Научная статья на тему 'Роль парадоксального сна в адаптации человека в условиях черезвычайных ситуаций'

Роль парадоксального сна в адаптации человека в условиях черезвычайных ситуаций Текст научной статьи по специальности «Общие и комплексные проблемы естественных и точных наук»

CC BY
219
44
Поделиться
Ключевые слова
ПСИХОЛОГИЯ / ПСИХОФИЗИОЛОГИЯ / ПСИХИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ / ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ / ЧЕЛОВЕК / ПОВЕДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА / МОЗГ / СОЗНАНИЕ / ИНСОМНИЯ / МЕЛАТОНИН / СОН / АДАПТАЦИЯ / ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ (ЧС)

Аннотация научной статьи по общим и комплексным проблемам естественных и точных наук, автор научной работы — Хало Павел Владимирович, Хоронько Владимир Владиленович

В статье рассматривается роль парадоксального сна в адаптации человека в условиях чрезвычайных ситуаций. Парадоксальный или быстрый сон очень важен, потому что является одним из важнейших механизмов адаптационных процессов, оберегающих как психическое здоровье индивида, так и всего социума. Рост различных психических заболеваний, суицидов, криминального поведения и пр., наблюдаемых в последнее время, может объясняться, сокращением длительности фазы парадоксального сна. Основываясь на вышеизложенном, можно сделать вывод о необходимости продлении фазы парадоксального сна как после, так и до чрезвычайных ситуаций, с помощью комбинаций следующих направлений: увеличение уровня эмоциональности и поисковой активности перед сном; фармакологическое; техническое.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Роль парадоксального сна в адаптации человека в условиях черезвычайных ситуаций»

П.В Хало, В.В. Хоронько

РОЛЬ ПАРАДОКСАЛЬНОГО СНА В АДАПТАЦИИ ЧЕЛОВЕКА В УСЛОВИЯХ ЧЕРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ

Несмотря на то, что человеческая цивилизация за последние столетия совершила мощный технологический рывок, сам человек в своем среднестатистическом большинстве, скорее, все больше превращается в социальное животное, чем духовно развитую личность. В мире отмечается рост числа различных психосоматических заболеваний, возрастает величина и амплитуда деви-антного поведения, растет численность суицидов и пр. Причем, чем более технически развита держава, тем с большим числом и разнообразием психосоматических отклонений она сталкивается. Животное начало в современном «сытом» обществе берет верх, реализуясь через агрессию, секс, непомерное потребление, эгоизм и пр., превращая достижения научно-технического прогресса в экзистенциальный суррогат, приводя все к более и более кровавым войнам, экологическим катастрофам, и другим чрезвычайным ситуациям (ЧС) ставя под угрозу существование самой жизни на планете.

Проблему роста психосоматических заболеваний связывают со многими факторами и одним из таких факторов выступает сон. По мнению отечественного пинеолога А.М. Хелимского, физиологические механизмы социального стресса связанны с угнетением деятельности эпифиза и его основного гормона - мелатонина, регулирующего циклы сна-бодрствования [1]. Круглосуточное действие стрессогенных факторов: яркий свет ночных городов, ночной шум, телевидение и пр., приводит к нарушению циклов сна-бодрствования, формируя состояния хронического стресса. В городских родильных домах у пациенток фиксируется высокий уровень кортикостероидов, которые, проникая через плаценту, подавляют у плода формирование эпифиза. По данным А.М. Хелимского, только за первую половину минувшего века средний размер эпифиза зрелого плода снизился, почти в два раза. Таким образом, эпигенетическая реакция человеческой популяции на условия жизни в постиндустриальном обществе, проявляется в снижении концентраций эпифизарного мелатонина и усиливает выброс половых гормонов, гормонов стресса и роста, что ведет к формированию и развитию феномена акселерации. Это вызывает преждевременное половое созревание, диспропорциональный рост, ожирение, гипертиреоидозы (патологическое разрастание щитовидной железы), повышение уровня агрессии при фрустрации, ухудшение функций памяти и способности к обучению, сокращение длительности жизни и т.п. Очевидно, именно этим объясняется наблюдаемая в современных постиндустриальных обществах тенденция, вытеснения из интеллектуальной сферы деятельности коренного населения, и замена его контингентом из менее технологически развитых стран [2, 3]. Кроме того сокращается время самого сна. Еще в начале XX века среднесуточная норма сна человека была 10 часов. В современном технологически развитом обществе нормой принято считать уже 8, 7 и даже 6 часов. Исследования, проведенные среди двух групп людей: долгоспящих и короткоспящих, показали, что при сокращении общей длительности сна уменьшается, прежде всего, длительность парадоксальной фазы. Таким образом, можно сделать вывод, что именно фаза быстрого сна является наиболее угнетенной при современном образе жизни. К чему же это может привести, и что можно сделать, что бы предотвратить возможные негативные последствия? Для ответа на этот вопрос нам необходимо разобраться в современных представлениях о роли сна. Единой теории сна до сих пор не существует.

