Научная статья на тему 'Религиозный аспект социального здоровья личности'

Религиозный аспект социального здоровья личности Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

CC BY
827
88
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ЛИЧНОСТЬ / СОЦИАЛЬНОЕ ЗДОРОВЬЕ / РЕЛИГИЯ / ОБРАЗОВАНИЕ

Аннотация научной статьи по социологическим наукам, автор научной работы — Гатило В. Л., Сухоруков В. В.

В статье с позиций меристского субъект-субъектного подхода рассматривается проблематика сочетания религии и социального здоровья личности преимущественно в области высшего образования на примере молодежи; обосновывается возможность социального оздоровления молодежи в рамках образовательного пространства вуза посредством включения в него религиозной компоненты.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Религиозный аспект социального здоровья личности»

СОЦИОЛОГИЯ И СОЦИАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ

УДК 316.37:2-677

РЕЛИГИОЗНЫЙ АСПЕКТ СОЦИАЛЬНОГО ЗДОРОВЬЯ ЛИЧНОСТИ

В статье с позиций меристского субъект-субъектного подхода рассматривается проблематика сочетания религии и социального здоровья личности преимущественно в области высшего образования на примере молодежи; обосновывается возможность социального оздоровления молодежи в рамках образовательного пространства вуза посредством включения в него религиозной компоненты.

Ключевые слова: личность, социальное здоровье, религия, образование.

Введение

Развитие высшего образования в России, являясь неотъемлемым компонентом процесса модернизации страны на основе инновационного пути, предполагает изменения в нескольких ключевых областях педагогической деятельности в высшей школе. Данный тезис становится все более очевидным для ученого сообщества: «В современном российском обществе происходит бурный процесс модернизации различных сторон общественной жизни. Модернизация страны предполагает выход ее производства и системы общественных отношений на самые высокие рубежи современного цивилизационного развития. Одним из основных направлений модернизации страны является модернизация образования, в том числе и высшего профессионального образования»1.

Переход на двухуровневую систему образования с модульной структурой учебных дисциплин, усиление связи между образованием и наукой, ориентация научнообразовательной деятельности на прикладные аспекты и контакты с промышленностью, -всё это не может не привести к ломке существующего порядка в высшей школе России, которая традиционно имеет широкий академический охват окружающей действительности и рассматривает её под фундаментальным углом зрения. Подобная трансформация дезориентирует не только непосредственных участников системы высшего образования: студентов и преподавателей, но также (если рассматривать вуз как «черных ящик») тех,

В. Л. ГАТИЛО11 В. В. СУХОРУКОЕ21

Белгородский

государственный

университет

e-mail: verger@yandex.ru

e-mail: verger@yandex.ru

1 Перевозчикова Л.С. Гуманистическая образовательная парадигма как аксиологическое основание современного высшего образования// Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54). С. 36

кто находится на «входе» и «выходе»: абитуриентов и выпускников. Это не только хаоти-зирует социальные процессы в высшем образовании, не только дестабилизирует отношения между вузом и обществом, но и подвергает людей стрессовому воздействию. Поскольку «вовлеченность в образовательное пространство является для студентов абсолютно приоритетной и занимает центральное место в их жизни»2, то именно они являются наиболее уязвимой категорией участников.

Для преодоления негативных последствий переходного периода целесообразно разработать технологию нормализации взаимодействия, не только сконцентрированную на специфике студентов, преподавателей и обслуживающего персонала вуза, но и вписывающую участников системы высшего образования и связанных с ней абитуриентов и выпускников в более широкий контекст. «Актуализация проблемы социального здоровья связана с рядом вызовов, брошенных современному обществу. Один из них обусловлен глобальной тенденцией к самодетерминации человека... Другой вызов связан с неопределенностью и риском - «визитной карточкой» постиндустриального общества, когда границы нормы и мэйнстрима размыты»3. Поскольку наиболее тесное отношение к указанным вызовам имеет молодежь, то социальное оздоровление начинать следует именно с нее. Воздействие на нее с формальной стороны следует производить в первую очередь через систему образования, содержательным же наполнением этого воздействия послужит религия.

