ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
Роль интеллектуальной
собственности, создаваемой в результате научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, в управлении стоимостью предприятий1
С. В. Валдайцев
д. э. н., профессор, заведующий кафедрой экономики исследований и разработок экономического факультета СПбГУ
eir1@yandex.ru
Е. А. Спиридонова
к. э. н., ассистент кафедры экономики исследований и разработок экономического факультета СПбГУ,
Espiridonova@yandex.ru
Целью данной статьи выступает содержательный анализ основных направлений страте-гическогоиспользованияинтеллектуальнойсобст-венности в качестве инструмента управления стоимостью предприятия и компании. В ходе проводимого исследования анализируется возможность применения концепции добавленной экономической стоимости Б. Стюарта в целях оценки интеллектуальной собственности; определяются ключевые стратегические решения в сфере управления интеллектуальной собственностью.
Ключевые слова: интеллектуальная собственность, предприятие, стоимость
Введение
В настоящей статье, предметом которой по сути является экономика научных исследований и разработок (научно-исследовательских и опытноконструкторских работ, НИОКР), мы будем затрагивать только создаваемые в результате НИОКР объекты («результаты интеллектуальной деятельности» и права интеллектуальной собственности). Поэтому нас будет интересовать лишь так называемая промышленная интеллектуальная собствен-
The Role of Intellectual Property - results of Research and Development in Value-based management
The main target of the article is substantial analysis of main directions of strategic implementation of intellectual property as the instrument of value based management of Company and Enterprise. Within the research the opportunity of using the B. Stewart’s conception “Economic Value Added” for valuation of intellectual property is being discussed; the key decisions in the sphere of intellectual property’s management are determined as well.
ность. Более того, мы сосредоточимся по преимуществу лишь на изобретениях, полезных моделях, программных продуктах, а также промышленных образцах и патентах (регистрационных свидетельствах, копирайтах) на них.
Изобретения, полезные модели, программные продукты будут рассматриваться как объекты указанной интеллектуальной собственности, а патенты (регистрационные свидетельства, копирайты) на них — как права этой собственности, дополнительно (помимо фактического распоряжения объектами) защищающие соответствующие объекты. Подобное раздельное рассмотрение названных объектов и прав необходимо в силу их возможного тоже раздельного
1 Статья написана при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (грант РГНФ 08-02-00-129 А).
влияния на стоимость соответствующих предприятий, а также эффекта синергии (взаимодополнения), который возникает при владении одновременно и объектом, и правом интересующих нас здесь видов промышленной интеллектуальной собственности.1
Перечисленные объекты интеллектуальной собственности могут воплощаться также в комплектах технической документации на разрабатываемые новые продукты и технологические процессы, в макетах и опытных образцах новых продуктов, лабораторноэкспериментальных и опытно-промышленных установках, которые тогда тоже оказываются самостоятельными объектами собственности, имеющими патентную защиту или ее не имеющими.
И даже если эту защиту имеют, то важно и то, насколько она «плотна». Иначе говоря, сколькими и чьими (российскими, европейскими, американскими2) патентами (копирайтами, регистрационными свидетельствами) соответствующие комплекты технической документации (проекты), образцы или установки защищены.
Основная часть
Как известно, управление стоимостью предприятия в современном менеджменте является вполне самостоятельной задачей, которая, с точки зрения интересов владельцев предприятия, как минимум не менее важна, чем максимизация прибыли предприятия и/или его денежных потоков (сальдо притоков и оттоков денежных средств).
Это объясняется рядом моментов.
Во-первых, прибыли предприятия (фирмы) как юридического лица (отдельного от его владельцев хозяйствующего субъекта) — это не прибыли владельцев предприятия (фирмы). Последние могут поучаствовать в прибылях предприятия (фирмы) только когда получат от него дивиденды (которые, к тому же, являются по сути предметом двойного налогообложения — сначала со своей прибыли платит налог на прибыль предприятие, а затем со своих дивидендов их получатель).
Во-вторых, если владельцы предприятия (акционеры) решают продать свои доли в нем, то это зависит только от них и не зависит от решений менеджмента по поводу объявления прибылей предприятия и решения главных акционеров о выплате дивидендов. При этом источником дохода для продающих свои доли владельцев предприятия (акционеров) не выступает предприятие.
В-третьих, даже если свою долю в предприятии его владелец и не продает, то в случае роста стоимости предприятия и доли в нем благосостояние («богатство») владельца указанной доли все равно растет (что, в свою очередь, увеличивает его кредитоспособность, инвестиционную привлекательность и т. п.).