Распространенное ранее мнение, что сон необходим для «отдыха» мозговых нейронов не выдерживает критики, так как в целом во время сна нет существенных изменений средней частоты нейронных разрядов, а в парадоксальном сне их активность даже выше, чем при бодрствовании. В фазе парадоксального сна, при наличии ярких, реалистичных сновидений, у человека активизируется ось сверхсознания, позволяющая выходить на принципиально новый уровень мышления и понимания мира, появляется возможность находить решения для задач, не доступных в обычных

состояниях сознания. Таким образом, сон - не перерыв в деятельности мозга, а иное состояние сознания. Во время сна мозг проходит через несколько различных фаз активности, повторяющейся с периодичностью около 90-100 мин. Медленный и быстрый сон - два качественно различных состояния, отличающиеся по ЭЭГ-активности, ЭОГ, тонусу мышц и многочисленным вегетативным показателям: ЧСС, пневмограмме, электрической активности кожи и т.д. Весь ночной сон состоит из 4-5 циклов, каждый из которых начинается с первых стадий медленного и завершается быстрым сном. В двух первых циклах преобладает Д-сон, эпизоды быстрого сна относительно коротки. В последних циклах преобладает быстрый сон, а Д-сон резко сокращен или может отсутствовать. Человек, в отличие от большинства животных, не просыпается после каждого цикла сна. Обычно, структура сна у человека такова: I стадия занимает 5-10%, II - 40-50%, Д-сон 20-25%, быстрый сон - 17-25%.

В онтогенезе соотношение циклов «сон-бодрствование» изменяется. К примеру, у новорожденных состояние бодрствования составляет лишь незначительную часть суток, а основную часть сна составляет быстрый сон. По мере взросления обычно уменьшается как общее количество сна, так и фаза быстрого сна относительно медленного. К 14 годам цикл сна достигает 90 мин. После 75 лет часто наблюдается невротическая бессонница - редуцируется медленный сон, сон становится прерывистым, нарушаются циклы сна [4].

На основании различных паттернов ЭЭГ, в медленном сне выделяют несколько стадий, отличающихся по глубине. В I стадии исчезает а-ритм, сменяясь низкоамплитудными колебаниями различной частоты. При этом у человека могут возникать сноподобные галлюцинации. II стадия -поверхностный сон, характеризуется появлением «сонных» веретен, частотой 14-18Гц. В периоды действия веретен происходит отключение сознания; а в паузы между ними человека легко разбудить. III и IV стадии объединяют под названием Д-сна, в это время на ЭЭГ появляются высокоамплитудные Д-волны. Исследования Манова Г.А. показали значимость Д-сна в процессах запоминания. В III стадии Д-ритм составляет 30%-50%, а в IV стадии более 50%. Во время Д-сна увеличивается секреция гормона роста, стимулирующего тканевый обмен. Это наиболее глубокая стадия сна, порог пробуждения достигает максимума. После пробуждения в этой стадии человек с трудом ориентируется как во времени, так и в пространстве. Д-сон преобладает в первую половину ночи. В этой фазе падает мышечный тонус, снижается и стабилизируется частота дыхания и пульса, в среднем на 0,5°С понижается температура тела, отсутствуют движения глаз, может регистрироваться спонтанная кожно-гальваническая реакция.