Исследуемая проблематика находится на стыке индивидуального и социального -этот факт заостряет сложности выбора методологии исследования: холистской или мери-стской. Обе эти традиции имеют достаточное обоснование в истории науки, свои плюсы и минусы, и предпочтение одной из них нисколько не умаляет авторитета другой. Не ставя себе цели синтезировать холизм и меризм для ухода от необходимости выбирать между этими крайностями и предотвращения критики всех возможных уязвимостей представителями альтернативного подхода, мы считаем, что тема исследования предопределяет выбор меристского подхода, поскольку объектом исследования является личность, т.е. элемент социального целого, его часть. В случае формулировки темы, например, как «Личностный аспект социального здоровья религии», разумеется, результат выбора был бы противоположным (холистским) в силу того, что объектом являлся бы социальный институт религии, т.е. целое.

Каждый из подходов может быть реализован в субъект-субъектном или субъект-объектном варианте. В современной социологии все большую популярность завоевывает первый из них в силу того, что уровень развития исследовательского инструментария не позволяет проводить измерения с коротким временным лагом. Удлинение же этого лага (иными словами, увеличение хронологического масштаба социального процесса) приводит к тому, что роли субъекта и объекта каждой из сторон взаимодействия накладываются друг на друга, что создает впечатление, будто каждая из сторон является субъектом, хотя с тем же успехом можно было бы говорить и об объект-объектной парадигме. В качестве иллюстрации можно вспомнить известный физический опыт: на юлу наносятся семь цветов радуги, а при ее раскрутке кажется, что там один цвет - просто глаз неспособен различить реальные цвета из-за быстрого движения. Однако, несмотря на логическую невозможность субъект-субъектной парадигмы (ибо понятие «субъект» является относительным не к себе, а к понятию «объект»), она приобретает популярность в научной среде в силу своей практической применимости, поэтому в качестве методологии мы выбираем субъект-субъектный меризм. Она вполне подойдет для пограничной области исследований, где ««интерпретирующий» активный человек символического интеракционизма

2 Климова С.М., Мартынова Г.В. Уровень и характер религиозности студенческой молодежи БелГУ в переходный период (размышления по результатам анкетирования) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007 №9(40). С. 224.

3Бабинцев В.П., Колпина Л.В. Проблема формирования категориального аппарата понятия «социальное здоровье» // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №12(52). С. 50

Методология исследования

противостоит «нормативному» человеку классической социальной методологии, в которой общество представляет собой жесткий распорядок жизни с его совокупностью правил, норм и ценностей»4.

Религия и социальное здоровья личности

В одной из монографий, посвященных социальному здоровью личности, оно определяется как «способность личности к конструктивному взаимодействию с социальными субъектами различных уровней для реализации своих потребностей, целей»5. Не останавливаясь на уровне социального здоровья как целого, выделим его компоненты и структурируем их в таблице 1.

Таблица 1

Компоненты социального здоровья личности

' ——■—Динамика Направленность —■——_____ Стабильность Модификация

Внешняя Социальная миссия Социальное творчество

Внутренняя Социальная адаптация Социальная самореализация

Данные компоненты не равноправны, а организованы следующим образом: «Минимально необходимый, базовый уровень социального здоровья представляет собой социальную адаптацию личности. Это воспроизводящий уровень удовлетворения потребностей, целей и ценностей социальным образом без качественных изменений себя или социального окружения и ситуации. Компонентами более высокого уровня социального здоровья являются самореализация и социальное творчество, степень развития которых обуславливается конгруэнтностью направленности индивида на достижение собственных целей и ценностей, с одной стороны, и на благо общества, с другой, предусматривая в первом случае, качественное изменение личностных характеристик, а во втором социального окружения. И четвертый компонент социальная миссия представляет собой осознание и реализация собственного предназначения»6.