В-четвертых, доход от прироста стоимости предприятия можно получить раньше, чем свою долю в прибылях предприятия, так как стоимость предприятия определяется в том числе лишь ожиданиями еще фактически не полученных прибылей.
Наконец, в-пятых, увеличение стоимости предприятия может вообще быть не связано с текущими и ожидаемыми в обозримом будущем прибылями этого предприятия, так как на стоимость предприятия влияют не только они, но и прирост имущества (активов) предприятия, который может быть оплачен как раз за счет отказа от получения прибыли в результате операционной деятельности (хотя бы дополнительной прибыли в результате расширения этой деятельности). Иначе говоря, оборотный капитал предприятия может быть полностью или частично перенаправлен на финансирование прироста активов. На то же — вместо расширения даже выгодной операционной деятельности — могут быть перенацелены привлекательные дополнительные инвестиции в оборотный и основной капитал.
Именно последние два момента наиболее интересны в связи с рассмотрением финансовой роли НИОКР и создаваемой в их ходе промышленной интеллектуальной стоимости.
Главная суть излагаемого ниже материала заключается в следующем тезисе.
Обычно принято считать, что НИОКР выполняются и/или финансируются для того, чтобы внедрять их результаты в производство (обновлять свою продукцию и технологии). На самом же деле, это может быть и не так. НИОКР могут выполняться и/или финансироваться просто для того, чтобы обзаводиться новыми ценными нематериальными активами (объектами и правами промышленной интеллектуальной собственности) — независимо от того, будут ли они предприятием использоваться в своем производстве.
При этом ценность подобных активов в том числе определяется тем, что обладание ими и непродажа их конкурентам блокирует разработки и обновление производства и продукции тем фактическим и потен-
1 Юридическое деление интеллектуальной собственности на объекты и права не характерно для действующего в России Гражданского кодекса (см. часть 4 Гражданского кодекса) — хотя в процессе его разработки и предлагалось некоторыми специалистами. Однако экономически — и именно применительно к результатам НИОКР и защищающим их правам (не применительно к товарным знакам, товарным наименованиям, брендам, фирменным логотипам и прочим маркетинговым инструментам) — такое деление целесообразно, так как позволяет, в частности, проводить более глубокий финансовый анализ.
2 Здесь существенно, например, то, что в США патентуемые изобретения не подвергаются экспертизе патентного ведомства — то есть, по сути, патент выдается только под ответственность патентовладельца за то, что изобретение таковым является с точки зрения его оригинальности. В Европейском же Союзе и в России государственное патентное ведомство указанная экспертиза проводится, что снижает риск права собственности патентовладельца, так как в случае оспаривания патента ответчиком в суде будет на патентовладелец, а государство.
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
циальным конкурентам, которые действительно хотят заниматься названным обновлением.
Рассмотрим высказанный тезис более подробно, приведя в его подкрепление ряд доводов, вытекающих из современной мировой и отечественной практики.
Первое.
Имеется статистика, согласно которой в мире около половины зарегистрированных и поддерживаемых в силе корпоративных (принадлежащих предприятиям) патентов на изобретения (на что, кстати, тоже выделяются значительные средства) не используется в своей деятельности патентовладельцами.1
Спрашивается, для чего тогда эти изобретения создавались, патентовались и теперь по ним продолжают платить ежегодные пошлины за поддержание патентов на эти изобретения в силе?
Может быть, просто потому, что еще «не настал час»2 их коммерциализировать в своем производстве? Возможно, но лишь применительно к небольшой части таких патентов и изобретений. Иначе надо было бы признать, что промышленные корпорации почти половину затрат на НИОКР осуществляют в расчете на перспективу во многие годы — что не соответствует реальности. Ведь временной горизонт надежного бизнес-планирования развития предприятий и инвестиционных проектов (НИОКР представляют собой начальную стадию крупных инновационных проектов) обычно составляет всего 3 года.
Второе.
Патентная информация является открытой для публичного доступа, так как сами патентные фонды открыты и по многим отраслям науки и техники издаются специализированные патентные журналы.