Парадоксальный сон (синонимы: быстрый сон, БДГ-сон, REM-сон, активный сон, ромбэн-цефальный сон) - заключительная стадия в цикле сна. Он характеризуется быстрыми низкоамплитудными ритмами ЭЭГ, усилением мозгового кровотока при полной мышечной атонии. Помимо тонических компонентов стадии быстрого сна выявляются фазические компоненты - быстрые движения глазных яблок под закрытыми веками, мышечные подергивания в отдельных группах мышц, резкие изменения частоты сердечных сокращений (от тахикардии к брадикардии) и дыхания (серия частых вдохов-выдохов чередуются с паузами), эпизодические подъемы и падения кровяного давления и пр. Порог пробуждения колеблется от высокого до низкого. Именно в этой стадии возникает большая часть запоминающихся сновидений. В фазе парадоксального сна увеличивается экскреция коры надпочечников, значительно возрастает интенсивность энергетического обмена в мозговой ткани. В связи с этим, в парадоксальном сне расширяется зона допустимого стресса, что способствует повышению психической устойчивости. Отчеты о сновидениях в этой фазе сна характеризуются большей яркостью, сложностью, фантастичностью, эмоциональной окрашенностью по сравнению со сновидениями в медленном сне, где преобладают компоненты мозговой активности, сходные с мышлением в бытовом состоянии сознания. Сновидения в быстром сне более длительны, при пробуждении из быстрого сна они лучше запоминаются.

По данным Э. Хартманна, эффективность восстановление психоэмоционального состояния от вечера к утру определяется именно длительностью фазы быстрого сна. В периоды хорошего самочувствия, интересной работы и свободы от тревог фаза активного сна сокращается. По мнению исследователей Р. Гринберга, Д. Коэна и др., быстрый сон необходим для решения задач, свя-

занных с адаптацией к необычной эмоционально значимой ситуации. С накоплением жизненных проблем, снижением настроения и работоспособности потребность в парадоксальном сне возрастает. Люди, перенесшие сильный испуг, связанный с угрозой для жизни, после утраты близких или при проблемах в экзистенциальной сфере, обострении внутренних конфликтов, в течении 1 -2 месяцев наблюдают яркие, реалистичные сны, в которых словно происходит сравнение недавних событий с прошлым жизненным опытом. После адаптации, сновидения возвращаются к типам, присущим до травмы. Согласно гипотезе Лиона Жуве человек в обычном состоянии сознания склонен совершать поступки, вносящие рассогласование в структуру его личности. В фазе парадоксального сна, когда вторая сигнальная система разъединена с первой, осуществляется коррекция поведенческих ошибок: с помощью сновидений происходит перепрограммирование мозга с целью реализации необходимых для развития и поддержания генетически предопределенных функций; генерируется паттерн сенсорной активности, меняющий поведение при бодрствовании.

Последние исследования в области антропологии, психологии, социологии и др. наук, говорят о наличии у человека третьей сигнальной системы, которая возможно играет большую роль в формировании сновидений. Под третьей сигнальной системой понимаются законы естественной этики, приблизительно совпадающие с известными в нашей культуре десятью христианскими заповедями и в той или иной мере отраженные во всех существующих религиях. Исследования, проведенные Б. Кафкой, показали, что эти законы действуют независимо от принадлежности человека к какому либо этносу, социальной или гендерной группе и тесно связанны с процессами формирования сознания. Следовательно, фаза быстрого сна позволяет человеку эволюционировать, без включения второй сигнальной системы и логического полушария.

По данным Э. Хартманна, долгоспящие (индивиды с увеличенной фазой быстрого сна) обладают более творческим мышлением, лучше ориентируются в межличностных отношениях, в меньшей степени подвержены самообману. Однако у них бывает спонтанное укорочение сна в состоянии творческого подъема, когда они не могут оторваться от увлекательной работы, и 2-3 часа сна им хватает, чтобы почувствовать себя отдохнувшими [5]. Кроме того для долгоспящих в стрессовой ситуации характерен высокий уровень «поисковой активности», в отличии от коротко-спящих (с короткой фазой быстрого сна).

Понятие «поисковая активность» была введена в психофизиологию около 20 лет назад В.С. Ротенбергом и В.В. Аршавским. Это понятие обозначает активное поведение, направленное на изменение неприятной ситуации. Очевидно, что более длительная фаза быстрого сна позволяет подготавливать для них дополнительный набор перспективных стратегий поведения. Поисковая активность тесно связана с так называемым «синдромом Мартина Идена» или «болезнью достижения», которая проявляется в том случае, когда человек достигает желанной цели, а вслед за ней не возникает новой. В подобных случаях стресс в общепринятом смысле отсутствует, и нет явных причин для сколько-нибудь выраженных отрицательных эмоций. Между тем у человека начинают развиваться различные соматические и психические заболевания. Оказывается длительная и напряженная борьба за желанную цель, даже сопровождающаяся эпизодическими неудачами, как правило, способствует сохранению психофизического здоровья.