Единого определения религии не существует - в каждой из наук, так или иначе соприкасающихся с религией (философия, социология, психология, история и т.д.), оно свое. Мы считаем, что имеет смысл остановиться только на двух из них, а именно философском (в силу обобщающего характера философского знания и той фундаментальной роли, которое оно играет для других наук) и социологическом (в силу научной специализации авторов). Так, один из крупнейших русских религиозных философов B.C. Соловьев писал: «Религия, говоря вообще и отвлеченно, есть связь человека и мира с безусловным началом и средоточием всего существующего»7. Переходным определением между философским и социологическим можно признать следующее: «поиск и установление сакральных связей, обеспечивающих индивиду и (или) социальным группам потребную целостность»8. Наконец, среди социологических определений, более-менее соответствующих меристскому субъект-субъектному подходу, следует упомянуть такое: «Для социологии религии религия как социальный феномен — это верования, которые в наиболее существенных аспектах разделяются многими, т.е. существуют только в интеракциях групп»9. Подобная неопределенность в дефинициях удивительна с учетом того, что в отношении компонентов религии существует общепризнанный подход: выделяются рели-

4 Дронова И.Г., Кожемякин Е.А. Проблема дискурсного конструирования социальной реальности: историко-философские аспекты // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54). С. 7.

5 Колпина Л.В. Теоретико-методологические основы исследования социального здоровья личности (монография). М.: Изд-во СГУ, 2009. - 180 с.

6 Колпина Л.В. Социальное здоровье населения Белгородской области // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2009. №10(65). С. 79.

7 Соловьев B.C. Чтения о богочеловечестве. Соч.: в 2 т. Т.2. М.: 1969. С. 5.

8 Пивоваров Д.В. Философия религии: Учеб. пособие. М.: Академический проект. 2006. С.233

9 Гараджа В.И. Социология религии. Учебное пособие... М.: «Наука». 1995. С. 39.

гиозные сознание, деятельность, отношения и организации10. Поскольку в исследуемой теме ведущим началом является социальное здоровье личности, постольку необходимо вписать религию в систему категорий, при помощи которых исследуется социальное здоровье личности.

Каким же образом можно установить соответствие между элементами религии и сочетаниями «внутренняя стабильность», «внутренняя модификация», «внешняя стабильность», «внешняя модификация»?

Проще всего начать с конца: религиозные организации представляют собой, как правило, внешнее по отношению к индивиду воплощение стабильности - мы абстрагируемся от возможного причисления некоторых террористических организаций (которые направлены как раз на модификацию), использующих религиозную лексику (или даже напрямую основанных на религиозных верованиях) к категории религиозных организаций. По нашему мнению, одна из функций религиозных организаций - стабилизация религиозных отношений, в которые вступают верующие. Следовательно, отношения также относятся к внешней строке таблицы, но они более подвержены модификации, чем организации (кроме того, во внешней строке клетка стабильности уже занята религиозными организациями).

Что же касается распределения религиозной деятельности и религиозного сознания по внутренней строке таблицы, то мы исходим из того, что человек осуществляет любую деятельность в том случае, если его потребности (в т.ч. религиозные) не удовлетворены, а это предполагает модификацию себя, либо в форме отказа от потребностей, либо в форме их удовлетворения и, таким образом, временного или постоянного их снятия, снижения актуальности. Деятельность, разумеется, может осуществляться как индивидами, так и организациями, однако, меризм заставляет акцентировать внимание в первую очередь на индивидуальной деятельности. Наконец, для религиозного сознания остается лишь клетка «внутренняя стабильность», однако, данная связь основывается еще и на том факте, что верующего как стабильную социальную единицу определяет в первую очередь разделяемая им система убеждений, ценностей. Кроме того, наиболее распространенным (хотя далеко не единственным) критерием эмпирического определения является именно самоидентификация респондента как религиозного человека. Таким образом, в таблице 2 мы можем структурировать компоненты религии по схеме социального здоровья.