Более того, сами патентовладельцы обычно прилагают достаточно усилий, чтобы сделать достоянием широких кругов заинтересованных лиц факт обладания ими соответствующих патентов (если, конечно, они не «засекречиваются», имея отношение к оборонной тематике). Таким образом, оказывается влияние на возбуждение интереса к акциям публичных (разместивши свои акции на бирже) компаний. Многие портфельные инвесторы оказываются склонны принимать решения о покупке небольшого количества акций компаний — потенциальных технологических
лидеров в своих отраслях в расчете на дальнейшее освоение ими конкурентоспособных новых видов продукции и новых технологий. В результате спрос на эти акции увеличивается, и растут их рыночная цена и в целом рыночная капитализация компаний-патен-товладельцев.
Причем здесь может даже наблюдаться эффект «снежного кома», когда примеру одних инвесторов следуют более многочисленные прочие портфельные инвесторы.3
Что же касается непубличных компаний, то в любом случае при возникновении необходимости оценки их «справедливой рыночной стоимости» независимыми оценщиками (например, при консультировании и организации сделок слияния и поглощения инвестиционными банками) эти оценщики учтут факт появления у компаний новых ценных активов, когда будут проводить оценку в рамках так называемого имущественного («затратного», на основе восстановительной стоимости активов) подхода или когда они станут использовать популярный сейчас метод «добавленной экономической ценности» (Economic Value Added Model, EVA).
Третье.
Для проявления описанного выше в принципе несущественно, отразила ли компания на своем балансе результаты проведенных НИОКР как отдельный нематериальный актив или нет (если компания имеет систему бухгалтерского учета, предусматривающую списание затрат на НИОКР на себестоимость выпускаемой продукции, то она не имеет права этого сделать).
Важно то, что компания будет фактически обладать соответствующей технической документацией (в которой использованы запатентованные изобретения), не давая к ним доступа как к техническому секрету и в то же время широко оповещая о том, что такая документация у нее имеется. Лучшим способом подобного оповещения при этом, очевидно, является физическое наличие разработанных опытных образцов новой продукции, опытно-промышленных или даже лабораторно-экспериментальных установок и, желательно, презентация их на публичных престижных специализированных выставках (где интерес
1 См., например: www.oecd.org/statistic;www.nsf.gov/statistics; Наука России в цифрах: Статистический сборник.-М: ЦИСН, 2007.
2 Из-за того, что еще не окупились ранее сделанные капиталовложения в предыдущее обновление продукции и производства или по той причине, что еще не удалось успеть мобилизовать финансирование, необходимое для доработки и освоения полученных результатов НИОКР — либо по каким-либо иным причинам.
3 Вообще надо сказать, что в ряде отраслей (например, в связанных с Интернетом информационных технологиях, в авиационной и автомобильной промышленностях) в последние десятилетия наблюдается склонность крупных корпораций-лидеров поддерживать и повышать свою рыночную капитализацию простым способом: разрабатывать и лишь пытаться коммерциализировать (осваивать в более широком масштабе) все новые радикальные продуктовые инновации, которые, как известно, лишь в 10-15 % случаях имеют коммерческий успех. При этом оказывается не столь существенным, будет ли действительно хорошо продаваться и сумеют ли действительно освоить в серийном производстве радикально новая модель соответствующего продукта. Сам факт ее появления возбуждает ожидания прибылей и порождает описанный эффект «снежного кома». Это касается таких примеров, как неудача с коммерческим проектом аэробуса «А-380», на смену которому быстро пришел начинаемый проект аэробуса «А-320» (и рыночная цена акций компании EADS из-за этого сначала упала, а потом поднялась еще выше), постоянно разрабатываемых (но не в промышленном исполнении) прототипов новых моделей «интеллектуальных» и использующих альтернативные виды топлива автомобилей. Правда, в августе 2001 года в мире случился так называемый «интернет-пузырь» (Internet Bulb), когда терпение инвесторов на фондовом рынке пришло к концу, когда они прекратили верить в ожидаемые колоссальные прибыли от новых проектов в этой области и рыночная цена компаний, специализирующихся на создании соответствующих технологий, упала на бирже «Nasdaq» более, чем на 50 %, и позднее не восстановилась.
к соответствующим моделям проявляют их потенциальные крупные покупатели, информацию о чем компании-производители не преминут распространить).
Теперь займемся некоторыми уточнениями заявленного главного тезиса.
До сих пор мы в качестве практически синонимов употребляли понятия «стоимость предприятия» и «стоимость компании» (соответственно, «управление стоимостью предприятия» и «управление стоимостью компании»).