Ганс Селье вводит понятия «хорошего» и «плохого» стресса, или дистресса. Согласно его теории, а также многочисленным экспериментам и клиническим наблюдениям, лучше испытывать неприятные переживания, стимулирующие к поиску, чем переживать «синдром Обломова» - находиться в расслабленном состоянии пассивного удовлетворения собой и миром. Подлинно положительные эмоции возникают лишь в процессе поисковой активности, который у человека проявляется не только в физической, но и в умственной деятельности: в виде планирования, полета фантазии, творческого экстаза и т.д. Таким образом, поисковая активность является необходимой потребностью, невозможность удовлетворения которой приводит к отрицательным переживаниям и снижает устойчивость организма. А снижение этой потребности у короткоспящих, хотя и не сопровождаться отрицательными эмоциями, но как свидетельствуют клинические данные, подвергает субъекта повышенной уязвимости для внешних вредных воздействий в условиях чрезвычайных

ситуаций.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Доказано, что чем выше эмоциональная окраска сновидений тем сильнее изменяются ритм сердца и дыхания, степень вазоконстрикции, выраженность электрической активности кожи и других физиологических параметров. В связи с этим, сон выступает как частично осознанный или бессознательный агент (в случае если сон не запоминается), корректирующий функции поведения через инициацию во сне определенных эмоциональных психических состояний. Чем ярче, эмоциональней сон, тем выше и качественней уровень корректирующих психических процессов в нем протекающих. Чем дольше бодрствующее сознание пытается переосмыслить приснившееся, тем актуальнее становится сон, и тем более успешной будет коррекция поведения. Можно сказать, что успешный сновидческий процесс, аналогичен юнгианской аналитической психотерапии.

Резюмируя сказанное, можно сделать вывод о важности фазы быстрого сна, как одного из важнейших механизмов адаптационных процессов, оберегающих как психическое здоровье индивида, так и всего социума. Рост различных психических заболеваний, суицидов, криминального поведения и пр., наблюдаемых в последнее время, может объясняться, сокращением длительности фазы парадоксального сна.

Можно выделить несколько направлений в повышении длительности фазы быстрого сна:

1. Увеличение уровня эмоциональности и поисковой активности перед сном. Многие психические процессы, происходящие в бодрствовании, реорганизуются во сне. Если детские сны эмоциональны, что связано с процессом познания мира и совершенствованием механизмов функциональных систем (организм приспосабливается к новой информации), то взрослый человек новых сведений и впечатлений получает все меньше и меньше, и соответственно быстрый сон у него укорачивается. Таким образом, мы можем предположить, что увеличение потока эмоционально насыщенной информации характерной в условиях ЧС, приведет к увеличению продолжительности фазы быстрого сна, а следовательно и восстановительных процессов в организме. Эту роль могут играть процессы обучения: освоение новых профессий, новых социальных ролей, научная деятельность и пр., этот тезис подтверждается статистическими данными [6].

Исследователи, давно заметили, что если ребенку на ночь рассказать страшную сказку, то сон его будет «слаще», а фаза быстрого сна увеличится. Для взрослых роль кошмарных сказок могут играть фильмы-ужасы. Если на ночь посмотреть эмоционально насыщенный фильм, то фаза быстрого сна значительно продлится, так как полученную информацию и пережитые эмоции необходимо осмыслить, организовать, заложить в будущую программу поведения. Следовательно, во сне будет происходить упреждающий поиск выхода из всевозможных неблагоприятных ситуаций, расширяя тем самым перечень оптимальных стратегий поведения и зону допустимого стресса для индивида.

Особенно интересны в плане увеличения длительности REM-сна для взрослых компьютерные игры в жанре horror. Реалистично прорисованный неведомый виртуальный мир с качественным физическим движком заставляет человека неосознанно верить в реальность происходящего. С одной стороны, компьютерная игра, в отличии от фильма представляет собой активную форму работы с информацией, с другой - возможности виртуального героя всегда ограниченны компьютерной программой, т.е. поисковая реакция геймера никогда полностью не оказывается удовлетворенной и таким образом, увеличивает необходимость в продлении фазы REM-сна.