Таблица 2

Компоненты религии

' ——■—Динамика Направленность —■——_____ Стабильность Модификация

Внешняя Религиозные организации Религиозные отношения

Внутренняя Религиозное сознание Религиозная деятельность

Связь социального здоровья личности и религии

В силу избранной меристской методологии, а так же отсутствия единой дефиниции религии, установление связи между социальным здоровьем личности и религией возможно произвести не на уровне общих характеристик, а путем попарного анализа элементов данных явлений, попадающих в одну и ту же клетку таблицы.

Итак, религиозное сознание и социальная адаптация. С формальной стороны, оба данных элемента являются первичными, базовыми в соответствующих им концепциях. С содержательной стороны, социальная адаптация может осуществляться благодаря религиозному сознанию, если религия выполняет функцию примирения личности с существующим социальным порядком, помогает ему вписываться в наличную социальную структуру, что особенно актуально для теократических режимов. Первоначальная социальная адаптация происходит в процессе социализации: «сущность социализации состоит в сочетании приспособления (социальной адаптации), обособления человека (индиви-

10 См. Основы религиоведения. Учебник /под ред. И.Н. Яблокова. М.: Высшая школа. 1994. С. 49.

дуализации) и вхождения (интеграции) в условиях конкретного общества»11, - а интегрироваться личности приходится в общество, имеющее то или иное отношение к религии.

Наиболее трудный этап социализации проходит молодежь, поэтому необходимо подчеркнуть, что «... современные молодые люди высоко адаптивны... Если современный молодой человек не в полной мере удовлетворен своей жизнью, то, главным образом, вследствие наличия трех основных проблем: нехватка денег, отсутствие перспективы трудоустройства и отсутствие в обществе справедливости. Последнее обстоятельство особенно важно, поскольку ощущение справедливости является непременным условием интеграции человека в социум. Если его нет, человек становится «социальным дезертиром», замыкается на себя и отказывается участвовать в решении общественных проблем... Следствием своеобразной «автономизации» молодежи является кризис легитимности почти всех социальных институтов в молодежном сознании. Он проявляется в низком уровне доверия к ним, неизбежным следствием которого является отказ следовать общепринятым социальным нормам, ибо эти нормы и предлагают общественные институты»12. Причем тенденция к снижению уровня справедливости подтверждается более поздними данными13. Это очень тревожный признак для религии, который явно виден, если продолжить попарный анализ компонентов.

Религиозная деятельность больше не является механизмом социальной самореализации для молодежи: «Традиционная религиозность взята новым поколением лишь как форма, содержание превратилось в симулякр, эрзац веры. Отсутствие реальной церковной практики (воцерковленности) и низкий уровень конкретных религиозных знаний и актуализирует переход традиционной религиозности в формальную... Общим свойством религиозности современной молодежи является ее пассивный, нецерковный характер... молодежь, выросшая в отрыве от православной традиции, верит в возможность личной веры и общения с Богом без посредничества церкви и священников. Установка на частную жизнь возобладала и в религиозной сфере»14. Разумеется, существуют молодежные православные братства, волонтерские организации других религий, но они не охватывают молодежных масс, оставаясь преимущественно клубами по интересам. Таким образом, на практике связь между социальной самореализацией и религиозной деятельностью разрушена.

Намного более тесной является связь между религиозными отношениями и социальным творчеством. Она имеет в первую очередь геополитический подтекст: «...распространение субкультурной религиозности отнюдь не стихийный процесс. В нем заинтересованы политические представители правящих элит стран «золотого миллиарда» (и близких к ним стран, подобно России). Расцвет субкультурной религиозности способствует выключению из политической борьбы наиболее активной, ищущей часть молодежи. Здесь действует принцип: лучше религиозная медитация, чем антиглобализм или политический радикализм и терроризм... С одной стороны, члены субкультурных общин протестуют против существующего мира. С другой - протест используется правящей элитой, эксплуатируется ею как в политико-идеологических, так и экономических целях, делая зачастую новую религиозность простым полем для продвижения новых коммерческих брэндов, сбыта товаров и услуг»15. Таким образом, вполне технологический шаг - внедрение исторически не присущего России типа религиозных отношений -является подавлением социального творчества наиболее активной части населения.