На самом деле это совершенно разные вещи. Предприятие, согласно 132 статье Гражданского Кодекса РФ1, представляет собой имущественный комплекс, дело (business по-английски, Geschaeft по-немецки). Стоимость предприятия тогда ничто иное как вычисляемая на основе наблюдаемой на фондовом рынке рыночной капитализации публичных компаний (к ней добавляется величина заемного капитала компании) или специально оцениваемая справедливая рыночная стоимость всего инвестированного в компанию капитала — как собственного, так и заемного.
Управление стоимостью предприятия в узком смысле слова, следовательно, заключается в управлении стоимостью всего инвестированного в компанию (фирму) капитала, что, очевидно, соответствует интересам не только владельцев предприятия и фирмы, но и всех прочих лиц (в первую очередь, кредиторов), разделяющих с компанией (фирмой) риски бизнеса (по-английски — stakeholders в отличие от shareholders, то есть владельцев долей в компании).
Управление же стоимостью компании — это управление стоимостью только собственного (акционерного) капитала компании, на который в конечном счете (например, при ликвидации компании) могут иметь претензию ее владельцы (акционеры).
Значит, все, что касается максимизации стоимости предприятия за счет прироста его материальных и нас здесь более интересующих нематериальных активов, должно корректироваться с учетом того, в какой мере для этого прироста (финансирования соответствующих НИОКР) потребуется увеличение АЗК заемного финансирования (прироста задолженности компании вследствие необходимости для финансирования указанных НИОКР прибегать, например, к дополнительным инвестиционным кредитам).
Иначе говоря:
• с одной стороны, можно значительно увеличить стоимость предприятия, приращивая находящиеся в его собственности результаты НИОКР (объекты интеллектуальной собственности) и защищающие их права интеллектуальной собственности (патенты на изобретения, полезные модели
и пр., воплощенные в результатах НИОКР), но
• с другой стороны, можно и уменьшить стоимость компании (стоимость ее собственного капитала), не в пропорциональной мере увеличивая задолженность компании для того, чтобы профинансировать указанные НИОКР и уплату пошлин за регистрацию патентов на воплощенные в них изобретения, полезные модели и пр.
В формульном виде в части прироста имущества предприятия в результате проводимых (финансируемых) им НИОКР отмеченное может быть отображено следующим способом.
Целевая функция управления стоимостью предприятия:
АЕАкт
max
Целевая функция управления стоимостью компании (ее собственного, акционерного капитала):
АЕАкт
где: АЕАктнемат — прирост активов компании (предприятия) вследствие проведения НИОКР и закрепления за компанией прав интеллектуальной собственности на закладываемые в эти результаты изобретения, полезные модели и пр.
Таким образом, оказывается, что в интересах владельцев предприятия (компании) максимизация прироста АЕАктнемат ценности создаваемых в ходе НИОКР объектов и прав промышленной интеллектуальной собственности должна сочетаться с минимизацией увеличения АЗК задолженности компании в результате взятия для финансирования НИОКР дополнительных кредитов.
При этом, по-видимому, становится существенным и то, по какой стоимости (по какой процентной ставке) и на каких условиях графика постепенного погашения основного дополнительного долга для финансирования НИОКР привлекаются заемные средства. Другими словами, в целевую функцию управления стоимостью компании каким-то образом интегрируется и показатель стоимости дополнительного заемного финансирования НИОКР (в более общем плане — средневзвешенной стоимости дополнительных и заемного, и собственного капитала — WACC ,
’ доп
Weighted Average Cost of Capital, additional2).
В итоге, можно сказать, что проведение (финансирование) НИОКР с целью создания новых обладающих стоимостью объектов и прав промышленной интеллектуальной собственности всегда увеличивает стоимость предприятия, однако способно как увеличить, так и уменьшить стоимость компании (фирмы).
Управление НИОКР в компании, следовательно, должно быть в одном комплексе с финансовым
1 ГКРФ: по состоянию на 20.04 2008 г. — Новосибирск: Сиб. Универ. изд-во, 2008.
2 Об этом см. подробнее Коупленд Т., Колер Т., Мурин Дж. Стоимость компании: Оценка и управление. — М., Олимп-Бизнес, 2007, с. 160180.
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
менеджментом, нацеленным, как минимум, на недопущение ухудшения финансового состояния (баланса и текущего эквивалента обязательных платежей) компании. И при этом, с точки зрения финансовых результатов, обе эти области по сути равновесомы.
Это, между прочим, еще раз указывает на то, что, с точки зрения владельцев предприятия (компании, фирмы), в современном менеджменте невозможно выделить те его области, которые важны настолько, что можно было бы хотя бы на время пренебречь иными областями менеджмента (или поставить их на «второе место»).