Представляют интерес и сами сюжеты игр. Например, действие Silent Hill 4 происходит как бы во сне героя, что создает особую атмосферу игры, а также, очевидно, положительно влияет на продолжительность фазы уже реального парадоксального сна геймера. Кроме того, в процессе игры включается множество функциональных систем организма. Например, если виртуальный герой приседает, пытаясь уклонится от выстрела, то и геймер рефлекторно пытается сделать то же. К сожалению, для геймера этот процесс лишен смысла, а посему сознательно подавляется, подавляя тем самым и формирования во сне функциональных систем адекватных существующей реальности. Однако, несложно технически реализовать устройство, в котором бы этому механизму был бы возвращен физиологический смысл. Недостатком этого направления является то, что для его

применения необходимо наличие определенного уровня психического здоровья индивида, в противном случае подобные воздействия могут привести к психическим заболеваниям.

2. Фармакологическое. В 1960-1970гг. М. Жуве предложил моноаминергическую теорию регуляции цикла «сон-бодрствование», согласно которой медленный и REM-сон связаны с активностью различных групп моноаминергических нейронов: - в регуляцию медленного сна включены серотонинергические нейроны комплекса шва, в то время как норадренергические нейроны ответственны за наступление быстрого сна. Положительное влияние на увеличение фазы быстрого сна оказывают множество химических веществ, например, DMAE, глицин, различные ноотропы, ме-латонин и пр. [4,8,9]. В исследованиях В.М. Ковальзона, Р. Райтер, Ж. Робинсона после приёма мелатонина отмечалось увеличение фазы парадоксального сна, сопровождающихся необычайно яркими и эмоциональными сновидениями, особенно в первых двух ночных циклах [4]. Кроме того, мелатонин повышает чувствительность гипоталамуса, что приводит к сдвигу обмена веществ в сторону характерную для более молодого организма, обладает мощным антиоксидантным действием, препятствует возникновению раковых опухолей, снижает уровень холестерина в крови, повышает иммунитет, действует как сильный адаптоген, способствует нормализации артериального давления, помогает при бессоннице, при сезонной депрессии и пр. [4]. В США мелатонин относят к пищевой добавке, в России к средству от бессонницы, в Канаде и Англии к наркотикам. От него действительно может развиться зависимость, в связи со снижением выработки собственного мела-тонина [6]. Мелатонин содержится практически во всех съестных продуктах, однако в большинстве случаев его содержания ничтожно. Существенные концентрации мелатонина обнаружены в молоке, особенно при ночной дойке. В Финляндии даже продается молоко из надоев совершенных перед рассветом. Содержание мелатонина, в таком молоке намного выше. По данным исследователя Ирити Марчелло, мелатонин, содержащийся также в красном вине, и его концентрацию можно повысить, если предварительно обработать виноград с помощью бензотиадиазолина [7].

Большая часть выброшенного в кровь мелатонина связывается с альбумином - основным белком плазмы. Таким способом мелатонин защищается от быстрого распада и транспортируется к клеткам-мишеням. По данным Т. Шохат, И. Хаймов, П. Леви период его полураспада в организме человека составляет от 30 до 50 мин. Свою активность мелатонин теряет в печени, где окисляется системой ферментов, связанных с белком Р-450, а затем выводится из организма. Стимулирующий эффект на выработку мелатонина оказывают антидепрессанты, аминокислота метионин. Угнетает выработку мелатонина яркое, особенно солнечное, освещение, электромагнитные поля, никотин, алкоголь, кофе, некоторые лекарства: допамин, бензодиазепины, ß-адреноблокаторы, антагонисты Ca.

Серотонин синтезируется из незаменимой для человека аминокислоты триптофана, поступающей в организм с пищей. Попав с кровотоком в эпифиз, эта аминокислота с помощью витаминов (В6, С, фолиевой кислоты) солнечного света и микроэлемента Zn превращается в серотонин в два этапа, с участием ферментов триптофангидроксилазы и 5-окситриптофандекарбоксилазы. Затем, также в две стадии, с помощью с помощью витамина В6, ферментов NAT, HIOMT и Zn в темноте из серотонина образуется мелатонин. Следовательно, чтобы выработался мелатонин, в организме необходим запас серотонина и триптофана. Однако без достаточного количества витаминов группы В и Zn триптофан может вместо серотонина, превратится в токсичную субстанцию кину-ренин.