11 Лескова И.В. Социализация и инкультурация как механизмы формирования идентичности личности// Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №12(52). С. 20.

12 Воронов В.А., Стариков Н.В. Социальные проблемы молодежи города Белгорода // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право».

2008. №14(54). С. 175.

13 См. Что изменилось в стране за последнее время? /Левада-центр

http://www.levada.ru/press/2010052502.html (дата обращения: 27.05.2010).

14 Климова С.М., Мартынова Г.В. Указ. соч. С.244

15 Римская О.Н. Превращенные формы самосознания в субкультурных формах религиозности // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007. №9(40). С. 251.

Однако не следует сводить оценку связи между религиозными отношениями и социальным творчеством исключительно к негативной. Дело в том, что «Молодежь в силу специфического положения в социокультурной системе раньше многих других общественных групп обращает внимание на любые инновации, происходящие в обществе»16, - а это означает, что религиозные отношения являются пространством для социального творчества молодых студентов, выпускников и ученых: «Современная профессиональная специализация уже не так тесно связана с прежним разделением труда. Поэтому в содержании профессии все в большей мере реализуется творческий потенциал человека»17.

Наконец, между социальной миссией и религиозной организацией связь весьма проста: религиозная организация не только агрегирует имеющиеся в рядах ее верующих представления об их социальной миссии, но и предлагает готовый набор социальных миссий потенциальным последователям религии. Артикулируют эти наборы, как правило, религиозные лидеры разных уровней, и довольно успешно: «среди молодежи ЦФО довольно высок уровень религиозной самоидентификации. Логическим следствием его является довольно высокий уровень авторитетности религиозных лидеров»18. Во многом это обусловлено возможность непосредственного общения с религиозным лидером -особенно выгодно это смотрится на фоне того, что «в органах по молодежной политике все сильнее проявляется тенденция к бюрократизации отрасли»19.

Потенциал религии в социальном оздоровлении личности в образовательном пространстве вуза

Не претендуя на исчерпывающую разработку социальной технологии оздоровления личности на основе религии, обозначим лишь ключевые моменты.

Главной характеристикой данной технологии должно быть ее соответствие уровню компетентности субъекта управления. Поскольку данная технология еще только создается, то для оценки этого уровня затруднительно применить понятие социальнотехнологической восприимчивости: «способность системы управления применять апробированные социальные технологии»20, - поскольку оно разработано для уже «обкатанных», рутинных процедур социально-технологической работы.

Управляемым субъектом будет являться личность, преимущественно молодого студента. Упомянутая фундаментальность его университетского статуса накладывает ограничения на результативность данной социальной технологии: «...хотя очевидно, что центральное место в религиозно-символическом комплексе отведено домовому храму, а скульптура святого является лишь композиционным дополнением к данному комплексу, студенческая молодежь расставила акценты по-иному. Главное и дополнительное поменялись местами. С другой стороны, данная инверсия демонстрирует безусловный приоритет классического образования перед духовно-религиозным традиционализмом»21. Попытки же выйти за пределы этого ограничения, предпринимаемые иногда на уровне не высшего, но пока что лишь школьного уровня образования, кончаются не в полной мере удачно: «преподавание в учебных заведениях конфессионально-ориентированных предметов имеет своим результатом (эффектом) формирование в сознании учащихся комплекса смысловых интенций, частично совпадающих, а частично не совпадающих с целями обра-

16 Белоусова М.М. Моложенная культура в современном обществе // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007. №9(40). С. 219.