С учетом высказанных комментариев представим теперь модифицированную нами модель «добавленной экономической ценности» (модель EVA), которая отображает влияние НИОКР и защиты правами интеллектуальной собственности результатов интеллектуальной деятельности1, создаваемых в процессе этих НИОКР, на изменение стоимостей предприятия и компании (фирмы).
Предлагаемая нами модификация достаточно известной базовой модели EVA2 — с сохранением основной идеи этой модели, предполагающей выявление так называемых «экономических прибылей» (за вычетом «капитальной нагрузки», Capital Charge) — состоит в следующем:
• добавляется учет прироста А£Актнемат в результате НИОКР справедливой рыночной стоимости новых нематериальных активов в виде собственно их результатов и защищающих их патентных прав;
• однако этот прирост уменьшается на текущий эквивалент распределяемых во времени затрат на соответствующие НИОКР (ЗНИОК1Н), на получение защищающих их прав интеллектуальной собственности, а также на наблюдение за соблюдением этих прав и их защиту, включая ежегодные платежи за поддержание патентов в силе (среднегодовые, в течение неопределенно длительного времени, издержки патентных трансакций Странс);
• при этом в качестве ставки дисконтирования, которая используется для расчета названного выше текущего эквивалента, используется показатель средневзвешенной стоимости капитала, привлекаемого для финансирования необходимых НИОКР и первоначальной регистрационной патентной пошлины (WACCJ;
• коэффициентом капитализации необходимых в течение неопределенного времени дальнейших патентных издержек трансакций служит долгосрочная средневзвешенная стоимость капитала
WACC*, которая определяется из предположения
о достижении компанией в долгосрочном плане оптимальной (минимизирующей средневзвешенную стоимость капитала) структуры своего капитала, а также на основе прогнозных величин рыночной процентной ставки i*Kp по заемному финансированию (при нормальном его имущественном обеспечении) и минимально требующейся компенсирующей риски соответствующего отраслевого бизнеса нормы дохода i* на собственный капитал.
Формула, описывающая вводимую нами таким образом в научный обиход модификации базовой модели EVA, в несколько укрупненном принципиальном виде выглядит так:
K* = £Акт + АЕАкт
н
З
I (ROICnji - WA<XJ
WACC*
m
£
t=0
С
(1+ WACCV WACC*
, где:
ИАкт — рыночная стоимость активов предприятия до проведения НИОКР:
I — инвестиции, необходимые для коммерциализации НИОКР (если они уже завершены, то только для их освоения — но в любом случае включая затраты на патентование изобретений, полезных моделей и прочих результатов интеллектуальной деятельности);
ROIC]л — среднегодовая ожидаемая рентабельность инвестиций в коммерциализацию результатов НИОКР (желательно — рассчитанная на основе не операционных прибылей, а операционных денежных потоков3);
К* — справедливая рыночная стоимость предприятия (всего инвестированного в предприятие капитала);
т — число лет, начиная с текущего года с номером 0, которое необходимо для проведения упомянутых НИОКР;
WACC* = 0Д* + 0,2^кр(1-^, h — ставка налога на прибыль; предполагается также, что структура капитала предприятия в будущем будет оптимизирована и станет такой, что доля dСК собственного капитала окажется равной 0,8, а доля dЗК заемного капитала выйдет на уровень 0,2 (общепринято считать, что при такой структуре средневзвешенная стоимость капитала минимизируется).
Если есть основания считать, что поддерживать в силе патенты, защищающие воплощенные в результатах НИОКР результаты интеллектуальной
+
1 Термин «результаты интеллектуальной деятельности» взят для обозначения объектов интеллектуальной собственности из действующей с 01.01.2008 (с нашей точки зрения, не совсем удачной, но все же служащей обязательной в стране законодательной базой) редакции части 4 Гражданского Кодекса Российской Федерации.
2 См.: Stewart G. Bennet The Quest for Value: the EVATM management guide. —New York: Harper Business, 1990; Stewart G..Bennet EVATM: Fact and Fantasy. — Journal of Applied Corporate Finance, 1993.
3 Это соответствует принципам, отстаиваемым известной Бостонской Консультационной Группой — см.: www.bcg.com\reports.