Триптофан - аминокислота, входящая в состав у-глобулинов, казеина и других белков. Используется клетками млекопитающих для биосинтеза витамин РР и серотонина. Содержание триптофана на 100тг таких продуктов как: тыквенные семечки, кунжутное семя, миндальный и грецкий орех составляет 578тмг, 358тмг, 322тмг и 290тмг соответственно. Перед употреблением трипто-фан-содержащих продуктов рекомендуется прием продуктов, в состав которых входит много глюкозы и фруктозы: сладкие фрукты, мед и пр. Глюкоза провоцирует выработку гормона инсулина в поджеледочной железе, который, в свою очередь, позволяет триптофану проникать в шишковидную железу, где он превращается в серотонин, но эта реакция происходит только при хорошем

освещении. При мясном переедании, особенно на ночь, в кишечнике могут развиться гнилостные процессы, и тогда из триптофана образуются такие яды как скатол, индол, и кинуренин.

3. Техническое: В настоящее время регуляторные процессы быстрого сна связываются со стволовыми структурами моста, а медленного сна - со структурами промежуточного мозга. Помимо шишковидной железы, производящей около 80% циркулирующего в крови мелатонина, он еще синтезируется сетчаткой, цилиарным телом глаза и энтерохромафинными клетками желудочно-кишечного тракта. Несмотря на то, что эпифиз располагается в самом центре мозга, управляется он как обычный периферический орган при помощи вегетативной нервной системы. Зрительная информация от сетчатки через ответвление зрительного нерва попадает в супрахиазмальные ядра, находящиеся в глубине полушарий над зрительным перекрестом. Вслед за тем сигналы через гипоталамус по проводящим путям вдоль ствола головного мозга попадают в шейный отдел спинного мозга, откуда по симпатическим нервам возвращаются обратно в головной мозг, где достигают эпифиза. Ночью, в темноте, когда большинство нейронов супрахиазмальных ядер бездействует, эти нервные окончания выделяют норадреналин, активирующий в пинеалоцитах синтез ферментов, образующих мелатонин. Эпифиз здорового взрослого человека, имеющий массу немногим более 100 мг, каждую ночь выделяет в кровь около 30 мкг мелатонина.

Зародыши и новорожденные млекопитающие, включая человека, сами не образуют мелатонина, а пользуются материнским, поступающим через плаценту, а потом с молоком матери. Секреция гормона начинается лишь на третьем месяце развития ребенка. Затем синтез мелатонина в эпифизе резко увеличивается и достигает максимума уже в первые годы жизни, резкое падение наблюдается в период полового созревания, и впоследствии в течение жизни плавно снижается. Предполагается, что момент полного созревания а-ритма, который приходится на время полового созревания человека, зависит от нейроэндокринных воздействий, устанавливающих психополовую зрелость. Эпифиз регулирует как уровень полового развития, так и общего созревания мозга. Сообразно с этим, прогрессирующее снижение выработки мелатонина в детском возрасте облегчает созревание а-ритма. Паттерны электроэнцефалограммы, связанные с замедлением или отсутствием а-активности, более явно фиксируются в левом полушарии. Возможно отличительное влияние пинеальной железы на созревание левого полушария, потенциально более уязвимого к мозговым повреждениям [9].

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Помимо контроля над сном эпифиз и мелатонин тесно связывают с эпилепсией - божьей болезнью. Древние считали эпилепсию «божьей благодатью», так как эпилептики, часто проявляли паранормальные способности. Многие люди, которым мир обязан выдающимися достижениями в различных областях человеческой деятельности, страдали эпилепсией. Список гениев, страдавших эпилепсией, на удивление длинен: от Александра Великого и Юлия Цезаря до Наполеона, от Будды и св. апостола Павла до Магомета и от Сократа и Паскаля до лорда Байрона, от Ф.М. Достоевского до Гюстава Флобера и Винсента Ван Гога. Действительно при активизации оси сверхсознания, на ЭЭГ здоровых испытуемых наблюдаются элементы, граничащие с эпилиптиче-скими [8].