17 Радугин А.А. Социокультурный вектор модернизации российского высшего

образования: ценностные основы и методология реализации // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54). С. 48.

18 Стариков Н.В., Мамина И.В. Молодежный экстремизм и ксенофобия: проблемы распространения и пути противодействия // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №12(52). С. 205.

19 Бабинцев В.П., Реутов Е.В. Кадровые ограничения государственной молодежной политики // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №8(48). С. 168.

20 Бабинцев В.П. Противоречия и проблемы процесса технологизации государственного и муниципального управления в регионе // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007. №2(33). С. 68.

21 Климова С.М., Мартынова Г.В. Указ. соч. С. 224.

Серия Философия. Социология. Право. 2010. № 14(85). Выпуск 13

зования»22. Подобные неудачи имеют не только ситуативную причину в виде отдельных ошибок субъекта управления, но и фундаментальную: «нельзя упускать из внимания духовный аспект утверждения общества риска. Он связан с очередным кризисом рациональности. С формированием иррациональной и алогичной по своему содержанию социокультурной среды, в условиях которой крайне трудно анализировать и прогнозировать перспективу социального развития, опираясь на логику научного познания»23.

Объектом управления в данной социальной технологии выступает социальное здоровье личности. «Данный феномен отражает: характеристики включенности личности в общество; удовлетворенность личности этими характеристиками; доступность для нее социальных ресурсов и возможность влияния на их формирование и распределение; характеристики социальной активности личности; потенциал социальной мобильности; социальную направленность этих характеристик»24. В социально-технологическом смысле характеристики, указанные В.П. Бабинцевым и Л.В. Колпиной, являются параметрами управляемого субъекта, подлежащими изменению. Необходимо подчеркнуть, что данные характеристики составляют единое множество, изменение одной из них без изменения остальных, вероятно, осуществимо, но обернется перерасходом ресурсов, что приведет к оценке воздействия как неэффективного. Поэтому деятельность субъекта управления по их изменению должна носить стратегический характер.

Каким же образом производить данное изменение? Можно опереться на разработки И.В. Лесковой: «Процесс усвоения и освоения ценностно-нормативной системы общества обеспечивается несколькими путями. Во-первых, - стихийно, когда человек сам выбирает те источники информации, которые способствуют освоению им положительных культурных норм и ценностей. Но в этой ситуации большая роль принадлежит случаю. ...А во-вторых, посредством целенаправленного содействия приобретению личностью положительных культурных норм и ценностей, и опять же посредством тех же информационно-телекоммуникационных технологий»25. Разумеется, данные положения носят формальный характер, они абстрактны по отношению к содержанию ценностнонормативной системы общества, но предложения И.В. Лесковой вполне можно наполнить религиозным содержанием. Именно в рамках системы образования можно реализовать второй, целенаправленный путь усвоения ценностей.

Кардинальные трансформации, происходящие в социальных структурах, имеют своим основанием изменение в личности человека. Эти изменения возможно до определенного предела рациональности обнаружить, смоделировать при помощи установления связи между социальным здоровьем личности и религией, а также подвергнуть управленческому воздействию с использованием социальной технологии, которая подлежит детальной проработке и апробации.

Однако уже сейчас ясно, что внедрение принципа непрерывного образования в течение всей жизни человека приведет к тому, что вуз окажется ключевым интегратором социальных взаимодействий, что предопределяет его ключевую роль в указанной социальной технологии. «Современный вуз должен стать не только научно-образовательным центром. Он, в силу развития инновационной деятельности, инфраструктуры ее поддержки, установления тесных связей между учебным, научным и инновационными сегментами закономерно трансформируется в особый вузовский комплекс - учебно-научноинновационный комплекс»26, - эту фундаментальную характеристику вуза необходимо положить в основу действий субъекта управления.

22 Лебедев С.Д., Бахарев В.В. Религиозная культура в светском образовании (региональный аспект) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54). С. 118.