деятельности, будут лишь ограниченное и заранее планируемое время Т (лет), то, очевидно, вместо прямой капитализации (в расчете на неопределенно длительное время указанного поддержания в силе) среднегодовых издержек Странс в предлагаемой нами модификации модели EVA необходимо использовать формулу обычного аннуитета в размере Странс за
(Т+1)
лет1: транс
Т£1______СтРанс____ где-
t=0 (1+ WACC^ , где:
Соответственно, оценка справедливой рыночной стоимости собственного (акционерного) капитала предприятия СК* (стоимости фирмы, компании), максимизация которой отвечает интересам его владельцев, тогда может быть выражена как:
СК* = К* - ЗК - ЛЗКЗНИОКР С , где:
ЗНИОКР, Стране 7 ^
АЗКЗНИОКР, Странс — увеличение задолженности компании в результате взятия кредитов на финансирование НИОКР и издержек по защите прав на воплощенные в них результаты интеллектуальной деятельности;
ЗК — задолженность компании, существующая без учета этих кредитов.
При этом в контексте современной (рыночной) экономики и управления на предприятии очевидно, что главную роль интеллектуальная собственность, создаваемая в результате научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, должна играть именно в максимизации справедливой рыночной стоимости СК* собственного (акционерного) капитала предприятия.
И в целях указанной максимизации, как это следует из приведенной модели, менеджменту любой компании удобно четко выделять соответствующие «управляющие параметры» (Value Drivers), варьируя которыми можно наиболее эффективно максимизировать справедливую рыночную стоимость СК* собственного (акционерного) капитала фирмы.
Причем за этим варьированием будут «стоять» соответствующие управленческие решения и мероприятия.
Возвращаясь же к самому главному вопросу о роли в этом НИОКР, надо, по-видимому, более подробно остановиться на решающем здесь показателе — показателе прироста А£Акт стоимости нематериаль-
i i немат i
ных активов компании в результате проведения соответствующих НИОКР.
Этот прирост может происходить вследствие уже рассматривавшегося выше эффекта блокирования разработок и инноваций у конкурентов. Тогда оценивать прирост ДЕАкт можно, применяя специаль-
г г немат 7 г
ные методы, в которых на первое место выходит оценка размера будущих потерь конкурентов, текущий эквивалент которых они по максимуму и готовы были бы заплатить для предотвращения этих потерь.2
Однако прирост ДЕАктнемат способен происходить и результате проявления других закономерностей и эффектов.
Так, существенное значение может иметь эффект синергии (взаимодополнения) появляющихся с результатами НИОКР новых нематериальных активов и тех активов (в принципе, не только нематериальных), которыми предприятие обладало уже ранее.
Речь здесь может идти о следующих моментах.
Во-первых, новые результаты НИОКР, как правило, усиливают действие блокирующего разработки и инновации конкурентов эффекта НИОКР, ранее завершенных и защищенных предприятием — как бы «закрывая» все возможные «лазейки» для так называемого повторного проектирования (reverse engineering) и параллельного патентования конкурентами схожих продуктов и процессов.
Во-вторых, в связи с получением новых результатов НИОКР и в ходе осуществления этих НИОКР (если они ведутся собственными силами) становится более ценным такой нематериальный актив предприятия как «обученный и подобранный персонал» — в лице и самих разработчиков-работников предприятия (для них обучение заключается в приобретении нового опыта, знаний и навыков), и инженерно-технического персонала, а также рабочих, обучающихся при изготовлении и испытаниях образцов, опытных установок.
В-третьих, некоторые результаты «запоздавших» из-за возникших научно-технических трудностей НИОКР (вследствие необходимости доводки образцов и процессов, по которым испытания не давали положительного результата) способны наконец дополнить ценность тех материальных активов (например, специально ранее заказанных технологического оборудования и оснастки, спроектированных и построенных объектов недвижимости и пр.), на которые ранее были сделаны значительные затраты и которые пока не имели достаточной ценности.
1 Еще один попутный комментарий: при расчете показателей WACCпл и WACC* минимально требующуюся (компенсирующую и риски бизнеса, и инновационный риск) доходность на собственный капитал может приниматься:
— при расчете показателя WACCпл: сложившаяся на фондовом рынке в ближайшем прошлом и, значит, удовлетворявшая инвесторов в краткосрочном плане доходность публичных и отличающихся повышенной инновационной активностью компаний в отрасли (краткосрочная стоимость собственного капитала 1);
— при расчете показателя WACC*: сложившаяся на фондовом рынке вза более длительную ретроспективу и, значит, удовлетворявшая инвесторов в долгосрочном плане доходность публичных и отличающихся повышенной инновационной активностью компаний в отрасли (долгосрочная стоимость собственного капитала 1*).
