом душевной силы и внутреннего благородства, которых сам он оказался лишен.

Романтики воспевали два типа женской внешности и поведения, которые называли «ангельским» и «демоническим». Героиня-Ангел -тиха, печальна и мечтательна, ее гнетет суета светской жизни, а отраду сердцу она находит среди первозданной природы. Если же ее вынуждают бывать в свете, то там она блистает холодной и бесстрастной красотой, на которую можно лишь смиренно взирать издали. Таким типом красавицы считалась графиня Елена Михайловна Завадовская, которой посвящены многие образцы любовной лирики тех лет.

Героиня-Демон - прямая противоположность Ангелу. Ее красота земная, чувственная и соблазнительная, ее нрав горяч и дерзок, а ее жизненное кредо - нарушать замшелые условности мира, в котором ей выпало жить. Ее скандальное поведение - не угода женским слабостям, не смелый вызов обществу. Если Ангел погибает от бездушности и жестокости окружающего мира, то Демон сжигает его дотла, не щадя никого. Такой была графиня Аграфена Федоровна Закревская -натура столь яркая и экстравагантная, что пройти мимо нее равнодушно не мог никто.

Уже в конце XIX в. Афанасий Фет напишет стихотворение, точно передающее романтичное восприятие женского идеала, двойственного и противоречивого, полного загадок и неотразимой притягательности:

Из тонких линий идеала, Из детских очерков чела Ты ничего не потеряла, Но все ты вдруг приобрела.

Твой взор открытей и бесстрашней, Хотя душа твоя тиха; Но в нем сияет рай вчерашний И соучастница греха.

По сегодняшним меркам жители России середины XIX в. были домоседами, а если и выезжали куда-то, то перемещались медленно. Главным транспортным средством оставалась лошадь, а качество дорог, в основном грунтовых, отнюдь не способствовало быстрой езде.

Как дворяне в то время отправлялись в дальний путь? Существовали два основных способа путешествовать в конном экипаже. Первый, заметно более быстрый, но и дорогой, - «на почтовых», или «на перекладных», когда уставших лошадей на почтовых станциях заменяли свежими. Второй - «на долгих», или «на своих», - как понятно из названия, ехали на собственных лошадях, то и дело давая им отдых, а на ночь останавливались на постоялых дворах. Таким способом, например, из Москвы в Петербург добирались за шесть-семь суток.

Стремительнее всего по трактам передвигались правительственные курьеры - фельдъегери: на любой почтовой станции они получа-

ли лошадей вне очереди, а на дороге, заслышав звон колокольчика фельдъегерской тройки, все обязаны были уступать ей путь. Расстояние от Москвы до столицы курьеры преодолевали всего за двое суток.

Постепенно неторопливая российская жизнь начала ускоряться. В 1820 г. в стране появляется междугородный общественный транспорт - дилижанс, проделывавший путь между двумя столицами за че-тыре-пять дней. Ускорению передвижения способствует и технический прогресс: в 1815 г. открывается пароходная линия из Петербурга в Кронштадт, а вскоре возникает регулярное пароходное движение в Англию и другие страны.

Затем, вслед за Европой, строятся и первые железные дороги. В 1837 г. в столице запускают опытную пригородную линию, а в 1851 г. наконец открывают и дорогу между Москвой и Петербургом -этот путь поезд проходил уже за сутки.

Говоря о быте дворянских семей, следует отметить, что далеко не каждая из них могла позволить себе иметь дом в городе, но поместья с усадьбами были у подавляющего большинства, многие жили в них круглый год. Те, кто побогаче, на зиму переезжали в городской дом, но на лето семейство непременно отправлялось «в деревню» наслаждаться спокойной сельской жизнью с ее чувством свободы, не скованной светскими условностями. Особенно это ценили творческие люди, черпавшие вдохновение и рабочий настрой среди природы и мирных сельских забав.

В первой половине XIX в., вплоть до реформы 1861 г., русское дворянство, хотя и постепенно разорялось, но в целом все еще оставалось достаточно богатым. Одни поместья мельчали при разделении, другие объединялись. Имения, конечно, в первую очередь должны были приносить доход. Хозяйство включало обширный фруктовый сад, огород, рыбные пруды, нередко заводы, где крестьяне ткали полотно, обжигали кирпич и т. д. Но многие дворяне, особенно богатые и знатные, пускались в немалые расходы, чтобы обустроить усадьбу по высшему разряду. Проекты господского дома и других построек часто заказывали известным архитекторам, интерьеры украшали картинами выдающихся художников, античными скульптурами или предметами старины, в усадьбах создавали оранжереи, где выращивали экзотические плоды. В каждой усадьбе непременно был сад, но те, кто мог себе

позволить, разбивали целый парк с прудами, живописными группами деревьев, цветниками, павильонами и статуями.

Все эти затеи устраивались руками множества крепостных, среди которых у помещика могли быть и собственные зодчие, художники, музыканты, актеры. Усадьба представляла собой «государство в миниатюре»: ее хозяин был для своих «подданных» - крепостных - царь и бог и распоряжался их трудом и судьбами по своему усмотрению.

Э.Н. Жук

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.