23 Бабинцев В.П., Римский В.П. Социология смутного времени: проблема методологической парадигмы исследования // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2009. №4(44). С. 32.

24 Бабинцев В.П., Колпина Л.В. Указ. соч. С. 65.

25 Лескова И.В. Указ. соч. С. 24.

26 Тарабаева В.Б. О некоторых проблемах инновационного развития вузов // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2009. №4(44). С. 90.

Заключение

В целом же данная тема нуждается в дальнейшей разработке в теоретическом плане путем рассмотрения не только молодежи и системы образования, но других возрастных групп и социальных подсистем.

1. Перевозчикова Л.С. Гуманистическая образовательная парадигма как аксиологическое основание современного высшего образования// Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54).

2. Климова С.М., Мартынова Г.В. Уровень и характер религиозности студенческой молодежи белгу в переходный период (размышления по результатам анкетирования) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007 №9(40).

3. Бабинцев В.П., Колпина Л.В. Проблема формирования категориального аппарата понятия «социальное здоровье» // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №12(52).

4. Дронова И.Г., Кожемякин Е.А. Проблема дискурсного конструирования социальной реальности: историко-философские аспекты // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54).

5. Колпина Л.В. Теоретико-методологические основы исследования социального здоровья личности (монография). М.: Изд-во СГУ, 2009. - 180 с.

6. Колпина Л.В. Социальное здоровье населения Белгородской области // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право».

2009. №10(65).

7. Соловьев B.C. Чтения о богочеловечестве. Соч.: в 2 т. Т.2. М.: 1969.

8. Пивоваров Д.В. Философия религии: Учеб. пособие. М.: Академический проект. 2006.

9. Гараджа В.И. Социология религии. Учебное пособие... М.: «Наука». 1995.

10. Основы религиоведения. Учебник /под ред. И.Н. Яблокова. М.: Высшая школа. 199411. Лескова И.В. Социализация и инкультурация как механизмы формирования идентичности личности// Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №12(52).

12. Воронов В.А., Стариков Н.В. Социальные проблемы молодежи города Белгорода // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54).

13. Что изменилось в стране за последнее время? /Левада-центр http://www.levada.ru/press/2010052502.html

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

14. Римская О.Н. Превращенные формы самосознания в субкультурных формах религиозности // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007. №9(40).

15. Белоусова М.М. Моложенная культура в современном обществе // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007. №9(40).

16. Радугин А.А. Социокультурный вектор модернизации российского высшего образования: ценностные основы и методология реализации // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54).

17. Стариков Н.В., Мамина И.В. Молодежный экстремизм и ксенофобия: проблемы распространения и пути противодействия II Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №12(52).

18. Бабинцев В.П., Реутов Е.В. Кадровые ограничения государственной молодежной политики II Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №8(48).

19. Бабинцев В.П. Противоречия и проблемы процесса технологизации государственного и муниципального управления в регионе // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2007. №2(33).

20. Лебедев С.Д., Бахарев В.В. Религиозная культура в светском образовании (региональный аспект) // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2008. №14(54).

Список литературы

Серия Философия. Социология. Право. 2010. № 14(85). Выпуск 13

21. Бабинцев В.П., Римский В.П. Социология смутного времени: проблема методологической парадигмы исследования // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2009. №4(44).

22. Тарабаева В.Б. О некоторых проблемах инновационного развития вузов // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия «Философия. Социология. Право». 2009. №4(44).

RELIGIOUS ASPECT OF PERSONAL SOCIAL HEALTH

V.L. HATILO11 V.V. SUKHORUKOV21

A combination of religion and personal social health in university is observed in terms of subject-to-subject approach in this article. Also the ability of increasing the social health of students is estimated in the paper.

Belgorod State University

1) e-mail: verger@yandex.ru

2) e-mail: verger@yandex.ru

Key words: person, social health, religion, education.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.