2 Подробно соответствующие методики расчетов описаны в учебнике: Валдайцев С.В. Оценка интеллектуальной собственности — М.: Экономика, 2008, главы 7 и 8.
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008
Самостоятельную роль может сыграть и эффект ожиданий фондового рынка и оценщиков справедливой рыночной стоимости, возникающих как следствие положительных информационных сигналов, которые дают основания хотя бы с некоторой долей вероятности поверить в то, что добившееся в радикальной инновации первых ощутимых научно-технических и коммерческих результатов предприятие-инноватор способно в будущем компанией-лидером в определенной области.
В наибольшей мере этот эффект сказывается в отношении публичных компаний и участников рынка их акций. Однако ему поддаются и независимые оценщики справедливой рыночной стоимости непубличных (закрытых) фирм — даже оценщики справедливой рыночной стоимости публичных компаний.
Указанный эффект состоит в том, что удобно отобразить на приводимых ниже двух графиках.
Случай 1. Дополнительная прибыль от инновационного проекта — линия 1. Прирост рыночной капитализации и/или справедливой рыночной стоимости от инновационного проекта — линия 2.
Рис. 1. Прирост прибыли и рыночной капитализации (оценки справедливой рыночной стоимости) компании-инноватора в результате первых коммерческих результатов радикального инновационного проекта
На первом графике (см. рис. 1) показано то, как первые (незадолго до момента ^) удачные продажи разрабатывавшегося ранее радикально нового (нового для целевого рынка или даже создающего новый целевой рынок) продукта и объявленные прибыли от этого способны возбудить ожидания дальнейших растущих продаж и дополнительных прибылей, а — в конечном счете — значительный рост рыночной капитализации и оценок справедливой рыночной стоимости компании-инноватора.
При этом существенным оказывается то, что:
• почти до этого момента в рассматриваемом проекте осуществляются только затраты (затраты на НИОКР и освоение их результатов, будучи капитальными вложениями, вообще не учитываются при расчете прибыли как результата всего лишь текущей финансово-хозяйственной деятельности) — что обусловливает прохождение линии 1
вплоть до времени, не очень более раннего, чем момент времени ^, строго по нулевой отметки (строго по линии оси абсцисс);
• первые успешные продажи нового продукта (информацию об этом, естественно, должна распространять или предоставлять оценщику сама компания-инноватор) возбуждают четко не просчитываемые, но значительные ожидания будущих прибылей, что побуждает сначала немногих более рискованных инвесторов покупать акции компании-инноватора по принципу «не прикупить ли мне на всякий случай акций потенциального лидера в отрасли, пока они немного стоят?»; затем их примеру следуют менее рискованные инвесторы; в итоге, образуется своеобразный «снежный ком»: растет спрос и растет рыночная цена этих акций (применительно к оценке справедливой рыночной стоимости — растет готовность оценщика учитывать в данной оценке появляющиеся ожидания);
• в период между моментами ^ и ^ (как правило, один календарный год, за который публикуются сведения о продажах и прибылях по новшествам) упомянутые ожидания еще поддерживаются, что объясняет продолжение наращивания рыночной цены акций (оценок их справедливой рыночной стоимости) по нарастающей экспоненте;
• в этот же период часть прежних инвесторов (владельцев) компании-инноватора с выгодой дивестирует из предприятия (не спеша, чтобы не «разрушить» рынок, продает свои акции); крупные из них при этом вполне могли заранее ориентировать менеджмент компании-инноватора, на который они имели влияние, именно на подобный способ действий;
• после наступления момента ^ (по завершению соответствующего календарного года) может стать ясно (статистика показывает, что по радикальным инновациям это бывает в 10-15 % случаев), что ранее возбужденные ожидания продаж и прибылей по новшеству не подтверждаются (прочерченные на рисунке пунктиром прогнозные кривые не соответствуют истинным трендам); однако это уже не волнует тех инвесторов, которые успели с выгодой продать свои акции компании-инноватора;
• новые же крупные инвесторы (совладельцы) данной компании будут склонны повторить в своих интересах (принуждая менеджмент к новым разработкам и созданию новых радикальных продуктов и процессов) ту же схему выгодного для себя дивестирования из предприятия (при этом интересы потребителей и общества соблюдаются, так как научно-технический прогресс имеет место). Отличие ситуации, отображенной на рис. 2 (случай 2) заключается в том, что эффект быстрого нарастания рыночной капитализации и справедливой
рыночной стоимости компании-инноватора может
проявиться уже (так что момент ^ значительно смещается в раннюю сторону) после того, как рынку (и оценщикам) станет известна информация не о первых успешных продажах новшества, а даже всего лишь об интересе проявленном к нему со стороны потенциальных крупных заказчиков на престижных выставках (ярмарках), куда компания-инноватор вывезет действующий опытный образец нового продукта (действующую опытно-промышленную установку, реализующую новую технологию).