Общеизвестно, что чем позже человек ложиться спать, тем меньше вырабатывается мелатонина. По данным Э. Хартманна, чтобы выработалась дневная доза серотонина (вещества, из которого ночью и образуется мелатонин) нужно быть на солнце или рядом с лампой дневного света хотя бы 30 минут. Кроме суточного известен сезонный ритм секреции мелатонина. Поздней осенью и зимой в связи с уменьшением освещенности уровень гормона в организме повышается. Весной и летом, наоборот, концентрация мелатонина снижается. При этом в опосредовании основного - биоритмологического действия имеет значение не только его уровень в кровотоке, но и продолжительность продукции. Уровни циркулирующего плазменного мелатонина зависят от широты местности: они выше в более северных широтах по сравнению с южными. Постепенное снижение циркадных уровней гормона, определяемого в слюне, происходит довольно рано, приблизительно около 40 лет. Пациенты среднего возраста сохраняют лишь 60% амплитуды выброса ме-латонина молодых пациентов и самые низкие дневные его уровни, хотя при этом у них самая длинная продолжительность пиковых концентраций содержания гормона. У женщин отмечаются

ежемесячные циклические колебания его продукции, обусловленные менструальным циклом [9]. Для каждого человека кривая выработки мелатонина крайне индивидуальна и достаточно стабильна от ночи к ночи. Видимо, именно с ритмом эпифизарного мелатонина связаны сезонные ритмы общей активности и эмоционального состояния человека.

Мы предполагаем, что для повышения выработки мелатонина можно использовать ритмические методы воздействия, особенно включающие те ритмы мозговой активности, которые отвечают пиковым уровням выработки мелатонина. Сюда могут войти методы АВС, транскраниальная электростимуляция, выборочных участков мозга, а так же энцефалофония - метод, в котором, индивидуальная биоэлектрическую активность мозга преобразуется в музыкальный ряд. Проведенные двойные слепые плацебо-контролируемые исследования Я.И. Левина показали, что этот последний метод позволяет улучшить не только субъективные показатели сна в 85% случаев, но и его структуру [9]. Физические упражнения днем также увеличивают выработку мелатонина ночью.

Основываясь на вышеизложенном, можно сделать вывод о необходимости продлении фазы парадоксального сна как после, так и до чрезвычайных ситуаций, с помощью комбинаций вышеописанных методов.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Авакян Г.Н., Денисова С.В., Олейникова О.М., Курбанова С.А. Роль циркадных факторов и мелатонина в возникновении эпилептических пароксизмов // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2007. № 9.

2. Александров Ю.И. Психофизиология СПб.: Питер. 2008. 491 с.

3. Ковальзон В.М. Мелатонин - без чудес // Природа. 2004. № 2.

4. Левин Я.И., Ковров Г.В. Некоторые современные подходы к терапии инсомнии [Электронный ресурс] URL: http://www.lvrach.ru/doctore/2003/04/4530197/?p=2

5. Петраш В.В. Теоретическая биология сознания. СПб.: Изд-во "ИНТАН", 2003. 128 с.

6. Поликарпов В.С. Современные проблемы науки ТРТУ. Таганрог. 2003. 252 с.

7. Свидерская Н.Е. Синхронная электрическая активность мозга и психические процессы. М., 1987. 156 с.

8. Хелимский А.М. Эпифиз. М.: Медицина, 1969. 462 с.

9. Циркин В.И., Трухина С.И., Физиологические основы психической деятельности и поведения человека. М.: Медицинская книга. 2001. 216 с.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

О.А. Холина

ДИНАМИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ВАЖНЫХ КАЧЕСТВ СТУДЕНТОВ ПЕДАГОГОВ-ПСИХОЛОГОВ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ

Актуальность выбранной нами темы заключается в том, что при поступлении в ВУЗ не учитывается тот комплекс психологических феноменов, который определяет успешность обучения, формирование устойчивой профессиональной направленности каждого студента. Необходим индивидуальный подход, а также максимальное использование всего арсенала профориентационных возможностей учебного процесса, создание и внедрение педагогических технологий, ориентированных не только на повышение уровня знаний студентов, но и на развитие профессионального самоопределения, т.е. деятельностно-смыслового единства у будущих специалистов.

Проблема усиливается, когда речь касается вопросов психологической адаптации студентов в новых социально-экономических условиях и новых системах образования, а также изучения личностных процессов, связанных с проблемой формирования профессионального самоопределения. К числу таких проблем относится и психологическое изучение процесса формирования и развития профессиональной направленности личности на том этапе профессионального самоопределения, когда выбор направления профессионального развития уже совершен, то есть на этапе обучения студента в ВУЗе.