А для этого компании-инноватору достаточным окажется достичь не первых коммерческих, а всего лишь значительных научно-технических успехов.
Случай 2. Дополнительная прибыль от инноционного проекта — линия 1. Прирост рыночной капитализации и/или справедливой рыночной стоимости от инновационного проекта — линия 2.
Рис. 2. Прирост прибыли и рыночной капитализации (оценки справедливой рыночной стоимости) компании-инноватора в результате значимых научно-технических успехов в радикальном инновационном проекте
В любом случае инвесторы (совладельцы) компании-инноватора получают выигрыш от радикального инновационного проекта и проведенных по нему НИОКР раньше, чем это сможет сделать (если сделает) сама компания-инноватор.
Те инвесторы, кто дивестирует, при этом получат денежную выгоду («зафиксируют свою прибыль от перепродажи акций по повысившейся цене). Те же, кто не дивестирует, получат прирост в рыночной стоимости своего «благосостояния» (для корпораций — своих учитываемых на балансе активов).
На данном эффекте в целых отраслях десятилетиями в мире строилось поддержание и повышение рыночной капитализации публичных компаний и справедливой рыночной стоимости закрытых фирм. Все новые и новые крупные инновационные проекты возбуждали спрос на акции инноваторов, затем в большинстве случаев эти проекты не давали обещанного коммерческого результата, но сразу на смену им «подходила очередь» следующих проектов и т. д.
Это происходило вплоть до августа 2001 года в отраслях информационных технологиях (в августе 2001 года наступил «интернет-пузырь», когда, наконец, исчерпались и доверие инвесторов, и научнотехнические возможности для создания очередных радикально новых технологий). Схожее происходит в автомобилестроении, где каждый год разрабатываются, вывозятся на выставки и осваиваются принципиально новые модели автомобилей, которые, при ближайшем рассмотрении, редко хорошо продаются, но зато выполняют свою роль привлечения внимания инвесторов к акциям предприятий-инноваторов. С меньшей периодичностью, но создаются и затем совсем не обязательно запускаются в серию все новые модели самолетов.
Причем даже во времена кризиса на фондовом рынке данный эффект, по-видимому, сказывается. В частности, в том, что акции компаний в высокотехнологичных отраслях и с наступательной инновационной стратегией, как это замечено, в такие времена падают в цене гораздо меньше, чем весь фондовый рынок и, особенно, чем акции сырьевых компаний. Причиной тому, возможно, является связанная с описывавшимся эффектом своеобразная «подушка безопасности».
Заключение
Таким образом, в настоящей статье мы постарались аргументировать основной ее тезис, подготовленный во введении и касавшейся и прописанный в начале основной части статьи как: НИОКР в современной конкурентной экономике ведутся совсем не обязательно для того, чтобы их результаты были внедрены; важно то, насколько результаты НИОКР, будучи учтены на балансе предприятия (или не будучи, но все равно будучи приращением де-факто и де-юре его имущества) способны увеличить рыночную капитализацию и/или справедливую рыночную стоимость компании.
То, насколько они в результате возрастают, является, с точки зрения совладельцев предприятия, важнейшим критерием эффективности современного менеджмента.
Литература
1. ГКРФ: по состоянию на 20.04.2008 г. Новосибирск: Сиб. Универ. изд-во, 2008.
2. Наука России в цифрах: Статистический сборник. М: ЦИСН, 2007.
3. Валдайцев С.В. Оценка интеллектуальной собственности. М.: Экономика, 2008.
4. Коупленд Т., Колер Т., Мурин Дж. Стоимость компании. Оценка и управление. М., Олимп-Бизнес, 2007.
5. Stewart G. Bennet The Quest for Value: the EVA™ management guide. New York: Harper Business, 1990.
6. Stewart G. Bennet EVA™: Fact and Fantasy. Journal of Applied Corporate Finance, 1993.
7. www.oecd.org/statistic;www.nsf.gov/statistics.
ИННОВАЦИИ № 12 (122), 2008